- В апрельские дни 1990 г. в печати появилась публикация «Последняя тайна Ленина. Письмо цюрихскому другу». Можно ли считать данное «письмо» ленинским документом?

 

Ю. Амиантов, В. Степанов: Накануне 120-й годовщины со дня рождения Ленина, в апрельские дни 1990 г., в Москве и других городах расклеивались на стенах и продавались листы второго апрельского номера «Дайджест латышской прессы. Сегодня — Латвия» Броский заголовок: «Последняя тайна Ленина. Письмо цюрихскому другу — загадка, которую, возможно, уже никогда не удастся разгадать» — привлекал внимание читателя к тексту, который, по свидетельству газеты, был в 1921 г. распространен среди членов Британского правительства министром иностранных дел лордом Керзоном в качестве заслуживающего внимания конфиденциального письма Ленина1.

«Дайджест» давал материал в обратном переводе с первой публикации на французском языке в бельгийской газете «Суар» от 25 августа 1921 г. Но, как мы видим из сохранившихся в Центральном партийном архиве документов, именно этот текст, но только в переводе с немецкого, лежал на столе Ленина в Горках месяцем раньше, в двадцатых числах июля. Он был прислан диппочтой из-за границы наркому иностранных дел РСФСР Г В. Чичерину и тут же доставлен Ленину. Озаглавленный «Письмо Ленина», материал начинался следующей вводной информацией: «Германские секретные источники дают текст частного письма Ленина, датированного 10 июня 1921 г. и адресованного на имя проживающего в Берлине старого знакомого Ленина, брата одного из комиссаров. Хотя германские источники и утверждают, что подлинность письма не подлежит сомнению, тем не менее как стиль письма, так и подпись Ульянов, а не Ленин вызывает все-таки сомнение в происхождении этого документа» И далее письмо приводилось дословно: «Милый друг... Вы меня спрашиваете, почему тон моих писем или, вернее говоря, моих переговоров с Вами не так уж оптимистичен и спокоен, каким он был до сих пор. Я думаю, если бы мы опять встретились друг с другом, то удивитесь Вы еще более той перемене, которая произошла во мне и которая невольно отражается в моих письмах...»2

Таково начало пятистраничных «размышлений Ленина», приводящих к его отречению от некоторых кардинальных идей, которые он усиленно развивал и пропагандировал в докладах, выступлениях, статьях первой половины 1921 г. после поворота к новой экономической политике. В письме, в частности, содержалось совершенно не свойственное Ленину утверждение об ошибочности Марксовой теории классовой борьбы, о неверии в возможности рабочего класса и коммунистической партии завершить успешно процесс, начатый Октябрьской революцией.

В то же время в тексте письма можно было найти пассажи, напоминавшие по содержанию и форме действительные высказывания Ленина, представлявшие его анализ итогов политического развития страны: «Три года я не мог решиться сознаться в том, что мы ошибались, что были выбраны неверные приемы»;

«Если мы держимся — то исключительно усилиями партии, которая отдает все свои живые силы на сохранение власти и этим некоторым образом поддерживает возможность перевоспитания социального мировоззрения, подготовив этим этап для дальнейшего развития международной революции»; «Государственная работа, в той форме, как она проводится у нас, совершенно невозможна. Наша юная бюрократия переняла полностью ошибки своих предшественников и по наивности своей еще более увеличила пропасть между правящими и управляемыми» и т. д.

Ознакомившись со «своим» письмом, Ленин на последней его странице написал Чичерину записку:

 

«т. Чичерин! Это — подлог. Кто присылает? Что предпринять? Верните с отзывом.

27/VIІ. Ленин»

 

Вскоре Чичерин возвращает Ленину фальсифицированное письмо с ответной запиской:

 

«29 июля 1921 г.

Многоуважаемый Владимир Ильич!

Возвращаю Вам «Подлог» Этот материал получается через Стокгольм. Не ручаюсь, что осведомитель сам не выдумал. Этот подложный документ никогда и нигде не был опубликован, так что нечего его опровергать. Мы несчетное число раз заявляли, что теперь находится в обращении масса приписываемых нашим деятелям подложных документов. Если этот подлог где-нибудь попадет в печать, тогда займемся опровержением, но не за вашей подписью, а просто от РОСТА.

С коммунистическим приветом
Г Чичерин»

 

На этой записке Чичерина имеется следующая надпись Ленина: «в архив (подложное письмо Ленина. VII.1921)»3

Фальсификация все-таки появилась в печати: кроме «Суар», ее опубликовала 25 августа 1921 г. бельгийская «Пепль» (также на французском языке), а 30 августа - «Рижский курьер» — по-русски.

Итак, фальшивка, состряпанная в начале 20-х гг., вновь используется и в наши дни в тех же антикоммунистических целях.

Примечания:

1 Размышление об авторе письма см.: Максимова Э. Пять дней в особом архиве Известия. 1990. 20 февр. С. 6. Моск. веч. вып.

2 ЦПА ИТИС, ф. 2, on. 1, д. 27078.

3 Записки Ленина и Чичерина впервые полностью опубликованы Институтом марксизма-ленинизма при ЦК КПСС в «Правде» 5 июня 1990 г