Печать
Родительская категория: Статьи
Просмотров: 56799

Комментарии авторов сайта:

Ставим спец подборку писем под руководством этих организаций: ISTITUTO ITALIA№ PER GLI STUDI FILOSOFICI, ECOLE DES HAUTES ETUDES EN SCIENCES SOCIALES, MAISON DES SCIENCES DE L’HOMME. И непосредственным руководством (это указано на титульных листах): Franco Venturi, Michael Confino, А.В.Сурин, Moshe Lewin, Eugene Zaleski, Riccardo Picchio. Координация: Andrea Graziosi.

Вообщем читая, помним – кто девушку ужинает, тот ее и танцует. Цель публикации – создать определенное мнение – а ты не ведись. Думай. Помни про время, окружение, цели и результат. Помни про 1991 год.

Помни слова Ленина – «От того, что началась революция, люди не стали святыми»

Для примера, чтобы показать лицо (морду) составителей сборника приводим выдержки из комментов: «в 1919 году большевистское руководство, почувствовав силу, предприняло ряд крупномасштабных акций по собиранию земель «рассыпавшейся» империи».

Ни составителям, ни тем более их буржуйским хозяевам не нравится: «силовой замены национальных режимов советским». Это полностью противоречит мифологии о большевиках – разрушителях империи.  Тогда нам начинают доказывать, что большевики неправильно собирали страну, не либерально и недемократически, нарушая права мировых буржуев и их ЛАКЕЕВ интеллигентов.

Эти же лакейские уши выглядывают из-за каждого выдранного из общего архива письма. Более того, то, что надо ставить в заслугу например, Сталину – ставится ему вину!

Мало того, имея аж три редколлегии – российскую (???), французскую и итальянскую – составители умудрились наляпать в СОБСТВЕННЫХ текстах кучу орфографических ошибок. Например в примечаниях к письмам: док № 31напечатано слово «Агенство», док 61 – «Воссстания», док 78 – «Военых», док 108 – «офицальных», док 161 – «затраков» и т.д. Повторяю, это не оговоренные «ошибки» в письмах, а собственный текст составителей. Что, так спешили освоить полученные гранты?

И эти «прохфесора» еще смеют в комментариям к письмам издеваться над грамотностью большевиков. Не лучше ль на себя кума оборотиться?

Мы не боимся правды, мы знаем, что партия большевиков не была партией жуликов и воров, ни старого, ни нового пошиба. Чтобы они не делали, их целью было счастье людей и величие страны. Пусть отдельные представители партии по разному понимали пути достижения этого.

 

Большевистское руководство.
Переписка. 1912—1927

Сборник документов

1996.

Составители: А.В.Квашонкин, Л.П.Кошелева, Л.А.Роговая, О.В.Хлевнюк.

 

ОТ СОСТАВИТЕЛЕЙ

Служебная и личная переписка руководителей большевистской партии является одним из наиболее интересных и малоизученных источников по истории СССР. Как источник важнейшей неформальной информации письма уникальны. Советские лидеры не вели дневников, а поэтому преимущественно из писем можно почерпнуть сведения о тех неформальных аспектах «большой политики» (личные отношения большевистских руководителей, их пристрастия и логика действий, порядок предварительного согласования решений и т. п.), которые отсутствуют в официальных документах. При исследовании жесткоцентрализованной советской политической системы эти проблемы приобретают особое значение. Без их учета невозможно понять реальный механизм принятия решений и функционирования партийно-государственного аппарата.

Все это вдвойне справедливо по отношению к периоду, который охватывает настоящий том. Документы, опубликованные в нем, относятся ко времени гражданской войны и новой экономической политики. (Несколько писем за предреволюционный период являются лишь небольшими «цитатами», цель которых зафиксировать своеобразный исходный уровень отношений между лидерами большевиков). Это было время борьбы за власть как с внешним врагом, так и в самой партии. Начавшие формироваться в годы гражданской войны различные группировки в большевистском руководстве открыто столкнулись после смерти Ленина. Решающий этап этого противостояния завершился в основном в 1927 г. На этом же рубеже, который и избран в качестве конечной грани сборника, наметился очевидный отход от новой экономической политики.

Письма содержат значительную информацию о внутрипартийной борьбе, позволяют выявить, как и когда складывались противоборствующие группировки в центре и на местах. Вырастая из ЦК, каждая такая группа набирала сторонников в среде региональной и национальной политической элиты, старалась провести своих представителей на ключевые должности. Значительная часть опубликованной переписки касается деятельности наиболее сплоченной и сильной группировки во главе с И. В. Сталиным. Опираясь на преданных соратников, Сталин постепенно сосредотачивал в своих руках контроль над важнейшими рычагами партийно-государственного аппарата. Не случайно, в доверительном письме Г. К. Орджоникидзе в августе 1922 г., А. М. Назаретян, возглавлявший одно из ключевых подразделений аппарата ЦК РКП(б) - Бюро Секретариата, писал о значительных изменениях в деятельности руководящих партийных инстанций при Сталине и о появлении в московских политических кругах нового выражения «ходить под Сталиным» (См. документ № 162).

Переписка Г. К. Орджоникидзе, И. В. Сталина, А. М. Назаретяна, С. М. Кирова и других дает основание говорить о наличии тесных отношений и координации действий в сталинской группе. По мере возвышения Сталина, «пошли в гору» и его соратники. Орджоникидзе после разгрома «новой оппозиции» возглавил ЦКК, Киров — Ленинградскую парторганизацию, Ворошилов и Буденный заняли высшие военные должности и т. д. Было бы, однако, неправильно упрощать взаимоотношения Сталина и его окружения. Как показывают опубликованные письма, сталинские сторонники обладали в этот период относительно большой долей политической самостоятельности, позволяли себе выражать несогласие со Сталиным.

Процесс формирования политических группировок не ограничивался взаимоотношениями в Москве. Соратники Сталина обрастали «своими», лично преданными им людьми на местах, приобретали статус минивождей. «Без преувеличения, без фальши, вполне искренне заявляю, — писал, например, глава абхазского правительства Лакоба Орджоникидзе, — что везде и всюду в нашей революционной работе, при всех предвиденных и непредвиденных условиях меня и моих товарищей будет сопутствовать дорогой Серго, как вождь, как вдохновитель, которого мы так легко воспринимаем чистым разумом и сердцем [...] Я хочу сказать Вам прямо только об одном. Это то, что я безумно горел и горю желанием убедить Вас своей работой, своим поведением, своими революционными замыслами в том, что я предан Комм[унистической] Революции и Вам лично. И это я докажу когда бы то ни было — при всяких условиях [...]»1. Отношения и иерархия в руководящей группировке находили отражение в языке писем.

Сталинская группа в рассматриваемый период не была однородной и монолитной. Очередной раскол или консолидация этой группы на новой основе, с привлечением новых сторонников, по-своему отражали основные ступени советской политической истории2.

Кроме того, переписка содержит отсутствующую в других источниках информацию о событиях в стране, в области международных отношений и т. д.

Отбирая материал для сборника, составители руководствовались своими представлениями о значимости тех или иных документов. Книга не посвящена какой-либо определенной проблеме и не претендует на то, чтобы осветить все вопросы деятельности советских вождей и борьбы в руководстве партии в первое послереволюционное десятилетие. Каждый блок представленных документов может быть существенно расширен и стать предметом специального исследования.

Письма советских лидеров неоднократно публиковались в предыдущие годы. Наиболее известная и обширная подборка таких документов составила отдельные тома полного собрания сочинений В. И. Ленина. Однако до конца 1980-х гг. многие письма по политическим причинам не вводились в научный оборот. Ситуация изменилась за последнее время. Многочисленные публикации писем (перечень важнейших из них приведен в приложении) существенно расширили источниковую базу для изучения истории советского периода. Продолжением этой работы является настоящий сборник.

В книгу вошли материалы из фондов Российского центра хранения и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ). Прежде всего, это документы из личных фондов В. И. Ленина (Ф. 2), Ф. Э. Дзержинского (Ф. 76), М. И. Калинина (Ф. 78), В. В. Куйбышева (Ф. 79), С. М. Кирова (Ф. 80), Г. К. Орджоникидзе (Ф. 85), коллекции документов И. В. Сталина (Ф. 558). Широко представлен фонд Секретариата В. И. Ленина (Ф. 5). Ряд документов взят в фонде ЦК РКП(б)-ВКП(б) (Ф. 17) — в делах Общего (Оп. 66) и Организационно-распределительного (Оп. 68) отделов ЦК, в коллекциях документов оппозиции в ВКП(б) (Оп. 71) и по вопросам обороны Советской республики и военного строительства (Оп. 109). Завершает сборник письмо Н. Осинского А. И. Рыкову и И. В. Сталину из фонда секретариата А. И. Рыкова в Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ. Ф. Р-5446. Оп. 55).

