Г.А. Бородулина

О версии происхождения предков В. И. Ленина по отцовской линии в книге А. Арутюнова «Досье Ленина без ретуши»

 

В исторической науке есть свои традиции, своего рода правила приличия, которых придерживались еще такие признанные исследователи как С.М. Соловьев и В.О. Ключевский, П.Н. Милюков и А.А. Корнилов. Уважая своего читателя, давая ему возможность следить за ходом мысли, контролировать объективность, беспристрастность исследователя, русские историки привычно начинали свои работы с постановки задачи, с анализа источниковой базы, с объяснения особенностей своей методологии, а завершали – выводами, всесторонне обоснованными в аналитической части исследования.

А. Арутюнов с первых страниц своей книги «Досье Ленина без ретуши»(1) отметает все эти каноны, предлагая читателю уже в разделе «От автора» основные свои выводы и оценки личности Ленина, которые сопровождаются утверждениями о научном характере работы: «Необходимо было во всем разобраться и, прежде всего, изучить документальные материалы и многочисленные воспоминания современников, провести тщательный источниковедческий анализ работ Ленина, его биографии и, сопоставляя их с другими источниками, в том числе архивными, попытаться выяснить истинную политическую цель и узнать подлинное лицо этой неординарной личности. Нужно было систематизировать отобранный за многие годы фактический материал, прежде чем приступить к исследованию столь серьезной проблемы». На научный характер работы претендует и ее оформление (к основной части книги даны разделы «Примечания», «Приложения», «Список сокращений», «Именной указатель»).

Книгу об исторической личности автор начинает, как и полагается, с истоков — с генеалогии вождя. Этой теме посвящена глава I «Родословная Владимира Ульянова». Свою задачу в этой главе автор формулирует следующим образом: «В данной работе я не ставил перед собой задачу подробно показать всю родословную Ленина, как говорится, до седьмого колена. Однако вряд ли можно было бы разносторонне исследовать общественно-политическую деятельность столь неординарного человека, не изучив этого вопроса»(2). Далее он продолжает: «Многолетний поиск источников, их/80/ критический анализ и систематизация позволили мне внести некоторые дополнения и уточнения в имеющуюся информацию о родственниках Ленина и, насколько было возможно, воссоздать родовое древо этой большой, окутанной тайной фамилии. Естественно, данное исследование не может дать исчерпывающий ответ на все вопросы, касающиеся генеалогии Владимира Ильича Ульянова. Но автор все же надеется, что представленный материал вполне достаточен для того, чтобы у читателя сложилось более или менее правильное представление о предках большевистского вождя»(3).

В логической связи с заявленным в разделе «От автора» формулировка поставленной задачи сразу же выдает истинную цель автора: не реконструировать историю рода Ульяновых, а дать «правильное», с точки зрения самого автора, представление о предках Ленина.

Поставленную задачу автор книги пытается решить способами, не имеющими к научным никакого отношения. Сама формулировка «правильное представление о предках большевистского вождя» фактически сразу отвергает объективность всего написанного до Арутюнова по этой теме в нашей стране и многого – за рубежом. Об этом было заявлено уже в разделе «От автора»: «О Ленине написаны тысячи работ и у нас в стране, и за рубежом. Продолжают писать и сегодня. Естественно, авторы этих работ – люди разных политических взглядов и убеждений. Отсюда и противоречивые оценки личности и деятельности Ленина. Ничуть не оправдывая отечественных историков, писателей и различных специалистов, создавших в годы советской власти тенденциозные и конъюнктурные сочинения (впрочем, не свободны от этого и некоторые западные авторы), следует все же отметить, что необходимо учитывать условия, в которых приходилось жить и работать людям нашей страны на протяжении семи десятков лет страшного господства коммунистической автократии»(4). Замалчивая, что нередко люди разных политических взглядов и убеждений высказывали, например, совпадающие оценки личности Ленина, Арутюнов предпочитает промолчать и о том, что его собственные оценки не отличаются в сущности от оценок таких авторов книг о Ленине, как генерал Волкогонов и писатель В. Солоухин. Арутюнов делает этих авторов фигурами умолчания, поскольку совпадают не только их оценки, но и методы, далекие от научных.(5)

Утверждение, что выполнить поставленную в этой части книги задачу автору позволил «критический анализ и систематизация» источников, может ввести в заблуждение разве что самого неискушенного читателя. Автор не дает даже самой элементарной систематизации и краткого анализа обширной базы источников. Все заменяют два утверждения. Первое: «За годы Советской власти биографы Ленина сделали все возможное и невозможное для того, чтобы показать, что предки Ленина по отцовской линии были волжскими крепостными крестьянами»(6). Второе утверждение: «После смерти Ленина начали издаваться воспоминания о нем. Но среди массы опубликованной литературы нет ни одной объективной, правдивой работы. Не составляют исключения и сочинения, вышедшие из-под пера ближайших родственников Ленина.»(7) По сути дела Арутюнов утверждает, что на протяжении всего советского периода истории биографии Ленина, и родословная в частности, фальсифицировались, в этом принимали участие и сами Ульяновы.

Методы, которыми пользуется автор для обоснования своих утверждений, имеют вполне определенные названия – подтасовка (т.е. отбор из всего многообразия фактов только тех, что работают на авторскую версию) и фальсификация (преднамеренное искажение, подмена каких-либо данных).

Первое утверждение автор обосновывает следующим образом: «Первой «ласточкой», утверждающей этот факт (происхождение предков Ленина по отцовской линии из волжских крестьян – Б.Г.) , стала книга «Ленин – Владимир Ильич Ульянов»,/81/ опубликованная летом 1918 года большевистскими идеологами. В ней, в частности, говорится: «Отец Ленина, родом крестьянин, работал на Волге директором народных училищ». Но неожиданно в сентябре того же года вышла в свет небольшая книжка «Вождь деревенской бедноты В.И. Ульянов-Ленин». Она внесла шумный переполох в высшие партийные круги и вызвала гнев и возмущение самого Ленина. Автор книги (А.Х.Митрофанов) писал: «Вся жизнь Вл. Ильича, вся его ученая, литературная и партийная жизнь неразрывно связана с деревней. Начать с того, что его отец, дворянин по происхождению, далекий от крестьянства и по своему общественному положению, был человеком близким ему по духу. Эту близость и сочувствие многострадальной деревне эпохи мрачной реакции царствования Александра III отец Вл. Ильича передал всей своей семье… (выделено мной.- А.А.). Несмотря на все лестные эпитеты «вождю мировой революции», книга была бомбой, подложенной под кремлевского владыку, за что автор книги жестоко поплатился. После этой публикации все издания, касающиеся биографии вождя были взяты под особый контроль, хотя книги, посвященные ему, продолжали выходить даже в разгар гражданской войны.»(8)

