1. КОСТИНО

1922

   «Наконец, после победы над Врангелем выяснилось, что в ходе очередного, уже не позволявшего оправдать его военными условиями блицкрига против «мелкобуржуазных хозяйчиков» большевики сначала вызвали волну восстаний по всей стране, а затем, жестоко подавив их, вынуждены наблюдать, как жители обычно изобиловавшего хлебом Поволжья поедают друг друга: голод. И голод, как все знали, спровоцированный произволом продотрядов».

   Ты про что, Данилкин? Если про Тамбовское восстание, так оно ещё летом 20-го началось. А эвакуация Врангеля из Крыма закончилась в ноябре того же года. И кто «все» знали? Ты что ли, хрен мутный, и такие же «знатоки»?

   Дальше викторина «Что? Где? Когда? Как? и Почему?»:

  1. «Как совмещается тезис о диктатуре пролетариата – и массовые расстрелы рабочих в Петрограде после кронштадтских событий?»

   Ты сначала расскажи, о чём речь, вот тогда можно будет попробовать совместить. Где об этом можно почитать?

  1. «Что значит ленинский лозунг «Не сметь командовать крестьянином!» – за которым в конце 1920 года последовали приказ реквизировать у крестьян не только хлеб для личного потребления, но даже и семена».

   То же самое: расскажи, про приказ Ленина об изъятии семян.

  1. «Почему кооперацию совсем недавно третировали как организованное торгашество – а теперь поощряют как необходимое условие построения социалистического общества и первейший способ осуществить скорейшую смычку крестьянского хозяйства с промышленностью?»

   Возможно потому, что ты сначала пишешь исключительно о торговле (причём во времена, когда промышленность мало что могла предложить крестьянству) в военное время, а потом – про объединение крестьянских хозяйств в принципе и про связанные с этим перспективы.

  1. «Как соотносится продолжавшееся годами, посредством таргетируемой инфляции в тысячу процентов, намеренное истребление денег – и неожиданно возникшее стремление правительства обзавестись твердой валютой?»

   Что-то похожее на «намеренность» было только в самом начальном – «романтичном» периоде, и то в форме, скорее - «не заморачиваемся, потому, что они всё равно отомрут». А в остальном, всё элементарно, Ватсон: деньги печатали потому, что они были нужны для расчётов; а обесценивались они потому, что не были обеспечены. Ты, судя по году рождения, застал «дикие девяностые» уже в относительно сознательном возрасте, - напрягись, вспомни. Ну а если не получается, поинтересуйся у старших товарищей. Хотя, какие у тебя «товарищи»… у господ интересуйся.

  1. «Запрет, под страхом репрессий, «сухаревок» – рынков, где можно было покупать еду хотя бы у спекулянтов, – и выброшенный через несколько месяцев лозунг «Учитесь торговать»

   «Через несколько», это через сколько?

 

   Загадочное:

   «Обнаружить Ленина весной 1922-го среди тысяч людей, в разных точках глобуса пытающихся вытащить Советскую республику за волосы из болота, не проще, чем найти Волли на картинках Мартина Хенфорда».

   Это потому, что надо было не картинки разглядывать, а посмотреть в 12-й том «Биохроники», где весне 1922-го посвящены страницы, начиная с 217 и по 352. Для сравнения: лето занимает страниц 20.

   О физическом и эмоциональном состоянии Ленина в 1921 году:

   «Нагловский вспоминает, что в 1921-м Ленин – «желтый истрепанный человек» – постоянно на заседаниях Совнаркома хватается за голову, впадает не то в прострацию, не то в полуобморок и время от времени просто уходит с заседаний домой, через коридор на квартиру; он «то и дело отмахивался от обращавшихся к нему, часто хватался за голову. Казалось, что Ленину “уже не до этого”, он “производил впечатление человека совершенно конченого”; “ни былой напористости, ни силы”; “явный не жилец”».

   «Гуль Нагловский врать не будет!»