Сборник состоит из двух разделов, именного указателя, списка встречающихся сокращений, списка избранной библиографии и оглавления на русском и английском языках. Кроме того, в сборник включено оглавление на английском языке первой книги из серии «Документы советской истории» — «Сталинское Политбюро в 30-е годы» (М., 1995).

Все документы датированы. Даты, установленные составителями, помещены в квадратные скобки.

Документы расположены в хронологическом порядке. Нумерация документов сплошная.

При подготовке публикации составители стремились сохранить характерные черты и особенности документов. В некоторых документах (автографах) с этой целью были воспроизведены грамматические ошибки авторов (например, документы № 64, 228, 229). Сохранение таких ошибок специально не оговаривается. Воспроизводятся в сборнике и стилистические несуразности и несогласования, встречающиеся в документах. Все они обозначены звездочкой (*).

В тех случаях, когда переписка была представлена телеграммами, записками и разговорами по прямому проводу, и орфографические ошибки могли принадлежать техническому персоналу, составители для удобства прочтения исправляли текст в соответствии с современной орфографией.

Номера и шифры телеграмм снимались составителями без дополнительных оговорок.

Сокращения, сделанные составителями, отмечены отточиями в квадратных скобках.

Отдельные слова, приводимые в документах в сокращенном виде, восстанавливались только в тех случаях, когда это было необходимо для их понимания.

Фрагменты текста, вычеркнутые авторами писем, восстанавливались (с соответствующей оговоркой) только в тех случаях, если эти вычеркивания имели принципиальное значение. В документах воспроизводятся подчеркивания текста, сделанные авторами писем.

Определяя заголовок документов, составители не выделяли различные виды корреспонденции (письма, записки, обращения и т. д.), тем более, что сделать это во многих случаях непросто. Специально в заголовок выносятся лишь указания на телеграммы и разговоры по прямому проводу.

Составители сборника выражают глубокую признательность сотрудникам отдела информационно-библиографической работы Научной библиотеки МГУ им. А. М. Горького Е. А. Орловой, И. И. Филимоновой и С. И. Болтачевой, подготовившим избранную библиографию, а также профессору Университета штата Делавер (США) Д. Ширеру, который перевел на английский язык оглавление обоих сборников серии.

Примечания:

1 РЦХИДНИ. Ф.85. Оп. 1/С. Д. 11. Л. 12-13.

2 Подробнее см.: Graziosi A. G. L. Piatakov (1890-1937): A Mirror of Soviet History // Harvard Ukrainian Studies / Vol. XVI, № 1/2, June, 1992, pp. 127-134.

 


 

Раздел I 1912 - 1921

 

Документы, помещенные в первом разделе, в основном охватывают период гражданской войны. Несколько писем за декабрь 1912 — февраль 1916 гг. выполняют роль своеобразного вступления, демонстрируют исходный уровень отношений между лидерами большевиков накануне революции. В этот период, в частности в 1912 г., РСДРП переживала не лучшие времена. Большинство ее руководителей находились в эмиграции. В партии обострилась борьба по тактическим и организационным вопросам. Важнейшей задачей для ленинского большинства стала борьба с «ликвидаторами» и «отзовистами», выступавшими за ликвидацию нелегальных форм партийной работы и за отзыв социал-демократических депутатов из Думы.

В это же время началось восхождение по ступенькам партийной карьеры И. В. Сталина. В январе 1912 г. Сталин был кооптирован в состав ЦК РСДРП и Русского бюро ЦК. Его работа в Петербурге в ноябре-декабре 1912 г. была тесно связана с редакцией «Правды» и большевистской фракцией IV Государственной Думы. Поэтому вопросы думской политики фракции и борьбы с ликвидаторами занимали в этот период ведущее место в переписке Сталина и Ленина. Неверная, по мнению Ленина, позиция большевистской фракции в отношении к рабочей забастовке 15 (28) ноября (день открытия Думы), участие большевиков-депутатов в печатном органе ликвидаторов газете «Луч», уступки депутатам-меньшевикам по вопросам национальной политики обострили ситуацию. 7 декабря 1912 г. В. И. Ленин, а 9 декабря Н. К. Крупская в письмах в Русское бюро ЦК настаивали на приезде Сталина и всех шести членов большевистской фракции Думы на совещание ЦК с партийными работниками в Краков. На проходившем с 26 декабря 1912 г. по 1 января 1913 г. (8-14 января 1913 г.) совещании Ленин подверг действия фракции острой критике. Под его руководством совещание приняло ряд решений, направленных на политический и организационный разрыв с ликвидаторами и изменение думской политики. Понять неформальную атмосферу совещания, а также характер и тон отношений Сталина с отдельными лидерами партии в это время, позволяет письмо Сталина Л. Б. Каменеву (документ № 1).

В феврале 1913 г. Сталин был арестован и выслан в Туруханский край, где находился до декабря 1916 г. Будучи выключенным из политической жизни, он старался следить за событиями по газетам, читал доступную литературу и работал над серией небольших статей по национальному вопросу. Его письма товарищам по партии и просто знакомым не отличаются разнообразием тематики (документы № 2-4). Отклики на думскую политику большевистской фракции, жалобы на тяготы ссыльной жизни, перемежающиеся небольшими лирическими отступлениями о скудной и бесцветной природе края, заканчиваются, как правило, просьбой прислать денег. Даже статьи, над которыми он работает, упоминаются в контексте возможности скорейшею получения гонорара. Исключение, пожалуй, составляет совместное с С. Спандарьяном письмо Ленину, написанное с некоторой бравадой (документ № 5).

Февраль 1917 г. застал русскую политическую эмиграцию врасплох. Спешная подготовка возвращения и поиски путей проезда в Россию в условиях продолжающейся мировой войны породили множество разногласий среди российских социал-демократов. Боязнь быть обвиненными в предательстве заставляла эмигрантов искать официальные каналы возвращения. Страны Антанты не дали согласия на пропуск политэмиграции через контролируемые ими территории. Обращение к Петроградскому Совету требовало затрат времени, а этою не мог себе позволить Ленин. Организовав через немецких и швейцарских социал-демократов переговоры с германским командованием, Ленин и его группа добились разрешения проезда в Россию через Германию и Швецию. Некоторый свет на обстоятельства и атмосферу подготовки отъезда ленинской группы в Россию проливает письмо Карпинского Ленину (документ № 6).

Несмотря на значительное количество литературы и публикаций по истории гражданской войны, переписка (служебная и, особенно, личная), относящаяся к этому периоду, не теряет своего значения. Она не только дополняет известные данные о положении на фронтах, о военной и кадровой политике руководства партии, о состоянии отдельных армий и т. д., но позволяет проследить как складывались личные отношения между лидерами большевиков, как зарождались политические группировки, составившие основу особого типа государственности, вышедшей из недр гражданской войны. Публикуемые документы дают возможность уточнить и дополнить целый ряд таких сюжетов. Прежде всего это касается отношений Ленина, Троцкого и Сталина, которые были одним из важных элементов равновесия в системе партийно-государственной власти ленинского периода.

Летом и осенью 1918 г. на Южном фронте разгорелся конфликт группы Сталина с Троцким по вопросам военного руководства и отношения к военспецам (документы № 22-24). Игнорируя приказы Троцкого о предоставлении генералу Сытину полноты власти в вопросах военно-оперативного руководства, Сталин, Минин и Ворошилов неоднократно апеллировали к Ленину в надежде на поддержку своей линии. 3 октября Сталин в личном письме открыто изложил Ленину свою позицию. Перечислив все, с его точки зрения, прегрешения Троцкого с марта 1918 г., он обвинил последнего в пристрастности к крикливым жестам, отнеся к ним и политику в отношении военспецов. «Я уже не говорю о том, — с обидой писал Сталин, — что Троцкий, вчера только вступивший в партию, старается учить меня партийной дисциплине [...] Я не любитель шума и скандалов, но чувствую, что если сейчас не создадим узду для Троцкого, он испортит нам всю армию [...]» (документ № 22). Однако после обсуждения вопроса в ЦК Ленин поддержал линию Троцкого.