Человеку, занимавшемуся многолетним поиском источников по теме, должен быть известен факт существования в то время и других версий происхождения Ленина в книгах 1918—1920 годов. Их авторы не располагали никакими биографическими документальными материалами, да они и не были им нужны. Главная цель авторов заключалась в пропаганде основных положений программы и политики партии, а огромный интерес к ее руководителю определил биографическую форму изданий. Так, первая книга была написана Г.Е. Зиновьевым (Арутюнов почему-то оставил это в секрете), в целях разъяснения широким слоям основных положений программы партии и политику по их реализации. Цель книги Митрофанова — разъяснить крестьянам аграрную часть программы и политику большевиков по отношению к беднейшему крестьянству. Никакого «особого» контроля за изданиями о Ленине до конца 20-х годов не существовало, а утверждение о гневе и возмущении Ленина по поводу книги Митрофанова Арутюнов приводит бездоказательно, поскольку таковых и не существует.

Поиск документов для написания биографии Ленина начала созданная в 1920 году Комиссия для собирания и изучения материалов по истории Октябрьской революции и истории Российской Коммунистической партии (Истпарт). В 1921 году в двенадцатом номере журнала «Книга и революция» была опубликована статья «Ленин и миф» Г. Шидловского, члена коллегии Петроградского Истпарта. Проанализировав три наиболее распространенные в то время биографические книги о Ленине, он пришел к выводу, что после их прочтения «не только партийный агитатор, но и рядовой читатель невольно задастся вопросом: - А на самом деле, кто же по происхождению был тов. Ленин? Например, в книге Г. Зиновьева говорилось: «…отец тов. Ленина, родом крестьянин, работал на Волге директором народных училищ». В книге А. Митрофанова: «…его отец дворянин по происхождению, далекий от крестьянства». В. Невский сообщал, что отец Ленина сам происходил от бедных и незнатных родителей из г. Астрахани». Автор статьи призвал «рассеять творимый при жизни тов. Ленина миф о нем, о его происхождении…»(9)

Статья была перепечатана журналом «Пролетарская революция» вместе с отзывом старшей сестры Владимира Ильича А.И. Ульяновой-Елизаровой. В ответ на обращение Шидловского Анна Ильинична сообщила, что «…данные, сообщаемые т. Невским, всего ближе к истине. Илья Николаевич родился в Астрахани от «бедных и незнатных» родителей. Но мы можем поставить точку над i и сказать: по происхождению он был мещанином г. Астрахани… Числясь на государственной службе, он получал в свое время чины и ордена. Последний орден Владимира дал ему/82/ потомственное дворянство, т. е. в том, что Владимир Ильич дворянин, есть тоже доля правды, но дворянин не по происхождению, а по выслуге отца»(10). Фактически сестра Ленина выступила против создания мифа о Ленине.

Эту хорошо известную исследователям статью Арутюнов просто игнорирует. В подтверждение участия родных Ленина в фальсификации биографии автор приводит цитаты из книг сестер Владимира Ильича. На с.11 читаем: «Так старшая сестра Ленина, Анна Ильинична Ульянова-Елизарова, в начале 20-х годов писала, что ее дед, Николай Васильевич, «был мелким чиновником». Позднее она написала и о своем отце: «Отец Вл. Ильича, Илья Николаевич Ульянов, был родом из бедных мещан города Астрахани. Семи лет лишился он отца». Так же скупо пишет о своем отце, деде и прадеде и младшая сестра Ленина, Мария Ильинична Ульянова: «Отец происходил из бедной мещанской семьи. Дед его был крепостным, а отец жил в городе и служил в каком-то торговом предприятии (выделено мной. – А.А.). Однако она не уточнила, в каком именно торговом предприятии служил ее дед.»(11)

Далее Арутюнов попытается опровергнуть те сведения сестер, которые выделил в тексте, пользуясь отсутствием источниковедческого анализа. В противном случае ему пришлось бы сообщить, что «Воспоминания об Ильиче» были написаны Анной Ильиничной в начале 20-х годов(12), когда Ульяновы практически ничего не знали о деде и отце Ильи Николаевича. В памяти Анны Ильиничны остались только самые яркие рассказы отца о детстве, собственные воспоминания о единственной встрече с бабушкой и дядей: «Помню поездку на пароходе, нас двоих старших (Александр и Анна – Б.Г.) с матерью из Нижнего в Астрахань, к родным отца. Это было ранней весной, с первыми пароходами, когда мы были в возрасте 3—4 лет. Смутно припоминаю маленький домик, старую бабушку и дядю: припоминаю, что с нами возились как с желанными гостями и, как мать находила, баловали нас чересчур. К этим родным мы ездили только раз…»(13) Эти детские отрывочные воспоминания и точное знание о происхождении отца из мещанского сословия и послужили основой для написанного Анной Ильиничной в приводимых Арутюновым отрывках. Еще меньше могла помнить младшая сестра — Мария Ильинична, родившаяся в 1878 году.

Только в 1930 г. им стали известны первые документальные сведения о деде и его семье, после того как Мария Ильинична познакомилась с присланной в Институт Ленина рукописью документального очерка об отце. Автором очерка был астраханский архивист П.И. Усачев, выявивший в областном архиве первые документы о Н.В. Ульянове и его семье. В очерке сообщалось, что дед Ленина был по профессии портным, приписанным к мещанскому сословию. В Российском государственном архиве социально-политической истории (бывшем Центральном партийном архиве) хранятся письма Усачева к Марии Ильиничне, в которых он сообщал, что использовал в очерке сведения из архивной книги «на записку мастеров» Астраханской ремесленной управы за 1834 год с записью о принадлежности Н.В. Ульянова к цеху портных и ревизской сказки 1835 года(14).

В вышедшей в 1931 году книге «В.И. Ульянов (Н. Ленин). Краткий очерк жизни и деятельности» Анна Ильинична написала: «Отец его, Илья Николаевич, происходил из мещан г. Астрахани. По некоторым не вполне проверенным данным, дед Владимира Ильича был портным». Впервые в этой книге она писала об этническом происхождении предков по отцовской линии: «По национальности Илья Николаевич был русским, но некоторая примесь монгольской крови несомненно имелась, на что указывали несколько выдающиеся скулы, разрез глаз и черты лица. В Астрахани, как известно, значительную часть населения составляли издавна татары».(15)

В отличие от старшей сестры Мария Ильинична с большим доверием отнеслась к сообщениям Усачева, написав об отце: «Он происходил из бедной мещанской семьи./83/

Дед его был крепостным, а отец жил в городе и служил в каком-то торговом предприятии (по профессии он был портным)».

