Содержание материала

В.И.Ленин и Коммунистический Интернационал

Книга открывается обширным введением, в котором освещаются важнейшие стороны деятельности В. И. Ленина в Коммунистическом Интернационале, его помощь братским коммунистическим партиям.

Основную часть книги составляют ленинские документы, касающиеся политики Коминтерна: выступления Ленина на конгрессах Коминтерна, основные документы I, II, III и IV конгрессов Коминтерна, а также воззвания и документы Исполкома Коминтерна, в разработке которых принимал участие Ленин.

Эта публикация важнейших материалов, не издававшихся за последние 35 лет, пополненная рядом новых архивных документов, поможет читателю глубже понять стратегию и тактику Коммунистического Интернационала, важнейшие проблемы международного коммунистического движения тех лет, выдающуюся роль Ленина как основателя Коммунистического Интернационала, его вождя и теоретика.

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

Книга «В. И. Ленин и Коммунистический Интернационал» состоит из двух частей.

В первой части освещается роль В. И. Ленина в создании Коминтерна, в разработке теоретических основ международного коммунистического движения, его стратегии и тактики, в практической деятельности Коминтерна.

Во второй части книги собраны документы, отражающие деятельность Ленина в Коминтерне. В нее включены, во-первых, речи и выступления Ленина на конгрессах Коминтерна и на заседаниях различных комиссий конгрессов; во-вторых, те документы и решения конгрессов Коминтерна и пленумов ИККИ, в основу которых были положены ленинские проекты, а также документы, разработанные при непосредственном участии Ленина или по его советам; в-третьих, основная часть воззваний ИККИ, под которыми в числе подписей других деятелей Коминтерна имеется подпись В. И. Ленина.

Документы расположены в хронологическом порядке и охватывают период деятельности В. И. Ленина с марта 1919 г. по июнь 1923 г. Завершается книга воззванием Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала и Исполнительного бюро Красного Интернационала Профсоюзов от 23 января 1924 г., в котором раскрывается выдающаяся роль В. И. Ленина в создании и деятельности Коминтерна.

Выступления В. И. Ленина печатаются по Полному собранию сочинений В. И. Ленина. Документы Коминтерна публикуются по первым, официальным изданиям Коммунистического Интернационала. Они сверены с текстами соответствующих документов на немецком, английском и французском языках. В отдельных случаях в переводы документов Коминтерна на русский язык внесены необходимые поправки и уточнения.

Документальная часть снабжена научно-справочным аппаратом, при составлении которого использован справочный аппарат Полного собрания сочинений В. И. Ленина.

* * *

Авторы первой части: Ширина К. К., Курочкина О. И., Королев Н. Е., Фирсов Ф. И., Соболев А. И.

Документы подготовлены к печати Курочкиной О. И. Подготовка и сверка документов проведена при участии Гетман В. С.

Контроль перевода осуществлен Куниной Д. Э., Соколовым Е. Н., Барабанщиковой Л. Н.

Примечания составлены Фирсовым Ф. И.

Именной указатель подготовлен Гетман В. С.

В подготовке рукописи к печати принимали участие Борисова Н. А., Груздева В. П., Севрюгина Е. А.

Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС

 


 

Часть первая

В. И. ЛЕНИН И КОММУНИСТИЧЕСКИЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛ

 

Ленин и Коминтерн. Эти великие слова неразрывно связаны. Вождь Октября — первой в истории человечества победоносной социалистической революции — был в то же время организатором Коммунистического Интернационала, его вождем и руководителем в течение ряда лет. Деятельность Ленина в Коммунистическом Интернационале — это громадный вклад в развитие борьбы международного рабочего класса и всех угнетенных против империализма, за победу социализма, за осуществление великих идей К. Маркса и Ф. Энгельса.

В самой тесной связи с борьбой за создание и укрепление Коммунистического Интернационала Ленин разрабатывал идейно-теоретические вопросы международного коммунистического, рабочего и национально-освободительного движения. Он научно обосновал закономерности мировой социалистической революции в эпоху, когда с победой Октября начался коренной поворот человечества от господства капитализма к социализму. Он охарактеризовал борьбу двух систем — капиталистической и социалистической — и переход от капитализма к социализму — как основное содержание новой эпохи. Ленин раскрыл роль и взаимосвязи различных отрядов мирового революционного процесса, подчеркнув необходимость тесного взаимодействия всех этих отрядов. Марксизм-ленинизм был нерушимой основой революционной деятельности Коммунистического Интернационала.

Активно участвуя в деятельности Коминтерна, выступая на его конгрессах, Ленин разработал важнейшие вопросы стратегии и тактики мирового коммунистического движения: о переходе к социалистической революции в различных конкретных условиях, проблемы единого рабочего фронта, привлечения союзников на сторону рабочего класса, овладения революционным пролетариатом самыми различными формами классовой борьбы и многие другие. Вооруженный ленинской стратегией и тактикой Коминтерн с первых шагов своей деятельности стал великой силой в классовой борьбе пролетариата, развернувшейся в мире, руководил ею, направляя удар против империализма.

Под руководством Ленина, при его активнейшем участии Коммунистический Интернационал вел неустанную борьбу за сплочение передовых пролетариев в подлинно революционных марксистско-ленинских партиях, за всестороннее идейно-политическое и организационное укрепление этих партий. Ленин и Коминтерн помогли молодым компартиям преодолеть наследие социал-демократизма, закалить свои ряды в борьбе против правого и «левого» оппортунизма, против националистических шатаний и выйти на широкую дорогу верного служения делу рабочего класса, делу торжества социализма. В этом — одна из великих исторических заслуг Коминтерна. Ленин учил коммунистов укреплять свою партию, хранить ее единство, ибо коммунистическая партия есть главное орудие революционного преобразования мира.

Деятельность Ленина в Коминтерне была образцом пролетарского интернационализма и явилась великой школой интернационализма для всех коммунистических партий. Коминтерн подчеркивал, что интернациональный долг коммунистов состоит в том, чтобы превыше всего ставить общие интересы международного рабочего движения, соизмерять каждый практический шаг с борьбой за общие цели, постоянно осуществлять самое тесное сотрудничество рабочего класса и трудящихся всех стран. Ленин учил коммунистов всего мира свято хранить и умножать великие интернационалистские традиции рабочего движения.

Участвуя в работе Коминтерна, Ленин придавал первостепенное значение тому, чтобы взаимоотношения между коммунистическими партиями строились на основах братского сотрудничества и взаимного доверия. Под его руководством в Коминтерне коллективно, на основе свободного обсуждения были приняты важнейшие политические решения. При этом Ленин не жалел усилий, чтобы переубедить заблуждавшихся товарищей, помочь им понять и преодолеть свои ошибки. В то же время Ленин был непримирим к антипартийным действиям, разрушавшим единство коммунистов.

Ленинские выступления на конгрессах Коминтерна, его многочисленные работы по вопросам международного коммунистического движения, его практические советы руководству ИККИ, его переписка с видными деятелями братских партий, многочисленные беседы с ними и т. д.— все это оказало решающее влияние на деятельность Коминтерна. Все, что было сделано Лениным для Коминтерна, остается и поныне великим наследием, помогающим современному международному коммунистическому движению идти вперед, укреплять свои позиции в борьбе против империализма, за мир, национальную независимость, демократию и социализм.

 


 

I. БОРЬБА В. И. ЛЕНИНА ЗА НОВЫЙ, РЕВОЛЮЦИОННЫЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛ

1. ПРЕДПОСЫЛКИ ОБРАЗОВАНИЯ III ИНТЕРНАЦИОНАЛА.

БОРЬБА ЛЕНИНА И БОЛЬШЕВИСТСКОЙ ПАРТИИ ЗА СОЗДАНИЕ КОМИНТЕРНА

Вопрос о необходимости создания Коммунистического Интернационала был поставлен В. И. Лениным вскоре после начала первой мировой войны в манифесте ЦК РСДРП «Война и российская социал-демократия», опубликованном 1 ноября 1914 года. В нем говорилось, что «рабочие массы через все препятствия создадут новый Интернационал», и провозглашался лозунг: «Да здравствует пролетарский Интернационал, освобожденный от оппортунизма!»1.

Требование создания нового, революционного Интернационала было выдвинуто прежде всего в связи с крахом II Интернационала, наступившим с первыми же залпами мировой войны. Руководители большинства партий II Интернационала, позорно предав свои прежние решения о борьбе против империалистической войны, проголосовали в парламентах за военные кредиты, заключили классовый мир с буржуазией и под лозунгом «защиты отечества» стали помогать «своей» буржуазии гнать трудящихся на преступную бойню. Многие вожди социал-демократии приняли активное участие в шовинистическом натравливании народов воюющих стран друг на друга. Оппортунизм в рядах II Интернационала перерос в социал-шовинизм, то есть в открытый союз со «своей» ведущей грабительскую войну империалистической буржуазией. Позорная измена лидеров социал-демократических партий марксизму, интересам освобождения пролетариата, делу международной пролетарской солидарности, распад II Интернационала на враждующие между собой партии, сомкнувшиеся с империалистическими правительствами,— все это свидетельствовало о полном идейном и организационном крахе II Интернационала, о гибели его как международной пролетарской организации.

В то время как многие деятели международного рабочего движения еще питали иллюзии относительно будущей судьбы II Интернационала, Ленин показал, что этот Интернационал потерпел крах. К такому позорному концу он пришел в результате оппортунистического перерождения.

Именно Ленин вскрыл социальные корни роста оппортунизма в рабочем движении. Он подчеркивал, что «оппортунизм — не случайность, не грех, не оплошность, не измена отдельных лиц, а социальный продукт целой исторической эпохи»2 эпохи империализма. На империалистической стадии развития капитализма в рабочем классе образуется слой рабочей аристократии и рабочей бюрократии, который в результате привилегий и подкупа, ставших возможными за счет монопольных прибылей, оказывается в зависимости от буржуазии, усваивает ее образ жизни и идеологию. Рабочая аристократия и рабочая бюрократия вместе с мелкобуржуазными попутчиками рабочего движения становятся проводником буржуазного влияния на пролетариат, социальной основой оппортунизма в рабочем движении. Раскрыв взаимосвязи империализма и оппортунизма, Ленин доказал, что подлинная борьба с империализмом требует одновременной борьбы с оппортунизмом в рабочем движении.

Оценивая развитие международного рабочего и социалистического движения в предвоенные годы, Ленин указывал на обострение в нем борьбы революционной и реформистской тенденций. Он был далек от того, чтобы считать реформистское, оппортунистическое течение полностью господствующим во II Интернационале в то время3. Течения, существовавшие во II Интернационале, вели борьбу между собой, находясь в общих организационных рамках. Это объяснялось главным образом тем, что на словах реформисты по ряду важных вопросов, в том числе и по вопросу о войне, признавали точку зрения, отвечающую принципам марксизма. На деле же они все дальше отходили от марксизма.

«Оппортунисты,— писал В. И. Ленин уже в первые дни войны,— давно подготовляли крах II Интернационала, отрицая социалистическую революцию и подменяя ее буржуазным реформизмом; отрицая классовую борьбу с ее необходимым превращением, в известные моменты, в гражданскую войну и проповедуя сотрудничество классов; проповедуя буржуазный шовинизм под видом патриотизма и защиты отечества...; ограничиваясь в борьбе с милитаризмом сентиментально-мещанской точкой зрения, вместо признания необходимости революционной войны пролетариев всех стран против буржуазии всех стран; превращая необходимое использование буржуазного парламентаризма и буржуазной легальности в фетишизирование этой легальности и забвение обязательности нелегальных форм организации и агитации в эпохи кризисов»4.

С началом войны большинство лидеров социал-демократии встало на социал-шовинистические или центристские (то есть скрыто оппортунистические) позиции. Тем самым оппортунисты предали дело рабочего класса, разрушили единство международного рабочего движения, лишили пролетариат его классовой организации как в международном, так и национальном масштабе. Мировое пролетарское движение было поставлено перед выбором: либо отказаться от своих великих революционных целей и перейти на путь соглашательства с буржуазией, либо решительно порвать с социал-шовинизмом, объединить все действительно революционные и интернационалистские силы и создать новую международную организацию, способную повести трудящихся к социалистической революции, продолжить славные революционные традиции, заложенные великими учителями рабочего класса К. Марксом и Ф. Энгельсом. Ленин и большевистская партия смело подняли знамя борьбы за создание нового, революционного Интернационала, за мобилизацию пролетарских масс на борьбу за свержение власти буржуазии.

Дело создания Коммунистического Интернационала было неразрывно связано с новыми историческими задачами пролетариата, обусловленными наступлением эпохи империализма и обстановкой мировой империалистической войны.

В ряде работ и особенно в книге «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1916 г.) Ленин дал глубокий теоретический анализ новейших явлений в капитализме и доказал, что с установлением господства монополий в капиталистической экономике сам капитализм вступает в стадию империализма, отличающуюся дальнейшим обострением всех противоречий, свойственных буржуазному обществу. Раскрыв основные черты империализма и закономерности его развития, Ленин показал, что дело идет к такому небывалому обострению всех капиталистических противоречий, когда на повестку дня встанут не отдельные вопросы экономического и политического устройства, а вопрос о самом существовании капиталистического строя. Ленин писал, что противоречия империализма, обостренные войной, неизбежно должны порождать и питать «политику борьбы против национального угнетения и борьбы пролетариата против буржуазии, а потому и возможность и неизбежность, во-первых, революционных национальных восстаний и войн, во-вторых, войн и восстаний пролетариата против буржуазии, в-третьих, объединения обоих видов революционных войн и т. д.»5. Империализм есть канун социалистической революции — таков был основной вывод, сделанный Лениным.

При этом Ленин исходил из анализа империализма как мировой системы и указывал, что именно от обострения  противоречий мировой системы империализма, а не только от внутренних противоречий в каждой стране, зависят теперь решающим образом предпосылки пролетарской революции. Ленинская характеристика империализма давала научную основу для определения революционной перспективы классовой борьбы пролетариата, для вывода о том, что подходит время социалистических революций.

В. И. Ленин решительно боролся против всякого рода попыток затушевать, затемнить эту революционную перспективу. Он подверг резкой критике теорию «ультраимпериализма», выдвигавшуюся К. Каутским. Последний выступил с мещанской идеей о том, что капитализм может еще пережить некую фазу мирного «ультраимпериализма». Эта фаза, как писал Каутский, «поставит на место борьбы национальных финансовых капиталов между собою общую эксплуатацию мира интернационально-объединенным финансовым капиталом»6. Теория «ультраимпериализма» отодвигала на далекие времена перспективу социалистической революции, сеяла в массах иллюзии относительно возможностей длительной мирной эпохи на почве капиталистических отношений.

Разоблачая оппортунистическую сущность теории «ультраимпериализма», Ленин писал, что она поощряет «ту глубоко ошибочную и льющую воду на мельницу апологетов империализма мысль, будто господство финансового капитала ослабляет неравномерности и противоречия внутри всемирного хозяйства, тогда как на деле оно усиливает их»7. Ленин показал, что Каутский и его сторонники затушевывают коренные противоречия империализма с целью оправдать буржуазный реформизм и отказаться от социалистической революции, что каутскианская теория «ультраимпериализма» представляет собой хитрое, тонкое оправдание оппортунистов, которые заявляют, что они вовсе не перешли на сторону буржуазии, а просто «не верят» в близость социалистического переворота.

Ленинскому гению международное рабочее движение обязано тем, что оно, вступая в новую эпоху, получило ясную революционную ориентировку. «Развитие вперед,— писал Ленин,— если не иметь в виду возможных, временных, шагов назад — осуществимо лишь к социалистическому обществу, к социалистической революции»8.

Потребности руководства борьбой рабочего класса в приближавшихся социалистических революциях, потребности более эффективной взаимопомощи революционных пролетариев различных стран в условиях возросшей интернационализации классовой борьбы были теми глубинными факторами, которые порождали историческую необходимость создания Коммунистического Интернационала. Подчеркивая эту мысль, Ленин писал: «III Интернационалу предстоит задача организации сил пролетариата для революционного натиска на капиталистические правительства, для гражданской войны против буржуазии всех стран, за политическую власть, за победу социализма!»9.

Подавляющее большинство социал-демократических партий не могло сыграть роль вождя революционной борьбы рабочих вследствие того, что они были заражены оппортунизмом и сковали себя с буржуазией политикой классового сотрудничества и поддержки империалистической войны. Эти партии были непригодны для революционной борьбы и потому, что они по своим организационно-тактическим принципам во многом уже сползли на позиции буржуазного либерализма: ориентировались только на легальные, главным образом парламентские, методы борьбы; давно проявляли терпимость к откровенно реформистским течениям и группам в своих рядах; выступая нередко на словах за интересы трудящихся, на деле не вели эффективной борьбы за эти интересы. Оппортунистические партии были непригодны для революционной борьбы также потому, что они разрушили интернациональную солидарность рабочего движения, подменили интернационалистические идеалы буржуазным национализмом и тем самым внесли в международное рабочее движение глубокий раскол.

Новая эпоха, грандиозные революционные задачи, встававшие перед пролетариатом, требовали не подновления потерпевшего крушение старого Интернационала, а создания новой международной организации пролетарских революционеров, способной восстановить интернационалистский характер пролетарского движения, преодолеть последствия измены II Интернационала делу социализма и повести рабочих на штурм буржуазных порядков.

Особую остроту этой проблеме придавала мировая империалистическая война и связанный с ней процесс назревания революционного кризиса.

Большинство вождей II Интернационала из-за своего оппортунизма оказалось бессильным вскрыть перспективы классовой борьбы в условиях войны. Они отрицали тот факт, что разразившаяся война является прямым следствием развития противоречий всей системы империализма и что борьба с войной связана с задачами революционного свержения буржуазии.

Только Ленин, большевистская партия, являвшаяся партией нового типа, оказались способными верно оценить новые исторические условия, определить генеральную линию развития классовой борьбы и указать международному рабочему движению в этот критический период путь к революционному выходу из братоубийственной империалистической войны.

Появление в первые годы XX в. на политической арене большевизма, решительно порвавшего с меньшевиками и другими оппортунистами, знаменовало победу революционной тенденции в рабочем движении России и начало победы этой тенденции в международном масштабе. И не случайно, что именно Ленин и большевистская партия выступили в качестве такой идейно-политической силы, которая смогла дать ответ на самые жгучие вопросы классовой борьбы.

Большевики указывали, что империалистическая война, несущая трудящимся неслыханные бедствия и страдания, неизбежно вызовет глубочайшее революционное брожение масс, приведет к возникновению слабых звеньев в цепи империализма и возможностей их прорыва путем революций. Поистине пророческим был ленинский вывод о том, что империализм вошел с войной в стадию революционных потрясений и что революционный кризис разразится в России, а затем распространится и на другие страны. В сентябре 1915 г. Ленин писал: «Жизнь учит. Жизнь идет через поражение России к революции в ней, а через эту революцию, в связи с ней, к гражданской войне в Европе»10.

Ленин, большевистская партия провозгласили лозунги превращения империалистической войны в гражданскую, подготовки революционного выхода из войны, полного и решительного разрыва с социал-шовинистами и оппортунистами всех мастей, создания нового, революционного Интернационала.

Подчеркивая симптомы приближения революционного кризиса в ряде стран, Ленин в то же время боролся против мнений, будто в результате войны наступит почти автоматически немедленный революционный взрыв.

Он писал: «Мы не можем ни «обещать» гражданской войны, ни «декретировать» ее, но вести работу — при надобности и очень долгую — в этом направлении мы обязаны»11.

Выдвигая лозунг создания III Интернационала, Ленин беспощадно разоблачал социал-шовинистов и центристов, пытавшихся различными доводами прикрыть свою измену делу рабочего класса, интернациональной пролетарской солидарности.

Открытые социал-шовинисты — Шейдеман, Давид, Зюдекум (Германия), Ренодель, Гед, Самба (Франция), Вандервельде (Бельгия), Плеханов (Россия), Гайндман (Англия) и другие,— повторяя буржуазную ложь о якобы оборонительном, справедливом характере войны со стороны их буржуазных отечеств, стремились тем самым подкрепить свой тезис о необходимости «национального единения», о том, что национальные (в данном случае — буржуазные) интересы превыше всего, а международная пролетарская солидарность пока еще не сложилась.

Центристы, и в особенности Каутский, оправдывали свою защиту войны более тонко и более ловко, подделываясь под интернационализм. Каутскианцы заявляли, что классовую борьбу возможно вести лишь в мирное время, а во время войны следует бороться за мир. При этом они подразумевали мир на основе соглашения между воюющими державами. Центристы таким образом занимали социал-пацифистские позиции и полностью отрывали лозунг мира от задачи революционной борьбы. Они отказывались звать трудящихся к революционной борьбе с империализмом, развязавшим грабительскую войну, и обманывали трудящихся бесплодными пацифистскими призывами к миру. Ленин осуждал эту линию как насквозь оппортунистическую.

В. И. Ленин, большевистская партия, революционные интернационалисты других стран, в том числе Р. Люксембург, со всей решительностью выступили против лозунга Каутского о праве рабочих каждой страны «защищать свое отечество». По Каутскому получалось, писал Ленин, что «интернационализм — изволите видеть — в том и состоит, чтобы рабочие всех стран стреляли друг в друга во имя «защиты отечества»12. Ленин называл каутскианство социальным продуктом противоречий II Интернационала, «соединения верности марксизму на словах и подчинения оппортунизму на деле»13.

Суровой критике подверг Ленин взгляды Троцкого, как одну из разновидностей каутскианства. Троцкий фактически поддерживал теорию «ультраимпериализма» и повторял каутскианский тезис о том, что война якобы парализует революционные возможности пролетариата и поэтому рабочий класс должен сначала добиться мира, а затем уже думать о революции. Выступая против ленинского лозунга «поражения своих правительств» в войне, рассчитанного на создание благоприятных условий для свержения власти буржуазии, Троцкий пропагандировал лозунг: «Ни побед, ни поражений». Об этом лозунге Ленин писал: «Кто стоит за лозунг «ни побед, ни поражений», тот, сознательный или бессознательный шовинист, тот в лучшем случае примирительный мелкий буржуа, но во всяком случае враг пролетарской политики, сторонник теперешних правительств, теперешних господствующих классов»14.

В. И. Ленин, большевики разоблачали прислужничество социал-шовинистов и каутскианцев перед буржуазией, предательство ими коренных интересов пролетарского движения. Опровергая довод оппортунистов о том, что якобы сами массы заставили социал-демократию занять позицию поддержки воюющих буржуазных правительств, Ленин писал, что массы нигде не могли выявить свою волю свободно, высказаться могла только горстка парламентариев. «Массы не были опрощены нигде...— писал Ленин,— массы были оглушены, забиты, разъединены, задавлены военным положением. Свободно голосовали только вожди — голосовали за буржуазию против пролетариата!»15.

В. И. Ленин настойчиво разъяснял передовым рабочим, что в интересах развития классовой борьбы необходима «упорная работа в направлении полного разрыва пролетарского революционного движения с оппортунизмом»16. В брошюре «Социализм и война», написанной летом 1915 г., Ленин подчеркивал, что единство с оппортунистами есть союз рабочих со «своей» национальной буржуазией и раскол интернационального революционного рабочего класса17. Поэтому добиться объединения революционных интернационалистов можно лишь на основе полного политического и организационного размежевания с оппортунизмом.

Тактика, преследующая достижение этой цели, должна быть гибкой: размежевание не должно привести к тому, что левые создадут лишь маленькие секты: «Мы не требуем, конечно,— писал Ленин,— немедленного раскола той или другой партии, например, в Швеции, Германии, Франции. Весьма возможно, что несколько позже момент для этого будет (например, в Германии) более благоприятный. Но принципиально мы должны безусловно требовать полного разрыва с оппортунизмом»18. Нужно готовить разрыв с оппортунистами; если же условия для этого будут назревать медленно и потребуется сравнительно длительная эволюция, «наша партия будет крайней оппозицией внутри прежнего Интернационала — пока в различных странах не создастся база для международного товарищества рабочих, стоящего на почве революционного марксизма»19. Большевики и все интернационалисты, говорил Ленин, вовсе не требуют немедленного разрыва с оппортунистами во всех странах, так как для этого не сложились еще необходимые условия. Но необходимо вести ясную линию на раскол с оппортунистами, так как он «исторически назрел, стал неизбежен и прогрессивен, необходим для революционной борьбы пролетариата, ...история, повернув от «мирного» капитализма к империализму, повернула к такому расколу»20.

Гибкая тактика Ленина, большевистской партии создавала благоприятные условия для сплочения левых элементов и интернационалистских групп в международном рабочем движении. Интернационалистское крыло рабочего движения составляли, наряду с большевиками, болгарские тесняки во главе с Д. Благоевым, Г. Кирковым, В. Коларовым, немецкие левые, возглавляемые К. Либкнехтом, Р. Люксембург и Ф. Мерингом, сербские социалисты (Ф. Филипович, Д. Попович, Т. Кацлерович), польские левые социал-демократы (Я. Ганецкий, А. Барский), латышские социал-демократы (Я. Берзин), голландские трибунисты (А. Паннекук, Д. Вайнкоп), левые социалисты Швеции, Норвегии, Италии, Австро-Венгрии, Франции, Англии, США, Аргентины, Дании, Швейцарии и других стран. По ряду вопросов левые группы и течения еще не занимали твердой ленинской позиции, но они были едины в борьбе против империализма и социал-шовинизма.

Уже с первых месяцев войны Ленин с величайшей энергией повел работу по международному сплочению левых интернационалистских сил. В июле 1915 г., говоря о левых группах, Ленин писал: «Я уцеплюсь обеими руками за сие «ядрышко» левого Интернационала. Надо сближаться с ними всеми силами»21. Со многими из левых Ленин вступил в активную переписку. Каждое выступление революционных интернационалистов — будь то в Германии или Англии, в Австро-Венгрии или в скандинавских странах, в Болгарии или США — Ленин, большевистская партия встречали с горячим одобрением, хотя нередко указывали и на непоследовательность левых в отдельных вопросах борьбы против войны и социал-шовинизма.

В. И. Ленин проделал громадную работу, чтобы подготовить международную социалистическую конференцию в Циммервальде (Швейцария): он принял активное участие в разработке проектов документов левых, лично побуждал своих сторонников в разных странах, чтобы они добились широкого представительства левых на конференции. Особое внимание он уделял тому, чтобы левые выступили на конференции сплоченно, с общей революционной программой. Ленин придавал также первостепенное значение распространению материалов, освещающих позицию большевиков и революционных интернационалистов по важнейшим вопросам политической борьбы.

Революционным интернационалистам удалось на Циммервальдской конференции (5—8 сентября 1915 г.) образовать левую группу, которая выступила с самостоятельными проектами резолюции и манифеста, а затем оформилась и организационно, избрав свое бюро во главе с Лениным. Создание Циммервальдской левой было значительным успехом на пути сплочения интернационалистов, на пути к созданию III Интернационала.

Большинство на Циммервальдской конференции состояло из колеблющихся и центристских элементов, и потому левым не удалось провести все свои принципиальные положения. Как подчеркивал позже Ленин, «Циммервальдский Интернационал с самого начала встал на колеблющуюся, «каутскианскую», «центровую» позицию, что и заставило Циммервальдскую левую немедленно отгородиться, обособиться, выступить со своим манифестом...»22 Ленин и его сторонники на пленарных заседаниях конференции и в комиссии горячо отстаивали принципы революционного марксизма, требовали не только осуждения социал-шовинистов, но и разрыва с ними. Эта борьба и представляла один из самых важных моментов работы конференции. Под воздействием левых в манифест против войны, принятый конференцией и носивший в общем компромиссный характер, были внесены многие важные положения, в том числе мысль о том, что путь к избавлению от империалистической войны заключается в революционной борьбе за социализм.

Циммервальд положил начало блоку интернационалистов с некоторыми колеблющимися и центристскими элементами в целях усиления борьбы против империалистической войны и против социал-шовинизма.

В. И. Ленин оценивал Циммервальдскую конференцию как «первый шаг к III Интернационалу; робкий и непоследовательный шаг к расколу с оппортунизмом»23. Непоследовательным он был потому, что Циммервальдское большинство не поставило вопроса о решительном разрыве с социал-шовинистами. В связи с этим Ленин видел возможность «рецидива», поворота колеблющихся вправо. Но он считал, что было бы сектантством отказываться от общего шага в борьбе против войны и социал-шовинизма.

Благодаря такому компромиссу левые получили возможность на базе Циммервальдского объединения вести широкую революционную пропаганду, разъяснять рабочим необходимость революционной борьбы против империалистической войны и привлекать на свою сторону новых друзей.

Вместе с Циммервальдским манифестом усилиями Ленина, большевиков и левых социал-демократов в разных странах распространялись и документы Циммервальдской левой, которые давали рабочим «ясный, точный, полный ответ на вопрос, что делать и куда идти»24.

Ленин проявлял огромную энергию, чтобы добиться издания материалов Циммервальдской левой в Швейцарии. Франции, Германии, Италии, США, в Скандинавских и других странах. Революционным интернационалистам удалось создать свой международный теоретический орган — журнал «Vorbote», в котором Ленин и его сторонники обосновывали и разъясняли позиции революционного марксизма по вопросам войны, мира и революции.

В то же время Ленин критиковал ошибки и колебания Циммервальдского большинства и тех социалистов, которые не понимали необходимости разрыва с социал-шовинистами. Ленин ставил цель: «не ожидая невозможного — быстрого объединения всех на солидарных, точно выработанных взглядах, мы должны добиваться точного выяснения основных течений и направлений в современном интернационалистском социализме, а затем того, чтобы рабочие массы ознакомились с этими течениями, обсудили их всесторонне, проверили их опытом своего практического движения»25. При этом Ленин предлагал путем разъяснения позиции левых, путем дискуссий, не отказываясь и от компромиссов, добиваться развития циммервальдских решений, дальнейшего сплочения интернационалистов.

На конференции в Кинтале (24—30 апреля 1916 г.) Ленин и левые циммервальдцы имели более сильные позиции, чем в Циммервальде. Ленин, большевистская партия еще до созыва конференции выступили с документом «Предложение Центрального Комитета РСДРП второй Социалистической конференции», в котором разоблачали каутскианские лозунги мира и указывали массам цели, пути и средства революционного свержения империалистических правительств и окончания войны26. Ленину и левым циммервальдцам удалось добиться того, что в резолюцию конференции были включены формулировки,. содержавшие критику социал-пацифизма как течения, вводящего в заблуждение массы и отвлекающего их от революционной классовой борьбы. Оценивая результаты Кинталя, Ленин писал: «В общем это все же несмотря на тьму недостатков, шаг к разрыву с социал-патриотами»27. Ленин указал, однако, что правые циммервальдцы проявляют склонность к примирению с социал-шовинистами. В этом он видел одну из основных причин «возможного фиаско этих зародышей III Интернационала»28. Эти опасения Ленина вскоре подтвердились. Уже в конце 1916 г., когда правительства воюющих стран стали искать дорогу к империалистическому миру, правое крыло циммервальдцев пошло на сближение с социал-шовинистами, помогавшими буржуазии в поисках выхода из войны без революции. Циммервальдское большинство пошло резко вправо и разрыв пролетарских революционеров с ним стал неизбежен и необходим.

Жизнь доказывала еще раз глубокую правоту намеченной Лениным линии: главное в борьбе за новый Интернационал — это укрепление и сплочение революционных интернационалистских групп. Только левые составляли подлинные элементы рождающегося Коммунистического Интернационала.

Величайшее значение для формирования международного революционного рабочего и коммунистического движения, для создания Коммунистического Интернационала имело то обстоятельство, что большевистская партия во главе с Лениным выработала идейные, тактические и организационные основы коммунистического движения.

Ленинизм в борьбе с оппортунизмом справа и «слева» защитил революционный марксизм от искажений и опошлений, творчески развил его применительно к условиям новой эпохи. Ленин раскрыл особенности мирового революционного процесса в эпоху империализма, вооружил революционеров знанием закономерностей классовой борьбы в новых исторических условиях.

В. И. Ленин обогатил марксистскую теорию социалистической революции новыми принципиальными выводами. Обобщив опыт революционной борьбы в мире, Ленин уже в начале XX века обосновал положения о гегемонии пролетариата в буржуазно-демократической революции в эпоху империализма, о сближении буржуазно-демократической революции с социалистической и возможности перерастания первой во вторую.

Особенно важное значение имел сформулированный Лениным вывод о невозможности победы социалистической революции одновременно во всех капиталистических странах и о возможности победы пролетариата первоначально в нескольких или даже в одной, отдельно взятой стране. В статье «О лозунге Соединенных Штатов Европы», написанной в августе 1915 г., Ленин говорил: «Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране»29.

Эта идея затем была развита в статье «Военная программа пролетарской революции», написанной в сентябре 1916 г. Гениальный ленинский вывод открывал новые революционные перспективы перед международным рабочим движением, развязывал инициативу рабочего класса отдельных стран.

Этот ленинский вывод опровергал капитулянтские прогнозы социал-шовинистов и центристов. Он был направлен и против взглядов Троцкого, который утверждал, что национальные хозяйства уже не могут якобы быть базой социалистической революции и что вести борьбу за диктатуру пролетариата в какой-либо одной, отдельно взятой, стране совершенно безнадежно, пролетариат может установить свою диктатуру только на протяжении всей Европы, т. е. в форме Европейских Соединенных Штатов30. В утверждениях Троцкого уже фигурировали основные положения теории «перманентной революции», теории враждебной марксизму-ленинизму. Ленинизм категорически отвергал троцкистский тезис о невозможности победы революции на национальной почве, указывал на возможность прорыва системы империализма первоначально в ее наиболее слабом звене.

В эти же годы Ленин детально разрабатывает учение о революционной ситуации, то есть о совокупности объективных перемен, характеризующихся кризисом «верхов» и резким повышением активности масс. Он подчеркивает, что революционная ситуация только тогда превращается в революцию, когда к объективным факторам прибавляются и субъективные: готовность революционного пролетариата, его партии вести борьбу за власть, опытность, организованность и сила пролетарских организаций.

Критикуя вульгарные левацко-сектантские взгляды Г. Пятакова, Н. Бухарина, К. Радека, а также ряд неверных положений Р. Люксембург и голландских левых, Ленин развивает учение о взаимосвязи борьбы за демократию с борьбой за социализм, о месте национально-освободительных движений в общем революционном процессе низвержения империализма. Ленин доказал ошибочность утверждений, будто в эпоху империализма невозможны прогрессивные войны, будто борьба за демократические требования бесполезна и даже вредна, так как она якобы отодвигает борьбу за социализм. В многочисленных ленинских статьях, письмах, выступлениях проводилась мысль, что империализм, стремясь ликвидировать демократические свободы, неизбежно порождает и усиливает демократические

Стремления в массах и что поэтому борьба за демократию оказывается тесно взаимосвязанной с борьбой за социализм. Естественно, что борьба лишь за демократические требования не может устранить классового гнета; но пролетариат, учил Ленин, должен уметь соединить борьбу за демократию с борьбой за социалистическую революцию, подчиняя первую второй. «Было бы коренной ошибкой думать, — писал Ленин, — что борьба за демократию способна отвлечь пролетариат от социалистической революции, или заслонить, затенить ее и т. п. Напротив, как невозможен победоносный социализм, не осуществляющий полной демократии, так не может подготовиться к победе над буржуазией пролетариат, не ведущий всесторонней, последовательной и революционной борьбы за демократию»31. Пролетариат должен, ведя борьбу, расширять демократические требования до прямого натиска на буржуазный строй.

Среди общедемократических лозунгов Ленин придавал особое значение лозунгу борьбы за национальное освобождение, за право наций на самоопределение. Указывая на заблуждения некоторых социалистов, отрицавших лозунг права наций на самоопределение, он подчеркивал значение этого требования для объединения усилий пролетариев всех наций на основах интернационализма. Защищая марксистский подход к национальному вопросу, Ленин доказывал, что, чем полнее национальное равноправие, «тем яснее рабочим угнетенной нации, что дело в капитализме»32, что империализм ведет к расширению и обострению национального гнета. «Центр тяжести интернационалистского воспитания рабочих в угнетающих странах неминуемо должен состоять в проповеди и отстаивании ими свободы отделения угнетенных стран»33. Марксисты угнетенной нации должны больше подчеркивать принцип добровольного объединения наций. Национальный вопрос Ленин рассматривал с позиций классовой борьбы пролетариата, исходя из интересов объединения пролетариев всех стран против империализма.

В. И. Ленин доказал, что борьба колоний и угнетенных стран против империализма, за национальное освобождение отвечает интересам всемирной борьбы с капиталом и что «...социалисты должны самым решительным образом поддерживать наиболее революционные элементы буржуазно-демократических национально-освободительных движений... и помогать их восстанию,— а при случае и их революционной войне — против угнетающих их империалистских держав»34.

Он сделал вывод великого исторического значения: «Социальная революция не может произойти иначе как в виде эпохи, соединяющей гражданскую войну пролетариата с буржуазией в передовых странах и целый ряд демократических и революционных, в том числе национально-освободительных, движений в неразвитых, отсталых и угнетенных нациях»35. Ленинизм показал революционерам всего мира, что обострение противоречий империализма с угнетенными народами пробуждает в них революционную энергию, делает их союзником социалистической революции.

Ленинизм вооружал революционеров ясным пониманием взаимосвязей борьбы за социалистическую революцию в капиталистических странах с борьбой против империализма в колониях и полуколониях, показывал значение общедемократических требований для мобилизации трудящихся против их классового врага — капитала. Это имело первостепенное значение для формирования международного коммунистического движения, для определения платформы рождающегося Коммунистического Интернационала. Нельзя было строить новый Интернационал, не устранив шатаний мысли по этим вопросам как в сторону правого оппортунизма, так и в сторону «левого» сектантства. «...Создание III Интернационала,— писал Ленин,— возможно только на базе невульгаризованного марксизма»36.

В. И. Ленин развивает в эти годы марксистское учение о войне, о государстве, о союзе рабочего класса с крестьянством, о формах пролетарской борьбы, о многообразии форм пролетарской диктатуры, о руководящей роли пролетарской партии в революционной борьбе и т. д.

Идейно-политические выводы ленинизма воплощали в себе совокупность революционного опыта и революционной мысли всего международного рабочего движения. Эти выводы проходили наиболее серьезную проверку в практике борьбы большевистской партии. Ленин мог позже с полным правом сказать: «Большевизм создал идейные и тактические основы III Интернационала, действительно пролетарского и коммунистического, учитывающего и завоевания мирной эпохи и опыт начавшейся эпохи революций»37. Интернационалистское течение в международном социалистическом движении обретало в ленинизме ту революционную платформу, на основе которой были возможны успешная борьба за освобождение рабочих масс из-под влияния оппортунизма и движение к социалистической революции.

Опыт большевистской партии дал международному коммунистическому движению и организационные принципы, соответствующие новым условиям борьбы и новым революционным задачам. Большевистская партия, созданная Лениным как партия нового типа, как партия революционного действия, явилась образцом организации революционеров. Наступление эпохи революций требовало, чтобы в каждой стране была создана сильная партия, построенная на основах демократического централизма, сочетающего демократический характер формирования решений и всей политики со строгой партийной дисциплиной, единством воли и действий, непримиримостью к антипартийным фракциям. Выработанные Лениным организационные принципы партии нового типа явились, наряду с идейными и тактическими принципами, важнейшей из основ Коммунистического Интернационала.

События в мире развивались в том направлении, которое научно предвидел Ленин. Февральская буржуазно-демократическая революция 1917 г. е России свидетельствовала о том, что война империалистическая начала превращаться в войну гражданскую. Крушение царского самодержавия оказало большое революционизирующее воздействие на развитие в мире: во многих странах быстро росли антивоенные и революционные настроения в массах. Усилился процесс выделения революционных пролетарских групп во многих странах. Задачи борьбы за социалистическую революцию вставали на повестку дня не только в России, но и во многих капиталистических странах.

В этих условиях Ленин с особенной настойчивостью убеждает левых в необходимости порвать с обанкротившимся Циммервальдским большинством, выступить с революционной марксистской программой и создать новый Интернационал. В знаменитых Апрельских тезисах и на Всероссийской конференции РСДРП в апреле 1917 г. Ленин развивает мысль о том, что в сложившихся условиях большевистская партия должна взять на себя почин, инициативу создания революционного Интернационала. «Положение нашей партии — перед лицом всех рабочих партий всего мира, — писал Ленин летом 1917 г.,— теперь именно таково, что мы обязаны немедленно основать III Интернационал. Кроме нас теперь этого сделать некому, а оттяжки вредны»38.

Весь путь развития Циммервальдского большинства, итоги «третьей», Циммервальдской конференции, состоявшейся в Стокгольме 5—12 сентября 1917 г., показывали, что каутскианцы превратили Циммервальдекое объединение в прикрытие для оппортунизма и социал-шовинизма.

Ленин вновь и вновь категорически подчеркивает, что Циммервальдское большинство сомкнулось с социал-шовинистами на общей платформе социал-пацифизма, и для создания действительно революционного Интернационала нужно созвать международную конференцию только из представителей левых. Он внимательно следит за развитием революционных интернационалистических групп и течений в разных странах, указывает на их сближение с большевиками но важнейшим вопросам. Он пишет, что совпадение тактики большевиков и «тактики группы К. Либкнехта не случайность, а один из шагов на пути рождающегося III Интернационала»39. В некоторых статьях Ленин говорит о том, что интернационалистское течение но своей сути уже является новым революционным Интернационалом.

В. И. Ленин стремился к тому, чтобы III Интернационал объединил все левое течение в рабочем движении. «Дело не в оттенках, которые есть и между левыми,— писал он.— Дело в течении»40.

Победа Великой Октябрьской социалистической революции в России означала коренной перелом в освободительной борьбе международного пролетариата, она положила начало переходу человечества от капитализма к социализму. В лице Советской России возникла база мировой социалистической революции. Октябрь на практике показал, что рабочий класс может свергнуть буржуазию, завоевать власть и удержать ее только под руководством боевой марксистско-ленинской партии, решительно порвавшей с оппортунизмом. Октябрьская революция выдвинула на авансцену мировой истории коммунистов, встававших в авангарде революционного пролетариата. Имя Ленина как вождя революции стало после Октября известным всему миру. Для революционных пролетариев всех стран это имя было символом социалистической революции.

Под непосредственным влиянием Октябрьской революции рабочий класс капиталистических стран начал атаки против всей системы эксплуатации в цитаделях империализма. Пришли в движение угнетенные народы, поднявшиеся на борьбу против империализма в его тылах. Международное рабочее движение поднималось на Новую историческую ступень — ступень борьбы за свержение господства буржуазии и установление власти пролетариата. Миллионы трудящихся во всем мире, искавшие выхода из ужасов империалистической войны, нищеты и капиталистической эксплуатации, увидели в Октябрьской революции великий пример и с новыми силами и надеждами поднялись на борьбу против капитала, стремясь «сделать так, как в России». Революционный кризис распространился на весь капиталистический мир. Революции охватили Финляндию, а затем Германию, Австро-Венгрию. Такова была социально-политическая картина мира в послеоктябрьские годы. В этих условиях создание Коммунистического Интернационала стало еще более настоятельной жизненной необходимостью. Новый Интернационал должен был ускорить формирование революционных пролетарских партий для руководства развертывавшимися классовыми боями. Интернационал был крайне необходим и для того, чтобы возможно скорее вооружить революционеров Запада опытом победоносной Октябрьской революции, чтобы организовать действительную интернациональную взаимопомощь борющихся пролетариев всех стран, их солидарность с Советской Россией.

Уже в конце 1917 — начале 1918 г. Ленин и большевики предпринимают ряд практических шагов, направленных к созданию нового Интернационала. Обсуждается вопрос о посылке делегации Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета за границу с целью подготовки международной конференции революционных интернационалистов, «стоящих на точке зрения Советской власти и необходимости борьбы против империалистических правительств внутри каждой из воюющих стран»41.

24 января 1918 г. в Петрограде состоялось международное совещание, в котором участвовали представители большевиков и левых социал-демократов Швеции, Норвегии, Англии, США, а также польских, румынских, югославских и чешских интернационалистов.

Совещание обсудило прежде всего вопрос об отношении к конференции социалистов стран Антанты, которая созывалась по инициативе английских лейбористских лидеров. Сборище социалистов Антанты было оценено как мероприятие, направленное против революционного пролетариата. Петроградское совещание выступило за созыв международной конференции левых социалистов на следующих условиях: «1. Согласие партий и организаций стать на путь революционной борьбы против своих правительств, за немедленный мир; 2. Поддержка Октябрьской Российской Революции и Советской власти»42.

На заседании ВЦИК 15 февраля 1918 г. Я. М. Свердлов говорил о марте — апреле 1918 г. как возможном сроке проведения международной конференции левых социалистов. Была предпринята попытка направить делегацию ВЦИК за границу для соответствующих переговоров с марксистскими партиями и группами.

В связи с наступлением империалистической Германии на Советскую Россию, вооруженными выступлениями внутренней контрреволюции, началом военной интервенции стран Антанты положение Советской республики оказалось чрезвычайно тяжелым. В этих условиях осуществить план скорейшего созыва международной интернационалистской конференции оказалось практически невозможным.

Большую роль в распространении идей пролетарского интернационализма сыграла в это время созданная весной 1918 г. Федерация иностранных групп при ЦК РКП(б). Она проводила самую активную работу среди иностранных военнопленных, находившихся в Советской России, и среди солдат армии интервентов, брошенной империалистами на подавление Советской республики. Федерация воспитала и объединила тысячи коммунистов из числа военнопленных, содействовала созданию интернациональных воинских формирований, участвовавших затем в вооруженной борьбе на стороне Красной Армии против иностранных интервентов и белогвардейцев.

В. И. Ленин уделял большое внимание работе Федерации иностранных групп при ЦК РКП (б), беседовал со многими ее деятелями. Ею, говорил он, была заложена одна из основ «того, что сделано нами для III Интернационала»43.

В связи с обострением после Октября идеологической борьбы в международном рабочем движении Ленин обращает внимание большевистской партии и интернационалистов других стран на необходимость распространения правды о российской революции, о коммунистах и их политике.

Несмотря на колоссальную загруженность делами, связанными с организацией отпора белогвардейской контрреволюции и иностранной интервенции он лично участвует в идеологической борьбе в международном рабочем движении. Блестящим примером такого участия был немедленный ответ Ленина на выступления К. Каутского летом и осенью 1918 г. с попытке ревизовать марксистское учение по вопросу о государстве, о диктатур пролетариата. Отпор Ленина оппортунистическим извращениям марксистской теории имел важное значение для борьбы за Коммунистически Интернационал.

 

2. I КОНГРЕСС КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА

В конце 1918 г. начинается этап непосредственной подготовки к основанию III Интернационала. На этом этапе ведущая роль Ленина проявляется особенно ярко.

В ответ на попытку восстановления II Интернационала (английская лейбористская партия предложила созвать в январе 1919 г. конференцию социал-демократических партий) ЦК РКП (б) направляет 24 декабря 1918 г. радиотелеграмму, в которой призывает интернационалистов теперь же сплотиться в рядах революционного Интернационала. Радиотелеграмма в редактировании которой принимал участие Ленин, указывала, что «путь к власти лежит для пролетариата через непримиримую борьбу с его обманщиками, социал-предателями»44.

В конце декабря 1918 г. В. И. Ленин в письме Г. В. Чичерину набросал конкретную программу подготовки Учредительного конгресса Коммунистического Интернационала. Он подчеркивал, что конференцию нужно созвать как можно скорей, примерно 1 февраля 1919 г. Для этого предлагалось заранее, на основе программных документов РКП (б) и «Союз Спартака» выработать идейно-теоретическую платформу создаваемого Интернационала.

В ленинском письме были сформулированы основные принципы, признание которых было обязательным для членов нового Интернационала. Входящие в него партии и группы должны были стоять на позициях решительного разрыва с социал-шовинистами, бороться уже теперь за социалистическую революцию и диктатуру пролетариата, выступать против ограничения революционной работы парламентской деятельностью.

В. И. Ленин предупреждал, что ни в коем случае нельзя брать в качестве положительного критерия принадлежность той или иной партии к Циммервальдскому объединению. Он указывал, что на Учредительный конгресс следует пригласить, во-первых, «партии и группы, которые мы имеем полное основание считать уже стоящими на базе III Интернационала и достаточно солидарными для формального основания III Интернационала»; во-вторых, «партии, близкие к этому, от коих мы ждем сближения и слияния»; в-третьих, «группы и течения внутри социал-патриотических партий, более или менее близкие к большевизму»45. Таким образом, Ленин считал необходимым в интересах сплочения всех левых сил участие в Учредительном конгрессе и тех групп, которые находились еще на первых этапах своего превращения в последовательно-марксистские революционные организации. Эти указания были нацелены против сектантства и исходили из глубокой уверенности в том, что участие в работе нового Интернационала поможет еще не консолидировавшимся левым группам быстро развиваться в революционном направлении.

На основе ленинских указаний был составлен предварительный проект платформы, который после ряда серьезных поправок и дополнений Ленина принял вид обращения «К первому съезду Коммунистического Интернационала». В нем указывалось, что задачей пролетариата является теперь немедленный захват государственной власти и установление диктатуры пролетариата. Определялись задачи власти пролетариата в области политики и экономики. Ленинской рукой в проект документа было вписано и определение социализации, в частности слова «понимая под социализацией отмену частной собственности, передачу в собственность пролетарского государства и в социалистическое управление рабочего класса»46. Это определение было направлено против социал-демократической демагогии о социализации, против попыток выдать за социализацию меры буржуазных правительств (например, в Германии) по установлению контроля за деятельностью некоторых монополий.

В обращении говорилось о возможности различных форм пролетарской диктатуры, которая должна представлять собой «власть Советов или сходных организаций»47. Была определена тактика по отношению к различным течениям в рабочем движении: беспощадная борьба с социал-шовинистами; по отношению к «центру» — «тактика откола от него наиболее революционных элементов», при решительной борьбе против реакционных вождей с целью последующего размежевания с центризмом; блок с революционными синдикалистами. Это была ясная линия на сплочение под знаменем Коминтерна всех революционных сил рабочего класса. В обращении звучал призыв к интернациональному единству: «мировая обстановка требует сейчас максимального контакта между различными частями революционного пролетариата и полного блока между теми странами, где социалистическая революция уже победила».

Платформа Коммунистического Интернационала, указывалось в обращении, основывается на программных положениях большевиков и «Союза Спартака» в Германии, то есть она учитывала не только российский опыт, но и опыт классовой борьбы в развитых капиталистических странах.

В январе 1919 г. проект воззвания обсуждался в Москве на совещании представителей ряда коммунистических и левосоциалистических партий. По предложению Ленина совещание одобрило этот документ, содержавший призыв к братским партиям, группам и организациям скорее обсудить вопрос о создании Коммунистического Интернационала и принять участие в работе его Учредительного конгресса. Воззвание, подписанное коммунистами Советской России, Польши. Венгрии, Австрии, Латвии, Финляндии, а также представителями Балканской революционной социал-демократической федерации и Социалистической рабочей партии Америки, 24 января 1919 г. было опубликовано в «Правде».

В. И. Ленин руководит практической подготовкой I конгресса Коминтерна. Он делает набросок порядка дня конгресса48. Пишет план, наброски, а затем и окончательный текст тезисов «О буржуазной демократии и диктатуре пролетариата»49. Он проявляет заботу о размещении и устройстве прибывших на конгресс делегатов50.

1 марта 1919 г. Ленин руководит предварительным совещанием группы делегатов, на котором обсуждались основные вопросы проведения конгресса. На этом совещании представитель компартии Германии Гуго Эберлейн по поручению своей партии выступил против немедленного основания III Интернационала, считая это преждевременным. Свое мнение он обосновывал тактическими соображениями. Но в этом мнении отразилось и еще не преодоленное до конца преклонение перед стихийностью, которое было свойственно немецким левым. Совещание приняло решение о том, что международный форум коммунистов откроется как международная коммунистическая конференция.

Эта конференция открылась в московском Кремле под председательством Ленина вечером 2 марта 1919 г. С 4 марта она работала уже как I конгресс Коммунистического Интернационала. Всего на конгресс прибыло 52 делегата от 35 организаций из 21 страны Европы, Азии, Америки. К этому времени уже сложились коммунистические партии в ряде стран, в том числе в Финляндии, Австрии, Нидерландах, Венгрии, Германии, Польше. Революционно-интернационалистские позиции занимали болгарские тесняки, левые социал-демократические партии и группы ряда других стран. Вместе с большевиками эти партии и группы составляли организационную основу будущего Интернационала.

В. И. Ленин был действительным руководителем всей работы I конгресса Коминтерна. Когда 4 марта вновь был поставлен вопрос об образовании Коммунистического Интернационала, ленинская точка зрения восторжествовала. В ходе поименного голосования международная конференция единодушно (воздержался только германский делегат) приняла историческое решение «конституироваться как Третий Интернационал и принять наименование Коммунистического Интернационала»51. Важную роль в подготовке этого решения сыграло то, что в ходе обсуждения платформы Коммунистического Интернационала, а также тезисов и доклада Ленина о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата выявилось полное согласие коммунистов по важнейшим принципиальным вопросам теории и тактики. Многолетняя борьба Ленина, большевиков и революционных марксистов других стран увенчалась успехом: Коммунистический Интернационал был основан.

В разработке программных документов I конгресса Коминтерна решающая роль принадлежала прежде всего Ленину, большевистской партии.

Центральным и важнейшим по значению документом I конгресса являются тезисы и доклад Ленина о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата, обосновывавшие позицию коммунистов по этим кардинальным вопросам.

При определении платформы Коминтерна (докладчиками выступали Н. Бухарин и Г. Эберлейн) в основу были положены выводы Ленина по важнейшим вопросам борьбы за пролетарскую диктатуру. При этом учитывались также важнейшие установки проекта новой программы РКП (б) и программных документов уже оформившихся компартий капиталистических стран.

Отправным пунктом идейно-политической платформы Коминтерна было ленинское положение о том, что наступила новая эпоха — «эпоха разложения капитализма, его внутреннего распада, эпоха коммунистической революции пролетариата»52. Исходя из анализа новой исторической обстановки, конгресс провозглашал необходимость революционной борьбы пролетариата за свержение буржуазных правительств, необходимость социалистической революции. Оппортунисты, которые до войны обманывали рабочих лозунгами о постепенном переходе к социализму, а во время войны требовали классового мира со своими капиталистами во имя осуществления их разбойничьих интересов, после войны стали пропагандировать мысль о невозможности социалистической революции ввиду ужасающих последствий войны, упадка производительных сил и т. д. Конгресс отверг эти лживые доводы. В манифесте «К пролетариям всего мира» Коммунистический Интернационал указывал, что социалистическая революция есть единственный путь освобождения человечества от эксплуатации, единственный путь для быстрого развития производительных сил общества.

Центральным пунктом идейной платформы Коминтерна являлся лозунг завоевания пролетариатом политической власти, установления диктатуры пролетариата. Раскрытию конкретного содержания этого лозунга Ленин и посвятил свои тезисы и доклад о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата.

После Октябрьской революции оппортунистические и центристские вожди социал-демократии организовали против лозунга пролетарской диктатуры настоящий поход, в котором застрельщиком выступил К. Каутский. В ряде статей, а особенно в брошюре «Диктатура пролетариата» Каутский попытался извратить марксистское учение о социалистической революции, государстве и диктатуре пролетариата. Прикрываясь марксистскими фразами, он выдвигал тезис, что всякая диктатура (а значит и пролетарская) есть зло, а всякая демократия (значит и буржуазная) есть вечная ценность, благо. Он рассуждал о так называемой «чистой» демократии, сознательно прикрывая этой фразой эксплуататорскую сущность буржуазно-демократических режимов.

Отповедь каутскианской защите буржуазных порядков Ленин дал в работе «Пролетарская революция и ренегат Каутский». В ней он раскрыл подлинный смысл учения Маркса — Энгельса о классовой борьбе и диктатуре пролетариата, извращенный оппортунистами. Эти же вопросы рассматривал Ленин и на I конгрессе Коминтерна. Он дал научное обоснование необходимости периода диктатуры пролетариата. Ни один угнетенный класс, говорил он, никогда не приходил к господству и не мог прийти к господству, не переживая периода диктатуры, т. е. завоевания политической власти и насильственного подавления самого отчаянного, бешеного, ни перед какими преступлениями не останавливающегося сопротивления эксплуататоров. Если диктатура была исторической необходимостью для буржуазии, чтобы сломить сопротивление дворянства, то тем более она необходима для пролетариата, коренным образом переделывающего общество. «Диктатура пролетариата является не только вполне законной, как средство свержения эксплуататоров и подавления их сопротивления, но и абсолютно необходимой для всей массы трудящихся, как единственная защита против диктатуры буржуазии...»53

В. И. Ленин раскрыл сущность буржуазной демократии как завуалированной диктатуры буржуазии. Буржуазная демократия, указывалось в тезисах, есть демократия для богатых, для меньшинства; в условиях этой демократии миллионы тружеников ограничены в использовании провозглашенных законом свобод: свободы собраний, слова, печати и других; буржуазная демократия зверски расправляется с революционными вождями рабочего класса, как это было, например, с К. Либкнехтом и Р. Люксембург в Германии.

Ленин подчеркивал классовую ограниченность буржуазной демократии, невозможность без социалистического переворота добиться освобождения трудящихся.

В докладе и тезисах Ленина была убедительно показана несостоятельность неклассового подхода к понятиям «демократия» и «диктатура», разоблачались лицемерные доводы в защиту «демократии вообще», против «диктатуры вообще» как прямая измена социализму, фактический переход на сторону буржуазии, отрицание права пролетариата на свою пролетарскую революцию в момент, когда сложилась революционная ситуация.

Конгресс характеризовал пролетарскую диктатуру как главное орудие пролетариата в борьбе с сопротивлением свергнутых классов, за социалистическое переустройство общества. В то же время в соответствии с ленинскими тезисами указывалось, что пролетарская диктатура есть подлинная демократия для трудящихся, для громадного большинства населения, чего никогда не было при самых демократических буржуазных режимах.

Советская власть, как форма пролетарской диктатуры, рожденная самой жизнью, наглядно воплощала в себе высший, пролетарский тип демократии. Возникавшие во многих странах Советы действовали как органы революционного пролетариата и других трудящихся в их борьбе против капитала.

Подчеркивая международную значимость Советов, I конгресс в своих решениях записал, что система Советов представляет собой организацию необычайно гибкую, способную вовлекать в борьбу против буржуазии пролетарские массы и другие, близкие пролетариату трудящиеся слои города и деревни; система Советов является государственной формой пролетарской власти, формой, противостоящей государственному аппарату буржуазии.

Формулируя задачи создания Советов и завоевания в них прочного коммунистического большинства, Ленин в то же время говорил о возможности «создания новых форм демократии, новых учреждений, воплощающих новые условия ее применения и т. д.»54.

I конгресс Коминтерна, основываясь на ленинском учении о государстве, указал на то, что установление господства пролетариата должно означать «уничтожение враждебного государственного аппарата», прежде всего обезоружение буржуазии, ее военных отрядов, полиции, жандармерии и «создание пролетарского государственного аппарата»55. Поскольку государственная машина буржуазии была приспособлена для подавления, угнетения и обмана трудящихся, социалистическая революция должна была сломать ее, и создать новую, пролетарскую, приспособленную для целей социалистического преобразования общества.

Конгресс выразил полную солидарность с тезисами Ленина и утвердил предложенную им в дополнение к тезисам резолюцию о задачах компартий. «Платформа Коммунистического Интернационала» определяла наряду с политическими задачами пролетарской власти и ее экономические цели. Они состояли в экспроприации крупного капитала как в промышленности, так и в сельском хозяйстве и создании социалистического, планового хозяйства. Указывалось, что с установлением пролетарской власти мелкая собственность не должна экспроприироваться, а мелкие владельцы, не эксплуатирующие чужого труда, то есть основная масса крестьянства, ремесленники и т. п., должны втягиваться в сферу социалистического хозяйства постепенно, примером и практикой, которая покажет преимущество нового строя. Заботясь о развитии производительных сил, пролетарская власть соединит труд и науку56.

Касаясь общественной базы диктатуры пролетариата, конгресс провозглашал принцип прочного дружеского союза пролетариата с беднейшим крестьянством и полупролетариатом города и деревни. Ленинская идея союза рабочего класса и крестьянства была одним из важнейших положений платформы Коминтерна.

Коминтерн провозгласил нерушимую верность принципам пролетарского интернационализма. В решениях I конгресса говорилось об абсолютной необходимости для революционного пролетариата координировать свои выступления в международном масштабе, соподчинять национальные интересы интересам интернациональной революции. Коммунистический Интернационал обязывался постоянно осуществлять тесную связь между борьбой пролетариата империалистических стран и национально- освободительным движением угнетенных народов колоний и полуколоний, «поддерживать эксплуатируемые народы колоний в их борьбе с империализмом, чтобы способствовать окончательному краху системы мирового империализма»57.

Одновременно Коминтерн провозгласил теснейший союз и братскую взаимопомощь между государствами, в которых победила власть пролетариата, в целях совместной защиты своих завоеваний и строительства социализма.

В. И. Ленин принял личное участие в редактировании основных документов I конгресса. Австрийский делегат К. Штейнгардт пишет, что ему вместе с Г. Эберлейном было поручено перевести Манифест I конгресса: «Вечером пришел Ленин и вместе с нами работал над Манифестом с 10 часов вечера до 6 часов утра. Ленин был неутомим и закончил работу только тогда, когда мы прочли абзац за абзацем, фразу за фразой и отшлифовали не только содержание, но и стиль Манифеста»58.

Не все делегаты первого конгресса Коминтерна с полной ясностью представляли себе сложность и грандиозность задач, встававших перед коммунистическим движением. Некоторые из них рассматривали отдельные вопросы упрощенно или чересчур прямолинейно. В материалах и решениях конгресса можно встретить поэтому отдельные фразы о невозможности восстановления капиталистического хозяйства, о том, что освобождение угнетенных стран Востока придет только после социалистических революций в метрополиях. В некоторых выступлениях сквозила мысль о том, что компартиям нет смысла бороться за профсоюзы, так как это якобы отвлечет их от революции. Но эти отклонения от глубокого ленинского понимания путей классовой борьбы коммунистическое движение постепенно преодолевало.