В пользу Троцкого разрешился и другой важный конфликт, разгоревшийся на Украине после революции в Германии и падения оккупационного немецкого режима. В ноябре 1918 г. на Украине было сформировано Временное рабоче-крестьянское правительство во главе с Пятаковым, после чего встал вопрос о командующем нового Украинского фронта. Сталин выдвигал на этот пост Ворошилова. Троцкий, ссылаясь на царицынские (1918 г.) события, выступил против и предложил кандидатуру Антонова-Овсеенко. Пятаков, вначале поддержавший Ворошилова, вскоре перешел на сторону Троцкого. Тогда группа «царицынцев» при поддержке Сталина пошла на самовольное смещение Пятакова и назначение на высшие военные и политические должности в украинском правительстве Артема (Сергеева), Рухимовича, Межлаука и Ворошилова. По настоянию Троцкого вопрос рассматривался в ЦК, который принял решение об отстранении Ворошилова и Рухимовича от военной работы. Командующим Украинским фронтом остался Антонов-Овсеенко, а его бывшие оппоненты заняли места в правительстве Украины (документы № 40-44).

Такое положение раздражало Сталина. Он нередко срывался, подавал в отставку. Его отношения с Троцким становились все более напряженными. Поводом к конфликту становился любой, даже второстепенный вопрос. В феврале 1920 г. телеграфисты штаба Юго-Западного фронта, членом РВС которого был Сталин, отказались принять телеграмму на украинском языке. Троцкий в резкой форме потребовал принять украинский язык к делопроизводству. Заявив о непредусмотренном штатным расписанием соответствующего аппарата, Сталин отказался подчиниться1. После жалобы Троцкого Ленин телеграфировал Сталину о необходимости «немедленно завести переводчиков во всех учреждениях, обязав безусловно всех принимать заявления и бумаги на украинском языке [...]», и просил лично ответить на телеграмму по телефону2. Принявший телеграмму Каменский сообщал Ленину: «Вашу телеграмму о языке и прочее сообщил Сталину. Сталин передает, что он не в курсе поставленных Вами вопросов, и телеграмма Ваша, по-видимому, направлена не по адресу. Сталин подойти к телефону не может, так как не здоров»3.

Демонстрируя свою независимость, Сталин наращивал политическую активность. Летом и осенью 1920 г. он советует Ленину оставить политику лавирования во внешнеполитической сфере и готовить восстания в Италии, Венгрии, Чехии и Румынии (документ № 91), вмешивается в военное руководство на Крымском и Польском фронтах, конфликтует с Главкомом С. С. Каменевым (документы № 96, 98-99), покровительствует Ворошилову и Буденному, а после провала польской кампании 30 августа 1920 г. первым ставит вопрос о создании комиссии Совета Обороны по выяснению причин неудачи (документ № 100). При обсуждении этого вопроса на IX Всероссийской конференции РКП(б) в сентябре 1920 г. Ленин и Троцкий говорили, в числе прочего, и о вине Сталина в искажении реального положения дел на польском фронте, его личных ошибках и пристрастном отношении к военному командованию. В ответ Сталин написал крайне раздраженное заявление, которое закончил словами: «Т. Ленин, видимо, щадит командование, но я думаю, что нужно щадить дело, а не командование» (документ № 103).

Политизированность военного управления, личные амбиции отдельных членов ЦК не могли не породить групповщину и склоки на всех уровнях власти. В числе прочего, это способствовало формированию различных группировок, значение которых в полной мере проявилось в послевоенные годы. Переписка дает возможность проследить, как складывалось ядро будущей «группы Сталина». Троцкий на этом фоне выглядел достаточно одинокой политической фигурой. Яркая индивидуальность и амбиции Троцкого в сочетании с высшей в республике военной должностью способствовали тому, что в ходе войны он конфликтовал даже с теми деятелями, которые в будущем оказывали ему политическую поддержку. К примеру, почти одновременно с конфликтом Троцкого с группой Сталина на Царицынском фронте, в октябре 1918 г. разразился скандал Троцкого с руководством Восточного фронта. Потребовав объяснения причин неудач 3-ей армии, Троцкий отдал приказ ее командованию провести расследование случаев дезертирства в пермской дивизии и расстрелять виновных в этом комиссаров. Отказавшись выполнять приказ о расстреле, Смилга и Лашевич направили в ЦК письмо, в котором обвинили Троцкого в легкомысленном отношении «к таким вещам, как расстрел» и требовали, чтобы оценку их деятельности давал только ЦК (документы № 25-28, 30). В результате Троцкому пришлось оправдываться. Позже этот конфликт, как и многие другие, был использован против Троцкого политическими оппонентами.

Переписка наглядно показывает, что личные противоречия зачастую приводили к дезорганизации фронтов и разрушали систему военного управления. В декабре 1918 г. Гусев и Смилга писали в ЦК о «совершенно неправильной системе управления», об идущих из центра прямо противоположных директивах, о вмешательстве различных лиц и инстанций в оперативное руководство фронтами и отдельными подразделениями (документы № 33-34). В апреле 1919 г. Вацетис информировал Ленина, что в результате произвола отдельных партийных руководителей в отношении военных специалистов в армии не хватало строевых командиров, а в штабах — опытных специалистов (документ № 46). Дополняют эту картину свидетельства прямого неповиновения Главному военному командованию и апелляций в ЦК и к Ленину со стороны членов РВС фронтов и отдельных командармов. Приказы Троцкого, Главкомов Вацетиса и Каменева, отдельных командующих фронтами в ряде случаев просто саботировались. Особенно выделялась в этом смысле сталинская группа (документы № 22-24, 104, 105).

Значительная часть документов раздела посвящена вопросам советизации. По мере стабилизации фронтов и разгрома основных армий белого движения к концу 1919 г. большевистское руководство, почувствовав силу, предприняло ряд крупномасштабных акций по собиранию земель «рассыпавшейся» в октябре 1917 г. империи. Решение этой задачи, теоретическим обоснованием которой была идея «мировой революции», облегчалось как наличием неимоверно разросшейся армии, так и сохранившихся где открыто, а где в подполье партийных структур, игравших роль «пятой колонны». Полностью координируя свои действия с Москвой, местные коммунисты нередко сознательно нагнетали обстановку. Их желание как можно быстрей советизировать свою страну, помимо коммунистических убеждений, в значительной степени вызывалось стремлением получить власть.

Украина и Белоруссия были советизированы первыми. Советизация Украины стала своеобразной моделью отработки сценария силовой замены национальных режимов советским. Основные принципы этого сценария — коммунистический переворот в столице, создание ревкома, обращение за помощью к Советской России, введение Красной Армии и приветствие «освобожденному народу» из Москвы — оставались стабильными. Разными были лишь степень подготовленности подобных акций и количество жертв советизации. Относительно мирно на рубеже 1918-1919 гг. была советизирована лишь Белоруссия. В Польше большевиков постигла неудача. Зато на Кавказе, в Закавказье и Средней Азии они взяли реванш. С начала 1920 г. по конец 1921 г. были советизированы Чечня (№ 68), Азербайджан (№ 68-71, 74), Армения (№ 73, 74, 76, 79-80, 88, 97, 107-110), Грузия (№ 71-74, 79-80, 111-116, 118-120). В 1922 г. завершилась советизация Туркестана (№ 151-152, 154-156). Выйдя за рамки бывшей империи, попытки советизации затронули также территории Турции (№ 83, 122), Персии (№ 77-78, 83, 85, 102, 137), Афганистана (№ 83, 117, 135, 153) и т. д. Переписка содержит значительную информацию по этим вопросам, показывает, как конкретно готовились те или иные акции, подбирались кадры, проводилась линия Москвы.

Примечания:

1 РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5467. Л. 3.

2 Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 141-142.

3 РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5457. Л. 4.

 

 


 

№ 1

И. В. Сталин — Л. Б. Каменеву

[декабрь 1912 г.]

 

Здравствуй друже!