Арутюнов опустил упоминания о профессии Н.В. Ульянова в книгах, чтобы создать видимость существенных разночтений в написанном сестрами, «не заметил» он и сноску к написанному в книге Марии Ильиничны: «1) По сообщению тов. П. Усачева в книге «на записку мастеров» астраханской ремесленной управы на 1834 г. Николай Васильевич Ульянинов (фамилия деда писалась в то время и Ульянов, и Ульянин) значится портным. О том, что Николай Васильевич был портным сообщает и племянница М.Н.Горшковой (старшей дочери Николая Васильевича), С.А.Ветлугина, которая в настоящее время живет в Астрахани)».(16) Сообщение о крепостном прадеде, как мы увидим позже, также основывалось на сообщении Усачева.

Сестры Ульяновы неоднократно писали в своих книгах, а не признавались, по выражению Арутюнова, что по материнской линии у них были немецкие предки.(17)

О существовании еврейских предков Ульяновы узнали из документов, выявленных по запросу Анны Ильиничны в 1924 году в архивах Ленинграда. В запросе Анна Ильинична сообщила все сведения, которые были известны ей об А.Д. Бланке: «…1. Родился в 1802 г. (кажется в Житомире). 2. Купеческого сословия. 3. Поступил в 1820 г. в Петербургскую Медицинскую академию. 4. Окончил ее со званием лекаря в 1824 г. 5. Служил одно время в больнице Марии Магдалины. 6. Был женат на некой Анне Ивановне Грошопф (кажется шведке), отец ее имел дом на Васильевском острове»(18). Узнав о выявленных документах и их содержании, руководство Института Ленина приняло тогда решение не обнародовать сведения о еврейских предках Ульяновых. Но в начале 30-х годов Анна Ильинична, обеспокоенная ростом в стране антисемитских настроений, дважды обращалась к И.В. Сталину с просьбой опубликовать эти сведения. Через Марию Ильиничну Сталин передал распоряжение: «молчать…абсолютно»(19). Письма Анны Ильиничны были опубликованы в 1992 году, о чем Арутюнов предпочел умолчать.

Походя, одной фразой, автор книги свел на нет всю работу, проделанную зарубежными исследователями, заодно дискредитировав известного биографа Ленина - Д. Шуба: ««Кстати, зарубежные публикации о генеалогии Ленина также не свободны от неточностей и ошибок. Например, автор книги о Ленине Д.Н. Шуб пишет, что прадед Ленина по материнской линии Мойша Ицкович Бланк якобы был женат на Анне Карловне Остедт.»(20) (Арутюнов А. Указ. соч. С.11). Но этот опус принадлежал автору книги «Ленин» генералу Волкогонову, у которого Арутюнов позаимствовал и сам опус, и ссылку на несуществующее издание работы Д. Шуба на русском языке(21). Книга Шуба была издана в Нью-Йорке в 1948 г. на английском языке(22). Ничего подобного утверждению Волкогонова в ней нет и быть не могло. От историка русского еврейства С.М. Гинзбурга Шубу было только известно, что дедом Ленина был крещеный фельдшер из Одессы Александр Бланк. Об этом Шуб написал в начале 60-х годов, когда в эмигрантском «Новом журнале» развернулась дискуссия о национальности предков Ленина.(23)

Претендуя на роль ученого, открывающего в своей работе ранее неизвестные факты из истории рода Ленина, Арутюнов скрыл от читателя, что уже существует целый ряд публикаций современных исследований по родословной Ленина и истории ее изучения.(24) Это дало Арутюнову возможность использовать публикации (например, книгу М.Г. Штейна), не указывая их в качестве источника.

Подменив источниковедческий анализ тенденциозным комментированием нескольких цитат и собственными домыслами, Арутюнов приступает к аналитической части главы: «В генеалогии семьи Ульяновых прослеживается пять ветвей: еврейская, немецкая, шведская, калмыцкая и чувашская».(25)/84/

«Научное» доказательство существования в роду Ленина калмыцких и чувашских предков автор книги осуществляет при помощи подтасовок, фальсификаций фактов и домыслов.

Первенство в попытке доказать существование в роду Ульяновых чувашских предков принадлежит самому Арутюнову, что касается версии о калмыцких предках, то она известна с 1937 года, но так и не получила документального подтверждения. Так что фраза Арутюнова «калмыцкая ветвь слабо исследована биографами Ленина» просто абсурдна. На сегодняшний день, как и в 1937 году, версия основывается на мнении А.И. Ульяновой-Елизаровой о «некоторой примеси монгольской крови» у отца и сведениях из очерка М. Шагинян «Предки Ленина».

Очерк Шагинян был впервые опубликован в журнале «Новый мир»(26) и стал своего рода прелюдией к роману «Билет по истории». Основу очерка составили сведения из выявленных в Государственном архиве Астраханской области документов о Н.В. Ульянове и членах его семьи, что писательница и указала: «За астраханским архивом очень большие заслуги. Разысканы: дом, в котором родился отец Ленина; метрическая запись, по которой установлена дата крещения Ильи Николаевича и фамилии его крестных отца и матери; книга «на записку мастеров», где перечислено множество профессий ремесленников, существовавших в 1834 году, и где в списке «портные астраханские мещане» под № 3 значится: «Николай Васильевич Ульянов, внесший налогу «единовременно десять»… Разыскать дом было нелегко. Чтоб его найти пришлось тщательно, за много лет пересмотреть так называемые «ревизские сказки», периодические переписи населения по дому, с хозяевами, чадами и домочадцами, пока не нашелся среди них замечательный документ 1835 года, сохранивший для нас даже собственноручную, очень крепкую и характерную подпись деда Ленина. Этот документ дополнила вторая ревизская сказка от 1850 года, когда деда Ленина уже не было в живых. К ним прибавились два приказа о «крепостной девке Александре Ульяновой», о которой не известно в точности, кем она доводилась деду Ленина. Разыскан семейный склеп Ульяновых на астраханском «духосошественском» кладбище…Но найти документ – это еще полдела. Главное…- суметь жизненно прочитать документ, выжать из его сухости теплый человеческий голос. Правильное чтение документа, расшифровка заложенных в нем исторических показаний – это тоже заслуга астраханского архива»(27). Архивистом, выявившим и прокомментировавшим документы писательнице, был, как мы уже писали, Петр Иванович Усачев. Это подтверждают и исследования А.С. Маркова(28), одно из которых хорошо известно Арутюнову. В 1936 году в областной газете «Сталинградская правда» Усачев опубликовал статью о семье Ульяновых в Астрахани и три выявленных в архиве документа: запись в ревизской сказке 1835 года и два приказа об "отсужденной от рабства" Александре Ульяновой»(29). Судя по тому, что написала Шагинян в очерке, Усачев выражение «отсужденная от рабства» расшифровал как свидетельство об освобождении из крепостной неволи. Предположив родственную связь Николая Васильевича с Александрой, архивист сделал вывод, что дед Ленина мог быть по происхождению крепостным крестьянином. Основываясь на толковании документа и версии Усачева, о происхождении деда Ленина из крепостных написали и М.И. Ульянова, и Шагинян.