   «Ленину-после-1921-года можно вытатуировать на лбу несколько «приговоров»: палач пролетариата, гонитель интеллигенции, мотор электрификации, локомотив госкапитализма…»

   …велосипед шизофрении…

   С твоих слов, на ленинском лбу Мартов уже давненько вытатуировал слово «подлец»; хотя да: на алопеции - места ещё много.

   А дальше в книге уже начинается пипец эпических масштабов. Данилкин размышляет о крестьянском вопросе:

   «Однако между 1921 и 1922 годами ситуация меняется; видимый антагонизм между Лениным и крестьянством пропадает; похоже, впервые в жизни Ленин чувствует, что крестьянство подходит для его социализма как минимум не меньше, чем промышленный пролетариат, – и ощущает себя в отношении крестьянства «вождем» не только формальным; он даже в частных, откровенных письмах говорит о «базе социализма в крестьянской стране». Таким образом, его пребывание в костинской «деревне» оказывается не только каникулами в доступном профилактории, но и переездом в коренном, политическом смысле».

 

   «В 1917-м крестьян надо втянуть в революцию на стороне базового для Ленина класса – пролетариата – против буржуазии. И поэтому Ленин обещает им помещичью землю на любых устраивающих их условиях. На деле «земля – крестьянам» означало стихийное разграбление всех хозяйств без разбору – и эффективно работающих агропромышленных комплексов тоже. Не имея возможности повлиять на это, Ленин с беспокойством наблюдал, как новые владельцы либо оказываются не в состоянии обработать землю вовсе, либо, избавившись от компетентных руководителей, резко снижают производительность».

   Ну нет слов, кроме матов, а с ними и так уже перебор. Зачем что-то «обещать», когда люди уже перешли от требований к действию? Кто такие эти «компетентные руководители», клоун? Сколько тех «эффективных агрокомплексов» было и какую роль они занимали в статистике?

Ты хоть понимаешь, что главная проблема здесь была в низком потреблении крестьян до революции? На этом держалось всё. Статистически можно представить, что помещичий хлеб примерно соответствовал экспортному. После революции, когда сотни тысяч мелких крестьянских хозяйств получили возможность нарастить потребление до относительно нормальных значений, этот хлеб, образно говоря, был просто «съеден». Плюс вакуум власти и вообще отсутствие её легитимности в глазах вернувшегося в деревню «человека с ружьём». Человека, который уже не имел ничего общего с тем забитым сословием, которое годами терпело удары нагайками по своим спинам. Человека, которому уже никто был не указ, и который с осознанием полного права мог требовать примерно так: «Чтобы никакая шпана из Города не приезжала требовать хлеб. Хлеб мужицкий, никому его не дадим, что сами не съедим, закопаем в землю. Чтобы из Города привозили керосин» (с).

   Что касается «эффективности» помещичьих хозяйств, то большая их часть никакими «агрохолдингами» не была; на них «сиволапые мужички», на своих лошадёнках и со своими убогими сохами, точно так же работали, только за право выгула скота, за отрезки, брали в аренду и т.д.

   «С 1918 года крестьяне для Ленина – неиссякаемый источник политической энергии, продовольствия и пушечного мяса для Красной армии; унтерменши, которых нужно быстро вытряхивать из феодальной скорлупы и крестить революционным огнем и мечом».

   Ну что ты за мудак, Данилкин! С «унтерменшами» возиться нет необходимости просто по определению.

   «Чтобы процесс «вываривания» крестьян для нужд коммунизма непосредственно на местах, без выезда на фабрики, шел интенсивнее, Ленин (образца начала 1918 года) ведет политику разжигания среди крестьян классовой войны: беднота, расправляйся с кулаками при малейших попытках претендовать на политическую власть».

   Ага, без ленинских разжиганий крестьянство кулаков просто обожало.

   «Историк С. Павлюченков показывает, что главной целью крестового похода 1918 года в деревню был не хлеб – но «меч», классовая война; хлеб можно было «купить» – обменять – на те огромные запасы товаров, которые высвободились после демобилизации царской армии».

   Читал я как-то одну книгу Павлюченкова (что-то типа «Большевики – орден меченосцев»), - так себе книга ПМСМ; но её автор идиотом точно не показался. Неужели он мог сморозить такую ахинею? Или это очередной «перепев»? Что из себя представляли эти «громадные запасы» и где они находились?