Целую тебя в нос, по-эскимосски. Черт меня дери. Скучаю без тебя чертовски. Скучаю — клянусь собакой! Не с кем мне, не с кем по душам поболтать, черт тебя задави. Неужели так-таки не переберешься в Краков?1

Нас здесь пятеро: три депутата (Петровский, Малиновский, Бадаев, из них Петровский представляет шестерку во фракции)2. Я [был] один. Будет шестой. Несмотря на глупость, допущенную четырьмя из шести насчет «Луча»3 (я об этом узнал потом), шестерка остается сплоченной группой. Нужно только дать ей время освоиться с положением дел, познакомиться с партийными делами, серьезно поработать над ей. Из Ставского выйдет дельный работник. О Малиновском нечего и говорить. Да, всего не скажешь в письме, а говорить есть о чем. Ильич рекомендует «твердую политику» шестерки внутри фракции, политику угроз большинству фракции, политику апелляции к низам, против большинства фракции, но Ильич [уступит], ибо ясно само собой, что для такой твердой политики шестерка еще не созрела, не подготовлена, что нужно сначала укрепить шестерку, а потом бить ею большинство фракции, как Илья [Муромец] бил татар татарином. Кроме того, очень может быть, что месяца через два — три уже будет большинство во фракции (есть надежда перетащить одного-двух), и тогда у нас появится возможность бить фракцией ликвидаторов, это гораздо выгоднее. Посему нужно работать и немножечко подождать с твердой политикой. Последняя ошибка с участием в «Луче» лишний раз показывает, что нужно, прежде всего, укрепить самое шестерку, желающую быть большевистской, но еще не вполне большевистскую. Шестерке на каждом шагу [нужно] что [...] в руководителе: я случайно не присутствовал на одном из заседаний фракции и это было достаточно, чтобы шестерка выкинула глупость с «Лучом». Словом — нужно немного подождать ... Ну-с, пока, крепко жму руку. Коба.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5391. Л. 3. Автограф.

Примечания:

1. После побега из ссылки в сентябре 1912 г., Сталин, будучи членом ЦК РСДРП и Русского бюро ЦК, в ноябре-декабре 1912 г. принимал участие в совещании ЦК с партийными работниками в Кракове. Каменев за границей находился с 1908 г. и проживал большей частью в Женеве. В Краков, вслед за Лениным, он переехал в 1913 г. Знакомство Каменева со Сталиным состоялось в Тифлисе в 1904 г. Письмо было послано из Кракова в Женеву.

2. В работе партийного совещания принимала участие большевистская часть социал-демократической фракции IV Государственной Думы.

3. «Луч» — ежедневная легальная газета группы членов РСДРП — сторонников легальных методов политической борьбы, создания открытой партии, названных Лениным ликвидаторами. Газета выходила к Петербурге с 16 (29) сентября 1912 по 5 (18) июля 1913 г. Организаторы газеты — Аксельрод, Дан, Мартов, Мартынов.

Речь идет о событиях ноября — декабря 1912 г. 15 ноября 1912 г. начала работать IV Государственная Дума. По инициативе большевиков к этому дню была приурочена однодневная политическая забастовка и демонстрация к Таврическому дворцу (место заседания Думы) в Петербурге. На совещании представителей социал-демократической партии, созванном по инициативе социал-демократической фракции Думы 13 ноября, мнения разделились. Петербургский комитет РСДРП высказался за демонстрацию, Организационный комитет (руководящий орган ликвидаторов) и редакция «Луча» — против. Забастовка состоялась, но после совещания социал-демократическая фракция, опасаясь провокации, выступила совместно с редакцией «Луча» с ее осуждением. Узнав об этом, Ленин подверг фракцию критике и поставил вопрос о необходимости разрыва ее «рабочего» крыла с ликвидаторами. Во второй половине ноября он написал работу «К вопросу о событии 15 ноября. (Несказанная речь)», где назвал случившееся позором (Ленин В. И. ПСС. Т. 22. С. 208). Однако в декабре 1912 г. «рабочие депутаты» социал-демократической фракции Думы вновь дали согласие на включение своих фамилий в список сотрудников «Луча», одновременно продолжая сотрудничать в «Правде». В Кракове, на совещании, этот вопрос обсуждался в контексте необходимости полного организационного разрыва с ликвидаторами. 26 декабря 1913 г. Сталин опубликовал в № 47 «Правды» специальную статью по поводу инцидента с «Лучом» под названием «Положение в социал-демократической фракции». Статья была подписана — К. Сталин ( Сталин И. В. Сочинения. Т. 2. С. 368-372).

 

№ 2

И. В. Сталин — Г. Е. Зиновьеву

декабрь 1913 г.

В своем письме от 9/ХІ [Вы] пишете, что будете присылать мне мой «долг» по маленьким частям1. Я бы хотел, чтобы Вы их прислали возможно скоро, по каким бы маленьким частям ни было. (Если деньги будут, шлите прямо на меня в Костино). Говорю это потому, что деньги нужны до безобразия2. Все бы ничего, если бы не болезнь, но эта проклятая болезнь, требующая ухода (т. е. денег) выводит из равновесия и терпения. Жду. Как только получу немецкие книги, дополню статьи и в переработанном виде пошлю ...

Ваш Иос[иф]3

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 2. Д. 89. Л. 2. Автограф.

Примечания:

1. Речь идет о гонорарах за публикации Сталина. В 1912-1913 гг. Сталин работал над серией статей по национальному вопросу. Самая большая из них, «Марксизм и национальный вопрос», была написана в Вене и впервые напечатана за подписью «К. Сталин» в № 3-5 журнала «Просвещение» под названием «Национальный вопрос и социал-демократия». Отдельной брошюрой эта работа, включавшая в себя ряд более мелких статей по национальному вопросу была опубликована в 1914 г. в издательстве «Прибой» (Петербург). В письме Малиновскому (ноябрь 1913 г.) Сталин отмечал: «Мне пишет Зиновьев, что статьи по «национальному вопросу» выйдут отдельной брошюрой [...] Я надеюсь, что ты, в случае чего, постоишь за меня и выхлопочешь гонорар ...» (Медведев Р.А. О Сталине и сталинизме. М., 1990. С. 25-26).

2. Эту проблему Сталин ставил в своих письмах из ссылки неоднократно. В том же (см. примечание 1) письме Малиновскому он писал: «Здравствуй друг! Неловко как-то писать, но приходится. Кажется, никогда не переживал такого ужасного положения. Деньги все вышли, начался какой-то подозрительный кашель в связи с усилившимися морозами (37 градусов холода), общее состояние болезненное, нет запасов ни хлеба, ни сахару, ни мяса, ни керосина (все деньги ушли на очередные расходы и одеяние с обувью). А без запасов здесь все дорого: хлеб ржаной 4 1/2 к[оп.] фунт, керосин 15 коп., мясо 18 коп., сахар 25 к[оп.] Нужно молоко, нужны дрова, но ... деньги, нет денег, друг. Я не знаю, как проведу зиму в таком состоянии ... У меня нет богатых родственников или знакомых, мне положительно не к кому обратиться, и я обращаюсь к тебе, да не только к тебе — и к Петровскому, и к Бадаеву. Моя просьба состоит в том, что если у с[оциал] — демократической] фракции до сих пор остается «фонд репрессивных», пусть она, фракция, или лучше — бюро фракции выдаст мне единственную помощь хотя бы рублей в 60. Передай мою просьбу Чхецдзе и скажи, что я и его также прошу принять близко к сердцу мою просьбу, прошу его не только как земляка, но, главным образом, как председателя фракции. Если же нет больше такого фонда, то, может быть, вы все сообща выдумаете что-нибудь подходящее. Понимаю, что вам всем, а тебе особенно — некогда, нет времени, но, черт меня дери, не к кому больше обращаться, а околеть здесь, не написав даже одного письма тебе, — не хочется. Дело это надо устроить сегодня же и денег переслать по телеграфу, потому что ждать дальше — значит голодать, а я и так истощен и болен, мой адрес знаешь: Туруханский край Енисейской губ[ернии], деревня Костино, Иосиф Джугашвили [...] Только что узнал, что, кажется, в конце августа Бадаевым пересланы для меня в Ворогово (Енисейский уезд) не то 20, не то 25 рублей. Сообщаю, что я их не получил еще и, должно быть, не получу до весны. За все свое пребывание в Туруханской ссылке получил всего 44 р. из-за границы и 25 р. от Петровского. Больше я ничего не получал» (Там же).

3. Адрес на открытке: «Австрия (Галиция) Krakau. Ulica Lubomirskiego № 35. An Herm Radomilski. Osterreich. Mogils[ka] 10». Кусочек открытки с датой в левом верхнем углу вырван. На копии в верхнем левом углу две приписки Сталина: «1913 г. Из Туруханского края» и «Т. Орахелашвили. Инст[итут] Ленина. Верните ИМЭЛу эту чепуху писанную в 1913 г. из Костино (Турух[анский] Край) И[осиф] Ст[алин]».

 

№ 3

И. В. Сталин — Р. В. Малиновскому

10 апреля [1914 г.]

 

От Иосифа из Туруханска1

10.IV.

Здравствуй, друг!