Идейная платформа Коммунистического Интернационала являлась воплощением коренных положений марксистско-ленинской теории. Вскоре после I конгресса Ленин отмечал, что Коминтерн «всем своим идейно-политическим содержанием, всеми своими действиями осуществляет революционное учение Маркса, очищенное от буржуазно-оппортунистических извращений»59. Только вооруженный научной революционной теорией Интернационал мог успешно бороться за проведение в жизнь вековых идеалов социализма и рабочего движения.

Решительно размежевавшись с оппортунистами и центристами в области идеологии, коммунисты порвали с ними и организационно. I конгресс заявил, что предварительным условием победоносной борьбы пролетариата является разрыв как с оппортунистами, превратившимися в прямых лакеев капитала и палачей социалистической революции, так и с «центром» (каутскианством), который в критический момент покидает пролетариат и заигрывает с его открытыми врагами. С другой стороны, подчеркивалась необходимость блока со всеми революционными элементами, встающими на почву признания пролетарской диктатуры.

Историческое значение I конгресса Коминтерна состояло в том, что он положил начало идейному и организационному сплочению коммунистических сил всех стран.

В лице Коминтерна сформировалась руководящая организация мирового коммунистического движения, обеспечившая его идейный и организационный рост, его активнейшую роль в классовых битвах новой эпохи. Коммунистический Интернационал представлял собой международную коммунистическую организацию нового типа, которая в своей политике и тактике, в формах и методах деятельности наиболее полно отражала такой этап революционного движения, когда в повестку дня встал вопрос о борьбе за свержение капиталистических порядков, когда в рабочем движении стали формироваться и развиваться коммунистические партии.

Создание III Интернационала означало, что в условиях новой эпохи, когда рабочее движение приобретало все более международный характер; политика пролетарского интернационализма получила четкие организационные формы, наиболее отвечавшие в то время задачам сплочения пролетариев всех стран.

Примечания:

1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 22—23.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 253

3 Там же, стр. 148.

4 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 2.

5 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 134—135.

6 «Die Neue Zeit», 1915, Bd. 2., № 5, April, S. 144.

7 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 392.

8 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 13.

9 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 42.

10 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 30.

11 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 49, стр. 15.

12 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 49, стр. 20.

13 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 324.

14 Там же, стр. 290.

15 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 104—105.

16 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 157.

17 См. там же, стр. 323.

18 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 49, стр. 105.

19 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 342.

20 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 105.

21 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 49, стр. 90.

22 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 31, стр. 175.

23 В. И. Ленин. Полн. собр. соч. т. 49, стр. 139,

24 Там же, стр. 163

25 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 32.

26 Там же. стр. 282—283.

27 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 49, стр. 222.

28 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 30, стр. 138.

29 В: И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 354.

30 См. «Наше слово», 4 февраля 1916 г.

31 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 253.

32 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 127.

33 Там же, стр. 44

34 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, стр. 261.

35 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 112.

36 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 9.

37 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 304

38 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 31, стр. 185.

39 Там же, стр. 476.

40 Там же, стр. 174.

41 «Известия ЦИК», 24.12.1917 (6.1.1918).

42 «Правда», 12 февраля 1918 г.

43 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 147.

44 Борьба большевиков за создание Коммунистического Интернационала. М., 1934, стр. 1

45 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 50, стр. 228,

46 «Вопросы истории КПСС», 1969. № 2, стр. 60—61.

47 Там же. Несколько позже, в феврале 1919 г., Ленин в замечаниях к проекту тезисов «Основы III Интернационала», указывая на неточность формулировки о Советах как единственной форме пролетарской власти, писал: «Типа Коммуны и Советов (не обязательно «Советов»)». В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 54, стр. 502.

48 См. там же, стр. 501.

49 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 734, 539—540.

50 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 50, стр. 264.

51 См. настоящее издание, стр. 135.

52 Там же, стр. 130.

53 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 498.

54 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 499.

55 См. настоящее издание, стр. 130—131.

56 См. там же, стр. 129—134.

57 См. настоящее издание, стр. 134.

58 «О Ленине. Воспоминания зарубежных современников». М., 1966, стр. 116—117.

59 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 108.

 


 

II. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ В. И. ЛЕНИНА В ПЕРИОД МЕЖДУ I И II КОНГРЕССАМИ КОМИНТЕРНА

1.  В. И. ЛЕНИН ОБ УРОКАХ КРУПНЫХ РЕВОЛЮЦИОННЫХ БОЕВ В ЕВРОПЕ

После I конгресса Коммунистического Интернационала произошли события, означавшие дальнейшее развитие мировой социалистической революции. Упрочилось международное и внутреннее положение молодой Республики Советов, разгромившей армии ставленников Антанты — армии Деникина, Колчака и Юденича, изгнавшей с советской земли значительную часть войск интервентов.

Огромнейшего размаха достигла революционная борьба в европейских странах. Кульминацией революционного подъема в Европе в этот период было образование Советских республик в Венгрии (21 марта 1919 г.), в Баварии (13 апреля 1919 г.) и в Словакии (16 июня 1919 г.).

Победа пролетарской революции в Венгрии опрокинула утверждения реформистских и центристских лидеров о неприменимости в других странах революционного опыта российского пролетариата, опыта пролетарской диктатуры и Советской власти. Венгерская революция продолжила дело Великой Октябрьской социалистической революции, доказала не только ее международное влияние, но и всеобщность основных ее черт. Она означала новое подтверждение правильности марксистско-ленинской теории.

Пролетарская революция и диктатура пролетариата в Венгрии имели в сравнении с Октябрьской революцией в России свои отличительные, специфические черты, обусловленные конкретно-исторической обстановкой. Ленин указал на эти черты и особенности. Он писал: «Форма перехода к диктатуре пролетариата в Венгрии совсем не та, что в России: добровольная отставка буржуазного правительства, моментальное восстановление единства рабочего класса, единства социализма на коммунистической программе. Сущность Советской власти выступает теперь тем яснее: ...диктатура пролетариата»1.

Основной особенностью возникновения Советской республики в Венгрии был мирный переход власти в руки пролетариата. События в Венгрии опровергли утверждения реформистских и центристских лидеров о том, что будто бы установление пролетарской диктатуры всегда сопровождается кровопролитием и террором. Этому факту Ленин придавал особое значение. Он подчеркивал, что возможность мирного развития революции будет иметь для трудящихся капиталистических стран громадную притягательную силу. В докладе на заседании Моссовета 3 апреля 1919 г. Ленин говорил, что до сих пор враги социализма запугивали рабочих войной, голодом и разорением, являвшимися, как они утверждали, непременными спутниками пролетарской революции. В Венгрии же революция произошла «необыкновенно оригинально... Буржуазные социалисты, меньшевики и эсеры Венгрии, влились в партию венгерских большевиков и образовали единую партию, единое правительство... Буржуазия венгерская признала перед всем миром, что она добровольно подает в отставку и что есть только одна власть в мире, которая способна руководить народами в тяжелую минуту,— это власть Советов...

...Пускай на Россию пали большие жертвы, чем на другие страны... Другие страны приходят другим путем, более человеческим, приходят к тому же — к Советской власти. Вот почему пример Венгрии будет иметь решающее значение»2.

Мирное осуществление победы социалистической революции в Венгрии произошло не парламентским путем, а, напротив, в борьбе против буржуазного парламентаризма, путем установления пролетарской демократии в форме Советов. «...Венгерская революция тем, что она совершенно иначе родилась, чем наша,— говорил Ленин на заседании пленума Моссовета,— покажет всему миру то, что по отношению к России было скрыто: именно, что большевизм связан с новой пролетарской, рабочей демократией, которая выступает на место старого парламента»3.

В обеспечении победы социалистической революции в Венгрии большую роль сыграло объединение коммунистической и социал-демократической партий на основе революционной программы, принятия принципа пролетарской диктатуры. Идея объединения, завершившегося соглашением руководства обеих партий, развивалась в ходе политической борьбы масс, зрела снизу, в самой гуще пролетариата, выступавшего совместно в острых классовых конфликтах. Однако объединение двух партий еще не означало, что вся венгерская социал-демократия в целом перешла на позиции коммунизма. Если левые социал-демократы приняли диктатуру пролетариата по убеждению, то правые и центристские лидеры признали революционную программу лишь формально, на словах, в результате безвыходного положения, с целью сохранения своих позиций. Руководители коммунистической партии сознавали, что такого рода объединение может привести к растворению коммунистических организаций в социал-демократической партии, в результате чего рабочий класс, диктатура пролетариата лишатся своего руководителя. Уже через несколько недель после объединения Бела Кун указывал: «Две партии объединились, но по существу нет ни одной... Надо очистить партию, надо ее упрочить, усилить, она должна стать единой и дисциплинированной, чтобы... с твердой единой позиции проводить свою политику»4.

В. И. Ленин, анализируя объединение двух рабочих партий в Венгрии, выражал опасения по поводу его характера. Он запрашивал Бела Куна: «Сообщите, пожалуйста, какие Вы имеете действительные гарантии того, что новое венгерское правительство будет на самом деле коммунистическим, а не только просто социалистическим, то есть социал-предательским?

Имеют ли коммунисты большинство в правительстве?... В чем состоит реально признание социалистами диктатуры пролетариата?»5

Стремясь получить более точную картину происходивших в Венгрии событий, Ленин подробно расспрашивал товарищей, прибывших из страны. В конце марта состоялась его беседа с делегатом I конгресса Коминтерна, главным редактором газеты «Вереш уйшаг», венгерским коммунистом Ласло Рудашем. Во время этой беседы В. И. Ленин задавал Л. Рудашу вопросы о расстановке классовых сил в Венгрии, о конкретных мероприятиях пролетарской диктатуры, о позиции крестьянства. В этой беседе, как вспоминал Л. Рудаш, Ленин высказал мысль о том, что было бы более целесообразно создать блок, в котором обе партии сохраняли свою самостоятельность, и коммунисты, постепенно усиливая свои позиции, могли бы порвать с социал-демократами в случае, если бы последние не выполнили своего революционного долга6.

Советская власть в Венгрии осуществила большие социально-экономические преобразования. Была проведена конфискация крупных и средних промышленных предприятий, транспорта и шахт, введены 8-часовой рабочий день и страхование всех трудящихся, повышение заработной платы и т. д. В деревне была проведена конфискация крупных имений, на месте которых были организованы госхозы, ликвидированы налоги с крестьян. Небольшая часть земли была разделена между бедняками, что несколько улучшило их положение. Однако основная часть помещичьей земли не распределялась между безземельными и малоземельными крестьянами, что разочаровало крестьянскую бедноту, мечтавшую о радикальном решении земельного вопроса, и привело ее к политической пассивности. Вследствие ошибочного решения аграрного вопроса возникли препятствия для создания рабоче-крестьянского союза, являющегося основным условием диктатуры пролетариата. Бела Кун впоследствии писал по этому поводу: «Мы думали, что наша земельная политика умнее политики русских большевиков, так как мы не раздаем крупные имения крестьянам, а сразу осуществляем социалистическое крупное хозяйство...»7.

В. И. Ленин придавал исключительное значение правильному решению аграрного вопроса, завоеванию союзников рабочего класса среди огромных масс беднейшего крестьянства. В своем приветствии Баварской Советской республике он дал ряд ценных советов, относящихся не только к коммунистам Баварии, но и к руководителям Советской Венгрии. Наряду с другими вопросами в приветствии особенно подчеркивалось значение немедленного фактического улучшения положения рабочих, батраков и мелких крестьян и указывалось, какие именно конкретные мероприятия необходимо провести в первую очередь8.

Имея в виду это письмо, В. И. Ленин писал Бела Куну: «Надеюсь, что Вы принимаете меры, рекомендованные мною баварцам»9.

В. И. Ленин не раз возвращался к вопросу о союзниках пролетариата, о том, что нужно для того, чтобы пролетариат мог вести за собой крестьянство и мелкобуржуазные слои вообще. Он говорил, что необходима передача части крупных конфискованных земельных владений в распоряжение мелкого крестьянина, так как «...иначе мелкий крестьянин и не заметит разницы между тем, что было прежде, и советской диктатурой. Если пролетарская государственная власть не будет проводить этой политики, она не сможет удержаться»10.

В конце мая 1919 г. В. И. Ленин вместе с другими руководителями Советской России принял приехавшего в Москву одного из видных деятелей Советской Венгрии Тибора Самуэли, в беседах с которым обсуждались вопросы о положении обеих стран, об их военном сотрудничестве и т. д. Вместе с Т. Самуэли в Венгрию было направлено ленинское послание венгерскому пролетариату — «Привет венгерским рабочим», о котором Т. Самуэли сообщил на заседании Будапештского Совета рабочих и солдатских депутатов 31 мая 1919 года. 1 июня оно было опубликовано в газете «Непсава», органе объединенной партии Советской Венгрии. Отметив несравненно более легкий и мирный путь перехода Венгрии к Советскому строю, В. И. Ленин объяснял венгерским коммунистам цели и сущность диктатуры пролетариата, как длительного переходного периода от капитализма к социализму, обращая особое внимание коммунистов на необходимость завоевания союзников пролетариата среди крестьянства и мелкобуржуазных слоев вообще. Ленин указывал в своем письме, что несмотря на мирный характер революции в Венгрии не устраняется необходимость применения «...беспощадно сурового, быстрого и решительного насилия для подавления сопротивления эксплуататоров, капиталистов, помещиков, их прихвостней. Кто не понял этого, тот не революционер...»11. Это положение было направлено против правых оппортунистов, отрицавших необходимость твердых мер для подавления врагов рабочего класса и трудового крестьянства.

Опыт истории показал справедливость ленинского предупреждения.

Измена правого крыла партии, малодушие и колебание центристов в условиях военного нападения Антанты в значительной степени облегчили международной и внутренней контрреволюции задачу свержения диктатуры пролетариата в Венгрии.

На всем протяжении существования. Венгерской и Баварской Советских республик В. И. Ленин своими советами оказывал коммунистам этих стран непосредственную помощь в разработке правильной внутренней и внешней политики, стремился передать им опыт партии большевиков, приобретенный в борьбе за победу Октябрьской социалистической революции.

После поражения Советской Венгрии Ленин неоднократно возвращался к урокам Венгерской Советской республики, внимательно изучал ее опыт. Он указывал на тяжелейшие последствия предательства правых социал-демократов, колебания и малодушия социал-демократов центристского направления.

Советская власть в Баварии (13 апреля — 1 мая 1919 г.) и в Словакии (16 июня — 5 июля) продержалась еще меньше, чем в Венгрии. В этих странах она также была подавлена преобладающими силами внутренней и внешней контрреволюции.

Опыт и уроки первых Советских республик на Западе свидетельствовали о том, что пролетариат не может закрепить свою победу без монолитной, сплоченной, дисциплинированной и опытной коммунистической партии, проводящей правильный политический курс в отношении крестьянства и городской мелкой буржуазии, без партии, тесно связанной с широкими массами трудящихся, очищенной от правооппортунистических и всякого рода колеблющихся элементов.

Наряду с борьбой за Советскую власть в Венгрии, Баварии и Словакии революционное пролетарское движение достигает большого подъема в других капиталистических странах Европы. Стачечные выступления во Франции, Англии, Италии и ряде других стран, отличавшиеся наступательным характером и упорством, нередко перерастали во всеобщие политические стачки с участием широких масс трудящихся. Пролетариату удалось добиться выполнения не только некоторых экономических требований, направленных на улучшение жизненных условий, но и завоевать ряд политических и профсоюзных свобод. И хотя буржуазия и реформисты стремились использовать этот факт для пропаганды реформистских иллюзий и раскола рабочего класса, в рядах пролетариата революционные настроения оставались сильными.

Росло движение братской солидарности международного пролетариата с молодой Советской Россией. В апреле 1919 г. вспыхнуло восстание французских моряков на Черном море. Революционное движение, охватившее французский флот и пехотные части, вынудило правительство Франции вывести свои войска из Советской России. Ленин, выступая на VII Всероссийском съезде Советов в декабре 1919 г., так говорил об этих событиях: «Эта победа, которую мы одержали, вынудив убрать английские и французские войска, была самой главной победой, которую мы одержали над Антантой. Мы у нее отняли ее солдат. Мы на ее бесконечное военное и техническое превосходство ответили  тем, что отняли это превосходство солидарностью трудящихся против империалистических правительств»12.

Движение солидарности трудящихся капиталистических стран достигло наивысшего подъема летом 1920 г., когда пролетариат многих стран в связи с нападением буржуазно-помещичьей Польши на Советскую Россию выступил под лозунгом «Руки прочь от Советской России!». Ленин высоко оценивал братскую помощь международного пролетариата Советской республике: «...рабочие Англии сказали: «Мы войны против России не допустим!» И по всей Англии образовались «комитеты действия», и война английских империалистов была сорвана, и опять оказалось, что Советская Россия в ее война против империалистов всех стран имеет союзников в каждой из этих стран»13.

Пример единодушия и пролетарской солидарности показали рабочие Италии, которые 21 июля 1919 г. провели день всеобщей международной стачки в защиту Венгерской Советской республики и Советской России. Итальянский пролетариат активно выступал против антисоветской интервенции, за признание Республики Советов. Моряки и рабочие итальянских портов и железных дорог отказывались перевозить военные грузы, производился сбор продовольствия для Советской России. Депутаты-социалисты в декабре 1919 г. внесли в парламент резолюцию о признании Советской страны. Движение солидарности трудящихся развернулось в ряде городов Италии.

Характеризуя выступления итальянского пролетариата в защиту Советской России, Ленин говорил, что «...итальянские массы за нас, итальянские массы поняли, что такое русские «советисты», что такое программа русских «советистов»»14.

В 1920 г. революционное движение итальянских рабочих приобрело особенно широкий размах. Во многих промышленных центрах страны усиливалось забастовочное движение. В сельских местностях сельскохозяйственные рабочие и крестьяне стали создавать вооруженные отряды, захватывать и распределять земли помещиков. Все это давало Ленину основания утверждать, что в Италии шло дело «...к решающим битвам пролетариата с буржуазией из-за овладения государственной властью...», причем беднейшее крестьянство этой страны «...доказало делами, что оно способно подниматься на революционную борьбу вслед за пролетариатом...», который смог «...подняться стихийно, поднять массы на могучее революционное движение»15. Для победы революции в Италии было необходимо, чтобы действительным авангардом революционного пролетариата «...сделалась партия вполне коммунистическая, неспособная колебнуться и проявить слабость в решительный момент; — партия, которая бы собрала в себе ...преданность революции, энергию, беззаветную смелость и решимость»16. Итальянская социалистическая партия не отвечала этому назначению.

Наряду с крупнейшими капиталистическими странами (Англия, Германия, Франция, Италия, США, Япония) классовые бои охватили также такие государства, как Болгария, Испания, Швеция, Норвегия, Дания, Голландия, государства Латинской Америки и ряд других стран.

На борьбу за свое освобождение поднимались народы колониальных и зависимых стран — Турции, Ирана, Афганистана, Индии, Китая, Египта, Индонезии и другие.

В обстановке напряженнейшей классовой борьбы в мире особое значение приобретал субъективный фактор, то есть организованность и сознательная готовность пролетариата идти на борьбу за свои коренные требования. Важнейшее значение при этом имело наличие у пролетариата крепкой, закаленной и опытной коммунистической партии. Однако в большинстве стран компартии еще не стали такими. Они делали громадные шаги в своем развитии, привлекая на свою сторону передовую часть пролетариата. В речи на торжественном заседании Московского Совета 6 марта 1920 г., посвященном годовщине III Интернационала, В. И. Ленин отмечал: «Нет ни одной страны в мире — даже самой неразвитой, где бы все мыслящие рабочие не присоединялись к Коммунистическому Интернационалу, не примыкали к нему идейно»17. Но компартиям еще предстояло пройти большой путь, прежде чем стать действительными вождями трудящихся масс. В укреплении коммунистических партий Ленин и Коминтерн видели одну из ключевых проблем развития революционного движения.

 

2. ПОМОЩЬ В. И. ЛЕНИНА В СТАНОВЛЕНИИ И РАЗВИТИИ КОММУНИСТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ

В период между основанием Коммунистического Интернационала и его II конгрессом — с марта 1919 г. по июль 1920 г.— во многих странах продолжали складываться коммунистические партии и группы, заявлявшие о своем присоединении к Коммунистическому Интернационалу. В его ряды вступали все новые и новые отряды мирового пролетариата. В течение года «Коммунистический Интернационал достиг таких побед, которых нельзя было ожидать, и можно смело сказать, что никто не ожидал таких громадных успехов при его основании»18. После I конгресса Коминтерна и вплоть до осени 1920 г. коммунистические партии образовались в Югославии, Болгарии, США, Мексике, Дании, Испании, Индонезии, Иране, Великобритании, Турции, Уругвае, Австралии. Желание вступить в Коминтерн выразили Интернационально-социалистическая партия Аргентины, Социалистическая рабочая партия Греции, Социалистическая партия Румынии, Левая социал-демократическая партия Швеции, Норвежская социал-демократическая рабочая партия, Итальянская социалистическая партия, а также партии, революционные группы и профсоюзы других стран.

Под давлением революционизирующихся рабочих масс начался процесс размежевания и в рядах центристских партий. Уступая требованиям своих рядовых членов, крупнейшие центристские партии, такие как Независимая социал-демократическая партия Германии (НСДПГ), Французская социалистическая партия. Социалистическая партия Америки, Независимая рабочая партия Англии, Социал-демократическая партия Швейцарии и некоторые другие, вынуждены были порвать со II Интернационалом и обещать массам, что они вступят в переговоры для того, чтобы достичь соглашения с III Интернационалом.

Советская власть, Коммунистический Интернационал и его платформа, поставившая во главу угла завоевание диктатуры пролетариата, обладали большой притягательной силой для рабочего класса всего мира. Для того чтобы удержать рабочих под своим влиянием в этот напряженный исторический момент, не утратить своих позиций в рабочем движении, центристские лидеры социал-демократических партий на словах соглашались признать даже диктатуру пролетариата, на деле всячески уклоняясь от ее осуществления, отказываясь от нее в самый решительный момент борьбы за освобождение пролетариата.

Помогая молодым коммунистическим партиям распознавать всю опасность такой политики центристов, их словесного признания диктатуры пролетариата, В. И. Ленин указывал, что ради того, чтобы остаться во главе рабочего движения, они готовы все признать и все подписать. И хотя центристы подписываются под резолюцией за диктатуру пролетариата, они не заслуживают никакого доверия. «Не словесное признание нужно,— писал Ленин в статье «О задачах III Интернационала»,— а полный разрыв на деле с политикой реформизма, с предрассудками буржуазной свободы и буржуазной демократии, проведение на деле политики революционной классовой борьбы»19.

Ленин писал, что II Интернационал независимо от желания его рядовых членов является по его подлинной исторической и политической роли организацией, проводящей в рабочем движении буржуазные идеи. Буржуазия не может обойтись без таких прислужников, которым бы доверяла часть рабочего класса и которые бы «...отвлекали народ от революции размалевыванием прелестей и возможностей реформистского пути». Коммунистический Интернационал для того и основан, указывал Ленин, чтобы не позволять «социалистам» отделываться лишь словесным признанием революции. «Словесное признание революции, на деле прикрывавшее насквозь оппортунистическую реформистскую, националистическую, мелкобуржуазную политику,— писал далее Ленин,— было основным грехом II Интернационала, и с этим злом мы ведем войну не на живот, а на смерть»20.

Не все партии, заявлявшие о своем желании примкнуть к Коммунистическому Интернационалу, были согласны с необходимостью перестройки всей деятельности на коммунистических принципах. Только проделав такую перестройку, некоторые социалистические партии, развивавшиеся влево, могли превратиться в настоящие коммунистические партии, способные вести массы трудящихся на штурм капитала.

Идейно-организационной перестройке своих партий пытались оказывать противодействие центристские лидеры французских социалистов, лидеры Норвежской рабочей партии, правое крыло Независимой социал-демократической партии Германии и другие центристские элементы. В Италии, на съезде социалистической партии в Болонье (октябрь 1919 г.), большинство ее членов высказалось за III Интернационал. Однако в ИСП осталось немало открытых и прикрытых оппортунистов, борьба с которыми была, как об этом напоминал Ленин, «далеко не кончена»21.

Поскольку в этих и в некоторых других социалистических партиях имелись определенные возможности для преобразования их в партии нового типа, Коминтерн и лично Ленин прилагали немало усилий для того, чтобы помочь преодолению оппортунистических тенденций в этих партиях. Ярким примером этого может служить письмо ИККИ от 5 февраля 1920 г. «Ко всем рабочим Германии, Центральному Комитету Германской Коммунистической партии и Центральному Комитету Независимой социал-демократической партии»22 по поводу решения Лейпцигского съезда НСДПГ о вступлении в переговоры относительно условий вхождения в Коммунистический Интернационал. В основу этого письма были положены тезисы Ленина, написанные им в качестве проекта ответа от РКП на письмо НСДПГ23 (В. И. Ленин входил также в комиссию для окончательного формулирования ответа в форме письма ИККИ). В тезисах Ленина раскрываются важнейшие положения о диктатуре пролетариата и революции, о союзе рабочего класса и крестьянства, об отношении пролетариата к буржуазно-демократическим свободам, разъясняется сущность позиции и политики центристских лидеров, как германских, так и французских (независимых и лонгетистов), идущих вразрез с желаниями и чаяниями широких масс рядовых членов этих партий. Ленин и Коминтерн считали, что пока соединяться с независимцами и лонгетистами не следует, что нужно «выждать, пока революционные массы французских и немецких рабочих исправят слабость, ошибки, предрассудки, непоследовательность таких партий, как независимцы и лонгетисты»24.

Стремясь помочь молодому коммунистическому движению преодолеть правую опасность, Ленин направлял в адрес отдельных партий специальные письма по этому вопросу — «Привет итальянским, французским и немецким коммунистам» (10 октября 1919 г.), «Товарищу Лорио и всем французским друзьям, примкнувшим к III Интернационалу» (28 октября 1919 г.), «Товарищам Серрати и итальянским коммунистам вообще» (28 октября 1919 г.) и другие. Письма эти публиковались в журнале «Коммунистический Интернационал» и в других изданиях, и таким образом мысли и советы Ленина становились достоянием коммунистов и передовых пролетариев.

В этих письмах Ленин указывал на необходимость для коммунистов решительно размежеваться с правооппортунистическими и центристскими врагами марксизма. «Борьба с предателями социализма, шейдемановцами и каутскианцами должна быть беспощадной...»25, — писал Ленин, — с оппортунизмом, «...особо утонченным в духе Лонге», придется еще долго бороться26.

Социал-демократические традиции не были еще полностью изжиты и в самих коммунистических партиях, процесс формирования которых происходил в основном путем размежевания внутри социал-демократических партий, отхода от них лучших, наиболее революционных элементов, порывавших со своим социал-демократическим прошлым. Старый груз социал-демократической идеологии в ряде случаев препятствовал молодым коммунистическим партиям по-настоящему возглавить революционную борьбу трудящихся.

Труды В. И. Ленина, написанные им в период марта 1919 — мая 1920 г., сыграли огромную роль в деле вооружения молодых коммунистических партий марксистской идеологией. В 1 —10 номерах журнала «Коммунистический Интернационал» было опубликовано 14 ленинских работ, освещающих важнейшие вопросы теории, стратегии и тактики коммунистических партий: о социалистической революции и диктатуре пролетариата, о закономерностях классовой борьбы, об основных проблемах формирования и укрепления коммунистических партий и их роли в революционной борьбе.

Ленинские труды, распространению которых Коминтерн и его секции уделяли большое внимание, составляли тот идейно-политический фундамент, на котором строилась работа молодых коммунистических партий. Они указывали революционному авангарду международного пролетариата верный путь вперед.

В статьях, выступлениях и письмах Ленина, наряду с обобщением опыта и уроков Октябрьской социалистической революции в России, деятельности партии большевиков, глубоко анализировались вопросы формирования и идейно-теоретического укрепления компартий, борьбы с правым оппортунизмом и центризмом, раскрывались принципы пролетарского интернационализма.

Политическую линию, направленную против социал-предателей, против реформизма и оппортунизма, указывал В. И. Ленин еще в октябре 1919 г., «...можно и должно вести на всех без изъятия поприщах борьбы. И тогда мы завоюем рабочую массу. А с рабочей массой авангард пролетариата, марксистская централизованная политическая партия верным путем поведет народ к победоносной диктатуре пролетариата...»27

В укреплении молодых коммунистических партий важную роль сыграла практическая помощь Ленина, который хорошо знал положение в братских партиях не только по информации, получаемой из писем и зарубежных печатных периодических изданий, но. и в результате непосредственного общения, многочисленных бесед с представителями рабочего и коммунистического движения. Беседовавших поражало знание Лениным обстановки в данной стране, трудностей в работе партии. Беседы с Лениным помогали деятелям братских партий глубже понять задачи революционной борьбы, занять более правильные позиции по тому или иному конкретному политическому вопросу. Такими были беседы Ленина с представителями коммунистического и рабочего движения Германии, Англии, Франции, Италии, Болгарии, Австрии, Чехословакии и других стран.

Большое внимание уделял В. И. Ленин революционным рабочим, входившим в некоммунистические организации, в частности в анархо-синдикалистские союзы. Ленин разъяснял им ошибочную тактику «отказа от политической борьбы».

В 1919-1920 гг., в период размежевания, революционного и реформистского течений в рабочем движении, в годы формирования и становления большинства коммунистических партий наиболее серьезная опасность угрожала коммунистам «справа». Правооппортунистическим тенденциям в рабочем и коммунистическом движении Ленин и Коминтерн давали решительный отпор.

Наряду с правой опасностью развивавшемуся коммунистическому движению вскоре стала угрожать и другая опасность — «слева».

Носителями правых тенденций в коммунистическом движении являлись те элементы, которые пришли из старых социалистических партий, не преодолев социал-демократических взглядов и традиций. Их опорой была рабочая аристократия и рабочая бюрократия, примиренчески настроенные по отношению к буржуазии попутчики рабочего класса из средних слоев населения.

Левацко-сектантские ошибки компартий питались иными источниками. Вскрывая причины появления в компартиях уклона к «левизне», Ленин показал, что базой этого уклона являются прежде всего разоряющиеся мелкие собственники, которые во многих европейских (да и не только в европейских) странах имели большой удельный вес. Испытывая при капитализме постоянное угнетение и зачастую очень резкое и быстрое ухудшение жизни и разорение, этот слой довольно легко переходит к крайней революционности, «но не способен проявить выдержки, организованности, дисциплины, стойкости»28.

Быстрый рост коммунистических партий в условиях революционного подъема приводил к тому, что наряду с передовыми рабочими в ряды компартий проникла известная часть этих мелкобуржуазных элементов и незрелых в политическом и идейном отношении рабочих, впервые стихийно пробужденных к революции и принимающих участие в крупных и массовых выступлениях пролетариата. Настроения этого широкого слоя и порождали «левый» оппортунизм, мелкобуржуазную революционность, приводили к тому, что, по словам Ленина, мелкобуржуазное мировоззрение снова и снова прорывалось в рядах рабочих партий. Подвергая резкой критике как правые, так и анархо-синдикалистские тенденции в международном рабочем движении, Ленин еще ранее указывал: «И те и другие тормозят самое важное, самое насущное дело: сплочение рабочих в крупные, сильные, хорошо функционирующие, умеющие при всяких условиях хорошо функционировать, организации, проникнутые духом классовой борьбы, ясно сознающие свои цели, воспитываемые в действительно марксистском миросозерцании»29.

Полуанархистские, левосектантские настроения в значительной степени диктовались революционным нетерпением, а также ненавистью революционной части рабочих к правооппортунистическим лидерам социал-демократии. Эта ненависть, являвшаяся реакцией на предательство последних, толкала некоторых коммунистов на неподготовленные, преждевременные выступления, без объективной и тщательной оценки ситуации, мешала коммунистам вырабатывать правильную стратегию, умело применять гибкую тактику.

В своей деятельности молодые коммунисты, не имевшие достаточного опыта революционной борьбы, зачастую переносили эту ненависть и недоверие на институты и массовые рабочие организации, существовавшие в условиях капиталистического строя. «Левые» выступали против участия в буржуазных парламентах, против работы в профсоюзах, которыми руководили правые социал-демократы. «Левые» признавали только прямой путь захвата власти пролетариатом, не допуская никакого лавирования и компромиссов. Стремясь как можно скорее «сделать то, что сделано в России», они в то же время не усвоили еще опыта большевизма и не могли еще верно, творчески применять теорию марксизма-ленинизма к конкретной обстановке в своей стране, проявляли склонность к догматизму.

Многие честные коммунисты поддавались левацким настроениям, и нужен был гений Ленина, чтобы обратить серьезное внимание на появившуюся опасность «левизны» и начать решительную борьбу за ее преодоление.

Левосектантские взгляды и настроения получили распространение в рабочем и коммунистическом движении ряда стран. В Англии, например, среди части революционеров господствовало отрицательное отношение к работе в парламенте, отвергалась необходимость для компартии вступить на правах коллективного члена в лейбористскую партию. Заметив эти ошибки, Ленин еще 28 августа 1919 г. направил открытое письмо деятельнице английского рабочего движения Сильвии Панкхерст. Он писал, что, по его убеждению, отказ революционных рабочих Англии от участия в парламентских выборах является ошибкой. Несмотря на то, что критика буржуазной демократии и буржуазного парламентаризма, его реакционности по сравнению с Советской властью законна и необходима, она не означает отказа от участия в парламентской борьбе вообще. «Критики парламентаризма в Европе и Америке,— разъяснял Ленин,— очень часто, когда они принадлежат к анархистам и анархо-синдикалистам, оказываются неправы, поскольку они отвергают всякое участие в выборах и в парламентской деятельности. Тут сказывается просто недостаток революционного опыта»30.

В связи с этим Ленин указывал, что для революционных рабочих, особенно в такой стране, как Англия, где до сих пор в социалистическом и рабочем движении участвовала преимущественно реформистски настроенная верхушка рабочих, главным является неразрывная связь со всей массой рабочих, «умение постоянно агитировать в ней, участвовать в каждой стачке, откликаться на всякий запрос массы»31. Парламентская деятельность будет способствовать осуществлению такой связи с массами. Если рабочая партия действительно революционна, указывал Ленин, если она связана с большинством трудящихся, если она является крепкой и сплоченной организацией революционного авангарда и умеет вести революционную работу в массах всеми возможными способами, то «такая партия, наверное, сумеет держать в руках своих парламентариев, делать из них настоящих революционных пропагандистов»32.

«Левизна» проявилась и в коммунистическом движении Германии, где на учредительном съезде КПГ, несмотря на ряд правильных решений, было принято ошибочное предложение о бойкоте выборов в Национальное собрание. Некоторые делегаты съезда предлагали запретить коммунистам работать в профсоюзах, возглавляемых реакционерами и т. д.

На II съезде КПГ в Гейдельберге тактика бойкота выборов в Национальное собрание была признана ошибочной, и съезд принял решение об участии партии в парламентских выборах. Против этих решений выступила оппозиция во главе с Лауфенбергом и Вольфгеймом, защищавшая левосектантские, анархо-синдикалистские позиции — бойкот парламента, отрицание политической борьбы, отказ от работы в профсоюзах, возглавляемых реформистами и т. д. Эта группа, оставшаяся в меньшинстве, была лишена права участвовать в работе съезда и в дальнейшем исключена из партии. Вместе с этой группой из партии ушла часть поддерживавших эти взгляды рабочих.

Узнав об этом, В. И. Ленин направил 28 октября 1919 г. «Письмо Центральному Комитету Коммунистической партии Германии по поводу раскола», в котором отмечал, что если имеется согласие по основным вопросам — за власть Советов, против буржуазного парламентаризма и т. д., то объединение является возможным и необходимым, как необходим раскол с каутскианцами. «Если раскол оказался неизбежным,— советовал Ленин,— надо постараться не разжигать его, обратиться за посредничеством к Исполнительному Комитету III Интернационала, заставить «левых» формулировать, в тезисах и брошюре, их разногласия. С точки зрения интернациональной, восстановление единства Коммунистической партии Германии и возможно и необходимо»33.

К этому письму В. И. Ленин приложил письмо к отколовшейся оппозиции — «Товарищам коммунистам, входившим в общую «Коммунистическую партию Германии» и составившим теперь новую партию». Он высказал убеждение, что в результате совместной борьбы с действительно грозным врагом — с буржуазией и с ее прямыми и прикрытыми прислужниками — при согласии по основным вопросам расхождения в менее важных вопросах исчезнут и снова предлагал воспользоваться помощью ИККИ для восстановления единства. «Внимательное обсуждение разногласий, обмен мнениями в интернациональном масштабе,— писал он,— могли бы помочь делу германского коммунизма и сплочения его сил»34. Однако «левые» сектанты пренебрегли советами Ленина. В апреле 1920 г. они образовали «ультралевую», так называемую Коммунистическую рабочую партию Германии (КРПГ), выродившуюся впоследствии в сектантскую группу, не имевшую опоры в рабочем классе.

Беспокоило Ленина и положение в Коммунистической партии Австрии. Немалым препятствием для ее деятельности служили левацкие иллюзии о возможности непосредственного завоевания диктатуры пролетариата небольшим авангардом, без поддержки и участия широких масс трудящихся, без тщательной и всесторонней подготовки. Как отмечал В. И. Ленин в феврале 1920 г., «в Австрии коммунизм пережил тяжелейший период, кажется, не вполне еще конченный: болезни роста, иллюзию, будто, объявив себя коммунистами, группа может стать силой без глубокой борьбы за влияние среди масс»35.

В левом крыле Итальянской социалистической партии ошибки допускала группа А. Бордиги. Требуя изгнания из ИСП реформистов, эта группа в то же время была против парламентской деятельности коммунистов и неверно представляла себе роль коммунистической партии, считая, что партия должна являться небольшой группой «чистых» коммунистов, полностью отказавшихся от легальной деятельности. Такая политика могла вести лишь к изоляции партии от масс.

На протяжении длительного времени Ленин стремился помочь этой группе преодолеть сектантские ошибки, связать борьбу против реформистов с борьбой за создание в Италии подлинно марксистской массовой партии. В. И. Ленин одобрил деятельность Туринской секции Итальянской социалистической партии, которая группировалась вокруг газеты «Ордине Нуово» («Новый порядок»). Эта секция, куда входили А. Грамши, П. Тольятти, У. Террачини и другие представители левого революционного крыла партии, стояла на марксистско-ленинских позициях, требовала от руководства ИСП изгнания из партии правых оппортунистов, пропагандировала опыт и уроки Октябрьской революции в России применительно к условиям развития революционного движения в Италии. Критику ИСП и практические предложения Туринской секции, направленные Национальному совету ИСП, В. И. Ленин считал вполне соответствующими «всем основным принципам III Интернационала»36.

В Голландии с «левыми» взглядами выступала группа Гортера — Паннекука, которая защищала отказ коммунистов от участия в парламенте. Позицию голландских «левых» Ленин называл в корне неправильной и вредной для дела революционного пролетариата37.

Левосектантские взгляды и настроения наблюдались также в коммунистическом движении Франции, США и других стран. Проявляясь в разных странах по-разному, «левые» ошибки к этому времени представляли уже немалую опасность, наносили «серьезнейший вред коммунизму»38. Углубление этих ошибок могло привести отдельные коммунистические партии к отрыву от масс, к превращению их в узкие сектантские группы, неспособные возглавить революционное движение пролетариата. В связи с этим борьба с «левизной» становилась неотложной задачей Коминтерна.

«Если цервой исторической задачи (привлечь сознательный авангард пролетариата на сторону Советской власти и диктатуры рабочего класса) нельзя было решить без полной, идейной и политической победы над оппортунизмом и социал-шовинизмом, то второй задачи, которая ныне становится очередной и которая состоит в уменье подвести массы на новую позицию, способную обеспечить победу авангарда в революции, этой очередной задачи нельзя выполнить без ликвидации левого доктринерства, без полного преодоления его ошибок, без избавления от них»39.

Так как III Интернационал, порвав с практикой II Интернационала, не обходил и не затушевывал наболевших вопросов, а говорил о них прямо и открыто, нужно было сказать «левым» коммунистам «всю правду в лицо»40. Сделать это надо было как можно скорее, поскольку «левизне» были подвержены «некоторые из лучших и влиятельнейших частей Коммунистического Интернационала». Нередко «левые» являлись выразителями настроений и взглядов молодых коммунистов или рабочих, которые только-только начали приходить к коммунизму. «Людей, которые умеют выражать такое настроение масс, умеют вызывать у масс (очень часто дремлющее, не осознанное, не пробужденное) подобное настроение, надо беречь и заботливо оказывать им всяческую помощь, — писал Ленин.— Но в то же время надо прямо, открыто говорить нм, что одного настроения недостаточно для руководства массами в великой революционной борьбе, и что такие-то и такие-то ошибки, которые готовы сделать или делают преданнейшие делу революции люди, суть, ошибки, способные принести вред делу революции»41.

 

3. КНИГА В. И. ЛЕНИНА «ДЕТСКАЯ БОЛЕЗНЬ «ЛЕВИЗНЫ» В КОММУНИЗМЕ» И ЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ДЛЯ УКРЕПЛЕНИЯ КОМИНТЕРНА И КОМПАРТИЙ

Задачам идейно-теоретического, политического воспитания коммунистического авангарда, обобщения и передачи опыта РКП (б) и всего международного коммунистического движения молодым компартиям была посвящена книга В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме». Первоначально Ленин хотел дать этой книге подзаголовок «Опыт популярной беседы о марксистской стратегии и тактике». Действительно, значение этого гениального ленинского труда, в котором разработаны основные вопросы стратегии, тактики и организации пролетарских партий в условиях новой исторической эпохи, трудно переоценить. Книга Ленина стала настоящей энциклопедией стратегии и тактики международного коммунистического движения.

Книга была написана в апреле — мае 1920 г. и вышла в свет в июне 1920 года — накануне II конгресса Коминтерна. Ее главные идеи и выводы были положены в основу решений этого конгресса. Почти одновременно она была издана в Советской России на немецком, французском и английском языках. В течение июля — ноября 1920 г. книга была переиздана на немецком языке в Лейпциге, Гамбурге и Берлине, на английском — в Лондоне и Нью-Йорке, на французском — в Париже, на итальянском языке — в Милане.

Книга Ленина раскрыла перед компартиями Западной Европы то, что было «общеприменимого, общезначимого, общеобязательного в истории и современной тактике большевизма»42, имевшего большие традиции борьбы как с правым оппортунизмом, так и с мелкобуржуазной революционностью. При этом подчеркивалась необходимость творческого усвоения большевистского опыта, поскольку, указывал Ленин, о приравнивании условий России к условиям Западной Европы «не может быть и речи» и поскольку «проделывая везде однородную, по сути дела, подготовительную школу к победе над буржуазией, рабочее движение каждой страны совершает это развитие по-своему»43.

Одним из важнейших положений ленинской книги был вывод о том, что основные черты Октябрьской революции «имеют не местное, не национально-особенное, не русское только, а международное значение»44. К таким основным чертам, отражавшим закономерности социалистической революции, Ленин относил прежде всего диктатуру пролетариата, руководящую роль коммунистической партии, союз рабочего класса с другими слоями трудящихся.

Обосновывая необходимость диктатуры пролетариата для подавления свергнутой буржуазии и построения социалистического общества, Ленин развил марксистское учение по этому вопросу, охарактеризовал, опираясь на опыт Октября, задачи и функции пролетарской диктатуры, в частности вопросы об отношении победившего пролетариата к мелким производителям, с которыми нужно ужиться, которых можно и (должно) переделать очень длительной, осторожной организационной работой; о коммунистическом воспитании различных слоев трудящихся и избавлении самих пролетариев от мелкобуржуазных предрассудков и привычек уже после победы социалистической революции; о решающей роли партии в системе диктатуры пролетариата; о разнообразии форм перехода к социализму.

Раскрывая всю сложность и многогранность задач пролетарской диктатуры, представляющей собой особую форму классового союза пролетариата, являющегося руководящей силой, с многочисленными непролетарскими слоями трудящихся (крестьянство, городская мелкая буржуазия, интеллигенция), В. И. Ленин писал: «Диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества»45. Успешное проведение такой многосторонней, сложной и длительной борьбы невозможно без партии, закаленной в борьбе, пользующейся доверием всех честных людей данного класса, без партии с железной дисциплиной, строгой централизацией и тесной связью с массами. Раскрывая несостоятельность точки зрения некоторых левацких элементов, признававших диктатуру пролетариата, но отрицавших необходимость партии с твердой дисциплиной и тем самым способствовавших, вольно или невольно, «разоружению пролетариата в пользу буржуазии», Ленин указывал, что «большевики не продержались бы у власти не то что 2 1/2 года, но и 2 1/2 месяца без строжайшей, поистине железной дисциплины в нашей партии, без самой полной и беззаветной поддержки ее всей массой рабочего класса, т. е. всем, что есть в нем мыслящего, честного, самоотверженного, влиятельного, способного вести за собой или увлекать отсталые слои»46.

В этой связи Ленин, подчеркнул роль вождей в революционной борьбе рабочего класса, поскольку «левые», особенно в Германии (КРПГ) и в Голландии, отрицали необходимость вождей, противопоставляя их партиям, партии — классам, классы — массам. Критикуя это «левое» ребячество, эту «сверхъестественную чепуху и путаницу», Ленин разъяснял, что враждебное, недоверчивое отношение масс к вождям вызывалось поведением правых вождей, их оппортунизмом и социал-шовинизмом, тем, что, защищая интересы «своей прослойки рабочей аристократии», они «...переходили постоянно на сторону буржуазии, были — прямо или косвенно — на содержании у нее»47. Пролетариату, если он хочет победить буржуазию, нужны свои вожди, свои пролетарские политики.

В. И. Ленин всесторонне рассмотрел вопрос о том, на каких основах должна строиться стратегия и тактика коммунистов. Предостерегая коммунистов от субъективизма в определении стратегии и тактики, В. И. Ленин разъяснял, что коммунистические партии должны вырабатывать свою политическую линию на основе научного анализа обстановки, трезво учитывая объективные, конкретно-исторические условия, соотношение классовых сил, а также специфические особенности и традиции той или иной страны. Любое проявление субъективизма в определении стратегии и тактики, учил Ленин, недопустимо. Необходимо самым тщательным образом проанализировать расстановку классовых сил, прежде чем предпринимать какое-либо политическое действие, ибо на одном только революционном настроении вырабатывать тактику нельзя. «Тактика должна быть построена,— предупреждал Ленин,— на трезвом, строго объективном учете всех классовых сил данного государства (и окружающих его государств, и всех государств, в мировом масштабе), а также на учете опыта революционных движений»48. Наука революционной борьбы требует как учета опыта других стран (особенно, если они пережили подобный опыт), так и учета всех сил, групп, партий, классов, масс данной страны, «отнюдь не определения политики на основании только желаний и взглядов, степени сознательности и готовности к борьбе одной только группы или партии»49.

Поставив в своей книге вопрос о соотношении интернационального и национального, Ленин указал, что Коммунистический Интернационал должен «интернационально вырабатывать свою тактику», а «не как узко или односторонне национальную». В то же время необходимо уметь применять общие, основные принципы коммунизма к своеобразию отношений между классами и партиями, к своеобразию условий объективного развития к коммунизму, «которое свойственно каждой отдельной стране и которое надо уметь изучить, найти, угадать»50. Единство интернациональной тактики коммунистического рабочего движения всех стран требует не устранения разнообразия, не уничтожения национальных различий, а такого применения основных принципов коммунизма, которое бы в частностях правильно видоизменяло эти принципы, правильно приспособляло их к национальным и национально-государственным различиям. Ленин предостерегал коммунистов от слепого копирования большевистской тактики вне зависимости от особенностей местных условий, что могло принести серьезный вред развитию мирового революционного движения. «Исследовать, изучить, отыскать, угадать, схватить национально- особенное, национально-специфическое в конкретных подходах каждой страны к разрешению единой интернациональной задачи, к победе над оппортунизмом и левым доктринерством внутри рабочего движения, к свержению буржуазии, к учреждению Советской республики и пролетарской диктатуры — вот в чем главная задача переживаемого всеми передовыми (и не только передовыми) странами исторического момента»51.

В этом сочетании объективного и субъективного, интернационального и национального проявлялся диалектический подход Ленина к определению необходимых условий для победы революционной борьбы пролетариата. Коммунисты, указывал Ленин, должны научиться правильно определять наличие революционной ситуации, выбирать момент, когда революция действительно назрела, овладевать всеми формами борьбы и сторонами общественной деятельности, быть готовыми к самой быстрой замене одной формы другою. «Не владея всеми средствами борьбы, мы можем потерпеть громадное — иногда даже решающее — поражение... Владея всеми средствами борьбы, мы побеждаем наверняка»52.

Самое серьезное внимание в своей книге Ленин уделил вопросу подвода масс к пролетарской революции, считая это следующим шагом после идейного завоевания пролетарского авангарда и привлечения его на сторону Советской власти и диктатуры пролетариата. С одним авангардом победить нельзя, говорил Ленин. Было бы не только глупостью, но и преступлением бросить в решительный бой один только авангард, пока широкие массы не заняли позиции либо прямой поддержки авангарда, либо, по крайней мере, благожелательного нейтралитета по отношению к нему. Для того чтобы многомиллионные массы угнетенных капиталом заняли такую позицию, «...для этого одной пропаганды, одной агитации мало. Для этого нужен собственный политический опыт этих масс»53.

Очередная задача сознательного авангарда, т. е. коммунистических партий, групп, течений, состоит в том, чтобы уметь руководить не только своей партией, но и этими массами.

В связи с задачей подвода масс к революции, накопления ими собственного политического опыта особое значение приобретала работа коммунистов в массовых рабочих организациях, в профсоюзах, кооперативных, женских, молодежных организациях и т. д., а также в буржуазных парламентах, представляющих собой, по словам Ленина, арену борьбы, в которой участвуют все классы. Именно против таких форм работы с массами ожесточенно выступали «левые» всех оттенков, выдвигавшие лозунг «Вон из реакционных профсоюзов!» и объявлявшие парламентаризм «политически изжитым».

Называя эти разговоры «смешным ребяческим вздором», В. И. Ленин писал, что профсоюзы «остаются и долго останутся необходимой «школой коммунизма» и подготовительной школой для осуществления пролетариями их диктатуры». Профсоюзы являются необходимым объединением рабочих для постепенного перехода управления всем хозяйством страны сначала в руки рабочего класса, а затем всех трудящихся. Непонимание этого есть непонимание основных условий перехода от капитализма к социализму, непонимание «той роли пролетарского авангарда, которая состоит в обучении, просвещении, воспитании, вовлечении в новую жизнь наиболее отсталых слоев и масс рабочего класса и крестьянства»54. «Революционные, но неразумные левые коммунисты» кричат о массе и отказываются работать внутри профсоюзов под предлогом их «реакционности», выдумывая новенький, чистенький, неповинный в буржуазно-демократических предрассудках профсоюз, признающий «всего только» советскую систему и диктатуру пролетариата. Такой курс вел к тому, что профсоюзы остались бы под безраздельным влиянием буржуазии и реформистов. «Большего неразумия, большего вреда для революции, приносимого «левыми» революционерами, нельзя себе и представить»55,— возмущался Ленин. Он предлагал Исполкому Коминтерна прямо осудить и предложить следующему конгрессу осудить политику неучастия в реакционных профсоюзах «с подробной мотивировкой неразумности такого неучастия и крайней вредности его для дела пролетарской революции»56.

Придавая решающей значение внепарламентским действиям масс, таким, как крупная стачка, которые «...важнее парламентской деятельности всегда, а вовсе не только во время революции или при революционной ситуации»57, Ленин в то же время отмечал, что коммунистам необходимо использовать также и возможности легальной работы, включая и парламентскую деятельность. Большевики, отмечал Ленин, «...участвовали в самых контрреволюционных парламентах, и опыт показал, что такое участие было не только полезно, но и необходимо для партии революционного пролетариата»58. Тем более это необходимо в Западной Европе, где среди отсталых масс рабочих и мелких крестьян буржуазно-демократические и парламентские предрассудки гораздо сильнее, чем в России, и где именно поэтому, «только извнутри таких учреждений, как буржуазные парламенты, могут (и должны) коммунисты вести длительную, упорную, ни перед какими трудностями не останавливающуюся борьбу разоблачения, рассеяния, преодоления этих предрассудков»59.

Призывая молодые коммунистические партии к сочетанию легальной и нелегальной работы, В. И. Ленин указывал, что критику следует направлять не против парламентаризма и парламентской деятельности вообще, а против тех, кто не умеет или не желает использовать парламентские выборы и парламентскую трибуну по-революционному, по-коммунистически. Такая критика, наряду с заменой негодных вождей пригодными, будет полезной революционной работой, средством воспитания как «вождей», чтобы они были достойны рабочего класса и трудящихся масс, так и массы, помогая ей правильно разбираться в политическом положении и понимать сложные и запутанные задачи, вытекающие из этого положения.

Решить труднейшую задачу борьбы с буржуазно-демократическим влиянием внутри рабочего движения путем простого «отрицания» участия в работе парламента невозможно, каким бы «легким» и «якобы революционным» этот путь ни казался. На деле бойкот парламента, отказ от парламентской деятельности, от создания в буржуазном парламенте коммунистической фракции подлинно пролетарской партии является лишь попыткой уйти от трудностей, которые Ленин называет «детскими» и «легкими» по сравнению с теми, которые придется преодолевать «и для своей победы и во время пролетарской революции и после взятия власти пролетариатом». «Вы кажетесь себе самим «ужасно революционными», милые бойкотисты и антипарламентаристы,— писал Ленин,— но на самом деле вы испугались сравнительно небольших трудностей борьбы против буржуазных влияний извнутри рабочего движения, тогда как ваша победа, т. е. свержение буржуазии и завоевание политической власти пролетариатом, создаст эти самые трудности, в еще большем, в неизмеримо большем размере»60. Трудности эти связаны с перевоспитанием при диктатуре пролетариата миллионов крестьян и мелких хозяйчиков, сотен тысяч служащих, чиновников, буржуазных интеллигентов и т. д.

Говоря об обязательности для компартий овладеть всеми формами борьбы — мирными и немирными, парламентскими и внепарламентскими, легальными и нелегальными, о необходимости уметь быстро заменять одну форму другой, В. И. Ленин учил коммунистов, что этого можно достичь лишь при условии овладения искусством гибкой тактики, политического компромисса. Для того чтобы победить более сильного противника, нужно научиться находить между врагами малейшие трещины, стремиться к тому, чтобы, заполучать себе массового союзника «...пусть даже временного, шаткого, непрочного, ненадежного, условного. Кто этого не понял, тот не понял ни грана в марксизме и в научном, современном, социализме вообще»61.

Свой лозунг «никаких компромиссов, никакого лавирования» многие «левые» коммунисты считали признаком «особой революционности», усматривая в любом компромиссе лишь компромисс предательский.

Поскольку все грани, как в природе, так и в обществе, являются подвижными и до известной степени условными, в некоторых случаях бывает весьма нелегко правильно определить действительный характер того или иного компромисса. Люди, не обладающие достаточным опытом (какими являлись в большинстве своем сторонники «левизны» в коммунизме), считали, что если признать допустимость компромиссов вообще, то исчезнет грань между оппортунизмом, и революционным марксизмом, коммунизмом.

Чтобы правильно разобраться в каждом отдельном случае, верно определить необходимость и характер компромисса, партия и ее руководители должны путем длительной, упорной и всесторонней работы «вырабатывать необходимые знания, необходимый опыт, необходимое — кроме знания и опыта — политическое чутье, для быстрого и правильного решения сложных политических вопросов»62.

Ленин разъяснял, что история революционного движения, включая и историю большевистской партии, полна примеров лавирования, соглашений, компромиссов с другими и в том числе с буржуазными партиями. Отказ от необходимых компромиссов обходится очень дорого. Так, «бескомпромиссные левые» — Троцкий, Бухарин и другие — едва не погубили молодую Советскую страну, выступив против принятия германских условий мирного договора, столь необходимого в то время молодой республике Советов. Троцкий, глава советской мирной делегации в Брест-Литовске, нарушил директиву Ленина, отказавшись подписать договор на трудных условиях в феврале 1918 г., что имело тяжкие последствия для Советского государства. Принятие боя, выгодного только неприятелю, Владимир Ильич называет преступлением. Он настойчиво проводит мысль о том, что «никуда не годны такие политики революционного класса, которые не сумеют проделать «лавирование, соглашательство, компромиссы», чтобы уклониться от заведомо невыгодного сражения»63.

В заключение Ленин призвал коммунистов с максимальной энергией приняться за излечение болезни «левого» доктринерства и в этих вопросах, пока она еще только зарождается.

Пролетарская революция может победить лишь в том случае, писал Ленин, если имеется партия, способная возглавить эту революцию, если за партией идет большинство рабочего класса, которому оказывают поддержку мелкобуржуазные слои, если побежден правый и «левый» оппортунизм. Для победы революции необходимо, чтобы «низы», эксплуатируемые и угнетенные, не хотели жить по-старому, а «верхи», правящие классы, не могли управлять по-старому, переживая замешательство и разложение. Если правильно, с учетом всех этих условий, выбран момент для революции и для захвата власти, тогда пролетариат сможет добиться победы.

Гениальный ленинский труд был проникнут революционной страстностью, жизнеутверждающим оптимизмом, непоколебимой уверенностью в окончательном торжестве коммунизма. «Жизнь возьмет свое,— писал Ленин.— Пусть буржуазия мечется, злобствует до умопомрачения, пересаливает, делает глупости, заранее мстит большевикам и старается перебить ...лишние сотни, тысячи, сотни тысяч завтрашних или вчерашних большевиков: поступая так, буржуазия поступает, как поступали все осужденные историей на гибель классы. Коммунисты должны знать, что будущее во всяком случае принадлежит им... Во всех случаях и во всех странах коммунизм закаляется и растет; корни его так глубоки, что преследования не ослабляют, не обессиливают, а усиливают его»64.

Для того чтобы коммунисты шли к победе увереннее и тверже, недостает лишь глубокого осознания всеми коммунистами всех стран необходимости быть максимально гибкими в своей тактике, уменья применять эту тактику в своей практической деятельности.

Книга В. И. Ленина «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» произвела на зарубежных коммунистов огромное впечатление. Оказавшись в самом центре острой идеологической полемики, она явилась могучим оружием в борьбе за усвоение коммунистами всех стран основ стратегии и тактики международного революционного движения. Ее появление было для коммунистов всех стран настоящим откровением. Называя «Детскую болезнь «левизны» в коммунизме» «одним из классических произведений марксизма-ленинизма», «прочным фундаментом для разработки программы широкого единого фронта, которая позже легла в основу тактической линии Коммунистического Интернационала», У. 3. Фостер в своей книге «История трех Интернационалов» отмечал, что она сыграла исключительную роль в борьбе с «левизной», что «Ленин, показавший великий пример твердости в принципах и гибкости в тактике, не оставил камня на камне от этого революционного фразерства»65.

В листовке, выпущенной в ноябре 1920 г. компартией Великобритании о подписке на книгу В. И. Ленина, эта ленинская работа названа самой важной и, несомненно, наиболее интересной из его работ,— книгой, необходимой всем, активно участвующим в рабочем движении, «...Несомненно,— говорится далее в листовке,— книга внесет ясность в понимание многих вещей и поможет практически сориентироваться в направлении единства, которого все так сильно желают»66.

Основные положения и мысли, изложенные В. И. Лениным в книге «Детская болезнь «левизны» в коммунизме», о необходимости самой тесной связи коммунистов с массами, о работе коммунистов в профсоюзах и других массовых организациях трудящихся, о необходимости тщательно готовить революционные выступления, учитывая все факторы, как субъективные, так и объективные, о революционной ситуации и ряд других были в дальнейшем разработаны в документах II конгресса Коминтерна и на последующих конгрессах.

Примечания:

1 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 385.

2 Там же, стр. 260—262.

3 Там же, стр. 261.

4 Цит. по книге «Международное значение Великой Октябрьской социалистической революции», М., 1968, стр. 150.

5 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 217.

6 «1919 год в Венгрии», М., 1959, стр. 48.

7 Цит. по книге «Международное значение Великой Октябрьской социалистической революции», стр. 142.

8 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 321.

9 В. И. Ленин. Полн.. собр. соч., т. 51, стр. 28

10 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 252.

11 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 385.

12 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 391.

13 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 355.

14 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 518.

15 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 417—418.

16 Там же, стр. 418.

17 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 214

18 Там же, стр. 203.

19 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 107

20 Там же, стр. 100. 105.

21 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 257.

22 См. настоящее издание, стр. 152—161.

23 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 54—61.

24 Там же, стр. 61.

25 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 222

26 Там же, стр. 251.

27 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 222.

28 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 14.

29 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 20, стр. 66—67.

30 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 163.

31 Там же, стр. 162.

32 Там же, стр. 164.

33 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 253—254.

34 Там же, стр. 255—256.

35 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 136.

36 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 199.

37 См. там же, стр. 46—47.

38 Там же, стр. 89.

39 Там же, стр. 78—79

40 Там же, стр. 39.

41 Там же, стр. 64

42 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 30

43 Там же, стр. 43, 70.

44 Там же, стр. 3.

45 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 27

46 Там же, стр. 5—6.

47 Там же, стр. 25.

48 Там же, стр. 47

49 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 65.

50 Там же, стр. 74.

51 Там же, стр. 77.

52 Там же, стр. 81.

53 Там же, стр. 78.

54 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 41, стр. 34.

55 Там же, стр. 37.

56 Там же, стр. 39.

57 Там же, стр. 44.

58 Там же, стр. 45.

59 Там же, стр. 49.

60 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 101, 102.

61 Там же, стр. 55.

62 Там же, стр. 53.

63 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 62.

64 Там же, стр. 87

65 У. 3. Фостер. История трех Интернационалов, М., 1959, стр. 311—312.

66 «Вопросы истории КПСС» № 3, 1960 г., стр. 24.

 


 

III. В. И. ЛЕНИН НА ВТОРОМ КОНГРЕССЕ КОМИНТЕРНА

19 июля 1920 г. в Петрограде — городе Великого Октября — состоялось торжественное открытие Второго конгресса Коминтерна. Все последующие заседания проходили в Москве с 23 июля по 7 августа. Вместе с делегатами и многочисленными гостями на открытие конгресса специальным поездом из Москвы приехал и Владимир Ильич Ленин.