   Кстати, большевики, в меру возможностей, пытались установить натуральный товарообмен, но это никак не могло решить всех проблем.

   Приведу пример из воспоминаний М.А.Нестерович-Берг, которая в 1917-18 гг. активно помогала офицерам переправляться на Дон из Центральной России.

   Ноябрь 1917г. Новочеркасск. Героиня общается с заместителем атамана Каледина – М.П.Богаевским (председателем Донского Войскового круга) на тему, как в сложившихся непростых условиях продолжить переправку офицеров на Дон. Гениальная идея пришла в голову Митрофана Петровича. Далее цитата:

   «— Я хотел предложить вам, Марья Антоновна, — сказал М.П. Богаевский, — в Москве начинается голод: хлеба нет. Зато полно мануфактуры и других товаров. Чтобы уменьшить ваш риск при поездках в Москву, мы дадим вам бумагу, якобы вы обратились к нам за мукой на выпечку сухарей для пленных [освобождённых из немецкого плена солдат ПМВ], а эту муку мы согласны дать в обмен на белье и разные теплые вещи для казаков.

   — Конечно согласна! — ответила я.

   Генерал Эрдели и полковник Матвеев были довольны, что нашелся выход из положения. Богаевский написал тут же записку к Половцову. Генерал Эрдели попросил меня привезти два вагона белья и затем остаться в Новочеркасске.

   — Белье заберем, а муки не дадим, — закончил он...

   …

   …На этот раз дорога выдалась ужасающая … Мы добрались до Москвы только 29 ноября утром…

   …В совете к нам подошел какой-то большевик, которому мы и представили наш мандат уполномоченных для переговоров об обмене муки на одежду и белье. Член совета отправил нас в комитет по продовольствию Москвы, находившийся там же в совете и со стоявший исключительно из евреев. Андриенко показал нашу бумагу. Просмотрев ее, член совета решил:

   — Очень хорошо. Продовольствия в Москве мало, мука нужна. Может быть, товарищи, вы могли бы взять 30 вагонов муки в обмен на мануфактуру?

   — Да. Но как доставить муку? — спросила я. — Ведь не скрыть, что везем 30 вагонов с мукой; какие-нибудь бандиты убьют нас и муку разграбят…

   …Бумаги были написаны следующие: «Половцову. Новочеркасск. Комитет союза бежавших из плена солдат и офицеров согласен на обмен муки на мануфактуру и необходимые вещи. Уполномочены для переговоров товарищ Андриенко и председательница благотворительного отдела при союзе сестра Нестерович».

   Вторая бумага гласила так: «Московский совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов командирует товарищей Андриенко и сестру милосердия Нестерович на Дон за мукою для рабочего население Москвы, просит по пути все власти оказывать помощь товарищам Андриенко и Нестерович. Вагоны с мукою будет сопровождать команда бежавших из плена, с оружием».

   Короче говоря, всё закончилось благополучно: большевистских лохов развели (по методу генерала Эрдели) и на Дон, прикинувшись мануфактурой, проехала ещё одна партия борцов за Россию.

   Это, конечно, далеко не самая масштабная история на тему попыток большевиков наладить товарообмен, но очень поучительная.

   «Но революция совершалась не для того, чтобы торговать с деревней; торговля была не для большевиков, а для «мелких хозяйчиков», в старом мире. Ленину нужен был пожар в деревне, а не процветание; война вызывает в относительно однородном крестьянском мире быстрое образование четких фракций: беднота – и кулаки; кто не с нами, тот против нас…»

   А до этого что, кулаков и бедняков не было? Или бедняки, без твоей подсказки, не понимали, кто у них кулак? Это с кулаками-то бедняков процветание ждало? «Исследователь» хренов…

   «Меж тем «официальная» история отношений Ленина с крестьянством между 1918-м и нэпом выглядит не совсем так...

   … как часто бывает в случае с этим автором, цитаты можно найти любого свойства, но при ближайшем рассмотрении выясняется, что многие использовались лишь как временные лозунги...»