№ 1 «Работницы»2 и один № «Пути Правды»3 с твоей думской речью получил. Спасибо, друг, особенно, за речь. Приветствую всех вас, особенно же, тебя и Бадаева, за удачное выступление в Думе по вопросу о печати!4 От души рад, что речи ваши будут обсуждаться на собраниях рабочих. По-моему, это единственно правильный метод работы, так хорошо усвоенный коллективом петербургских марксистов. Следовало бы поступать так по каждому, волнующему рабочих, вопросу. Вообще, душа радуется при виде того, как искусно, как мастерски используются фракцией и питерским коллективом все и всякие легальные возможности. Органы печати, политические и профессиональные, растущие как грибы; удачные выступления членов фракции и частые их разъезды (весьма нужные и полезные); регулярное вмешательство питерского коллектива во все дела пролетарских выступлений; рост престижа «Правды»5, кроме Питера, еще в провинции; колоссальный рост пожертвований в пользу «Правды», и, наряду с этим, жалобный вой во всех смыслах разлагающейся группы ликвидаторов — картина великоле-е-е-е-пная, черт меня дери!...

Читал я также твою статью в «Правде» о задачах оппозиции. И поведение твое (выступление в «Правде», а не в «Современнике»6) и самая статья — безупречны. Так их, Щукиных сынов из «Современника», - лупи, друг!...

Мне пишет один из питерских моих приятелей, что работников-литераторов страшно мало в Питере. Если это верно, напиши — я скажу И. Сталину, чтобы он почаще писал. Все-таки помощь. Он уже послал в «Просвещение]»7 большую статью о «культ[урно-] национальной] автономии». Если он получит из России нужные книги (а он их получит, ибо выписал их), то напишет и пришлет такую же большую статью (фельетонов на 5) для «Правды» под заглавием «Об основах марксизма». Будет также (для «Просв[ещения])» статья «Организационная сторона национального вопроса». Если нужно, напишет и пришлет для «Правды» популярную статью по нац[иональному] вопросу, доступную вполне для рабочих. Ты только напиши, закажи.

Затем просьба: я не получаю «Правду» с января месяца. Скажи, чтобы присылали. Можно по старому адресу. В мои руки совершенно случайно попадают №№ «Правды», а без газеты тут очень тяжело.

На днях я послал тебе письмо. Ты его, должно быть, получил и ругаешь меня. Что ж, ругай на здоровье, если думаешь, что я заслужил ...

Привет Стефании.

Целую ребят.

Жму руку.

Иосиф.

Тур[уханский] край

P. S. У нас «новые веяния»: новый губернатор переводворил меня на дальний север8 и конфисковал полученные на мое имя деньги (60 р. в целом). Живем, брат ...

Кто-то, оказывается, распространяет слухи, что я не останусь в ссылке до окончания срока. Вздор! Заявляю тебе и клянусь собакой, что я останусь в ссылке до окончания срока (до 1917 г.)9. Когда-то я думал уйти, но теперь бросил эту идею, окончательно бросил. Причин много, и, если хочешь, я когда-нибудь подробно напишу о них.

Иосиф.

P. S. Читал статью Л. Мартова об оппозиции10, где он старается обелить ликвидаторов, бросая тень на твою большевистскую физиономию. Клянусь собакой, друг, жонглера такого и фокусника, скомороха такого и комедианта, как Л. Мартов, трудно найти во всей нашей соц[иалистической] литературе. Плохо, плохо дело ликвидаторов, если им приходится разыгрывать известного героя Глеба Успенского, жалкого скомороха и «пиро-гидро-техника», занимавшегося «обезглавлением головы и прочих частей тела». Нечего и говорить, что ответом на статью Л. Мартова может быть только насмешка.

Ну-с всего хорошего. И[осиф].

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5394. Л. 6-8. Автограф.

Примечания:

1. Это письмо было найдено Петровским в его личном архиве и послано Сталину с сопроводительной запиской: «Тов. Сталин, по требованию т. Поскребышева возвратить в ЦК материалы и выписки ЦК, копаясь в своем архиве я нашел ваше письмо, считаю долгом вернуть его Вам. Посылаю Вам аналогичное, видимо, согласованное письмо т. Свердлова Я. М. Г. Петровский. 17/VІІІ 39 г. Москва» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5394. Л. 5).

Письмо было послано из Туруханского края в Петербург.

2. «Работница» — легальный женский журнал, орган ЦК РСДРП(б), выходил в Петербурге с февраля по июнь 1914 г.

3. «Путь Правды» — одно из названий легальной газеты большевиков «Правда» (с 1917 г. Центральный Орган РСДРП(б)) в 1914 г.

4. Речь идет о статье «За свободу печати», опубликованной в № 29 газеты «Путь Правды» 6 марта 1914 г. Статья была посвящена выступлениям Бадаева и Малиновского по поводу рабочей печати на заседании Государственной Думы 5 марта 1914 г. («Путь Правды». № 29. 6 марта 1914 г.).

5. «Правда» — См. примечание 3.

6. «Современник» — литературно-политический журнал, вокруг которого группировались меньшевики-ликвидаторы, эсеры, народные социалисты, левые либералы. Издавался в Петербурге в 1911-1914 гг.

7. «Просвещение» — теоретический легальный журнал большевиков. Издавался в Петербурге.

8. Речь идет о переводе Сталина в деревню Курейка Енисейской губернии Туруханского края.

9. В Петербург из ссылки Сталин вернулся весной 1917 г.

10. Речь идет о статье Мартова против большевиков в марте 1914 г. в № 3 журнала «Наша Заря».

 

№ 4

И. В. Сталин — О. Е. Аллилуевой

25 ноября [1915 г.]

25/ХІ

Для Ольги Евгеньевны1

Очень-очень Вам благодарен, глубокоуважаемая Ольга Евгеньевна, за Ваши добрые и чистые чувства ко мне. Никогда не забуду Вашего заботливого отношения ко мне! Жду момента, когда я освобожусь из ссылки и, приехав в Петербург, лично благодарю Вас, а также Сергея, за все. Ведь мне осталось всего-навсего два года.

Посылку получил. Благодарю. Прошу только об одном — не тратиться больше на меня: вам деньги самим нужны. Я буду доволен и тем, если время от времени будете присылать открытые письма с видами природы и прочее. В этом проклятом крае природа скудна до безобразия — летом река, зимой снег, это все, что дает здесь природа, — и я до глупости истосковался по видам природы хотя бы на бумаге.

Мой привет ребятам и девицам. Желаю им всего-всего хорошего.

Я живу как раньше. Чувствую себя хорошо. Здоров вполне — должно быть привык к здешней природе. А природа у нас суровая: недели три назад мороз дошел до 45 градусов.

До следующего письма.

Уважающий Вас Иосиф

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 55 Л. 1 -2. Автограф.

Примечания:

1. Письмо написано в ссылке, в деревне Курейка Енисейской губернии Туруханского края и отправлено в Петербург. О. Е. Аллилуева — жена рабочего, члена большевистской партии С. Я. Аллилуева. Младшая дочь Аллилуевых Надежда весной 1918 г. стала женой Сталина.

 

№ 5

С. Спандарян, И. В. Сталин — В. И. Ленину

27 февраля [1915 г.]

27/II

Здравствуйте, дорогой Владимир Ильич!1

Сейчас Иосиф у меня гостит и захотелось послать Вам наш привет. Как живете? Что поделываете? Каково настроение? Напишите, что можете. Жаждем живого слова. Будем ожидать от Вас письма.

Сурен

Привет Надежде Константиновне2 и Григорию3, и вообще всем друзьям.

Мой привет Вам, дорогой Ильич, горячий-горячий привет! Привет Зиновьеву, привет Надежде Константиновне! Как живете, как здоровье? Я живу, как раньше, хлеб жую, доживаю половину срока. Скучновато, да ничего не поделаешь. А как Ваши дела-делишки? У Вас то, должно быть, веселее ... Читал я недавно статьи Кропоткина4 — старый дурак, совсем из ума выжил. Читал также статейку Плеханова в «Речи»5 - старая неисправимая болтунья-баба! Эхма ... А ликвидаторы с их депутатами-агентами вольно-экономического общества? Бить их некому, черт меня дери! Неужели так и останутся они безнаказанными?! Обрадуйте нас и сообщите, что в скором времени появится орган, где их будут хлестать по роже, да порядком, да без устали6.

Если вздумаете написать, пишите по адресу: Тур[уханский] край (Енисейск[ая] губ[ерния]), село Монастырское, Сурену Спандарьяну.

Ваш Коба

Тимофей просит передать его кислый привет Геду, Самба и Вандервельду на славных, хе-хе, постах министров7.

 

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 53. Л. 1-3. Автографы. «Пролетарская революция». 1936. № 7. С. 167.