В работе конгресса приняли участие 217 делегатов от 67 организаций из 37 стран Европы, Америки, Азии, Австралии. Были представлены коммунистические и левосоциалистические партии и группы, коммунистическая молодежь и некоторые синдикалистские организации. С совещательным голосом присутствовали делегаты двух центристских партий — Французской социалистической партии и Независимой социал-демократической партии Германии.

Конгресс, собравшийся в исключительно сложной международной обстановке, должен был ответить на самые жгучие вопросы, вставшие перед коммунистами разных стран. Необходимо было обобщить опыт побед и уроки поражений пролетариата в предшествующие годы и на основе анализа экономической и политической ситуации в мире определить дальнейшие перспективы развития мировой революции, выработать стратегию и тактику пролетарской классовой борьбы в новых условиях.

 

1. В. И. ЛЕНИН ОБ АКТУАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМАХ МИРОВОГО КОММУНИСТИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ

Определяя роль Коминтерна в развернувшейся гигантской битве с мировым империализмом, Ленин в одном из черновых набросков плана своего доклада о международном положении писал: «...Коммунистический Интернационал теперь не пропагандистское общество, а начало практического движения армий рабочего класса.

Не вопрос о том, скоро ли будет революция, а ускорение подготовки пролетариата, вот в чем суть» (везде подчеркнуто Лениным.— Ред.)1.

Работа конгресса проходила в дни, когда империалисты Антанты руками буржуазно-помещичьей Польши предприняли новую попытку задушить Советскую Россию — главный оплот и политическую опору мирового революционного движения. Однако Советская Россия при поддержке всего международного пролетариата дала сокрушительный отпор польским интервентам. Красная Армия не только отбила нападение белополяков, но и сама перешла в решительное контрнаступление. Подобный поворот событий вызвал огромный энтузиазм среди пролетариев всех стран, воодушевил делегатов конгресса. Успехи Красной Армии связывались многими делегатами с дальнейшей судьбой мировой пролетарской революции. Все это не могло не оказать влияния на ход дискуссий и некоторые решения Второго конгресса Коминтерна.

В. И. Ленин тщательно готовился к конгрессу Коминтерна. Он встречался и беседовал со многими делегатами, прибывшими в Москву, участвовал в заседаниях Исполкома Коминтерна, заседаниях ЦК и Политбюро ЦК, на которых обсуждались вопросы, связанные с предстоящим конгрессом.

Ленин подготовил также основной доклад и тезисы по важнейшим пунктам повестки дня. В архиве Ленина сохранились многочисленные подготовительные материалы — планы, варианты, черновые наброски, заметки к основному докладу, проектам тезисов и резолюций. Все эти документы свидетельствуют об огромной работе, проделанной Лениным по сбору и осмыслению колоссального фактического и теоретического материала по всем странам и континентам, по важнейшим проблемам мирового освободительного движения.

На открытии конгресса в Петрограде Владимир Ильич выступил с докладом о международном положении и основных задачах Коминтерна. Анализируя сложившуюся ситуацию в мире, Ленин подчеркнул, что основой международного положения все еще оставались экономические отношения империализма. Вместе с тем победа Октябрьской революции и раскол мира на две системы свидетельствовали о том, что мировому империализму нанесен такой удар, от которого он уже не в состоянии оправиться, что началась эпоха заката империализма, его внутреннего распада и окончательной гибели. Начальная стадия этой эпохи перехода от капитализма к социализму во всемирном масштабе характеризовалась гигантским обострением всех капиталистических противоречий: между трудом и капиталом, метрополиями и колониями, победителями и побежденными, между самими победителями. Под влиянием Великого Октября на почве всемирного разорения, созданного империалистической войной, в странах капиталистического мира развернулся мощный революционный кризис.

В своем докладе Ленин подверг критике две распространенные тогда ошибочные оценки этого кризиса. С одной стороны, Р. Макдональд, О. Бауэр и другие реформисты изображали кризис, как временное явление, простое «беспокойство», которое скоро уляжется. С другой стороны, «левые» доктринеры пытались доказать, что наступивший кризис является для буржуазии абсолютно безвыходным. Владимир Ильич показал полную несостоятельность обеих точек зрения.

Разоблачая корыстные интересы рабочей аристократии и рабочей бюрократии, не желавших использовать революционный кризис для свержения буржуазии, а также реформистские предрассудки отдельных слоев рабочего класса, Ленин подчеркнул, что социал-реформисты были и остались главными врагами пролетарской революции внутри рабочего движения. «Оппортунизм — наш главный враг,— говорил Ленин.— Оппортунизм в верхах рабочего движения, это — социализм не пролетарский, а буржуазный. Практически доказано, что деятели внутри рабочего движения, принадлежащие к оппортунистическому направлению,— лучшие защитники буржуазии, чем сами буржуа. Без их руководства рабочими буржуазия не смогла бы держаться»2.

Вместе с тем Ленин указал на серьезнейший вред, который причиняли революционной борьбе рабочего класса левацкие элементы в рядах самого коммунистического движения. Революционное нетерпение, политическое безрассудство леваков, разделявших идеи автоматического краха капитализма, мешали революционным рабочим использовать затруднения буржуазии для ее свержения. «Абсолютно безвыходных положений не бывает,— разъяснял Ленин.— Буржуазия ведет себя, как обнаглевший и потерявший голову хищник, она делает глупость за глупостью, обостряя положение, ускоряя свою гибель. Все это так. Но нельзя «доказать», что нет абсолютно никакой возможности, чтобы она не усыпила такое-то меньшинство эксплуатируемых такими-то уступочками, чтобы она не подавила такое-то движение или восстание такой-то части угнетенных и эксплуатируемых»3.

В обстановке мирового революционного кризиса решающее значение для победы социалистической революции приобретал субъективный фактор. «Надо «доказать» теперь практикой революционных партий, что у них достаточно сознательности, организованности, связи с эксплуатируемыми массами, решительности, уменья, чтобы использовать этот кризис для успешной, для победоносной революции,— подчеркивал Ленин.— Для подготовки этого «доказательства» и собрались мы, главным образом, на настоящий конгресс Коммунистического Интернационала»4.

Определяя перспективы развития мирового революционного процесса и его движущие силы, Ленин указывал, что многое зависит от объединения революционных пролетариев капиталистически развитых государств с революционными массами тех стран, где пролетариата нет или почти нет, т. е. с угнетенными народами колониальных и зависимых стран. «Всемирный империализм должен пасть,— говорил Ленин,— когда революционный натиск эксплуатируемых и угнетенных рабочих внутри каждой страны, побеждая сопротивление мещанских элементов и влияние ничтожной верхушки рабочей аристократии, соединится с революционным натиском сотен миллионов человечества, которое до сих пор стояло вне истории, рассматривалось только как ее объект»5.

К моменту созыва Второго конгресса Коминтерна международный пролетариат достиг огромных успехов в борьбе против империализма. Однако зрелость пролетариата, его организованность, его способность увлечь за собой трудящиеся массы оказались еще недостаточными, чтобы добиться решающей победы в тех капиталистических странах, где имелись для этого реальные возможности. В этой связи Ленин указывал на необходимость прежде всего усилить работу по созданию и укреплению политической армии социалистической революции. «Основная задача II конгресса,— подчеркивал он,— выработать или наметить практические начала, чтобы работа, которая до сих пор шла среди сотен миллионов людей неорганизованно, пошла бы организованно, сплоченно, систематично»6.

Характеризуя экономическую и политическую обстановку в мире, Ленин отметил, что она богата горючими материалами и поводами для их неожиданного воспламенения. Революционная активность рабочего класса и всех трудящихся достигла высокого уровня. Общее состояние кризиса господствующих классов также налицо. Однако пролетариат в большинстве капиталистических стран еще не был готов к установлению своей диктатуры. Поэтому Ленин в «Тезисах об основных задачах Второго конгресса Коммунистического Интернационала» остановился на возможно более конкретном и точном определении задач подготовки рабочего класса к свержению буржуазии и установлению диктатуры пролетариата.

Всесторонний анализ сущности диктатуры пролетариата, обоснование важнейших ее задач были особенно необходимы для идейного укрепления стремительно растущего мирового коммунистического движения, для исправления ошибок и слабостей, связанных с проникновением в Коминтерн чуждых элементов и враждебных взглядов. Долг коммунистов, подчеркивал Ленин, не замалчивать слабостей своего движения, а открыто критиковать их, чтобы скорее и радикальнее от них избавиться. Ленин считал необходимым определить конкретнее, на основании имеющегося практического опыта содержание таких понятий, как «диктатура пролетариата» и «Советская власть»; далее, указать, в чем именно должна заключаться в разных странах систематическая подготовительная работа к осуществлению диктатуры пролетариата; и, наконец, указать пути и способы исправления недостатков в коммунистическом движении.

В своих тезисах Ленин дал классическое определение задач диктатуры пролетариата и Советской власти в социалистической революции.

Первая задача — свергнуть эксплуататоров; разбить их наголову; подавить их сопротивление; сделать невозможными любые попытки с их стороны восстановить иго капитала и наемное рабство.

Вторая задача — увлечь и повести за революционным авангардом пролетариата, его коммунистической партией, не только весь пролетариат или подавляющее большинство его, но и всю массу трудящихся и эксплуатируемых капиталом; просветить, организовать, воспитать, дисциплинировать их в самом ходе борьбы против эксплуататоров.

Третья задача — нейтрализовать или обезвредить неизбежные колебания между буржуазией и пролетариатом, между буржуазной демократией и Советской властью еще довольно многочисленного во всех капиталистических странах класса мелких собственников в земледелии, промышленности, торговле, части буржуазной интеллигенции, служащих и т. п.7

Разоблачая лживые утверждения социал-реформистов о возможности после окончания войны мирного, реформистского перехода к социализму, Ленин писал, что в конкретной обстановке послевоенного революционного кризиса, когда в большинстве капиталистических стран буржуазия развязала гражданскую войну против рабочего класса, разговоры о мирном пути к социализму являлись на деле прямым обманом пролетариата. Правда заключалась в том, что буржуазия уже начала вооруженную борьбу против рабочих и крестьян ради спасения частной собственности на средства производства, поэтому о добровольном, мирном подчинении эксплуататоров воле народа в большинстве случаев не могло быть и речи.

Столь же опасным обманом рабочих Ленин считал в тех условиях допущение мысли, будто большинство трудящихся и эксплуатируемых под гнетом буржуазии способно выработать в себе полную ясность социалистического сознания, твердость социалистических убеждений и характера. На самом деле это возможно лишь после того, как авангард пролетариата, поддержанный всем рабочим классом или большинством его, свергнет эксплуататоров, подавит их, освободит эксплуатируемых и немедленно улучшит их условия жизни за счет экспроприированных капиталистов. Только после этого и в самом ходе острой классовой борьбы осуществимо просвещение, воспитание, организация самых широких масс трудящихся вокруг пролетариата, под его влиянием и руководством, избавление их от эгоизма, раздробленности, пороков, слабости, порождаемых частной собственностью.

Ленин вновь подчеркнул, что сила пролетариата в капиталистическом обществе «неизмеримо больше, чем его доля в населении»8. Однако полностью творческая активность и способности рабочего класса, всех эксплуатируемых могут развернуться лишь тогда, когда они освободятся от гнета буржуазии. Только после слома буржуазного государственного аппарата и перехода всей власти в руки Советов осуществимо действительное участие в управлении всей массы эксплуатируемых, которая даже при самой свободной буржуазной демократии была фактически отстранена от участия в управлении государством. Только в Советах, подчеркивал Ленин, или других органах власти типа Советов массы трудящихся на основе собственного практического опыта начинают действительно учиться делу социалистического строительства, созданию новой общественной дисциплины, созданию свободного союза свободных работников.

Анализируя трудности развития мирового революционного движения, Ленин констатировал, что в большинстве капиталистических стран еще не закончена, а во многих случаях даже еще не начата, систематическая подготовка пролетариата к осуществлению им своей диктатуры. Из этого не следует, подчеркивал Ленин, что пролетарская революция невозможна в ближайшем будущем; она вполне возможна, т. к. налицо объективная революционная ситуация. Однако неподготовленность пролетариата оставалась серьезной бедой и опасной слабостью на пути к победе социалистической революции. «...Задача момента для коммунистических партий состоит теперь не в том, чтобы ускорять революцию,— писал Ленин 4 июля 1920 г. в проекте тезисов об основных задачах Второго конгресса Коминтерна,— a в том, чтобы усиливать подготовку пролетариата»9.

Через месяц в новой, изменившейся международной обстановке, связанной с успешным наступлением Красной Армии против белополяков, ленинская формулировка была изменена рабочей комиссией II конгресса и 6 августа 1920 г. утверждена на пленарном заседании конгресса в таком виде: «...Задача момента для коммунистических партий состоит теперь в том, чтобы ускорять революцию, однако не вызывая ее искусственно, без достаточной подготовки; подготовка пролетариата к революции должна быть усилена действием»10. Заострение ленинской формулировки в этом направлении отражало энтузиазм, и революционное нетерпение многих делегатов конгресса, их надежды на то, что вслед за приходом Красной Армии в Польшу в Германии и других странах Западной Европы немедленно вспыхнет пролетарская революция. Эти надежды не оправдались. Жизнь показала, что революционному пролетарскому движению пришлось столкнуться со значительными трудностями.

Ленин в своих выступлениях на конгрессе со всей определенностью подчеркивал, что руководить пролетариатом в решительном последнем бою против капитализма может только коммунистическая партия, если она действительно является авангардом революционного класса, если она включает в себя его лучших представителей, вполне сознательных и преданных коммунистов, просвещенных и закаленных опытом упорной революционной борьбы, если эта партия сумела связать себя неразрывно со всей жизнью своего класса, а через него со всей массой эксплуатируемых и пользуется их полным довернем. Только под руководством коммунистической партии пролетариат может развернуть всю мощь революционного натиска на буржуазию, преодолеть апатию и сопротивление рабочей аристократии, рабочей бюрократии и мелкобуржуазных попутчиков. Поэтому главной задачей Коминтерна Ленин считал «сплочение раздробленных коммунистических сил, образование в каждой стране единой коммунистической партии (или укрепление и обновление партии уже существующей) для удесятерения работы по подготовке пролетариата к завоеванию государственной власти и притом именно к завоеванию власти в форме диктатуры пролетариата»11.

Выполнение этой задачи в условиях развязанной буржуазией гражданской войны требовало от коммунистов усиления борьбы против реформистских и центристских тенденций в рабочем движении. Опыт гражданской войны в России, Финляндии, Германии, Венгрии, Польше, где правые социал-демократы типа Носке выступили открытыми палачами рабочего класса, а центристы, типа Каутского, всячески прикрывали и оправдывали политику правых, свидетельствовал о том, что всякая непоследовательность или слабость в борьбе против реформизма и центризма означали на деле увеличение опасности поражения пролетариата.

Важнейшим подготовительным шагом к диктатуре пролетариата Ленин считал создание коммунистических групп и ячеек во всех без изъятия организациях, союзах, объединениях рабочих и других трудящихся. Эти ячейки, тесно связанные между собой и с центром, должны вести работу агитации, пропаганды, организации, применяясь ко всем областям общественной жизни, ко всем слоям трудящейся массы, и тем самым воспитывать и самих себя, и партию, и класс, и массы. При этом Ленин подчеркивал, что к массам надо научиться подходить особенно терпеливо и осторожно, чтобы уметь понять особенности, своеобразные черты психологии каждого слоя, профессии и т. д.

Ленин придавал первостепенное значение связи коммунистических партий с массами. «Все примыкающие к III Интернационалу партии,— писал он, — должны во что бы то ни стало провести в жизнь лозунг: «глубже в массы», «теснее связь с массами»,— понимая под массами всю совокупность трудящихся и эксплуатируемых капиталом, особенно наименее организованных и просвещенных, наиболее угнетенных и наименее доступных организации»12.

Бурный рост мирового коммунистического движения, выход ряда центристских партий из II Интернационала и их заявления о желании присоединиться к III Интернационалу — все это, по оценке Ленина, доказывало, «...что не только авангард, но и большинство революционного пролетариата начало, убежденное всем ходом событий, переходить на нашу сторону. Главное теперь — суметь довершить этот переход и прочно, организационно закрепить достигнутое, чтобы можно было, без малейших колебаний, пойти вперед по всей линии»13.

Для этого нужно было добиться прежде всего исправления политики, а также частичного изменения состава партий, примыкающих или желающих примкнуть к Коммунистическому Интернационалу. Анализируя практическую деятельность таких партий, как Французская социалистическая партия, Независимая социал-демократическая партия Германии, Независимая рабочая партия Англии, Американская социалистическая партия, Социал-демократическая партия Швейцарии и др., Ленин констатировал, что их политика еще не является коммунистической и нередко идет вразрез с таким основным принципом III Интернационала, как признание диктатуры пролетариата и Советской власти вместо буржуазной демократии. Словесное признание центристскими партиями диктатуры пролетариата на деле не меняло их оппортунистической политики. «Поэтому,— подчеркивал Ленин,— их немедленное присоединение к III Интернационалу невозможно»14.

Предварительным условием вхождения центристских партий в Коминтерн Ленин выдвигал полное очищение их от оппортунистических элементов. Это требование относилось и к таким партиям, давно заявившим о своем присоединении к Коминтерну, как Итальянская социалистическая партия, Британская социалистическая партия, Норвежская рабочая партия и некоторые другие.

Подчеркивая абсолютную невозможность принятия в Коминтерн социалистических партий, не изживших еще оппортунистических традиций II Интернационала, Ленин в то же время совершенно определенно указывал, что левые ошибки анархо-синдикалистского толка некоторых партий, групп и организаций в данный момент менее опасны и «...к е могут мешать немедленному присоединению»15 этих организаций к III  Интернационалу при условии подчинения их решениям Коминтерна и исправления тактики. «Лучшее в анархизме может быть и должно быть привлечено»16,— указывал Ленин.

Такие организации, как Индустриальные рабочие мира в Америке и Австралии, Комитеты фабрично-заводских старост в Англии, были связаны с массовым пролетарским движением, которое в своей основе стояло на почве коренных принципов III Интернационала. Ошибочные взгляды на отношение партии к классу и к массе, на участие в буржуазных парламентах и реакционных профсоюзах, распространявшиеся в этих организациях, объяснялись не столько влиянием мелкобуржуазных элементов, сколько политической неопытностью революционных пролетариев, а также их законной ненавистью к оппортунизму и реформизму партий II Интернационала. Поэтому Второй конгресс Коминтерна по предложению Ленина рекомендовал компартиям проводить в отношении анархосиндикалистских организаций политику сближения с ними и с сочувствующей им массой, политику дружественного разъяснения им ошибочности их взглядов, прилагая все силы для слияния с этими организациями в единую коммунистическую партию.

 

2. ВТОРОЙ КОНГРЕСС О ХАРАКТЕРЕ И РОЛИ КОММУНИСТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ

Всесторонняя характеристика взаимоотношений пролетарской партии нового типа с рабочим классом и массой трудящихся была дана в резолюции «О роли коммунистической партии в пролетарской революции». В ней излагались основные положения ленинского учения о руководящей и организаторской роли партии, защищался принцип партийности от оппортунистических нападок как справа, так и слева. В резолюции указывалось, что «идея беспартийности, как принципа, сознательно культивируется среди рабочих буржуазией и ее прихвостнями для того, чтобы отвлечь пролетариев от организованной борьбы за социализм»17.

Коммунистический Интернационал самым решительным образом отвергает тот взгляд, говорилось в резолюции, будто пролетариат может совершить победоносную революцию, не имея своей самостоятельной политической партии. Коммунистическая партия есть главное и основное орудие освобождения рабочего класса. Только при наличии испытанной коммунистической партии завоевание власти пролетариатом не явится случайным эпизодом, а послужит началом периода коммунистического строительства. После завоевания власти пролетариатом роль компартии не только не уменьшается, а еще более возрастает18.

Партия должна руководить и политической, и экономической, и культурно-просветительной деятельностью рабочего класса. Эти задачи партия может выполнить лишь в том случае, если она будет оказывать решающее влияние и в Советах, и в профсоюзах, и в кооперативах, и в других массовых организациях.

Идейные, тактические, организационные принципы пролетарской партии нового типа, всесторонне разработанные в трудах Ленина и в его тезисах об основных задачах Второго конгресса Коминтерна, были кратко сформулированы в специальном документе, известном как «21 условие» приема в Коммунистический Интернационал. «21 условие» было направлено против опасности засорения Коминтерна колеблющимися и половинчатыми элементами, еще не порвавшими с идеологией реформизма и с принципами анархо-синдикализма.

Твердые условия приема в Коминтерн должны были не только закрыть двери центристам, но и помочь анархо-синдикалистским и другим революционным пролетарским элементам усвоить важнейшие требования всемирной пролетарской организации нового типа. Условия требовали от партий, желающих вступить в Коммунистический Интернационал, признания диктатуры пролетариата и последовательной, систематической борьбы за нее; полного разрыва с реформистами и центристами и изгнания их из партии; сочетания легальных и нелегальных методов борьбы; систематической работы в деревне, в армии, в реформистских профсоюзах и буржуазных парламентах; организационного построения партии на основе демократического централизма. Все постановления конгрессов Коминтерна и его Исполнительного Комитета являлись обязательными для всех партий, входящих в Коммунистический Интернационал. Конгресс подчеркнул при этом, что Коминтерн и его Исполком «обязаны считаться со всем многообразием условий, при которых приходится бороться и действовать различным партиям, и выносить общеобязательные решения лишь по таким вопросам, по которым такие решения возможны»19.

Условия приема требовали также подчинения парламентских фракций и прессы Центральным Комитетам, изменения состава руководящих органов в пользу сторонников Коминтерна, переименования партий в коммунистические, беззаветной поддержки каждой Советской республики. Особенно важным был пункт, требовавший изменения составов редакций партийных органов в пользу испытанных коммунистов. «Все органы печати, находящиеся в руках партии,— говорилось в резолюции,— должны редактироваться надежными коммунистами, доказавшими свою преданность делу пролетариата. О диктатуре пролетариата следует говорить не просто, как о ходячей заученной формуле, ее нужно пропагандировать так, чтобы необходимость ее для каждого рядового рабочего, работницы, солдата, крестьянина вытекала из жизненных фактов, систематически отмечаемых нашей печатью изо дня в день»20.

Условия приема подверглись на конгрессе резким нападкам как справа, так и «слева». Ленин решительно выступил в их защиту, отстаивая идейно-политическую и организационную целостность мирового коммунистического движения. Приняв «21 условие» и оградив Коминтерн от наплыва чуждых элементов, Второй конгресс одновременно подчеркнул, что одной из важнейших задач компартий является преодоление сектантской узости и борьба за массы. Под этим углом зрения были рассмотрены вопросы о работе коммунистов в буржуазном парламенте и реформистских профсоюзах, о вхождении английских коммунистов в лейбористскую партию.

Некоторые делегаты выступали против участия коммунистов в буржуазном парламенте и настаивали на бойкоте его во всех случаях. Ленин вскрыл огромную опасность подобной тактики. Он указал, что отсталые элементы рабочего класса, мелкой буржуазии и крестьянства в большинстве своем еще верят, что парламент представляет их интересы. Поэтому коммунистам необходимо участвовать в буржуазных парламентах, чтобы развенчать на практике это государственное учреждение как орудие диктатуры буржуазии.

Большинство делегатов отвергло сектантские предложения «левых» и поддержало резолюции, составленные в духе ленинских положений, развитых в книге. «Детская болезнь «левизны» в коммунизме». Конгресс высказался за участие коммунистов в буржуазных парламентах, потребовав от компартий сочетания легальной работы и нелегальной. Конгресс обязал компартии вести работу в реформистских профсоюзах с целью завоевания масс на сторону коммунизма, предложил английским коммунистам, войти в лейбористскую партию, поскольку ее структура позволяла вести в ней пропаганду коммунистических взглядов.

Сформулированные конгрессом важнейшие программные, тактические, организационные принципы пролетарской партии нового типа давали коммунистам разных стран четкую ориентировку, направляли их усилия на создание в каждой стране боевой коммунистической партии, способной подготовить рабочий класс к социалистической революции и установлению диктатуры пролетариата.

Определяя общие характерные черты пролетарской партии нового типа, Коминтерн отмечал, что процесс образования и консолидации коммунистических партий в разных странах не может развиваться одинаково, темпы и формы развития процесса зависят от многих обстоятельств, и прежде всего от конкретных исторических особенностей и национальных традиций рабочего движения данной страны, степени сознательности и организованности революционных рабочих, их способности изолировать оппортунистических вождей и т. д. Ленин призывал коммунистов максимально учитывать все обстоятельства и тщательно готовить условия для объединения авангарда рабочего класса в рядах коммунистических партий.

В тех случаях, когда коммунистические партии возникали путем преобразования старых социал-демократических партий, Ленину и Коминтерну приходилось вести борьбу, главным образом, с пережитками социал-демократизма. «Преобразование старого типа, —писал Ленин с 1922 г.,— европейской парламентской, на деле реформистской и лишь слегка подкрашенной в революционный цвет партии в новый тип партии, в действительно революционную, действительно коммунистическую партию, это — вещь чрезвычайно трудная. Пример Франции показывает эту трудность, пожалуй, всего нагляднее. В повседневной жизни переделать тип партийной работы, преобразовать обыденщину, добиться того, чтобы партия стала авангардом революционного пролетариата, не отходя от масс, а все более и более сближаясь с ними, поднимая их к революционному сознанию и революционной борьбе, это — самое трудное, но и самое важное дело»21.

Там, где коммунистические партии возникали на основе левых групп, отколовшихся от социал-демократии, и других радикальных групп рабочего движения, наибольшую опасность представляли на определенных этапах, как правило, левацкие элементы, которые привносили с собой революционное нетерпение, анархо-синдикалистские и сектантские взгляды на партию, не признавали ее руководящей и организующей роли в борьбе рабочего класса против буржуазии.

Ленин внимательно следил за развитием рабочего и коммунистического движения за рубежом. О том, насколько тщательно и скрупулезно изучал он иностранные материалы, свидетельствует хранящееся в его архиве огромное число книг, газет, журналов, различных документов и писем с его пометками. Многие важные выводы были сформулированы Лениным в его статьях, обращениях и письмах к рабочим и коммунистам разных стран. Посвященные наиболее злободневным вопросам классовой борьбы, эти документы проникнуты заботой о судьбах мировой пролетарской революции, стремлением помочь рабочим разных стран разобраться в сложностях обстановки, трезво оценить свои силы и силы противника, выработать правильную стратегию и гибкую тактику борьбы. Советы Ленина, его предостережения от возможных ошибок оказывали молодым компартиям огромную помощь в их становлении и укреплении своих рядов.

Вскоре после окончания Второго конгресса Коминтерна Ленин написал ряд работ, в которых разъяснял сущность и значение принятых конгрессом решений и тем самым помогал братским партиям проводить их в жизнь. 15 августа 1920 г. он обратился с письмом к австрийским коммунистам, в котором дружески советовал им отказаться от принятого решения бойкотировать выборы в буржуазно-демократический парламент. Австрийские коммунисты считали, что их участие в парламенте является ненужным, поскольку у них в стране имеется Совет рабочих депутатов как трибуна для агитации. Раскрывая неправильность этого довода, Ленин писал: «Пока сколько-нибудь значительное число трудящихся — не только пролетариев, но также и полупролетариев и мелких крестьян — доверяет еще буржуазно-демократическим орудиям обмана рабочих буржуазией, мы должны разъяснять обман именно с той трибуны, которую отсталые слои рабочих и в особенности непролетарской трудящейся массы считают наиболее существенной, наиболее авторитетной»22. Отношения между буржуазными партиями и фракциями, отмечал Ленин, чаще всего обнаруживают себя именно в парламенте и отражают отношения между всеми классами буржуазного общества. Поэтому коммунисты должны участвовать в буржуазном парламенте, чтобы именно с его трибуны раскрыть глаза народу на подлинное отношение капиталистов к рабочим, помещиков к батракам, богатых крестьян к беднейшему крестьянству, крупного капитала к служащим и мелким хозяйчикам и т. д.

В связи с разногласиями между некоторыми компартиями и Коминтерном буржуазная и социал-реформистская пресса заполнилась злорадными, клеветническими статьями, в которых эти расхождения всячески смаковались и раздувались. Отвечая клеветникам, Ленин писал, что он нисколько не сомневается в том, что австрийская компартия поставит решения Коминтерна выше своих собственных. Поднимая авторитет Коммунистического Интернационала, воплощавшего в своих документах совокупный опыт мирового революционного движения, Ленин воспитывал в коммунистах разных стран чувство братской солидарности и ответственности за судьбы движения в целом, развивал в коммунистах высокое сознание необходимости международной пролетарской дисциплины. «Мы гордимся тем, — писал Ленин,— что великие вопросы борьбы рабочих за свое освобождение мы решаем, подчиняясь международной дисциплине революционного пролетариата, учитывая опыт рабочих разных стран, считаясь с их знаниями, с их волей, осуществляя таким способом на деле (а не на словах, как Реннеры, Фрицы Адлеры и Отто Бауэры) единство классовой борьбы рабочих за коммунизм во всем мире»23.

Решения Второго конгресса Коминтерна о характере коммунистических партий вызвали бурные дискуссии в партиях, вышедших из II Интернационала и заявивших о своем желании вступить в III Интернационал. Центристские лидеры этих партий, стремясь затормозить тягу революционных рабочих к идеям коммунизма, подорвать их доверие к III Интернационалу, подняли крики о «диктате Москвы», о «засилье русских» в Коминтерне, о неравноправии партий, о преследовании определенных личностей и т. д. Разоблачая подобные измышления как сплошной обман и отвод глаз от существа дела, Ленин в письме к немецким и французским рабочим 24 сентября 1920 г. указывал, что в действительности борьба внутри этих партий идет между революционными, пролетарскими, и оппортунистическими, мелкобуржуазными, элементами. Последние, подобно Криспину и Дитману, своими колебаниями в сторону реформизма, своим неумением мыслить и действовать революционно осуществляют на самом деле «влияние буржуазии на пролетариат извнутри пролетарской партии, осуществляют подчинение пролетариата буржуазному реформизму»24.

Решения Второго конгресса Коминтерна значительно ускорили процесс дифференциации в международном рабочем движении, процесс идейной и организационной консолидации коммунистических сил на базе ленинизма. Конкретные советы и рекомендации Ленина коммунистам разных стран, высказанные в его книгах, речах, статьях и письмах, сыграли при этом огромную роль в идейно-политическом формировании и организационном укреплении компартий Германии, Франции, Италии, Чехословакии и других стран.

 

3. О СОЮЗНИКАХ РАБОЧЕГО КЛАССА В БОРЬБЕ ПРОТИВ ИМПЕРИАЛИЗМА

Огромное внимание Второй конгресс Коминтерна уделил проблеме союзников рабочего класса в борьбе против империализма. В этой связи были рассмотрены аграрный и национально-колониальный вопросы. Ленин разработал предварительные тезисы по обоим вопросам и активно участвовал в комиссиях, готовивших соответствующие резолюции.

Идея союза рабочего класса и крестьянства является одной из фундаментальных идей ленинизма. На необходимость такого союза указывали еще Маркс и Энгельс, однако их мысли по крестьянскому вопросу были преданы забвению оппортунистами II Интернационала. В социал-демократических партиях возобладал взгляд на крестьянство как сплошную реакционную массу, не способную оказать какой-либо помощи пролетариату в его борьбе против капитализма. Пережитки подобного взгляда сказывались и в деятельности молодых компартий, которые недооценивали революционные возможности трудового крестьянства, склонны были видеть в нем лишь частнособственнический и консервативный элемент. Нигилистическое отношение многих коммунистов к задаче привлечения трудового крестьянства на сторону пролетариата серьезно затрудняло подготовку политической армии социалистической революции. Глубокую тревогу Ленина и его соратников вызывало то, что в ряде компартий европейских стран, в том числе в компартиях Финляндии, Венгрии, Германии, руководивших крупными революционными выступлениями, существовала недооценка значения прочного союза пролетариата с крестьянством. Учитывая все это, Ленин считал необходимым, чтобы Коминтерн дал компартиям детально разработанную программу но крестьянскому вопросу.

В. И. Ленин не только восстановил, но и всесторонне развил идеи Маркса о союзе рабочего класса и крестьянства. Он показал, что марксизму глубоко чуждо отношение к крестьянству как сплошной однородной массе. Ленин учил видеть различные слои этой массы — от сельского пролетария до кулака. Раскрывая объективную основу политического союза рабочего класса и трудового крестьянства, Ленин писал, что этот союз диктуется коренными жизненными интересами обоих классов, у которых один и тот же общий враг — капитал. В первоначальном наброске тезисов по аграрному вопросу Ленин подчеркнул, что труженикам деревни нет спасения от эксплуатации иначе, как в союзе с пролетариатом, в то же время промышленным рабочим никогда не выполнить своей миссии, освобождения человечества от гнета капитала, если они будут, замыкаться в тесном кругу своих узкоцеховых, узкопрофессиональных интересов. «Действительно революционным,— писал Ленин,— действительно социалистически действующим классом пролетариат является лишь при условии, что он выступает и поступает, как авангард всех трудящихся и эксплуатируемых, как вождь их в борьбе за свержение эксплуататоров, а это невыполнимо без внесения классовой борьбы в деревню, без объединения трудящихся масс деревни вокруг коммунистической партии городского пролетариата, без воспитания первых последним»25.

На основе всестороннего анализа положения различных социальных группировок внутри крестьянства Ленин дал четкое обоснование коммунистической аграрной политики. Он показал, что активными союзниками рабочих в борьбе против капитала могут быть сельскохозяйственные рабочие, полупролетарии (парцелльные крестьяне) и мелкие крестьяне, так как именно эти группы сельского населения получат наибольший выигрыш от свержения власти помещиков и капиталистов.

Обобщая опыт революционной борьбы своего времени, Ленин указывал, что по отношению к среднему крестьянству революционный пролетариат не может ставить своей задачи — по крайней мере для ближайшего будущего и для начала периода диктатуры пролетариата — привлечь этот слой на свою сторону, а должен ограничиться задачей нейтрализовать его, т. е. свести до минимума его неизбежные колебания в сторону буржуазии. Для успешного решения этой задачи и обеспечения в дальнейшем прочного союза со средним крестьянством необходимо было, как указывал Ленин, дать ему непосредственное улучшение его положения, уничтожив арендную плату и ипотеки. «Немедленную полную отмену частной собственности,— писал Ленин в первоначальном наброске тезисов по аграрному вопросу,— пролетарская власть в большинстве капиталистических государств отнюдь не должна производить, и во всяком случае она гарантирует и мелкому и среднему крестьянству не только сохранение за ними их земельных участков, но и увеличение их на всю обычно арендуемую ими площадь (отмена арендной платы)»26. Ленин подчеркнул также, что переход к коллективному земледелию должен осуществляться с громадной осторожностью и постепенностью, силой примера, без всякого насилия над средним крестьянством.

В отношении крупных крестьян (кулаков) пролетарская власть, указывал Ленин, должна проводить политику ограничения их влияния в деревне, политику сокрушительного удара при первом же сопротивлении с их стороны. Что касается помещиков и крупных землевладельцев, то все их земли должны подвергнуться немедленной и безусловной конфискации.

Ленинские тезисы по аграрному вопросу вызвали острую дискуссию в комиссии и на пленарных заседаниях. Особенно возражали некоторые делегаты против раздела конфискованных помещичьих земель между мелкими и средними крестьянами. Предвидя подобные возражения, Ленин в своих тезисах указывал, что для передовых капиталистических стран Коминтерн признает правильным преимущественное сохранение бывших помещичьих хозяйств и ведение их по типу «совхозов» в России, однако было бы «величайшей ошибкой преувеличить или шаблонизировать это правило и никогда не допускать даровой передачи части земель экспроприированных экспроприаторов окрестному мелкому, а иногда и среднему крестьянству»27.

Аргументация некоторых делегатов свидетельствовала о том, что пережитки социал-демократических взглядов на крестьянство еще довольно живучи. Так, например, итальянский социалист Серрати утверждал, будто уступки мелкому крестьянству могут толкнуть западноевропейский пролетариат на путь оппортунизма. Серрати предлагал до революции «не делать никаких уступок мелкой сельской буржуазии, чтобы не нанести ущерба интересам пролетарских масс»28. Подобно Серрати, многие коммунисты видели в разделе земли только одну негативную сторону, а именно: увеличение числа экономически невыгодных мелких частнособственнических хозяйств и усиление мелкобуржуазной прослойки в деревне. Крайне левацкие элементы квалифицировали передачу земли бедным и средним крестьянам еще резче, называя это контрреволюционной затеей. Таким образом, наделение крестьян землей объявлялось экономически и социально опасным мероприятием.

В. И. Ленин раскрыл глубокую ошибочность подобных взглядов и доказал, что немедленная экономическая помощь победившего пролетариата мелким и средним крестьянам абсолютно необходима для отрыва их от буржуазии, для укрепления их политического доверия к пролетариату, для расширения массовой базы диктатуры пролетариата.

После всестороннего тщательного обсуждения аграрного вопроса делегаты конгресса единодушно (только один человек воздержался) одобрили ленинские тезисы, которые учитывали не только опыт русской революции, но и уроки Венгерской и Баварской Советских республик.

Тезисы Ленина по аграрному вопросу явились выдающимся программным документом, определившим политику Коминтерна, направленную на достижение прочного союза рабочего класса с трудовым крестьянством.

Исключительно важное место в работе конгресса заняла также национально-колониальная проблема, которая рассматривалась как проблема союза рабочего класса с крестьянством в международном масштабе, поскольку крестьянство составляло подавляющее большинство населения в колониальных и зависимых странах. Подобно тому как победа над буржуазией в отдельной стране невозможна без союза рабочего класса с трудящимся крестьянством, так и победа над мировым империализмом невозможна без союза революционного пролетариата с национально-освободительным движением. Исходя из того, что в новую историческую эпоху национально-освободительное движение становится неотъемлемой составной частью мировой социалистической революции, конгресс поставил задачу слить воедино революционную борьбу пролетариата капиталистически развитых стран и национально-освободительную борьбу угнетенных народов.

В определении этой сложнейшей политической задачи мирового коммунистического движения решающую роль сыграл Ленин. В его трудах по национальному и колониальному вопросам были разработаны проблемы взаимодействия различных отрядов мирового революционного движения, показана взаимосвязь пролетарских революций в капиталистических странах с освободительной борьбой угнетенных народов, раскрыты принципиально новые перспективы национально-освободительных движений в условиях общего кризиса капитализма, начало которому положили мировая война и победа Великого Октября.

В концентрированном виде основные программные, стратегические и тактические выводы о месте и роли национально-освободительного движения в мировом революционном процессе были сформулированы Лениным в «Первоначальном наброске тезисов по национальному и колониальному вопросам». В этом документе, написанном специально ко Второму конгрессу Коминтерна, Ленин указывал, что коммунисты при решении национального вопроса должны во главу угла ставить не абстрактные и не формальные принципы, а, во-первых, точный учет исторически-конкретной и прежде всего экономической обстановки; во-вторых, отчетливое выделение интересов угнетенных классов, трудящихся, эксплуатируемых из общего понятия народных интересов вообще, означающего интересы господствующего класса; в-третьих, такое же отчетливое разделение наций угнетенных, зависимых, неравноправных от наций угнетающих, эксплуататорских, полноправных29.

В новой обстановке, созданной победой Октябрьской революции, Ленин считал недопустимым ограничиваться голым признанием или провозглашением сближения трудящихся разных наций. «...Необходимо вести политику осуществления самого тесного союза всех национально- и колониально-освободительных движений с Советской Россией,— писал он,— определяя формы этого союза сообразно степени развития коммунистического движения среди пролетариата каждой страны или буржуазно-демократического освободительного движения рабочих и крестьян в отсталых странах или среди отсталых национальностей»30.

Так же недопустимым Ленин считал формальное, чисто декларативное признание равноправия наций, чем ограничивались буржуазные демократы и оппортунисты II Интернационала. Ленин требовал, чтобы коммунисты в своей агитации и пропаганде, во-первых, разоблачали постоянные нарушения равноправия наций и гарантий прав национальных меньшинств во всех капиталистических государствах; во-вторых, разъясняли, что только советский строй в состоянии дать на деле равноправие наций, объединяя сначала пролетариев, затем всю массу трудящихся в борьбе с буржуазией; наконец, доказывали необходимость прямой помощи всех коммунистических партий революционным движениям в колониальных странах и зависимых нациях.

Признание интернационализма лишь на словах и подмену его на деле мещанским национализмом Ленин квалифицировал как самое большое зло, способное нанести непоправимый урон делу объединения антиимпериалистических усилий рабочего класса и угнетенных народов. «Борьба с этим злом,— писал Ленин,— с наиболее закоренелыми мелкобуржуазными-национальными предрассудками, тем более выдвигается на первый план, чем злободневнее становится задача превращения диктатуры пролетариата из национальной (т. е. существующей в одной стране и неспособной определять всемирную политику) в интернациональную (т. е. диктатуру пролетариата по крайней мере нескольких передовых стран, способную иметь решающее влияние на всю мировую политику)»31.

Развивая принципы пролетарского интернационализма, Ленин подчеркивал, что мелкобуржуазный национализм объявляет интернационализмом признание равноправия наций и только, сохраняя неприкосновенным национальный эгоизм, в то время как пролетарский интернационализм требует, во-первых, подчинения интересов пролетарской борьбы в одной стране интересам этой борьбы во всемирном масштабе; во-вторых, требует способности и готовности со стороны нации, осуществляющей победу над буржуазией, идти на величайшие национальные жертвы ради свержения международного капитала.

В ленинских тезисах были четко определены задачи Коминтерна по отношению к государствам и нациям с преобладанием феодальных или патриархальных и патриархально-крестьянских отношений. Прежде всего Ленин указывал на необходимость помощи всех коммунистических партий буржуазно-демократическому освободительному движению в этих странах; в первую очередь обязанность оказывать самую активную помощь ложится на рабочих той страны, от которой отсталая нация зависит в колониальном или финансовом отношениях.

Далее Ленин подчеркивал необходимость поддерживать специально крестьянское движение в отсталых странах против помещиков, против крупного землевладения, против всяких проявлений или остатков феодализма и стараться придать крестьянскому движению наиболее революционный характер, осуществляя возможно более тесный союз западноевропейского коммунистического пролетариата с революционным движением крестьян на Востоке, в колониях и отсталых странах вообще. Выступая в поддержку антиимпериалистических движений угнетенных народов, Ленин вместе с тем требовал решительной борьбы с перекрашиванием буржуазно-демократических освободительных течений в отсталых странах в цвет коммунизма. «...Коммунистический Интернационал должен идти во временном союзе с буржуазной демократией колоний и отсталых стран, но не сливаться с ней и безусловно охранять самостоятельность пролетарского движения даже в самой зачаточной его форме...»32. Таким образом, в ленинских тезисах было дано по существу начало идеи создания единого антиимпериалистического фронта.

Эта принципиально новая постановка вопроса не сразу встретила понимание со стороны некоторых делегатов конгресса, и от Ленина потребовались значительные усилия, чтобы его точка зрения была признана правильной и принята на вооружение международным форумом коммунистов. В этой связи большой интерес представляют ответы Ленина на возражения и замечания некоторых его оппонентов.

Так, например, Г. В. Чичерин в замечаниях на тезисы Ленина писал: «Союз с собственной буржуазией вполне уместен у угнетенных наций лишь там, где приходится устранить местный феодализм, подпираемый штыками угнетающей нации, как в Персии. Именно у персов в порядке дня совместное движение трудящихся и буржуазии для устранения невыносимого гнета продавшихся Англии феодалов... В качестве общего принципа союз с собственной буржуазией ради национального освобождения в данный исторический период безусловно должен быть отвергнут»33 (везде подчеркнуто Лениным.— Ред.). По поводу этих замечаний Владимир Ильич написал:

«1) Персия не единична.

2) Союз с крестьянством у меня сильнее подчеркнут (а это не совсем = буржуазия)»34.

Эта важная мысль Ленина получила развитие в его замечаниях на доклад А. Султан-заде о перспективах социальной революции на Востоке. Анализируя социально-экономическое развитие колониальных стран и вытекающие из этого задачи Коминтерна, Ленин подчеркнул: «...вывод: приспособить как советские учреждения, так и коммунистическую партию (ее состав, ее особые задачи) к уровню крестьянских стран колониального Востока.

В этом суть. Об этом надо подумать и поискать конкретных ответов»35.

Вырабатывая программу Коминтерна по национальному и колониальному вопросам, Ленин стремился учесть опыт и знания всех товарищей, осведомленных конкретно по тому или иному из этих сложнейших вопросов. Поэтому Ленин заранее просил всех желающих дать отзыв, исправление, дополнение или конкретное пояснение к его тезисам. Многие делегаты откликнулись на просьбу Ленина и прислали свои замечания. Большая работа была проделана затем в специальной комиссии конгресса, где различные точки зрения подверглись тщательному анализу и обсуждению. Ленин, как председатель комиссии, строго следил за тем, чтобы общие решения вырабатывались коллективно, в обстановке деловой, творческой дискуссии, и все несогласные с его проектом тезисов имели возможность не только высказать свои соображения, но и обосновать свою позицию. В этом отношении весьма характерна записка Ленина в адрес итальянских делегатов, в которой он высказывал свое недоумение: «Почему ни один итальянский товарищ не присутствует в колониальной комиссии, чтобы защищать свою идею о том, чтобы не поддерживать буржуазное демократическое движение»36.

По просьбе Ленина делегат конгресса М. Н. Рой написал дополнительные тезисы, в которых содержались попытки охарактеризовать национально-освободительное движение в странах, угнетенных Англией. Вокруг тезисов Ленина и тезисов Роя в основном и развернулась дискуссия в комиссии. В обсуждении участвовали делегаты из Кореи, Китая, Индии, Ирана, Болгарии. Венгрии, Америки, Англии.

В ходе дискуссии выяснилось, что некоторые делегаты проявляют революционное нетерпение и нереальный подход в оценке движущих сил, а также ближайших и отдаленных перспектив революционного движения в отсталых странах. Так, например, Рой в своем выступлении утверждал, что в Индии уже существуют элементы для создания сильной коммунистической партии. Поэтому Коминтерн должен помогать исключительно созданию и развитию компартии, которая, в свою очередь, должна заботиться исключительно об организации широких народных масс для борьбы за классовые интересы последних. По мнению Роя, массовое революционное движение в Индии не имело ничего общего с национально-освободительным движением. Исходя из этого, Рой предлагал исключить из ленинских тезисов пункт, где говорилось о необходимости помощи всех коммунистических партий буржуазно-демократическому освободительному движению в восточных странах. В заключение Рой сказал: «...Судьба революционного движения в Европе всецело зависит от хода революции на Востоке. Без торжества революции в восточных странах коммунистическое движение на Западе может быть сведено на нет... Ввиду этого необходимо перенести энергию на развитие и поднятие революционного движения на Востоке и принять за основной тезис, что судьба мирового коммунизма зависит от торжества коммунизма на Востоке»37.

Точка зрения Роя вызвала возражения у ряда делегатов, в том числе и у Ленина. «В России мы поддерживали либерально-освободительное движение во время выступления против царизма,— сказал он.— Индусские коммунисты обязаны поддерживать буржуазно-демократическое движение, не сливаясь с ним. Тов. Рой идет слишком далеко, утверждая, будто судьба Запада зависит исключительно от степени развития и силы революционного движения в восточных странах. Несмотря на то, что в Индии имеется пять миллионов пролетариев и 37 миллионов безземельных крестьян, индусским коммунистам не удалось до сих пор создать коммунистической партии в стране, и уже по этому одному взгляды т. Роя в значительной мере не обоснованы»38.

После всестороннего обсуждения проблемы комиссия единогласно приняла тезисы Ленина с незначительными изменениями и дополнительные тезисы Роя с поправками Ленина. Выступая на пленарном заседании конгресса с докладом об итогах работы комиссии, Ленин прежде всего отметил, что ей «удалось прийти к полному единодушию по всем важнейшим вопросам»39.

Исходным пунктом принятых тезисов было определение противоречия между империализмом и социализмом как основного противоречия наступившей эпохи. Все мировое развитие определяется теперь борьбой империалистических наций против Советской России, говорил Ленин. «Если мы упустим это из виду,— подчеркивал он,— то не сможем поставить правильно ни одного национального или колониального вопроса, хотя бы речь шла о самом отдаленном уголке мира. Только исходя из этой точки зрения, политические вопросы могут быть правильно поставлены и разрешены коммунистическими партиями как в цивилизованных, так и в отсталых странах»40. Важнейшая задача Коминтерна, вытекающая из такой постановки вопроса, заключалась в том, чтобы осуществить тесный союз всех национально- и колониально-освободительных движений с Советской Россией против общего врага — мирового империализма, представленного группой империалистических держав, эксплуатирующих и угнетающих громадное большинство населения земли.

Другая общая мысль тезисов заключалась в том, что в них ясно проводилось различие между нациями угнетенными и угнетающими. Из этого различия выводилась обязанность Коминтерна поддерживать буржуазно-демократические движения в отсталых странах. При обсуждении в комиссии было решено заменить в тезисах выражение «буржуазно-демократический» выражением «национально-революционный», чтобы еще более подчеркнуть разницу между реформистским и революционным движением. «Смысл этой замены тот,— разъяснял Ленин,— что мы, как коммунисты, лишь в тех случаях должны и будем поддерживать буржуазные освободительные движения в колониальных странах, когда эти движения действительно революционны, когда представители их не будут препятствовать нам воспитывать и организовывать в революционном духе крестьянство и широкие массы эксплуатируемых»41.

В ходе обсуждения национально-колониальной проблемы Ленины» был выдвинут тезис о том, что с помощью пролетариата передовых стран отсталые страны могут перейти к советскому строю и через определенные ступени развития — к коммунизму, минуя капиталистическую стадию развития. Этот ленинский вывод открывал перед угнетенными народами невиданные никогда ранее перспективы прогрессивного развития Исторический путь среднеазиатских Советских республик, а также Монгольской Народной Республики подтвердил на практике возможность такого развития.

Одним из важнейших документов Второго конгресса был Устав Коминтерна, который определил структуру и организацию Коммунистического Интернационала на основе принципа демократического централизма. Этот принцип, получивший в трудах Ленина всестороннее развитие и обоснование, полностью выдержал суровое испытание временем, доказал свою жизненность и необходимость для идейно-политического и организационного укрепления коммунистических партий. В Уставе говорилось, что Коминтерн ставит своей задачей освобождение трудящихся всего мира поэтому в его рядах братски объединяются люди белой, желтой, черной кожи, труженики всей земли. В Уставе подчеркивалось, что «Коммунистический Интернационал должен действительно и фактически представлять собой единую, всемирную коммунистическую партию, отдельными секциями которой являются партии, действующие в каждой стране»42.

* * *

Второй конгресс Коминтерна явился замечательной школой политического воспитания коммунистов, школой ленинизма. Его делегаты имели возможность близко познакомиться с практической деятельностью РКП (б) и ее вождем Владимиром Ильичем Лениным. На конгрессе не было ни одного участника, который не испытал бы на себе могучего воздействия личности Ленина.

При открытии конгресса в Таврическом дворце произошел случай, который глубоко взволновал всех делегатов. В самом начале заседания, когда члены ИККИ занимали моста в президиуме, Владимир Ильич вдруг быстро сошел в партер и направился вверх по проходу амфитеатра. Там, где-то в задних рядах, сидел старый друг и соратник Ленина еще по «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса» ослепший питерский рабочий В. А. Шелгунов. Ленин подошел к нему, и два борца крепко расцеловались. «Мне кажется,— вспоминает чехословацкий делегат Иван Ольбрахт,— они не сказали друг другу ни слова. И все же эта встреча была прекрасна своей человечностью»43.

Глубокий и всеобъемлющий ум Ленина, его титаническая энергия и революционная страстность, несгибаемая воля и неколебимая преданность делу пролетарской революции — все это произвело неизгладимое впечатление на посланцев международного пролетариата и представителей угнетенных народов. «Ленин велик не только тем, что он обладает огромными дарованиями и выдающимся талантом,— писал болгарский коммунист Н. Шаблин,— а еще и потому, что все свои способности, всю свою жизнь он отдал служению одному великому делу — освобождению мирового пролетариата от ига капитализма»44. «Одновременно теоретик и человек действия, Ленин является сейчас самой крупной фигурой мирового рабочего движения»45,— так выразил свои мысли французский делегат Марсель Кашен. Индийский делегат назвал Ленина самым благородным представителем человечества46.

Второй конгресс, приняв Устав и «21 условие приема в Коминтерн», завершил организационное оформление Коммунистического Интернационала как единой международной организации коммунистов. Подобная централизация сил революционного рабочего класса, всех трудящихся и угнетенных диктовалась условиями крайнего обострения классовой борьбы в начальный период общего кризиса капитализма.

Коминтерн возник в обстановке мирового революционного кризиса, когда буржуазия прилагала бешеные усилия, чтобы отстоять свое классовое господство. «Гражданская война навязывается рабочему классу его смертельными врагами. Рабочий класс должен отвечать на удар ударом, если он не намерен отказываться от себя, от своей будущности, которая есть будущность всего человечества47,— говорилось в Манифесте Первого конгресса. В обстановке гражданской войны, развязанной международной буржуазией, максимальная централизация всех наличных революционных сия для сокрушения капитализма была абсолютно оправданной и необходимой.

Особенности периода прямого штурма капитализма, начавшегося с Октябрьской революции и продолжавшегося до конца 1920 г., наложили отпечаток не только на организацию, но и на стратегию и тактику Коминтерна. Непосредственно революционная ситуация в Европе, благоприятные возможности для победы социалистической революции в ряде европейских стран, ожесточенное сопротивление буржуазии, прибегшей к силе оружия,— все это обусловило курс Коминтерна на решительную борьбу за диктатуру пролетариата, его стратегию прямого столкновения с буржуазией в открытом бою.

Учитывая неравномерное развитие революции в европейских странах и те трудности, которые она встречала на своем пути, Второй конгресс Коминтерна уделил главное внимание сплоченности и организованности мирового коммунистического движения, укреплению его связей с массами, разработке более гибких и разнообразных методов подвода масс к революции. Вместе с тем конгресс констатировал, что капиталистический мир еще не выбрался из состояния революционного кризиса и потому расчет Коминтерна на возможность скорой победы мировой революции остается в силе.

Выдающуюся роль Второй конгресс Коминтерна сыграл в разработке политической линии мирового коммунистического движения, направленной на установление прочного союза рабочего класса с трудовым крестьянством и национально-освободительным движением угнетенных народов. Под влиянием Второго конгресса Коминтерна на Первом съезде народов Востока, состоявшемся в сентябре 1920 г. в Баку, был провозглашен лозунг: «Пролетарии всех стран и угнетенные народы всего мира, соединяйтесь!». Этот лозунг, горячо одобренный Лениным, сыграл огромную роль в сплочении международного рабочего класса и угнетенных народов в совместной антиимпериалистической борьбе.

Всемирно-историческое значение Первого и Второго конгрессов Коминтерна состоит в том, что они не только дали конкретные ответы на вопросы, поставленные стремительным развитием мирового революционного движения в 1919—1920 гг., в обстановке прямого штурма капитализма, но и заложили фундаментальные идейно-теоретические, стратегические, тактические и организационные основы международного коммунистического движения.

Примечания:

1 Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, ф. 2, on. 1, ед. хр. 14728, л. 2.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр.. 232

3 Там же, стр. 228.

4 Там же.

5 Там же, стр. 233.

6 Там же, стр. 234.

7 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 184—185, 439, 450.

8 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 187.

9 Там же, стр. 188.

10 С.м. настоящее издание, стр. 242.

11 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 188—189.

12 Там же, стр. 193.

13 Там же, стр. 197.

14 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 443

15 Там же.

16 Там же, стр. 444.

17 См. настоящее издание, стр. 194

18 См. настоящее издание, стр. 195.

19 См. там же, стр. 253.

20 См. там же, стр. 250.

21 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 420.

22 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 271

23 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 272—273,

24 Там же, стр. 297

25 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 170.

26 Там же, стр. 174.

27 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 177.

28 Второй конгресс Коминтерна, июль — август 1920 г., М., 1934, стр. 383.

29 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 162.

30 Там же, стр. 163—164.

31 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 165.

32 Там же, стр. 167.

33 ЦПА НМЛ, ф. 2, on. 1, ед. хр. 14356.

34 ЦПА ИМ Л. ф. 2, on. 1, ед. хр. 14356.

35 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 457

36 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 51, стр. 244.

37 «Вестник 2-го конгресса Коммунистического Интернационала», № 1, 27.VII.1920.

38 Там же.

39 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 241.

40 Там же, стр. 242.

41 Там же, стр. 243—244.

42 См. настоящее издание, стр. 228.

43 «О Ленине. Воспоминания зарубежных современников», стр. 307.

44 «Письма В. И. Ленину из-за рубежа», М., 1969, стр. 277.

45 Там же, стр. 233.

46 «Письма В. И. Ленину из-за рубежа», М., 1969, стр. 277.

47 См. настоящее издание, стр. 145.

 


 

IV. РОЛЬ В. И. ЛЕНИНА В РАЗВИТИИ СТРАТЕГИИ И ТАКТИКИ КОМИНТЕРНА В 1921-1923 гг.

1. ЛЕНИН О НОВОЙ СИТУАЦИИ И НОВЫХ ЗАДАЧАХ РЕВОЛЮЦИОННЫХ СИЛ

Добившись создания идейно-организационного единства революционного пролетарского авангарда, Коминтерн под руководством В. И. Ленина развернул борьбу за укрепление его связи с широкими массами трудящихся, за образование единого фронта рабочего класса и всех антиимпериалистических революционных сил. Эта деятельность Коминтерна происходила в сложной обстановке отлива революционной волны.

Революционный рабочий класс в отдельных случаях стремился продолжать наступление на буржуазию, но в основном классовые бои 1921 г.— первой половины 1923 г. носили характер активной оборонительной борьбы пролетариата против натиска капитала. Большинство забастовок вследствие саботажа и раскольнической политики реформистских лидеров профсоюзов, отсутствия единства рабочих оканчивалось поражением. Положение рабочего класса в эти годы резко ухудшилось. Безработица охватила миллионы людей, работающим снижалась заработная плата, во многих странах был удлинен рабочий день. Значительная часть политических и экономических завоеваний трудящихся капиталистических стран, добытых после окончания мировой войны, была ликвидирована буржуазией. Там, где ей не удавалось добиться своих целей в условиях буржуазно-демократического строя, она прибегала к террору. Захват фашизмом власти в Италии в 1922 г. был серьезным поражением итальянского рабочего класса. Борьба с фашизмом становилась одной из важных задач рабочего класса, международного коммунистического движения.

Лидеры реформистских партий и профсоюзов вели ожесточенную борьбу против революционного авангарда рабочего класса. Они стремились изолировать коммунистов от масс, ликвидировать влияние коммунистических партий в рабочем классе. С этой целью реформисты исключали из профсоюзных объединений как отдельных коммунистов, так и целые профсоюзы, в которых сильно было влияние коммунистов, раскалывая таким образом пролетарские классовые организации. Исключенные вынуждены были создавать свои профсоюзы, которые, хотя и стояли на революционных позициях, но были теперь изолированы от рабочих масс, оставшихся в реформистских профсоюзах.

Несмотря на то, что буржуазии удалось нанести временное поражение рабочему классу, она не могла остановить ход мирового революционного процесса. Происходило дальнейшее углубление общего кризиса капитализма. Победа советского народа в гражданской войне против империалистической интервенции и внутренней контрреволюции оказала могучее революционизирующее воздействие на трудящихся в капиталистических странах и угнетенные народы колоний. Страна Советов — первое в мире государство рабочих и крестьян, взявших власть в свои руки и строивших новую жизнь, превратилась в маяк для народных масс в странах капитала и колониях, и само ее существование стало мощным фактором, ускоряющим гибель капиталистического мира и продвижение народов к социализму. Это все больше стали понимать широкие слои трудящихся. Движение солидарности международного пролетариата с Советской Россией явилось не только мощной поддержкой Стране Советов, но и способствовало росту классового сознания и революционных настроений среди рабочих капиталистических стран.

Ярким проявлением солидарности рабочих с советским народом было движение по оказанию помощи голодающим Поволжья. К лету 1923 г. в результате деятельности Международной рабочей помощи в Советскую Россию было послано продовольствия и товаров на сумму свыше 5 млн. долларов1. «Помощь голодающим со стороны международного рабочего класса в значительной мере помогла Советской России пережить тяжелые дни прошлогоднего голода и побороть его,— писал 2 декабря 1922 г. В. И. Ленин. — ...Наряду с продолжающимся сильным политическим давлением на правительства буржуазных стран с требованием признания Советской власти широкая экономическая помощь мирового пролетариата является в данный момент лучшей и наиболее практической поддержкой Советской России в ее тяжелой экономической войне против империалистических концернов и лучшей поддержкой в деле строительства социалистического хозяйства»2.

Все более активным фактором всемирной политики и революционного разрушения империализма становилось растущее национально-освободительное движение многомиллионных народных масс колониальных и полуколониальных стран. Большой размах оно приняло в Индии, Китае, Египте, странах Ближнего и Среднего Востока. В 1921 г. в результате победы антиимпериалистической, антифеодальной народной революции Монголия получила возможность развиваться как свободная, независимая демократическая страна. В войне за независимость против англо-греческих интервентов добилась победы Турция.

В международном рабочем движении углублялись революционные тенденции, продолжался процесс формирования коммунистических партий. С конца 1920 г. по 1923 г. коммунистические партии возникли во Франции, Италии, Румынии, Чехословакии, Монголии, Китае, Южной Африке, Бельгии, Канаде, Швейцарии, Палестине, Люксембурге, Португалии, Новой Зеландии, Бразилии, Японии, Чили, Сирии и Ливане, Норвегии. «...Во всех передовых крупнейших европейских странах Коммунистический Интернационал после II конгресса... стал делом рабочего движения в каждой из этих стран,— мало того, он стал основным фактором международной политики»3,— отмечал Ленин.