Широкой публике версия о калмыцких предках стала известна из романа Шагинян «Билет по истории», напечатанного в 1938 году в журнальном варианте, а затем вышедшего отдельной книгой.(30)

О чувашских предках Ленина широкой публике впервые поведал известный кинорежиссер С.Говорухин.(31)/85/

Попытку доказать существование в роду Ульяновых калмыцких и чувашских предков Арутюнов логически начинает с попытки опровержения официальной (по выражению автора книги) версии русского происхождения Н.В. Ульянова.

Документы, прямо указывающие национальность деда Ленина, исследователям не известны. Версия о русском происхождении основывается прежде всего на записи о «коренном российском происхождении» мужчин, внесенных в список для рекрутского набора 1837 года мещан г. Астрахани. Среди них – Н.В. Ульянов и его сыновья. Другое основание – документально подтвержденный факт происхождения Николая Васильевича из крепостных крестьян Нижегородской губернии(32). По свидетельству доктора исторических наук, специалиста по вопросам народонаселения России XVIII—XIX веков В.М. Кабузана это выражение использовалось в официальных документах первой половины XVIII века как указание на принадлежность к одному из трех коренных народов Российской империи: русскому, украинскому или белорусскому. Опять же по свидетельству Кабузана, абсолютное большинство крепостных крестьян в Сергачском уезде Нижегородской области в конце XVIII — начале XIX веков составляли этнические русские.(33) Указание на славянское происхождение в списке для рекрутского набора дополняет документальное описание внешности Николая Васильевича: «Ростом 2-х аршин 5 вершков, волосы на голове, усы и борода светло-русые, глаза карие, лицом бел, чист…»(34)

Опровержение версии славянского происхождения Николая Васильевича Арутюнов строит на следующих утверждениях:

1. Существует свидетельство самого Ильи Николаевича о его нерусском происхождении.

У Арутюнова: «Из книги Шагинян О.Д. Ульянова должна была знать о признании деда, Ильи Николаевича, который говорил, что он отчасти калмык»; «…отец Ленина, Илья Николаевич, признавал, что он «отчасти калмык», но о другой части своей национальности почему-то умалчивал. Если бы у него были русские корни, я уверен, он не стал бы об этом умалчивать. Напротив, он с гордостью подчеркнул бы этот факт»(35).

2 Доказательством «тюркоязычного» (терминология автора книги) происхождения Ульяновых служит их внешний вид.

У Арутюнова: «Во внешнем облике Ульяновых, начиная с Василия (дяди Ленина) и кончая Владимиром Ильичем, преобладали монголоидные элементы. И если еще учесть их небольшой рост (максимальный 164 см), что не типично для русских мужчин, то можно предположить, что дед, прадед и все далекие предки Ленина по отцовской линии принадлежали к тюрко-язычным племенам»(36).

3. Документы о происхождении Н.В. Ульянова из крепостных крестьян Нижегородской губернии сфальсифицированы, такого села в Нижегородской губернии никогда не существовало, и вообще дедом Ленина был не Н.В. Ульянов.

У Арутюнова: «…в документальных материалах Ульяновых имеют место не только неточности, но и подлоги. А в опубликованной литературе – сплошь противоречивые и неправдоподобные сведения… Вывод здесь таков: настоящей биографии Ульяновых пока мы не знаем; весьма сомнительна родственная связь между Ильей Николаевичем и родом Ульяниных из загадочного села Андросово Нижегородской губернии; сомнительна официальная версия о том, что предки Ленина по отцовской линии были крепостными крестьянами, относились к податному сословию. Есть все основания, что предки Ленина были из привилегированного сословия».(37)

Итак, первое утверждение основывается на сведениях из книги, а точнее - романа М. Шагинян «Билет по истории». Художественное произведение автор/86/ научного исследования указывает в качестве документального источника. Еще со школьной скамьи исследователю должны быть известны особенности жанра исторического романа, о которых Шагинян писала Н.К. Крупской 25 февраля 1938 года: «Роман - это художественная выдумка; исторический роман – это художественное построение на определенном материале. Ценность его – в том, насколько он соответствует правде, насколько эта правда выражена полно и всесторонне, насколько образы удались писателю, кажутся похожими, правдивы, угаданы верно… Роман и есть роман, никто не подходит к нему как к научному исследованию».(38) В форме воспоминаний Ильи Николаевича о детстве Шагинян написала: «…его мать, Смирнова, вышла из уважаемого в астраханском мещанстве крещеного калмыцкого рода…».(39) Воспоминания литературного героя Арутюнов превращает в признание реальной исторической личности, зафиксированное М. Шагинян. Автора не смущает, что писательница родилась через два года после смерти Ильи Николаевича.

Отсутствие документальных свидетельств о признании Ильей Николаевичем своего русского происхождения не может служить доказательством обратного, а «Я уверен…» в науке не аргумент. Субъективные убеждения, не будучи обоснованными, не имеют научного значения.

Утверждение о преобладании «монголоидных элементов» во внешности Василия и Ильи Ульяновых, а также сыновей последнего, судя по их фотографиям, также субъективное мнение автора, а не объективный факт.

Рост же Николая Васильевича, точно известный по документам, вряд ли можно считать нетипичным для русских мужчин. В русскую армию того времени рекрутировали мужчин не ниже 2 аршин 4 вершков.(40) Как историку Арутюнову не следует к тому же оценивать рост людей XVIII — начала XIX столетий с высоты современного человечества.