Примечания:

1. Письмо написано из туруханской ссылки в период посещения Сталиным сосланного туда же Спандарьяна и отправлено в Швейцарию. Со Спандарьяном Сталин был знаком с 1907 г. по работе в нелегальной газете большевиков «Бакинский Пролетарий».

2. Крупская.

3. Зиновьев.

4. Вероятно, речь идет о статье Кропоткина «Письма о современных событиях», опубликованной в газете «Русские Ведомости» в № 206 и 229 за 7(20) сентября и 5(15) октября 1914 г.

5. Видимо, имеется в виду «Открытое письмо в редакцию газеты «Речь» Плеханова, опубликованное 2(15) октября 1914 г. «Речь» — печатный орган конституционно-демократической партии России.

6. 1 ноября 1914 г. в Женеве после значительного перерыва вышел № 33 большевистской газеты «Социал-Демократ», редактором которой был Ленин. К моменту написания письма Сталин еще не получал номеров газеты.

7. Европейские социалисты, вступившие в правительства своих стран.

 

№ 6

В. А. Карпинский — В. И. Ленину

5 апреля 1917 г.

Дорогие товарищи! Посылаю Вам напечатанную здесь первую прокламацию СРД; Ваше постановление.

Вчера на здешнем многолюдном собрании всех организаций политических] эмигрантов была принята резолюция, отвергающая план нашего ЦК; принятие его поставлено в зависимость от согласия СРД1.

Выступления ораторов отличались сравнительной] умеренностью. О клеймлении, позоре и т. п. уже не было речи. Признавался долг интернационалистов защищать тов[арищей], едущих от клеветы. Конечно, обещаниям в этом духе со стороны определенного сорта людей верить особенно не приходится.

Обратите внимание: собрание голосовало за план, если СРД одобрит его. Предлагалось отправить тов. швейцарца, чтобы он доложил дело СРД и телеграфировал условной фразой ответ. Поездка возьмет максимум неделю.

Сообщаю этот план к сведению. Во всяком случае, мы подчеркиваем еще и еще раз (мы даже, опираясь на согласие т. Ленина, говорили об этом здесь), что телеграмму СРД следует до отъезда послать через Стокгольм с известием, что мы едем через Германию. Конечно, она не дойдет или, если дойдет, ответа не будет. Но мы его и не будем дожидаться. Важно иметь заверенный документ, что обращались в СРД предварительно отъезда2.

Сегодня получилось здесь письмо Луначарского3, где он излагает гриммовский протест. Валерианка (дражайшая половина четы, называющейся «Группа Вперед»)4, в бешенстве бегает по городу и говорит всем, что большевики интригуют, что Гримм никакого касательства к плану не имеет, что он протестует и разоблачает ленинцев и проч. и пр. Жалеем, что вчера же на собрании не рассказали этот инцидент с Гриммом, чтобы выяснить, кто именно интригует. Но я с Вами условился не говорить об этом, если никто не поднимет этого инцидента.

Необходимо теперь, чтобы Вы, по-возможности, немедленно известили нас, в чем тут дело. Мы расстались, не зная собственно истинных причин «протеста» Гримма. Ясно, что человек ненадежный. Что он выкинет завтра, трудно сказать. Непременно все переговоры с ним надо вести, как и раньше, при свидетелях. Было бы великолепно, если бы тот товарищ-щвейцарец, к[отор]ый нас повезет, от себя (пусть пока назовется определенным псевдонимом) прислал нам бумажку в два слова, говорящую, что план отъезда Гримма технически приводится в исполнение и поездка состоится в один из ближайших дней (что-нибудь в этом роде, чтобы пресечь крайне неприятные сплетни, мешающие делу). Как согласовать 1) протест Гримма и 2) его вчерашний разговор с т. Зиновьевым, подтверждающий его прежнее согласие. Напишите подробно.

Известия в «Пети Паризьен»5 не мог достать. Быть может, это миф. Говорят, что «Юманите»6 печатает - известие о тщательных обысках и строгостях, допросах, требованиях бумаг и проч. на финляндской границе. Пытался достать этот №, не мог. Эта дыра Женева!...

Вы себе представить не можете какой кавардак здесь творится. За нашу поездку голосовало только 14 человек. Едут, кроме известных Вам товарищей, один левый бундовец, хотела бы одна левая бундовка, один старый впередовец. Ждем подробностей о самой поездке.

Личная просьба. Вчера на собрании взято было под подозрение мое сообщение о собрании представителей групп в Цюрихе, сделанное на основании доклада Луначарского нам четверым. Был здесь на вчерашнем собрании делегат ЦК по эвакуации эмигрантов (Багоцкий — секретарь) и сообщил собранию, что этому комитету ничего не известно о плане Гримма-ленинцев, что у ЦК есть данные, что из этого плана ничего не выйдет, что Гримм никакого отношения сюда не имеет и т. п. Так вот я прошу Вас, всех, присутствовавших при разговоре с Луначарским, написать мне лично, что Луначарский действительно говорил сообщенное мною, именно: подпишите прилагаемое письмо. (Очень жалею, что затрудняю Вас этим, но необходимо. Жаль, что сказал и о личной фразе Луначарского: сорвалось. Тут такая кампания против нас!).

Один товарищ предполагает начать в швейцар[ской] прессе серию статей для выяснения пока фактической невозможности для эмигрантов пробраться в Россию (без малейшего намека на то, что единственный путь — Германия: напротив, как будто бы это последнее исключено). Базироваться только на строго проверенных фактах. Для первой статьи три: телеграмма посольства, отсутствие каких[-либо] ответов относительно возвращения от СРД при наличности ответа на поздравления от правительства уже на 5-й день (один факт в Женеве), закрытие «Начала»7. Сообщите, как Вы относитесь к этому. Цель: подготовить общественное мнение к принятию пилюли. Конечно, только в социалист[ической] прессе помещать. Дайте все проверенные факты и сведения с прибавлением точных данных, когда, кто, где констатировал, получил и т. п.

Вчера я получил телеграмму из России такого содержания:

«В ПЕТРОГРАДЕ БУДЕТ ВЫХОДИТЬ БОЛЬШАЯ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ ГАЗЕТА «НОВАЯ ЖИЗНЬ»8. ПРОСИМ ПОСЫЛАТЬ КОРРЕСПОНДЕНЦИИ, СТАТЬИ, ДЕПЕШИ. ОТВЕТ ТЕЛЕГРАФОМ ГОРЬКОМУ ПО АДРЕСУ: «ЛЕТОПИСЬ», ПЕТРОГРАД. (Ответ оплачен). «ЛЕТОПИСЬ»9».

Прежде чем ответить, мне хотелось бы знать Ваше мнение. Ясно, что во всякой соц[иал-]демократической] газете теперь не очень-то можно сотрудничать. Промелькнуло где-то известие, что Горький не то назначен, не то прочится в министры искусств. Не катнуть ли для начала статью против Времен[ного] правительства, вообще статью ясно формулирующую нашу точку зрения и просить телеграфировать, принята ли она? Или наоборот, пока не выяснится характер газеты, корреспондировать из-за границы о саботаже истины о русской революции, об отношении к ней пролетариата, буржуазии и т. д.? Напишите, как Вы думаете, по возможности, немедленно.

Примите все меры, чтобы всякие беседы с Гриммом и другими тов[арищами] и лицами по поводу отъезда непременно велись при свидетелях и лучше всего протоколировались. Вынесенное мной впечатление — ни на кого из них нельзя положиться. Измена может [быть] отовсюду и мы рискуем остаться в самом смешном и некрасивом положении, в позорном положении — затеяли интригу и были разоблачены.

Хорошо бы запастись, по возможности, формальными данными, документальными данными и по доказательству того, что путь через Германию — единственный. Берегите телеграмму посольства. Хорошо бы проверить и установить то, что передавал Луначарский о словах француз[ского] товарища министра в ответ на запрос об отъезде (кто ходил, когда, кто был при этом, какой министр и пр.), и о словах Уайта (кому он говорил или писал, где, когда, при ком и т. п.)10.

Наконец, товарищи отъезжающие просят сообщить час отъезда, по крайней мере, и, по возможности, за день11.

Кажется, пока все. Да, завтра в Лозанне будет съезд представителей организаций из всех городов по вопросу об отъезде. Необходимо, чтобы Вы ответили немедленно экспрессом, по крайней мере, о главном: о Гримме (на то, о чем писано выше). Наш делегат должен уметь объяснить в чем дело. Он должен иметь, по возможности, формальное наше категорическое заявление компетентного лица, учреждения, что отъезд — дело окончательно решенное и в стадии практического выполнения. Быть может придется поговорить об этом по телефону или сообщим адрес съезда для отсылки непосредственно туда письма.