   Просто ты читал ленинские книги, а видел… что-то своё. Тебе даже микроскоп не поможет для «ближайшего рассмотрения», Данилкин.

   «Видимо, изначальный, конца 1917 года, ленинский план носил фантастический характер: на то, чтобы выбить «мелкобуржуазное сознание» из крестьянских голов, отводилось несколько месяцев. Быстро выяснилось, что срезать угол с кондачка не получится, для этого потребуется несколько лет муштры».

   Где можно подробней ознакомиться с этим изначальным планом?

   «…И если изобрести практические меры по поддержанию диктатуры заведомого меньшинства – индустриального пролетариата – в крестьянской на 90 процентов стране было делом техники…»

   Вот как можно с таким апломбом нести абсолютную ахинею?? Раскрой секрет этого «дела техники», Данилкин, не томи!

   «…то большого, настоящего Плана – что делать с крестьянством [до определённого момента не было], кроме как каждый год методично лишать его заработанного урожая и приплода…»

Зато это был «просто великолепный план, Уолтер. Просто охуенный, если я правильно понял. Надёжный, бл@дь, как швейцарские часы» (с).

   «…В 1920-м здравомыслящий [дриблёр] Троцкий обратил внимание на то, что чисто деструктивные действия – классовая война в деревне, натиск на буржуазию, красногвардейская атака на капитал – похоже, перестают давать благотворный, способствующий укреплению диктатуры пролетариата эффект и начинают работать против нее; разумно было бы перейти от физического истребления «мелкобуржуазности» к экономической войне против нее и придумать более рыночный, чем продразверстка, способ изъятия у крестьян излишков. Теперь, когда не нужно содержать трехмиллионную армию, почему бы не отнимать у крестьян не все, а, например, половину, а остальное разрешить им продавать или обменивать на промышленную продукцию: условно, пуд муки на железный топор?»

   Ну где ещё искать дифирамбы Троцкому, как не в его мемуарах! Конечно же Ленин до подобного не додумался, ведь он мемуаров не оставил здравомыслящим не был.

   А давайте откроем том 37 ПСС на странице 32 и почитаем ленинские «Тезисы по продовольственному вопросу»: «Установить налог натурой, хлебом, с богатых крестьян, считая богатыми таких, у которых количество хлеба (включая новый урожай) превышает вдвое и более чем вдвое собственное потребление (считая прокорм семьи, скота, обсеменение). Назвать подоходным и поимущественным налогом и сделать его прогрессивным».

   Ну нет, наверняка известный своей беспринципностью Ленин сплагиатил идейку у Троцкого! Смотрим дату. Странно… 2 августа 1918 года. Ещё и Декрет о натуральном налоге 26 октября 1918 года в СНК приняли… А 30 октября его ВЦИК утвердил… 14 ноября в печати опубликовали…

http://www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_384.htm

   Правда, фактически этот декрет ни одного дня не работал. Объяснить тебе, Данилкин, почему?

   «Замена «продразверстки» «продналогом» дала бы крестьянам свободу экономического маневра и стимулировала бы их распахивать больше полей. Крестьяне же обеспечат мелкое кустарное производство – и быстрое насыщение рынка такого рода «кооперативными» товарами».

   «Остап со вчерашнего дня еще ничего не ел. Поэтому красноречие его было необыкновенно…» (с)

   «У голодных «настоящих» рабочих – то есть занятых в крупной индустрии, производящей не лапти, а машины, – появится возможность работать не три часа в день, а восемь: сытые, они смогут увеличить выпуск условных топоров, и в стране, где любые промышленные товары – дефицит, вырастет промпроизводство».

   «…Да! Если вы согласитесь на мой проект, то спускаться из города на пристань вы будете по мраморным лестницам!» (с)

   «…Ленин, однако, не собирался снимать ногу с педали газа – и требовал вести «борьбу за социализм» до конца; как с Польской войной – дальше, дальше, дальше: не останавливайтесь, еще немного – и мокрый германский порох все же полыхнет. “Именно Ленин, – показывает историк С. Павлюченков, – в течение 1920 года являлся главным противником нэпа и только в начале 1921 года резко изменил свою позицию”».

