- Современные критики говорят о том, что Ленин ошибся в главном: не надо было вообще пытаться осуществить социалистическую революцию, России вполне хватило бы и Февральской. Может быть, они правы?

 

С. Гречихо: Во-первых, Февральской революции России не хватило. Иначе не встал бы вопрос о продолжении революционного процесса. Февральская революция не разрешила тех задач, которые стояли на повестке дня общественно-экономического и политического развития нашей страны. Социальное реформаторство буржуазной демократии оказалось не способным вывести Россию на дорогу прогресса. Временному правительству было отпущено время, которое оно не смогло эффективно использовать. Буржуазный демократизм в тот период потерпел фиаско.

Во-вторых, подход к оценке Октябрьской революции должен быть всесторонним. К ней самой, к тому, что за ней последовало, к тем изменениям в общественной жизни, которые явились ее результатами, надо относиться дифференцированно.

В частности, необходимо различать два вопроса — об объективной обусловленности Октябрьской революции и о методах, средствах социалистических преобразований нашего общества.

Рассматривая первый вопрос, следует установить: имелась ли в начале столетия объективная общественная потребность в существенном изменении буржуазной экономической системы? Здесь надо иметь в виду, что в этот период разворачивается процесс постепенной коренной трансформации капитализма. Учитывая развитие названного процесса в XX в., формационная оценка нынешнего экономического и социально-политического бытия западных государств не должна быть однозначной. Индустриально развитые страны вступили ныне в такой этап общественного развития, на котором как тенденции просматриваются контуры грядущего, уже отличающегося от капитализма. Процессы, происходящие в цивилизованных странах в области превращения науки в главную производительную силу, повышения производительности труда, интеллектуализации экономики, изменения характера и разделения труда, элементы превращения его в научный процесс, степени автоматизации производства, соотношения свободного и рабочего времени, распределения, обмена, потребления, интернационализации производства, обновления социальной структуры, изменения роли и функций государства, трансформации самих государственных институтов, развития самоуправления и др., свидетельствуют, что эти страны движутся в сторону общественной модели, многие параметры которой совпадают с тем обществом, которое Маркс как раз и называл социализмом.

Если пользоваться марксистской формационной типологией общественного развития, то можно высказать предположение, что во многих отношениях индустриальные страны находятся в процессе переходного периода от капитализма к социализму. Периода, когда общество основывается на смешанной экономике; когда широкое распространение получают коллективные, государственные и смешанные формы частной собственности, так называемое общественное предпринимательство, акционерное производство; когда происходит естественное, поступательное развитие общества и последовательно создаются предпосылки дальнейшего прогресса, рождения новой формации; когда в ряде случаев имеет место частичная мирная экспроприация капитала и государственно-капиталистическая монополия начинает использоваться на пользу всего народа. Да и как иначе можно назвать налоговую политику в отношении частного предпринимательства и социальные программы, например, в Швеции? Политэкономический смысл современной эволюции развитых стран, в которых господствует акционерный капитал, сводится к постепенному преодолению товарного, капиталистического производства на почве самого товарного производства.

В отличие от традиционного капитализма современное западное общество основывается главным образом не на индивидуальной, а на коллективной и общественной (государственной) частной собственности.

В этой связи представляют интерес некоторые характеристики, данные Марксом «коллективистским» тенденциям капитализма — акционерным обществам, империализму, государственно-монополистическому регулированию экономики и др. Маркс, в частности, рассматривал акционерный капитал как самую совершенную, противоречивую форму, подводящую к коммунизму1. В результате распространения акционирования капиталистическое производство видоизменяется таким образом, что его уже нельзя считать чисто капиталистическим. Капитал, частная собственность выступают уже не частными, а общественными. Имеет место «упразднение капитала как частной собственности в рамках самого капиталистического способа производства»2. Акционерные предприятия, как неоднократно отмечает Маркс, — это, наряду с кооперативными фабриками рабочих, переходная форма от капиталистического к ассоциированному, т. е. социалистическому, способу производства3. «Это, упразднение капиталистического способа производства в пределах самого капиталистического способа производства и потому само себя уничтожающее противоречие, которое prima facie (прежде всего. — Ред.) представляется простым переходным пунктом к новой форме производства»4.

За время, прошедшее с тех пор, как были написаны эти строки, некапиталистические тенденции в жизни западного общества получили дальнейшее развитие. Главные из них находятся в экономической сфере. Они состоят в изменении социальных условий, при которых совершается процесс производства. Суть этих изменений заключается в неуклонном росте обобществления производства. После второй мировой войны это выразилось в ряде проведенных западными странами программ государственного регулирования хозяйства. В наши дни эго проявляется в развитии практики так называемого общественного предпринимательства в этих странах.

Принимая во внимание вышеизложенное, думается, возможна постановка вопроса о том, что современные развитые индустриальные страны развиваются в направлении той общественной модели, в которой угадываются черты будущего, предсказанного Марксом. Прогноз Маркса, Энгельса, Ленина о смене капитализма социализмом и о том, что время такой смены наступило, в основном правилен, и, бесспорно, сохраняет научную значимость. Капитализм на границе двух веков изживает себя, и человечество действительно начинает переходить от капитализма к другому общественно-экономическому укладу. В настоящее время индустриально развитые страны находятся в процессе этого перехода. В ходе этой трансформации в обществе нарастают тенденции, анализ которых позволяет сделать вывод, что от капитализма человечество постепенно переходит к организации жизнедеятельности, некоторыми своими характеристиками напоминающей социализм Маркса.

В этой связи попытку социалистических преобразований в нашей стране нельзя считать нецелесообразной. Коль скоро в недрах капитализма начали развиваться переходные процессы, вполне логично и оправданно было сделать их целью сознательно проводимой политики. Ошибка состояла не в том, что была предпринята попытка социалистических преобразований, а в том, какими представлялись эти преобразования и как они проводились.

Однако социальная практика скорректировала движение к социализму и вывела наше общество на путь естественного, закономерного движения в направлении альтернативы капитализму. Именно таковым был переход от «военного коммунизма» к нэпу. Главные параметры общественной модели, которая была объективной целью нэпа и которая неизбежно сложилась бы, если бы осуществление нэпа не было насильственно прервано, — это смешанная экономика и многопартийность. Причем последняя как естественное, логическое последствие предпринимаемого всерьез и надолго нэпа осознавалась Лениным.

Примечания:

1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 29. С. 254.

2 Там же. Т. 25, ч. I. С. 479.

3 См. там же. С. 478—485.

4 Там же. С. 481.