Печать
Родительская категория: Статьи
Просмотров: 611

И. В. Бычкова

Ленин — товарищ, человек

1987

Читать книгу "Ленин — товарищ, человек" в формате PDF

 

 

Отрывки из книги:

... Сборник содержит многочисленные письма и записки В. И. Ленина, его резолюции на телеграммах и заявлениях, а также воспоминания людей, близко знавших Ленина, встречавшихся и работавших с ним

 

... ТЕЛЕГРАММА Л. Б. КРАСИНУ2

Секретно

Берлин, Российское посольство Личное от Ленина Красину Я вполне ценю работу Иоффе и безусловно одобряю ее, но настоятельно требую, чтобы Иоффе держал себя как посол, выше которого нарком иностранных дел, и соблюдал приличия, не ругаясь и не третируя других, запрашивая обо всем важном наркома иностранных дел. Только тогда я могу и буду поддерживать посла Иоффе. Надеюсь на Ваш такт для внушения этого послу Иоффе и жду ответа.

Ленин

Написано 3 июля 1918 г.

 

... ОТНОШЕНИЕ Д. И. КУРСКОМУ

25 ноября 1918 г.

Народному комиссару юстиции. Предлагаю Вам совершенно немедленно назначить строжайшее судебное следствие по возмутительному делу об оскорблении действием 80-летнего старца бывшего митрополита московского Макария и о других противозаконных поступках группы лиц, ворвавшихся во время богослужения в Николо-Угрешский монастырь. О ходе следствия прошу меня уведомить2.

... Мы не умеем гласно судить за поганую волокиту: за это нас всех и Наркомюст сугубо надо вешать на вонючих веревках.

... С ком. приветом

В. Ульянов (Ленин)

Полн. собр. соч., т. 54, с. 86-89

 

... В ТРУДНУЮ МИНУТУ Я ВСПОМИНАЮ О НЕМ

Н. Н. Воронцова, подавальщица в столовой Совнаркома

Раньше чем писать о Владимире Ильиче, надо сказать, как я попала в Смольный, что я думала о большевиках, а главное — о Владимире Ильиче.

Муж мой, работая на Трубочном заводе, был в Красной гвардии. После Октября он находился в охране товарища Ленина. Ленину понадобился надежный человек, который готовил бы еду. Муж предложил на эту службу меня, хотя он знал, что большевиков я считала за антихристов. Я их боялась, как чертей, считала их самыми вредными идолами. Я не думала, что это люди, а признавала их за духов неведомых, а Владимира Ильича за главного из них. Он даже в каком-то бронированном поезде примчался, может, его бог с неба столкнул! Вот что было в моей глупой голове!

С мужем у нас часто были споры на этот счет. Я его ругала, говорила, что он продал душу антихристам, из-за этого нам так тяжело и живется.

Вот муж как-то и приехал за мной, чтобы взять в Смольный. Жили мы на Васильевском острове.

— Дура,— говорил муж,— ты пойди сама посмотри на этого антихриста.

Уговорил он меня, уломал.

Вот я и в Смольном.

Мне объяснили, в чем должны состоять мои обязанности.

Потом я увидела Владимира Ильича. При мне была больная девочка б лет на костылях. Нога у ней была в гипсе из-за туберкулеза кости.

— Как тебя зовут, детка, и что с твоей ножкой? — спросил Владимир Ильич, подавая мне руку, а сам смотрит на девочку, утешает ее.

Обращается ко мне.

— Вы жена товарища Воронцова?

Я ответила, не глядя ему в глаза.

Стала я видеться с Владимиром Ильичем каждый день по нескольку раз. Ни разу не пройдет он мимо, чтоб не сказать ласковое слово ребенку, то погладит, то достанет конфетку, или вынет из кармана лепешку и скажет:

— Для тебя берег. Ешь, Таня! Теперь хоть такую, а будет время — над таким гостинцем смеяться будут.

Очень часто играл с нею Владимир Ильич, поставит девочку около телефона и велит ей слушать трубку.

— Таня, слушай здесь,— скажет Владимир Ильич, поднимаясь на третий этаж, и позвонит ей сверху по телефону.

Таня кричит ему в трубку, зовет его, пока часовой что-нибудь не ответит сверху.

В то время Владимир Ильич и ночей не спал, а еще находил время пошутить с больной.

А то еще вот такой случай был. Получала я хлеба на 15 человек по 1 /% фунта на каждого. Мне ошибочно дали на 25 человек. Я это заметила, да подумала: ладно, нам нужно. Я вспомнила про Владимира Ильича. Работает день и ночь, а не ест почти ничего. Вот подаю чай и хлеба больше, чем обыкновенно, и медлю, не ухожу. Думаю, он похвалит меня. Владимир Ильич обратил внимание на хлеб и, просмотрев газету, обратился ко мне:

— Товарищ Воронцова, почему вы подали много хлеба? Должно быть все так же по восьмушке. Где вы взяли?

Он так на меня посмотрел, что податься мне было некуда. Я сказала, что барышня, выдававшая хлеб, ошиблась.

— Да вы не беспокойтесь,— говорю я,— у них много хлеба, все полки заложены, кушайте себе.

— Вы думаете, товарищ Воронцова,— сказал Владимир Ильич,— что у них только что мы да те, о которых вы заботитесь?

И он отрезал поданный ему лишек хлеба.

— Снесите это и больше так не делайте.

Как я вышла — не помню, только решила, что он святой. И как, бывало, пойду куда на улицу, так заверну в часовню и поставлю свечку.

— Господи, прости меня, что я так думала о святом,— скажу я в часовне.

Когда была разбита белая свора под Петроградом, товарищ Ленин по обыкновению зашел ко мне на кухню приласкать Таню. Он был веселее, чем всегда. Дал Тане какую-то лепешку и говорит:

— Теперь, детка, ты скоро поправишься, мы тебя поместим в санаторию.

Я подумала, вот хорошо-то! Набралась духу и говорю:

— Вы меня простите, Владимир Ильич, не сердитесь: думала я о вас вот как...

И рассказала, как думала раньше и в последнее время о Владимире Ильиче.

Он ул