Отметив начавшийся отлив революционной волны, Ленин призвал коммунистов перестроить свою деятельность в связи с изменившейся обстановкой. «...Быстрота, темп развития революции в капиталистических странах гораздо медленнее, чем у нас,— говорил он в декабре 1920 г.— Очевидно было, что, когда народы получат мир, неизбежно будет замедление революционного движения. Поэтому, не гадая насчет будущего, мы не можем в настоящее время ставить ставку на то, что темп этот переменится на быстрый»4.

В предшествовавшие годы революционного кризиса пролетарский авангард в ряде стран стремился поднять массы на непосредственный штурм капиталистического строя. В обстановке отлива революционной волны ближайшие задачи и формы борьбы пролетариата становились иными. В первую очередь следовало сплотить пролетарские массы, подготовить их к будущим классовым битвам, защищать и отстаивать от происков империализма детище мирового пролетариата — Страну Советов.

Вся деятельность Ленина в Коминтерне в этот период была направлена в первую очередь на то, чтобы помочь компартиям осознать эти новые задачи, вставшие перед ними, и найти правильные формы и методы работы, отвечавшие новой обстановке и условиям борьбы. Размышляя о задачах коммунистов, Ленин во время III конгресса Коминтерна писал: «Как бы сначала подойти к рабочим. Осторожнее. Тем сильнее будет натиск. Координировать. Солиднее подготовка — вернее победа»5. Это означало, что в новых условиях, когда компартии располагали влиянием лишь на меньшинство рабочего класса, большинство которого продолжало следовать за реформистами, было необходимо как бы сначала, по-новому искать подход к широким рабочим массам. Делать это надо было гибко, учитывая, когда и вокруг каких требований можно сплотить массы, привлечь их на сторону коммунистов, содействуя изживанию реформистских иллюзий этими массами.

В беседе с Кларой Цеткин в июне 1921 г. Ленин, как вспоминает Цеткин, говорил: «Первая волна мировой революции спала, вторая же еще не поднялась. Было бы опасно, если бы мы на этот счет делали себе иллюзии. Мы не царь Ксеркс, который велел сечь море цепями. Но разве констатировать факты,— значит оставаться бездеятельным, т. е. отказаться от борьбы? Ничуть. Учиться, учиться, учиться! Действовать, действовать, действовать! Надо подготовиться, вполне хорошо подготовиться для того, чтобы совершенно сознательно, с полной энергией использовать ближайшую надвигающуюся революционную волну. Вот в чем суть. Нужна неутомимая партийная агитация и пропаганда, а затем — партийное действие. Но партийное действие, свободное от безумия, будто оно может заменить выступление масс. Как много мы, большевики, должны были работать среди масс, прежде чем могли сказать себе: «готово, вперед!». Поэтому — к массам! Завоевание масс — как предпосылка для завоевания власти»6.

Наступление капитала на рабочий класс выдвигало перед компартиями задачу организации сил пролетариата и трудящихся для отпора натиску буржуазии. От коммунистов требовалось активизировать работу среди широких масс, умение применять марксистско-ленинскую теорию в конкретных условиях своей страны. Первостепенное значение приобретала борьба в защиту самых насущных требований трудящихся, ибо только став во главе ее, коммунисты могли привлечь на свою сторону широкие массы трудящихся. Отстаивание этих требований, в которых были заинтересованы все отряды рабочего класса, создавало возможность сплотить вокруг конкретных частичных требований самые широкие слои трудящихся, различные пролетарские организации.

Молодым компартиям еще не хватало опыта, умения вести массы. «Мы имеем армию коммунистов во всем мире,— писал Ленин летом 1921 г.— Она еще плохо обучена, плохо организована. Величайшим вредом для дела было бы забвение этой истины или боязнь признать ее. Эту армию надо деловым образом, с величайшей осторожностью и строгостью проверяя себя, изучая опыт своего собственного движения, как следует обучить, как следует организовать, испытать на всяческих маневрах, на разнообразных сражениях, на операциях наступления и отступления. Без этой долгой и тяжелой школы победить нельзя»7. Ленин особо подчеркивал, что каждая партия должна уметь анализировать конкретную обстановку в своей стране, должна творчески применять опыт других партий, исходя из условий своей страны. Обобщая накапливаемый непрерывно международный революционный опыт, Ленин продолжал разрабатывать идейно-теоретические, организационные, тактические основы коммунистического движения, содействовал укреплению компартий.

В своих работах, статьях и письмах, в беседах с представителями компартий Ленин подчеркивал необходимость сплочения коммунистов на основе борьбы за решение очередных задач пролетарского движения.

В конце февраля 1921 г. Ленин встретился с представителем ЦК компартии Болгарии Георгием Димитровым. Ленин, как вспоминал Г. Димитров, подробно интересовался положением в стране и особенно большой интерес проявил к делам компартии, к Земледельческому союзу, к настроениям среди рабочего класса и крестьянских масс и отношению к Советской социалистической республике.

Димитров сообщил Владимиру Ильичу, что, по мнению руководства партии, в стране назревает возможность взять курс на вооруженное восстание для установления Советской власти. Ленин сказал в ответ, что эти представления в корне ошибочны. Компартия еще слаба, в массах большим влиянием пользуется Земледельческий союз, в котором преобладают эсеровские тенденции и элементы. Международное положение является неблагоприятным, и революция в Болгарии не сможет получить поддержку извне. Ленин советовал болгарским коммунистам быть осторожными, считаться с реальными условиями и возможностями и не увлекаться «левой» фразой8. Он предлагал коммунистам Болгарии сосредоточить главное внимание на укреплении коммунистической партии как авангарда рабочего класса, на организации самого рабочего класса и создании союза рабочих и крестьян9.

В. И. Ленин пристально следил за тем, как молодые коммунисты учились различным формам работы в массах. Он одобрил инициативу германской компартии, которая 7 января 1921 г. обратилась с «Открытым письмом» ко всем пролетарским организациям страны с предложением совместной борьбы за насущные требования рабочих, против усиливающейся реакции и наступления буржуазии. Ленин оценил это письмо как правильную попытку практического применения новой тактики, как метод завоевания большинства рабочего класса и указал на обязательность применения этой тактики всеми компартиями10.

Выработка Коммунистическим Интернационалом линии, направленной на сплочение рабочего класса, проходила в борьбе как с правыми оппортунистами, стремившимися вернуть компартии в лоно реформизма, так и с догматиками и сектантами. Среди руководителей некоторых компартий, в руководстве Коминтерна нашлись люди, которые не смогли понять значения развертывания борьбы в защиту повседневных, насущных интересов трудящихся. Необходимости «новых выводов, изменения тактики в то время не понимали даже многие искренние революционеры. Сказывалась неопытность молодых коммунистов, недостаточное знание марксистской теории, непонимание того, что новая обстановка требует новых методов деятельности. Естественное для передовой части пролетариата чувство ненависти и презрения к реформистам, вызванное изменой социал-демократии в годы мировой войны и предательским поведением ее лидеров в период революционного подъема, мешали пониманию того, что необходимо считаться с широким распространением реформистских иллюзий в значительной части пролетариата и применять в отношении ее гибкую политику, добиваясь изживания этих иллюзий на основе собственного опыта масс. Преодолеть эти настроения и понять, что обстановка настоятельно требует вовлечения в борьбу рядовых членов социал-демократических организаций, было непросто. К тому же сильно сказывались еще настроения, связанные с условиями борьбы предшествующего периода революционного кризиса. Среди молодых компартий было широко распространено мнение, что массы вполне готовы к самым решительным революционным действиям, что достаточно лишь призвать их к борьбе и начать активные действия, чтобы вспыхнула революция.

Не учитывая изменившейся обстановки, «левые» элементы полагали, что можно добиться победы, опираясь на действия одного активного меньшинства рабочего класса, и в связи с этим сформулировали так называемую «теорию наступления», согласно которой компартия, лишь только она станет более или менее значительной силой, должна поднимать массы на вооруженное восстание. Объективные условия, настроение масс и готовность их к решительным действиям, соотношение классовых сил и т. д.— все это сторонниками «теории наступления» в расчет не принималось. Эти взгляды и соответствующая им практика становились главной опасностью внутри коммунистического движения, поскольку они грозили толкнуть авангард пролетариата на преждевременное выступление, обреченное на поражение. Коминтерн во главе с Лениным повел энергичную борьбу за преодоление «левых» настроений, за проведение в жизнь политики, направленной на сплочение компартий с широкими массами трудящихся. Выработка новой тактики затруднялась и осложнялась тем, что некоторые деятели в руководстве Коминтерна по существу поддерживали «леваков». Так, Зиновьев отрицал необходимость изменения тактики Коминтерна несмотря на замедление темпа революционного движения. На заседаниях ИККИ Радек неоднократно подчеркивал, что Коминтерну следует взять «курс налево».

В. И. Ленин решительно выступил против «левацких» установок, разъяснял крайнюю опасность «теории наступления». Вместе с тем он указывал на необходимость продолжать борьбу против оппортунизма и реформистских колебаний, за идейную чистоту революционной партии и ее политическо-организационную самостоятельность, за утверждение компартий в качестве самого боевого отряда пролетариата, объединяющего вокруг себя широкие массы трудящихся.

Несостоятельность «теории наступления» особенно выявилась во время мартовских событий 1921 г. в Германии. Контрреволюция с помощью правых социал-демократов спровоцировала рабочих нескольких районов Средней Германии на вооруженные действия. «Левые» элементы, которые в это время получили большинство в руководстве ОКПГ, не поняли, что борьба рабочих носила оборонительный характер. ЦК ОКПГ оценил мартовские события как начало революционного выступления, которое должно быть вызвано партией в рабочих массах. Однако компартия и рабочий класс не были готовы к вооруженному восстанию по всей стране, движение ограничилось лишь в основном округом Галле-Мерзебург и районом Мансфельда, и рабочие потерпели тяжелое поражение. Левацкие ошибки сторонников «теории наступления» ослабили влияние партии в рабочем классе. Германская реакция использовала авантюристскую, сектантскую политику «левых», связанную с «теорией наступления», для осуществления своих контрреволюционных планов.

Высоко оценивая героизм сражавшихся революционных рабочих, Ленин в то же время указывал, что «как ни геройски это было, а впредь принимать такой бой, по провокации правительства, уж убившего провокациями, с I. 1919, 20 000 рабочих, не следует, пока большинство не окажется за коммунистами во всей стране, а не в маленьком только районе»11.

Вскрыв ошибки «левых» коммунистов Германии в мартовских событиях, Ленин в то же время сурово оценил предательский поступок П. Леви, который в феврале 1921 г. вышел из ЦК ОКПГ, а после поражения мартовских выступлений развернул клеветническую кампанию против партии, обвиняя ее в путчизме, и был за это исключен из партии. ««Путчем» и тем более «бакунистским путчем» называть дефензиву сотен тысяч рабочих...— есть хуже, чем ошибка, есть нарушение революционной дисциплины»,— отмечал Ленин, считавший, что Леви «поделом наказан исключением»12. Необходимость борьбы против оппортунистических пережитков социал-демократизма в компартиях, против реформистских и центристских искривлений, проявлявшихся в деятельности ряда партий, продолжала оставаться важной задачей, составной частью революционного воспитания кадров братских партий.

В ходе подготовки III конгресса Коминтерна Ленин настойчиво разъяснял необходимость и важность принятия четкой политической линии, свободной как от правооппортунистической пассивности и реформистских колебаний, так и от левацко-авантюристских расчетов на быструю и немедленную победу революции и форсирование ее с помощью применения на практике «теории наступления».

В. И. Ленин накануне конгресса встречается с делегатами коммунистических партий, разъясняет им необходимость повседневной работы в массах, доказывает ошибочность и опасность левацко-сектантской позиции. Ф. Геккерт, в то время ярый сторонник «теории наступления», так рассказывает о своей встрече с Лениным: «В разговоре со мной Ленин высказал те мысли, которые он позднее изложил на III конгрессе. В России большевики победили и удержали власть потому, что они не только завоевали твердое большинство в рабочем классе, но и сумели привлечь на свою сторону армию и подавляющее большинство крестьянства. Для того чтобы победить, необходимы массы. Революцию нужно тщательно готовить, иначе нельзя победить. В Германии только разговаривали о наступлении, но на деле не готовили его.

Совершенно уничтоженным я покинул кабинет Ленина. Теперь я уже знал: наша немецкая делегация со своей «теорией наступления» если и произведет какое-нибудь впечатление, то плохое»13.

15 июня на заседании германской делегации вместе с членами Политбюро ЦК РКП (б) В. И. Ленин вновь подверг резкой критике взгляды «левого» крыла ОКПГ. «Ленин неоднократно заявлял, что нельзя допустить, чтобы рабочее движение Германии и в дальнейшем было отдано во власть людей, которые были готовы повторять такие же грубые ошибки, попадаться на провокации противника и в «наступлениях», без малейшей подготовки, вести массы к новым поражениям»,— вспоминал Б. Кёнен о беседах немецких коммунистов с Лениным14.

На заседаниях ИККИ, при встречах с представителями компартий Ленин настойчиво убеждал их в ошибочности и опасности левацко-сектантских настроений. 17 июня 1921 г. при обсуждении в ИККИ французского вопроса Ленин выступил против «леваков», нападавших на статью в «Юманите», в которой говорилось о необходимости «хладнокровия и дисциплины». «Когда говорят, подобно тов. Бела Куну, что хладнокровие и дисциплина не оправдывают себя,— это глупость со стороны левых,— сказал Владимир Ильич. — И я пришел сюда, чтобы сказать левым товарищам: если вы последуете этому совету, вы убьете революционное движение...»15. Критика должна касаться определенных, неверных, оппортунистических действий партии; не следует, однако, нападать на партию без разбору, раскалывая ее, не следует предлагать другие — «левые» глупости в противовес оппортунистическим действиям. «Марксизм заключается в том,— разъяснял Ленин,— чтобы суметь определить, какую политику надо проводить в тех или иных условиях»16. «Есть только один способ помешать победе коммунизма во Франции, в Англии и Германии — это делать левацкие глупости,— подчеркивал он.— Если мы будем продолжать свою борьбу против оппортунизма без перегибов, мы можем быть уверены, что победим»17.

 

2. ЛЕНИНСКАЯ ЛИНИЯ III КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА: ЗАВОЕВАНИЕ БОЛЬШИНСТВА ТРУДЯЩИХСЯ НА СТОРОНУ КОМПАРТИЙ.
ЕДИНЫЙ РАБОЧИЙ ФРОНТ

В. И. Ленин руководил работой по подготовке III конгресса. Он сформулировал основную идею тезисов о тактике, подготовлявшихся для принятия на конгрессе. «Тактику Коммунистический Интернационал должен построить на том: неуклонно и систематически завоевывай большинство рабочего класса, в первую голову внутри старых профсоюзов. Тогда победим наверняка при всяком повороте событий... Отсюда: тактика «открытого письма» обязательна повсюду»18. Оценив проект тезисов о тактике, составленный Б. Куном и А. Тальгеймером с позиции «теории наступления», как политически неверный и левацкий, Ленин подробно разобрал недостатки другого проекта, составленного по поручению Малого бюро ИККИ Радеком, который внес исправления в свой первоначальный проект, заменив требование «завоевания большинства рабочего класса для принципов коммунизма» тезисом о необходимости «завоевания социально решающих частей рабочего класса». Ленин писал по этому поводу, критикуя уступки Радека «глупячеству «левых»»: «Большинства нигде (рабочего класса) коммунистические партии еще не завоевали: не только для организационного руководства, но и для принципов коммунизма. Это основа всего. «Ослаблять» этот фундамент единственно разумной тактики — преступное легкомыслие»19.

Если Радек и поддерживавший его Зиновьев будут настаивать на своих «левых» установках, то предстоит, писал Ленин, «открытый бой на конгрессе». Он потребовал переработать первоначальный проект тезисов, выбросив из него все «левацкие» поправки. Ленин, определив задачу завоевания большинства рабочего класса как основную задачу, раскрыл и методы ее осуществления, показав первостепенное значение работы коммунистов в массовых пролетарских организациях, развертывания борьбы в защиту повседневных интересов трудящихся как пути к созданию единства действий рабочего класса, на основе которого и возможно в дальнейшем сплочение класса вокруг революционного авангарда. Ленин предложил перевести весь текст «Открытого письма» и «...разжевать его значение и его как образец»20. Ленин считал необходимом разъяснить в тезисах ошибки ОКПГ во время мартовских событий, чтобы на этом примере компартии увидели недопустимость опрометчивых, ошибочных решений начинать наступательные действия тогда, когда для этого обстановка еще не созрела. Указания Ленина были выполнены, и исправленный проект тезисов о тактике был внесен на конгресс от имени делегации РКП (б).

В. И. Ленин сделал обстоятельные замечания по проекту тезисов об организационном строительстве коммунистических партий, методах и содержании их работы, подготовленных О. Куусиненом, обратив особое внимание на необходимость повседневной, революционной работы каждого члена партии, на обязанность коммунистов работать среди массы неорганизованного и организованного в реформистских профсоюзах, в партиях II и II 1/2 Интернационалов пролетариата и непролетарских слоев трудящихся21.

В работе III конгресса, состоявшегося 22 июня — 12 июля 1921 г., участвовали представители 103 организаций из 52 стран, в том числе коммунистических партий из 48 стран.

В. И. Ленин представил на обсуждение делегатов конгресса «Тезисы доклада о тактике РКП», в которых содержался анализ обстановки и соотношения классовых сил в международном масштабе, характеризовались составные части мирового революционного процесса и обосновывалась новая экономическая политика, раскрывался план построения материальной основы социализма. Выступая 5 июля с докладом о тактике РКП, В. И. Ленин отметил, что в международной обстановке наступило известное равновесие сил, вызванное провалом попытки международной буржуазии удушить Советскую республику. Возникла необходимость использовать эту передышку, приспособить тактику РКП (б) и Коминтерна к зигзагообразной линии мировой революции. «Сейчас необходима основательная подготовка революции и глубокое изучение конкретного ее развития в передовых капиталистических странах. Это первый урок, который мы должны вывести из международного положения»22,— говорил Ленин. Он указал на большую революционную силу национально-освободительного движения как важной составной части мировой революции: «...Миллионы и сотни миллионов,— фактически громаднейшее большинство населения земного шара,— сейчас выступают как самостоятельные активные революционные факторы»23,— говорил Ленин и предсказывал большую роль национально-освободительному движению, направленному против империализма.

При обсуждении тактики Коминтерна и положения в отдельных партиях на конгрессе развернулась борьба с теми, кто отстаивал «левую» и насквозь ошибочную «теорию наступления». Защитниками ее выступали А. Тальгеймер, У. Террачини, Ф. Геккерт и некоторые другие деятели германской, итальянской, австрийской и венгерской компартий. «Левые» требовали всемерного усиления борьбы с центристскими и полуцентристскими элементами в компартиях. Они отождествляли отношение к оппортунистическим и центристским вождям социал-демократии с отношением к рядовым членам реформистских партий и к тем бывшим социал-демократам, которые переходили в компартии, но еще не смогли быстро преодолеть груз реформистских и центристских предрассудков. Речь шла таким образом не о перевоспитании новых членов компартий в повседневной практической деятельности, а о механической борьбе за «чистоту» компартий. По существу «левые» элементы отрицали марксистско-ленинские принципы руководства классовой борьбой. Исходя из признания лишь одной политики — наступления, они приходили к выводу о том, что единственным условием, имеющим значение, является решимость самой партии на активные действия, все прочее — и прежде всего степень готовности масс поддержать революционный авангард в борьбе — не принималось во внимание, вернее, заранее предполагалось, что массы всегда готовы подняться на решительный бой по первому призыву. Такие установки могли привести компартии к опасному отрыву от масс, а пропагандируемая «левыми» «теория наступления» могла обречь революционный авангард пролетариата на тяжелые поражения.

В своих выступлениях на конгрессе, на заседании комиссий конгресса, в беседах с делегатами Ленин доказывал ошибочность взглядов «левых», авантюризм и опасность их «теории наступления». «Если конгресс не будет вести решительного наступления против таких ошибок, против таких «левых» глупостей,— говорил он 1 июля в своей речи в защиту тактики Коммунистического Интернационала,— то все движение осуждено на гибель... При выработке наших планов мы должны идти организованным путем и пытаться найти верную линию»24. «...Для победы надо иметь сочувствие масс. Не всегда необходимо абсолютное большинство; но для победы, для удержания власти, необходимо не только большинство рабочего класса,— я употребляю здесь термин «рабочий класс» в западноевропейском смысле, т. е. в смысле промышленного пролетариата,— но и большинство эксплуатируемых и трудящихся сельского населения»25.

В. И. Ленин подчеркнул, что в революционной партии не может быть спора о необходимости революционного выступления, речь идет о правильном понимании того, что основным условием успеха является подготовка наступления, то есть прежде всего завоевание большинства трудящихся масс города и деревни.

На встрече с делегатами компартий 11 июля Ленин вновь говорил: «Наша единственная стратегия теперь — это стать сильнее, а потому умнее, благоразумнее, «оппортунистичнее», и это мы должны сказать массам. Но после того, как мы завоюем массы благодаря нашему благоразумию, мы затем применим тактику наступления и именно в самом строгом смысле слова»26.

В. И. Ленин указал на сообщения в газетах о новых стачках в Германии и Франции и особенно на антифашистской митинг в июле в Риме, в котором участвовали представители всех партий — коммунисты, социалисты, а также республиканцы. Об этом митинге он говорил как о хорошем примере применения новой тактики сплочения рабочего класса в борьбе против общего врага — фашизма.

Обращая внимание коммунистов главным образом и в первую очередь. на необходимость подготовительной работы компартий, применения умной и гибкой политики, В. И. Ленин подчеркнул, что в партии недопустимо присутствие оппортунистов и реформистов. «Первым условием истинного коммунизма является разрыв с оппортунизмом... Первым этапом является серьезный, окончательный, недвусмысленный и решительный разрыв с реформизмом. И тогда масса станет всецело за коммунизм. Второй этап отнюдь не будет заключаться в повторении революционных лозунгов. Он будет заключаться в принятии наших умных и искусных решений, которые всегда будут таковыми и всегда будут повторять: основные революционные принципы должны быть приспособлены к особенностям разных стран»27.

В. И. Ленин напомнил делегатам Итальянской социалистической партии, что Коминтерн не раз настаивал на необходимости решительного разрыва с оппортунистами в ИСП, и подчеркнул: «В состав Коммунистического Интернационала не может входить партия, терпящая в своих рядах оппортунистов и реформистов вроде Турати»28. Ленин охарактеризовал политику центристов в ИСП, отказавшихся порвать с реформистами и разорвавших с коммунистами, как «несчастье для Италии». Он подчеркивал необходимость окончательного разрыва с реформизмом как первый шаг на пути революционной борьбы рабочего класса.

III конгресс в своем решении подтвердил, что до тех пор, пока ИСП не исключит из своей среды реформистов, она не может принадлежать к Коммунистическому Интернационалу. В случае же выполнения этого предварительного условия конгресс поручил ИККИ принять необходимые меры по объединению очищенной от реформистских и центристских элементов ИСП с компартией Италии.

Борьбу с «левыми» настроениями многих делегатов конгресса Ленину пришлось вести и во время встреч и бесед с делегациями компартий и на заседаниях комиссий. Подчас эти споры носили острый характер. Резко, метко и безжалостно разбивал Ленин аргументы «левых», показывая всю опасность их ошибочных взглядов для революционного движения. При этом в словах Ленина не было ни малейшего следа личной полемики или снисходительных поучений, с которыми более опытные люди подчас обращаются к молодым, менее искушенным в жизни и политической борьбе. Дискуссия шла среди товарищей по борьбе, политических единомышленников, согласных между собой в главном — в необходимости борьбы за пролетарскую революцию, но расходящихся во взглядах на методы и средства борьбы. И Ленин ставил перед собой задачу переубедить своих «оппонентов», заставить их правильно и трезво разбираться в обстановке и видеть реальные задачи и возможности, не ослепляясь надуманными схемами и «левой» фразой.

В комиссии по тактике большое внимание было уделено чехословацкому вопросу. Ко времени конгресса в Чехословакии существовали две компартии — компартия Чехословакии, Учредительный съезд которой состоялся в мае 1921 г., и КПЧ (немецкая секция), основанная в марте 1921 г. Первая являлась массовой партией, насчитывавшей около 350 тысяч членов, около 60 тысяч членов состояло в немецкой секции. В том, что КПЧ с момента основания была массовой партией, большая заслуга принадлежала Б. Шмералю. Однако Шмераль считал, что объединение с немецкой секцией следует отложить на более позднее время. К тому же Шмераль проявлял непоследовательность в борьбе с правыми. В связи с этим позиция Шмераля подверглась резкой критике со стороны немецких коммунистов (особенно К. Крейбиха) и части чешских коммунистов, ряд из которых допускал левацкие ошибки. Зиновьев и Радек склонялись к тому, чтобы отстранить Шмераля от руководства партией. В. И. Ленин, хорошо знавший Б. Шмераля и высоко ценивший его, выступил против попытки «левых» рассматривать Шмераля как центриста и приравнивать его к Леви29.

Ознакомившись с кратким изложением доклада Б. Шмераля на Учредительном съезде КПЧ, опубликованном в газете «Форвертс», органе немецкой секции КПЧ, Ленин подверг критике ошибки Шмераля30. Поддержав Б. Шмераля в его борьбе за массовость КПЧ, Ленин решительно настаивал на том, чтобы она как можно скорей объединилась с немецкой секцией. Он заметил, что для того, чтобы найти правильную линию, Шмераль должен сделать три шага налево, а Крейбих — шаг направо31.

Ленинские советы и решения III конгресса по чехословацкому вопросу имели большое значение для молодой чехословацкой партии. В соответствии с ними в октябре — ноябре 1921 г. состоялся Объединительный съезд КПЧ.

Оказывая товарищескую помощь молодым компартиям, терпеливо и очень бережно помогая им вырабатывать правильную политику и исправлять ошибки, В. И. Ленин в то же время был непримиримым, когда дело касалось коренных интересов рабочего класса, когда речь шла об отказе от основных принципов международного коммунистического движения.

Во время III конгресса Ленин решительно выступил против «ультралевых» крикунов из Коммунистической рабочей партии Германии. Учитывая, что в КРПГ есть революционно настроенные пролетарские элементы, которые еще не сумели разобраться в «левой» фразеологии своих лидеров, Исполком Коминтерна в ноябре 1920 г. временно принял КРПГ в Коминтерн на правах сочувствующего члена. КРПГ было поставлено условие слиться с ОКПГ и поддерживать ее во всех ее действиях. Однако руководство КРПГ не последовало указаниям ИККИ. В наиболее концентрированном виде взгляды КРПГ были выражены в «Открытом письме товарищу Ленину» Г. Гортера, изданном КРПГ осенью 1920 г. специальной брошюрой. В нем провозглашалось, что пролетариат в капиталистических странах должен делать революцию один против всех других классов, отвергался опыт РКП (б) и ленинское учение о пролетарской революции. Гортер отрицал значение партии рабочего класса, он обвинял Ленина, РКП (б) и Коммунистический Интернационал в оппортунизме и предсказывал поражение русской революции. Сектанты из КРПГ отрицали революцию как результат массовой народной борьбы, они выступали против борьбы за повседневные нужды рабочего класса, отказывались от работы в массовых организациях — профсоюзах, кооперативах, от работы в парламенте и т. д. По существу «ультралевые» приходили к отрицанию всякой серьезной революционной борьбы. Исполком Коминтерна был вынужден вынести на обсуждение III конгресса вопрос о КРПГ, о ее дальнейшем вхождении в Коминтерн.

Ленин считал необходимым исключить КРПГ из Коминтерна, он писал: «Я вижу ясно свою ошибку, что голосовал за допущение КАРD32, надо ее скорее и полнее исправить»33. Раскольническая политика, проводившаяся КРПГ в Германии, ее нападки на ОКПГ и Коминтерн ставили эту партию вне рядов международного коммунистического движения.

На III конгрессе делегация КРПГ развернула бешеную деятельность. Ее ораторы выступали по каждому вопросу, стремясь навязать свою точку зрения конгрессу. Они пытались доказать целесообразность существования в Коминтерне «левой» оппозиции, которая не должна подчиняться дисциплине Коминтерна. Они прибегли даже к попыткам сколотить себе сторонников и создать такую оппозицию путем переговоров с некоторыми делегатами братских партий. Однако конгресс отверг все их взгляды и принял постановление, обязывающее КРПГ присоединиться к ОКПГ. В случае отказа КРПГ выполнить требование конгресса она будет считаться исключенной из Коминтерна. Руководство КРПГ не выполнило решения конгресса и порвало с Коминтерном.

«Левые», или «ка-а-писты», получили от нас достаточно предупреждений на международной арене, начиная с II конгресса Коммунистического Интернационала,— писал после III конгресса В. И. Ленин.— Пока еще не выработались, по крайней мере в главнейших странах, достаточно крепкие, опытные, влиятельные коммунистические партии, участие полуанархистских элементов на наших международных съездах приходится терпеть, и оно даже до известной степени полезно. Полезно постольку, поскольку эти элементы служат наглядным «устрашающим примером» для неопытных коммунистов, а также постольку, поскольку сами они еще способны учиться»34. Теперь, после разрыва КРПГ с Коминтерном, писал Ленин, массы быстро увидят всю неправильность политики полуанархистов из КРПГ, и поэтому он рекомендовал коммунистам поменьше обращать внимания на «ка-а-пистов»: «Влияния в массах они не имеют и не получат, если мы сами не будем делать ошибок. Предоставим этому теченьицу вымереть естественной смертью; рабочие сами разберутся в его несостоятельности»35. Слова Ленина очень быстро подтвердились. Вскоре после III конгресса Коминтерна КРПГ превратилась в ничтожную сектантскую группку, не имевшую никакой опоры в рабочем классе Германии.

Ленинскую линию на конгрессе горячо поддержали многие видные деятели компартий — К. Цеткин, В. Коларов, О. Куусинен, Б. Шмераль, Р. Майнор (Баллистер), П. Вайян-Кутюрье, Т. Белл, Ж. Жакмотт и многие другие. Представители компартий заявили, что тезисы о тактике, обобщающие опыт и состояние международного коммунистического движения, отвечают интересам дальнейшего развития классовой борьбы пролетариата и правильно намечают пути дальнейшей работы компартий. Инициаторы «левых» поправок обратились с письмом в президиум конгресса, в котором заявили об отказе от поправок и своем согласии с основными принципами тезисов о тактике, предложенных русской делегацией, исключительно и определенно в смысле высказываний Ленина и других представителей РКП.

Из анализа обстановки, соотношения классовых сил на международной арене, состояния революционного движения конгресс сделал вывод о том, что основная задача компартий на данном этапе заключается в том, чтобы «руководить нынешними оборонительными боями пролетариата, расширять, углублять и объединять их и — в соответствии с ходом развития — поднимать их до решающих политических боев…»36.

Конгресс Коминтерна закрепил ленинские указания в тезисах о тактике, которые ставили перед компартиями задачу непосредственного участия в борьбе рабочих масс, руководства этой борьбой и создания в ходе ее массовых коммунистических партий, способных сплотить вокруг себя большинство рабочего класса и трудящихся масс.

Критикуя левацкие представления о том, что наступившая эпоха требует лишь методов непосредственного наступления, прямого штурма, конгресс подчеркнул, что «мировая революция не есть развивающийся по прямой линии процесс»37, что этот процесс имеет свои этапы, свои подъемы и понижения и что коммунисты при всех изменениях в ходе классовой борьбы должны стремиться укрепить свои позиции в массах, организационно закрепить новые опорные пункты, приучить массы к активному маневрированию, вооружить их новыми методами и приемами борьбы. Компартии должны использовать всякую передышку для усвоения опыта предшествующего фазиса борьбы, должны добиваться углубления и расширения классовых конфликтов, связывая их в национальном и международном масштабе единством цели и единством практического действия.

Раскрывая значение борьбы в защиту так называемых частичных требований, конгресс подчеркнул, что осуществление этих требований в своей совокупности разлагает власть буржуазии, организует пролетариат и является этапом в борьбе рабочего класса за власть. «...Коммунистические партии должны выставить такие требования, выполнение которых неотложно необходимо для рабочего класса...»38. По мере развертывания и расширения борьбы за те или иные конкретные требования, говорилось в тезисах о тактике, компартии должны добиваться подъема движения на новую ступень, заботиться о том, чтобы эти требования по своему существу становились бы организующим началом. В тезисах подчеркивалось, что главное состоит в том, «чтобы усилить практическую борьбу пролетариата, которая одна только в состоянии привести пролетариат к борьбе за конечные цели»39. Конгресс таким образом обосновал взаимосвязь борьбы за конкретные требования трудящихся с созданием единого пролетарского фронта и подведением масс к пониманию необходимости свержения капиталистического строя.

Основываясь на ленинских указаниях о необходимости решительного изгнания из рядов компартий оппортунистов, о недопустимости как правых, так и «левых» шатаний, конгресс Коминтерна подчеркнул, что компартии только тогда станут массовыми партиями, когда они победят оппортунизм в своих рядах, преодолеют все его малейшие остатки и традиции, установят самую тесную связь с борющимися рабочими массами, будут ставить свои задачи с учетом практических боев пролетариата, когда они отклонят в этих боях оппортунистическую политику самообмана, затушевывания непреодолимых противоречий и в то же время откажутся от всякой революционной фразы. Обращая внимание компартий на крайнюю опасность «левацких» установок, конгресс предупреждал, «...что попытки революционных, нетерпеливых и политически неопытных элементов по отдельным вопросам и задачам прибегать к самым крайним методам, являющимся по существу методами решающего революционного восстания пролетариата, ...могут в случае их применения надолго погубить подлинно революционную подготовительную работу пролетариата к захвату власти»40.

Обобщающим лозунгом, выдвинутым конгрессом, был лозунг «В массы!». «Только в борьбе за самые элементарные жизненные требования рабочих масс мы можем создать единый фронт пролетариата против буржуазии, сможем положить конец расколу пролетариата, являющемуся основой дальнейшего существования буржуазии»41,— говорилось в воззвании Исполкома Коминтерна, выпущенном в связи с окончанием работы III конгресса. Конгресс призвал коммунистов к активной работе в массовых организациях — профсоюзах, кооперации, женских и молодежных объединениях. III конгресс Коминтерна подчеркнул важность вовлечения в совместную борьбу за повседневные нужды рабочего класса всех его отрядов и организаций. Конгресс положил начало новому этапу в истории международного коммунистического движения, этапу борьбы за создание единого пролетарского фронта.

Ленинское положение о необходимости завоевания на сторону компартии большинства трудящихся масс конгресс конкретизировал в отношении капиталистических стран как задачу привлечь к союзу с рабочим классом мелкое крестьянство, значительную часть городской мелкой буржуазии и широкие слои так называемого среднего сословия — служащих, интеллигенцию и т. д. Принципиально важным и открывающим для компартий новые перспективы деятельности и возможности расширения политики союза рабочего класса с непролетарскими слоями трудящихся было следующее положение тезисов о тактике: «Коммунистическая партия обязана непрерывно обращать внимание на эти слои населения. Завоевание мелкого крестьянства на сторону идей коммунизма, наряду с завоеванием и организацией сельскохозяйственных рабочих, является одной из важнейших предпосылок победы пролетарской диктатуры, так как это завоевание дает возможность перенести революцию из промышленных центров в деревню и создает важнейшие опорные пункты для разрешения продовольственного вопроса, являющегося насущным вопросом революции. Привлечение сколько-нибудь значительных кругов торговых, технических служащих, низших и средних чиновников и интеллигенции могло бы облегчить пролетарской диктатуре в переходный период от капитализма к коммунизму разрешение технических и организационных вопросов государственного и хозяйственного управления. Привлечение этих слоев внесло бы разложение в ряды врагов и пробило бы брешь в изолированном положении пролетариата в глазах общественного мнения. Коммунистические партии должны самым внимательным образом следить за брожением в мелкобуржуазных слоях, надлежащим образом использовать его даже тогда, когда эти слои не свободны от мелкобуржуазных иллюзий. Коммунистические партии должны привлечь к пролетарскому фронту освободившуюся от этих иллюзий часть интеллигенции и служащих и использовать их в целях привлечения мелкобуржуазных масс, находящихся в состоянии брожения»42. Указание на необходимость гибкого и осторожного подхода к этим слоям, особенно тогда, когда они еще не освободились от буржуазных иллюзий, но проявляют известное недовольство, нацеливало коммунистов на борьбу в защиту интересов этих слоев, на организацию выступлений, в которых эти слои населения, весьма многочисленные, могли принять самое активное участие. Тем самым конгресс как бы намечал идею создания широкого антикапиталистического фронта.

 

В. И. Ленин в президиуме I конгресса Коминтерна в Кремле,

2—6 марта 1919 г.

Слева направо: Г. Клингер, Г. Эберлейн, В. И. Ленин и Ф. Платен

 

Исходя из ленинских указаний о необходимости повседневной революционной работы каждого члена партии, обязанности коммунистов работать среди массы неорганизованного и организованного в реформистских профсоюзах, в партиях II и II 1/2 Интернационалов пролетариата и непролетарских слоев трудящихся, конгресс принял по докладу В. Кёнена подготовленные О. Куусиненом тезисы об организационном строительстве, методах и содержании работы компартий.

В тезисах конкретизировались принципы демократического централизма. Конгресс указывал, что «демократический централизм коммунистической партийной организации должен быть действительным синтезом, слиянием централизма и пролетарской демократии. Это слияние может быть достигнуто только на основе постоянной совместной деятельности, постоянной совместной борьбы всей партийной организации»43.

В решениях вновь подтверждалось, что в эпоху мировой пролетарской революции и сам Коминтерн и его секции должны быть организованы более централизованно, нежели II Интернационал и его партии. При этом отмечалось, что речь идет не о формальной механической централизации, а о централизации коммунистической деятельности, т. е. образовании сильного, боеспособного и в то же время гибкого руководства. «Формальной или механической централизацией была бы централизация «власти» в руках партийной бюрократии для господства над остальными членами партии или над стоящими вне партии массами революционного пролетариата»44. Коминтерн решительно выступил против анархической формальной демократии, которая несовместима с созданием сильного и гибкого руководства. Подлинный синтез централизма и демократии возникает на основе создания, развития и сохранения живых связей и взаимоотношений как внутри самой партии между ее руководящими органами и остальными членами, так и между партией и широкими пролетарскими массами.

Ленинские организационные основы предполагают твердую дисциплину партийных рядов, основанную на сознательном понимании своего коммунистического долга, активную деятельность по выполнению партийных решений, подчинение меньшинства большинству, запрещение фракционной деятельности, систематическую работу в массах и т. д.

Выработав организационные основы коммунистических партий, Ленин и Коминтерн в то же время решительно выступали против их окостенения и механического применения, отстаивали необходимость дифференцированного творческого подхода к партийному строительству. Третий конгресс Коминтерна указывал, что: «Не может быть абсолютно правильной, неизменной формы организации коммунистических партий. Условия пролетарской классовой борьбы в процессе эволюции подвержены беспрерывным изменениям, заставляющим пролетарский авангард постоянно искать целесообразных форм своей организации. Равным образом, исторически обусловленные особенности каждой отдельной страны требуют особых форм организации для каждой отдельной партии»45. Но эта дифференциация, отмечается в решении, имеет известные пределы. Существующие вопреки всем индивидуальным условиям классовой борьбы пролетариата в различных странах и в различных стадиях пролетарской революции общие задачи и проблемы имеют решающее значение для интернационального коммунистического движения. Конгресс значительное внимание уделил задаче укрепления единства компартий. На конгрессе, во время встреч с делегатами В. И. Ленин неоднократно говорил о том, что нужно добиваться тесной сплоченности коммунистов, единой дисциплины для всех, безусловной обязательности выполнения решений партии. В международном коммунистическом движении недопустима фракционная и раскольническая деятельность. В единстве коммунистических партий на марксистской основе, учил Ленин, залог успеха освободительной борьбы рабочего класса.

В. И. Ленин много сделал в те дни, чтобы помочь немецким коммунистам преодолеть кризис в партии, связанный, с одной стороны, с «теорией наступления» и ошибками ее руководства во время мартовского выступления 1921 г., а с другой — с образованием в партии оппозиции, выступившей с критикой этих ошибок и вместе с тем допустившей нарушение партийной дисциплины. В беседе с К. Цеткин Ленин резко критиковал ее за выход из ЦК ОКПГ в феврале 1921 г. в связи с несогласием с позицией ЦК в отношении раскола Итальянской социалистической партии.

«Вы должны,— вспоминала Цеткин слова Ленина,— несмотря на все ваше нежелание и нерасположение, безусловно войти в ЦК партии. И вы не должны больше оттуда убегать, даже если вам лично покажется, что вы имеете на это право или что вы даже обязаны это сделать. У Вас нет никакого права, кроме права в тяжелое время служить партии и пролетариату. Ваш долг теперь сохранить партию»46.

9 июля во время встречи немецкой делегации с представителями ЦК РКП (б) Ленин подчеркивал, что «партия должна соблюдать дисциплину и не должна страшиться вскрывать свои недостатки. Опасно, если мы будем умалчивать о наших недостатках»47. В то же время Ленин решительно заявил о недопустимости фракционности и призвал крепить единство компартий и Коминтерна: «...Ослабление или же разрушение единства общего фронта представляет собою тягчайшее нарушение дисциплины и грубейшую ошибку в борьбе,— записал III конгресс в своем решении.— Высший долг каждого члена партии — защищать коммунистическую партию и прежде всего Коммунистический Интернационал против всех врагов коммунизма. Тот, кто это забывает или даже публично нападает на партию или на Коммунистический Интернационал, должен считаться врагом партии»48.

III конгресс Коммунистического Интернационала, обобщив опыт первых лет существования Коминтерна, наметил пути и методы дальнейшей работы его секций, пути борьбы за завоевание большинства рабочего класса. Основной вывод III конгресса Коминтерна, сформулированный Лениным, заключался в том, что необходима более тщательная, более солидная подготовка к новым, все более решающим битвам, как оборонительным, так и наступательным. «Завоевание на нашу сторону большинства пролетариата — вот «главнейшая задача»»49.

Решения III конгресса Коминтерна сплотили коммунистические партии; были созданы условия для развертывания борьбы коммунистов за создание единого пролетарского фронта. Ленин подчеркивал, что коммунистам предстояло воплотить в жизнь эту тактику, обогатить ее практическим опытом борьбы в различных странах, конкретизировать в соответствии с условиями данной страны. В Германии идет волна объединения всех рабочих против снижения заработной платы,— писал Ленин 28 июля 1921 г. «Конечно, Цеткина была вполне права, говоря, что коммунисты должны быть за такое объединение на борьбе с капиталистами. Если «левые» будут против, надо их образумить»50. И в письме немецким коммунистам 14 августа 1921 г. Ленин настойчиво подчеркивает необходимость поголовного участия коммунистов в борьбе, в движении, в повседневной жизни масс.

Ленин резко возражал против необоснованной «погони за правыми», т. е. за теми, которые только в глазах «леваков» могли казаться центристами или полуцентристами. Как пример он привел статью Радека, опубликованную в «Роте Фане», где в оппортунизме обвинялась Клара Цеткин. Ленин предупреждал, что подобными приемами «левые» оказывают действительную услугу подлинным оппортунистам и реформистам.

Ленин пропагандировал опыт антифашистского выступления римского пролетариата в июле 1921 г., которое происходило под знаком объединения всех пролетарских сил. Он говорил, что это было завоевание большинства рабочего класса на нашу сторону, правда, частичное, только мимолетное, только локальное, но это было завоевание большинства51. И Ленин делает очень важное замечание о том, что такое завоевание возможно даже тогда, когда большинство пролетариата формально идет за вождями из буржуазии или за лидерами II и II 1/2 Интернационалов, проводящими буржуазную политику, Или когда большинство пролетариата колеблется. Таким образом, он не исключал возможности вовлечения в борьбу единым фронтом против общего врага всех организаций рабочего класса, а наоборот, в этом видел возможность сплочения рабочего класса, возможность Завоевания его большинства коммунистами. Ленин не выдвигал в качестве условия борьбы за единый фронт рабочего класса против буржуазии разрыв рядовых членов реформистских партий и профсоюзов со своим руководством. Он говорил, что отход рабочих от реформистских вождей будет Следствием единого фронта, но главное заключалось в том, чтобы добиться вовлечения масс в борьбу единым фронтом, в ходе которой они на собственном опыте убедятся в правильности политики компартий и пойдут за ними. «Такое завоевание неуклонно во всем мире подвигается всюду и всячески вперед,— указывал Ленин.— Будем солиднее и тщательнее подготовлять его, не упустим ни одного серьезного случая, когда буржуазия заставляет пролетариат подниматься на борьбу, научимся правильно определять моменты, когда массы пролетариата не могут не подняться вместе с нами.

Тогда победа обеспечена, как бы ни были еще тяжелы отдельные поражения и отдельные переходы в нашем великом походе»52.

В. И. Ленин внимательно изучал деятельность компартий, состояние рабочего движения в капиталистических странах. Встречаясь с иностранными коммунистами, приезжавшими в Москву, он расспрашивал их об условиях труда и быта рабочих масс и их настроениях, стремился постоянно быть в курсе всех проблем международного рабочего движения. Своими советами он помогал молодым компартиям вырабатывать правильную стратегию и тактику, находить пути к массам.

Английским коммунистам В. И. Ленин советовал организовать издание ежедневной рабочей газеты и объяснял, как следует это сделать53. В. И. Ленин неоднократно указывал на то, что опыт РКП (б), представлявший собой образец тактики, политической деятельности революционной партии, должен стать достоянием всех компартий. В письме Я. Берзину 8 сентября 1921 г. Ленин советовал: «Надо учить, учить и учить англ(ийских) коммунистов работать, как работали большевики: учить статьями, учить непременно публично, в печати. Учить можно по рез(олюции) III конгресса КИ о работе партии»54. Он предложил переиздать в Англии книги Д. Рида «10 дней, которые потрясли мир» и Л. Фрейна «Пролетарская революция в России».

Ленин рекомендовал коммунистам оказать поддержку на выборах лейбористской партии, в то же время широко пропагандируя свои взгляды. 12 января 1922 г. в связи с предстоявшими в феврале парламентскими выборами в Англии Ленин предложил созвать Исполком Коминтерна и принять обстоятельно мотивированную резолюцию, в которой обязательно требовать от Коммунистической партии Англии, чтобы все коммунисты агитировали и голосовали на выборах за членов рабочей партии, с изъятием лишь в тех, совершенно не многих случаях, когда можно ручаться, что голосование за коммуниста никоим образом не даст победы буржуазному кандидату55. Предложения В. И. Ленина были одобрены Президиумом ИККИ, который 13 января 1922 г. рекомендовал английской компартии оказать на выборах поддержку лейбористской партии. Это отнюдь не означало, что компартии следовало выступать с защитой проводимой лейбористами политики.

В октябре 1922 г. в беседе с английским коммунистом Г. Веббом Ленин говорил, что коммунисты «должны использовать выборы для того, чтобы продвинуть вперед дело коммунизма и, если будет возможно, обеспечить победу рабочему правительству. Должно быть использовано все, чтобы сделать известной точку зрения коммунистов возможно большему числу рабочих посредством простых лозунгов и предвыборной агитации в каждом доме. Он заботился о том, чтобы партия участвовала в выборах, имея практические и простые лозунги, и не совершила быт ошибки, сделав упор на теоретических вопросах»56. Советы В. И. Ленина помогли английским коммунистам добиться определенных успехов на парламентских выборах осенью 1922 года, когда впервые в истории страны два коммуниста были избраны в парламент.

В. И. Ленин с большой радостью отмечал, что компартии выступали инициаторами единых действий рабочего класса, на практике осуществляли лозунг III конгресса: «В массы!» Он писал, что компартиям, значительную часть которых составляли бывшие социал-демократы, принесшие с собой свои привычки, традиции, старые представления о партийной работе, необходим длительный процесс перековки своих кадров, самих партий в подлинно революционные, боевые массовые партии.

Помогая коммунистическим партиям превратиться в подлинно революционные партии, Ленин внимательно и заботливо учил их марксистской принципиальности, содействовал их консолидации как партий нового типа. Он воспитывал в коммунистах понимание ответственности за дело мировой пролетарской революции, за исход борьбы с империализмом на всех участках классовых и национально-освободительных битв. Ленин учил компартии вырабатывать правильную политику и умело проводить ее в жизнь, перестраивая структуру и организационные формы связи с массами в соответствии с потребностью классовой борьбы.

Большую тревогу и озабоченность у Ленина вызывали события в Италии, где развернулись в начале двадцатых годов упорные бои рабочего класса с фашизмом. Фашистские банды Муссолини при поддержке крупного капитала, помещиков и государственного аппарата громили организации рабочих и крестьян, убивали активных антифашистов. В это время в стране отсутствовал единый фронт пролетариата. Оппортунистическое руководство социалистической партии вместо решительной борьбы с фашизмом заключило в августе 1921 г. с фашистами «Пакт умиротворения», который фактически развязал руки фашистам для разгрома революционных рабочих. В первых рядах антифашистского движения были коммунисты. Однако в то время руководство партии находилось в руках сектантской группировки Бордиги, который не понимал того, что надо сплотить все антифашистские силы.

Ленин резко критиковал сектантские ошибки бордигианцев; он настаивал на сотрудничестве коммунистов с движением «народных смельчаков», в отряды которых входили антифашистские, демократические элементы. Ленин настойчиво добивался сплочения всех антифашистских сил в Италии, прежде всего коммунистов и социалистов.

8 сентября 1921 г. В. И. Ленин писал В. Воровскому, что непременно надо помогать итальянским коммунистам, особенно в связи с тем, что они «неопытны, глупят, «левят»...»57

В ответном письме из Рима от 26 сентября58 В. Боровский дал анализ состояния рабочего движения Италии, рассказал об оппортунистической политике социалистической партии, слабости и сектантских ошибках руководства КИИ. Давая очень резкую оценку руководству компартии, Боровский писал о его неспособности добиться сплочения рабочего класса. Он сообщал: «Партия еще молодая, не окрепшая, не успевшая создать хорошей организации, притом крайне бедная толковыми руководителями». До сих пор не налажено издание ежедневного центрального органа в Риме. «Отсутствие такого органа в политическом центре превращает партию в какой-то провинциальный аппарат, лишенный голоса. «Ордине Нуово» — большая, хорошо поставленная газета, выходит в Турине и уже для Милана, не говоря о Риме, является органом провинциальным»59.

Особое внимание в письме уделялось наступлению политической реакции, фашизму. В. Боровский указывал, что углубление раскола в рабочем движении мешает организации обороны против фашистов.

Миланский съезд социалистической партии Италии подтвердил, что партия «совершенно отклонилась от революционного социализма и стала пленницей оппортунизма»60. Такая партия не смогла занять боевые позиции против фашизма. По поводу итогов Миланского съезда ИСП Ленин писал, что итальянские коммунисты, воспитывая настоящую партию революционного пролетариата в Италии, должны учесть банкротство лидеров ИСП и в своей деятельности проявить максимум гибкости, настойчиво крепить связь с массами, воспитывать в них революционное миросозерцание и готовить к революционной борьбе, а также извлечь уроки из роста фашистской угрозы в стране и действовать соответственно этому61.

В беседе с итальянскими коммунистами осенью 1922 г. Ленин разъяснял необходимость сосредоточить все силы на антифашистской борьбе и отстаивании демократических свобод. «Рабочий класс всегда борется за то, чтобы завоевать и отстоять демократические права, даже если они ограничены буржуазной властью. А когда он теряет их, он борется за то, чтобы вернуть их, и вместе с этим ищет себе союзников...»62,— приводит в своих воспоминаниях слова Ленина итальянская коммунистка Камилла Равера. Так, Ленин помогал итальянским коммунистам выработать линию антифашистской борьбы, которая легла в основу последующей деятельности Итальянской компартии. Он настойчиво призывал коммунистов наряду с принципиальным революционным характером своей деятельности не забывать и о другом, необходимом в революции искусстве — гибкости, умении «быстро и резко менять свою тактику, учитывая изменившиеся объективные условия, выбирая другой путь к нашей цели, если прежний путь оказался на данный период времени нецелесообразным, невозможным»63. Коммунисты, подчеркивал Владимир Ильич, не должны поддаваться на провокации буржуазии, которая будет стремиться вызвать преждевременное восстание, чтобы задушить революцию. «Если: 100—300 человек убьет буржуазия, это не загубит дела,— писал Ленин польским коммунистам,— Но если она сможет, спровоцировав бойню, убить 10—30 тысяч рабочих, это может задержать революцию даже и на несколько лет»64. Ленин учил коммунистов выдержке и терпению, гибкости и предусмотрительности, умению готовить пролетарский авангард в повседневных классовых боях до полного созревания революции.

Критикуя взгляды тех, кто не понимал этого, тех, кто считал, что надо всегда и везде применять лишь крайние средства борьбы, Ленин писал: «Для настоящего революционера самой большой опасностью,— может быть, даже единственной опасностью,— является преувеличение революционности, забвение граней и условий уместного и успешного применения революционных приемов. Настоящие революционеры на этом больше всего ломали себе шею, когда начинали писать «революцию» с большой буквы, возводить «революцию» в нечто почти божественное, терять голову, терять способность самым хладнокровным и трезвым образом соображать, взвешивать, проверять, в какой момент, при каких обстоятельствах, в какой области действия надо уметь действовать по-революционному и в какой момент, при каких обстоятельствах и в какой области действия надо уметь перейти к действию реформистскому. Настоящие революционеры погибнут (в смысле не внешнего поражения, а внутреннего провала их дела) лишь в том случае,— но погибнут наверняка в том случае,— если потеряют трезвость и вздумают, будто «великая, победоносная, мировая» революция обязательно все и всякие задачи при всяких обстоятельствах во всех областях действия может и должна решать по-революционному»65. Ленинский призыв к революционному творчеству, его указания на необходимость повседневной работы каждого члена партии, постоянно нацеливали коммунистов на укрепление связи с массами, на развертывание борьбы в защиту насущных нужд трудящихся и их коренных интересов, на сплочение масс в этой борьбе и гибкое применение тактики единого рабочего фронта.

Внимательно изучая документы компартий, В. И. Ленин помогал им разрабатывать принципиальные вопросы политики и тактики с учетом национально-специфических условий деятельности, обращал их внимание на проблемы создания союза рабочего класса с непролетарскими слоями трудящихся. Важное значение для французских коммунистов имела статья Ленина, написанная в связи с тезисами по аграрному вопросу, опубликованными ЦК Французской компартии.

В этой статье Ленин развивал также положения о характере войн в наступившую эпоху. «Нет сомнения, что революция пролетариата одна только может положить конец и несомненно положит конец всяким войнам вообще,— писал Владимир Ильич.— Но было бы пацифистской иллюзией думать, что победоносная революция пролетариата в одной стране, например во Франции, сразу и наверняка уничтожит всякие войны»66. Он подчеркнул, что безусловно необходимо различать империалистические войны и войны революционные и освободительные. «Насколько преступны и губительны реакционные войны и, в частности, империалистские войны..., настолько же законны и справедливы революционные войны, т. е. войны в защиту угнетенных классов против капиталистов, в защиту угнетенных империалистами маленькой горстки стран народов против угнетателей, в защиту социалистической революции от иностранных нашествий»67.

Коминтерн и компартии развернули активную борьбу за организацию совместных выступлений рабочего класса, за создание пролетарского единого фронта в международном масштабе. ИККИ неоднократно обращался к реформистским международным центрам с предложением совместных действий против наступления капитала и реакции. 1 декабря 1921 г. В. И. Ленин внес проект постановления Политбюро ЦК РКП (б), в котором одобрялась линия «...ряда предложений компартиями Коммунистического Интернационала совместных действий с рабочими II Интернационала»68. Было принято решение подготовить проект тезисов о тактике единого рабочего фронта.

Это был важный шаг, направленный на укрепление международного рабочего движения, усиление влияния Коминтерна и компартий в массах, достижение единства действий пролетарских организаций. Выступая в качестве авангарда международного коммунистического движения, руководимая Лениным РКП (б) указывала братским партиям верный путь к сплочению трудящихся масс.

Придавая особую важность освещению в тезисах опыта борьбы РКП (б), В. И. Ленин предложил указать в них, что «формальные расколы с меньшевиками, бывшие весной 1905 года и в январе 1912 года, сменялись полуобъединениями и объединениями 1906 и 1907, а затем 1910 годов не только в силу перипетий борьбы, но и под давлением низов, требовавших проверочных испытаний собственным опытом»69. Ленин подчеркивал, что создание единого фронта неизбежно будет содействовать тому, что массы осознают неправильность реформистской политики. Это произойдет в результате единых действий, в ходе которых массы будут сплоченно выступать против общего врага — буржуазии и на практике проверят правильность политики коммунистов. Ленин отмечал, что те слои рабочего класса, которые лишь начинают участвовать в политической жизни, должны изжить свои реформистские иллюзии, должны сами, на собственном опыте, испытать пути, которые им предлагают реформисты и которые для них являются новыми. И в этом случае именно единый фронт, в котором коммунисты будут иметь полнейшую свободу агитации, пропаганды, политической деятельности, поможет массам быстрее приобрести необходимый политический опыт.

По инициативе ЦК РКП (б) Исполком Коминтерна в декабре 1921 г. разработал и принял тезисы о едином рабочем фронте и об отношении к рабочим, входящим во II, II 1/2 и Амстердамский Интернационалы, а также к рабочим, поддерживающим анархо-синдикалистские организации.

Тезисы, составленные на основе ленинских указаний, четко излагали существо тактики единого пролетарского фронта, задачи компартий по ее осуществлению. Для коммунистов единый скроит рабочего класса — это не маневр или уловка, как это утверждают фальсификаторы, враги коммунизма, это принцип политической деятельности, важнейшее условие, без которого невозможен успех в освободительной борьбе пролетариата. «Цель и смысл тактики единого фронта,— писал Ленин,— состоит в том, чтобы втянуть в борьбу против капитала более и более широкую массу рабочих, не останавливаясь перед повторными обращениями с предложением вести совместно такую борьбу даже к вождям II и II 1/2 Интернационалов»70. Выдвигая лозунг единого фронта, коммунисты стремятся сплотить массы для борьбы против капитала, общего врага всех трудящихся. Сплочения масс надо добиваться на основе совместных действий в защиту наиболее неотложных, насущных интересов рабочих, их экономических требований, демократических прав и свобод. Ленин учил коммунистов соединять различные методы борьбы за единый фронт, сочетая развертывание практического действия масс, как главного средства их объединения, с переговорами, с руководством партий и организаций, за которыми шли массы.

В ходе переговоров с руководством социал-демократов Ленин предлагал сосредоточить внимание на вопросах, касающихся непосредственного практического совместного действия рабочих масс, «ставить лишь наименее спорные, считая целью попытку частичных, но совместных действий рабочих масс»71. Он советовал быть в переговорах «архисдержанными», не рвать переговоры, если не будет со стороны социал-демократов «сверхподлости абсолютно нетерпимой»72.

Вскрывая характер партий II и II 1/2 Интернационалов как мелкобуржуазных демократических партий, но в то же время партий, оказывающих влияние на значительные слои рабочего класса, Ленин неоднократно указывал на необходимость для коммунистов вести работу среди этих масс. Он писал, что после достижения соглашения о единых действиях критике линии II и II 1/2 Интернационалов надо придать «характер более разъяснительный», терпеливо и обстоятельно, не отпугивая рабочих-социалистов резкими словами, разъяснять им ошибочность реформистской идеологии и политики. Ради того, чтобы пролетарским «массам помочь бороться против капитала, помочь понять «хитрую механику» двух фронтов во всей международной экономике и во всей международной политике, ради этого мы тактику единого фронта приняли и проведем ее до конца»73,— указывал Ленин.

Вместе с тем Ленин учил, что тактика единого фронта не означает примирения с реформизмом, уступок в идейной борьбе коммунистов. Гибкость в проведении единого фронта должна сочетаться с твердым отстаиванием принципов революционной политики. Абсолютная самостоятельность и полная независимость каждой компартии, вступающей в то или другое соглашение с социал-демократическими партиями, в изложении своих взглядов и в критике противников коммунистов — это главное условие, которое Исполком Коминтерна поставил перед компартиями, выдвинув задачу борьбы за единый пролетарский фронт.

Равноправие сторон Ленин определил как важный принцип при переговорах коммунистов с социал-демократами, переговорах, имеющих целью достижение единства действий масс в защиту насущных интересов, несмотря на наличие коренных политических разногласий между коммунистами и социал-демократами. В ходе переговоров коммунисты обязаны отстаивать четкую классовую позицию. «Мы должны найти повод заявить официально, что мы рассматриваем II и II 1/2 Интернационалы не иначе, как непоследовательных и колеблющихся участников в блоке с контрреволюционной всемирной буржуазией,— писал Ленин,— и что мы идем на совещание об едином фронте в интересах достижения возможного практического единства в непосредственном действии масс и в интересах разоблачения политической неправильности всей позиции II и II 1/2 Интернационалов...»74 Когда К. Радек, выделенный ИККИ для предварительных переговоров с руководством II 1/2 Интернационала, предложил в виде уступки лейбористской партии и Амстердамскому интернационалу дать известную свободу меньшевикам и разрешить им издавать газету, Ленин резко критиковал Радека за «податливость меньшевикам»75. Неоднократно указывая на важность гибкого проведения тактики единого фронта, Ленин решительно осуждал любую попытку истолковать ее в смысле принципиальных политических уступок реформистам, уступок, которые могли нанести вред международному коммунистическому движению.

Пленум ИККИ, состоявшийся 21 февраля — 4 марта 1922 г., обсудил вопрос о тактике единого фронта и принял решение участвовать в международной конференции рабочих организаций. В резолюции пленума подчеркивалось, что «путь к окончательной битве ведет через сплоченные бои рабочих масс против наступления класса капиталистов», и поэтому Коминтерн «готов принять участие в международной рабочей конференции, которая должна быть поставлена на службу единства действий пролетариата»76.

По предложению В. И. Ленина пленум обсудил вопрос о борьбе против опасности новой империалистической войны. «Против грозящей опасности войны мы должны создать сплоченный единый фронт пролетариата для борьбы против войны и империализма,— говорила в своем докладе на пленуме Клара Цеткин.— Борьба против опасности войны и подготовки войны должна явиться шагом вперед к завоеванию власти пролетариатом»77. Идеологическая и организационная подготовка классовой борьбы для предупреждения войн вменялась пленумом в обязанность всех коммунистических партий.