   Может на то были какие-то причины?

   «И вот только тогда Ленин – вынужденно; осознав свои ошибки (скорее политические, чем человеческие, например, связанные со страданиями людей от спровоцированного его решениями голода…»

   О каких решениях здесь идёт речь? О продразвёрстке? Так её вовсе не Ленин придумал. Как бы при царе ещё ввели. И Временное правительство продолжать пыталось. Не было там, наверное, здравомыслящих дриблёров.

   «ВИ никогда не был похож на человека, который сожалеет о массовых жертвах…»

   Как такие люди выглядят, а, Данилкин? Из чего ты вообще такой вывод сделал? Опять какой-то невозвращенец нашептал?

   «Ленинская «смычка между городом и деревней» есть, по сути, классическая стимуляция экономического роста за счет роста потребления: крестьяне больше продают зерна – и могут больше купить промтоваров, отсюда должна увеличиться производительность труда рабочих – и пойти вверх кривая предложения товаров. Кулаки торгуют хлебом? Ну так и вы, беднота и середняки, обогащайтесь, учитесь торговать, потребляйте; плодитесь и размножайтесь».

   "Учитесь торговать, плодитесь и размножайтесь…"

   Спасибо, Джеки!

   Там практически каждое слово – ахинея.

   Человек, очевидно, не имеет ни малейшего понятия о том, что пишет.

   «Но в 1921-м «брак» Ленина с рабочими – и так постоянно омрачаемый, мягко говоря, размолвками – был скорее видимостью. Похоже, Ленин уже экстрагировал из этого класса все, что к тому времени можно было. В сущности, ему было не так уж принципиально, какой класс «вытащить в социализм»; в конце концов, при социализме никаких классов не будет, и если главным орудием транспортировки послужит пролетариат, то ему все равно когда-то придется избавиться от классовых признаков».

   Неужели цитатами из наследия Владимира Ильича подтвердить этот бред сможешь?

   «…надо полагать, помнил Ленин и события 1918 года на Путиловском заводе – когда рабочие требовали изгнать большевиков из Советов чуть ли не единогласно».

   О чём это? Где опубликованы результаты голосования?

   «Не стоит преуменьшать той пусть не «мистической», но все же связи с землей, которую, судя по тому, как часто его [Ленина] «выносит» за город, он, как и все люди с крестьянскими, теллурическими [«теллурический, (физ. астр.) – земной». Ну это-то нахрена?] корнями, в самом деле чувствовал – и набирался от нее силы. Сила эта и теперь переливалась в него; ситуация в том виде, в котором Ленин мог наблюдать ее из своего костинского эрмитажа, оставалась катастрофической – но в ней чувствовалась динамика. Несколько крупных регионов по-прежнему представляют собой Помпеи после извержения, но разрешенная торговля уже набирает обороты, и есть шанс, что невидимая рука рынка успеет доставить продовольствие тем, кто выжил. Рабочие разочарованы в большевиках, обманувших их, – но мантры о диктатуре пролетариата в целом все еще действуют».

   Скорее это какие-то таблетки всё ещё действуют.

   «Костино было чем-то средним между ухом лошади, куда залезает Мальчик-с-пальчик, чтобы оптимизировать управление сельхозработами, и кровавым нутром медведицы, где укрывается от враждебности мира только что убивший ее герой “Выжившего”».

   Ди Каприо в лошади прятался, придурок. Ты даже здесь лажаешь.

 

   Так говорил Заратустра:

   «Чтобы систематически снабжать города топливом, нужно было не стучать посохом об пол – и не гоняться за отдельными якобы перспективными чудо-изобретениями, а создавать модернизированную экономическую систему, внутри которой товары и сырье перемещаются – принудительно или в силу материальной заинтересованности отправителей – в нужном направлении».

   Как говорится: всё гениальное – просто. Если представить, что Ленин смог бы сейчас прочитать эти поучительные строки, он бы просто остервенело стучал ложкой по столу от лютой зависти, что эта мысль не пришла в голову ему.