Умолчание об основаниях версии русского происхождения Н.В. Ульянова дает Арутюнову возможность приписать авторство выражения «коренного российского происхождения» А. Симаковой, автору одной из статей в сборнике «О Ленине – правду».(41) Фальсификация позволяет Арутюнову не расшифровывать выражение как клише из официальных документов XIX века, а использовать его в качестве повода для пафосной тирады: «Осмелюсь утверждать, что все, кто относят предков Ленина и его самого к русским, не только лукавят, ошибаются, но и глубоко заблуждаются, отождествляя слова «российский» и «русский». Нельзя смешивать и путать восточнославянский народ с многочисленными неславянскими народами, живущими в Российском государстве... Наконец, ведь мы же не говорим «Русская Федерация», а говорим «Российская Федерация», имея в виду многонациональное государство, на территории которого проживает свыше ста национальностей».(42 )

Наконец, утверждение, что в документах об Ульяновых есть «не только неточности, но и подлоги». Оно основывается в первую очередь на фальсификации автором книги истории поисков документов об Ульяновых в архиве Астраханской области:

«Из публикаций последних десятилетий создается впечатление, что долгие годы никому в голову не приходило заглянуть в Государственный архив Астраханской области и осуществить тщательный поиск документальных материалов о предках Ленина. Но это не так. В Астраханском архиве работали многие исследователи, в их числе скрупулезная М. Шагинян. Не думаю, что она не обнаружила документы, относящиеся к предкам Ленина, если они были в фондах архива. Между тем она нашла там дело некой Александры Ульяновой от 14 мая 1825 года… Вот практически и все – ничего более существенного о предках Ленина по отцовской линии писательница не обнаружила».(43) Находку части документов, опубликованных в очерке Шагинян в/87/ 1937 году, Арутюнов относит к более позднему времени, чтобы иметь возможность обвинить «большевистских идеологов» в подлоге и фабрикации практически всех известных документов по родословной Ленина «с опозданием на полвека…» (44)

За одной фальсификацией следует другая: «Однако, спустя десять лет после находки и публикации этого документа [приказа об А. Ульяновой – Б.Г.] неожиданно в архиве Астраханской области всплывает множество других документов, имеющих (?) отношение к предкам Ленина».(45) Но первые после долгого перерыва находки в Астраханском архиве были сделаны не в 1947, а в 1966 году сотрудницей архива Е. Шнайдштейн.(46)

Из новых документов стало известно, что Н.В. Ульянов был выходцем из крепостных крестьян Нижегородской губернии. Эти сведения дали возможность выявить документы о Николае Васильевиче Ульянове и его родственниках уже в Государственном архиве Горьковской области. Сведения о ходе поисков и их результатах публиковались в периодической печати того времени.(47) Выявленные в архивах Астрахани и Горького документы публиковались в двух изданиях книги уже упоминавшегося А.С. Маркова.(48)

Весь комплекс выявленных документов хранится в архивах, документы доступны для исследователей, и до настоящего времени их подлинность не вызывала у специалистов сомнений. Не вызывает сомнений и то, что сведения, содержащиеся в архивных документах, относятся именно к родственникам В.И. Ленина. Впервые сомнения высказаны в книге Арутюнова, но каких-либо научных аргументов в их пользу автор привести не смог.

Так, Арутюнов приводит запись из документа астраханского архива: «Николай Васильев Ульянин – Нижегородской губернии Сергачской округи села Андросова помещика Степана Михайлова Брехова крестьянин отлучился (1) 791 году» и заявляет, что «при сравнении содержания приведенного документа с другими материалами получается полная неразбериха. И вообще вызывает сомнение тот факт, что эти документы относятся к предкам Ленина».(49)

В качестве «этих» документов из всего обширного комплекса Арутюнов использует лишь несколько: запись о Н.В. Ульянове и составе его семьи в ревизской сказке 1816 года, запись о Н.В. Ульянове и составе его семьи в ревизской сказке 1835 года, запись о подушной подати Н.В. Ульянова и его сыновей Василия и Ильи в окладной книге по сбору податей с членов мещанского общества в 1836 году, запись о Н.В. Ульянове и его сыновьях в списке мужчин для рекрутского набора 1837 года. Напомним, что запись об Ульяновых в ревизской сказке 1835 года была выявлена П.И. Усачевым и опубликована М. Шагинян. Обратив внимание на то, что даты рождения Н.В. Ульянова и его жены, если исходить из данных об их возрасте в разных ревизских сказках, не совпадают, Арутюнов делает «открытие»: «Правда, мы не знаем, при какой «ревизии» произведена правдивая запись, поэтому можем констатировать только факт неточности и неразберихи в ревизских сказках».

Далее Арутюнов приводит сведения о возрасте Николая Васильевича из окладной книги 1836 года и списка для рекрутского набора 1837 года, которые «указывают на то, что Николай Васильевич родился в 1770 году, что весьма сомнительно»(50). Почему – не объясняет.

Можно было бы в качестве примера неразберихи привести еще один документ – выписку из списков мещан Астраханского мещанского общества 1839 года, где указано, что Николаю Васильевичу 66 лет, т.е. родился он в 1773 году. Арутюнов к тому же не сообщает, что существуют разночтения и в возрасте сыновей Н.В. Ульянова. Например, по записи в метрический книге Гостино-Николаевской церкви Василий родился в 1819(51), по указанному в ревизской сказке 1835 года возрасту – в/88/ 1822 году, по списку для рекрутского набора 1837 года – в 1820 году, а по списку отправляющих рекрутскую повинность натурою 1851 года – в 1821 году.(52)

Но факт многочисленных неточностей и разночтений в подобных документах того времени хорошо известен специалистам, так же, как и причины их появления при составлении документов. Для исследователей эти разночтения, несомненно, создают проблему идентификации объекта их исследования. Решается эта проблема при помощи выявления и анализа документов разного характера и происхождения. Тогда, как в нашем случае, становится ясно, что речь идет действительно о Николае Васильевиче Ульянове, крепостном крестьянине, ушедшем в 1791 году на оброк от нижегородского помещика Степана Михайловича Брехова. Выясняется также, что фамилия деда Ленина имела разное написание (Ульянин, Ульянинов и Ульянов). На самом деле было бы странно, если бы и в конце XVIII и в начале XIX века фамилия Николая Васильевича имела только одно написание, так как это был период «становления» русских фамилий.(53)

Доказывая, что села Андросова, откуда пришел в Астрахань дед Ленина, никогда не существовало, Арутюнов ссылается на XXV том «Списков населенных мест», вышедший в Санкт-Петербурге в 1862 году. Там села Андросова автор не нашел, но на неизвестной странице обнаружил села «Малое Андосово и Большое Андосово (без буквы «р»)».(54) На самом деле существует многотомное издание под названием «Списки населенных мест Российской империи», XXV том которого вышел в свет в 1863 году. Но самое интересное, что на с.153,161 этого тома приводятся сведения о селе Андросово Сергачского уезда.

