Печать
Родительская категория: Статьи
Просмотров: 5297

И. И. Вацетис ДВЕ ВСТРЕЧИ С ЛЕНИНЫМ

Во время восстания левых эсеров в Москве, 6 июля 1918 года, ночью, Данишевский сообщил, что Ленин вызывает меня в Кремль доложить ему о положении в городе. Проезжая в сопровождении Данишевского в закрытом автомобиле мимо здания военного комиссариата по Лесному переулку, 1, я велел остановиться, так как по дороге узнал, что по приказу Подвойского курсанты переводятся в другое место. Действительно, курсантов там уже не было, но куда их перевели — узнать не удалось. В это же время к храму Спасителя стали подходить некоторые части 1 -го Латышского стрелкового полка. Как видно, в Кремле нас ждали, потому что всюду были готовы пропуска, нигде нас не задержали, и автомобиль подъехал прямо к зданию Совета Народных Комиссаров. В Кремле было темно и пусто. Нас провели в зал заседаний Совета Народных Комиссаров и попросили обождать. Данишевский пошел к Ленину, который был у себя на квартире.

Довольно большое помещение, в котором я оказался впервые, освещала из какого-то угла единственная электрическая лампочка, окна были завешены. Обстановка напоминала прифронтовую.

Войдя в первую дверь, я шагов через пять остановился. Несколько минут спустя противоположная дверь открылась, и из нее вышел Ленин. Быстрым шагом он подошел ко мне и вполголоса спросил: «Выдержим ли мы до утра, товарищ?»

Задавая этот вопрос, Ленин смотрел мне прямо в глаза.

Я понял, что от меня ждут категорического ответа и что другого разговора здесь быть не может. Но к ответу на такой вопрос Ленина я не был готов. Почему необходимо было выдержать до утра? Разве наше положение и впрямь так опасно? Может быть, комиссары, которые находились у меня, многое от меня скрыли? Под настойчивым взглядом Ильича я сформулировал свой ответ, заключавшийся в следующем.

Положение еще не выяснено, условия, в которых мы находимся, осложнились, наступление в 4 часа утра 7 июля начать нельзя, так как нет возможности подтянуть войска. Поэтому я просил дать мне часа два времени, в течение которых я мог бы объехать город, собрать нужные сведения и к двум часам дать определенный ответ на его вопрос. Это удовлетворило Ленина, и, сказав: «Я буду вас ждать», он вышел так же быстро, как вошел.

В моей памяти глубоко запечатлелась внешность Ленина, быть может, потому, что в таких условиях мы встретились в первый раз. Ленин был в своем обычном костюме, который состоял из темно-коричневого пиджака, такого же жилета и брюк; ботинки и накрахмаленная манишка подчеркивали его европейский вид.

К двум часам ночи 7 июля наше положение уже заметно упрочилось. Возле храма Спасителя уже находился 1-й Латышский стрелковый полк с артиллерией и Образцовый полк. На Страстную площадь прибыли 2-й Латышский стрелковый полк и курсанты артиллерийского училища с четырьмя орудиями. Во всяком случае в нашем распоряжении были четыре группировки войск: у храма Спасителя, в Кремле, на Страстной площади и на Арбатской площади.

Мы уже вышли из того положения, в котором находились 6 июля после начала восстания левых эсеров. Сведения о действиях последних были очень скудны и противоречивы, никто не мог дать мало-мальски исчерпывающих сведений о распределении их сил. Были определенные сведения о том, что их штаб и «правительство» находятся в доме Морозова. Все же одна примечательная вещь произошла — вожаки левых эсеров упустили момент для решительных действий и уже не могли рассчитывать на победу над большевиками без больших жертв, так как мы были готовы к контрудару.

Вообще, к двум часам у меня создалось впечатление, что мы победим, если с утра перейдем в решительное наступление всеми силами, которые удастся собрать за ночь.

Вторая встреча с Лениным состоялась, как было условлено, 7 июля в два часа ночи. Со мною был Подвойский. Встреча произошла там же, где и предыдущая. Я ждал, стоя у того же кресла, возле которого стоял в первый раз. Ленин вышел из той же двери и так же быстро подошел ко мне. Я сделал несколько шагов ему навстречу и отрапортовал: «Не позднее двенадцати часов дня 7 июля мы будем в Москве полными победителями».

Ленин обеими руками схватил мою руку, очень крепко пожал и произнес: «Благодарю, товарищ, вы меня очень обрадовали». Он пригласил меня сесть, сам сел рядом и попросил рассказать, что происходит в городе и каково состояние вражеских и наших войск. Я передал все, что мне было известно о левых эсерах и о настроении московского гарнизона, рассказал и о наших войсках. Ленин задал несколько вопросов, касавшихся настроения латышских стрелков, особенно интересовался, не ведется ли среди стрелков эсеровская агитация. На все вопросы я давал определенные ответы, которыми, по-видимому, Ленин остался вполне доволен. Я рассказал ему также и о намеченном плане действий.

Наша беседа длилась минут двадцать. Окончив свой доклад и видя, что у Ленина вопросов больше нет, я встал и попросил разрешения уехать. Владимир Ильич еще раз выразил свою сердечную благодарность и вышел вместе со мною в комнату секретариата, где мы простились. В секретариате еще продолжалась работа.

О Ленине. Воспоминания революционеров Латвии. Рига, 1959. С. 144—147

ВАЦЕТИС (ВАЦИЕТИС) ИОАКИМ ИОАКИМОВИЧ (1873—1938) — советский военачальник. Участник 1-й мировой войны, полковник. Командуя 5-м латышским Земгальским стрелковым полком, вместе с ним перешел на сторону Советской власти. После Октябрьской социалистической революции был начальником оперативного отдела Революционного полевого штаба при Ставке, командиром Латышской стрелковой дивизии. Участвовал в подавлении левоэсеровского мятежа в Москве (июль 1918 г.). Позднее — командующий Восточным фронтом, главнокомандующий Вооруженными Силами Республики, в январе—марте 1919 г. одновременно командовал Армией Советской Латвии. С 1921 г.— на преподавательской работе в Военной академии РККА, командарм 2-го ранга. Был необоснованно репрессирован. Реабилитирован посмертно.