5.IV. 191712

РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 5. Д. 747. Л. 1-2. Машинописный текст. Фотокопия.

Примечания:

1. 6 (19) марта 1917 г. на частном заседании представителей русских эмигрантских партийных центров в Берне (Швейцария) был поставлен вопрос о возможных путях возвращения русской политической эмиграции в Россию. В международных военно-контрольных списках стран Антанты большинство социалистов — противников войны значились неподлежащими пропуску через границы. В качестве одного из вариантов возвращения Мартов выдвинул, а Ленин поддержал проект обмена русских эмигрантов из Швейцарии на интернированных в России австро-германских гражданских пленных. Выяснить отношение к этому плану правительства Германии было поручено швейцарскому социалисту, федеральному советнику Гримму. Сославшись на нейтралитет, правительство Швейцарии, по словам Гримма, отказало эмигрантам в посредничестве. Представители же немецких властей в Берне дали согласие. По итогам переговоров в Цюрихе состоялось новое совещание представителей партийных центров с участием Ленина. Последний настаивал на пути через Германию, как единственно возможном. Автор проекта Мартов заявил о необходимости получить согласие на проезд со стороны Временного правительства или Совета рабочих и солдатских депутатов. Сославшись на рискованность акции без санкции русского компетентного учреждения, его поддержал Гримм. Мнения разделились. 18(31) марта 1917 г. за подписями Ленина и Зиновьева было принято специальное постановление Заграничной коллегии ЦК РСДРП из 6-ти пунктов, оформленное как решение в ответ на предложение Гримма (Ленин В. И. ПСС. Т. 31. С. 83-84). В решении говорилось, что весь риск акции покрыт авторитетом последнего. Гримм в резком письме отверг это утверждение Заграничной коллегии (Письмо А. В. Луначарского в группу «Вперед»// Литературное наследство. В. И. Ленин и А. В. Луначарский. Переписка. Доклады. Документы. М., 1971. С. 638-641). Ленин, заявив, что тянуть дальше с отъездом невозможно, уполномочил секретаря Швейцарской социал-демократической партии Фр. Платтена завершить как можно скорей переговоры с немецким правительством. Ленинская позиция критиковалась на нескольких собраниях Центрального эмигрантского комитета (секретарем Исполнительного совета этого комитета был Багоцкий).

2. 23 марта (5 апреля) 1917 г. Исполнительная комиссия Центрального эмигрантского комитета обратилась к министру юстиции России Керенскому и в Совет рабочих депутатов с телеграммой, в которой запрашивала согласие на путь через Германию. В тот же день группа социалистов (Аксельрод, Астров, Луначарский, Мартов и др.) послали в Петроград телеграмму Совету (на имя Чхеидзе, Горького, Короленко и Керенского), в которой поддерживали план эмигрантского комитета.

3. Очевидно, речь идет о письме Луначарского «В группу Вперед» от 21 марта (3 апреля) 1917 г. с изложением плана ЦК РСДРП(б) о пути переезда в Россию, протеста Гримма, реакции Ленина на эти события (Там же. С. 638-642).

4. Группа «Вперед» — социал-демократическая группа, возникшая после революции 1905-1907 гг. Среди ее участников — Богданов, Алексинский, Менжинский, Покровский, Базаров и др.

5. «Пети Паризьен» — ежедневная французская газета, Париж, 1876 — 1944 гг.

6. «Юманите» — газета, основанная Жоресом в 1904 г. как орган Французской социалистической партии. В годы Первой мировой войны газета находилась в руках правого крыла партии.

7. «Начало» — газета РСДРП (меньшевиков), Париж, 1916-1917 гг.

8 .«Новая жизнь» («Свободная жизнь») — газета группы меньшевиков-интернационалистов и писателей, из круга авторов журнала «Летопись», Петроград — Москва, 1917-1918 гг.

9. «Летопись» — литературный, научно-политический журнал, основателем которого был Горький. Петроград, 1915 — 1917 гг.

10. Очевидно, речь идет об ответах на официальные запросы эмигрантов-социалистов (противников войны) представителями французских и английских правительств о возможности возвращения в Россию через территорию их стран.

11. Не дожидаясь окончания переговоров, 27 марта (9 апреля) 1917 г. группа эмигрантов во главе с Лениным и Зиновьевым выехала в Россию через Германию и Швецию. Все условия и обстоятельства отъезда были запротоколированы и сообщены представителям «циммервальдской левой» Германии, Франции, Польши и Швейцарии. От имени циммервальдцев и за их подписью был составлен документ для прессы, в котором сообщалось, что европейские социалисты в курсе всех нюансов состояния переговоров о возможности отъезда русских интернационалистов в Россию, а также причин выбора пути этого отъезда через Германию и Швецию. Это сообщение было напечатано в газете левых социал-демократов Швеции «Политикен» 15 апреля 1917 г.

12. В конце письма имеется пометка: «Письмо Ленину».

 

№ 7

В. А. Антонов-Овсеенко — В. И. Ленину

19 декабря 1917 г.

Прочтя, лучше всего уничтожьте. Не для печати, абсолютно секретно.

Копия есть.

Г. Ленину (лично)1

В Совет Народных Комиссаров.