Коммунистический Интернационал высоко поднял знамя борьбы против угрозы новых империалистических войн, за мир.

На конференции представителей трех Интернационалов в Берлине 2—5 апреля 1922 г. делегация ИККИ внесла четкую программу совместных действий рабочих организаций против наступления капитала, реакции и подготовки империалистических войн. Делегации II и II 1/2 Интернационалов добивались от коммунистов отказа от работы в массовых организациях, освобождения Советской властью арестованных за контрреволюционную деятельность эсеровских террористов, заявляя, что иначе они отказываются вести переговоры о совместных действиях. Делегация ИККИ пошла на серьезные уступки, согласившись на то, что Советская власть не применит смертную казнь по делу правоэсеровских террористов и разрешит представителям II и II 1/2  Интернационалов присутствовать на суде. Эти уступки противоречили директивам, данным делегации Исполкомом Коминтерна, и Ленин резко критиковал делегацию ИККИ за политические уступки. На опыте конференции Ленин учил коммунистов тому, что тактику единого фронта следует проводить гибко и умело и не делать при этом принципиальных политических уступок, твердо отстаивать революционную политику. Вместе с тем Ленин высказался за утверждение достигнутого в Берлине соглашения, поскольку оно содействовало созданию единого фронта и облегчало коммунистам возможность вести работу в массах.

Берлинская конференция признала целесообразным проведение совместных выступлений под лозунгами борьбы за восьмичасовой рабочий день, против безработицы, против наступления капитала, в защиту русской революции. Было решено созвать всемирный конгресс рабочих организаций. Это наглядно свидетельствовало о том, что, несмотря на коренные политические разногласия, возможно достижение соглашения между различными отрядами рабочего класса. Итоги конференции подтвердили правильность ленинской политики Коминтерна, тактики единого пролетарского фронта.

В. И. Ленин рассматривал комиссию девяти, созданную из представителей трех Интернационалов по решению Берлинской конференции, как возможность добиваться практических совместных действий коммунистов и социал-демократов против буржуазии и прежде всего по вопросу борьбы за мир и в поддержку программы всеобщего сокращения вооружений, выдвинутой советской делегацией на Генуэзской международной конференции. В то же время, предвидя отрицательную позицию лидеров II и II/2 Интернационалов, В. И. Ленин предлагал в случае отказа действовать через голову реформистов, «...разъясняя непримиримые противоречия между теми лозунгами, которые приняли их представители в Берлине (например, борьба с капиталом, 8-часовой рабочий день, защита Советской России, помощь голодающим), и всей реформистской политикой»78.

Под влиянием решений конференции состоялись массовые выступления и демонстрации рабочих в Австрии, Германии, Швеции, Норвегии и некоторых других странах, в которых рука об руку шли коммунисты, социал-демократы, беспартийные. Возрос авторитет коммунистов в массах. Это испугало лидеров социал-демократии, которые поспешили отказаться от созыва всемирного конгресса рабочих организаций совместно с коммунистами. Раскольническая политика лидеров II и II 1/2 Интернационалов воспрепятствовала созданию единого пролетарского фронта весной 1922 года. Однако борьба Коминтерна за единый фронт не была напрасной. Она имела важное значение, так как наглядно показала трудящимся массам, кто является сторонником, а кто — противником единства действий рабочего класса. В ходе борьбы за сплочение пролетарских масс Коминтерн под руководством Ленина содействовал воспитанию молодых коммунистических партий.

 

3. ПОИСКИ НОВЫХ ПУТЕЙ РАЗВИТИЯ РЕВОЛЮЦИИ В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ. IV КОНГРЕСС КОМИНТЕРНА И ЛОЗУНГ РАБОЧЕГО ПРАВИТЕЛЬСТВА

Выдвигая лозунг борьбы за создание единого рабочего фронта на основе защиты повседневных, насущных нужд трудящихся, Ленин и Коминтерн неоднократно подчеркивали, что тактика единого фронта — это не кратковременный эпизод в деятельности коммунистов, но политика, имеющая целью достижение единства действий пролетариата в борьбе за осуществление его коренных интересов. В условиях, когда рабочий класс в капиталистических странах еще не готов подняться на пролетарскую революцию, на передний план выдвигались задачи подготовительного этапа, поиска переходных ступеней к революции. Углубляя и развивая тактику международного коммунистического движения, Коминтерн помогал компартиям определять требования, на основе борьбы в защиту которых можно было сплотить массы и поднять движение на новую ступень. К числу таких требований относились прежде всего повышение жизненного уровня рабочих, борьба за установление рабочего контроля над производством, против наступления реакции на права и свободы трудящихся, движение в защиту демократии, лозунг рабочего правительства.

Выработка переходных требований не была простым делом. Среди молодых коммунистов в то время существовали представления о том, что борьба за переходные требования якобы уводит в сторону от подготовки пролетарской революции. Следуя указаниям Ленина, Исполком Коминтерна неоднократно разъяснял, что в данных условиях именно расширение борьбы за эти требования наилучшим образом содействует революционному воспитанию масс.

В. И. Ленин считал правильной позицию компартии Германии, высказывавшейся весной 1920 г., в период борьбы против мятежа Каппа — Лютвица, за создание правительства из представителей социал-демократов и «независимцев»79. Осенью 1921 г. с помощью Коминтерна компартия Германии определила свое отношение к возможности возникновения в стране рабочего правительства, составленного из социал-демократов, а также высказалась по вопросу об участии коммунистов в таком правительстве. Компартия заявила, что она будет поддерживать такое правительство, если оно будет проводить в жизнь требования масс, и даже готова при определенных условиях в него войти. Во время встречи 10 ноября 1921 г. с представителями КПГ В. Пиком, Ф. Геккертом и Г. Брандлером В. И. Ленин одобрил выдвинутый немецкими коммунистами лозунг рабочего правительства80. Так, на основе обобщения конкретной обстановки начинали вырабатываться новые подходы к социалистической революции в развитых капиталистических странах через создание единого рабочего фронта и образование на его основе рабочего правительства, через осуществление глубоких революционно-демократических преобразований.

Вопрос о рабочем правительстве и других Переходных требованиях оживленно обсуждался в Исполкоме Коминтерна и в программной комиссии ИККИ, созданной летом 1922 года. На II пленуме ИККИ в июне 1922 г. неоднократно заявлялось, что компартии должны найти соединительное звено, которое свяжет политику единого фронта с перспективой борьбы за власть. При этом в подходе к лозунгу рабочего правительства выявились две точки зрения. Одну из них выразил Зиновьев, заявивший на пленуме ИККИ, что рабочее правительство — это то же самое, что диктатура пролетариата, это псевдоним Советского правительства81. Эта точка зрения, отрицавшая значение рабочего правительства как переходного лозунга на пути к диктатуре пролетариата, была поддержана левацко-сектантскими элементами в компартиях.

В противоположность этим доктринерско-сектантским взглядам многие члены программной комиссии ИККИ, как, например, К. Цеткин, Е. Варга, Б. Шмераль и другие, отстаивали необходимость углубленной разработки переходных экономических и политических лозунгов.

Плодотворная в теоретическом плане и весьма важная как практический лозунг борьбы идея о рабочем правительстве как переходном этапе к диктатуре пролетариата широко обсуждалась в Коминтерне и ряде его секций.

ЦК компартии Германии осенью 1922 г. выработал проект программы партии, в котором значительное внимание было уделено вопросу о переходных мерах до завоевания политической власти, в том числе и лозунгу рабочего правительства. Отмечалось, что «в период, когда самостоятельное массовое движение пролетариата уже достигло известной ступени высоты и широты, когда пропасть между пролетариатом, буржуазией и связанными с нею рабочими вождями углубилась, но пролетариат в своем большинстве еще не готов взорвать рамки буржуазной демократии»82, требование рабочего правительства, основанное на активной борьбе масс, может стать исходным пунктом для борьбы за диктатуру пролетариата. В задачи этого правительства, опирающегося на вооруженных рабочих, входит осуществление ряда политических, экономических и финансовых мер, которые, не выходя формально за рамки буржуазного строя, фактически ограничивают права капиталистов распоряжаться своей собственностью и прибылью. Преодолевая сопротивление буржуазии, рабочее правительство выйдет за пределы половинчатых мер и подведет массы к пониманию необходимости пролетарской диктатуры.

Общегосударственная конференция компартии Чехословакии в сентябре 1922 г. подчеркнула, что «необходимость рабочего правительства вытекает из обстановки, когда рабочий класс еще слишком слаб, чтобы послать к черту буржуазный парламент, но имеет свои собственные классовые органы и силен настолько, чтобы не терпеть прикрытое буржуазным парламентом самодержавие, классовую диктатуру буржуазии»83.

Рабочее правительство, по мысли авторов резолюции, не могло возникнуть как простая парламентская комбинация, но лишь как результат движения единого фронта, давления снизу. Ближайшими задачами после создания рабочего правительства будет проведение всех необходимых мероприятий против реакции, легализация органов рабочего контроля, организация других слоев трудящихся. Революционно-демократические мероприятия, намеченные, несомненно, с учетом положений работы В. И. Ленина «Грозящая катастрофа и как с ней бороться», по мере их осуществления должны были обеспечить переход к диктатуре пролетариата и социалистическому строительству.

Так коммунисты в ряде стран, используя помощь Коминтерна и основываясь на ленинских трудах, определяли пути развития пролетарского движения, перспективы подведения масс к задачам борьбы за социализм с учетом конкретно-исторических условий своей страны, через создание единого фронта и власть рабочего правительства. Многое еще оставалось неясным, условия возникновения рабочего правительства были еще слабо разработаны. В частности, не подчеркивалось, что предпосылкой создания такого правительства должен быть глубокий политический кризис, дезорганизация государственного аппарата буржуазии. Однако главным было то, что коммунисты при помощи ИККИ определяли правильный путь развития, учитывающий состояние рабочего движения в развитых капиталистических странах и взаимосвязь общедемократической борьбы против реакции и монополистического капитала с задачами подготовки пролетарской революции. Это было показателем растущей теоретической зрелости молодых компартий.

Полутора летний опыт борьбы Коминтерна со времени III конгресса за укрепление международного коммунистического движения был рассмотрен на IV конгрессе Коминтерна (5 ноября — 5 декабря 1922 г.), на котором были представлены 66 партий и организаций 58 стран, в том числе 58 компартий. Это был последний конгресс Коминтерна, в работе которого участвовал основатель и вождь международного коммунистического движения — В. И. Ленин.

Главным в работе конгресса было подведение итогов борьбы коммунистических партий за единый рабочий фронт и дальнейшая разработка политики единого фронта.

Конгресс отметил, что наступление капитала на рабочий класс продолжается. Для буржуазии оказывается уже недостаточно легальных методов подавления, и она «всюду переходит к созданию особой белой гвардии, которая специально направлена против всех революционных стремлений пролетариата и все более и более служит для насильственного подавления всякой попытки рабочего класса улучшить свое положение»84. Фашисты не только образуют вооруженные боевые организации, но путем социальной и национальной демагогии стремятся создать себе почву в массах — в крестьянстве, мелкой буржуазии и даже среди отсталых слоев пролетариата и подкрепить белый террор организацией массового реакционного движения. Конгресс подчеркнул, что фашизм обращается против основ буржуазной демократии вообще, отсюда следовала необходимость усилить борьбу в защиту демократии. Коммунистические партии «должны идти во главе рабочего класса в борьбе против фашистских банд, энергично применяя и здесь тактику единого фронта и обязательно прибегая к нелегальным методам организации»85.

Эти установки IV конгресса были развиты дальше в решениях III расширенного пленума ИККИ, состоявшегося 12—13 июня 1923 г., который указал, что для борьбы с фашизмом необходимо применять гибкую политику, чтобы изолировать фашизм и сплотить против него самые широкие слои населения, завоевать на свою сторону средние слои, крестьянство, интеллигенцию, все те слои, экономическое и социальное положение которых ставит их во враждебное отношение к крупному капиталу.

Характеризуя положение в капиталистическом мире, IV конгресс отметил, что «...при существующем неустойчивом равновесии буржуазного общества совершенно внезапно — в связи с крупной забастовкой, колониальным восстанием, новой войной, или даже в связи с парламентским кризисом — может возникнуть острейший кризис»86.

Коммунистический Интернационал считал, что дальнейшее развитие классовой борьбы в капиталистических странах может привести пролетариат как к непосредственной задаче осуществления пролетарской революции, так и возможно выдвижение на передний план задач переходного, общедемократического этапа борьбы, то есть задач борьбы против военной опасности и реакции, особенно против угрозы установления фашистской диктатуры. «Между нынешним периодом господства открытой буржуазной реакции и полной победой революционного пролетариата над буржуазией лежат различные этапы и возможны различные преходящие эпизоды,— говорилось в тезисах конгресса о тактике Коминтерна.— Коммунистический Интернационал и его секции должны иметь в виду и эти возможности. Они должны уметь защищать революционные позиции при любой ситуации»87.

Обобщая опыт коммунистических партий, всю предшествующую борьбу за единый рабочий фронт, конгресс разработал вопросы тактики единого фронта, перспективу дальнейшего развития движения, связав ее с задачей борьбы за рабочее правительство, «...Тактика единого фронта будет иметь решающее значение для новой эпохи»88,— подчеркивалось в тезисах конгресса. Основываясь на ленинском определении этой тактики, конгресс вновь заявил о необходимости для коммунистов быть готовыми вести совместную борьбу со всеми рабочими, принадлежащими к другим партиям или группам, и со всеми беспартийными рабочими во имя защиты элементарных жизненных интересов рабочего класса против буржуазии. В ходе борьбы необходимо добиваться организационного объединения масс, создания различных органов единого фронта в виде фабрично-заводских комитетов, контрольных комиссий из рабочих всех партий, комитетов действия и т. д. Конгресс подчеркнул важность борьбы за единство профсоюзов и других массовых организаций трудящихся.

Обращая основное внимание при проведении тактики единого фронта на сплочение самих масс, коммунисты не могут отказываться от переговоров с руководством других рабочих партий, но массы постоянно должны быть осведомлены о ходе переговоров. Конгресс особо подчеркнул, что самостоятельность компартии и ее агитации не может быть подвергнута ограничению. IV конгресс Коминтерна одобрил декабрьские тезисы ИККИ о едином фронте, присоединив их в виде приложения к тезисам о тактике.

Конгресс обратился с Открытым письмом к Гаагскому международному конгрессу мира, созванному Амстердамским интернационалом, II и II 1/2 Интернационалам и профсоюзам всех стран с новым предложением создать единый фронт для борьбы за элементарные права и интересы рабочего класса, за мир между народами. «Коммунистический Интернационал не требует от партий II Интернационала и Венского рабочего объединения, от амстердамских профсоюзных Лидеров борьбы за диктатуру пролетариата, которая была и остается нашей целью,— говорилось в Открытом письме.— Но мы спрашиваем их, хотят ли они бороться против диктатуры капитала, хотят ли они, по крайней мере, использовать остатки демократии, чтобы организовать сопротивление победе капитала, превратившего мир в одну братскую могилу и теперь вновь роющего братские могилы для нашей пролетарской молодежи?

Коммунистический Интернационал сказал свое слово. Он дал своим партиям лозунги борьбы: За единый фронт пролетариата! За контроль над производством! За восьмичасовой рабочий день! За прожиточный минимум для пролетариата! За правительство из рабочих партий, объединенных общими задачами пролетариата, как орудие борьбы за ближайшие интересы рабочего класса!

Теперь слово принадлежит II Интернационалу, Венскому Рабочему объединению, Амстердамскому интернационалу профсоюзов и их Гаагскому конгрессу»89.

Развивая стратегию и тактику международного коммунистического движения, IV конгресс разработал вопрос о лозунге рабочего правительства. В качестве актуального политического лозунга он имел наибольшее значение в тех странах, где положение буржуазного строя было особенно Непрочно и соотношение сил между рабочими и буржуазией ставило в порядок дня разрешение вопроса о правительстве как практическую необходимость. Таким образом, IV конгресс связывал возможность создания рабочего правительства с политическим кризисом, рассматривая его как результат обострения классовой борьбы. Конгресс определил и возможный состав и характер рабочего правительства, опирающегося на единый фронт пролетариата. «Открытой или замаскированной буржуазно-социал-демократической коалиции коммунисты противопоставляют единый фронт всех рабочих и коалицию всех рабочих партий в экономической и политической области для борьбы с буржуазной властью и для ее окончательного свержения. В результате объединенной борьбы всех рабочих против буржуазии весь государственный аппарат должен перейти в руки рабочего правительства, и тем самым должны быть укреплены господствующие позиции рабочего класса»90.

Возникновение такого правительства возможно лишь на основе массового движения, опорой этого правительства должны быть боеспособные органы единого рабочего фронта. В документах конгресса определялись и задачи рабочего правительства, прежде всего,— вооружение пролетариата, разоружение буржуазных контрреволюционных организаций, введение контроля над производством, переложение главного бремени налогов на имущие классы и подавление сопротивления контрреволюционной буржуазии. Последовательное осуществление этой революционно-демократической программы должно было способствовать революционному воспитанию масс, подготовить переход к социалистической революции. Конгресс предупреждал, что попытка пролетариата образовать рабочее правительство с самого начала натолкнется на сильнейшее сопротивление буржуазии, а само существование рабочего правительства неотделимо от классовой борьбы против буржуазии.

Рассматривая вопрос о возможности участия коммунистов в этом правительстве совместно с некоммунистическими рабочими партиями и рабочими организациями, конгресс указал, что такое участие допустимо лишь в том случае, если правительство действительно поведет борьбу против буржуазии, а входящие в его состав коммунисты будут находиться под строжайшим контролем своей партии и в тесном контакте с революционными организациями масс, причем компартия будет сохранять свой собственный облик и полную самостоятельность своей агитации. Коммунисты при всех условиях должны открыто говорить трудящимся, что их интересы, действительное освобождение рабочего класса может обеспечить только диктатура пролетариата. Рабочее или рабоче-крестьянское правительства,— говорилось в тезисах конгресса,— в которых коммунисты могут участвовать, еще не означают диктатуры пролетариата, они не являются также исторически необходимой, т. е. обязательной переходной формой к диктатуре, но они могут стать важной исходной точкой для завоевания такой диктатуры.

Определение конгрессом «переходного характера» рабочего правительства, установление связи между борьбой в защиту повседневных экономических и политических интересов рабочего класса с задачей борьбы за рабочее правительство как орган единого пролетарского фронта открывало перед рабочим классом капиталистических стран большие перспективы, создавало благоприятные возможности для подведения масс к борьбе за социализм. Тем самым IV конгресс Коминтерна внес новый, значительный вклад в марксистско-ленинскую теорию социалистической революции.

Развивая решения IV конгресса, III расширенный пленум ИККИ выдвинул лозунг рабоче-крестьянского правительства. «Коммунистическая партия доляша быть готова уже завтра разбить буржуазию,— говорилось в решении пленума ИККИ,— и поэтому уже сегодня она ставит себе всенародные цели. Следовательно, ее задачей является привлечь к поддержке пролетариата все те слои населения, которые по своему социальному положению могут в решающую минуту оказать ту или иную поддержку пролетарской революции»91. Лозунг рабоче-крестьянского правительства выражал общенародные цели борьбы против наступления капитала, реакции и фашизма и, прежде всего, необходимость достижения союза рабочего класса и трудового крестьянства, и, как отмечалось в решении пленума ИККИ, расширяя базу для проведения тактики, единого фронта, представлял собой «путь к диктатуре пролетариата»92.

Так Коминтерн, руководствуясь ленинским указанием о необходимости соединить борьбу за демократию с борьбой за социализм, об отыскании специфических путей подхода масс к революции, обобщая практику революционного движения, открыл компартиям и рабочему классу капиталистических стран четкую перспективу деятельности по созданию широкого фронта трудящихся. Коминтерн ориентировал компартии на осуществление политики единого рабочего фронта для подведения масс к революции под лозунгом образования рабоче-крестьянского правительства.

Во время работы конгресса В. И. Ленин, встречаясь с делегатами братских партий, разъяснял им значение тактики единого фронта и лозунга рабочего правительства, вновь и вновь призывал применять гибкую политику для сплочения масс и завоевания их на свою сторону, предостерегал от правооппортунистических и сектантских ошибок. В. Ульбрихт, рассказывая о встрече Ленина с делегатами КПГ, пишет, что самым важным, по словам Ленина, было так развернуть борьбу масс, чтобы рабочее правительство могло возникнуть93.

Вооружив пролетариат развитых капиталистических стран лозунгом единого рабочего фронта и рабочего правительства, Коммунистический Интернационал выдвинул для зависимых, полуколониальных и колониальных стран лозунг единого антиимпериалистического фронта. IV конгресс опирался на ленинские указания о необходимости сплочения всех антиимпериалистических сил, и прежде всего рабочего движения капиталистических стран и национально-освободительной борьбы народов колоний и полуколоний, о поддержке в зависимых странах всех слоев, течений и групп, борющихся с империализмом. В январе 1922 г., во время встречи с делегатами съезда революционных организаций Дальнего Востока, в котором участвовали представители Кореи, Китая, Монголии, Индии, Индонезии и Японии, Ленин говорил о том, как важно объединить для борьбы с империализмом революционные силы этих стран, создать единый фронт с международным пролетариатом. «Товарищ Ленин в этой краткой, но очень важной беседе с членами съезда дал много полезных указаний и советов каждой делегации»94,— вспоминал Сэн Катаяма. IV конгресс сформулировал программу антиимпериалистического фронта, которая состояла в борьбе за независимую республику, уничтожение феодальных прав и привилегий, в борьбе за аграрную реформу, прогрессивное рабочее законодательство, демократизацию политического строя и т. д., т. е. являлась программой антиимпериалистической, антифеодальной и демократической революции. Конгресс подчеркнул, что рабочее движение в этих странах должно прежде всего завоевать положение самостоятельного революционного фактора в общем антиимпериалистическом фронте. «Лишь на основе признания за ним этого самостоятельного значения и при сохранении им полной политической независимости допустимы и необходимы временные соглашения с буржуазной демократией»95. Указав на непоследовательность национальной буржуазии в борьбе с империализмом, конгресс считал вместе с тем необходимым для коммунистов поддерживать всякое национально-революционное движение против империализма. Выдвинутый конгрессом в развитие ленинских положений по национально-колониальному вопросу лозунг единого антиимпериалистического фронта способствовал сплочению всех сил национально-освободительного движения для борьбы с империализмом, был направлен на создание и укрепление союза международного пролетариата, социалистического пролетарского государства и освободительного движения в зависимых и колониальных странах, он стал важным вкладом в борьбу за свободу и независимость угнетенных народов.

Развивая идеи создания широкого фронта против буржуазии, политику союза рабочего класса с непролетарскими слоями трудящихся, конгресс обсудил вопрос об аграрной программе действий компартий, которая рассматривалась как дополнение и конкретизация тезисов по аграрному вопросу, принятых II конгрессом Коминтерна.

Проект наброска аграрной программы, составленный Варгой и утвержденный комиссией, был послан Ленину. Владимир Ильич отметил недостатки проекта, указав, что он не дает почти ничего нового по сравнению с тезисами II конгресса, а в некоторых случаях как будто содержит различие, ослабляющее то, что на II конгрессе было сказано «...о поддержке крестьянского движения, и способное породить некоторую рознь между несостоятельным крестьянством и сельскохозяйственным пролетариатом»96. Ленин предостерегал против «...накопления многочисленных резолюций по одному и тому яге вопросу, способных породить недоразумение и путаницу»97.

Проект программы действий был переработан на основании письма Ленина и утвержден IV конгрессом в качестве инструкции по применению аграрных тезисов II конгресса. В новом документе конкретизировались лозунги, выдвигаемые компартиями в защиту трудящегося населения деревни, как сельскохозяйственного пролетариата, так и всех других слоев трудящихся. Подчеркивалось, что коммунисты борются против всех форм эксплуатации бедного и среднего крестьянства со стороны капитала, и намечалась программа конкретных ближайших требований, за которые пролетариат должен вести совместную с крестьянством борьбу в период до победы пролетарской революции.

Разрабатывая вопрос о перспективах революционного движения в капиталистических и угнетенных империализмом странах, IV конгресс обратил особое внимание на обсуждение «переходных» требований и при обсуждении проекта программы Коминтерна. Делегаты конгресса указывали в выступлениях, что в программе Коминтерна и программах компартий должен быть обобщен опыт Октябрьской революции, опыт революционного движения в других странах, намечена общая стратегия и тактика коммунистических партий с учетом конкретно-специфических задач компартий в различных странах.

Под руководством Ленина был выработан проект резолюции конгресса по вопросу о программе Коминтерна, причем важнейшие его пункты были намечены Лениным. В проекте резолюции указывалось, что коммунистические партии должны обосновать в своих программах необходимость борьбы за переходные требования с учетом зависимости этих требований от конкретных условий места и времени. «Теоретическая база для всех подобного рода переходных или частичных требований должна быть определенно указана в общей программе...»98. Таким образом, Ленин и IV конгресс еще раз подчеркнули первостепенную важность разработки компартиями переходных лозунгов как первостепенной задачи, стоявшей перед компартиями и Коминтерном. Эти переходные требования необходимо было определять с учетом основной стратегической задачи, стоявшей перед компартиями как в развитых капиталистических странах, так и в зависимых и колониальных странах. Конгресс решительно выступил против левацкой недооценки значения частичных и переходных требований, выдвижение которых открывало перед компартией каждой страны путь подхода к задачам борьбы за социализм, отвечающий национально-конкретным условиям. Конгресс со всей силой подчеркнул, что это никоим образом не должно означать отказа от борьбы за решение основных целей революционного пролетарского движения, он предупреждал против попыток «...затушевать и подменить частичными требованиями основную революционную задачу»99. Всеми своими решениями IV конгресс Коминтерна ориентировал коммунистические партии на творческое применение марксистско-ленинской теории и опыта революционного движения в условиях своих стран, на правильное приспособление принципов коммунизма к национальным и национально-государственным различиям.

К этому призвал коммунистов в своем докладе на IV конгрессе «Пять лет Российской революции и перспективы мировой революции» В. И. Ленин. Доклад вождя Октябрьской революции, основателя и руководителя Коммунистического Интернационала, стал важнейшим событием конгресса. Это было последнее выступление Ленина перед представителями мирового коммунистического движения.

На примере РКП (б) Ленин показал братским партиям, как важно основывать политику на трезвом учете условий, в которых действует партия, решать те практические задачи, которые диктуются обстановкой. Для этого, говорил Ленин, компартиям следует предусматривать не только возможность перехода в наступление против буржуазии, но и возможность отступления и необходимость обеспечения такого отступления. Партия не должна поддаваться на провокации противника. Ленин предупреждал, что «...противник, если он имеет достаточную выдержку, может заранее собрать силы и пр. Он легко может спровоцировать нас тогда на нападение и затем отбросить на многие годы назад»100. Гибкая тактика, умение вовремя отступить, перегруппировать свои силы, выдвинуть лозунг, наиболее правильно отвечающий моменту и наиболее доступный и понятный массам, знать, как действовать в любой обстановке,— все это необходимое условие для победы. Ленин подчеркнул, что коммунистам надо извлечь уроки из событий в Италии и соответственно этим урокам строить свою тактику. Он предупреждал коммунистов о том, что в связи с фашистской опасностью выдвигается задача антифашистской борьбы и что опыт, который компартии получат в этой борьбе, поможет им усвоить и применить на практике опыт РКП (б), который лег в основу тезисов III конгресса об организационном построении коммунистических партий и о методах и содержании их работы, «Резолюция,— сказал об этих тезисах Ленин,— слишком русская: она отражает российский опыт, поэтому она иностранцам совершенно непонятна, и они не могут удовлетвориться тем, что повесят ее, как икону, в угол и будут на нее молиться. Этим ничего достигнуть нельзя. Они должны воспринять часть русского опыта»101.

Ленин призывал зарубежных коммунистов творчески, а не догматически усвоить опыт большевистской партии, уметь применять революционную теорию на практике, использовать правильные формы и методы работы с массами, уметь разбираться в своеобразии классовой борьбы и развития революции в конкретных условиях своих стран, проводить политику, отвечающую обстановке, соотношению классовых сил, задачам революционной борьбы в своей стране и задачам мирового революционного движения. «Я убежден в том, что мы должны в этом отношении сказать не только русским, но и иностранным товарищам, что важнейшее в наступающий теперь период, это — учеба,— говорил в заключение своего доклада Ленин.— Мы учимся в общем смысле. Они же должны учиться в специальном смысле, чтобы действительно постигнуть организацию, построение, метод и содержание революционной работы. Если это совершится, тогда, я убежден, перспективы мировой революции будут не только хорошими, но и превосходными»102.

Выработанная Коммунистическим Интернационалом под руководством Ленина политика единого рабочего фронта для капиталистических стран и единого антиимпериалистического фронта для колоний и зависимых стран, выдвижение на передний план задачи борьбы за создание рабочего правительства как возможной формы подхода рабочего класса к взятию власти на основе движения единого фронта,— все это явилось важнейшим вкладом IV конгресса Коминтерна в разработку политики международного коммунистического движения, в определение перспектив развития мирового революционного процесса.

Обобщая опыт классовой борьбы в капиталистических странах и национально-освободительного движения, Ленин дал глубокий анализ перспектив мирового революционного процесса. Разработанный Владимиром Ильичем план построения социализма в СССР лег в основу деятельности Коммунистической партии Советского Союза.

В борьбе с империализмом объединяются, говорил Ленин, силы страны победившей пролетарской революции, рабочего движения капиталистических стран и национально-освободительного движения угнетенных народов, составляющие абсолютное, гигантское большинство населения земли. «...Не может быть ни тени сомнения в том, каково будет окончательное решение мировой борьбы. В этом смысле окончательная победа социализма вполне и безусловно обеспечена»103.

Раскрывая великую роль национально-освободительного движения в мировом революционном процессе, В. И. Ленин предупреждал против умозаключения, что «...будто этим расчетом исключается из революционных сил пролетариат Европы и Америки...»104.

Он указывал, что в развитых капиталистических странах в силу ряда обстоятельств будет труднее начать социалистические революции. Но Ленин был уверен в их неизбежности. Он постоянно подчеркивал необходимость теснейшего союза всех революционных антиимпериалистических сил.

Рассматривая вопрос о месте, роли и соотношении различных потоков революционного процесса, В. И. Ленин отмечал, что развитие мировой социалистической революции будет тем успешнее и быстрее, чем шире будет ее социальная база, чем крепче будет единство пролетариата, союз его с непролетарскими трудящимися массами, чем теснее будет переплетение демократических и социалистических задач борьбы рабочего класса, чем полнее формы и методы борьбы и организации масс будут соответствовать условиям каждой страны и мирового революционного движения в целом. Ленин учил, что главной силой в мировом освободительном движении, в борьбе за демократию и социализм является рабочий класс.

В. И. Ленин призывал коммунистов к революционному творчеству, умению разбираться в своеобразии классовой борьбы и развитии революционного процесса в конкретных условиях; призывал проводить политику, отвечающую обстановке, соотношению классовых сил и задачам революционной борьбы, учил их сплачивать свои силы на принципах марксистской теории и пролетарского интернационализма. Международное коммунистическое движение в своей деятельности неуклонно руководствуется заветами великого основателя и вождя Коммунистического Интернационала — Владимира Ильича Ленина.

 

4.  В. И. ЛЕНИН И КОМИНТЕРН О МЕСТЕ СОВЕТСКОЙ РОССИИ В МИРОВОМ РЕВОЛЮЦИОННОМ ПРОЦЕССЕ

С победой Октябрьской революции и появлением первого в мире социалистического государства в истории человечества произошел коренной поворот от старого, капиталистического мира к новому, социалистическому миру.

Руководимый Коммунистической партией советский народ в единоборстве с объединенными силами международного империализма и внутренней контрреволюции, при поддержке и сочувствии международного пролетариата отстоял завоевания Октября и перешел к мирному социалистическому строительству. «...Мы вправе гордиться,— писал В. И. Ленин,— и мы гордимся тем, что на нашу долю выпало счастье начать постройку советского государства, начать этим новую эпоху всемирной истории, эпоху господства нового класса, угнетенного во всех капиталистических странах и идущего повсюду к новой жизни, к победе над буржуазией, к диктатуре пролетариата, к избавлению человечества от ига капитала, от империалистских войн».105

В Стране Советов народы всего мира обрели оплот в своей борьбе против захватнических войн, за мир и безопасность народов, за социальный прогресс, за уничтожение эксплуатации человека человеком. Поэтому положение дел в Республике Советов, ее укрепление и развитие по пути социализма отныне находилось в центре внимания мирового пролетариата, справедливо связывающего успехи в строительстве социализма в Советской стране с развитием классово-освободительной борьбы в капиталистическом мире, а защита первого в мире пролетарского государства стала важнейшей задачей трудящихся всех стран, интернациональной обязанностью коммунистов. На международной арене борьба между рабочим классом и империалистической буржуазией получила новый характер, ее главным стержнем стала борьба между двумя противоположными социально-экономическими системами.

РКП (б) рассматривала свою деятельность по восстановлению народного хозяйства, разрушенного империалистической и гражданской войнами и интервенцией, но укреплению Советской страны и социалистическому строительству как выполнение интернационального долга перед международным пролетариатом, как прокладывание того пути, по которому пойдут все народы. Вождь Октябрьской революции вооружил Коммунистическую партию, советский народ знанием законов перехода от капитализма к социализму, определил пути, ведущие к победе социалистического строя.

В трудах В. И. Ленина нашли дальнейшее развитие идеи К. Маркса и Ф. Энгельса о закономерностях становления и развития социализма и коммунизма. Ленин обосновал возможность построения социализма в нашей стране, он раскрыл содержание переходного периода после победы революции, наметил конкретные пути, ведущие к построению полного социалистического общества. Владимир Ильич неоднократно указывал, что социалистическое строительство в Советской стране является важнейшей составной частью всемирной борьбы рабочего класса против капитализма, за социализм, что советский народ находится в авангарде этой борьбы, внося свой вклад в развитие мирового революционного процесса.

«Та задача, которую мы решаем сейчас, пока — временно — в одиночку, кажется задачей чисто русской, но на деле это — задача, которая будет стоять перед всеми социалистами...,— говорил Ленин.— Новое общество, которое основано будет на союзе рабочих и крестьян, неминуемо. Рано или поздно, двадцатью годами раньше или двадцатью годами позже, оно придет, и для него, для этого общества, помогаем мы вырабатывать формы союза рабочих и крестьян,, когда трудимся над решением нашей новой экономической политики.. Мы эту задачу решим и союз рабочих и крестьян создадим настолько прочным, что никакие силы на земле его не расторгнут»106.

В. И. Ленин подчеркивал, что после победы социалистической революции важнейшей задачей становится развитие производительных сил общества, что необходимо «...доказать всякому и каждому наглядно, воочию, что социализм таит в себе гигантские силы и что человечество перешло теперь к новой, несущей необыкновенно блестящие возможности стадии развития»107.

Раскрывая международное значение социалистического строительства в Советской стране, вклад советских коммунистов в развитие мирового революционного процесса, В. И. Ленин на X партийной конференции РКП (б) говорил: «Сейчас главное свое воздействие на международную революцию мы оказываем своей хозяйственной политикой. Все на Советскую Российскую республику смотрят, все трудящиеся во всех странах мира без всякого исключения и без всякого преувеличения... На это поприще борьба перенесена во всемирном масштабе. Решим мы эту задачу — и тогда мы выиграли в международном масштабе наверняка и окончательно»108.

Коммунистическая партия считала своей важнейшей обязанностью вооружить братские партии своим опытом борьбы за победу социализма в Советской стране. С этой целью в повестку дня III и IV конгрессов Коминтерна и I расширенного пленума ИККИ были включены вопросы о тактике РКП (б) и новой экономической политике. Доклады В. И. Ленина на этих конгрессах явились глубочайшим обобщением теории и практики социалистического строительства, опыта революционных преобразований после установления диктатуры пролетариата и перехода к строительству социализма.

В докладе на III конгрессе Ленин охарактеризовал общие принципы новой экономической политики, которые применимы для всех стран, вступающих на путь социализма.

Он показал, что нэп является не частной проблемой, а одним из важнейших вопросов развития мировой революции, что суть нэпа состоит в практической проверке пролетарского руководства мелкобуржуазными массами города и деревни. Ленин обосновал необходимость союза рабочего класса с крестьянством как высший принцип диктатуры пролетариата, закономерность развития и укрепления экономического союза между этими классами. Замена продовольственной разверстки продовольственным налогом в Советской России и составляла экономическую основу этого союза на весь переходный период, определяла путь постепенного вовлечения крестьянских масс в строительство социализма и имела огромное значение для внутреннего экономического и политического укрепления первого пролетарского государства.

В тезисах и докладе В. И. Ленина была раскрыта основная задача новой экономической политики — упрочение союза пролетариата и крестьянства, вовлечение основных масс крестьян в социалистическое строительство при использовании средств и методов, наиболее понятных и близких крестьянину. Эта задача,— подчеркивал Владимир Ильич,— «...принадлежит к числу труднейших задач социалистического строительства, которые встанут перед всеми капиталистическими странами...»109

РКП (б) учитывала своеобразие переходной экономики Советской России с ее разнородными укладами, главными из которых были: социализм, мелкотоварное крестьянское хозяйство и капитализм. Партия исходила из того, что конкретные формы перехода от капитализма к социализму неизбежно являются и должны быть разнообразными в зависимости от условий, при которых начинается строительство социализма, и прежде всего в зависимости от того, преобладает ли в данной стране крупное машинное производство или мелкое хозяйство.

Новая экономическая политика была рассчитана на применение тех форм и методов, которые обеспечивали постепенное преобразование многоукладной экономики в экономику социалистическую. Она была направлена на то, чтобы через обмен, торговую смычку города с деревней, крестьянского хозяйства с социалистической промышленностью, путем использования товарного производства и рынка обеспечить воздействие пролетарского государства, в руках которого находятся ключевые позиции в экономике, на мелкотоварное хозяйство, подготовить переход крестьянских масс на путь социализма, обёспечить подъем социалистической промышленности, вытеснение капиталистических элементов и победу социализма. Это было возможно только при условии политического руководства рабочего класса, социалистической индустриализации страны и оказания экономической помощи крестьянству со стороны государства. Новая экономическая политика РКП (б) была пронизана ленинской идеей об органической связи индустриализации, электрификации страны и кооперирования крестьянского хозяйства.

III конгресс Коминтерна заявил о своем единодушном одобрении политики РКП (б), «которая при всяком положении с самого начала правильно распознавала грозящие опасности и всегда находила средства предотвращать их, оставаясь верной принципам революционного марксизма», и выразил убеждение, что «только благодаря этой последовательной и целеустремленной политике Российской Коммунистической партии Советская Россия остается первой и важнейшей твердыней мировой революции...»110. Тезисы В. И. Ленина о тактике РКП (б) были приняты в качестве документа конгресса.

От имени делегатов Б. Кёнен на заключительном заседании III конгресса приветствовал Российскую Коммунистическую партию и заявил о неразрывной связи коммунистов всех стран с партией Ленина, авангардом международного коммунистического движения. Российские коммунисты, сказал Кёнен, «дали нам не только теорию, но научили нас своим опытом также практике революции. И то, что мы здесь собрались, и то, что мы так охотно поспешили в Москву на совещание с нашими русскими братьями, показывает, что все мы сознаем себя учениками этих великих революционных бойцов, что все мы знаем, что не только теоретически, но и в области практики, мы многому должны учиться у наших превосходных русских братьев»111.

«Безоговорочная поддержка Советской России остается, как и ранее, важнейшей обязанностью коммунистов всех стран»112,— подчеркивалось в тезисах III конгресса.

«Существование Советской России является энергичным призывом к рабочим всех стран захватить государственную власть, создать свою диктатуру и вырвать капитализм с корнем,— говорилось в тезисах I расширенного пленума ИККИ. — Советская Россия является сильной опорой всякой борьбы эксплуатируемых и угнетенных против эксплуататоров и угнетателей; она, по преимуществу, является отечеством и оплотом пролетарской мировой революции»113.

На IV конгрессе В. И. Ленин подвел некоторые итоги проведения новой экономической политики. Он подчеркнул, что переход партии от политики «военного коммунизма», вызванной обстановкой гражданской войны и интервенции, к нэпу был необходим, что нэп является единственно возможной политикой для выполнения задачи по политической и экономической подготовке победы социализма, а немедленное применение чисто социалистических форм хозяйства и распределения сразу после победы революции оказалось невозможным. Ленин предупреждал коммунистов против поспешности, против авантюризма в политике и руководстве народным хозяйством. Он призывал реально учитывать закономерности развития экономики, предостерегал против попыток навязывать народному хозяйству неприемлемые темпы развития, что на деле могло принести лишь огромный вред, подорвать народное хозяйство, разрушить союз рабочего класса с крестьянством.

В докладе Ленина было глубоко обосновано важнейшее положение об индустриализации нашей страны. «...Без спасения тяжелой промышленности, без ее восстановления мы не сможем построить никакой промышленности, а без нее мы вообще погибнем как самостоятельная страна. Это мы хорошо знаем»114, — говорил Владимир Ильич. Он особое внимание уделил источникам накопления средств для восстановления тяжелой промышленности, подчеркнув значение торговли, необходимость строжайшей экономии для создания этих средств.

В. И. Ленин отметил, что в результате перехода к нэпу Советская республика добилась общего хозяйственного подъема. Постепенно укреплялись советский рубль, финансовая система, что было крайне важно для всего народного хозяйства. С особой радостью Ленин сообщил делегатам, что уже накоплено 20 млн. золотых рублей, которые можно будет использовать для поднятия тяжелой промышленности. Осуществление нэпа укрепило союз рабочего класса и крестьянства. Успехи Советской власти свидетельствовали о правильности политики партии. Ленин подчеркнул, что первоочередная задача нашей партии состояла в том, чтобы овладевать знаниями, научиться управлять государством, правильно руководить народным хозяйством, учиться и учиться.

Делегаты конгресса дали самую высокую оценку деятельности большевистской партии, которую они по праву называли авангардом мирового коммунистического движения.

«Что составляет предпосылку дальнейшего существования мощной Советской власти, ведущей хозяйственную и культурную работу по созданию коммунистического общества? — говорила К. Цеткин.— Необходимой предпосылкой для этого я считаю тесную органическую связь между Коммунистической партией, партией, руководящей революционной классовой борьбой, и широкими пролетарскими массами, стоящими вне ее. Из этого тесного единения родилась русская революция. Благодаря ему она уцелела до сих пор. И именно оно должно обеспечить и будущность коммунизма. Органическое единство партии, и масс, единство, не сводящееся к педантичному проведению внешней механической схемы, не навязанное пролетариату, как что-то внешнее, а черпающее свою жизненную силу в самих массах. Организация и деятельность Коммунистической партии Советской России — наиболее совершенное и наиболее яркое выражение революционного сознания, революционной воли, революционной самодеятельности пролетарских масс. Живым потоком вливается воля масс в партию и по тысячам видимых и невидимых каналов возвращается обратно к массам... Советская Россия твердо стоит, как пролетарское государство. Она является первым примером пролетарского государства в период превращения капитализма в полный коммунизм. Поэтому все ее дела, все ее достижения, равно как и ее ошибки и слабости, плодотворны и важны для мирового пролетариата, для всемирной революции»115.

Нет в мире страны, где марксизм был бы так претворен в плоть и кровь, как в Российской Коммунистической партии116,— говорил на конгрессе Бела Кун. Он особо уделил внимание железной дисциплине российских коммунистов, гибкой и эластичной тактике партии, неразрывной связи партии с народом. Он отмечал, что РКП (б), сохраняя свой классовый, пролетарский характер, стала в то же время поистине народной партией в Советской России, а каждый коммунист стал уполномоченным трудящихся масс.

В единогласно принятой конгрессом резолюции по вопросу о русской революции подчеркивалось, что Советская Россия является для мирового пролетариата богатейшей сокровищницей исторического революционного опыта. «Четвертый всемирный конгресс Коммунистического Интернационала констатирует,— говорилось в резолюции,— что Советская Россия — пролетарское государство,— с тех пор как ей не приходится силой оружия отстаивать самое свое существование, с беспримерной энергией приступила к восстановлению и развитию своего хозяйства, постоянно имея в виду перспективу перехода к коммунизму»117.

Подчеркнув, что существование пролетарского государства является наиболее тяжелым, непоправимым ударом, который когда-либо обрушивался на мировой капитал, а революционно-преобразующая деятельность трудящихся Советской страны под руководством РКП (б) имеет всемирно- историческое значение и означает новый важный вклад в дело развития мировой социалистической революции, IV конгресс отметил, что «вся деятельность Советской России, ее борьба за свое существование и за достижения революции, есть борьба за освобождение пролетариев, угнетенных и эксплуатируемых всего мира от цепей рабства. Пролетарии России полностью выполнили свой долг революционных передовых борцов мирового пролетариата. Мировой пролетариат должен наконец, в свою очередь, выполнить свой долг. Во всех странах рабочие и все обездоленные и порабощенные должны самым активным образом демонстрировать свою моральную, экономическую и политическую солидарность с Советской Россией. Не только международная солидарность, но и их собственные интересы должны побудить их предпринять для этой цели ожесточенную борьбу против буржуазии и капиталистического государства»118.

Конгресс указал, что лишь совместные усилия мирового пролетариата могут гарантировать пролетарскую революцию в России от опасности нападения империалистических держав и реставрации буржуазных порядков. Он призвал трудящихся всех стран выступить в поддержку первого государства рабочих и крестьян. В связи с этим был специально обсужден вопрос о пролетарской помощи Советской России. Конгресс отметил, что задача и обязанность всех рабочих партий и организаций — и прежде всего коммунистов — состоит в том, чтобы оказывать Советской России немедленную и реальную поддержку в деле восстановления ее хозяйства не только путем революционной политической борьбы, но и путем организации кампании экономической помощи, осуществляемой широчайшими массами. Конгресс рекомендовал собирать средства для приобретения машин, сырья, инструментов, в которых крайне нуждалась Страна Советов, распространять в массах рабочий заем в пользу Советской России. Эту помощь Коммунистический Интернационал объявил кровным делом трудящихся всех стран, ибо «всякое укрепление Советской России, этого первого в мире рабочего государства, означает укрепление международного пролетариата в борьбе против его классового врага — буржуазии»119.

«Уже одно существование Российской Советской республики представляет постоянный фактор Ослабления буржуазного общества и важнейший фактор мировой революции, — говорилось в тезисах IV конгресса Коминтерна. — Чем более Советская Россия будет экономически возрождаться и крепнуть, тем сильнее будет расти влияние этого наиболее выдающегося революционного фактора международной политики»120.

Разрабатывая план построения социализма в СССР, Ленин подверг сокрушительной критике утверждения западноевропейских реформистов и меньшевиков о невозможности построения социализма в России вследствие экономической и культурной отсталости страны. Острие критики Ленина было направлено и против оппортунистов внутри РКП (б). Троцкий, в частности, выступил на IV конгрессе с утверждением, что Советская Россия должна продержаться до тех нор, пока европейский пролетариат не овладеет государственной властью, и что если капиталистический мир просуществует еще несколько десятилетий, то этим якобы будет подписан смертный приговор социалистической России.

В. И. Ленин, опровергая подобные капитулянтские доводы об отсутствии объективных предпосылок для победы социалистической революции и построения социализма в России, в своих трудах показал, что в нашей стране есть все необходимое для построения полного социалистического общества: диктатура пролетариата, союз рабочего класса и крестьянства, руководство рабочего класса в этом союзе, общественная собственность на основные средства производства, определенный уровень развития производительных сил. Это, подчеркивал Ленин, составляет все необходимое и достаточное для построения полного социалистического общества. Политика Коммунистической партии, учил Владимир Ильич, должна быть направлена на то, чтобы прочно обеспечить существование первого в мире пролетарского государства, помешать империалистам раздавить его, сохранить возможно дольше мир и осуществить социалистическое преобразование страны. Для этого необходимо всемерно укреплять диктатуру пролетариата, Советскую власть, союз рабочих и крестьян, превратить Страну Советов в могучую индустриальную державу, приобщить крестьянство через кооперацию к социалистическому строительству, поднять жизненный и культурный уровень народа, улучшить государственный аппарат, хранить единство партии, проводить правильную гибкую внешнюю политику. Таков «...общий план нашей работы, нашей политики, нашей тактики, нашей стратегии...»121

Как решающее условие победы социализма В. И. Ленин выделял задачу укрепления пролетарского государства и его социалистической основы — союза рабочего класса и крестьянства, последовательного осуществления принципов пролетарского интернационализма, развития дружбы народов, усиления руководящей роли Коммунистической партии. Историческая миссия Коммунистической партии после победы социалистической революции — вести народ к социализму, быть учителем и вождем трудящихся, вдохновителем и организатором строительства социализма и коммунизма.

В трудах В. И. Ленина нашла глубокое обоснование генеральная линия Коммунистической партии, рассчитанная на построение социализма в СССР.

Рассматривая вопрос о международном значении социализма в Советской стране, В. И. Ленин подчеркивал, что советский народ показывает другим народам путь к социализму и что от успешного социалистического строительства в нашей стране во многом зависят перспективы развития международного революционного движения. «Дорога наша — верная, ибо это — дорога, к которой рано или поздно неминуемо придут и остальные страны,— говорил Ленин.— По этой верной дороге мы начали идти. Надо только детально взвешивать каждый малейший шаг, учитывать все свои малейшие ошибки, и тогда мы добьемся своего на этом пути»122. В раскрытии потенциальных возможностей социалистического строя, его превосходства над капитализмом Ленин видел одну из главных задач социалистической страны, важнейший способ воздействия на ход мирового революционного процесса.

В. И. Ленин учил Коммунистическую партию, советский народ неуклонно укреплять союз Страны Советов с мировым освободительным движением, борьбой рабочего класса в капиталистических странах и национально-освободительной борьбой угнетенных народов. В сплочении этих основных революционных сил он видел важнейшее условие успеха борьбы народов против империализма, за социализм. Ленинское учение о возможности победы социализма в одной, отдельно взятой стране, выработанный Лениным план социалистического строительства в Советской России стали бесценным идейным оружием всего мирового коммунистического движения. Коммунистический Интернационал, братские коммунистические партии неоднократно подчеркивали, что Советская страна стала надежным оплотом дела мира, демократии, независимости народов и социализма на земле, а советский народ, проложивший столбовую дорогу к социализму, идет в авангарде революционных и прогрессивных сил человечества.

Призывая рабочий класс и трудящихся всеми средствами помогать укреплению СССР, бороться против его врагов, Коминтерн указывал, что интересы укрепления СССР, усиления его могущества совпадают полностью и неразрывно с интересами трудящихся всего мира в их борьбе против эксплуататоров, с интересами борющихся против империализма колониальных и угнетенных народов, способствуют торжеству мировой пролетарской революции, победе социализма во всем мире.

* * *

Титаническая работа Ленина по созданию и укреплению Коминтерна, по обобщению международного революционного опыта явилась важнейшим фактором того, что международная организация коммунистов сразу же стала в центре классовых битв, осуществляя роль революционного руководителя пролетариата и других слоев трудящихся.

Под руководством Ленина Коммунистический Интернационал развернул многостороннюю революционную деятельность. Он соединил марксизм-ленинизм с международным рабочим движением, обеспечивал единство марксистско-ленинской теории и революционной практики.

Непримиримый к оппортунизму в теории и на практике, к любым проявлениям соглашательства, Коминтерн действовал как боевой, коллективный, международный революционный штаб, который руководил классовыми боями пролетариата и готовил коммунистические партии к решающим битвам с буржуазией, к взятию власти.

Коминтерн явился первой в истории подлинно всемирной коммунистической организацией, которая объединяла марксистов-ленинцев всех континентов, включала в себя компартии Европы и Северной Америки, Азии и Африки, Латинской Америки и Австралии. Важнейшая историческая заслуга Коминтерна состоит в том, что он, верно следуя ленинским указаниям, оказал решающую помощь в создании, идейно-политическом и организационном укреплении коммунистических партий, которые родились в борьбе с соглашательством и оппортунизмом социал-демократии и в течение полувека воплощают собою последовательно революционное течение в рабочем движении.

Коминтерн олицетворял союз и единство трех важнейших революционных сил своего времени — Советского Союза, который с момента своего возникновения стал основным фронтом мировой социалистической революции, рабочего класса капиталистических стран, народных масс колоний и зависимых стран в борьбе против империализма.

Коминтерн высоко поднял знамя пролетарского интернационализма, распространив его принципы на все мировое революционное освободительное движение, обогатил содержание интернационализма, провозгласил высшим долгом коммунистов всех стран защиту реально существующего пролетарского государства. Он неустанно добивался органического сочетания интернационального характера классовой борьбы пролетариата с национально-специфическими формами ее развития. Выработанные под руководством Ленина основы мирового коммунистического движения, нормы и принципы их деятельности никогда не рассматривались как жесткая и неизменная схема. Ленин всегда подчеркивал, что они представляют собою общую концепцию организации коммунистических партий, революционной деятельности. В практической борьбе общие принципы конкретизируются в зависимости от сложившихся условий. Эти общие основы и нормы являются также подвижными и в историческом плане. По мере развития классовой борьбы на международной арене и внутри каждой страны, по мере накопления революционного опыта и роста самого коммунистического движения развиваются и обогащаются ленинские основы, нормы и принципы жизни и деятельности коммунистических партий.

Коминтерн обеспечил единство действий коммунистических партий в решении важнейших политических задач своего времени: защита Советского Союза, борьба за мир против угрозы империалистической войны, борьба против фашизма, мобилизация масс на разгром гитлеризма в годы второй мировой войны и т. д.

Великий Ленин учил коммунистические партии строить всю свою деятельность на основе научного анализа всех противоречий мирового развития, на основе познания закономерностей общественной борьбы. Ленин придавал огромное значение вопросам теории, развивал учение Маркса и Энгельса, отстаивал его творческий характер, обогащал его новыми положениями и выводами в соответствии с развитием классовой борьбы в мире.

Теоретическая деятельность Ленина в Коминтерне охватывала весь круг важнейших проблем борьбы с империализмом, за социалистическую революцию и победу социализма.

Исходя из всестороннего анализа империализма как последней, монополистической стадии капитализма, представляющей полную материальную подготовку перехода к социализму, Ленин создал теорию мировой пролетарской революции. Он показал, что составными элементами мирового революционного процесса являются революционно-преобразующая деятельность советского народа, классовая борьба рабочего класса капиталистических стран, национально-освободительное движение народов колоний, полуколоний и зависимых стран. Важное место в ленинской теории революции занимает положение о гегемонии пролетариата в революционной борьбе, о решающей роли союза рабочего класса, крестьянства и всех трудящихся в победе дела социализма. В. И. Ленин развил и обогатил марксистские идеи о диктатуре пролетариата, ее роли в борьбе за социализм, показал, что она представляет собою высший тип демократии— пролетарской и может иметь различные государственные формы. Ленин вооружил коммунистов учением о закономерностях строительства социалистического общества и его развития, доказал возможность построения социализма в одной стране, обосновал классовое, экономическое и политическое содержание переходного периода, наметил конкретный план постепенного приобщения трудящегося крестьянства к социализму через кооперацию, показал роль социалистического государства в построении полного социалистического общества.

Основу политики Коминтерна по национально-колониальному вопросу составляло ленинское учение о характерных чертах национально-колониальных революций в эпоху империализма и органической связи этих революций с мировой пролетарской революцией.

В. И. Ленин дал мировому пролетариату великое оружие — учение о руководящей роли коммунистической партии в революции и в организации социалистического общества, о необходимости постоянной борьбы компартии за чистоту революционной теории, против праворевизионистских и левацко-сектантских уклонов в коммунистическом движении.

Эти важнейшие положения ленинизма явились теоретической основой коммунистического движения, источником его могучей преобразующей силы и боеспособности.

Ленинизм явился идейно-теоретическим знаменем международного коммунистического движения. Коминтерн всегда рассматривал марксизм-ленинизм как единое интернациональное учение. Он решительно выступал против всяких попыток оторвать Ленина от Маркса, противопоставить ленинизм марксизму и подчеркивал, что «...без ленинизма в нынешней обстановке не может быть революционного марксизма»123. Коминтерн отверг всякие попытки придать ленинизму национально-ограниченный характер, выводить его из специфических условий России. Он исходил из положения, что «ленинизм есть продукт всего международного пролетарского движения»124. Руководствуясь выводами ленинизма, Коминтерн и его секции анализировали социально-экономические и политические условия классовой борьбы на всех континентах, во всех странах, коллективными усилиями вырабатывали политику, стратегию и тактику как коммунистического движения в целом, так и дифференцированно в каждой коммунистической партии.

Весь последующий опыт коммунистического движения полностью подтвердил глубокую правоту ленинской революционной теории.

Всесторонний теоретический анализ мировой экономики и политики, всех факторов, определяющих ход классовой борьбы, являлся основой стратегии и тактики Коминтерна. В. И. Ленин принимал определяющее участие в разработке стратегии и тактики мирового коммунистического движения. Именно в работах Ленина, в его выступлениях на конгрессах Коминтерна были сформулированы важнейшие положения, дававшие методологию решения стратегических и тактических вопросов классовой борьбы.

Под руководством Ленина, при его активнейшем участии Коминтерн обосновал положение о том, что завоевание большинства рабочего класса на сторону революции является важнейшей предпосылкой решающего штурма устоев капитализма. В документах Коминтерна подчеркивалось, что необходима постоянная и упорная борьба компартий за преодоление раскола рабочего движения, за создание его единства в формах, соответствующих конкретно-историческим условиям борьбы в той или иной стране, на том или ином этапе (единый рабочий фронт, единые отраслевые, национальные, международные профорганизации, единство действий по общим или конкретным вопросам и т. д.).

В духе ленинского учения Коминтерн ориентировал компартии на создание в каждой капиталистической стране союза рабочего класса и крестьянства, на сплочение вокруг пролетариата всех демократических сил для борьбы против империализма.

Коминтерн учил компартии органически сочетать борьбу за конечные цели с борьбой за ближайшие и промежуточные экономические и политические цели, соединять борьбу за демократию и ее расширение с борьбой за социализм.

Из ленинской постановки вопроса о путях подхода к социалистической революции логически вытекали такие важные положения, принятые Коминтерном, как создание единого пролетарского фронта в капиталистических странах, создание единого антиимпериалистического фронта в колониях, полуколониях и зависимых странах, образование рабоче-крестьянского правительства.

Более чем вековая история классовой борьбы пролетариата показывает, что тактика представляет собою самое подвижное, быстро, а иногда и стремительно изменяющееся звено революционного движения. Тактическая линия пролетариата и его революционного авангарда определяется всей совокупностью конкретно-исторических условий, объективных и субъективных факторов, которые складываются в каждый данный момент. Тактика пролетарского движения зависит от соотношения классовых сил, степени сознательности, организованности и сплоченности пролетариата и взаимоотношений его различных отрядов, от прочности союза пролетариата с широкими слоями трудящихся, поведения других классовых сил, от правильности политики, смелости, воли и решимости революционного авангарда, от ситуации, складывающейся в лагере классового противника, глубины и размаха социального и политического кризиса, морально-политического состояния политических партий противника, международной обстановки и многих других факторов, которые заранее не поддаются учету.

Все эти обстоятельства и факторы, постоянно взаимодействуя, находятся в непрерывном движении, порождая крутые повороты в развитии событий. В соответствии с этим происходят быстрые изменения в тактике. История знает случаи, когда для смены тактических лозунгов, форм и методов борьбы, для перехода от обороны к наступлению или от наступления к обороне, от мирных форм борьбы к вооруженным, и наоборот, требовались дни и даже часы. Ленин учил Коминтерн и коммунистов — и это особенно ярко проявилось в его работе «Детская болезнь «левизны» в коммунизме» и в выступлениях на III и IV конгрессах — тактическому мастерству.

Сердцевину тактических основ коммунистических партий составляют ленинские идеи о способах организации политических битв, о формах, средствах и методах революционного действия.

Ленин и Коминтерн постоянно заботились о воспитании у компартий способности владеть всеми формами общественного движения и быстро переходить от одной формы борьбы к другой, использовать, в зависимости от обстановки, либо мирные, либо вооруженные формы борьбы.

Под руководством Ленина Коминтерн выработал организационные основы международного коммунистического движения, ядро которых составляют организационные принципы большевизма, обогащенные международной практикой. Эти принципы наиболее полно отвечали новым историческим условиям, потребностям классовой борьбы в эпоху империализма и пролетарских революций и но значению и содержанию носили интернациональный характер; они быстро вышли за рамки одной страны и получили всеобщее признание в коммунистическом движении.

Деятельность Ленина в Коминтерне имела огромнейшее значение для создания единства компартий, единства их воли и действия, что обеспечивалось верностью принципам демократического централизма.

Ленинские организационные принципы помогли Коминтерну и компартиям воспитать дисциплину в своих рядах, основанную на сознательном понимании коммунистического долга, недопущении деятельности антипартийных фракций.

Под руководством Ленина Коминтерн воспитывал компартии в духе последовательной революционности, исключающей любые формы соглашательства и примиренчества с империализмом и его идеологией. Содержанием коммунистической революционности является осуществление социалистического переворота и установление диктатуры пролетариата. При этом борющийся пролетариат сочетает движение к конечной цели с последовательной, настойчивой борьбой за ближайшие, насущные требования всех трудящихся.

В. И. Ленин и Коминтерн учили коммунистов последовательно проводить классовую линию в отношениях со всеми социальными группами, с политическими партиями и организациями. Они подчеркивали необходимость самостоятельности коммунистической партии в ее взаимоотношениях со всеми политическими силами, в том числе революционно-демократическими, при проведении политики союзов, единства всех левых сил, при установлении контактов и связей со всеми общественными организациями рабочего класса и трудящихся, в процессе парламентской, муниципальной, профсоюзной деятельности, при осуществлении связей с широкими массами.