 

   Ленин и деньги:

   «Еще в 1920-м Е. Преображенский – явно имея благословение Ленина – настаивал, что деньги нужны только для того, чтобы, не собирая с буржуазии прямого налога, экспроприировать у нее посредством таргетируемой инфляции ее деньги – необходимые для гражданской войны с буржуазией же; затем обмен товарами останется, а деньги сами собой отомрут. Таким образом он «настрелял» из своего пулемета Наркомфина дензнаков на квадриллион рублей. И сам Ленин в том же 1920-м, видимо, полагал, что это хороший способ прийти к быстрому социализму; действительно, зачем обеспечивать дензнаки золотом, если оно нужно на приобретение разного дефицита (от локомотивов до кожаных подметок) для распределения, не для продажи. На самом деле речь идет не просто об изменении взглядов на природу инфляции, но об эволюции Ленина-финансиста».

   Сложно как-то прокомментировать этот отрывок, потому что не совсем понятно, что хотел сказать автор вот этими словами: «Ленин [как бы не он сам, но мы-то знаем] – настаивал, что деньги нужны только для того, чтобы… экспроприировать [их у буржуазии] посредством таргетируемой инфляции».

   Смотрим словарик: «Инфляционное таргетирование (таргетирование инфляции), — режим денежно-кредитной политики, при котором конечной целью денежно-кредитной политики заявлена ценовая стабильность, центральный банк посредством процентной политики предпринимает меры по ее обеспечению и несет публичную ответственность за результаты своей политики».

   Будем исходить из примитивного (единственно доступного мне) предположения, что имеется ввиду инфляция из-за неконтролируемой эмиссии. То есть, выпускали всё больше ничем не обеспеченных денег, которые ещё стремительней обесценивались и так по спирали. Как бы знакомая, повторю, ситуация по 90-ым. Ну что ж, давайте посмотрим, что там творилось в далёком 1920-м году. Открываем книгу «Денежная реформа 1921-1924 гг.: создание твёрдой валюты. Документы и материалы». Открываем страницу 766 и смотрим таблицу «Темп эмиссии в процентах к сумме эмиссии к началу каждого месяца». А вот ничего экстраординарного в этом году не было вообще. Она была примерно на том же уровне, что и во втором полугодии 1919-го. Потом, в первом полугодии 1921-го, темп даже немного снизился, и только во втором полугодии произошёл резкий (в разы) скачок. Но в это время уже вовсю шла подготовка реформы!

   «…выяснилось, что да, банковскую систему присвоили и по сути разрушили, но толку нет…»

   Опять из этих слов складывается ощущение, что всё упиралось в желание/нежелание большевиков и конкретно Ленина что-то разрушать. Приведу цитату из вступления к той же книге: «После Первой мировой войны с чудовищной инфляцией столкнулись практически все её страны-участницы. И в первую очередь – Англия, Германия, Франция, Россия».

   Например в Германии курс бумажной марки по отношению к американскому доллару состоял: 1 октября 1918 – 4,00 марки за доллар, а 30 ноября 1923 – 1 к 4.200.000.000.000. То есть 4,2 ужаснувших Данилкина квадриллиона – за 1000 долларов.

   Это купюра в один миллиард марок образца 1923 года. На пике инфляции за буханку ржаного хлеба нужно было отдать 430 таких бумажек.

   «И вот уже в 1921-м Ленину приходится засесть за свои старые счеты, на которых он вел статистику «безлошадных хозяйств», и признать: прогресс будет обеспечиваться не быстрыми мощными точечными инъекциями золота в самые перспективные сектора экономики, но за счет постепенного экономического роста, который даст оживление торговли и переход на расчеты более традиционными, обеспеченными золотом и товарами деньгами».

   Данилкин, этот «феномен» объясняется просто: закончилась война, люди отложили ружья и взялись за счёты.

