Печать
Родительская категория: Статьи
Просмотров: 748

С.Багоцкий

О встречах с Лениным в Польше и Швейцарии

1971

Читать книгу "О встречах с Лениным в Польше и Швейцарии" в формате PDF

БАГОЦКИЙ Сергей Юстинович (1879—1953) — активный участник революционного движения, по профессии врач. В 1900—1904 гг. участвовал в студенческом и рабочем движении в Петербурге и Киеве, в 1904—1905 гг.— член комитета военно-революционной организации в Варшаве. Дважды подвергался аресту, отбывал каторгу в Иркутской губернии, бежал в 1910 г. с поселения в Краков, где вступил в ряды Социал-демократии Польши и Литвы. В 1912—1917 гг. в Кракове и Поронине, затем в Швейцарии находился в близком контакте с В. И. Лениным. В 1917 г. принимал активное участие в организации возвращения В. И. Ленина в Россию. После Октябрьской революции — один из организаторов советского здравоохранения. В 1918— 1937 гг.— представитель советского Красного Креста при Международном комитете Красного Креста в Женеве. С 1937 г. работал консультантом в Исполкоме Красного Креста в Москве. В 1950—1951 гг. был старшим научным редактором медицинского отдела Большой советской энциклопедии.

 

Отрывки из книги:

... Ульяновы жили чрезвычайно скромно. Литературная работа была главным источником их доходов. Но она была нерегулярна. Цензурные условия в царской России затрудняли печатание там работ В. И. Ленина. От предлагаемой матерью помощи (она получала пенсию за мужа) Владимир Ильич отказывался. Ему неприятно было получать от родных даже небольшие продуктовые посылки, и обыкновенно он уверял их, что «теперь нужды нет...» Только в крайних случаях он временно соглашался на оплату его работы из партийной кассы.

... Исход выборов в основном удовлетворил Владимира Ильича. Его радовало то обстоятельство, что за большевиков голосовало более миллиона рабочих, а за меньшевиков-ликвидаторов — всего около двухсот тысяч.

... Владимир Ильич бывал обычно оживлен, острил и нередко добродушно подшучивал над «бабушкой», Елизаветой Васильевной, выбирая темы, которые должны были вызвать ее возражения. Отношения между ними были очень трогательные. Владимир Ильич ее уважал и снисходительно относился к некоторым ее слабостям. Елизавета Васильевна гордилась Владимиром Ильичем, но это не мешало ей «пробирать» его за «жизненную непрактичность».

... Непрерывно занятый важной политической работой, Владимир Ильич не забывал своих товарищей, находившихся в тюрьмах и в ссылке. Он не только помнил, кто где находится, но следил за материальным положением каждого и состоянием его здоровья. Он нередко поднимал вопрос о посылке денег особенно нуждающимся товарищам и несколько раз обращался за средствами для организации побегов тех из большевиков, которые были особенно нужны партии.

Поражала щепетильность, которую проявлял в этом деле Владимир Ильич. Он знал, что союз помощи политическим заключенным1 оказывает помощь революционерам всех партий, и поэтому никогда не пытался добиться каких- либо преимуществ для большевиков. Наоборот, он останавливал товарищей, стремившихся «урвать» побольше для «своих». Особенно в этом отношении отличалась давосская группа. Это ставило меня, как секретаря союза, в затруднительное положение, и я неоднократно говорил об этом с Владимиром Ильичем. Он выслушивал меня со своей обычной умной усмешкой и поручал Надежде Константиновне умерить аппетит «давосцев».

 

На тему, что Ленин не ожидал революции

... Владимир Ильич ясно предвидел ход событий. Он разъяснял нам:

— Если сравнительно небольшая война с Японией, происходившая на Дальнем Востоке, так всколыхнула массы, то нынешняя война, гораздо более серьезная, к тому же ведущаяся ближе к жизненным центрам России, не может не привести к революции.

Он говорил далее:

— Со времени японской войны в российской армии не произошло никаких изменений. То же безграмотное офицерство, такой же генералитет, такое же интендантство, такой же низкий уровень вооружения. Несмотря на всю свою доблесть и храбрость, русский солдат в такой обстановке много сделать не сможет.

... Владимир Ильич сразу же оценил историческое значение этой измены лидеров немецкой социал-демократии международному рабочему движению.

— Это конец II Интернационала,— произнес он и добавил: — С сегодняшнего дня я перестаю быть социал-демократом и становлюсь коммунистом.

Мы не придали значения этой вырвавшейся у него фразе. Потом стало ясно, что уже тогда В. И. Ленин стал вынашивать мысль о III, Коммунистическом Интернационале.

... Общее собрание решает созвать через два дня в Цюрихе общешвейцарский съезд эмигрантов для создания организации по возвращению на родину. Съезд выбирает комитет по возвращению политэмигрантов на родину и исполнительную комиссию из пяти человек, в число которых вхожу и я. Сносимся с эмигрантскими комитетами в Париже, Лондоне, Стокгольме. Вести неутешительные. Правительства держав Антанты способствуют возвращению на родину только социал-шовинистов, а интернационалистам чинят препятствия. От комитета, созданного в Париже, получаем 30 марта сообщение, в котором говорится о волнении среди эмигрантов, вызванном отъездом в Россию социалиста- революционера Бунакова и его друзей, в то время как интернационалистам заявлено во всех официальных инстанциях, что для них возможности выехать в Россию сейчас нет.

Копенгагенский комитет сообщает 28 марта, что консульство выдает проходные свидетельства, с которыми приходится идти в английскую охранку, где проверяется, не числится ли данное лицо в списках военных шпионов. В эти списки умышленно было внесено много имен товарищей интернационалистов.

Такие же вести приходят из Скандинавских стран. Нам пишут: «Существуют международные списки (так называемые военно-контрольные списки). Они составлялись союзными правительствами. В эти списки вносились не только военные шпионы, но, под видом таковых, и видные политические эмигранты, точка зрения которых не соответствовала видам правительства соответствующей страны. По указаниям русской политической полиции в эти списки вносились главным образом циммервальдисты».

Российская миссия в Берне письмом от 24 марта сообщила Центральному комитету по возвращению политэмигрантов в Россию, что «в настоящее время пути для проезда в Россию нет и гарантий беспрепятственного следования в Россию она представить не может» 1.

Политические эмигранты почувствовали себя запертыми в клетке.

... Следует сказать, что Владимир Ильич еще в 1915 году интересовался положением русских военнопленных в Германии. По его инициативе в Берне, где он тогда жил, большевистской группой была организована комиссия помощи пленным, а в 1917 году опубликовано написанное Владимиром Ильичем воззвание «Товарищам, томящимся в плену».

Вопросами Женевских конвенций он также интересовался. Предвидя возможность вооруженной борьбы молодой Советской республики против внутренней контрреволюции и империалистической интервенции, он считал нужным гарантировать воинам Красной Армии права и преимущества, вытекающие из Женевских конвенций.

В декретах от 3 мая и 7 августа 1918 года Владимир Ильич подчеркнул, что реорганизованное общество Российского Красного Креста действует на основании Женевских конвенций 1864 и 1907 годов и что эти конвенции признаются и будут соблюдаться Советским правительством.