В решениях Коминтерна подчеркивалась как важнейшая задача коммунистической партии обеспечение ее авангардной роли на всех этапах революционного движения путем правильного формулирования политических лозунгов и определения задач, путем осуществления революционной инициативы, активного участия в борьбе трудящихся, целеустремленной организаторской работы по развертыванию массовых движений и практических действий. «Для успеха победы над капитализмом,— писал Ленин в тезисах об основных задачах Второго конгресса Коминтерна,— требуется правильное соотношение между руководящей, коммунистической партией, революционным классом, пролетариатом,— и массой, т. е. всей совокупностью трудящихся и эксплуатируемых. Только коммунистическая партия, если она действительно является авангардом революционного класса, если она включает в себя всех лучших представителей его, если она состоит из вполне сознательных и преданных коммунистов, просвещенных и закаленных опытом упорной революционной борьбы, если эта партия сумела связать себя неразрывно со всей жизнью своего класса, а через него со всей массой эксплуатируемых, и внушить этому классу и этой массе полное доверие,— только такая партия способна руководить пролетариатом в самой беспощадной, решительной, последней борьбе против всех сил капитализма»125.

Грандиозная работа Ленина в Коминтерне способствовала тому, что компартии по своему политическому облику стали действительным авангардом борьбы против империализма, за социализм.

Величайшее значение для Коммунистического Интернационала, для судеб международного коммунистического движения имели и имеют поныне ленинские положения по вопросам пролетарского интернационализма. Ленин строил Коминтерн как организацию, воплощающую пролетарский интернационализм и непримиримую к буржуазному и мелкобуржуазному национализму.

Восстанавливая марксистские традиции интернационализма в рабочем и коммунистическом движении, Ленин и его соратники показали значение возрастания организующей и преобразующей роли пролетарской солидарности в развертывании мировой социалистической революции, в борьбе международных сил пролетариата и социализма против империализма.

В. И. Ленин настойчиво подчеркивал усиление международного характера классовой борьбы пролетариата, которая окончательно вышла за рамки одной страны. Он показал, что революционная борьба в любой стране представляет собою составную часть мировой пролетарской революции. «Борьба за социализм,— писал Ленин,— есть борьба интернационально-революционного пролетариата. Именно потому, что капитализм связал весь мир в один хозяйственный организм, эта борьба не может не быть интернациональной»126.

Верность пролетарскому интернационализму предполагает совместную борьбу всех национальных отрядов пролетариата, всех революционных сил против мирового империализма, против его реакционной, агрессивной политики.

В. И. Ленин и Коминтерн учили коммунистов, что пролетарский интернационализм обязывает их подчинять интересы борьбы в одной стране интересам этой борьбы во всемирном масштабе, осуществлять в одной стране максимум возможного для укрепления сил мирового пролетариата, для ослабления позиций капитализма.

В. И. Ленин писал: «Интернационализм на деле — один и только один: беззаветная работа над развитием революционного движения и революционной борьбы в своей стране, поддержка (пропагандой, сочувствием, материально) такой же борьбы, такой же линии, и только ее одной, во всех без исключения странах». В этих положениях выражена решающая черта пролетарского интернационализма, имеющая значение для всех этапов революционной борьбы, для всех отрядов революционного, демократического движения, хотя реализуется она по-разному в странах социалистических и странах капиталистических, в годы мира и в годы войны и т. д.

В работах Ленина, в решениях Коминтерна дано обоснование новой черты пролетарского интернационализма — революционной обязанности коммунистов защищать Советские республики, защищать завоевания социализма. Советская страна, будучи узловым пунктом всего мирового революционного движения, находилась во враждебном капиталистическом окружении. Проблема была совершенно определенной — сохранение СССР означало упрочение позиций для нового революционного продвижения в любой стране.

История показала исключительную правильность этого тезиса. Именно создание и упрочение СССР явилось поворотным пунктом мировой истории, в результате которого образовалась мировая система социализма, и она оказывает решающее воздействие на мировые процессы. Защита реально существующего социализма и ныне является важнейшей обязанностью коммунистов всех стран.

С именем Ленина, с деятельностью Коминтерна связана также разработка концепции союза и взаимной помощи между Советскими республиками, международным рабочим классом и национально-освободительным движением в достижении общих целей, ведущих, в конечном счете, к социализму. В. И. Ленин определил конкретное содержание этого союза, формы взаимопомощи и пути, по которым каждая из этих революционных сил включается в дело мировой революции.

Эти ленинские идеи и ныне продолжают служить теоретической базой для обоснования роли, места и форм участия каждого революционного потока в общем мировом революционном процессе.

Упрочение принципов пролетарского интернационализма в рабочем и коммунистическом движении происходило и происходит в решительной борьбе с проникновением в это  движение всяких националистических предрассудков. Ленин и Коминтерн показали принципиальное различие между пролетарским интернационализмом и буржуазным национализмом, вред и опасность национализма. Выполняя в определенной мере прогрессивную роль в антиимпериалистической борьбе, национализм, привнесенный в коммунистическое движение, приходит в столкновение с принципами пролетарского интернационализма, играет отрицательную роль, наносит ущерб и интересам нации и общему делу в целом, ослабляет силы освобождения и преобразования, сдерживает социальный прогресс.

«...Кто встал на точку зрения национализма,— писал В. И. Ленин,— тот, естественно, доходит до желания окружить китайской стеной свою национальность, свое национальное рабочее движение, того не смущает даже и то, что стены придется строить отдельные в каждом городе, местечке, селе, того не смущает даже, что своей тактикой разъединения и раздробления он превращает в ничто великий завет сближения и единения пролетариев всех наций, всех рас, всех языков»128.

В борьбе против национализма, правого оппортунизма и мелкобуржуазной революционности Ленин выдвинул понятие добровольной, сознательной международной дисциплины коммунистических партий как концентрированного выражения их интернациональной сущности, как соподчинение национальных политических организаций рабочего класса интересам мирового революционного движения. Понятие международной сознательной дисциплины и в современных условиях является важнейшим признаком интернациональной солидарности.

В тезисах ЦК КПСС «К 100-летию со дня рождения Владимира Ильича Ленина» указывается на громадное значение ленинских идей для всей деятельности Коминтерна.

«Руководствуясь ленинскими идеями, Коммунистический Интернационал на протяжении четверти века давал ясные ответы на коренные вопросы, встававшие перед рабочим классом, перед человечеством: о войне и мире, о борьбе за демократию, против фашизма, о развитии национально- освободительного движения, о роли социализма и путях подвода масс к социалистической революции. Многие идеи, выдвинутые Коминтерном, прочно вошли в арсенал марксизма-ленинизма»129.

* * *

Деятельность В. И. Ленина в Коминтерне ярко показывает, как в новую историческую эпоху коллективными усилиями под руководством Владимира Ильича вырабатывались теоретические и политические основы современного мирового коммунистического движения, принципы взаимоотношений между компартиями, как складывались ленинские традиции Коминтерна.

Эти ленинские начала в деятельности компартий позволили им выйти в авангард социального прогресса человечества. Коммунисты представляют собою самую массовую, самую организованную, подлинно боевую политическую силу, стоящую во главе мировой революции, во главе социального прогресса человечества, силу, созидающую новую, подлинно прогрессивную цивилизацию — коммунистическую.

В настоящее время коммунистическое движение вступило в новый этап своего развития. Наиболее существенные черты этого этапа состоят в том, что непрерывно повышается авторитет коммунизма, растет реальное влияние коммунистических партий на ход общественного развития, расширяется самостоятельность компартий в разработке национальной политики, стратегии и тактики, идет процесс выработки новых организационных форм интернациональных связей, новых принципов взаимоотношений между компартиями.

Но бурное развитие коммунистического движения, повышение его революционно-преобразующей роли вовсе не представляет собою просто торжественное шествие коммунистов к руководству народными массами. Коммунистическое движение испытывает и преодолевает большие трудности, преследования господствующих реакционных классов, давление различных социальных сил, влияние разнообразных политических и идеологических концепций. Внутри коммунистического движения возникали различного рода течения, правооппортунистические и левооппортунистические уклоны.

Обострились разногласия в коммунистическом движении в шестидесятые годы нашего столетия, главным образом, вследствие усиления националистических уклонов, оживления ревизионизма и «левого» экстремизма.

Все эти острые вопросы были всесторонне рассмотрены на Совещании коммунистических и рабочих партий в Москве в июне 1969 года. Решения, принятые на Совещании, весь ход его работы, огромный политический резонанс Совещания на мировой арене свидетельствуют о том, что оно явилось крупнейшим событием в истории мирового коммунистического движения за последние годы и внесло неоценимый вклад в укрепление ведущей роли коммунистов в общественно-политических событиях современности.

Важнейшим достижением Совещания является выработка совместной политической линии мирового коммунистического движения, формулирование первоочередных задач борьбы на современном этапе общественного развития, что нашло свое выражение в принятой платформе антиимпериалистического движения, в определении метода антиимпериалистической борьбы — единстве действий всех антиимпериалистических сил.

Совещание сделало крупный шаг вперед в укреплении единства мирового коммунистического движения, в развитии принципов пролетарского интернационализма, в преодолении существующих разногласий в рядах коммунистов, в выработке общих взглядов по многим важнейшим актуальным проблемам современности. Совещание подчеркнуло, что сплочение коммунистических и рабочих партий — это важнейший фактор объединения всех антиимпериалистических сил.

Проблема единства мирового коммунистического движения рассматривалась на широком фоне социально-экономических, политических, идеологических процессов, происходящих на мировой арене, исходя из признания и понимания возрастающей исторической ответственности коммунистов в борьбе за мир, демократию, социализм, за спасение цивилизации, за светлое будущее человечества.

Участники Совещания провозгласили необходимость усиления борьбы за сплочение коммунистических партий на принципах марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма. Совещание осудило национализм, как идеологию и политику, несовместимую с марксизмом-ленинизмом, пролетарским интернационализмом, питающую различного рода уклоны, колебания и шатания. В ходе работы Совещания были осуждены правый и левый оппортунизм, различного рода проявления ревизионизма и догматизма.

Особое внимание Совещание уделило вопросам пролетарского интернационализма на современном этапе коммунистического движения. В документах Совещания и в выступлениях его участников со всей последовательностью было подчеркнуто, что пролетарский интернационализм есть решающее оружие сил революции и мира, основа сплочения социалистических стран и всего мирового коммунистического движения. В решениях Совещания показана жизненная необходимость взаимной помощи и взаимной поддержки различных отрядов революционного движения, сформулировано принципиально важное положение, что защита реально существующего социализма есть интернациональный долг коммунистов.

Ход и решения Совещания еще раз подтвердили великую жизненную силу тех принципов коммунистического движения, которые были заложены Лениным и Коминтерном и которые, развиваясь применительно к условиям современности, составляют основу успехов, влияния и авторитета мирового коммунистического движения.

Примечания:

1 W. Munzenberg Solidaritat. Zehn Jahre Internationale Arbeiterhilfe. 1921— 1931, Berlin, 1931, S. 204.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 315—316.

3 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 43, стр, 3.

4 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 59.

5 В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 44, стр. 457.

6 «О Ленине. Воспоминания зарубежных современников», стр. 37.

7 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 96

8 См. «Воспоминания болгарских товарищей о Ленине», М., 1958, стр. 52—53.

9 См. «Правда», 12 ноября 1966 г.

10 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 25.

11 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 52, стр. 268—269.

12 В. И. Ленин. Полн. coбp, соч., т. 52, стр. 268.

13 «О Ленине. Воспоминания зарубежных современников», стр. 419

14 Там же, стр. 435.

15 ЦПА ИМ Л, ф. 2, он. 1, ед. хр. 19320, л. 11—12.

16 Цит. по кн. «Владимир Ильич Ленин. Биография», М., 1967, стр. 684.

17 Цит. по журн. «Коммунист», 1969, Ni 5, стр. 20.

18 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 02, стр. 266—267

19 Там же, стр. 266.

20 Там же, стр. 267.

21 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 14—15,

22 Там же, стр. 37.

23 Там же, стр. 38

24 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 23.

25 Там же, стр. 32.

26 Там же; стр. 59.

27 Там же, стр. 18—19.

28 Там же, стр. 17

29 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 52, стр. 269, 430—431.

30 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 45. Позднее Ленин внимательно изучил полный перевод доклада Б. Шмераля.

31 См. там же, стр. 60.

32 КРПГ.

33 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 52, стр. 267

34 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 90

35 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 91.

36 См. настоящее издание, стр. 312.

37 Там же, стр. 333.

38 Там же, стр. 342.

39 См. настоящее издание, стр. 344,

40 Там же, стр. 339.

41 Там же, стр. 393.

42 См. настоящее издание, стр. 350

43 Там же, стр. 355.

44 Там же, стр. 356.

45 См. настоящее издание, стр. 355.

46 «О Ленине. Воспоминания зарубежных современников», стр. 40.

47 См. настоящее издание, стр. 293.

48 См. настоящее издание, стр. 376.

49 В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 44, стр. 98.

50 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 53, стр. 75.

51 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 98.

52 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 99.

53 См. там же, стр. 85—87.

54 Цит. по кн. «Коммунистический Интернационал. Краткий исторический очерк», М., 1969, стр. 146.

55 «Проблемы мира и социализма», 1969, № 2, стр. 5

56 «The Communist Daily», N 1, 13 November 1922.

57 ЦПА ИМЛ, ф. 2, on. 1, ед. хр. 24693, л. 1.

58 «О деятельности В. И. Ленина в 1917—1922 гг.», М., 1958, стр. 149.

59 ЦПА ИМЛ, ф. 2, сш. 1, ед. хр. 21029, лл. 1—2.

60 «Деятельность Исполнительного Комитета и Президиума ИК Коммунистического Интернационала от 13 июля 1921 г. до 1 февраля 1922 г.», П., 1922, стр. 269.

61 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 422.

62 «О Ленине. Воспоминания зарубежных современников», стр. 471,

63 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 151

64 Там же, стр. 181.

65 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 44, стр. 223.

66 Там же, стр. 275.

67 Там же, стр. 275—276

68 Там же, стр. 262.

69 Там же, стр. 273

70 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 131.

71 Там же, стр. 41.

72 Там же, стр. 42.

73 Там же, стр. 144.

74 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 378.

75 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 54, стр. 148.

76 См. настоящее издание, стр. 420.

77 «Die Taktik der Kommunistiscben Internationale gegen die Offensive des Kapitals», Hamburg, 1922, S. 143.

78 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 150—151

79 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 95.

80 A. Reisberg. Lenin und die AlUioriseinheit in Deutschland, Berlin, 1964, S. 116

81 «Bericht tiller die iatigkeit des Presidiums und der Executive der К ommunis tischen Internationale lur die Zeit vom 6. Marz bis 11. Juni 1922». Hamburg, 1922, S. 123.

82 «Коммунистический Интернационал», 1922, № 23, стр. 6206.

83 «Studijni materialy k dejinam Komunisticke strany Ceskoslovenska v letech 1Э21—1924», Praha, 1959, str. 265.

84 См. настоящее издание, стр. 462—463.

85 Там же, стр. 463.

86 Там же, стр. 464»

87 См, настоящее издание, стр. 463,

88 Там же, стр. 466.

89 Там же, стр. 491. Реформистское руководство II, II 1/2 и Амстердамского Интернационалов игнорировало Открытое письмо IV конгресса.

90 См. настоящее издание, стр. 466.

91 См. настоящее издание, стр. 494.

92 Там же.

93 W. Ulbricht. «Referat zum GrundriP der Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung». «Einheit”, Sonderlieft, August 1962, S. 36.

94 «О Ленине. Воспоминания зарубежных современников», стр. 466

95 См. настоящее издание, стр. 476.

96 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 54, стр. 313.

97 Там же.

98 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 54, стр. 348.

99 Там же.

100 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 281

101 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 293.

102 Там же, стр. 294.

103 Там же, стр. 404.

104 Там же, стр. 175—176.

105 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 148.

106 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 329.

107 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 402

108 В И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 43, стр. 341

109 В И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 6.

110 См. настоящее издание, стр. 313.

111 «Третий Всемирный конгресс Коммунистического Интернационала. Стенографический отчет», Пд., 1922, стр. 491.

112 См. настоящее издание, стр. 351—352.

113 Там же, стр. 427.

114 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 287.

115 «Бюллетень IV конгресса Коммунистического Интернационала», Л« 9, 18 ноября 1922. стр. 10, 12.

116 См. там же, стр. 16.

117 См. настоящее издание, стр. 470

118 См. настоящее издание, стр. 470.

119 Там же, стр. 480.

120 Там же, стр. 461.

121 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 405.

122 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т, 44, стр. 312

123 «Коммунистический Интернационал в документах 1919—1932», М., 1933, стр. 479.

124 «Коммунистический Интернационал в документах 1919—1932», стр. 479.

125 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 187.

126 В. И. Ленин; Полн. собр. соч., т. 54, стр. 466.

127 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 31, стр. 170.

128 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 7, стр. 325.

129 К 100-летию со дня рождения Владимира Ильича Ленина. Тезисы Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза. М., 1970, стр. 50

 

 


 

Часть вторая

ВЫСТУПЛЕНИЯ В. И. ЛЕНИНА И ДОКУМЕНТЫ КОМИНТЕРНА

 


 

МАТЕРИАЛЫ I КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА

ДОКУМЕНТЫ ИККИ (ФЕВРАЛЬ—ИЮНЬ 1920 г.)

 


 

ДОКУМЕНТЫ В. И. ЛЕНИНА

 

РЕЧЬ ПРИ ОТКРЫТИИ КОНГРЕССА 2 МАРТА

По поручению Центрального Комитета Российской коммунистической партии открываю первый международный коммунистический конгресс. Прежде всего прошу всех присутствующих почтить вставанием память лучших представителей III Интернационала: Карла Либкнехта и Розы Люксембург.

Товарищи! Наше собрание имеет великое всемирно-историческое значение. Оно доказывает крах всех иллюзий буржуазной демократии. Ведь не только в России, но и в наиболее развитых капиталистических странах Европы, как, например, в Германии, гражданская война стала фактом.

Буржуазия испытывает безумный страх перед растущим революционным движением пролетариата. Это станет понятным, если мы примем во внимание, что ход событий после империалистской войны неизбежно способствует революционному движению пролетариата, что международная мировая революция начинается и усиливается во всех странах.

Народ сознает величие и значение разыгрывающейся в настоящее время борьбы. Необходимо только найти ту практическую форму, которая даст возможность пролетариату осуществить свое господство. Такой формой является советская система с диктатурой пролетариата. Диктатура пролетариата! —до сих пор эти слова были для масс латынью. Благодаря распространению системы Советов по всему миру, эта латынь переведена на все современные языки; практическая форма диктатуры найдена рабочими массами. Она стала понятной широким массам рабочих благодаря Советской власти в России, благодаря спартаковцам в Германии и аналогичным организациям в других странах, как, например, Shop Stewards Committees в Англии1. Все это доказывает, что революционная форма пролетарской диктатуры найдена, что пролетариат теперь в состоянии практически использовать свое господство.

Товарищи! Я думаю, что после событий в России, после январской борьбы в Германии 2 — особенно важно отметить, что и в других странах пробивается к жизни и приобретает господство новейшая форма движения пролетариата. Сегодня, например, я читал в одной антисоциалистической газете телеграфное сообщение о том, что английское правительство приняло Бирмингамский Совет рабочих депутатов и высказало готовность признать Советы, как экономические организации 3. Советская система победила не только в отсталой России, но и в наиболее развитой стране

Европы — в Германии, а также и в самой старой капиталистической стране — в Англии.

Пусть буржуазия еще свирепствует, пусть она еще убивает тысячи рабочих,— победа за нами, победа всемирной коммунистической революции обеспечена.

Товарищи! Сердечно приветствуя вас от имени Центрального Комитета Российской коммунистической партии, предлагаю перейти к выборам президиума. Прошу назвать имена.

В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 489—490

 

ТЕЗИСЫ И ДОКЛАД О БУРЖУАЗНОЙ ДЕМОКРАТИИ И ДИКТАТУРЕ ПРОЛЕТАРИАТА 4 МАРТА

1. Рост революционного движения пролетариата во всех странах вызвал судорожные потуги буржуазии и ее агентов в рабочих организациях найти идейно-политические доводы для защиты господства эксплуататоров. Среди этих доводов особенно выдвигается осуждение диктатуры и защита демократии. Лживость и лицемерие такого довода, повторяемого на тысячи ладов в капиталистической печати и на конференции желтого Интернационала в феврале 1919 г. в Берне, очевидны для всех, кто не хочет изменять основным положениям социализма.

2. Прежде всего, этот довод оперирует с понятиями «демократия вообще» и «диктатура вообще», не ставя вопроса о том, о каком классе идет речь. Такая внеклассовая или надклассовая, якобы общенародная, постановка вопроса есть прямое издевательство над основным учением социализма, именно учением о классовой борьбе, которое на словах признают, а на деле забывают социалисты, перешедшие на сторону буржуазии. Ибо ни в одной цивилизованной капиталистической стране не существует «демократии вообще», а существует только буржуазная демократия, и речь идет не о «диктатуре вообще», а о диктатуре угнетенного класса, т. е. пролетариата, над угнетателями и эксплуататорами, т. е. буржуазией, в целях преодоления сопротивления, которое оказывают эксплуататоры в борьбе за свое господство.

3. История учит, что ни один угнетенный класс никогда не приходил к господству и не мог прийти к господству, не переживая периода диктатуры, т. е. завоевания политической власти и насильственного подавления самого отчаянного, самого бешеного, ни перед какими преступлениями не останавливающегося сопротивления, которое всегда оказывали эксплуататоры. Буржуазия, господство которой защищают теперь социалисты, говорящие против «диктатуры вообще» и распинающиеся за «демократию вообще», завоевывала власть в передовых странах ценой ряда восстаний, гражданских войн, насильственного подавления королей, феодалов, рабовладельцев и их попыток реставрации. Тысячи и миллионы раз объясняли народу классовый характер этих буржуазных революций, этой буржуазной диктатуры социалисты всех стран в своих книгах, брошюрах, в резолюциях своих съездов, в своих агитационных речах. Поэтому теперешняя защита буржуазной демократии под видом речей о «демократии вообще» и теперешние вопли и крики против диктатуры пролетариата под видом криков о «диктатуре вообще» являются прямой изменой социализму, фактическим переходом на сторону буржуазии, отрицанием права пролетариата на свою, пролетарскую, революцию, защитой буржуазного реформизма как раз в такой исторический момент, когда буржуазный реформизм во всем мире потерпел крах и когда война создала революционную ситуацию.

4. Все социалисты, разъясняя классовый характер буржуазной цивилизации, буржуазной демократии, буржуазного парламентаризма, выражали ту мысль, которую с наибольшей научной точностью высказали Маркс и Энгельс словами, что наиболее демократическая буржуазная республика есть не что иное, как машина для подавления рабочего класса буржуазией, массы трудящихся горсткой капиталистов 4. Нет ни одного революционера, ни одного марксиста, из кричащих ныне против диктатуры и за демократию, который бы не клялся и не божился перед рабочими в том, что он признает эту основную истину социализма; а теперь, когда революционный пролетариат приходит в брожение и движение, направленное к разрушению этой машины угнетения и к завоеванию пролетарской диктатуры, эти изменники социализма изображают дело так, будто буржуазия даровала трудящимся «чистую демократию», будто буржуазия отказалась от сопротивления и готова повиноваться большинству трудящихся, будто никакой государственной машины для подавления труда капиталом в демократической республике не было и нет.

5. Парижская Коммуна, которую на словах чествуют все, желающие слыть социалистами, ибо они знают, что рабочие массы горячо и искренне сочувствуют ей, показала особенно наглядно историческую условность и ограниченную ценность буржуазного парламентаризма и буржуазной демократии — учреждений, в высокой степени прогрессивных по сравнению с средневековьем, но неизбежно требующих коренной перемены в эпоху пролетарской революции. Именно Маркс, который лучше всего оценил историческое значение Коммуны, анализируя ее, показал эксплуататорский характер буржуазной демократии и буржуазного парламентаризма, когда угнетенные классы получают право один раз в несколько лет решать, какой представитель имущих классов будет «представлять и подавлять» (ver-und zertreten) народ в парламенте5. Как раз теперь, когда советское движение, охватывая весь мир, на глазах у всех продолжает дело Коммуны, изменники социализма забывают конкретный опыт и конкретные уроки Парижской Коммуны, повторяя старый буржуазный хлам о «демократии вообще». Коммуна была не парламентским учреждением.

6. Значение Коммуны, далее, состоит в том, что она сделала попытку разбить, разрушить до основания буржуазный государственный аппарат, чиновничий, судейский, военный, полицейский, заменив его самоуправляющейся массовой организацией рабочих, которая не знала разделения законодательной и исполнительной власти. Все современные буржуазно-демократические республики, в том числе германская, которую изменники социализма в насмешку над истиной называют пролетарской, сохраняют этот государственный аппарат. Таким образом, подтверждается еще и еще раз вполне наглядно, что крики в защиту «демократии вообще» на деле представляют из себя защиту буржуазии и ее эксплуататорских привилегий.

7. «Свобода собраний» может быть взята за образец требований «чистой демократии». Всякий сознательный рабочий, не порвавший со своим классом, поймет сразу, что было бы нелепо обещать свободу собраний эксплуататорам на тот период и в той обстановке, когда эксплуататоры оказывают сопротивление их свержению и отстаивают свои привилегии. Буржуазия, когда она была революционной, ни в Англии 1649 года, ни во Франции 1793 года, не давала «свободы собраний» монархистам и дворянам, призывавшим иностранные войска и «собиравшимся» для организации попыток реставрации. Если теперешняя, давно ставшая реакционной, буржуазия требует от пролетариата, чтобы он заранее гарантировал, несмотря на то, какое сопротивление окажут капиталисты их экспроприации, «свободу собраний» для эксплуататоров, то рабочие будут только смеяться над лицемерием буржуазии.

С другой стороны, рабочие прекрасно знают, что «свобода собраний» даже и в наиболее демократической буржуазной республике есть пустая фраза, ибо богатые имеют все лучшие общественные и частные здания в своем распоряжении, а также достаточно досуга для собраний и охрану их буржуазным аппаратом власти. Пролетарии города и деревни и мелкие крестьяне, т. е. гигантское большинство населения, не имеют ни того, ни другого, ни третьего. Пока дела стоят таким образом, «равенство», т. е. «чистая демократия», есть обман. Чтобы завоевать настоящее равенство, чтобы осуществить на деле демократию для трудящихся, надо сначала отнять у эксплуататоров все общественные и роскошные частные здания, надо сначала дать досуг трудящимся, надо, чтобы охраняли свободу их собраний вооруженные рабочие, а не дворянчики или капиталисты-офицеры с забитыми солдатами.

Только после такой перемены можно без издевательства над рабочими, над трудящимися, над бедными говорить о свободе собраний, о равенстве. А произвести такую перемену некому, кроме как авангарду трудящихся, пролетариату, свергающему эксплуататоров, буржуазию.

8. «Свобода печати» является тоже одним из главных лозунгов «чистой демократии». Опять-таки рабочие знают, и социалисты всех стран миллионы раз признавали, что эта свобода есть обман, пока лучшие типографии и крупнейшие запасы бумаги захвачены капиталистами и пока остается власть капитала над прессой, которая проявляется во всем мире тем ярче, тем резче, тем циничнее, чем развитее демократизм и республиканский строй, как, например, в Америке. Чтобы завоевать действительное равенство и настоящую демократию для трудящихся, для рабочих и крестьян, надо сначала отнять у капитала возможность нанимать писателей, покупать издательства и подкупать газеты, а для этого необходимо свергнуть иго капитала, свергнуть эксплуататоров, подавить их сопротивление. Капиталисты всегда называли «свободой» свободу наживы для богатых, свободу рабочих умирать с голоду. Капиталисты называют свободой печати свободу подкупа печати богатыми, свободу использовать богатство для фабрикации и подделки так называемого общественного мнения. Защитники «чистой демократии» опять-таки оказываются на деле защитниками самой грязной, продажной системы господства богачей над средствами просвещения масс, оказываются обманщиками народа, отвлекающими его посредством благовидных, красивых и насквозь фальшивых фраз от конкретной исторической задачи освобождения прессы от ее закабаления капиталу. Действительной свободой и равенством будет такой порядок, который строят коммунисты и в котором не будет возможности обогащаться на чужой счет, не будет объективной возможности ни прямо, ни косвенно подчинять прессу власти денег, не будет помех тому, чтобы всякий трудящийся (или группа трудящихся любой численности) имел и осуществлял равное право на пользование общественными типографиями и общественной бумагой.

9. История XIX и XX веков показала нам еще до войны, чем является на деле пресловутая «чистая демократия» при капитализме. Марксисты всегда говорили, что чем развитее, чем «чище» демократия, тем обнаженнее, резче, беспощаднее становится классовая борьба, тем «чище» выступает гнет капитала и диктатура буржуазии. Дело Дрейфуса в республиканской Франции6, кровавые расправы наемных отрядов, вооруженных капиталистами, со стачечниками в свободной и демократической республике Америки,— эти и тысячи подобных фактов показывают ту правду, которую тщетно пытается скрыть буржуазия, именно, что в самых демократических республиках на деле господствуют террор и диктатура буржуазии, проявляющиеся открыто всякий раз, когда эксплуататорам начинает казаться, что власть капитала колеблется.

10. Империалистская война 1914—1918 гг. окончательно обнаружила даже перед отсталыми рабочими этот истинный характер буржуазной демократии даже в самых свободных республиках, как характер диктатуры буржуазии. Из-за обогащения немецкой или английской группы миллионеров или миллиардеров были перебиты десятки миллионов, и в самых свободных республиках установлена военная диктатура буржуазии. Эта военная диктатура продолжается и после разгрома Германии в странах Антанты. Именно война всего больше раскрыла глаза трудящимся, сорвала фальшивые цветы с буржуазной демократии, показала народу всю бездну спекуляции и наживы во время войны и по случаю войны. Во имя «свободы и равенства» вела буржуазия эту войну, во имя «свободы и равенства» неслыханно обогащались военные поставщики. Никакие усилия желтого бернского Интернационала не скроют от масс разоблаченного теперь до конца эксплуататорского характера буржуазной свободы, буржуазного равенства, буржуазной демократии.

11. В самой развитой капиталистической стране на континенте Европы, в Германии, первые же месяцы республиканской свободы, принесенной разгромом империалистской Германии, показали немецким рабочим и всему миру, в чем состоит действительная классовая сущность буржуазной демократической республики. Убийство Карла Либкнехта и Розы Люксембург является событием всемирно-исторической важности не только потому, что трагически погибли лучшие люди и вожди истинного пролетарского, Коммунистического Интернационала, но и потому, что для передового европейского — можно без преувеличения сказать: для передового в мировом масштабе — государства обнажилась до конца его классовая сущность. Если арестованные, т. е. взятые государственной властью под свою охрану, люди могли быть убиты безнаказанно офицерами и капиталистами, при правительстве социал-патриотов, следовательно, демократическая республика, в которой такая вещь была возможна, есть диктатура буржуазии. Люди, которые выражают свое негодование по поводу убийства Карла Либкнехта и Розы Люксембург, но не понимают этой истины, обнаруживают этим лишь либо свое тупоумие, либо свое лицемерие. «Свобода» в одной из самых свободных и передовых республик мира, в германской республике, есть свобода безнаказанно убивать арестованных вождей пролетариата. И это не может быть иначе, пока держится капитализм, ибо развитие демократизма не притупляет, а обостряет классовую борьбу, которая, в силу всех результатов и влияния войны и ее последствий, доведена до точки кипения.

Во всем цивилизованном мире происходит теперь высылка большевиков, преследование их, заключение их в тюрьмы, как, например, в одной из свободнейших буржуазных республик, в Швейцарии, погромы против большевиков в Америке и т. п. С точки зрения «демократии вообще» или «чистой демократии» прямо смешно, что передовые, цивилизованные, демократические, вооруженные до зубов страны боятся присутствия в них нескольких десятков людей из отсталой, голодной, разоренной России, которую в десятках миллионов экземпляров буржуазные газеты называют дикой, преступной и т. д. Ясно, что общественная обстановка, которая могла породить такое вопиющее противоречие, есть на деле диктатура буржуазии.

12. При таком положении дел диктатура пролетариата является не только вполне законной, как средство свержения эксплуататоров и подавления их сопротивления, но и абсолютно необходимой для всей массы трудящихся, как единственная защита против диктатуры буржуазии, приведшей к войне и подготовляющей новые войны.

Главное, чего не понимают социалисты и что составляет их теоретическую близорукость, их плененность буржуазными предрассудками и их политическую измену по отношению к пролетариату, это то, что в капиталистическом обществе, при сколько-нибудь серьезном обострении заложенной в основе его классовой борьбы, не может быть ничего среднего, кроме диктатуры буржуазии или диктатуры пролетариата. Всякая мечта о чем-либо третьем есть реакционная ламентация мелкого буржуа. Об этом свидетельствует и опыт более чем столетнего развития буржуазной демократии и рабочего движения во всех передовых странах и в особенности опыт последнего пятилетия. Об этом говорит также вся наука политической экономии, все содержание марксизма, выясняющего экономическую неизбежность при всяком товарном хозяйстве диктатуры буржуазии, которую некому сменить, кроме класса, развиваемого, умножаемого, сплачиваемого, укрепляемого самим развитием капитализма, т. е. класса пролетариев.

13. Другая теоретическая и политическая ошибка социалистов состоит в непонимании того, что формы демократии неизбежно сменялись в течение тысячелетий, начиная с зачатков ее в древности, по мере смены одного господствующего класса другим. В древних республиках Греции, в городах средневековья, в передовых капиталистических странах демократия имеет различные формы и различную степень применения. Величайшей нелепостью было бы думать, что самая глубокая революция в истории человечества, первый в мире переход власти от меньшинства эксплуататоров к большинству эксплуатируемых может произойти внутри старых рамок старой, буржуазной, парламентарной демократии, может произойти без самых крутых переломов, без создания новых форм демократии, новых учреждений, воплощающих новые условия ее применения и т. д.

14. Диктатура пролетариата тем сходна с диктатурой других классов, что она вызвана необходимостью, как и всякая диктатура, подавить насильственно сопротивление класса, теряющего политическое господство. Коренное отличие диктатуры « пролетариата от диктатуры других классов,— от диктатуры помещиков в средние века, от диктатуры буржуазии во всех цивилизованных капиталистических странах,— состоит в том, что диктатура помещиков и буржуазии была насильственным подавлением сопротивления громадного большинства населения, именно трудящихся. Напротив, диктатура пролетариата есть насильственное подавление сопротивления эксплуататоров, т. е. ничтожного меньшинства населения, помещиков и капиталистов.

Отсюда, в свою очередь, вытекает, что диктатура пролетариата неизбежно должна принести с собой не только изменение форм и учреждений демократии, говоря вообще, но именно такое их изменение, которое дает невиданное еще в мире расширение фактического использования демократизма со стороны угнетенных капитализмом, со стороны трудящихся классов.

И действительно, та форма диктатуры пролетариата, которая уже выработана фактически, т. е. Советская власть в России, Rate-System*  в Германии, Shop Stewards Committees и другие аналогичные советские учреждения в других странах, все они означают и осуществляют именно для трудящихся классов, т. е. для громадного большинства населения, такую фактическую возможность пользоваться демократическими правами и свободами, которой никогда не было, даже приблизительно, в самых лучших и демократических буржуазных республиках.

Сущность Советской власти состоит в том, что постоянной и единственной основой всей государственной власти, всего государственного аппарата является массовая организация именно тех классов, которые были угнетены капитализмом, т. е. рабочих и полупролетариев (крестьян, не эксплуатирующих чужого труда и прибегающих постоянно к продаже хотя бы части своей рабочей силы). Именно те массы, которые даже в самых демократических буржуазных республиках, будучи равноправны по закону, на деле тысячами приемов и уловок отстранялись от участия в политической жизни и от пользования демократическими правами и свободами, привлекаются теперь к постоянному и непременному, притом решающему, участию в демократическом управлении государством.

15. То равенство граждан, независимо от пола, религии, расы, национальности, которое буржуазная демократия всегда и везде обещала, но нигде не провела и, в силу господства капитализма, провести не могла, Советская власть, или диктатура пролетариата, осуществляет сразу и полностью, ибо в состоянии сделать это только власть рабочих, не заинтересованных в частной собственности на средства производства и в борьбе за раздел и передел их.

16. Старая, т. е. буржуазная, демократия и парламентаризм были организованы так, что именно массы трудящихся всего более были отчуждены от аппарата управления. Советская власть, т. е. диктатура пролетариата, напротив, построена так, чтобы сблизить массы трудящихся с аппаратом управления. Той же цели служит соединение законодательной и исполнительной власти при советской организации государства и замена территориальных избирательных округов производственными единицами, каковы: завод, фабрика.

17. Войско было аппаратом угнетения не только при  монархии. Оно осталось таковым и во всех буржуазных, даже наиболее демократических, республиках. Только Советская власть, как постоянная государственная организация именно угнетавшихся капитализмом классов, в состоянии разрушить подчинение войска буржуазному командованию и действительно слить пролетариат с войском, действительно осуществить вооружение пролетариата и разоружение буржуазии, без чего невозможна победа социализма.

18. Советская организация государства приспособлена к руководящей роли пролетариата, как класса, наиболее сконцентрированного и просвещенного капитализмом. Опыт всех революций и всех движений угнетенных классов, опыт всемирного социалистического движения учит нас, что только пролетариат в состоянии объединить и вести за собой распыленные и отсталые слои трудящегося и эксплуатируемого населения.

19. Только советская организация государства в состоянии действительно разбить сразу и разрушить окончательно старый, т. е. буржуазный, чиновничий и судейский аппарат, который сохранялся и неизбежно должен был сохраняться при капитализме даже в самых демократических республиках, будучи фактически наибольшей помехой проведению демократизма в жизнь для рабочих и трудящихся. Парижская Коммуна сделала первый всемирно-исторический шаг по этому пути, Советская власть — второй.

20. Уничтожение государственной власти есть цель, которую ставили себе все социалисты, Маркс в том числе и во главе. Без осуществления этой цели истинный демократизм, т. е. равенство и свобода, неосуществим.

А к этой цели ведет практически только советская, или пролетарская, демократия, ибо, привлекая к постоянному и непременному участию в управлении государством массовые организации трудящихся, она начинает немедленно подготовлять полное отмирание всякого государства.

21. Полное банкротство социалистов, собравшихся в Берне, полное непонимание ими новой, т. е. пролетарской, демократии видно особенно из следующего. 10 февраля 1919 г. Брантинг закрыл в Берне международную конференцию желтого Интернационала. 11 февраля 1919 г. в Берлине, в газете его участников «Die Freiheit» 7, напечатано обращение партии «независимых» 8 к пролетариату. В этом обращении признается буржуазный характер правительства Шейдемана, ему ставится в упрек желание отменить Советы, которые называются Triiger und Schutzer der Revolution — носителями и хранителями революции, и делается предложение легализовать Советы, дать им государственные права, дать им право приостанавливать решения Национального собрания, с передачей дела на всенародное голосование.

Такое предложение есть полный идейный крах теоретиков, защищавших демократию и не понимавших ее буржуазного характера. Смехотворная попытка соединить систему Советов, т. е. диктатуру пролетариата, с Национальным собранием, т. е. с диктатурой буржуазии, разоблачает до конца и убожество мысли желтых социалистов и социал-демократов, и их политическую реакционность мелких буржуа, и их трусливые уступки неудержимо растущей силе новой, пролетарской, демократии.

22. Осуждая большевизм, большинство желтого Интернационала в Берне, которое не решилось формально голосовать соответствующей резолюции из боязни рабочих масс, поступало правильно с классовой точки зрения. Именно это большинство вполне солидарно с русскими меньшевиками и социалистами-революционерами и Шейдеманами в Германии. Русские меньшевики и социалисты-революционеры, жалуясь на преследования со стороны большевиков, пытаются скрыть тот факт, что преследования эти вызваны участием меньшевиков и социалистов-революционеров в гражданской войне на стороне буржуазии против пролетариата. Точно так же Шейдеманы и их партия 9 уже доказали в Германии такое же свое участие в гражданской войне на стороне буржуазии против рабочих.

Вполне естественно поэтому, что большинство участников бернского желтого Интернационала высказалось за осуждение большевиков. В этом выразилась не защита «чистой демократии», а самозащита людей, которые знают и чувствуют, что в гражданской войне они стоят на стороне буржуазии против пролетариата.

Вот почему, с классовой точки зрения, нельзя не признать правильным решение большинства желтого Интернационала. Пролетариат должен, не боясь правды, посмотреть ей прямо в лицо и сделать отсюда все политические выводы.

Товарищи! Мне хотелось бы прибавить еще кое-что к последним двум пунктам. Я думаю, что товарищи, которые должны нам сделать доклад о Бернской конференции, расскажут нам об этом подробнее.

В течение всей Бернской конференции не было сказано ни одного слова о значении: Советской власти. Уже в течение двух лет мы обсуждаем этот вопрос в России. В апреле 1917 г. на партийной конференции нами был уже теоретически и политически поставлен вопрос: «Что такое Советская власть, каково ее содержание, в чем ее историческое значение?». Уже почти два года обсуждаем мы этот вопрос, и на нашем партийном съезде приняли резолюцию по этому поводу 10.

Берлинская «Freiheit» напечатала 11 февраля воззвание к немецкому пролетариату, подписанное не только вождями независимых социал-демократов Германии, но и всеми членами фракции независимых. В августе 1918 г. крупнейший теоретик этих независимых, Каутский, писал в своей брошюре «Диктатура пролетариата», что он сторонник демократии и советских органов, но что Советы должны иметь лишь хозяйственное значение и отнюдь не признаваться в качестве государственных организаций. Каутский повторяет то же самое в номерах «Freiheit» от 11 ноября и 12 января. 9 февраля появляется статья Рудольфа Гильфердинга, который считается также одним из крупнейших авторитетных теоретиков II Интернационала11. Он предлагает юридически, путем государственного законодательства, объединить систему Советов с Национальным собранием. Это было 9 февраля. 11-го это предложение принимается всей партией независимых и опубликовывается в виде воззвания.

Несмотря на то, что Национальное собрание уже существует, даже после того как «чистая демократия» воплотилась в действительность, после того как самые крупные теоретики независимых социал-демократов объявили, что советские организации не должны быть государственными организациями, несмотря на все это — опять колебание! Это доказывает, что эти господа действительно ничего не поняли в новом движении и в условиях его борьбы. Но это доказывает еще и другое, а именно: должны быть условия, причины, вызывающие это колебание! После всех этих событий, после этой почти двухлетней победоносной революции в России, когда нам предлагают такие резолюции, как принятые на Бернской конференции, в которых ничего не говорится о Советах и их значении, на которой ни один делегат ни в одной речи не обмолвился об этом ни единым словом, мы можем с полным правом утверждать, что все эти господа, как социалисты и теоретики умерли для нас.

Но практически, с точки зрения политики, это, товарищи, доказательство того, что среди масс происходит большой сдвиг,— раз эти независимые, бывшие теоретически и принципиально против этих государственных организаций, вдруг предлагают такую глупость, как «мирное» соединение Национального собрания с системой Советов, т. е. соединение диктатуры буржуазии с диктатурой пролетариата. Мы видим, как все они обанкротились в социалистическом и теоретическом отношениях и какая огромная перемена происходит в массах. Отсталые массы немецкого пролетариата идут к нам, пришли к нам! Значение Независимой партии германских социал-демократов, лучшей части Бернской конференции, с теоретической и социалистической точек зрения, таким образом, равно нулю; некоторое значение, однако, за ней остается, и оно состоит в том, что эти колеблющиеся элементы служат нам показателем настроения отсталых частей пролетариата. В этом, по моему убеждению, и заключается величайшее историческое значение этой конференции. Нечто подобное мы пережили в нашей революции. Наши меньшевики прошли почти в точности тот же путь развития, что и теоретики независимых в Германии. Сначала, когда они имели в Советах большинство, они были за Советы. Тогда только и слышно было: «Да здравствуют Советы!», «За Советы!», «Советы — революционная демократия!». Когда же большинство в Советах получили мы, большевики, тогда запели они другие песни: Советы не должны существовать наряду с Учредительным собранием; а различные меньшевистские теоретики делали почти такие же предложения, вроде соединения системы Советов с Учредительным собранием и включения их в государственную организацию. Здесь еще раз обнаруживается, что общий ход пролетарской революции одинаков во всем мире. Сначала стихийное образование Советов, затем их распространение и развитие, далее появление на практике вопроса: Советы или Национальное собрание, или Учредительное собрание, или буржуазный парламентаризм; полнейшая растерянность среди вожаков и, наконец,— пролетарская революция. Но я полагаю, что после почти двух лет революции мы не должны так ставить вопрос, а должны выносить конкретные решения, так как распространение системы Советов является для нас, и в особенности для большинства западноевропейских стран, важнейшей задачей.

Мне хотелось бы привести здесь только одну резолюцию меньшевиков, Я просил т. Оболенского перевести ее на немецкий язык. Он мне обещал это сделать, но, к сожалению, его здесь нет. Я постараюсь воспроизвести ее по памяти, так как полного текста этой резолюции у меня нет.

Иностранцу, ничего не слышавшему про большевизм, весьма трудно составить себе собственное мнение о наших спорных вопросах. Все, что утверждают большевики, оспаривают меньшевики, и наоборот. Конечно, во время борьбы и не может быть иначе, поэтому-то весьма важно, что последняя конференция партии меньшевиков в декабре 1918 г. приняла длинную, подробную резолюцию, которая была напечатана полностью в меньшевистской «Газете Печатников» 12. В этой резолюции меньшевики сами вкратце излагают историю классовой борьбы и гражданской войны. В резолюции говорится, что они осуждают те группы своей партии, которые находятся в союзе с имущими классами на Урале, на юге, в Крыму и в Грузии,— и перечисляются все эти области. Те группы меньшевистской партии, которые в союзе с имущими классами шли против Советской власти, осуждаются теперь в резолюции, а последний пункт осуждает и тех, кто перешел к коммунистам. Отсюда следует: меньшевики вынуждены признать, что в их партии нет единства и что они стоят или на стороне буржуазии, или на стороне пролетариата. Большая часть меньшевиков перешла на сторону буржуазии и во время гражданской войны боролась против нас. Мы, конечно, преследуем меньшевиков, мы их даже расстреливаем, когда они в войне против нас борются против нашей Красной Армии и расстреливают наших красных командиров. На войну буржуазии мы ответили войной пролетариата,— другого исхода быть не может. Таким образом, с политической точки зрения все это — лишь меньшевистское лицемерие. Исторически непонятно, каким образом на Бернской конференции люди, официально не объявленные сумасшедшими, могли, по поручению меньшевиков и эсеров, говорить о борьбе большевиков с ними, но умолчать о своей борьбе в союзе с буржуазией против пролетариата.

Все они с ожесточением выступают против нас, так как мы их преследуем. Это верно. Но они не говорят ни словечка о том, какое участие они сами принимали в гражданской войне! Я думаю, что я должен буду предоставить для протокола полный текст резолюции, а иностранных товарищей попрошу обратить внимание на эту резолюцию, так как она представляет собой исторический документ, в котором вопрос ставится правильно и который дает лучший материал для оценки спора «социалистических» направлений в России между собой. Между пролетариатом и буржуазией существует еще класс людей, склоняющихся то в одну, то в другую сторону; так было всегда и во всех революциях, и абсолютно невозможно, чтобы в капиталистическом обществе, где пролетариат и буржуазия образуют два враждебных лагеря, не существовало между ними промежуточных слоев. Существование этих колеблющихся элементов исторически неизбежно, и, к сожалению, такие элементы, которые сами не знают, на чьей стороне они завтра станут бороться, будут еще довольно долго существовать.

Я хочу сделать практическое предложение, заключающееся в том, чтобы принять резолюцию, в которой должны быть специально отмечены три пункта.

Во-первых: одна из самых важных задач для товарищей из западноевропейских стран состоит в разъяснении массам значения, важности и необходимости системы Советов. В этом вопросе наблюдается недостаточное понимание. Если Каутский и Гилъфердинг, как теоретики, и обанкротились, то последние статьи в «Freiheit» все же доказывают, что они правильно изображают настроение отсталых частей немецкого пролетариата. И у нас происходило то же самое: в первые восемь месяцев русской революции вопрос о советской организации очень много обсуждался, и рабочим было неясно, в чем состоит новая система и можно ли из Советов создать государственный аппарат. В нашей революции мы продвигались вперед не теоретическим путем, а практическим. Например, вопрос об Учредительном собрании мы раньше теоретически не выставляли и не говорили, что не признаем Учредительного собрания. Лишь позднее, когда советские организации распространились по всей стране и завоевали политическую власть, лишь тогда мы решили разогнать Учредительное собрание. Теперь мы видим, что в Венгрии и в Швейцарии вопрос стоит гораздо острее. С одной стороны, это очень хорошо: мы черпаем отсюда твердую уверенность в том, что революция в западноевропейских государствах движется быстрее и принесет нам большие победы. С другой же стороны, в этом кроется известная опасность, а именно та, что борьба будет столь стремительна, что сознание рабочих масс не будет поспевать за таким развитием. Значение системы Советов и теперь еще не ясно для больших масс политически образованных немецких рабочих, так как они воспитаны в духе парламентаризма и в буржуазных предрассудках.

Во-вторых: о распространении системы Советов. Когда мы слышим, как быстро распространяется идея Советов в Германии и даже в Англии, для нас это является важнейшим доказательством того, что пролетарская революция победит. Задержать ход ее можно только на короткое время. Другое дело, когда товарищи Альберт и Платтен нам заявляют, что у них в деревнях среди сельских рабочих и мелкого крестьянства почти не существует Советов. Я прочел в «Rote Fahne» 13 статью против крестьянских Советов, но, совершенно правильно, за Советы батрацкие и деревенской бедноты. Буржуазия и ее лакеи, как Шейдеман и К°, уже выставили лозунг: крестьянские Советы. Но нам нужны лишь Советы батрацкие и деревенской бедноты. сожалению, из докладов товарищей Альберта и Платтена и других мы усматриваем, что, за исключением Венгрии, для распространения советской системы в деревне делается весьма мало. В этом, быть может, и заключается еще практическая и довольно большая опасность для достижения верной победы германским пролетариатом. Победа может считаться обеспеченной лишь тогда, когда будут организованы не только городские рабочие, но и сельские пролетарии, и притом организованы не так, как прежде, — в профсоюзы и кооперативы,— а в Советы. Нам победа далась легче потому, что в октябре 1917 г. мы шли с крестьянством, со всем крестьянством. В этом смысле наша революция тогда была буржуазной. Первый шаг нашего пролетарского правительства заключался в том, что старые требования всего крестьянства, выраженные еще при Керенском крестьянскими Советами и сходами, были (признаны в законе, изданном нашим правительством 26 октября (старого стиля) 1917 г., на другой день после революции 14. В этом заключалась наша сила, поэтому-то нам так легко было завоевать подавляющее большинство. Для деревни наша революция еще продолжала быть буржуазной, и лишь позже, через полгода, мы были вынуждены в рамках государственной организации положить в деревнях начало классовой борьбе, учреждать в каждой деревне комитеты бедноты, полупролетариев, и систематически бороться с деревенской буржуазией. У нас это было неизбежно благодаря отсталости России. В Западной Европе дело произойдет иначе, поэтому мы и должны подчеркнуть, что распространение системы Советов и на сельское население в соответствующих, быть может новых, формах абсолютно необходимо.

В-третьих: мы должны сказать, что завоевание коммунистического большинства в Советах составляет главную задачу во всех странах, где Советская власть еще не победила. Наша комиссия резолюций вчера обсуждала этот вопрос. Быть может, другие товарищи еще выскажутся об этом, но я хотел бы предложить принять эти три пункта, как особую резолюцию. Мы не в состоянии, конечно, предписывать путь развитию. Весьма вероятно, что во многих западноевропейских странах революция наступит очень скоро, но мы, в качестве организованной части рабочего класса, в качестве партии, стремимся и должны стремиться получить большинство в Советах. Тогда наша победа обеспечена, и никакая сила не в состоянии будет что-либо предпринять против коммунистической революции. Иначе победа достанется не так легко и не будет долговечна. Итак, я хотел бы предложить принять эти три пункта в виде специальной резолюции.

В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 491—509

* — система Советов. Ред.

 

РЕЗОЛЮЦИЯ К ТЕЗИСАМ О БУРЖУАЗНОЙ ДЕМОКРАТИИ И ДИКТАТУРЕ ПРОЛЕТАРИАТА

На основании этих тезисов и докладов делегатов различных стран конгресс Коммунистического Интернационала заявляет, что главная задача коммунистических партий во всех странах, где еще не существует Советской власти, заключается в следующем:

1) Выяснение широким массам рабочего класса исторического значения, политической и исторической необходимости новой, пролетарской, демократии, которая должна быть поставлена на место буржуазной демократии и парламентаризма.

2) Распространение и организация Советов среди рабочих всех отраслей промышленности и среди солдат армии и флота, а также среди батраков и бедных крестьян.

3) Основание внутри Советов прочного коммунистического большинства.

В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 510

 

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ РЕЧЬ ПРИ ЗАКРЫТИИ КОНГРЕССА
6 МАРТА

Если нам удалось собраться, несмотря на все полицейские затруднения и преследования, если нам удалось без существенных разногласий в короткое время вынести важные решения по всем животрепещущим вопросам современной революционной эпохи, то это благодаря тому, что пролетарские массы всего мира практически поставили все эти вопросы в порядок дня своими выступлениями и начали их практически решать.

Нам пришлось здесь записать лишь то, что массы уже завоевали в своей революционной борьбе.

Не только в восточноевропейских, но и в западноевропейских странах, не только в странах побежденных, но и в странах победительницах,— как, например, в Англии,— все дальше и дальше распространяется движение в пользу Советов, и это движение есть не что иное, как движение с целью создания новой, пролетарской, демократии,— оно самый значительный шаг вперед к диктатуре пролетариата, к полной победе коммунизма.

Пусть буржуазия всего мира продолжает неистовствовать, пусть она изгоняет, сажает в тюрьмы, даже убивает спартаковцев и большевиков,— все это ей больше не поможет. Это послужит лишь к просвещению масс, к освобождению их от старых буржуазно-демократических предрассудков и к закаленности их в борьбе. Победа пролетарской революции во всем мире обеспечена. Грядет основание международной Советской республики.

В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 37, стр. 511

 


 

ДОКУМЕНТЫ I КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА И ИККИ

 

ПЛАТФОРМА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА

Противоречия капиталистической мировой системы, которые были скрыты в ее недрах, проявились с колоссальной силой в одном гигантском взрыве — в империалистической мировой войне.

Капитализм пытался преодолеть свою собственную анархию организацией производства. Вместо многочисленных конкурирующих предпринимателей образовались могущественные союзы капиталистов (синдикаты, картели, тресты); банковский капитал соединился с капиталом промышленным; вся экономическая жизнь попала под власть финансово-капиталистической олигархии, которая на почве этой власти, путем своей организации, достигла исключительного господства. На место свободной конкуренции стала монополия. Отдельный капиталист превратился в капиталиста — члена капиталистических союзов. Безумная анархия стала замещаться организацией.

Но в той же самой мере, в какой анархия капиталистического способа производства замещалась капиталистической организацией в отдельных странах, все более и более обострялись противоречия, конкурентная борьба, анархия мирового хозяйства. Борьба между величайшими организованными разбойничьими государствами с железной необходимостью вела к чудовищной империалистической мировой войне. Жажда прибыли толкала мировой капитал к борьбе за новые рынки сбыта, за новые сферы приложения капитала, за новые источники сырья, за дешевую рабочую силу колониальных рабов. Империалистические государства, которые поделили между собою весь мир, которые превратили многие миллионы африканских, азиатских, австралийских, американских пролетариев и крестьян в рабочий скот, должны были рано или поздно обнаружить в гигантском столкновении действительную анархическую природу капитала. Так возникло величайшее преступление — разбойничья мировая война.

Капитализм пытался также преодолеть свою противоречивую социальную структуру. Буржуазное общество — классовое общество. Капитал великих «цивилизованных» держав хотел затушевать социальные противоречия. За счет ограбленных колониальных народов капитал подкупал своих наемных рабов, создавал общность интересов между эксплуататорами и эксплуатируемыми, интересов, направленных против угнетенных колоний — колониальных народов, желтых, черных, краснокожих; он приковывал европейский и американский рабочий класс к империалистическому «отечеству».

Но тот же самый метод постоянного подкупа, которым создавался патриотизм рабочего класса и его духовное порабощение, превратился благодаря войне в свою собственную противоположность. Физическое истребление, полное порабощение пролетариата, чудовищный гнет, обнищание и вырождение, мировой голод — такова была последняя плата за гражданский мир. Он был взорван. Империалистическая война превратилась в войну гражданскую.

Родилась новая эпоха — эпоха разложения капитализма, его внутреннего распада, эпоха коммунистической революции пролетариата.

Империалистическая система терпит крах. Брожение в колониях, брожение среди малых наций, до этого момента несамостоятельных, восстания пролетариата, победоносные пролетарские революции в некоторых странах, разложение империалистических армий, полная неспособность господствующих классов руководить дальше судьбами народов — такова картина теперешнего положения во всем мире.

Человечеству, вся культура которого подверглась разрушению, угрожает опасность полного уничтожения. Есть лишь одна сила, способная его спасти, и эта сила — пролетариат. Старого капиталистического «порядка» уже нет, он не может более существовать. Конечным результатом существования капиталистического способа производства является хаос. Этот хаос может преодолеть лишь самый большой производительный класс — рабочий класс. Он должен установить действительный порядок — коммунистический порядок. Он должен разрушить господство капитала, сделать невозможными войны, стереть границы между государствами, превратить весь мир в работающее само на себя сообщество, осуществить свободу и братство народов.

Между тем мировой капитал готовится к последнему бою. Под прикрытием Лиги наций15 и пацифистской болтовни делает он последние усилия склеить, стихийно распадающиеся части капиталистической системы и направить свои силы против неудержимо разгорающейся пролетарской революции.

На этот новый чудовищный заговор капиталистического класса пролетариат должен ответить завоеванием политической власти, направить эту власть против своих классовых врагов и использовать в качестве рычага для экономического переустройства общества. Окончательная победа мирового пролетариата будет означать начало настоящей истории освобожденного человечества.

 

ЗАВОЕВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ

Завоевание политической власти пролетариатом означает уничтожение политической власти буржуазии. Сильнейшим орудием власти в руках буржуазии является буржуазный государственный аппарат с его капиталистической армией, находящейся под командованием буржуазно-юнкерского офицерства, с его полицией и жандармерией, его тюремщиками и судьями, его попами, чиновниками и т. п. Завоевание политической власти не может свестись лишь к перемене личного состава в министерствах, но должно означать уничтожение враждебного государственного аппарата, сосредоточение в руках пролетариата реальной силы, разоружение буржуазии, контрреволюционного офицерства и белой гвардии и вооружение пролетариата, революционных солдат и Красной рабочей гвардии; смещение всех буржуазных судей и организацию пролетарского суда; уничтожение господства реакционного чиновничества и создание новых

пролетарских органов управления. Победа пролетариата обеспечивается дезорганизацией враждебной и организацией пролетарской власти, она должна означать разрушение буржуазного и создание пролетарского государственного аппарата. Лишь после того как пролетариат победит, окончательно сломив сопротивление буржуазии, лишь тогда он сможет сделать полезными новому порядку своих прежних противников, постепенно привлекая их под своим контролем к работе коммунистического строительства.

 

ДЕМОКРАТИЯ И ДИКТАТУРА

Как и всякое государство, пролетарское государство представляет из себя аппарат принуждения, но этот аппарат направляется теперь против врагов рабочего класса. Его назначение состоит в том, чтобы сломить и сделать невозможным сопротивление эксплуататоров, в безнадежной борьбе пускающих в ход все средства, чтобы потопить революцию в потоках крови. С другой стороны, диктатура пролетариата, официально ставящая этот класс в положение господствующего в обществе, представляет из себя переходное состояние.

По мере того как будет сломлено сопротивление буржуазии, она будет экспроприирована и постепенно превратится в работающий слой общества, исчезнет и диктатура пролетариата, умрет государство, а с ним и деление общества на классы.

Так называемая демократия, т. е. буржуазная демократия, есть не что иное, как затушеванная диктатура буржуазии. Пресловутая всеобщая «воля народа» является такой же фикцией, как и единый народ. На деле существуют классы с противоположными, исключающими друг друга стремлениями. А так как буржуазия представляет из себя незначительное меньшинство, то она пользуется этой фикцией, этой мнимой «народной волей», чтобы под прикрытием этого красивого словца утвердить свое господство над рабочим классом и навязать ему волю своего класса. Наоборот, пролетариат, составляющий огромное большинство населения, совершенно открыто использует классовую мощь своих массовых организаций, своих Советов, чтобы устранить привилегии буржуазии и обеспечить переход к бесклассовому коммунистическому обществу.

Сущность буржуазной демократии состоит в чисто декларативном, формальном признании прав и свобод, недоступных как раз рабочему народу, пролетариату и полупролетарским элементам, ввиду недостатка материальных средств, в то время как буржуазия имеет полную возможность использовать свои материальные средства, свою прессу и организации для лжи и обмана народа. Наоборот, сущность советской системы, этого нового типа государственной власти, состоит в том, что при ней пролетариат получает возможность на деле обеспечить себе свои права и свободу. Советская власть предоставляет народу лучшие дворцы, дома, типографии, запасы бумаги и пр. для его прессы, для его собраний, клубов. Только тогда и делается действительно возможной пролетарская демократия.

Буржуазная демократия с ее парламентской системой лишь на словах предоставляет массам участие в управлении государством. На деле же массы и их организации совершенно устраняются и от действительной власти, и от действительного управления государством. При системе Советов управляют массовые организации, а через них сами массы, поскольку Советы привлекают все более увеличивающееся количество рабочих к управлению государством и только этим путем весь рабочий народ постепенно втягивается в действительную работу по управлению государством. Советская система опирается, таким образом, на массовые организации пролетариата, в лице самих Советов, революционных профессиональных союзов, кооперативов и т. д.

Буржуазная демократия и парламентаризм, благодаря разделению законодательной и исполнительной власти и отсутствию права отзыва депутатов, обостряют разобщенность масс от государства. Наоборот, советская система с ее правом отзыва, соединением законодательной и исполнительной власти и вследствие способности Советов быть работающими коллегиями связывает массы с органами управления. Эта связь облегчается еще и благодаря тому, что при системе Советов выборы происходят не по искусственно созданным территориальным округам, а на основе производственного принципа.