Подтасовка фактов дополнена еще и самой примитивной фальсификацией. Эту самую букву «р» Арутюнов просто выбросил из названия села, которое указывается в работе В.А. Могильникова «Предки В.И. Ульянова (Ленина)» как родина Н.В. Ульянова. (55)

По мнению известного историка А.Н. Онучина, рецензировавшего работу, Могильников «реализовал один из возможных путей восстановления родословной рода крепостных крестьян Ульяниных через изучение истории и землевладения их помещиков Бреховых и Пановых. Прием, наряду с изучением метрических записей, исповедных росписей и ревизских сказок, достаточно распространенный в генеалогических исследованиях, но к родословной В.И.Ленина почему-то не применявшийся».(56)

Могильников продолжил род Ульяновых до Андрея Ульянина, крепостного крестьянина Пановых, помещиков деревни Андросово Собакинского стана (Залесского стана за Собакинскими воротами), познее село Андросово Сергачского уезда Нижегородской губернии.(57)

Арутюнов предложил свою интерпретацию работы Могильникова: «Я уже было завершил изучение родового древа Ульяновых, но случайно обнаружил в Российской Государственной библиотеке небольшую книжечку под названием «Предки В.И. Ульянова (Ленина)». Ее автор, В.И. Могильников, избрав новый путь поиска источников, выявил в материалах Российского Государственного архива древних актов (РГАДА) документы, относящиеся к крепостному крестьянину деревни Еропкино Андрею Ульянину. Как выяснилось, деревни Андосово и Еропкино принадлежали одному и тому же владельцу. Подчеркивая родственную связь Андрея Ульянина и Григория Ульянина, исследователь включает Андрея в поколенную роспись рода Ульяновых, считая последнего отцом Григория. Думается, автор выдвигает вполне плодотворную гипотезу»(58).

Всего лишь выбросив одну букву из названия села, Арутюнов превратил работу Могильникова в подтверждение своей собственной «плодотворной» гипотезы о происхождении Н.В.Ульянова из села Андосово. Дальше логика Арутюнова проста: в/89/ селах Большое Андосово и Малое Андосово проживали чуваши, значит, дед Ленина был чувашем. «Бесспорно, что в указанных выше селах проживали чуваши. Но вряд ли отставной корнет Степан Михайлов Брехов (надо разобраться, был ли на самом деле такой помещик), приобретя поместье в этой глухомани, привез бы из Центральной России или из других губерний русских крепостных крестьян. На месте он мог бы купить их куда дешевле… Отпущенный помещиком Бреховым (если это действительно имело место) в 1791 году на волю Николай Ульянин, или Ульянинов, был, бесспорно, чувашской национальности».(59) В своих «познаниях» в истории освоения русскими Поволжья Арутюнов не сомневается, но ставит под сомнение доказанные факты. Автор стремится произвести на читателя впечатление дотошного исследователя, правда, нарушая при этом собственную логику.

«Доказав», что Н.В. Ульянов был по происхождению чуваш, Арутюнов тут же взялся доказывать, что … дедом Ленина Николай Васильевич на самом деле не был.

Не устоял Арутюнов перед любимым прессой определенного толка сюжета о бастардах. Он взялся доказать, что предком Ленина по отцовской линии был известный и уважаемый в Астрахани Н.А. Ливанов.

Свою версию Арутюнов начинает выстраивать с указания на факт рождения Ильи Николаевича через восемь лет после предшествующего ребенка в семье Ульяновых. «Сомнительно и то, - пишет Арутюнов, - что после рождения Феодосии (1823) в крестьянской семье Николая Васильевича целых 8 лет не рождались дети».(60) Видимо крестьяне, с точки зрения Арутюнова, отличались от представителей других сословий исключительной способностью к регулярному воспроизведению потомства.

Далее: «Как известно, престарелый Николай Васильевич последние годы жизни очень серьезно болел и умер в 1836 году…, когда ему было под 80 лет. То, что дряхлый и больной Николай Васильевич, прикованный к постели, ни о каком продолжении потомства уже не думал, вряд ли может вызвать у кого-то сомнение».(61) Что думал Николай Васильевич, если на этот счет не осталось документальных свидетельств, могла бы написать М. Шагинян, но не ученый. Чем болел дед Ленина и как долго, не возьмется определить даже специалист в области медицины, если ему предоставить информацию из книги Арутюнова: «Судя по приводимому ниже архивному документу от 5 июня 1836 года, Николай Васильевич даже не ходил и, как говорится, одной ногой уже был в могиле: «Астраханским Магистратом, данным управе указом в 4-й день июня 31263, престарелому и в болезни находящемуся портному мастеру астраханскому мещанину Николаю Васильевичу Ульянинову» было отчислено «сто рублей биржевым курсом… деньги сто рублей биржевым курсом получила означенного мастера Ульянинова жена Анна Алексеевна (выделено мной. – А.А.)»(62). Следует обратить внимание, что указанное в документе событие произошло через пять лет после рождения в семье сына Ильи.

Несмотря на фамилию «Ульянинов» в документе автор в этом конкретном случае не сомневается, что речь идет именно о Н.В. Ульянове. Причина в том, что главный аргумент Арутюнова в пользу своей версии без каких-либо иных доказательств может вызвать сомнение даже у простодушного читателя. Приводим этот аргумент полностью: «Очень старый, тяжело больной волжский рабочий – кочегар Харитон Митрофанович Рыбаков, которого я случайно встретил в лесу в предместье города Вольска летом 1956 года, рассказал мне весьма любопытную историю. Оказывается его отец, Митрофан Рыбаков, работал у Василия Николаевича Ульянова соляным объездчиком, и тот вместе с армянскими купцами Алабовыми владел соляными копями и судами на Каспии. Митрофан Рыбаков хорошо знал всю семью Ульяновых. Ссылаясь на рассказы отца и матери, Харитон Митрофанович говорил, что в народе ходили слухи, будто настоящий отец Ильи – Николай Ливанов; многие находили между ними большое внешнее сходство… больному Харитону Митрофановичу, которому, когда я/90/ его встретил, оставались считанные часы до смерти, терять было нечего, поэтому он открыл правду о том, что лично видел и знал по рассказам родных и близких».(63)

Приведенный аргумент в пользу версии можно рассматривать как пример игнорирования одного из важнейших правил исторического исследования: допустимо использование только доступных для проверки источников. В данном случае источником информации является сам автор книги, который к тому же нарушает еще одно научное правило: даже не пытается определить степень достоверности и объективности воспоминаний встреченного в лесу старого рабочего. Вместо этого при помощи очередной подтасовки фактов Арутюнов получает еще одно «подтверждение» собственной версии.