 

   «Общительность» Ленина с иностранцами и её польза:

   «…само наличие этих полулегальных щелей и свойственная Ленину манера охотно общаться с иностранцами и не воспринимать их как нечто заведомо враждебное помогли среди прочего хоть сколько-то смягчить ужасающий голод в Поволжье – когда сотрудники американских, шведских, норвежских и т. д. миссий спасали сотни тысяч людей (похоже, ставших жертвами некомпетентности администрации прежде всего на самом высоком уровне), пусть даже и требуя тратить кредиты на закупку продовольствия в их странах».

   На тему голода в Поволжье хочу порекомендовать интереснейший сайт:

https://d-clarence.livejournal.com

   А сама тема слишком серьёзна, чтобы упоминать её парой строк в комментариях.

 

   Про заключение договора между РСФСР и Веймарской республикой о восстановлении между ними дипломатических отношений и урегулировании всех спорных вопросов:

   «О том, каким образом Советы провернули свой поразительный трюк – «Рапалло», – можно судить по «генуэзской» переписке Ленина с Чичериным...

   …Ленин… хотел не столько формального признания России и даже не экономических отношений, то есть торговли и инвестиций, – а именно что усиления позиции. Для этого предполагалось избегать заключения общего соглашения, но зато «флиртовать по отдельности» (надо ли упоминать, что это формулировка самого Ленина) сначала со слабыми партнерами, а потом, по возможности, и с оппонентами помощнее; опять же не надо быть знатоком «стиля Ленин», чтобы понять, кому принадлежит идея манипулировать сильными противниками, раскалывая их».

   Вот что называется «раб идеи»! Как же хочется автору подчеркнуть унаследованную Лениным от прадеда Мойши Ицковича страсть к интриганству и расколам. Надо ли упоминать, что письмо, к которому отсылает Данилкин, написано 5 мая 1922 года, когда Рапалльский договор был уже почти месяц, как подписан?

   «Непременно рвите и скорее на новом меморандуме союзников(119), ибо на уступку собственникам мы не пойдем, а лучше момента не найти. Оттяжки ослабляют нас. Имея в руках германский договор, мы ни за что не откажемся теперь от длительной попытки стоять только на его основе. Начните архиосторожно флиртовать с Италией отдельно.

Написано 5 или 6 мая 1922 г.».

   Сноска 119: «Речь идет о меморандуме союзных стран от 2 мая 1922 года, предъявленном 3 мая советской делегации на конференции. В этом меморандуме страны Антанты вновь потребовали уплаты Советским правительством всех долгов и государственных обязательств царского и Временного правительств и возвращения национализированной собственности иностранцам. В то же время союзники категорически отказались от возмещения ущерба, нанесенного Советской России интервенцией и блокадой».

   Кстати, уже при Ельцине ЕМНИП эти долги благополучно начинали признавать и выплачивать. Вот это, я понимаю, настоящая колониальная цивилизованная администрация! Не то что какие-то немецкие шпионы, которые из-за мировой революции готовы были всю Россию распродать, до последней копейки.

   «12 мая Ленин получил письмо от британского экономиста Дж. М. Кейнса, знающего, как высоко оценил Ленин его анализ Версальского мира, – и крепко озадаченного непредсказуемостью русских. В письме содержалась просьба написать популярную статью для «Манчестер гардиан»: почему русские темнят, что на самом деле означает Рапалльский договор и в целом нэп во внешней политике, как Советы собираются выходить из экономического кризиса, если вместо того, чтобы заключить соглашение со всеми, они вдруг раскрыли объятия только Германии?»

   Не 12-го, а 18-го мая, согласно «Биохронике». Д.Кейнс, действительно, экономист серьёзный (см. «кейнсианство») и Владимир Ильич его уважал. Писать по его заказу статью для «Манчестер гардиан», это не передовицы для «Плэйбоя» щёлкать. Здесь каким-нибудь бредом про вивисекцию хтоней и прочих слонопотамов не отделаешься: для ответа нужно время. Но Генуэзская конференция ещё не закончена. График Владимира Ильича безумно напряжённый. Как он себя чувствует, доподлинно не известно (через 7 дней у него случится первый инсульт). Он поручает переслать письмо замнаркома иностранных дел Л. М. Карахану и пишет на письме Кейнса: «Прошу это показать тому, кто ведает этим (не Майский ли?), и ответить Кейнсу через него телеграммой “No because illness. Leninn («Нет, так как болен. Ленин»)”».

