В. В. ШМИДТ

ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ И ВОПРОСЫ ТРУДА

Владимир Ильич очень интересовался регулированием условий труда в стране. Особенно интересовали его вопросы заработной платы и проведения трудовой повинности.

Трудно сейчас собрать имеющийся материал о влиянии Владимира Ильича на эту работу. Я смогу теперь лишь остановиться на наиболее характерных моментах этого влияния.

Владимир Ильич часто вызывал меня и тов. Томского для советов и указаний, как лучше построить систему заработной платы, с тем чтобы эта система устанавливала полную зависимость заработной платы от производительности труда.

Владимир Ильич трудно усваивал сложную систему тарификации и обычно при изложении ее затыкал уши пальцами и говорил: «Нельзя ли попроще и так, чтобы рабочий мог вас понять?»

К сожалению, общие условия, при которых приходилось регулировать заработную плату в то время, были настолько тяжелы, что основную идею прямой зависимости заработной платы от производительности труда нам провести не удалось.

Лишь с переходом к новой экономической политике, когда впервые создались условия для заключения коллективных договоров и когда я объяснил Владимиру Ильичу сущность коллективного договора, при заключении которого рабочие выговаривают себе возможно большую заработную плату при данных экономических возможностях, а хозяйственники в свою очередь устанавливают в зависимости от высоты заработной платы норму выработки, Владимир Ильич сказал: «Вот это нам и нужно».

И в долгом споре с некоторыми профессионалистами о немедленном переходе к системе регулирования заработной платы путем коллективных договоров Владимир Ильич по этому вопросу целиком поддерживал мою позицию немедленного перехода к системе коллективных договоров.

При проведении трудовой повинности Владимир Ильич особенно интересовался практическими результатами ее.

В то тяжелое время, когда в стране основными ценностями являлись хлеб и труд, Владимир Ильич требовал ежемесячные сводки использования рабочей силы. В случае обнаружения Владимиром Ильичем неправильного использования ее он всегда требовал строгого расследования такой нецелесообразной растраты труда.

Владимир Ильич всегда указывал на то, что в переживаемых тяжелых условиях, когда стране приходится отбиваться от окружающих ее врагов, только правильное распределение хлеба и труда способно спасти страну.

Проведение трудовой повинности в смысле рационального использования рабочей силы Ильич особенно ценил в работе Нарком-труда.

С переходом же к новой экономической политике Владимир Ильич первый указал на необходимость введения трудгужналога взамен трудповинности, причем он настаивал на следующих условиях проведения его:

1)    чтобы нормы трудгужналога были посильны для крестьянства,

2)    чтобы время по проведению налога не совпадало с работой крестьян по своему хозяйству.

Что же касается прочих условий регулирования труда — охрана труда, рабочее время и т. д.,— то Владимир Ильич своим практическим умом понимал, что в данное время мы все намеченное по этим вопросам провести в жизнь не в состоянии, но в декларативном понимании законов он видел неотъемлемость завоеваний революции.

По настоянию Владимира Ильича основные законы о труде были включены в программу нашей партии, осуществившей основные требования рабочего класса.

Владимир Ильич всегда придавал особенное значение Народному комиссариату труда, как государственному органу, регулирующему условия труда.

И во время профдискуссии, когда был поднят вопрос об упразднении Народного комиссариата труда и передаче его функций профсоюзам, Владимир Ильич перед заседанием комиссии партсъезда, которой поручено было окончательное редактирование резолюции о профсоюзах, вызвал меня и указал на необходимость сохранения Наркомтруда во что бы то ни стало.

В этом также сказался великий гений Ильича, который уже тогда предугадывал необходимость НКТ в условиях новой экономической политики.

Эта необходимость целиком оправдалась в том значении, которое имеет Народный комиссариат труда сейчас в деле регулирования условий труда.

Вопросы труда. М., 1924. № 2. С. 8—9

ШМИДТ ВАСИЛИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ (1886—1940) — член партии с 1905 г. Партийную работу вел в Петербурге и Екатеринославе. В 1914—1917 гг. был секретарем Петроградского союза металлистов и Петербургского комитета РСДРП (б). После Февральской революции 1917 г.— секретарь Петроградского совета профсоюзов. В 1918—1928 гг.— секретарь ВЦСПС, затем нарком труда. С 1928 по 1930 г.— заместитель председателя СНК СССР и СТО. В 1930—1931 гг.— заместитель наркома земледелия СССР. С 1931 г.— главный арбитр при СНК СССР. С 1933 г. работал на Дальнем Востоке. На VII, XIV и XV съездах партии избирался в члены ЦК ВКП(б). Член президиума ВЦСПС. Был необоснованно репрессирован. Реабилитирован посмертно.