Ссылаясь на книгу А.С. Маркова, он сообщает: «Крестным отцом Ильи, отца Ленина, стал широко известный в Астрахани Николай Агафонович Ливанов. Николай Ливанов с большим вниманием и заботой относился к Илье, часто, особенно после смерти Николая Васильевича, бывал у них дома».(64) Это особое отношение Ливанова к мальчику в контексте Арутюнова весьма многозначительно. Другое объяснение отношения Ливанова к мальчику можно найти в книге Маркова: Николай Агафонович Ливанов был протоиереем Гостино-Николаевской церкви, именно он не только стал восприемником, но и крестил Илью Николаевича. В городе Ливанов действительно пользовался широкой популярностью благодаря активной благотворительной деятельности: был членом оспенного комитета, проверял отчеты попечительства о бедных, избирался гласным городской думы, три года был законоучителем открытой им церковноприходской школы.(65) Вполне естественно, что подобный человек опекал своего крестника, выполняя тем самым и свой христианский долг.

Утаив от читателя «не работающие» на собственную версию сведения о Ливанове, Арутюнов в то же время бездоказательно приписывает ему дворянское происхождение, чтобы в качестве еще одного подтверждения своей версии о незаконном происхождении деда Ленина использовать… самого Владимира Ильича. Глава заканчивается следующим опусом: «… Илья Николаевич после окончания Императорского Казанского университета быстро стал продвигаться по служебной лестнице, дослужившись до директора народных училищ Симбирской губернии. Этому бесспорно, способствовало и его происхождение. Не отрицал этого факта и Ленин, который почти во всех дореволюционных официальных документах отмечал: «Потомственный дворянин Владимир Ульянов».(66) Вот так: к крестьянскому сословию причисляли за способность плодиться как кролики, а к дворянскому – за врожденные таланты.

В «научных» исторических реконструкциях Арутюнова вообще удивляет отсутствие зачастую даже здравого смысла и элементарной логики. Так, на стр.20-21 он сообщает читателю: «Если верить публикациям, при загадочных обстоятельствах Алексей Смирнов выдает в 1811 году свою двадцатитрехлетнюю дочь Анну замуж за пятидесятитрехлетнего крестьянина Ново-Павловской слободы…Очевидно у дочери богатого и знатного мещанина были какие-то внешние или иные недостатки, не позволявшие ей претендовать на более достойного жениха.» Если такая женщина даже при ее завидном материальном положении смогла выйти всего лишь за крестьянина, то чем же она смогла прельстить почти через пятнадцать лет Ливанова, которого автор книги на стр. 24 отнес к знатным и достопочтенным людям Астрахани? Хотя, конечно, всякое бывает.

Но даже по логике Арутюнова не могло быть у Ильи Николаевича чувашской «части национальности», если чуваш Н.В. Ульянов отцом ему не приходился. Не мог быть чувашем и Н.А. Ливанов. Если опять же следовать логике Арутюнова, в Астрахани коренные астраханцы первой половины XIX века могли быть только калмыками./91/

Именно таково «доказательство» калмыцкого происхождения А.Л. Смирнова, деда Ильи Николаевича по материнской линии. По «существу дела» об этой ветви в родословной Ленина Арутюнов сообщает следующее: «Прадедом Владимира Ульянова по отцовской линии был Лукьян Смирнов, потомок ойратов – кочевников, переселившихся в XIII веке в Центральную Азию, а в начале XVII века – в междуречье Урала, Волги и Дона. Судя по всему, он принадлежал к богатым слоям феодальной знати. Исповедовал он, как и все калмыки, ламаизм. В публикациях бытовало мнение, что сын его, Алексей Лукьянович Смирнов, был якобы крещеным калмыком, но это не находит документального подтверждения».(67) Версия о происхождении А.Л. Смирнова из крещеных калмыков, как мы знаем, действительно не находит документального подтверждения. Но такого подтверждения Арутюнов не приводит и в обоснование сообщения о происхождении, социальном положении и вероисповедании Лукьяна Смирнова. Исследователям об этом предке Ульяновых ничего не известно. Даже если бы выяснилось, что Лукьян Смирнов был коренных астраханцем, то служить основанием для утверждения о его калмыцком происхождении подобный факт не может.

Из множества источников автор книги мог бы узнать, что столица Астраханского ханства находилась на 10 км выше по берегу Волги, чем заложенный после завоевания ханства войсками Ивана Грозного новый город, в котором в XVIII веке и жили предки Ленина. Основную часть города уже в начале его истории составляли русские люди, осваивавшие новые территории. Немалую часть астраханцев в XVIII веке составляли, например, беглые крепостные крестьяне из Центральной России.

На основании анализа первой главы книги Арутюнова “Досье Ленина без ретуши” вывод может быть сделан только один: данная часть книги не имеет никакого отношения к научному исследованию. В псевдонаучной форме, игнорируя такие основные требования к историческому исследованию как объективность и историзм(68), автор пытается обосновать свое субъективное отношение к личности В.И.Ленина. В научной работе исследователь не должен декларировать определенных политических пристрастий, так как «ценностная экипировка «лицедеев в истории» аранжирует социально-историческое зодчество» и предопределяет оценку событий.(69)

 

Примечания

 

1. Арутюнов А.А. Досье Ленина без ретуши. М.: «Вече», 1999.

2. Там же. С.10.

3. Там же. С.11-12.

4. Там же. С.8.

5. Абрамова О., Бородулина Г., Колоскова Т. Между правдой и истиной (Об истории спекуляций вокруг родословия В.И. Ленина). М., издание Государственного исторического музея, 1998.

6. Арутюнов А. Указ. соч. С.10.

7. Там же. С.11.

8. Там же. С.10-11.

9. Шидловский Г. Ленин и миф // Книга и революция. 1921. №12. С.97. В статье приведены цитаты из книг: Зиновьев Г. Ленин – Владимир Ильич Ульянов-Ленин (очерки жизни и деятельности). Пг., 1918. С.9; Митрофанов А. Вождь деревенской бедноты – В.И. Ульянов-Ленин (биографический очерк). М., 1918. С.4; Невский В.И. В.И. Ульянов (Н. Ленин). М., 1920. С.3.

10. Ульянова-Елизарова А.И. Ответ т. Шидловскому // Пролетарская революция. 1922. №3. С.334.

11. Арутюнов А. Указ. соч. С.11.

12. Ульянова-Елизарова А.И. Воспоминания об Ильиче //Молодой большевик. 1924. №1-2.

13. Александр Ульянов и дело 1 марта 1887 года. Сборник, составленный А.И. Ульяновой-Елизаровой. ГИЗ. М,-Л., 1927. С.35-36./92/

14. РГАСПИ. Ф.14. Оп.1. Д.186. Л.л.1-3.

15. Ульянова-Елизарова А.И. В.И. Ульянов (Н. Ленин). Краткий очерк жизни и деятельности. М., ОГИЗ «Молодая гвардия», 1931. С.3.