   Но Данилкина не проведёшь!

   «Ленин, наслаждающийся плодами победы своих дипломатов, готовый демонстрировать противникам свою новую сильную позицию и как никогда убежденный, что «Россия нэповская будет Россией социалистической», высокомерно закрывает рукой от соседа по парте решение задачи, с которой он справился много быстрее.

   «No because illness. Leninn». Нет, по болезни. Мнимые и подлинные недуги были излюбленным способом Ленина уклониться от нежелательных встреч; иногда возникает впечатление, что он нарочно носил в кармане платок, чтобы в случае чего подвязывать себе зубы и разводить руками: “опять пришлось мне надуть вас!”»

   «…подлинные недуги были излюбленный способом уклониться…» Что ты несёшь, Данилкин?! Тебе самому пора уже врачу показаться, может действительно недуг какой приключился.

   «Телеграмма из четырех слов означала: «спасибо – нет»; «нет» было вежливым и не подразумевавшим ничего экстраординарного.

   Обычная формальная отписка».

   Ты это точно знаешь?

   «Но то, что еще 12 [18] мая казалось формальностью, уже через две [одну] недели больше ею не является. 25 мая, через шесть дней после официального закрытия Генуэзской конференции, с Лениным случается инсульт».

   Да ладно! Это Ильич наверняка от какой-то встречи откосил. Пустая формальность.

   «Его тело отчасти парализовано, речь нарушена, вместо фирменного poker-face – судорожное гримасничанье, и ни о какой работе не может быть и речи.

   Он оказывается почти в контейнере».

   А каким должен быть режим человека, перенесшего инсульт?

   «Фирменный poker-face», «судорожное гримасничанье»… Откуда ты, Данилкин, берёшь всё это говно?

   «Достучаться до него не проще, чем до инопланетян».

   А надо было обеспечить широчайший доступ к больному всех инопланетян с "перпетуум мобиле" на шнурочках? Почитай «Биохронику», клоун: кому действительно надо было, тот «достукивался»:

   «Май, 26. Ленину направляются из ЦК РКП(б): выписка из протокола № 21 заседания Оргбюро ЦК от 22 мая 1922 г. (п. 14 — о работе заведующего Вятским губнаробразом О. Л. Бема); выписка из протокола № 8 заседания Политбюро от 26 мая 1922 г. (п. 7 — предложение Ленина о журнале «Новая Россия»; п. 12 — о Н. Н. Кутлере и материал к нему; п. 13 — о белогвардейской литературе), а также порядок дня заседания.

   Май, 27. Ленин, получив (накануне) ответ председателя Петроградского Совета Г. Е. Зиновьева на свое письмо от 22 мая 1922 г. относительно приема в Петрограде главного управляющего американской концессии «Аламерико» Б. Мишеля, посылает И. В. Сталину свое письмо от 24 мая 1922 г. с припиской, что задержал его до получения ответа Зиновьева.

   Май, 27. Ленин пишет записку Зиновьеву с распоряжением переслать письмо Б. И. Рейнштейна Сталину; на проекте рекомендательного письма А. Хаммеру, представленного Рейнштейном 23 мая 1922 г., делает поправки и пишет поручение секретарю СНК Л. А. Фотиевой переписать «архитщательно, сверив дважды» проекты мандатов Хаммеру и Мишелю на русском и английском языках и снять 2—3 копии.

   Май, 27. Ленин получает от А. Д. Цюрупы отзыв на докладную записку замнаркома земледелия И. А. Теодоровича с поддержкой предложения последнего об организации при Наркомземе Государственного синдиката виноградно-винодельческих трестов и записку с возражением против предложения председателя ВСНХ П. А. Богданова о слиянии Наркомвнешторга и ВСНХ.

   Май, 30. Ленин беседует с И. В. Сталиным.

   Не ранее конца мая. Ленин просматривает «Тезисы о Генуэзской конференции»; на обложке пишет: “Экз. Ленина”».