Таким путем советская система обеспечивает возможность действительной, пролетарской демократии для пролетариата и внутри пролетариата, демократии, направленной против буржуазии. При этой системе промышленному пролетариату обеспечивается преимущественное положение в качестве руководящего, лучше организованного и политически наиболее зрелого класса, под гегемонией которого в состоянии постепенно подняться полупролетарские элементы и крестьянская беднота деревни. Эти временные преимущества промышленного пролетариата должны быть использованы для того, чтобы вырвать неимущие мелкобуржуазные массы деревни из-под влияния деревенских кулаков и буржуазии, организовать и привлечь их в качестве сотрудников к делу коммунистического строительства.

 

ЭКСПРОПРИАЦИЯ БУРЖУАЗИИ И СОЦИАЛИЗАЦИЯ ПРОИЗВОДСТВА

Разложение капиталистической системы и капиталистической трудовой дисциплины делает невозможным при данных междуклассовых отношениях восстановление производства на прежнем базисе. Борьба рабочих за повышение заработной платы, даже в случае ее успеха, не приводит к ожидаемому поднятию уровня жизни, потому что рост цен на все продукты потребления неизменно сводит к нулю каждый успех. Жизненные условия рабочих могут быть улучшены лишь тогда, когда не буржуазия, а сам пролетариат будет управлять производством. Энергичная борьба рабочих за увеличение заработной платы во всех странах, в которой ясно отражается их тяжелейшее положение, благодаря своей стихийной мощи и тенденции стать всеобщей, делает невозможным дальнейшее продолжение капиталистического производства. Чтобы поднять производительные силы хозяйства, чтобы как можно скорей сломить сопротивление буржуазии, которая затягивает агонию старого общества и тем самым создает опасность полного разрушения хозяйственной жизни, пролетарская диктатура должна осуществить экспроприацию крупной буржуазии и дворянства и сделать средства производства и транспорта общественной собственностью пролетарского государства.

Коммунизм рождается теперь из развалин капиталистического строя, другого выхода история не дает человечеству. Оппортунисты, выставляющие утопическое требование восстановления капиталистической системы хозяйства, чтобы отодвинуть социализацию, лишь оттягивают разрешение кризиса и создают прямую угрозу полной гибели, в то время как коммунистическая революция является самым лучшим и единственно возможным средством, благодаря которому важнейшая производительная сила общества — пролетариат, а с ним и само общество могут спасти себя.

Пролетарская диктатура отнюдь не ведет за собой какого бы то ни было дележа средств производства и транспорта. Наоборот, ее задачей является еще большая централизация производительных сил и подчинение всего производства единому плану.

В качестве первого шага по пути к социализации всего хозяйства необходимы: социализация аппарата крупных банков, которые руководят теперь промышленностью, овладение всеми хозяйственными государственно-капиталистическими органами путем передачи их пролетарской государственной власти, овладение всеми коммунальными предприятиями, социализация синдицированных и трестированных отраслей производства, равно как и таких отраслей производства, степень концентрации и централизации капитала в которых делают социализацию технически возможной; социализация сельскохозяйственных имений и превращение их в общественно управляемые земледельческие хозяйства.

Что касается более мелких предприятий, то пролетариат, смотря по их величине, должен постепенно объединять их.

При этом нужно особенно подчеркнуть, что мелкая собственность отнюдь не должна экспроприироваться и мелкие владельцы, не эксплуатирующие чужого труда, не должны подвергаться никаким насильственным мерам. Этот слой будет втянут в сферу социалистической организации постепенно примером и практикой, которая покажет преимущества нового строя, который освободит мелкое крестьянство и мелкую буржуазию городов от экономического гнета кулачества и дворянства, от тяжести налогов (особенно в результате аннулирования государственных долгов) и т. д.

Задача пролетарской диктатуры в экономической области может быть выполнена лишь в той мере, в какой пролетариат будет в состоянии создать централизованные органы управления производством и осуществить рабочее управление. При этом он вынужден будет использовать те из своих массовых организаций, которые теснее всего связаны с процессом производства.

В области распределения пролетарская диктатура должна осуществить замену торговли правильным распределением продуктов; из необходимых для этой цели мероприятий нужно упомянуть: социализацию крупных торговых предприятий, передачу в руки пролетариата всех буржуазногосударственных, а также муниципальных органов распределения, контроль над крупными кооперативными объединениями, организационный аппарат которых еще будет иметь крупное хозяйственное значение в переходный период, постепенную централизацию всех этих органов и превращение их в единое целое для рационального распределения продуктов.

Как в области производства, так и в области распределения должны быть использованы все квалифицированные техники и специалисты, после того как будет сломлено их сопротивление в политической области и они будут в состоянии служить не капиталу, а новой системе производства.

Пролетариат не намерен их угнетать,— наоборот, только он впервые даст им возможность развить самую энергичную творческую деятельность. Пролетарская диктатура заменит разделение физического и умственного труда, свойственное капитализму, объединением, того и другого и этим соединит труд и науку.

Вместе с экспроприацией фабрик, рудников, имений и т. д. пролетариат должен также положить конец эксплуатации населения со стороны капиталистических домовладельцев, передать большие дома в руки местных рабочих Советов, переселить рабочее население в буржуазные квартиры и т. д.

В ходе этого огромного переворота Советская власть, с одной стороны, должна неуклонно строить огромный аппарат управления во все более централизованной форме, с другой стороны, должна привлекать к непосредственной работе управления все большие и большие слои трудового народа.

 

ПУТЬ К ПОБЕДЕ

Революционная эпоха требует от пролетариата применения таких средств борьбы, которые концентрируют всю его энергию, а именно: методов массовой борьбы с ее логическим концом — прямым столкновением в открытом бою с буржуазной государственной машиной. Этой цели должны быть подчинены все другие средства, вроде, например, революционного использования буржуазного парламентаризма.

Необходимым предварительным условием такой победоносной борьбы является разрыв не только с прямыми лакеями капитала и палачами коммунистической революции, в каковой роли выступают правые социал-демократы, но и разрыв с «центром» (каутскианцы), который покидает в критических! момент пролетариат и заигрывает с его открытыми врагами.

С другой стороны, необходимо осуществить блок с такими элементами революционного рабочего движения, которые, несмотря на то что раньше не состояли в социалистической партии, теперь стали в общем и целом на почву пролетарской диктатуры в форме Советов, как, например, соответствующие элементы синдикализма.

Рост революционного движения во всех странах, опасность удушения этой революции со стороны союза капиталистических государств, попытки социал-предательских партий объединиться (образование желтого «Интернационала» в Берне), чтобы лакейски служить вильсоновской Лиге, наконец, абсолютная необходимость координировать пролетарские выступления — все это ведет неизбежно к основанию действительно революционного и действительно пролетарского, Коммунистического Интернационала.

Интернационал, который окажется способен подчинить так называемые национальные интересы интересам интернациональной революции, осуществит тем взаимную помощь со стороны пролетариата различных стран, а без экономической и других видов взаимной поддержки пролетариат не в состоянии построить новое общество. С другой стороны, в противоположность желтому социал-патриотическому Интернационалу, Интернационал коммунистического пролетариата будет поддерживать эксплуатируемые народы колоний в их борьбе с империализмом, чтобы способствовать окончательному краху системы мирового империализма.

Преступники капитализма утверждали в начале мировой войны, что все они защищают лишь свое отечество. Но скоро германский империализм выявил свою звериную натуру рядом кровавых деяний в России, на Украине, в Финляндии. Теперь, в свою очередь, разоблачают себя даже перед самыми отсталыми слоями населения державы Антанты16, оказавшиеся мировыми грабителями и убийцами пролетариата. В согласии с немецкой буржуазией и социал-патриотами, с лицемерными фразами о мире на устах пытаются они подавить при помощи танков и тупых варварских колониальных войск революцию европейского пролетариата. Неописуемо жесток белый террор буржуазных каннибалов. Бесчисленны жертвы рабочего класса — он потерял лучших своих борцов — Либкнехта, Люксембург.

Пролетариат должен защищаться, защищаться во что бы то ни стало! Коммунистический Интернационал зовет весь мировой пролетариат к этой последней борьбе. Оружие против оружия! Сила против силы!

Долой империалистический заговор капитала!

Да здравствует международная республика пролетарских Советов! Принято 4 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1, сверенному с текстом книги «Manifest, Richtlinien, Веschelusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben bes Exekutivkomitees dis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ О КОНСТИТУИРОВАНИИ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА

Интернациональная Коммунистическая Конференция постановляет конституироваться как Третий Интернационал и принять наименование Коммунистического Интернационала. Соотношение голосов остается без изменения. За всеми партиями, организациями и группами сохраняется право в течение 8 месяцев заявить в окончательной форме о своем вступлении в Третий Интернационал.

Принято 4 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1

 

ЗАЯВЛЕНИЕ УЧАСТНИКОВ ЦИММЕРВАЛЬДСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ НА КОНГРЕССЕ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА В МОСКВЕ

Циммервальдская и Кинтальская конференции имели значение в то время, когда необходимо было объединить все те пролетарские элементы, которые готовы были, в той или иной форме, протестовать против империалистской бойни. Но в состав Циммервальдского объединения вошли, наравне с вполне определенными коммунистическими элементами, также элементы «центра», пацифистские и колеблющиеся элементы. Элементы «центра», как это показала Бернская конференция, объединяются теперь с социал-патриотами для борьбы с революционным пролетариатом и используют, таким образом, Циммервальд в интересах реакции.

В то же самое время коммунистическое течение в целом ряде стран окрепло, и борьба с элементами из «центра», препятствующими развитию социальной революции, стала теперь важнейшей задачей революционного пролетариата.

Циммервальдское объединение изжило себя. Все, что было в Циммервальдском объединении действительно революционного, переходит и примыкает к Коммунистическому Интернационалу.

Нижеподписавшиеся участники Циммервальда заявляют, что они рассматривают Циммервальдскую организацию ликвидированной и предлагают Бюро Циммервальдской конференции передать все его документы Исполнительному Комитету III Интернационала.

X. Раковский, Н. Ленин, Г. Зиновьев, Л. Троцкий, Ф. Платтен

Принято 4 марта 1919 г.

Печатается по тексту книги «Коммунистический Интернационал в документах 1919—1932», М., 1933, сверенному с текстом книги «Manifest, Richtlinien, Beschlusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutivkomitees bis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ О ЦИММЕРВАЛЬДСКОМ ОБЪЕДИНЕНИИ

Заслушав доклад секретаря Циммервальдской Интернациональной социалистической комиссии тов. Балабановой и заявление участников Циммервальдского объединения тт. Ваковского, Платтена, Ленина, Троцкого и Зиновьева, I конгресс Коммунистического Интернационала постановляет:

Циммервальдское объединение считать ликвидированным.

Принято 4 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1

 

РЕЗОЛЮЦИЯ ОБ ОТНОШЕНИИ К «СОЦИАЛИСТИЧЕСКИМ» ТЕЧЕНИЯМ И К БЕРНСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ

I

Уже в 1907 г. на Международном социалистическом конгрессе в Штутгарте 17, когда II Интернационал коснулся вопроса о колониальной политике и империалистических войнах, обнаружилось, что большинство II Интернационала и его вождей в данных вопросах стоит гораздо ближе к взглядам буржуазии, чем к коммунистической точке зрения Маркса и Энгельса.

Тем не менее Штутгартский конгресс принял следующую поправку, предложенную представителями революционного крыла, В. Лениным и Розой Люксембург:

«В случае, если война все же разразится, они должны активно выступить за скорейшее окончание ее и стремиться всеми средствами к тому, чтобы использовать вызванный войной экономический и политический кризис для возбуждения народных масс и ускорить падение капиталистического классового господства».

На Базельском конгрессе в ноябре 1912 г.18, созванном во время Балканской войны19, II Интернационал заявил:

«Пусть буржуазные правительства не забывают.., что франко-прусская война вызвала революционное восстание Коммуны и что русско-японская война привела в движение революционные силы России... Пролетарии считают преступлением стрелять друг в друга ради прибылей капиталистов, ради честолюбия династий, ради выполнения тайных дипломатических договоров».

* * *

Еще в конце июля и в начале августа 1914 г., за 24 часа до начала мировой войны, ответственные органы и учреждения II Интернационала продолжали осуждать надвигающуюся войну как величайшее преступление буржуазии.

Относящиеся к указанным дням заявления руководящих партий II Интернационала являются самым красноречивым обвинительным актом против вождей II Интернационала.

* * *

С первым же выстрелом, раздавшимся на полях империалистической бойни, главные партии II Интернационала предали рабочий класс и перешли, прикрываясь «обороной отечества», на сторону «своей» буржуазии. Шейдеман и Эберт в Германии, Тома и Ренодель во Франции, Гендерсон и Гайндман в Англии, Вандервельде и Де-Брукер в Бельгии, Реннер и Пернерсторфер в Австрии, Плеханов и Рубанович в России, Брантинг и его партия в Швеции20, Гомперс с единомышленниками в Америке, Муссолини и К0 в Италии призвали пролетариат заключить «гражданский мир» с буржуазией «своей» страны, отказаться от войны с войной и таким образом превратить пролетариат в пушечное мясо для империалистов.

Это был момент окончательного банкротства и гибели II Интернационала.

* * *

Буржуазия наиболее богатых стран получила возможность, благодаря общему ходу экономического развития, путем мелких подачек из своих гигантских прибылей, подкупить и соблазнить верхи рабочего класса — рабочую аристократию. Мелкобуржуазные «попутчики» социализма хлынули в ряды официальных социал-демократических партий и постепенно изменили курс их политики в сторону буржуазии.

Из руководителей мирного, парламентского рабочего движения, вождей профессиональных союзов, секретарей, редакторов и служащих социал-демократии образовалась целая каста рабочей бюрократии, обладавшая собственными своекорыстными групповыми интересами и ставшая в действительности враждебной социализму.

Благодаря всем этим обстоятельствам официальная социал-демократия выродилась в антисоциалистическую и шовинистскую партию.

Уже в лоне II Интернационала обнаружились три основных течения. В течение войны еще до начала пролетарской революции в Европе очертания этих трех направлений обрисовались с полнейшей ясностью:

1) Социал-шовинистское течение (направление «большинства»), типичнейшими представителями которого являются германские социал-демократы, разделяющие в настоящее время власть с буржуазией и сделавшиеся убийцами вождей Коммунистического Интернационала Карла Либкнехта и Розы Люксембург.

Социал-шовинисты в настоящее время показали себя заведомыми классовыми врагами пролетариата. Они следуют программе «ликвидации» войны, подсказанной им буржуазией: переложение львиной доли налогов на трудящиеся массы, неприкосновенность частной собственности, оставление армии в руках буржуазии, роспуск всюду образующихся Советов рабочих депутатов, оставление политической власти в руках буржуазии,— словом, буржуазная «демократия» против социализма.

Какие острые формы ни принимала до сих пор борьба коммунистов против «социал-демократов большинства», рабочим все же еще не вполне ясна та опасность, которая угрожает международному пролетариату со стороны этих предателей.

Открыть глаза всем трудящимся на иудино дело социал-шовинистов и вооруженной рукой обезвредить эту контрреволюционную партию — в этом одна из важнейших задач международной пролетарской революции.

2) Течение «центра» (социал-пацифисты, каутскианцы, независимые). Это течение стало складываться еще до войны, главным образом в Германии.

В начале войны «центр» почти всюду совпадал в основных чертах с социал-шовинистами. Теоретический вождь «центра» Каутский выступил в защиту политики, которой следуют немецкие и французские социал-шовинисты. Интернационал будто бы является лишь «инструментом мирного времени». «Борьба за мир», «классовая борьба во время мира» — таков пароль Каутского.

С начала войны «центр» настаивает на «единении» с социал-шовинистами. После убийства Либкнехта и Розы Люксембург «центр» продолжает проповедовать то же самое «единство», т. е. единство рабочих коммунистов с убийцами коммунистических вождей Либкнехта и Люксембург.

Уже в начале войны «центр» (Каутский, Виктор Адлер, Турати, Макдональд) начал проповедовать «взаимную амнистию», которая должна была распространиться на вождей социалистических партий Германии и Австрии, с одной стороны, и Франции и Англии — с другой. «Центр» проповедует эту амнистию и ныне, по» окончании войны, и препятствует таким образом выяснению рабочими причин крушения II Интернационала.

«Центр» отправил своих представителей в Берн, на международную конференцию социал-предателей, и облегчил, таким образом, обман рабочих шейдеманами и реноделями.

Безусловно необходимо отколоть от «центра» наиболее революционные элементы. Это достижимо лишь путем беспощадной критики и разоблачения вождей «центра». Организационный разрыв с «центром» является решительной исторической необходимостью. Задача коммунистов каждой отдельной страны заключается в том, чтобы определить момент этого разрыва в зависимости от стадии развития, достигнутой движением.

3) Коммунисты. Во II Интернационале, где направление это защищало коммунистическо-марксистские взгляды на войну и на задачи пролетариата (в Штутгарте в 1907 г.: резолюция Ленина — Люксембург), оно оставалось в меньшинстве.

«Леворадикальная» группа (позднейшие спартаковцы) 21 в Германии, партия большевиков в России, «трибунисты» в Голландии22, группа молодых в Швеции23 и левое крыло Интернационала молодежи24 в целом ряде стран образовали первое ядро нового Интернационала.

Оставаясь верным интересам пролетариата, направление это провозгласило с начала войны лозунг: «Превращение империалистической войны в войну гражданскую».

Это направление ныне сорганизовалось в III Интернационал.

II

Бернская социалистическая конференция в феврале 1919 г. была попыткой гальванизировать труп II Интернационала.

Состав Бернской конференции с очевидностью показывает, что всемирный революционный пролетариат не имеет ничего общего с этой конференцией.

Победоносный пролетариат России, героический пролетариат Германии, итальянский пролетариат, коммунистическая часть рабочего класса Австрии и Венгрии, пролетариат Швейцарии, рабочий класс Болгарии, Румынии, Сербии, левые рабочие партии Швеции, Норвегии, Финляндии, украинский, латышский, польский пролетариат, лучшая часть организованного пролетариата Англии, интернационалистическая молодежь и женский Интернационал 25 демонстративно отказались от участия в Бернской конференции социал-патриотов.

Те из участников Бернской конференции, которые еще сохранили известный контакт с истинным рабочим движением нашего времени, образовали оппозиционную группу, которая выступила против политики социал-патриотов, по крайней мере в главном вопросе: оценка русской революции. Заявление французского товарища Лорио 26, бичующего большинство Бернской конференции, как приспешников буржуазии, является истинным мнением классово сознательных рабочих всего мира.

В так называемом «вопросе о виновниках» войны Бернская конференция все время вращалась в рамках буржуазной идеологии. Германские и французские социал-патриоты забрасывали друг друга теми же обвинениями, которые бросают друг другу германские и французские буржуа. Бернская конференция разменивалась на мелочи, обсуждая тот или иной шаг буржуазных министров до войны, и не хотела сознаться, что главным виновником войны является капитализм, финансовый капитал обеих коалиций и их социал-патриотические лакеи. Социал-патриоты бернского большинства хотели найти главного виновника войны. Им надо было только посмотреть в зеркало, и они увидели бы некоторых из главных виновников войны.

То, что Бернская конференция заявила по поводу вопроса о территориях, полно двусмысленностей 27. Эта двусмысленность как раз на руку буржуазии. Реакционнейший представитель империалистической буржуазии г. Клемансо признал заслуги Бернской социал-патриотической конференции перед империалистической реакцией, приняв делегацию Бернской конференции и предложив ей принять участие во всех соответствующих комиссиях Парижской империалистической конференции28.

В колониальном вопросе ясно обнаружилось, что Бернская конференция плывет по руслу либерально-буржуазной колониальной политики, оправдывающей эксплуатацию и порабощение колоний империалистической буржуазией и лишь пытающейся прикрыть ее гуманно-филантропическими фразами. Германские социал-патриоты потребовали, чтобы немецкие колонии продолжали принадлежать германскому государству, т. е. чтобы указанные колонии продолжали эксплуатироваться германским капиталом. Разногласия, проявившиеся по этому поводу, доказывают, что социал-патриоты Антанты стоят, в сущности, на рабовладельческой точке зрения и рассматривают дальнейшее порабощение французских и английских колоний отечественным капиталом как нечто само собою разумеющееся. Этим Бернская конференция показала, что она основательно позабыла лозунг: «Вон из колоний!».

При обсуждении вопроса о «Лиге наций» Бернская конференция показала, что она пошла по стопам тех буржуазных элементов, которые не брезгают ничем, чтобы задушить пролетарскую революцию. Вместо того чтобы разоблачить деяния межсоюзнической конференции в Париже, как разбойничьей шайки, Бернская конференция оказала ей поддержку, унизившись до уровня орудия в руках ее.

Раболепная позиция конференции, предоставившей решение вопроса о законах, касающихся охраны труда, Парижской конференции буржуазных правительств, показывает, что социал-патриоты сознательно высказались за сохранение капиталистического наемного рабства и готовы бросить рабочему классу только подачку в виде ничтожных реформ.

Инспирированные политикой буржуазии попытки заставить Бернскую конференцию принять постановление, которым II Интернационал прикрыл бы вооруженное вмешательство в русские дела, потерпели крушение лишь благодаря стараниям оппозиции. В этой победе бернской оппозиции над явно шовинистическими элементами мы видим косвенное доказательство того, что пролетариат Западной Европы симпатизирует русской пролетарской революции и готов бороться против империалистической буржуазии.

Страх, проявляемый этими лакеями буржуазии перед неизбежным распространением Советов рабочих депутатов, обнаруживается в их трусливом стремлении уклониться от рассмотрения этих явлений всемирно- исторического значения.

Советы рабочих депутатов — это важнейшее явление со времени Парижской Коммуны. Тем, что Бернская конференция игнорировала этот вопрос, она открыто проявила свое духовное убожество, свое теоретическое банкротство.

Конгресс Коммунистического Интернационала считает тот «Интернационал», который пытается воскресить Бернская конференция, желтым Интернационалом штрейкбрехеров, являющимся лишь орудием в руках буржуазии.

Конгресс призывает рабочих всех стран начать самую решительную борьбу против желтого Интернационала и предостеречь широкие массы народа от этого «Интернационала» лжи и обмана.

Принято 6 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1. сверенному с текстом книги «Manifest, Richtlinien, Beschlusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutivkomilees bis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920.

 

МАНИФЕСТ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА К ПРОЛЕТАРИЯМ ВСЕГО МИРА

Семьдесят два года тому назад коммунистическая партия возвестила миру свою программу в виде «Манифеста» 29, написанного величайшими провозвестниками пролетарской революции Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом. Уже в ту пору коммунизм, едва выступивший на арену борьбы, был окружен травлей, ложью, ненавистью и преследованиями имущих классов, которые справедливо предчувствовали в нем своего смертельного врага. За три четверти столетия развитие коммунизма шло сложными путями: наряду с бурями подъема знало периоды упадка, наряду с успехами — жестокие поражения. Но в основе своей движение шло по пути, предуказанному «Манифестом Коммунистической партии». Эпоха последней решительной борьбы наступила позже, чем ожидали и надеялись апостолы социальной революции. Но она наступила. Мы, коммунисты, представители революционного пролетариата разных стран Европы, Америки и Азии, собравшиеся в Советской Москве, чувствуем и сознаем себя преемниками и вершителями дела, программа которого была возвещена 72 года тому назад. Наша задача состоит в том, чтобы обобщить революционный опыт рабочего класса, очистить движение от разлагающей примеси оппортунизма и социал-патриотизма, объединить усилия всех истинно революционных партий мирового пролетариата и тем облегчить и ускорить победу коммунистической революции во всем мире.

* * *

Теперь, когда Европа покрыта обломками и кучами дымящихся развалин, гнуснейшие поджигатели заняты розысками виновников войны. За ними тянутся их слуги — профессора, парламентарии, журналисты, социал-патриоты и прочие политические сутенеры буржуазии.

В течение долгого ряда лет социализм предсказывал неизбежность империалистической войны, видел ее причину в ненасытном собственническом своекорыстии имущих классов обоих главных лагерей и всех вообще капиталистических стран. За два года до взрыва ответственные социалистические вожди всех стран на Базельском конгрессе обличали империализм как виновника грядущей войны и угрожали буржуазии обрушить на ее голову социалистическую революцию как пролетарское возмездие за преступления милитаризма. Теперь, после опыта пяти лет, после того, как история, обнаружив хищные аппетиты Германии, раскрывает не менее преступные действия держав Антанты, государственные социалисты стран Антанты, вслед за своими правительствами, продолжают открывать виновника войны в низвергнутом германском кайзере 30. Более того, германские социал-патриоты, которые объявили в августе 1914 г. дипломатическую «Белую книгу» Гогенцоллерна31 священнейшим евангелием народов, ныне вместе с социалистами стран Антанты с подлой угодливостью обвиняют свергнутую германскую монархию, которой они ранее рабски служили, как главного виновника войны. Таким путем они надеются заставить забыть свою собственную вину и одновременно заслужить благоволение победителей. Но наряду с ролью низвергнутых династий — Романовых, Гогенцоллернов и Габсбургов и капиталистических клик этих стран — роль правящих классов Франции, Англии, Италии, Соединенных Штатов выступает во всей своей неизмеримой преступности в свете развернувшихся событий и дипломатических разоблачений.

Английская дипломатия до самого момента взрыва войны не снимала с себя таинственного забрала. Правительство Сити опасалось ясно обнаружить свое намерение выступить в войне на стороне стран Антанты, чтобы не запугать правительство Берлина и не заставить его отказаться от войны. В Лондоне хотели войны. Поэтому держали себя так, что в Берлине и Вене надеялись на нейтралитет Англии, в то время как в Париже и Петрограде твердо рассчитывали на ее вмешательство.

Подготовленная ходом развития в течение десятилетий война была спущена с цепей при прямой и сознательной провокации Великобритании. Правительство последней рассчитывало при этом оказывать поддержку России и Франции лишь настолько, чтобы, истощая их, истощить Германию, своего смертельного врага. Но могущество немецкой военщины оказалось слишком грозным и потребовало не показного, а действительного вмешательства Англии в войну. Роль «смеющегося третьего», на которую по старой традиции претендовала Великобритания, выпала на долю Соединенных Штатов.

Правительство Вашингтона тем легче примирилось с английской блокадой, которая ограничивала возможности спекуляции американской биржи на европейской крови, что страны Антанты щедрыми барышами возместили американской буржуазии нарушение «международного права». Огромный военный перевес Германии побудил, однако, и правительство Вашингтона выйти из состояния фиктивного нейтралитета. Соединенные Штаты взяли на себя по отношению к Европе в целом ту роль, которую в прошлых войнах играла, а в последней пыталась сыграть Англия по отношению к континенту, а именно — ослаблять один лагерь при помощи другого, вмешиваясь в военные операции лишь настолько, чтобы обеспечить за собой все выгоды положения. Ставка Вильсона, согласно методам американской лотереи, была невелика, но она была последней и тем обеспечила за ним выигрыш.

Противоречия капиталистического строя предстали в результате войны перед человечеством в виде животных мук голода, холода, эпидемических болезней, нравственного одичания. Этим безапелляционно разрешается академический спор в социализме по поводу теории обнищания и постепенного перехода от капитализма к социализму. Статистики и педанты, сторонники теории притупления противоречий, выуживали в течение десятилетий изо всех уголков мира действительные и мнимые факты, свидетельствующие о повышении благополучия отдельных групп и категорий рабочего класса. Теория обнищания масс считалась погребенной под презрительный свист евнухов буржуазной кафедры и мандаринов социалистического оппортунизма. Ныне это обнищание, уже не социальное только, а физиологическое и биологическое, стоит перед нами во всей своей потрясающей действительности.

Катастрофа империалистической войны смела начисто все завоевания профессиональной и парламентской борьбы. А между тем эта война в такой же мере выросла из внутренних тенденций капитализма, как и те экономические сделки и парламентские компромиссы, которые она погребла в крови и грязи.

Финансовый капитал, ввергший человечество в пучину войны, сам потерпел катастрофическое изменение в этой войне. Зависимость денежных знаков от материальной основы производства оказалась окончательно нарушенной. Все более теряя свое значение средства и регулятора капиталистического товарообмена, бумажные деньги превратились в оружие реквизиции, захвата, вообще военно-экономического насилия.

Перерождение бумажных денег отражает общий смертельный кризис капиталистического товарообмена. Если свободная конкуренция как регулятор производства и распределения вытеснена была в главных областях хозяйства системой трестов и монополий еще в десятилетия, предшествовавшие войне, то ходом войны регулирующе-направляющая роль оказалась вырванной из рук экономических объединений и непосредственно переданной в руки военно-государственной власти. Распределение сырых материалов, использование бакинской или румынской нефти, донецкого угля, украинского хлеба, судьба германских паровозов, вагонов, автомобилей, обеспечение голодающей Европы хлебом и мясом — все эти основные вопросы экономической жизни мира регулируются не свободной конкуренцией и не комбинациями национальных и международных трестов и консорциумов, а непосредственным применением военного насилия, в интересах его дальнейшего сохранения. Если полное подчинение государственной власти финансовому капиталу привело человечество к империалистической бойне, то через эту бойню финансовый капитал до конца милитаризировал не только государство, но и себя самого, и уже не способен выполнять свои основные экономические функции иначе, как посредством железа и крови.

Оппортунисты, которые до мировой войны призывали рабочих к умеренности во имя постепенного перехода к социализму, которые во время войны требовали классового смирения во имя гражданского мира и защиты отечества, снова требуют от пролетариата самоотречения — на этот раз в целях преодоления ужасающих последствий войны. Если бы эта проповедь могла быть воспринята рабочими массами, капиталистическое развитие восстановилось бы на костях нескольких поколений в новых, еще более концентрированных и чудовищных формах с новой перспективой неизбежной мировой войны. К счастью для человечества, это невозможно.

Огосударствление экономической жизни, против которого так протестовал капиталистический либерализм, стало совершившимся фактом. От этого факта назад — не только к свободной конкуренции, но и к господству трестов, синдикатов и других экономических спрутов — возврата уже нет. Вопрос состоит только в том, кто дальше будет носителем огосударствленного производства: империалистическое государство или государство победоносного пролетариата.

Другими словами: станет ли все трудящееся человечество крепостным данником победоносной мировой клики, которая под фирмой Лиги наций, при помощи «интернациональной» армии и «интернационального» флота, будет грабить и душить одних, подкармливать других, везде и всюду налагая оковы на пролетариат — с единственной целью поддержать свое собственное господство? Или же рабочий класс Европы и передовых стран других частей света сам овладеет расстроенным, разрушенным хозяйством, чтобы обеспечить его возрождение на социалистических началах?

Сократить эпоху переживаемого кризиса возможно только мерами пролетарской диктатуры, которая не озирается на прошлое, не считается ни с наследственными привилегиями, ни с правами собственности, исходит из потребностей спасения голодающих масс, мобилизует в этих целях все средства и силы, вводит всеобщую трудовую повинность, устанавливает режим трудовой дисциплины, чтобы таким путем в течение нескольких лет не только залечить зияющие раны, нанесенные войной, но и поднять человечество на новую, еще небывалую высоту.

* * *

Национальное государство, давшее могущественный толчок капиталистическому развитию, стало слишком тесно для развития производительных сил. Тем более шатким оказалось положение мелких государств, вкрапленных между большими державами Европы и других частей света. Эти мелкие государства, возникшие в разное время, как обрезки больших, как разменная монета при оплате разных услуг, как стратегические буфера, имеют свои династии, свои правящие клики, свои империалистические притязания, свои дипломатические плутни. Их призрачная независимость держалась до войны на том же, на чем держалось равновесие Европы: на непрерывном антагонизме двух империалистических лагерей. Война это равновесие нарушила. Дав сперва громадный перевес Германии, она заставила мелкие государства искать свое спасение в великодушии германского милитаризма. После того как Германия оказалась разбитой, буржуазия мелких государств, совместно со своими патриотическими «социалистами», повернулась навстречу победоносному империализму союзников и в лицемерных пунктах вильсоновской программы стала искать гарантии своего дальнейшего самостоятельного существования. Вместе с тем, число мелких государств возросло: из состава Австро-Венгерской монархии, из частей царской империи выделились новые государства, которые, едва родившись, уже вцепляются друг другу в горло из-за государственных границ. Союзные империалисты тем временем подготовляют комбинации мелких держав, старых и новых, чтобы связать их круговой порукой взаимной ненависти и общего бессилия.

Подавляя и насилуя мелкие и слабые народы, обрекая их на голод и унижение, империалисты Антанты совершенно так же, как некоторое время тому назад империалисты центральных держав, не перестают говорить о праве наций на самоопределение, которое ныне окончательно растоптано в Европе и во всех остальных частях света.

Обеспечить малым народам возможность свободного существования может только пролетарская революция, которая освободит производительные силы всех стран из тисков национальных государств, объединив народы в теснейшем хозяйственном сотрудничестве на основе общего хозяйственного плана, и даст возможность самому слабому и малочисленному народу свободно и независимо управлять делами своей национальной культуры, без всякого ущерба для объединенного и централизованного европейского и мирового хозяйства.

Последняя война, которая явилась в значительной мере войной из-за колоний, была в то же время войной при помощи колоний. В небывалых ранее размерах население колоний было вовлечено в европейскую войну. Индийцы, негры, арабы, мальгаши сражались на территории Европы — во имя чего? — во имя своего права и дальше оставаться рабами Англии и Франции. Никогда еще картина бесчестия капиталистического господства в колониях не была более бесстыдна, никогда проблема колониального рабства не была поставлена с такой остротой, как теперь.

Отсюда ряд открытых восстаний и революционное брожение во всех колониях. В самой Европе Ирландия напоминала в кровавых уличных боях 32, что она все еще остается и чувствует себя порабощенной страной. На Мадагаскаре 33, в Аннаме 34 и других местах войска буржуазной республики не раз усмиряли за время войны восстания колониальных рабов. В Индии революционное движение не прекращалось ни на один день и за последнее время привело к могущественнейшей В Азии забастовке рабочих, на которую великобританское правительство ответило действиями бронеавтомобилей в Бомбее 35.

Таким образом, колониальный вопрос поставлен во весь рост не только на картах дипломатического конгресса в Париже, но и в самих колониях. Программа Вильсона имеет своей задачей, в лучшем случае, изменить этикетку колониального рабства. Освобождение колоний мыслимо только вместе с освобождением рабочего класса метрополий. Рабочие и крестьяне не только Аннама, Алжира, Бенгалии, но и Персии и Армении, получат возможность самостоятельного существования лишь в тот час, когда рабочие Англии и Франции, низвергнув Ллойд Джорджа и Клемансо, возьмут в свои руки государственную власть. В более развитых колониях борьба уже сейчас идет не только под знаменем национального освобождения, но сразу принимает более или менее ярко выраженный социальный характер. Если капиталистическая Европа насильственно вовлекала самые отсталые части света в водоворот капиталистических отношений, то Европа социалистическая придет освобожденным колониям на помощь своей техникой, своей организацией, своим идейным влиянием, чтобы облегчить их переход к планомерно организованному социалистическому хозяйству.

Колониальные рабы Африки и Азии! Час пролетарской диктатуры в Европе пробьет для вас как час вашего освобождения.

Весь буржуазный мир обвиняет коммунистов в уничтожении свободы и политической демократии. Эта неправда. Приходя к власти, пролетариат только обнаруживает полную невозможность применения методов буржуазной демократии и создает условия и формы новой, более высокой, рабочей демократии. Весь ход капиталистического развития, особенно в последнюю империалистическую эпоху, подрывал политическую демократию не только тем, что расчленял нации на два непримиримо враждебных класса, но и тем, что обрекал на экономическое прозябание и политическое бессилие многочисленные мелкобуржуазные и полупролетарские слои, а также наиболее обездоленные низы самого пролетариата.

Рабочий класс тех стран, где историческое развитие дало ему эту возможность, использовал режим политической демократии для своей организации против капитала. То же самое будет происходить и дальше в тех странах, где не созрели еще условия для рабочей революции. Но широкие промежуточные слои не только в деревнях, но и в городах, удерживаются капитализмом далеко позади, отставая от исторического развития на целые эпохи.

Баварский и баденский крестьянин, не видящий ничего дальше своей сельской колокольни, французский мелкий винодел, разоряемый крупнокапиталистической фальсификацией вина, мелкий американский фермер, обираемый и обманываемый банкирами и депутатами — все эти отброшенные капитализмом от большой дороги развития социальные слои на бумаге призваны режимом политической демократии к управлению государством. Но на деле во всех основных вопросах, определяющих судьбу народов, финансовая олигархия выносит свои решения за спиной парламентской демократии. Так было прежде в вопросе о войне, так теперь происходит в вопросе о мире. Поскольку финансовая олигархия еще дает себе труд освящать свои насильнические действия парламентскими голосованиями, в распоряжении буржуазного государства для достижения необходимых результатов оказываются все средства лжи, демагогии, травли, клеветы, подкупа, террора, унаследованные от прошлых веков классового рабства и помноженные на все чудеса капиталистической техники.

Требовать от пролетариата, чтобы он в последней схватке, не на жизнь, а на смерть, с капиталом благочестиво соблюдал требования политической демократии — то же самое, что требовать от человека, защищающего свою жизнь и существование против разбойников, чтобы он соблюдал искусственные и условные правила французской борьбы, установленные его врагом и этим врагом не соблюдаемые.

В царстве разрушения, где не только средства производства и транспорта, но и учреждения политической демократии представляют собой груды окровавленных обломков, пролетариат вынужден создавать свой собственный аппарат, служащий прежде всего для сохранения внутренней связи самого рабочего класса и обеспечивающий возможность его революционного вмешательства в дальнейшее развитие человечества. Этим аппаратом являются рабочие Советы. Старые партии, старые организации профессиональных союзов оказались в лице своих руководящих верхов неспособными не только разрешить, но и понять задачи, которые ставит новая эпоха. Пролетариат создал новый тип организации, широкой, охватывающей рабочие массы независимо от профессии и от достигнутого уровня политического развития, аппарат гибкий, способный непрестанно обновляться, расширяться, вовлекать в свою сферу все новые и новые слои, открывать свои двери для близких пролетариату трудящихся слоев города и деревни. Эта незаменимая организация самоуправления рабочего класса, его борьбы, а в дальнейшем и завоевания им государственной власти испытана на опыте в разных странах и составляет величайшее достижение и мощное орудие пролетариата в нашу эпоху.

 

В.И.Ленин выступает с докладом о международном положении на заседании II конгресса Коминтерна. Петроград, 19 июля 1920 г.

 

Во всех странах, где трудящиеся массы живут сознательной жизнью, строятся ныне и будут строиться Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Укреплять Советы, поднимать их авторитет, противопоставлять их государственному аппарату буржуазии — такова сейчас важнейшая задача классово сознательных и честных рабочих всех стран. Через посредство Советов рабочий класс способен спасти себя от разложения, которое вносят в его среду адские муки войны, голода, насилие имущих и предательство бывших вождей. Через посредство Советов рабочий класс вернее и легче всего может прийти к власти во всех странах, где Советы сосредоточат вокруг себя большинство трудящихся. Через посредство Советов завоевавший власть рабочий класс будет управлять всеми областями экономической и культурной жизни страны, как это уже происходит в настоящее время в России.

Крушение империалистического государства, от царистского до самого «демократического», идет одновременно с крушением империалистической военной системы. Многомиллионные армии, мобилизованные империализмом, могли держаться лишь до тех пор, пока пролетариат покорно шел под ярмом буржуазии. Развал национального единства означает неизбежный развал армии. Так произошло сперва в России, затем в Австро-Венгрии и Германии. Того же следует ожидать и в других империалистических странах. Восстание крестьянина против помещика, рабочего против капиталиста, обоих против монархической или «демократической» бюрократии неизбежно влечет за собою восстание солдат против командиров, а в дальнейшем — острый раскол между пролетарскими и буржуазными элементами армии. Империалистическая война, противопоставлявшая нацию нации, перешла и переходит в гражданскую войну, противопоставляющую класс классу.

Вопли буржуазного мира против гражданской войны и красного террора представляют собою самое чудовищное лицемерие, какое знала история политической борьбы. Гражданской войны не было бы, если бы клики эксплуататоров, приведшие человечество на край гибели, не сопротивлялись каждому шагу вперед трудящихся масс, не организовывали заговоров и убийств и не призывали вооруженной помощи извне для удержания или восстановления своих грабительских привилегий.

Гражданская война навязывается рабочему классу его смертельными врагами. Рабочий класс должен отвечать на удар ударом, если он не намерен отказываться от себя, от своей будущности, которая есть будущность всего человечества.

Никогда не вызывая искусственно гражданской войны, коммунистические партии стремятся сократить по возможности ее длительность, когда она с железной необходимостью возникает, уменьшить число ее жертв и прежде всего обеспечить победу за пролетариатом. Отсюда вытекает необходимость своевременного разоружения буржуазии, вооружения рабочих, создания коммунистической армии, как защитницы власти пролетариата и неприкосновенности его социалистического строительства. Такова Красная Армия Советской России, которая возникла и существует как оплот завоеваний рабочего класса от всяких нападений изнутри и извне. Советская армия неотделима от Советского государства.

Сознавая всемирно-исторический характер своих задач, передовые рабочие уже с первых шагов организованного социалистического движения стремились к его международному объединению. Начало ему было положено в 1864 г. в Лондоне, в I Интернационале36. Франко-прусская война37, из которой выросла Германия Гогенцоллернов, подкосила I Интернационал, дав в то же время толчок развитию национальных рабочих партий. Уже в 1889 г. эти партии объединяются на съезде в Париже и создают организацию II Интернационала. Но центр тяжести рабочего движения лежал в этот период целиком на национальной почве, в рамках национальных государств, на основе национальной промышленности, в области национального парламентаризма. Десятилетия организационной и реформаторской работы создали целое поколение вождей, которые на словах признавали в большинстве своем программу социальной революции, но на деле отреклись от нее, погрязли в реформизме, в покорном приспособлении к буржуазному государству. Оппортунистический характер руководящих партий II Интернационала вскрылся до конца и привел к величайшему в мировой истории краху в момент, когда ход исторических событий потребовал от партий рабочего класса революционных методов борьбы. Если война 1870 г. нанесла удар I Интернационалу, обнаружив, что за его социально-революционной программой нет еще сплоченной силы масс, то война 1914 г. убила II Интернационал, обнаружив, что над сплоченными рабочими массами стоят партии, превратившиеся в подчиненные органы буржуазного государства.

* * *

Это относится не только к социал-патриотам, ныне явно и открыто перешедшим в лагерь буржуазии, ставшим ее излюбленными уполномоченными и доверенными лицами, наиболее надежными палачами рабочего класса, но и к расплывчатому, неустойчивому течению социалистического центра, которое пытается восстановить II Интернационал, т. е. ограниченность, оппортунизм, революционное бессилие его руководящих верхов. Независимая партия в Германии, нынешнее большинство Французской социалистической партии38, группа меньшевиков в России, Независимая рабочая партия Англии 39 и другие подобные им группы фактически пытаются заполнить собой то место, какое до войны занимали старые официальные партии II Интернационала, выступая по-прежнему с идеями компромисса и соглашения, парализуя всеми способами энергию пролетариата, затягивая кризис и тем усугубляя бедствия Европы. Борьба с социалистическим центром является необходимым условием успеха борьбы с империализмом.

Отметая прочь половинчатость, ложь и гниль изживших себя официальных социалистических партий, мы, коммунисты, объединенные в III Интернационале, сознаем себя прямыми продолжателями героических усилий и мученичества длинного ряда революционных поколений от Бабёфа до Карла Либкнехта и Розы Люксембург.

Если I Интернационал предвосхищал будущее развитие и намечал его пути, если II Интернационал собирал и организовывал миллионы пролетариев, то III Интернационал является Интернационалом открытого массового действия, Интернационалом, революционного осуществления, Интернационалом дела.

Социалистическая критика достаточно бичевала буржуазный миропорядок. Задача международной коммунистической партии состоит в том, чтобы опрокинуть его и воздвигнуть на его месте здание социалистического строя. Мы призываем рабочих и работниц всех стран к объединению под коммунистическим знаменем, которое уже является знаменем первых великих побед.

Пролетарии всех стран! В борьбе против империалистического варварства, против монархии, против привилегированных сословий, против буржуазного государства и буржуазной собственности, против всех видов и форм классового или национального гнета — объединяйтесь!

Под знаменем рабочих Советов, революционной борьбы за власть и диктатуру пролетариата, под знаменем III Интернационала, пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Принято 6 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1, сверенному с текстом книги «Manifest, Pdchilinien, Beschliisse des Ersien Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutivkomitees bis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920

 

РЕЗОЛЮЦИЯ О БЕЛОМ ТЕРРОРЕ

Капиталистическая система была с самого своего возникновения системой грабежа, массового убийства. Ужасы первоначального накопления, колониальная политика, которая наряду с библией, сифилисом и водкой несла также и беспощадное истребление целых племен и народов; нищета, голодная смерть, истощение и преждевременная гибель сотен миллионов порабощенных пролетариев; кровавая расправа с рабочим классом, когда он поднимался против своих угнетателей; наконец, громадная чудовищная бойня, которая превратила мировое производство в производство миллионов человеческих трупов,— такова картина капиталистического строя.

С начала войны господствующие классы, которые перебили и перерезали на полях сражения более десяти миллионов человек и в несколько раз больше искалечили,— установили внутри своих стран режим кровавой диктатуры. Царское правительство стреляло и вешало рабочих, устраивало еврейские погромы, истребляло все живое в стране; австрийская монархия топила в крови возмущение украинских и чешских крестьян и рабочих, английская буржуазия бесчеловечно вырезала лучших представителей ирландского народа; германский империализм свирепствовал внутри страны, и первыми жертвами этого чудовища были революционные матросы 40; во Франции расстреливали русских солдат, не желавших защищать интересы французских банкиров 41; в Америке буржуазия линчевала интернационалистов, присуждала сотни лучших представителей пролетариата к двадцатилетней каторге, расстреливала рабочих за стачки.

Когда империалистическая война стала превращаться в войну гражданскую и перед господствующими классами, перед этими величайшими преступниками, каких только знала человеческая история, встала смертельная опасность гибели всего их кровавого режима, еще бешенее сделалась их жестокость.

В борьбе за сохранение капиталистического строя буржуазия прибегает к неслыханным приемам, перед которыми бледнеют все жестокости средневековья, инквизиции, колониального грабежа.

Вся реакционная роль класса буржуазия, который, стоя у края своей могилы, физически, истребляет теперь самую важную производительную силу человеческого общества — пролетариат, вскрылась здесь во всей своей отвратительной наготе.

Русские генералы — это живое воплощение царского режима, при прямой или косвенной поддержке социал-изменников, расстреливали и расстреливают рабочих массами; во время господства социалистов-революционеров и меньшевиков тысячи рабочих и крестьян наполняли тюрьмы, генералы истребляли за непослушание целые полки. Теперь Краснов и Деникин, пользующиеся благосклонным содействием держав Антанты, перебили и перевешали десятки тысяч рабочих, расстреливая «каждого десятого», оставляя висеть трупы по три дня на виселицах для устрашения тех, кто остался в живых; на Урале и в Поволжье чехословацко-белогвардейские банды отрубали руки и ноги пленным, топили их в Волге, закапывали живыми в землю; в Сибири царские генералы убили тысячи коммунистов, уничтожили бесчисленное множество рабочих и крестьян.

Германские и австрийские буржуа и социал-предатели своим белым террором обнаружили полностью свою каннибальскую природу: на Украине они вешали на передвижных железных виселицах ограбленных ими рабочих и крестьян, коммунистов, своих собственных земляков, наших, австрийских и немецких товарищей. В Финляндии, этой стране буржуазного демократизма, они помогли финским буржуа истребить 12—14 тысяч пролетариев и замучили насмерть в тюрьмах больше 15 тысяч; в Гельсингфорсе они погнали женщин и детей, как свою защиту, под пулеметный огонь. Благодаря их поддержке стали возможны кровавые оргии финских белогвардейцев и шведских приспешников против побежденного финского пролетариата. В Таммерфорсе с их помощью заставили женщин и детей, приговоренных к смертной казни, рыть себе могилы. В Выборге убили сотни финских и русских мужчин, женщин и детей.

У себя дома германские буржуа и германские социал-демократы кровавым подавлением рабочего коммунистического восстания, зверским убийством Либкнехта и Люксембург, убийством и уничтожением рабочих- спартаковцев проявили крайнюю степень реакционного бешенства. Массовый и индивидуальный (Курт Эйсиер) белый террор — вот знамя, под которым идет буржуазия.

Та же картина наблюдается и в других странах. В демократической Швейцарии все готово к казням рабочих, если они посмеют нарушить капиталистический закон. В Америке каторга, электрический стул и суд Линча являются самыми излюбленными символами демократии и свободы. В Венгрии и в Англии, в Чехии и в Польше — всюду одно и то же. Ни перед чем не останавливаются буржуазные убийцы. Разжигая для укрепления своего господства шовинизм, они (например, украинская буржуазная демократия, руководимая меньшевиком Петлюрой, польская во главе с социал-патриотом Пилсудским и т. д.) устраивают чудовищные еврейские погромы, далеко превзошедшие погромы, подстраивавшиеся царскими полицейскими. И если польская реакционная и «социалистическая» сволочь убила представителей русского Красного Креста 42, то это капля в море злодейств и преступлений гибнущего буржуазного каннибализма.

«Лига наций», долженствующая, согласно заявлениям своих творцов, принести мир, идет кровавой войной на пролетариев всех стран. Державы Антанты, спасая свое господство, руками чернокожих войск прокладывают путь невиданно свирепому белому террору.

Первый конгресс Коммунистического Интернационала, клеймя проклятием капиталистических убийц и их социал-демократических помощников, призывает рабочих всех стран напрячь все свои силы, чтобы покончить навсегда с системой убийства и грабежа, свергнув власть капиталистического режима.

Принято 6 марта 1919 г

Печатается по тексту книги «Коммунистический Интернационал в документах 1919—1932», М., 1933, сверенному с текстом книги «Manifest Richtlinien, Beschlusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutivkomitees bis гит Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920

 

РЕЗОЛЮЦИЯ О ПРИВЛЕЧЕНИИ РАБОТНИЦ К БОРЬБЕ ЗА СОЦИАЛИЗМ

Конгресс Коммунистического Интернационала констатирует, что успешное выполнение всех стоящих перед ним задач, а также окончательная победа мирового пролетариата и полное уничтожение капиталистического строя могут быть обеспечены лишь тесно объединенной, совместной борьбой мужчин и женщин рабочего класса.

Усиленно возрастающее применение женского труда во всех отраслях народного хозяйства, тот факт, что не менее половины всех ценностей мира производится руками женщин, с другой стороны, общепризнанная важная роль, которую пролетарские женщины играют в создании нового, коммунистического общественного строя, в особенности при переходе к коммунистическому быту, при преобразовании семьи и введении социалистического общественного воспитания детей, задача которого подготовлять для Советских республик работоспособных, проникнутых духом солидарности граждан,— все это делает настоятельной задачей всех примкнувших к Коммунистическому Интернационалу партий выступить со всей силою и энергией для привлечения пролетарских женщин к партии и использовать все средства для воспитания работниц в духе новых общественных форм и коммунистической этики в социальной и семейной жизни.

Диктатура пролетариата может быть осуществлена и сохранена лишь при энергичном и активном участии женщин рабочего класса.

Принято 6 марта 1919 г.

Печатается по тексту книги «Первый конгресс Коминтерна. Март 1919 г.», М.. 1933, сверенному чс текстом книги «Manifest, Richtlinien, Beschlusse des Erslen Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exehutivkomitees bis turn Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920

 

К РАБОЧИМ ВСЕХ СТРАН

Первый конгресс III Интернационала, собравшийся 5 марта 1919 г. в Кремле, выражает свои чувства благодарности и восхищения русскому революционному пролетариату и его руководящей партии — Коммунистической партии большевиков.

Великая революция, вернувшая социалистическое учение, которое оппортунисты извращали в течение столь долгого времени, к его первоисточнику — марксизму, те сверхчеловеческие усилия, которые применяются уже в продолжение почти полутора лет, чтобы создать на месте старого буржуазного мира новый, коммунистический общественный строй как в области моральной и интеллектуальной культуры, так и в области материальной коллективной или частной — политической, экономической или социальной жизни, помощь, которую русская революция все время оказывала рабочим всех стран в их борьбе против милитаристских и деспотических правительств,— все это должно вызвать всеобщее воодушевление и одобрение рабочего класса всех стран.

В деле создания нового общества на основах труда и равенства достигнуты уже огромные успехи: вся крупная промышленность стала общественным достоянием, управляемым в целом Высшим Советом Народного Хозяйства 43, и отдельные части его находятся в ведении рабочих комитетов. Издан Кодекс законов о труде 44, в котором нашел свое осуществление ряд преобразований, превосходящих старую программу-минимум социал-демократической партии 45. Суды, университеты, больницы, дворцы, короче говоря — все общественные учреждения, фактически перешли уже в руки народа. В различных других областях жизни освобождение пролетариата не только началось, оно уже осуществлено.

Революция распространяет свое освободительное и преобразующее влияние и на деревню; недостаточно было отдать всю землю крестьянам и освободить их от духовного и материального гнета деревенских кулаков — эти реформы были уже проведены в ноябре 1917 г. и в марте 1918 г.46; теперь энергично приступлено к эксплуатации освобожденной земли и к организации ее обработки на коммунистических началах как в сельских общинах, так и в крупных государственных имениях, в которых властью применяются все последние изобретения агрономической науки и таким образом дается плодотворный пример образцовой обработки земель.

Конечная цель всех этих реформ в том, чтобы увеличить производительность труда и вместе с тем благосостояние народа.

Однако не вина советского строя и большевизма, если эта цель до сих пор еще не достигнута, если население центра России страдает от голода и от все возрастающего недостатка готовых продуктов. Ибо, напротив того, только советский строй и большевизм оказались в силах коренным образом покончить с состоянием анархии и хаоса, вызванным Керенским и буржуазной демократией; лишь они дали стране возможность до сих нор сохранить свою экономическую жизнь.

Ответственность за кризис падает исключительно на внутренних и внешних врагов Советской власти, ибо путем саботажа, заговоров и военных интервенций они принудили Россию обратить большую часть своих сил, жизненных источников и средств на создание новой армии.

Несмотря на свое горячее желание мира, весь русский народ мужественно осознал и признал эту необходимость. Всем известно, как необычайно успешно Советская власть сумела выполнить эту огромную задачу. Если обвинять большевизм, то лучший способ убедиться, лежит ли на нем вина или нет, заключался бы в том, чтобы державы Антанты перестали вынуждать Советскую власть к самообороне.

Для этого они не только должны перестать посылать вооруженные отряды в Россию и оккупировать её гавани, но должны также отказаться от всякого воздействия изнутри, должны перестать поддерживать деньгами, оружием и техническими средствами контрреволюционные банды, которые без помощи Антанты скоро распались бы сами собою.

Тогда солдаты Красной Армии могли бы вернуться к своим семьям и лучшие работники, преданные организаторы, испытанные инженеры оказались бы в распоряжении Советской власти. Их деятельность в области мирного хозяйственного труда скоро привела бы к весьма существенным результатам.

Не следует, однако, упускать из виду, что молодая русская промышленность никогда не обходилась без помощи внешних сил. Антанта парализует организацию новой хозяйственной жизни тем, что запрещает иностранным специалистам, фактически стоявшим во главе русской промышленности, вернуться обратно в Россию. Она препятствует восстановлению и содержанию фабрик, транспорту сырья и топлива, она разрушает промышленность и подвергает народ последствиям безработицы — тем, что не допускает ввоза в Россию машин, вагонов и локомотивов. Отсутствие транспорта делает невозможным снабжение городов жизненными припасами. Даже урожаю грозит опасность, так как крестьяне больше не получают необходимых сельскохозяйственных орудий и инструментов, которые получались все из-за границы.

Советская республика неоднократно официально выражала свое желание пользоваться и в будущем помощью иностранной промышленности и специалистов; она заявила о своей готовности дорого оплачивать их услуги, необходимые в настоящее время для преуспевания экономической жизни России. Однако Антанта, отказавшись даже ответить на эти предложения, проводит строгую блокаду путем угроз и насилия, применяемых к России и даже к центральным европейским державам и нейтральным  странам.

Рабочие массы всех стран должны потребовать от своих правительств искреннего отказа от всякой прямой или косвенной интервенции в дела Советской России. Чтобы придать этим требованиям определенную форму, конгресс III Интернационала предлагает всем народам следующую программу действий.

Честь, независимость, самые элементарные интересы пролетариев всех стран требуют, чтобы они немедленно действовали и применили бы все (в случае необходимости — и революционные) средства для проведения следующих требований:

1. Невмешательство Антанты во внутренние дела Советской России.

2. Немедленное отозвание всех находящихся в настоящее время в России европейских и азиатских войск союзников.

3. Отказ от всякой прямой или косвенной политики вмешательства, в форме ли провокации или материальной и моральной поддержки русских контрреволюционеров или русских реакционных разбойничьих банд.

4. Аннулирование договоров, которые уже заключены и имеют в виду вмешательство данного государства, русских контрреволюционеров или соседней с Россией страны во внутренние дела Советской республики; немедленное возвращение в свои страны дипломатических и военных миссий, которые правительства Антанты делегировали на север и юг России, в Румынию, Польшу, Финляндию, Чехию с целью провоцирования борьбы против Советской республики.

5. Признание Советской власти, которая после 18-месячного существования более прочна и популярна, чем когда-либо.

6. Возобновление дипломатических сношений, под чем также подразумевается делегирование официального представителя (социалиста) в Россию и признание русского представителя за границей.

7. Допущение делегатов Советского правительства в качестве представителей (и единственных представителей^ русского народа на мирном конгрессе. Европейский мир, который будет рассмотрен и заключен без участия России, окажется в высшей степени непрочным. Было бы гнусно и смешно допустить на конгресс, при отсутствии большевиков или наряду с ними, в качестве представителен всей России или ее части тех фигляров, которые стоят во главе разных областных правительств, искусственно созданных союзниками, существующих лишь благодаря поддержке Антанты и которые, впрочем, представляют едва ли не одни лишь личные стремления и интересы.

8. Снятие экономической блокады, которая скоро может ввергнуть Россию в состояние хозяйственной разрухи и голода.

9. Возобновление торговых сношений и заключение торгового договора.

10. Делегирование в Россию нескольких сотен или даже тысяч организаторов, инженеров, инструкторов и опытных рабочих, в особенности металлистов, для оказания юной социалистической республике реальной помощи в экономической области, прежде всего — в осуществлении важнейшей задачи: в восстановлении подвижного состава, железных дорог и организации транспорта.

Принято 6 марта 1919 г.

Печатается по тексту книги «Первый конгресс Коминтерна. Март 1919 г.», М., 1933, сверенному с текстом книги «Manifest, Richtlinien, Beschlusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutiohomitees bis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920

 

КО ВСЕМ РАБОЧИМ ГЕРМАНИИ, ЦЕНТРАЛЬНОМУ КОМИТЕТУ ГЕРМАНСКОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ И ЦЕНТРАЛЬНОМУ КОМИТЕТУ НЕЗАВИСИМОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ 47

ОТ ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО КОМИТЕТА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА

 

ПО ПОВОДУ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ЛЕЙПЦИГСКОГО СЪЕЗДА НЕЗАВИСИМЫХ О III ИНТЕРНАЦИОНАЛЕ

На последнем съезде U. S. Р. (Независимой социал-демократической партии) 48 было вынесено решение о том, чтобы обратиться к Коммунистическому Интернационалу и другим социально-революционным организациям с предложением объединиться в одной общей международной организации. Исполнительный Комитет III, Коммунистического Интернационала считает своим долгом поставить этот вопрос перед лицом всех революционных рабочих. Исполнительный Комитет полагает, что только открытое обсуждение этого вопроса перед лицом всех широких масс рабочих, а не закулисная сделка поможет объединению всех действительно революционных элементов международной армии пролетариата. Нижеследующее является поэтому ответом на письмо Криспина от 15 декабря, доставленное Исполнительному Комитету III Интернационала и напечатанное в «Freiheit» от 2/1 — 20 р.

 

I. РАБОЧИЕ - «НЕЗАВИСИМЫЕ» И ИХ ВОЖДИ В РЕВОЛЮЦИИ

Коммунистический Интернационал хорошо сознает, что рабочие, входящие в партию «независимых», настроены совсем иначе, чем правая часть их вождей. Из этого мы исходим во всей нашей оценке положения в U. S. Р. Коммунистический. Интернационал рассматривает лейпцигское постановление U. S. Р. как поворот в политической линии этой партии, сделанный под давлением той части германского рабочего класса, которая организована партией. Эта часть рабочего класса на всем опыте революции все больше и больше становится на точку зрения пролетарской диктатуры и массовой борьбы за эту диктатуру под общим знаменем Коммунистического Интернационала. Этому в высокой степени препятствуют оппортунистические партийные правые верхи, которые склонны признавать все, что угодно на словах, но которые всячески тормозят действительное развитие революции. Эти оппортунистические «Zentrumsleute» во время империалистской войны удерживали пролетариат от всяких активных массовых выступлений, поддерживали предательскую линию защиты буржуазного «отечества», отрицали необходимость нелегальной организации, в ужасе отступали перед мыслью о гражданской войне. С началом революции они вошли в общее правительство с открытыми изменниками рабочего класса — шейдемановцами, санкционировали подлую высылку берлинского посольства российского пролетариата, поддерживали политику разрыва дипломатических отношений с Советской Республикой49. Правые вожди «независимых» с самого начала Германской революции 50 проповедовали Германии ориентацию на Антанту, всеми силами сопротивляясь союзу Германии с Советской Россией. Правые вожди «независимых» систематически сеяли среди трудящихся Германии мелкобуржуазные иллюзии на счет сущности «вильсонизма». Правые вожди «независимых» превозносили Вильсона, рисуя его защитником справедливого мира, представителем «демократии» и т. д. Благодаря тактике этих правых вождей, оказалась в полной целости государственная машина вильгельмовской империи, которая лишь прикрыла себя республиканским флагом.

В решительные моменты борьбы с палачами рабочего класса — Носке и К0 — правые вожди «независимцев» вели «примирительную» линию бесчестных маклеров, расслабили революционную волю рабочих, разлагали боевое единство пролетариата и тем способствовали его поражению.