16. Ульянова М.И. Отец Владимира Ильича Ленина – Илья Николаевич Ульянов. Соцэкгиз, 1931. С.9.

17. Ульянова –Елизарова А.И. Александр Ильич Ульянов и дело 1 марта 1887 года. Госиздат,1927. С.34.; Ульянова-Елизарова А.И. Воспоминания об Александре Ильиче Ульянове. «Молодая гвардия», 1927. С.33,47; Ульянова М.И. Отец Владимира Ильича Ленина – Илья Николаевич Ульянов. Соцэкгиз, 1931. С.16.

18. РЦХИДНИ. Ф.13. Оп. 1. Д.499. Л.3.

19. «Вы… распорядились молчать…абсолютно…» (неизвестные письма А.И. Елизаровой-Ульяновой И.В. Сталину и набросок статьи М.И. Ульяновой о выявленных документах по их родословной) / Публ. Е.Е. Кирилловой, В.Н. Шепелева // Отечественные архивы. 1992. №4. С.78.

20. Арутюнов А. Указ. соч. С.11.

21. Волкогонов Д.

22. Shub D. Lenin - Biography. New York , 1948

23. Шуб Д. По поводу статьи Н. Валентинова и письма в редакцию «Историка» // Новый журнал. 1961. №63. С.288-290.

24. В первую очередь следует назвать работы:

Абрамова О., Бородулина Г., Колоскова Т. Между правдой и истиной (об истории спекуляций вокруг родословия В.И. Ленина). М., редакционно-издательский центр ГИМ, 1998.; Бакман К. Новое о шведских предках В.И. Ленина // Новая и новейшая история. 1997. №3; Цаплин В.В. О жизни семьи Бланков в городах Староконстантинове и Житомире // Отечественные архивы. 1992.№2; Штейн М.Г. Ульяновы и Ленины. Тайны родословной и псевдонима. СПб.: ВИРД, 1997; «Изъятие …произвести без оставления… копий (где хранились и куда переданы документы о предках Ленина) / Публикация Т.И. Бондаревой и Ю.Б. Живцова // Отечественные архивы. 1992. №4.

25. Арутюнов А. Указ. соч. С.12.

26. Шагинян М. Предки Ленина // Новый мир. 1937. №11.

27. Там же. С.266-267.

28. Марков А.С.. Ульяновы в Астрахани // Волга. 1969. №4; он же. Ульяновы в Астрахани. Волгоград, 1970; он же. Ульяновы в Астрахани. Волгоград, 1983.

29. Усачев П. Семья Ульяновых в Астрахани // Сталинградская правда. 22 апреля 1936. №93 (2407). С.2.

30. Шагинян М. Билет по истории// Красная новь. 1938. Кн.1.; она же. Билет по истории. М., 1938.

31. Говорухин С.С. Россия, которую мы потеряли // Киносценарии. М., 1993. Вып.3.

32. Марков А.С. Ульяновы в Астрахани. Волгоград, 1983. С.13.

33. Абрамова О., Бородулина Г., Колоскова Т. Указ. соч. С.84.

34. Марков А.С. Указ. соч. С.10.

35. Арутюнов А. Указ. соч. С.22-23.

36. Там же. С.23-24.

37. Там же. С.28.

38. РГАСПИ. Ф.12. Оп.1. Д.784. Л.6 об.

39. Шагинян М. Семья Ульяновых. Тетралогия. М., 1982. С.33

40. Говорят документы (о жизни и деятельности Ильи Николаевича Ульянова). В 3-х томах. Ульяновск, 1995. С.28.

41. О Ленине – правду. Лениздат, 1990. С.9.

42. Арутюнов А. Указ. соч. С.22.

43. Там же. С.25.

44. Там же. С.28.

45. Там же. С.25.

46. Шнайдштейн Е.В. Ильичу было чему поучиться у отца // Волга (Астрахань). 1966. №8; она же. Астрахань – родина Ульяновых // Волга (Астрахань). 1966. 22 апреля; она же. Ульяновы в Астрахани //Блокнот агитатора (Астрахань). 1967. №9-10.

47. Богданов И.А. Нижегородской губернии крестьянин // Журналист. 1969. №6; Голов И. Отсюда пошел род Ульяновых: Новые документы Горьковского областного архива// Горьковский рабочий. 1970. 25 декабря; Из крестьян нижегородских… Новые документы о семье Ульяновых // Сельская жизнь. 1969. 13 марта; Третьякова М. Новые документы о семье Ульяновых // Горьковская правда// 1969.14 января; Хамов К. О дедушке Ильича // Горьковский рабочий. 1968. 19 декабря; Г. Елфимов , Ж. Трофимов. Помещика Брехова крестьянин // Лениниана: поиски и находки. М., 1970./93/

48. Марков А.С. Ульяновы в Астрахани. Волгоград, 1970; он же. Ульяновы в Астрахани. Волгоград, 1983.

49. Арутюнов А. Указ. соч. С.26.

50. Там же. С.26.

51. Марков А.С. Указ. соч. С.29.

52. Говорят документы (о жизни и деятельности И.Н. Ульянова). В 3-х томах. Ульяновск, 1995. Т.1. С.27,28,36.

53. Унбегаун Б.О. Русские фамилии. М., 1989; Федосюк Ю.А. Русские фамилии. М., 1989.

54. Арутюнов А. Указ. соч. С.23.

55. Могильников В.А. Предки В.И. Ульянова –Ленина. Пермь, изд-во Ассоциации генеалогов-любителей, 1995. С.8.

56. Там же. С.3

57. Там же. С.8.

58. Арутюнов А. Указ. соч. С.28.

59. Там же. С.23

60. Там же. С.27.

61. Там же. С.27.

62. Там же. С.27.

63. Там же. С.25.

64. Там же. С.24.

65. Марков А.С. Указ. соч. С.29.

66. Арутюнов А. Указ. соч. С.29.

67. Там же. С.20.

68. Объективность исторического исследования:

1. Опора на факты в их истинном содержании;

2. Явление рассматривается в его многогранности и противоречивости.

Историзм: в исследовании должны содержаться ответы на вопросы где, когда, по каким причинам это явление возникло, каким было вначале, как изменилось, каковы перспективы развития.

69.Ильин В.В. Заметки о методологии истории // Вестник РАН. 2002. №9. С.841.

Вестник Музея-мемориала В. И. Ленина. Выпуск 7. Ульяновск. 2005. стр 80-94

http://yroslav1985.livejournal.com/95675.html

Подробнее про аренду микронаушников недорого в нашем магазине.