Сперва они отрицали диктатуру Советов вообще и стояли целиком на точке зрения буржуазных демократов. Потом они стали проповедовать мешанину (проект Гильфердинга) из Советов и Учредительного собрания. До сих пор они колеблются еще между тем и другим, когда речь идет о действии. Их литературные представители (Каутский), объединяясь в одних издательствах с буржуазными пацифистами, «демократами» и откровенными служителями Биржи и Банка, не находят лучшего занятия, чем подбирать грязные сплетни российских и иных контрреволюционеров о русской революции. Такая же из ряда вон выходящая вздорная и бесчестная клевета, как мнимая «социализация женщин» в России, придуманная генералами и шпионами Антанты, находит себе место в книге Каутского. Последнее произведение этого писателя «Терроризм и коммунизм» выходит в том же издательстве, что и сборник подложных, изобретенных в Америке, документов о «продажности» большевиков немецкому генеральному штабу.

Достаточно этих примеров, чтобы показать истинную физиономию ряда правых вождей U. S. Г. Рабочие, организованные в эту партию, должны понять, что без полного разрыва с такими правыми вождями рабочая партия не может облегчать развитие пролетарской революции.

Теперь совершенно уже выяснилось, что революция в Германии идет таким мучительным путем потому, что шейдемановцам удалось разоружить парод, что начало революции не привело к соединению Германии и Советской России, что сохранился старый аппарат власти. Громадная доля вины и ответственности за это падает на правых вождей U. S. Г.

Для выпрямления линии необходимо понимание всех ошибок и их исправление. В этом, в первую голову, состоит задача рабочих—«независимых», которые должны выпрямить партийную линию, хотя бы и через голову некоторых своих вождей.

 

II. ОСНОВНЫЕ ОШИБКИ U. S. Р. И ПАРТИЙ ЦЕНТРА ВООБЩЕ

Идеология вождей U.S.Г. не есть явление специфически-германское. На такой же точке зрения стоят лонготисты во Франции 51, I. L. Г. в Англии, в Америке Социалистическая партия (A. S. Г.) 52 и другие. Их характерной особенностью является постоянное колебание между открытым социал-предательством типа Носке и линией революционного пролетариата, т. е. коммунизмом. Эти ошибки мы излагаем в нижеследующих пунктах:

1) Диктатура пролетариата означает свержение буржуазии одним классом, пролетариатом, и притом именно его революционным авангардом. Требовать, чтобы предварительно этот авангард приобрел себе большинство народа путем голосования в буржуазные парламенты, в буржуазные учредилки и пр., т. е. путем голосования при существовании наемного рабства, при существовании эксплуататоров, под их гнетом, при существовании частной собственности на средства производства; требовать этого или предполагать это — значит на деле совершенно покидать точку зрения диктатуры пролетариата и переходить фактически на точку зрения буржуазной демократии.

Именно так поступают правые вожди немецких «независимцев» и французских лонгетистов. Повторяя фразы мелкобуржуазных демократов о большинстве «народа» (обманутого буржуазией и придавленного капиталом), эти партии объективно стоят еще на стороне буржуазии.

2) Диктатура пролетариата означает сознание необходимости подавить насилием сопротивление эксплуататоров, готовность, умение, решимость сделать это. А так как буржуазия, даже самая республиканская и демократическая (иапр., в Германии, в Швейцарии, в Америке), систематически прибегает к погромам, к линчеванию, к убийству, к военному насилию, к террору против коммунистов и на деле против всяких революционных шагов пролетариата, то при этих условиях отрекаться от насилия, от террора — значит превращаться в плаксивого мелкого буржуа, значит сеять реакционные мещанские иллюзии о социальном мире, значит — говоря конкретно — трусить рубаки-офицера.

Ибо преступнейшая и реакционнейшая империалистская война 1914 — 1918 годов воспитала во всех странах и выдвинула на авансцену политики во всех, даже самых демократических республиках, именно десятки и десятки тысяч реакционных офицеров, готовящих террор и осуществляющих террор в пользу буржуазии, в пользу капитала, против пролетариата.

Речи некоторых вождей «независимых» на Лейпцигском съезде по вопросу о «моральной недопустимости» террора со стороны рабочих, по отношению к белогвардейским палачам пролетариата показывают, что эти вожди насквозь проникнуты мелкобуржуазными взглядами.

Поэтому то отношение к террору, которое проявляют на деле в парламентских речах, в газетных статьях, во всей агитации и пропаганде правые вожди немецких «независимцев» и французских лонгетистов, есть фактический переход на позицию мелкобуржуазной демократии, есть развращение революционного сознания рабочих.

3) То же относится к гражданской войне. После империалистской войны, перед лицом реакционных генералов и офицеров, применяющих террор против пролетариата, перед лицом того факта, что новые империалистские войны уже готовятся теперешней политикой всех буржуазных государств — и не только готовятся сознательно, но и вытекают с объективной неизбежностью изо всей их политики,— при таких условиях, в такой обстановке оплакивать гражданскую войну против эксплуататоров, осуждать ее, бояться ее — это означает становиться на деле реакционером.

Это значит бояться победы рабочих, которая может стоить десятков тысяч жертв, и наверняка допускать новую бойню империалистов, которая стоила вчера и будет стоить завтра миллионов жертв.

Это значит поощрять фактически реакционные и насильнические замашки, замыслы и приготовления буржуазных генералов и буржуазных офицеров.

Именно так реакционна на деле слащавая, мелкобуржуазная сентиментальная позиция правых вождей немецких «независимцев» и французских лонгетистов в вопросе о гражданской войне. Закрывают глаза на происки белой гвардии, подготовку ее буржуазией, создание ее буржуазией и лицемерно, фарисейски (или трусливо) отворачиваются от работы по созданию красной гвардии, красной армии пролетариев, способной подавить сопротивление эксплуататоров.

4) Диктатура пролетариата и Советская власть означают ясное сознание необходимости разбить, сломать вдребезги буржуазный (хотя бы и республикански-демократический) государственный аппарат, суды, бюрократию, гражданскую и военную, и т. д.

Ни сознания этой истины, ни повседневной агитации в ее пользу правые вожди немецких «независимцев» и французских лонгетистов не обнаруживают. Хуже того, они ведут всю агитацию в противоположном духе.

5) Всякая революция, в отличие от реформы, означает кризис, и весьма глубокий кризис, как политический, так и экономический, сама по себе. Это — независимо от кризиса, созданного войной.

Задача революционной партии пролетариата — разъяснять рабочим и крестьянам, что надо иметь мужество смело встретить этот кризис и найти в революционных мерах источник силы для преодоления этого кризиса. Только преодолевая величайшие кризисы с революционным энтузиазмом, с революционной энергией, с революционной готовностью на самые тяжелые жертвы, пролетариат может победить эксплуататоров и окончательно избавить человечество от войны, от гнета капитала, от наемного рабства.

Иного выхода нет, ибо реформистское отношение к капитализму породило вчера (и неизбежно породит завтра) империалистическую бойню миллионов людей и всякие кризисы без конца.

Этой основной мысли, без которой диктатура пролетариата есть пустая фраза, «независимцы» и лонгетисты не понимают, в своей пропаганде и агитации ее не обнаруживают, не разъясняют массам.

Наоборот, они всячески запугивают пролетариат теми трудностями, которые влечет за собой пролетарская революция. Объективно же, только на основе пролетарской диктатуры и мыслимо возрождение хозяйства, ибо на капиталистическом базисе возможно сейчас лишь постоянное и все глубже идущее разложение. Своей мещанской трусостью вожди U. S. Р. лишь затягивают и без того мучительный процесс и увеличивают тем самым бедствия пролетариата.

6) Советская система есть разрушение той буржуазной лжи, которая называет «свободой печати» свободу подкупа печати, свободу покупки газет богачами, капиталистами, свободу для капиталистов скупать сотни газет и тем подделывать так называемое «общественное мнение».

Этой истины немецкие «независимцы», равно как и их заграничные коллеги, не сознают, не проводят ее, не агитируют ежедневно за уничтожение революционным путем того порабощения прессы капиталом, которое буржуазная демократия ложно называет свободой печати.

Не ведя такой агитации, «независимцы» лишь на словах признают Советскую власть («Lippenbekennt-niss»), а на деле остаются всецело подавленными предрассудком буржуазной демократии.

Экспроприации типографий и складов, запасов бумаги, этого главного разъяснить не умеют, ибо сами не понимают.

То же относится к свободе собраний (эта свобода есть ложь, пока богачи владеют лучшими зданиями или покупают общественные здания), к вооружению народа, к свободе совести — (свободе для капитала покупать и подкупать целые церковные организации для одурманения масс религиозным опиумом) и ко всем прочим буржуазно-демократическим свободам.

7) Диктатура пролетариата означает умение, готовность, решимость привлечь на свою сторону (на сторону революционного авангарда пролетариата) всю массу трудящихся и эксплуатируемых мерами революционными, ценой экспроприации эксплуататоров.

Этого в повседневной агитации немецких «независимцев» (в «Фрейхейт», например) нет. Нет этого и у лонгетистов.

В частности, особенно необходима такая агитация для деревенских пролетариев, а равно мелких крестьян (крестьян, не употребляющих наемного труда, крестьян, мало продающих хлеба или не продающих его). Этим слоям населения надо ежедневно, просто, популярно объяснять конкретнейшим образом, что пролетариат, овладев государственной властью, даст им, за счет экспроприированных помещиков, немедленное улучшение их положения. Даст им избавление от гнета крупных землевладельцев, даст им, как целому, крупные имения, избавление от долгов и так далее и тому подобное. То же и городской непролетарской или не вполне пролетарской трудящейся массе.

Такой агитации «независимцы» не ведут.

8) Диктатура пролетариата предполагает и означает ясное сознание той истины, что пролетариат, в силу своего объективного, экономического положения во всяком капиталистическом обществе, правильно выражает интересы всей массы трудящихся и эксплуатируемых, всех полупролетариев (т. е. частично живущих продажей рабочей силы), мелких крестьян и тому подобное.

Эти слои населения идут за буржуазными и мелкобуржуазными (в том числе «социалистическими» партиями II Интернационала) не в силу свободного волеизъявления, как думает мелкобуржуазная демократия, а в силу прямого обмана их буржуазией, в силу гнета над ними капитала, в силу самообмана мелкобуржуазных вождей.

Эти слои населения (полупролетариев и мелких крестьян) пролетариат привлечет на свою сторону, сможет привлечь на свою сторону лишь после своей победы, лишь после завоевания государственной власти, то есть после того, как он свергнет буржуазию, освободит этим всех трудящихся от гнета капитала и покажет им на практике, какие блага (блага свободы от эксплуататоров) дает пролетарская государственная власть.

Этой мысли, составляющей основу и суть идеи диктатуры пролетариата, немецкие «независимцы» и французские лонгетисты не понимают, не внедряют ее в массы, не пропагандируют ежедневно.

9) «Независимцы», правое крыло и лонгетисты не ведут агитации в войске (за вступление в войско в целях подготовки его перехода на сторону рабочих против буржуазии). Они не создают организаций для этого.

Они не отвечают на насилие буржуазии, на бесконечные нарушения ею «законности» (как во время империалистской войны, так и после ее окончания) систематической пропагандой нелегальных организаций и созданием их.

Без соединения легальной работы с нелегальной, легальных организаций с нелегальными не может быть и речи о действительно революционной партии пролетариата ни в Германии, ни в Швеции, ни в Англии, ни во Франции, ни в Америке.

10) Основной вопрос социалистической революции — экспроприацию эксплуататоров— правые вожди «независимцев» ставят под названием «социализирование» и ставят реформистски, а не революционно. Слово «социализирование» затушевывает необходимость конфискации, вызываемую невыносимым гнетом империалистских долгов и обнищания рабочих, затушевывает сопротивление эксплуататоров и необходимость революционных мер пролетариата для его подавления. Эта попытка сеет неизбежно реформистские иллюзии, совсем не соответствующие диктатуре пролетариата.

11) Исполком Коммунистического Интернационала находит не только несправедливым, но и принципиально недопустимым, что Независимая партия Германии, фактически перенимающая основные идеи германских спартаковцев и перенимающая их идеи слишком медленно, непоследовательно и неполно, ни словом не говорит в решениях своего съезда о слиянии с Коммунистической партией Германии (Союзом спартаковцев). Единство революционного пролетариата требует такого слияния, а признавать диктатуру пролетариата и Советскую власть на деле нельзя без фактических, серьезных, добросовестных шагов к тому, чтобы авангард пролетариата данной страны, доказавший долгой и трудной борьбой (как против оппортунистов, так и против синдикалистов и якобы левых полуанархистов) свою способность вести рабочие массы к такой диктатуре, был всеми сознан, рабочими поддерживаем, его авторитет подкрепляем, его завоеванная традиция заботливо охраняема и развиваема. Союз спартаковцев в Германии, основанный такими вождями, как Роза Люксембург и Карл Либкнехт, есть именно такой получивший международное значение авангард, и пытаться обойти его, как делают «независимцы» в Германии, невозможно.

Итак, вожди Независимой партии Германии заведомо не выражают мнения рабочих масс этой партии, стоя гораздо правее их. С таким злом, причинившим неслыханные бедствия пролетариату в эпоху 1879 —1919 гг., мириться нельзя, ибо это зло прикрывается расхождением слова с делом.

Таким образом, в общем и целом вся пропаганда, вся агитация, вся организация правых «независимцев» и лонгетистов более мещански-демократическая, чем революционно-пролетарская — пацифистская, а не социально-революционная.

В силу этого «признание» диктатуры пролетариата и Советской власти остается у них лишь словесным.

 

III. U. S. Р. И ИНТЕРНАЦИОНАЛ

Ту же самую трусливо-мещанскую политику ведут правые вожди U. S. Р. и по отношению к вопросам международного объединения пролетариата.

1) «Независимцы» и лонгетисты не углубляют, не развивают в массах сознание гнилости и гибельности того реформизма, который фактически преобладал во II Интернационале (1889—1914) и погубил его, а затемняют это сознание, затушевывают болезнь, не вскрывают, не разоблачают ее. Величайшей всемирно-исторической важности вопрос о крахе Второго Интернационала, причинах этого краха, основных ошибках и преступлениях его, его роли в качестве подсобной конторы при «Лиге наций» U. S. Р. даже не ставит; тем самым она прикрывает эти преступления и затемняет классовое сознание пролетарских масс.

2) «Независимцы» и лонгетисты не понимают и не разъясняют массам, что империалистические сверхприбыли передовых стран позволили им (и позволяют теперь) подкупать верхушки пролетариата, бросать ему крохи сверхприбыли (получаемой от колоний и от финансовой эксплуатации слабых стран), создавать привилегированный слой обученных рабочих и т. п.

Без разоблачения этого зла, без борьбы не только с тред-юнионистской бюрократией, но и со всеми проявлениями цехового мещанства, рабочей аристократии, привилегий верхнего слоя рабочих, без беспощадного изгнания представителей этого духа из революционной партии, без апелляции к низам, к более и более широким массам, к настоящему большинству эксплуатируемых не может быть и речи о диктатуре пролетариата.

3) Нежелание или неумение порвать с верхушками рабочих, зараженными империализмом, обнаруживается у правых «независимцев» и лонгетистов также тем, что они не ведут агитацию за прямую и безусловную поддержку всех восстаний и революционных движений колониальных народов.

При таких условиях осуждение колониальной политики и империализма становится лицемерием или пустым воздыханием тупого мещанина.

4) Выйдя из II Интернационала, осуждая его на словах (напр., в брошюре Криспина), «независимцы» на деле протягивают руку Фридриху Адлеру, члену австрийской партии господ носке и шейдеманов53.

«Независимцы» терпят в своей среде литераторов, сплошь отрицающих все основные понятия диктатуры пролетариата (Каутский и К0).

«Независимцы» участвовали в Бернской и Люцернской конференциях54 желтых социал-демократов. «Независимцы» и после Лейпцигского съезда оставили свой центральный орган «Freiheit» в руках архиправого Гильфердинга, сторонника желтого II Интернационала. Это расхождение слова с делом характеризует всю политику вождей партии «независимцев» в Германии, лонгетистов во Франции. Именно вожди разделяют предрассудки мелкобуржуазной демократии и реформистски развращенных верхушек пролетариата вопреки революционным симпатиям рабочих масс, тяготеющих к Советской системе.

5) Постановляя, под давлением рабочих масс, приступить к переговорам с Коммунистическим Интернационалом, вожди U. S. Р. в то же самое время обращаются к партиям II Интернационала, в том числе к белой маннергеймовской социал-демократии Финляндии 55, называя их социально-революционными и предлагая Коммунистическому Интернационалу объединиться с ними.

Эта беспомощная попытка создать еще какой-то четвертый ублюдочный Интернационал — без ясной программы, без твердой тактики, без видов на будущее, без перспектив, конечно, обречена на погибель. Но она показывает, что правые вожди «независимых» саботируют решение Лейпцигского съезда их собственной партии и не думают об искреннем объединении с авангардом борющегося международного пролетариата.

В связи со всем вышесказанным Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала заявляет:

1) Коммунистический Интернационал представляет в настоящее время крупнейшую силу, которая уже объединила важнейшие, действительно революционные элементы международного пролетарского движения.

В I Учредительном конгрессе Коммунистического Интернационала в Москве (март, 1919 г.) участвовали следующие партии и организации:

1. Коммунистическая партия Германии

2. Коммунистическая партия России

3. Коммунистическая партия Немецкой Австрии

4. Коммунистическая партия Венгрии

5. Шведская левая социал-демократическая партия

6. Норвежская социал-демократическая партия56

7. Швейцарская социал-демократическая партия (оппозиция) 57

8. Американская социалистическая рабочая партия58

9. Балканская революционная федерация59 (Болгарские тесняки60 и Румынская коммунистическая партия) 61

10. Коммунистическая партия Польши

11. Коммунистическая партия Финляндии

12. Коммунистическая партия Украины

13. Коммунистическая партия Латвии

14. Коммунистическая партия Литвы и Белоруссии

15. Коммунистическая партия Эстляндии

16. Армянская коммунистическая партия

17. Коммунистическая партия немецких колоний России.

За 10 месяцев, протекших со времени Учредительного конгресса, в Коммунистический Интернационал поступили следующие сообщения о солидаризации с Коммунистическим Интернационалом.

(Оговариваемся, что нижеприводимые сведения очень неполны. На самом деле к III Интернационалу присоединилось гораздо большее число партий и организаций. В одной Франции десятки местных организаций заявили о присоединении к Коммунистическому Интернационалу. Но получить точные сведения крайне трудно).

19 марта 1919 г. состоялось постановление Комитета Итальянской социалистической партии62 в Милане о вступлении в Коммунистический Интернационал.

8 апреля состоялось постановление съезда Норвежской социал-демократической рабочей партии о ее присоединении к Коммунистическому Интернационалу.

10 мая мы получили сообщение о присоединении шведского социал-демократического союза молодежи к III Интернационалу.

14 июня состоялось постановление конференции Левой шведской социал-демократической партии о присоединении к III Интернационалу.

22 июня получено постановление съезда Болгарской социал-демократической партии тесняков о том же.

20 июля получено постановление Центрального Комитета Польской коммунистической партии о формальном присоединении к III Интернационалу.

Съезд всей Швейцарской социал-демократической партии высказался за вступление в III Интернационал. При референдуме за это высказалось только меньшинство, но очень значительное.

В августе месяце конгресс социалистов Соединенных Штатов принял решение присоединиться к Коммунистическому Интернационалу. В Америке теперь временно две коммунистические партии63 — обе в III Интернационале.

В августе же нами получено сообщение о присоединении Коммунистической партии Восточной Галиции к нашей организации. В сентябре поступили известия о присоединении Социалистической партии Эльзас-Лотарингии к Коммунистическому Интернационалу.

Такие же известия в этом месяце получены от Украинской федерации социалистических партий в Америке и от ряда финских рабочих организаций.

В октябре съезд Итальянской социалистической партии в Болонье громадным большинством подтвердил присоединение итальянской партии к Коммунистическому Интернационалу.

23 октября получено известие о постановлении Британской социалистической партии64 вступить в III Интернационал.

30 октября мы получили известие о том, что баварские независимые решили примкнуть к III Интернационалу.

20 ноября получено известие о присоединении к III Интернационалу части Датской социал-демократической партии65.

В декабре же получено известие о присоединении Богемской, Лотарингской и Мексиканской социалистических партий к нашей организации.

В этом же месяце получено сообщение о том, что в одном из европейских городов состоялся международный съезд рабочей молодежи, на котором были делегаты от 220 ООО членов партии и на котором единогласно постановлено присоединиться к Коммунистическому Интернационалу.

В декабре 1919 г. на съезде испанских социалистов за III Интернационал подано 12 500 голосов, за Второй — 14 000.

На Скандинавском рабочем конгрессе (декабрь 1919 г.) было 268 делегатов от 300 000 рабочих. Коммунистические резолюции принимались единогласно.

В январе 1920 г. получено сообщение о присоединении к Коммунистическому Интернационалу Рабочей партии Шотландии66.

Этого перечисления достаточно, чтобы видеть, что в рядах Коммунистического Интернационала уже сейчас объединен весь авангард борющегося международного пролетариата.

Те рабочие партии, которые искренне хотят бороться за диктатуру пролетариата и Советскую власть, могут и должны присоединиться к тому основному ядру, которое представляет собою III, Коммунистический Интернационал.

2) Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала считает, что в интересах успеха международной пролетарской борьбы нельзя допустить, чтобы под каким бы то ни было предлогом и где бы то ни было создано было еще одно новое международное промежуточное объединение рабочих, которое на деле ни в коем случае не может быть революционным. Раздробление сил международного пролетариата было бы только в интересах капитала и его слуг из числа бывших социалистов.

3) Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала считает крайне желательным вступить в переговоры с каждой из тех партий, которые заявляют о своей готовности окончательно порвать со II Интернационалом. С этой целью Исполнительный Комитет приглашает представителей указанных партий прибыть в Россию, где по постановлению I конгресса Коммунистического Интернационала имеет пребывание исполнительный орган Коммунистического Интернационала. Как ни велики технические препятствия для проезда через границу, прибытие делегатов указанных партий в Россию все же возможно, как это показал опыт.

4) Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала сознает, что в силу сложности отношений и специфических особенностей в развитии революции надлежит строго сообразоваться с этими особенностями. Мы вполне готовы расширять III Интернационал, учитывать опыт пролетарского движения во всех странах, исправлять и пополнять платформу III Интернационала на основании теории марксизма и опыта революционной борьбы во всем мире. Но мы решительно отказываемся от какого бы то ни было сотрудничества с теми правыми вождями «независимцев» и лонгетистов, которые тянут движенце назад в буржуазное болото желтого II Интернационала.

Приветствуя решение Лейпцигского съезда в той его части, которая говорит о разрыве со II Интернационалом, и приглашая делегацию U. S. Р. для переговоров, Исполнительный Комитет выражает твердую уверенность, что растущая революционная сознательность пролетарских масс очистит ряды вождей U. S. Р., толкнет ее в сторону объединения с Германской коммунистической партией и в конце концов организует ее лучшие элементы под общим знаменем Коммунистического Интернационала.

Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала предлагает передовым рабочим Германии обсуждать этот наш ответ на широких пролетарских собраниях и требовать точных и ясных ответов на затронутые в нем вопросы от вождей U. S. Р.

Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала шлет братский привет героическому пролетариату Германии.

Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала

5 февраля 1920 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1920, № 9

 

КО ВСЕМ ЧЛЕНАМ НЕЗАВИСИМОЙ ПАРТИИ ГЕРМАНИИ

15 июля 1920 года, как вам известно, в Москве откроется Второй всемирный конгресс Коммунистического Интернационала (первое торжественное собрание состоится в Петрограде). Сознательные рабочие всего мира живо откликнулись на наш призыв прислать на этот съезд своих представителей. Большинство делегатов — из Англии, Франции, Австрии, Венгрии, Италии, Америки, Швеции, Болгарии, Голландии и других стран — уже приехали в Россию. Другие находятся на пути в Москву. Уже теперь ясно, что наш второй съезд будет поистине всемирным конгрессом передовых рабочих. Съезд подытожит опыт нашей борьбы. Съезд укажет нам, рабочим всего мира, путь дальнейшей борьбы, к голосу съезда прислушаются труженики всего мира.

Товарищи! Неужели вы останетесь в стороне от такого съезда?

Мы говорим вам откровенно: и Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала, и рабочие-коммунисты всех стран будут крайне опечалены, если вы, рабочие, члены USPD не будете вместе с нами на нашем съезде.

Мы знаем, что вы, пролетарии группы USPD, всем сердцем с нами. Мы знаем, что вы рветесь в ряды нашего Международного Товарищества Рабочих, в III Интернационал; тем более недопустимо, чтобы правые вожди вашего ЦК сорвали ваше и наше желание.

Под вашим давлением, под давлением рабочих, Лейпцигский съезд USPD решил выйти из II Интернационала и завязать сношения с III Интернационалом. Но правые вожди вашего ЦК фактически саботировали и саботируют это решение. Они затеяли созыв какой-то еще промежуточной конференции из партий, вышедших из Второго, но еще не вошедших в III Интернационал. От этой безнадежной попытки отказались теперь даже умеренные вожди Французской социалистической партии. Два делегата этой партии, Кашей и Фроссар, прибыли уже в Москву, и мы открыто им скажем, на каких условиях французская партия может быть принята в III Интернационал. Французские рабочие заставляют даже своих умеренных вождей искать сближения с III Интернационалом. Только ваших представителей мы до сих пор не видим в Москве. Мы выступили с открытым письмом к USPD, в котором точно и подробно наметили условия, на которых мы можем принять вашу партию, как и другие партии, которые до сих пор шли за течением «центра». Ваш ЦК даже не напечатал этого письма Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала в Германии. Он держал и держит его под спудом. Он скрывает его от вас. Только коммунисты напечатали его. ЦК USPD в письме от 6 июня за подписью Деймига сообщает нам, что открытое письмо ИККИ до сих пор не напечатано «независимыми» по причине... «недостатка бумаги». Более недостойного довода ваши правые вожди не могли придумать. Это поведение подтверждает, насколько мы были правы, когда говорили, что ваше вхождение в III Интернационал возможно только через голову правых вождей.

Ввиду сказанного, мы предлагаем вам, товарищи: пусть отдельные местные и областные организации USPD, желающие немедленно войти в III Интернационал, немедленно избирают и посылают своих делегатов на наш конгресс, назначенный на 15-е июля. Не ждите больше никого. Не позволяйте сорвать вашу волю. Сумейте быстро сорганизоваться и выполнить свой долг. Рабочие-революционеры, члены USPD, должны быть на всемирном конгрессе Коммунистического Интернационала. Мы ждем вас, товарищи, торопитесь. Обсуждайте наше предложение на всех ваших рабочих собраниях. Опубликуйте его в ваших газетах. Разоблачайте тех, кто срывает вашу волю. Действуйте.

Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала

21 июня 1920 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12

 

 


 

МАТЕРИАЛЫ II КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА

ДОКУМЕНТЫ ИККИ (АВГУСТ 1920—АПРЕЛЬ 1921 гг.)

 


 

ДОКУМЕНТЫ В. И. ЛЕНИНА

 

I

ДОКЛАД О МЕЖДУНАРОДНОМ ПОЛОЖЕНИИ И ОСНОВНЫХ ЗАДАЧАХ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА
19 ИЮЛЯ

Товарищи, тезисы по вопросам об основных задачах Коммунистического Интернационала опубликованы на всех языках и (в особенности для русских товарищей) они не представляют из себя существенно нового, потому что в значительной мере распространяют некоторые основные черты нашего революционного опыта и уроки нашего революционного движения на целый ряд западных стран, на Западную Европу. Поэтому я в своем докладе остановлюсь несколько больше, хотя бы и в кратких чертах, на первой части предоставленной мне темы, именно на международном положении.

Основой всего международного положения, как оно сложилось теперь, являются экономические отношения империализма. В течение всего XX века вполне определилась эта новая, высшая и последняя ступень капитализма. Вы, конечно, все знаете, как самыми характерными, существенными чертами империализма явилось то, что капитал достиг громадных размеров. На место свободной конкуренции пришла монополия гигантских размеров. Ничтожное число капиталистов могло сосредоточить в своих руках иногда целые отрасли промышленности; они перешли в руки союзов, картелей, синдикатов, трестов, нередко международного характера. Оказались захваченными, таким образом, монополистами в отношении финансовом, в отношении права собственности, частью в отношении производства целые отрасли промышленности, и не только в отдельных странах, но по всему миру. На этой почве развилось невиданное раньше господство ничтожного числа крупнейших банков,  финансовых королей, финансовых магнатов, которые на деле превращали даже самые свободные республики в финансовые монархии. До войны это признавали, например, открыто такие отнюдь не революционные писатели, как Лизис во Франции.

Это господство кучки капиталистов дошло до полного развития тогда, когда весь земной шар оказался поделенным не только в смысле захвата различных источников сырья и средств производства крупнейшими капиталистами, но и в смысле законченности предварительного раздела колоний. Лет 40 тому назад считалось немного больше четверти миллиарда населения колоний, которое было подчинено шести капиталистическим державам. Перед войной 1914 года в колониях считалось уже около 600 миллионов населения, а если прибавить такие страны, как Персия, Турция, Китай, которые тогда уже были на положении полуколоний, мы получим в круглых цифрах миллиард населения, которое было угнетаемо богатейшими, цивилизованнейшими и свободнейшими странами посредством колониальной зависимости. А вы знаете, что, кроме прямой государственной юридической зависимости, колониальная зависимость предполагает целый ряд отношений зависимости финансовой и экономической, предполагает целый ряд войн, которые за войны не считались, потому что часто сводились к бойне, когда вооруженные самыми усовершенствованными орудиями истребления европейские и американские империалистские войска избивали безоружных и беззащитных жителей колониальных стран.

Из этого раздела всей земли, из этого господства капиталистической монополии, из этого всевластия ничтожного числа крупнейших банков,— двух, трех, четырех, пяти на государство, не более,— выросла с неизбежностью первая империалистская война 1914—1918 годов. Война эта шла из-за того, чтобы переделить весь мир. Война шла из-за того, какой из ничтожных групп крупнейших государств — английской или германской — получить возможность и право грабежа, удушения, эксплуатации всей земли. И вы знаете, как война решила этот вопрос в пользу английской группы. И в результате этой войны мы имеем неизмеримо большее обострение всех капиталистических противоречий. Война отбросила сразу около четверти миллиарда населения земли в положение, которое равносильно колониальному. Она отбросила Россию, в которой надо считать около 130 миллионов, Австро-Венгрию, Германию, Болгарию, в которых не менее 120 миллионов. Четверть миллиарда населения — в странах, которые принадлежат частью, как Германия, к самым передовым, к самым просвещенным, культурным, технически стоящим на уровне современного прогресса. Война, путем Версальского договора 67, навязала им такие условия, что передовые народы оказались на положении колониальной зависимости, нищеты, голода, разорения и бесправности, ибо они на многие поколения договором связаны и поставлены в такие условия, в которых ни один цивилизованный народ не жил. Вы имеете картину мира: после войны сразу не менее как миллиард с четвертью населения подвергается колониальному гнету, подвергается эксплуатации зверского капитализма, который хвастался миролюбием, и лет пятьдесят тому назад имел некоторые права хвастаться этим, пока земля не была поделена, пока не господствовала монополия, пока капитализм мог развиваться сравнительно мирно, без колоссальных военных конфликтов.

Теперь, после этой «мирной» эпохи, мы получили чудовищное обострение гнета, мы видим возвращение к гнету колониальному и военному еще более худшему, чем прежде. Версальский договор поставил и Германию, и целый ряд побежденных государств в условия материальной невозможности экономического существования, в условия полного бесправия и унижения.

Какое число наций воспользовалось этим? Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны припомнить, что население Соединенных Штатов Америки, которая одна полностью выиграла от войны, которая всецело превратилась из страны, имевшей массу долгов, в страну, которой все должны,— ее население не больше 100 миллионов. Население Японии, которая выиграла очень много, оставаясь в стороне от европейско-американского конфликта и захватывая громадный азиатский материк, равно 50 миллионам. Население Англии, которая после этих стран выиграла больше всех, достигает 50 миллионов. И если прибавить нейтральные государства с очень малым населением, которые разбогатели за время войны, мы получим, в круглых цифрах, четверть миллиарда.

Вы получаете, таким образом, в основных чертах картину мира, как она сложилась после империалистской войны. Миллиард с четвертью угнетенных колоний,— стран, которые делят заживо, как Персия, Турция, Китай; стран, которые побеждены и брошены в положение колоний. Не больше четверти миллиарда,— это страны, которые уцелели на старом положении, но они все попали в экономическую зависимость от Америки и все во время войны были в зависимости военной, ибо война захватила весь мир, она не позволила ни одному государству оставаться нейтральным на деле. И мы имеем, наконец, не больше четверти миллиарда жителей в странах, в которых, разумеется, лишь верхушка, лишь капиталисты воспользовались дележкой земли. Сумма — около 1 3/4 миллиарда, составляющих все население земли. Я бы хотел эту картину мира вам напомнить, ибо все основные противоречия капитализма, империализма, которые приводят к революции, все основные противоречия в рабочем движении, которые привели к жесточайшей борьбе со II Интернационалом, о чем говорил товарищ председатель,— все это связано с дележом населения земли.

Конечно, только в грубых, основных чертах этими цифрами иллюстрируется экономическая картина мира. И, товарищи, естественно, что на почве такого дележа населения всей земли эксплуатация финансового капитала, капиталистических монополий выросла во много раз больше.

Не только колониальные, побежденные страны попадают в положение зависимости, но и внутри каждой страны-победительницы развились противоречия более острые, все капиталистические противоречия обострились. Я в кратких чертах покажу это на нескольких примерах.

Возьмите государственные долги. Мы знаем, что долги главнейших европейских государств выросли с 1914 по 1920 год не меньше, чем в семь раз. Приведу еще один экономический источник, который приобретает особенно большое значение, это — Кейнс, английский дипломат, автор книги «Экономические последствия мира», который по поручению своего правительства участвовал в версальских мирных переговорах, наблюдал их непосредственно с чисто буржуазной точки зрения, шаг за шагом изучал дело детально и, как экономист, принимал участие в совещаниях. Он пришел к выводам, которые сильнее, нагляднее, назидательнее, чем любой вывод коммуниста-революционера, потому что выводы делает заведомый буржуа, беспощадный противник большевизма, который он себе рисует, как английский мещанин, в уродливом, свирепом, зверском виде. Кейнс пришел к выводам, что Европа и весь мир с Версальским миром идут к банкротству. Кейнс вышел в отставку, он в лицо правительству бросил свою книгу и сказал: вы делаете безумие. Я вам приведу его цифры, которые в общем сводятся к следующему.

Как сложились долговые отношения между главными державами? Я перевожу фунты стерлингов на золотые рубли, считая 10 золотых рублей на фунт стерлингов. И вот что получается: Соединенные Штаты имеют актив 19 миллиардов; пассив—ноль. Они были до войны должником Англии. Тов. Леви на последнем съезде Коммунистической партии Германии, 14-го апреля 1920 года, в своем докладе справедливо указал, что остались две державы, которые самостоятельно выступают теперь в мире: Англия и Америка. Только Америка оказалась в финансовом положении абсолютно самостоятельной. Она была должником до войны, теперь она только кредитор. Все остальные державы мира в долгу. Англия попала в такое положение, что актив ее 17 миллиардов, пассив — 8 миллиардов, она наполовину уже попала в положение должника. Притом в ее актив попало около 6 миллиардов, которые должна Россия. Военные запасы, которые во время войны делала Россия, включаются в ее долг. Недавно, когда Красин имел случай беседовать с Ллойд Джорджем, как представитель Российского советского правительства, на тему о долговых договорах, он наглядно выяснил ученым и политикам, вождям английского правительства, что если они рассчитывают и долги получить, то они в странном заблуждении находятся. И заблуждение это вскрыл уже английский дипломат Кейнс.

Дело, конечно, не только в том, и даже вовсе не в том, что русское революционное правительство не хочет платить долгов. Какое угодно правительство не могло бы заплатить, потому что эти долги есть ростовщический начет на то, что уже 20 раз оплачено, и этот же самый буржуа Кейнс, нисколько не сочувствующий русскому революционному движению, говорит: «Понятно, что этих долгов считать нельзя».

Относительно Франции Кейнс приводит цифры такого рода: ее актив равняется трем с половиной миллиардам, а пассив — десяти с половиной! И это — страна, о которой сами французы говорили, что это ростовщик всего мира, потому что ее «сбережения» были колоссальны, колониальный и финансовый грабена, составивший ей гигантский капитал, дал ей возможность давать взаймы миллиарды  и миллиарды, в особенности России. С этих займов получался гигантский доход. И несмотря на это, несмотря на победу, Франция попала в положение должника.

Один буржуазный американский источник, приводимый товарищем Брауном, коммунистом, в его книге «Кто должен платить военные долги?» (Лейпциг, 1920), определяет отношение долгов к национальному имуществу таким образом: в странах победивших, в Англии и Франции, долги составляют более 50% всего национального имущества. В отношении Италии процент этот составляет 60—70, в отношении России — 90, но нас, как вы знаете, эти долги не беспокоят, потому что мы немножко раньше, чем появилась книжка Кейнса, последовали его прекрасному совету — все долги аннулировали.

Кейнс только обнаруживает при этом обычную филистерскую странность: давая свой совет аннулировать все долги, он говорит, что, конечно, Франция только выиграет, конечно, Англия потеряет не очень много, ибо все равно с России ничего не возьмешь; порядком потеряет Америка, но Кейнс рассчитывает на американское «благородство»! На этот счет мы разойдемся во взглядах с Кейнсом и с другими мещанскими пацифистами. Мы думаем, что для аннулирования долгов придется им подождать чего-нибудь иного и поработать в каком-нибудь ином направлении, а не в направлении расчетов на «благородство» господ капиталистов.

Из этих самых кратких цифр видно, что империалистская война создала также и для стран-победительниц положение невозможное. На это указывает и громадное несоответствие между заработной платой и ростом цен. Верховный экономический совет 68, который представляет из себя учреждение, защищающее буржуазный порядок всего мира от растущей революции, 8 марта текущего года вынес резолюцию, заканчивающуюся призывом к порядку, трудолюбию и бережливости, конечно, при условии, что рабочие останутся рабами капитала. Этот Верховный экономический совет, орган Антанты, орган капиталистов всего мира, подвел такие итоги.

Цены продуктов повысились в среднем в Соединенных Штатах Америки на 120%, а заработная плата возросла там только на 100%- В Англии — продукты на 170%, заработная плата на 130%. Во Франции цены продуктов — на 300 %, заработная плата на 200 %. В Японии — продукты на 130%, заработная плата на 60% (я сопоставляю цифры тов. Брауна в его названной выше брошюре и цифры Верховного экономического совета из газеты «Таймс» 69 от 10 марта 1920 года).

Ясное дело, что при таком положении рост возмущения рабочих, рост революционных настроений и идей, рост стихийных массовых стачек неизбежен. Ибо положение рабочих становится невыносимым. Рабочие убеждаются на опыте, что капиталисты безмерно нажились на войне и сваливают расходы и долги на плечи рабочих. Недавно телеграф сообщил нам, что Америка хочет выслать к нам, в Россию, еще 500 коммунистов, чтобы избавиться от «вредных агитаторов».

Если бы даже Америка не 500, а целых 500 000 русских, американских, японских, французских «агитаторов» выслала к нам, то дело не изменится, ибо останется это несоответствие цен, с которым они поделать ничего не могут. А поделать они ничего не могут потому, что частная собственность у них строжайше охраняется, у них она «священна». Этого не надо забывать, ибо частная собственность эксплуататоров разрушена только в России. С этим несоответствием цен капиталисты ничего поделать не могут, а рабочие при старой заработной плате жить не могут. Против этого бедствия никакими старыми методами ничего не поделаешь, никакие отдельные стачки, ни парламентская борьба, ни голосование сделать ничего не могут, ибо «частная собственность священна», и капиталисты накопили такие долги, что весь мир закабален у кучки людей; а между тем условия жизни рабочих становятся все более и более невыносимыми. Выхода нет, кроме уничтожения «частной собственности» эксплуататоров.

Тов. Лапинский в своей брошюре «Англия и мировая революция», из которой наш «Вестник Народного Комиссариата Иностранных Дел» 70 в феврале 1920 года опубликовал ценные извлечения, указывает, что в Англии вывозные цены на уголь оказались вдвое большими, чем предполагали официальные промышленные круги.

В Ланкашире дошло до того, что рост ценности акций определился в 400%. Доход банков составляет 40—50% минимум, причем надо еще отметить, что при определении дохода банков все банковые деятели умеют львиную часть дохода проводить тайком, таким образом, что это не называется доходом, а прячется под видом наградных, тантьем и т. п. Так что и тут бесспорные экономические факты показывают, что богатство ничтожной кучки людей возросло невероятно, неслыханная роскошь переходит все пределы, а в то же время нужда рабочего класса все усиливается. В особенности надо отметить еще то обстоятельство, которое чрезвычайно наглядно подчеркнул тов. Леви в своем названном выше докладе: это — изменение ценности денег. Деньги везде обесценились вследствие долгов, выпуска бумажных денег и т. д. Тот же самый буржуазный источник, который я уже назвал, именно заявление Верховного экономического совета от 8 марта 1920 года, приводит расчет, что в Англии понижение ценности денег, по сравнению с долларами, составляет приблизительно одну треть; во Франции и Италии — две трети, а в Германии доходит до 96%.

Этот факт показывает, что «механика» мирового капиталистического хозяйства распадается целиком. Тех торговых отношений, на которых держится при капитализме получение сырья и сбыт продуктов, нет возможности продолжать; нет возможности продолжать их именно на почве подчинения целого ряда стран одной стране — в силу изменения стоимости денег. Ни одна богатейшая страна не имеет возможности существовать и не имеет возможности торговать, потому что она не может продавать свои продукты, не может получать сырье.

И, таким образом, получается, что та же Америка, богатейшая страна, которой подчинены все страны, не может покупать и продавать. И тот же Кейнс, прошедший огонь и воду и медные трубы версальских переговоров, вынужден признать эту невозможность, несмотря на всю его непреклонную решимость защищать капитализм, несмотря на всю его ненависть к большевизму. Кстати сказать, я не думаю, чтобы хоть одно коммунистическое или вообще революционное воззвание могло по своей силе сравниться с теми страницами у Кейнса, где он рисует Вильсона и «вильсонизм» на

практике. Вильсон был идолом мещан и пацифистов вроде Кейнса и ряда героев II Интернационала (и даже Интернационала «два с половиной») 71, которые молились на «14 пунктов» и писали даже «ученые» книги о «корнях» политики Вильсона, надеясь, что Вильсон спасет «социальный мир», помирит эксплуататоров с эксплуатируемыми, осуществит социальные реформы. Кейнс разоблачил наглядно, как Вильсон оказался дурачком, и все эти иллюзии разлетелись в прах при первом же соприкосновении с деловой, деляческой, купцовской политикой капитала в лице господ Клемансо и Ллойд Джорджа. Рабочие массы видят теперь все яснее из опыта своей жизни, а ученые педанты могли бы видеть даже из книги Кейнса, что «корни» политики Вильсона сводились только к поповской глупости, к мелкобуржуазной фразе, к полному непониманию борьбы классов.

В силу всего этого совершенно неизбежно и естественно вытекают два условия, два коренных положения. С одной стороны, нужда, разорение масс возросли неслыханно, и прежде всего по отношению к 1 1/4 миллиарда людей, т. е. 70% всего населения земли. Это — страны колониальные, зависимые, с юридически бесправным населением, страны, на которые «выдан мандат» финансовым разбойникам. Да, кроме того, рабство побежденных стран закрепил Версальский договор и те тайные договоры, которые существуют по отношению к России, правда, по силе своей иногда столь же реальные, как и бумажки, на которых написано, что мы должны столько- то миллиардов. Мы имеем в мировой истории первый случай юридического закрепления грабежа, рабства, зависимости, нищеты и голода по отношению к миллиарду с четвертью людей.

А с другой стороны, в каждой из стран, которые оказались кредиторами, рабочие оказались в положении невыносимом. Война принесла неслыханное обострение всех капиталистических противоречий, и в этом источник того глубочайшего революционного брожения, которое разрастается, ибо на войне люди были поставлены в условия военной дисциплины, были брошены на смерть или поставлены под угрозу немедленной военной расправы. Условия войны не давали возможности посмотреть на экономическую действительность. Писатели, поэты, попы, вся печать шли на дело прославления войны и только. Теперь, когда война кончилась, начались разоблачения. Разоблачен германский империализм с его Брест-Литовским миром. Разоблачен Версальский мир, который должен был быть победой империализма, а оказался его поражением. Пример Кейнса показывает, между прочим, как десятки и сотни тысяч людей из мелкой буржуазии, из интеллигентов, из числа просто сколько-нибудь развитых, грамотных людей в Европе и Америке должны были пойти по этой дорожке, по которой пошел Кейнс, который вышел в отставку и бросил своему правительству в лицо книгу, это правительство изобличающую. Кейнс показал, что происходит и произойдет в сознании тысяч и сотен тысяч людей, когда они поймут, что все эти речи о «войне за свободу» к т. п. были сплошным обманом, что в результате обогатилось только незначительное число, а остальные разорились и попали в кабалу. Ведь буржуа Кейнс говорит, что англичане должны для спасения своей жизни, для спасения английского хозяйства добиться, чтобы между Германией и Россией возобновились свободные торговые отношения! Каким же образом можно этого добиться? Таким образом, что аннулировать все долги, как предлагает Кейнс! Это — идея не одного только ученого экономиста Кейнса. К этой идее приходят и придут миллионы. И миллионы людей слышат, что буржуазные экономисты говорят, что выхода нет, кроме аннулирования долгов, а поэтому-де «проклятие большевикам» (которые долги аннулировали) и давайте обратимся к «благородству» Америки!! — я думаю, что таким экономистам-агитаторам за большевизм следовало бы от имени съезда Коммунистического Интернационала послать благодарственный адрес.

Если, с одной стороны, экономическое положение масс оказалось невыносимым, если, с другой стороны, среди ничтожного меньшинства всемогущих стран-победительниц начался и усиливается распад, иллюстрируемый Кейнсом, то мы видим налицо как раз нарастание обоих условий мировой революции.

Мы имеем теперь перед глазами несколько более полную картину всего мира. Мы знаем, что такое означает эта зависимость от горстки богачей миллиарда с четвертью людей, которые поставлены в условия невозможного существования. А с другой стороны, когда преподнесли народам договор Лиги наций, по которому Лигой наций объявляется, что она прекратила войны и отныне не позволит никому нарушать мир, когда этот договор, как последняя надежда трудящихся масс во всем мире, вступил в действие, это оказалось величайшей победой для нас. Когда он еще не вступал в действие, тогда говорили: нельзя такую страну, как Германия, не подчинять особым условиям; вот когда будет договор, увидите, как это хорошо выйдет. И когда договор был опубликован, ярые противники большевизма должны были отречься от него! Когда договор начал вступать в действие, оказалось, что ничтожную группу богатейших стран, эту «толстую четверку» — Клемансо, Ллойд Джорджа, Орландо и Вильсона — посадили устраивать новые отношения! Когда пустили в ход машину договора, она привела к полному распаду!

Это мы видели на войнах против России. Слабая, разоренная, подавленная Россия, самая отсталая страна борется против всех наций, против союза богатых, могущественных держав, которые господствуют над всей землей, и оказывается победительницей. Мы не могли противопоставить хоть сколько-нибудь равной силы, а оказались победителями. Почему? Потому что между ними не было ни тени единства, потому что одна держава действовала против другой. Франции хотелось, чтобы Россия заплатила ей долги и была грозной силой против Германии; Англии хотелось дележа России, Англия пробовала захватить бакинскую нефть и заключить договор с окраинными государствами России. И в английских официальных документах есть книга, где перечисляются с чрезвычайной добросовестностью все государства (их насчитали 14), которые пообещали с полгода тому назад, в декабре 1919 г., взять Москву и Петроград. На этих государствах Англия строила свою политику, давала им взаймы миллионы и миллионы. Но теперь все эти расчеты крахнули, и все займы лопнули.

Вот положение, которое создала Лига наций. Каждый день существования этого договора есть лучшая агитация за большевизм. Ибо самые могущественные сторонники капиталистического «порядка» показывают, что по каждому вопросу они подставляют друг другу ножку. Из-за дележа Турции, Персии, Месопотамии, Китая идет бешеная грызня между Японией, Англией, Америкой и Францией. Буржуазная пресса этих стран полна самых бешеных нападок, самых озлобленных выступлений против своих «коллег» за то, что они вырывают из-под носа добычу. Мы видим полный распад наверху среди этой кучки ничтожнейшего числа богатейших стран. Невозможно миллиарду с четвертью людей жить так, как хочет их поработить «передовой» и цивилизованный капитализм, а ведь это 70% населения земли. А ничтожнейшая кучка богатейших держав, Англия, Америка, Япония (Япония имела возможность грабить восточные, азиатские страны, но она никакой самостоятельной силы финансовой и военной без поддержки другой страны иметь не может), эти 2—3 страны не в состоянии наладить экономические отношения и направляют свою политику к срыву политики своих участников и партнеров по Лиге наций. Отсюда вытекает мировой кризис, и эти экономические корни кризиса являются основной причиной того, почему Коммунистический Интернационал одерживает блестящие успехи.

Товарищи! Мы подошли теперь к вопросу о революционном кризисе, как основе нашего революционного действия. И тут надо прежде всего отметить две распространенные ошибки. С одной стороны, буржуазные экономисты изображают этот кризис как простое «беспокойство», по изящному выражению англичан. С другой стороны, иногда революционеры стараются доказать, что кризис абсолютно безвыходный.

Это ошибка. Абсолютно безвыходных положений не бывает. Буржуазия ведет себя, как обнаглевший и потерявший голову хищник, она делает глупость за глупостью, обостряя положение, ускоряя свою гибель. Все это так. Но нельзя «доказать», что нет абсолютно никакой возможности, чтобы она не усыпила такое-то меньшинство эксплуатируемых такими-то уступочками, чтобы она не подавила такое-то движение или восстание такой-то части угнетенных и эксплуатируемых. Пытаться «доказывать» наперед «абсолютную» безвыходность было бы пустым педантством или игрой в понятия и в словечки. Настоящим «доказательством» в этом и подобных вопросах может быть только практика. Буржуазный строй во всем мире переживает величайший революционный кризис. Надо «доказать» теперь практикой революционных партий, что у них достаточно сознательности, организованности, связи с эксплуатируемыми массами, решительности, уменья, чтобы использовать этот кризис для успешной, для победоносной революции.

Для подготовки этого «доказательства» и собрались мы, главным образом, на настоящий конгресс Коммунистического Интернационала.

В пример того, до какой степени господствует еще оппортунизм среди партии, желающих примкнуть к III Интернационалу, до какой степени далека еще работа иных партий от подготовки революционного класса к использованию революционного кризиса, я приведу вождя английской «Независимой рабочей партии», Рамсея Макдональда. В своей книге «Парламент и революция», посвященной как раз коренным вопросам, занимающим теперь и нас, Макдональд описывает положение дел приблизительно в духе буржуазных пацифистов. Он признает, что революционный кризис есть, что революционное настроение растет, что рабочие массы сочувствуют Советской власти и диктатуре пролетариата (заметьте: речь идет об Англии), что диктатура пролетариата лучше, чем теперешняя диктатура английской буржуазии.

Но Макдональд остается насквозь буржуазным пацифистом и соглашателем, мелким буржуа, мечтающим о внеклассовом правительстве. Макдональд признает классовую борьбу только как «описательный факт», подобно всем лгунам, софистам и педантам буржуазии. Макдональд проходит молчанием опыт Керенского и меньшевиков с эсерами в России, однородный опыт Венгрии, Германии и т. д. насчет создания «демократического» и будто бы внеклассового правительства. Макдональд усыпляет свою партию и тех рабочих, которые имеют несчастье принимать этого буржуа за социалиста и этого филистера за вождя, словами: «Мы знаем, что это (т. е. революционный кризис, революционное брожение) пройдет, уляжется». Война-де неизбежно вызвала кризис, но после войны, хотя бы и не сразу, «все уляжется»!

И так пишет человек, являющийся вождем партии, желающей примкнуть к III Интернационалу. Мы имеем здесь редкое по откровенности и тем более ценное разоблачение того, что наблюдается не менее часто на верхах французской социалистической и германской независимой с.-д, партий, именно: не только неуменье, но и нежелание использовать в революционном смысле революционный кризис, или, другими словами, и неуменье, и нежелание вести действительно революционную подготовку партии и класса к диктатуре пролетариата.

Это — основное зло очень и очень многих партий, ныне отходящих от II Интернационала. И именно поэтому я больше всего останавливаюсь в тех тезисах, которые я предложил настоящему конгрессу, на возможно более конкретном и точном определении задач подготовки к диктатуре пролетариата.

Еще один пример. Недавно опубликована новая книга против большевизма. Книг такого рода выходит теперь в Европе и Америке необыкновенно много, и чем больше выходит книг против большевизма, тем сильнее и быстрее растут в массах симпатии к нему. Я имею в виду книгу Отто Бауэра «Большевизм или социал-демократия?». Здесь для немцев наглядно показано, что такое меньшевизм, позорная роль которого в русской революции достаточно понята рабочими всех стран. Отто Бауэр дал насквозь меньшевистский памфлет, хотя и скрыл свое сочувствие меньшевизму. Но в Европе и Америке необходимо теперь распространить более точное знание того, что такое меньшевизм, ибо это есть родовое понятие для всех якобы социалистических, социал-демократических и т. и. направлений, враждебных большевизму. Нам, русским, было бы скучно писать для Европы о том, что такое меньшевизм. Отто Бауэр показал это на деле в своей книге, и мы заранее благодарим буржуазных и оппортунистических издателей, которые будут издавать ее и переводить на разные языки. Книга Бауэра будет полезным, хотя и своеобразным дополнением к учебникам коммунизма. Возьмите любой параграф, любое рассуждение у Отто Бауэра и докажите, в чем тут меньшевизм, где тут корни взглядов, ведущих к практике предателей социализма, друзей Керенского, Шейдемана и т. д.— такова будет задача, которую с пользой и с успехом можно бы предлагать на «экзаменах» для проверки того, усвоен ли коммунизм. Если вы этой задачи решить не можете, вы еще не коммунист и вам лучше не входить в коммунистическую партию.

Отто Бауэр превосходно выразил всю суть взглядов всемирного оппортунизма в одной фразе, за которую,— если бы мы свободно распоряжались в Вене,— мы должны были бы поставить ему при жизни памятник. Применение насилия в классовой борьбе современных демократий — изрек О. Бауэр — было бы «насилием над социальными факторами силы».

Вероятно, вы найдете, что это звучит странно и непонятно? Вот образец того, до чего довели марксизм, до какой пошлости и защиты эксплуататоров можно довести самую революционную теорию. Нужна немецкая разновидность мещанства, и вы получите «теорию», что «социальные факторы силы», это—число, организованность, место в процессе производства и распределения, активность, образование. Если батрак в деревне, рабочий в городе совершает революционное насилие над помещиком и капиталистом, это вовсе не есть диктатура пролетариата, вовсе не насилие над эксплуататорами и угнетателями народа. Ничего подобного. Это — «насилие над социальными факторами силы».

Может быть, мой. пример вышел немного юмористическим. Но такова уж натура современного оппортунизма, что его борьба с большевизмом превращается в юмористику. Втянуть рабочий класс, все, что есть мыслящего в нем, в борьбу интернационального меньшевизма (Макдональдов, О. Бауэров и К0) с большевизмом,— дело для Европы и Америки самое полезное, самое настоятельное.

Тут мы должны поставить вопрос, чем объясняется прочность таких направлений в Европе и почему этот оппортунизм в Западной Европе сильнее, чем у нас. Да потому, что передовые страны создали и создают свою культуру возможностью жить за счет миллиарда угнетенных людей. Потому, что капиталисты этих стран получают много сверх того, что они могли бы получить, как прибыль от грабежа рабочих своей страны.

До войны считали, что три богатейших страны, Англия, Франция и Германия, от одного только вывоза капитала за границу, не считая других доходов, имеют в год 8—10 миллиардов франков дохода.

Понятно, что из этой милой суммы можно бросить хотя бы полмиллиарда на подачку рабочим вождям, рабочей аристократии, на всяческие виды подкупа. И все дело сводится именно к подкупу. Это делается тысячами разнообразных путей: повышением культуры в наиболее крупных центрах, созданием образовательных учреждений, созданием тысячи местечек для вождей кооперативов, для вождей тред-юнионов, парламентских вождей. Но это делается везде, где есть современные цивилизованные капиталистические отношения. И эти миллиарды сверхприбыли — есть экономическая основа, на которой держится оппортунизм в рабочем движении. Мы имеем в Америке, в Англии, во Франции неизмеримо более сильное упорство оппортунистических вождей, верхушки рабочего класса, аристократии рабочих; они оказывают более сильное сопротивление коммунистическому движению. И поэтому мы должны быть готовы к тому, что освобождение европейских и американских рабочих партий от этой болезни пойдет труднее, чем у нас. Мы знаем, что со времени основания III Интернационала в деле излечения этой болезни сделаны громаднейшие успехи, но до решительного конца мы еще не дошли: очищение рабочих партий, революционных партий пролетариата во всем мире от буржуазного влияния, от оппортунистов в их собственной среде далеко еще не закончилось.

Я не буду останавливаться на том, как конкретно мы должны это провести. Об этом говорится в моих тезисах, которые опубликованы. Мое дело — указать здесь на глубокие экономические корни этого явления. Болезнь эта затянулась, излечение ее затянулось дольше, чем оптимисты могли надеяться. Оппортунизм — наш главный враг. Оппортунизм в верхах рабочего движения, это — социализм не пролетарский, а буржуазный. Практически доказано, что деятели внутри рабочего движения, принадлежащие к оппортунистическому направлению,— лучшие защитники буржуазии, чем сами буржуа. Без их руководства рабочими буржуазия не смогла бы держаться. Это доказывает не только история режима Керенского в России, это доказывается демократической республикой в Германии, с ее социал-демократическим правительством во главе, это доказывается отношением Альбера Тома к своему буржуазному правительству. Это доказывает аналогичный опыт в Англии и в Соединенных Штатах. Здесь наш главный враг, и нам надо над этим врагом одержать победу. Нам надо уйти с конгресса с твердым решением, чтобы во всех партиях эту борьбу довести до конца. Это главная задача.

По сравнению с этой задачей, исправление ошибок «левого» течения в коммунизме будет задачей легкой. В целом ряде стран мы наблюдаем антипарламентаризм, который не столько приносится выходцами из мелкой буржуазии, сколько поддерживается некоторыми передовыми отрядами пролетариата из ненависти к старому парламентаризму, из законной, правильной, необходимой ненависти к поведению парламентских деятелей в Англии, во Франции, в Италии, во всех странах. Надо дать руководящие указания от Коммунистического Интернационала, познакомить товарищей ближе, теснее с русским опытом, со значением настоящей пролетарской политической партии. В решении этой задачи будет состоять наша работа. И борьба с этими ошибками пролетарского движения, с этими недостатками в тысячу раз будет легче, чем борьба с той буржуазией, которая под видом реформистов входит в старые партии II Интернационала и направляет всю их работу не в пролетарском, а в буржуазном духе.

Товарищи, я, в заключение, остановлюсь еще на одной стороне дела. Здесь товарищ председатель говорил о том, что конгресс заслуживает названия всемирного. Я думаю, что он прав потому в особенности, что мы имеем здесь не мало представителей революционного движения колониальных, отсталых стран. Это только слабое начало, но важно уже то, что это начало положено. Объединение революционных пролетариев капиталистических, передовых стран с революционными массами тех стран, где пролетариата нет или почти нет, с угнетенными массами колониальных, восточных стран, это объединение на настоящем конгрессе происходит. И от нас зависит,— я уверен, что мы это сделаем,— это объединение закрепить. Всемирный империализм должен пасть, когда революционный натиск эксплуатируемых и угнетенных рабочих внутри каждой страны, побеждая сопротивление мещанских элементов и влияние ничтожной верхушки рабочей аристократии, соединится с революционным натиском сотен миллионов человечества, которое до сих пор стояло вне истории, рассматривалось только как ее объект.

Империалистская война помогла революции, буржуазия вырвала из колоний, из отсталых стран, из заброшенности, солдат для участия в этой империалистской войне. Английская буржуазия внушала солдатам из Индии, что дело индусских крестьян защищать Великобританию от Германии, французская буржуазия внушала солдатам из французских колоний, что дело чернокожих защищать Францию. Они учили уменью владеть оружием. Это чрезвычайно полезное умение, и мы за это буржуазию глубочайше могли бы благодарить,— благодарить от имени всех русских рабочих и крестьян и от имени всей русской Красной Армии особенно. Империалистская война втянула зависимые народы в мировую историю. И одна из важнейших наших задач теперь — подумать над тем, как положить первый камень организации советского движения в некапиталистических странах. Советы там возможны; они будут не рабочими, они будут крестьянскими Советами или Советами трудящихся.

Потребуется много работы, будут неизбежны ошибки, много трудностей встретится на этом пути. Основная задача II конгресса — выработать или наметить практические начала, чтобы работа, которая до сих пор шла среди сотен миллионов людей неорганизованно, пошла бы организованно, сплоченно, систематично.

Через год, немногим больше, после I конгресса Коммунистического Интернационала, мы выступаем теперь победителями по отношению ко II Интернационалу; советские идеи распространены теперь не только среди рабочих цивилизованных стран, не только им понятны и известны; рабочие во всех странах смеются над умниками, среди которых не мало таких, которые называют себя социалистами и которые рассуждают ученым или почти ученым образом о советской «системе», как любят выражаться систематики-немцы, или о советской «идее», как выражаются английские «гильдейские» социалисты72; эти рассуждения о советской «системе» и «идее» засоряют нередко рабочим глаза и умы. Но рабочие отметают этот педантский сор прочь и берутся за то оружие, которое Советы дали. Понимание роли и значения Советов распространилось теперь и на страны Востока.

Начало советскому движению положено на всем Востоке, во всей Азии, среди всех колониальных народов.

То положение, что эксплуатируемый должен восстать против эксплуат