По приезде моем в Москву 8-го декабря обстановка выяснилась так: Московский округ послал против Каледина всего один отряд человек в 300, мог бы дать до 30000 человек, преимущественно из северных районов, южные гарнизоны деморализованы отпусками, увольнениями и украйнизацией. Артиллерии в Москве много, но материальная ее часть почти в безнадежном состоянии. Выехал я из Москвы, снабженный самыми лучшими обещаниями, 9-го декабря Командокругом Муралов обещал немедленно приступить к формированию отрядов и направлять их на Воронеж, Купянск и Харьков. По дороге в Курск застали революционную власть еще в процессе вылущивания. Один из наших отрядов, задержавшись там, навел порядок, захватив 8 орудий, которых с благословения тамошнего «Революционного Совета» украйнцы собирались вывезти, и, заняв станцию, я дал ему разрешение захватить броневики английской миссии, почему-то сюда попавшие, и снабдил его полномочиями на охрану вокзала. По сведениям из Москвы в Курске должна была находиться «команда выздоравливающих» (1000 человек]), которой Муралов послал 1000 винтовок. Эта команда оказалась совершенно негодной. В Белгороде представители Революционного Штаба обещали прислать до 3000 человек из польского революционного полка, численностью от 8-10 тысяч (Муралов для вооружения этого полка прислал из Москвы винтовки, пулеметы и патроны). В Харькове выяснилось, что местный гарнизон может дать для боевых операций против Каледина не более 650 человек (500 от 30 полка и 150 от 252-го), все остальные: автомобильные запасные мастерские 3 броневика, 300 ч[еловек] — охрана города, части на деле не существуют (от дружины осталось 50 ч[еловек] — распущена), саперный полк распилен, запасный артиллерийский дивизион оказался без людей и с перепорченными орудиями. 28 полк украйнизирован, превращен в[о) 2-й украйнский полк (3000 солдат, 40 пулеметов, 427 офицеров) и введен Чигиринский полк (такой же численности). Вопреки рассказу Москвы, полки стоят за Центральную украинскую Раду, но нерешительны. «Вольказачество» — до 300 человек белой гвардии, машины 19 броневого дивизиона — «нейтрального», пред нашим приездом были захвачены отрядом Сиверса (4-5 годных броневиков и 6-7 попорченных). Красная гвардия (в Москве нам сообщили — что ее 10000 человек) на деле — 3500, из которых мобилизованы 1500, не более. Наши силы в отряде Сиверса 1300 пех[оты], 200 кав[авалеристов], 6 орудий, а отряд Ховрина — блиндированный поезд (2 ор[удия]), 300 человек, окончательно деморализованных «реквизициями». Все наши силы: 1500 красногвардейцев Харькова, 1800 человек в отрядах, до 30 пулеметов, 6 орудий, блиндированный поезд и до 6 броневиков. Местный Совет — коалиционное болото, Революционный Комитет — никчемность, в штабе красной гвардии — дутое самолюбие верхов и начальника, боевой дух в остальных. Местные большевики — кислятина. Артем возводит кисляйство в принцип. Вокруг — в Балаклее до 10000 украйнизированного полка, в Чугуеве — целехонькое юнкерское училище. В Купянске — полк (два) гайдамаков, в Лозовой, Павлограде — гайдамаки, Александровск, Екатеринослав — в руках Рады (в последнем непрочно; в Александровске — разгром Совета). В Обояни колеблющийся тяжелый (6) дивизион; в Сумах — дивизион (6 орудий) двенадцати дюймов без снарядов, из Москвы их команде посылалось 3500 винтовок. Команда оказалась почти украйнизированной. На нас, при молчании местных большевиков, смотрели как на ушкуйников-разбойников. Оглянувшись, немедленно послал Муравьева в Москву для формирования отрядов и принял все меры для прекращения самовольных реквизиций и т. п. Отсутствие власти в Харькове заставило обывателей нести свои жалобы нам - суд и расправа творились в отрядах и расшатывали их окончательно. Продовольственная база была совершенно не налажена. Штаба вовсе не было. Пришлось привезенных с собою разогнать кого куда для всей этой организации. Но обстановка требовала и немедленных мер. 2-му украйнскому полку отрядом Сиверса было предложено демократизироваться — часть офицерства разбежалась, кое-кто был арестован, начальство было выбрано. Получили сведения о движении в Полтаву войск Рады, блиндированного поезда и выступления к Харькову воинских эшелонов. План был таков: оборонительная позиция со стороны Полтавы; захват узловых станций Лозовая, Сипельниково (связь с Екатеринославом) — что обеспечивает от провоза враждебных эшелонов с востока и пути в Донецкий бассейн (из Лозовой, в обход ненадежного пути через Балаклею). Захват Купянска движением из Харькова и Белгорода (польский полк); немедленный приступ к вооружению рабочих бассейна (при Штабе мною было создано бюро связи с Донецким бассейном, Донецкой областью и т. д.). После концентрации некоторых сил в Донецком бассейне — вытеснение казачьих банд, рыскавших верстах в 100 к югу от Никитовки, и движение несколькими путями на восток против Каледина одновременно с наступлением на восток — головной удар из Воронежа (главные силы Каледина расположены вдоль железной дороги Воронеж — Ростов), с запада от Царицына (туда Минину сообщено и туда послана наша 5-я Кавказская казачья дивизия) и с юга, с Кавказа (сообщено в Ставрополь телеграммой кружным путем Военно-Революционному Комитету, из Воронежа Председатель Военно-Революционного Комитета Моисеев обещал послать в Ставрополь). Распорядился занять Люботин — узловую, важнейшую станцию у Харькова. Здесь разоружены эшелон украйнцев и эшелон казаков и захвачено много украинских офицеров с оружием. Одновременно силами харьковцев — (30 полк и 500 красногвардейцев) с блиндированным поездом — была занята Лозовая, через которую проходили казачьи эшелоны; путь пришлось восстанавливать; станция занята почти без драки. Но на следующий день гайдамаки неожиданным напором оттеснили наших (30 полк бежал) и вновь взяли станцию, красногвардейцы из этого отряда прислали делегацию с «ультиматумом», требуя обмундирования и подкрепления. Ушла делегация со стыдом за свой ультиматум; после этого красная гвардия перешла в наступление и почти заняла Лозовую. К этому времени подошла орловская батарея (4 орудия) и оказалась дохлой, лошади пали на ноги, командир болен, люди ворчат. Подошел отряд из Твери — 500 человек. Польский полк 17-го положил оружие (8000) человек, убит командир полка, призывавший к сопротивлению. Чугуевское училище обезоружено к вечеру 16-го (после четырех выстрелов из пушек и уговора городской делегации), но «тверичане», под предлогом возмущения реквизициями, самовольно покинули Чугуев и сорвали предполагавшееся движение к Купянску, откуда гайдамаки бежали, услышав, что идут «большевики». 18-го «тверские» были обезоружены и отправлены в Тверь, кроме пулеметной команды и 200 человек, заявивших полную готовность идти в бой. У Чугуева появились конные разъезды (по-видимому, из Балаклея) и, ввиду слабости своего отряда (взвод артиллерии был еще раньше отправлен к отряду Сиверса), Ховрин вернулся в Харьков. Сиверс с отрядом достиг к вечеру 18-го Балаклей, где полк украинский сдался и обезоруживается ныне. Сейчас отправляются подкрепления к Лозовой для дальнейшего движения к Славянску (с красной гвардией Никитовки и др. мест снеслись, ее там до 2000) и к Синельникову (екатеринославцам и в Александровск посланы к Военно-Революционному Штабу и к Федерации анархистов указания как выступить, в Екатеринослав послали инструкторов). Синельниково д[олжно] б[ыть] занято совместным нашим движением. Через Лозовую направлено 10000 винтовок и 6 пулеметов к рабочим. Приблизительно столько же идет с отрядом Сиверса. В запасе у нас еще столько же и в пути впятеро больше оружия. К вечеру пойдет движение на Купянск (с Воронежем снесся, приказав ВРК послать к Купянску по связи также отряд), туда же должны двинуться некоторые части из Москвы. Сиверсу приходится пробиваться с трудом — гайдамаки портят пути; у Змиева два эшелона Сиверса соблазнились водкой и перепились, не подействовал и обстрел их (склад вскоре взорван нами), 300 человек с соответственной аттестацией отсылаются обратно, только 10 удержано. Отряд Ховрина окончательно развалился (моряки балтийцы, нажив добра, никуда стали негодны). Из ставки к нам направили 19 Стрелковый и 27 Виленский полки. В Брянске Виленский пришлось разоружить — настолько он обхулиганился, 19-й в Орле стоит под ультиматумом нашим о выдаче провокаторов офицеров (эти полки с хваленого северного фронта). Московский округ дает не более 12000 вместо намеченных 30000, с фронта вместо 7 полков пришел сброд, над организацией которого работать дней 10. Ожидаю сегодня петроградцев (обещано было 5000 красногвардейцев) и артиллерию из Москвы. В общем у меня в Харькове (к 2 часам дня 19-го) 2000 пехоты, 2 батареи по 4 ор[удия] (прибыла еще одна из Орла, другая просится обратно, но я не пустил). В Белгороде 750 чел[овек] пехоты, в Балаклее 750 пех[оты], 200 кав[алеристов] и 6 ор[удий], в Любатине 250 человек, в Лозовой 1300 чел[овек], блиндированный поезд, 3 орудия (сейчас занят нами Павлоград, гайдамаки сдались, обезоружен эшелон казаков, пробиравшийся на Дон). В Воронеже до 4000 ч[еловек], 2 батареи по 6 ор[удий], 80 пулеметов. За Московским округом еще 2500 человек, 2 батареи и 20 аэропланов, которые где-то завязли, в Брянске достраивается блиндированный поезд.

Только что новое важное сообщение — Славянск нами занят. Связь с Никитовкой (с красной гвардией) установлена. Оружие распределяется. Течет новое. Мы действуем в среде враждебной и смело говорю, что если бы северный фронт выполнил обязательство — дал хотя бы 4 полка боевых (надо два полка латышей) и Питер обещанных 5000, то через две недели — не больше — с Калединым было бы покончено. О положении в Украине напишет тов. Сергей Бакинский2. Второй нарочный привезет дополнение и мое воззвание к рудничным рабочим. Денег я от Вас не получил и взял из экстренного фонда, и уже они на исходе. Сейчас у меня всего 30000. Продовольствие и обмундирование вполне налажено. Гоните людей, желающих бороться, наших товарищей, преданных делу, шлите деньги. С 5000 человек еще мы бы легко взяли Полтаву и Ростов. Полтаву взять совершенно необходимо, но сил нет. Сидим так дерзко, что если бы я не знал моральной обстановки врагов, то пустил бы себе пулю в лоб, как преступнику за слишком смелые действия. Муравьев проявил себя выше всякой похвалы в Москве; там до его приезда даже не начата была организация войск. В три дня он соорганизовал и двинул до 4000 чел[овек], одну батарею и оставил в периоде формирования три легких, две тяжелых батареи, саперную роту и формируется несколько тысяч (работать начал особенно энергично Одиссей). Надо во всю надавить на Московский округ.

Остановка за Позерном, Мураловым и красной гвардией в Питере.

Только узкому кругу.

Письмо это уничтожьте или лично секретно храните — ни строчки в печать.

19-го Декабря 1917 года, гор. Харьков. Антонов.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 3094. Л. 1-3. Машинописный текст. Подпись — автограф.

Примечания:

1. 7 ноября 1917 г. Центральная Рада декларировала образование Украинской Народной Республики и, окончательно сформировав правительство, начала разоружение советских и красногвардейских частей, находившихся на украинской территории. Этим Рада вызвала резко негативную реакцию Советского правительства России. Не без влияния ЦК РСДРП(б) украинская организация большевиков переименовалась в РСДРП(б) Украины. 4 (17) декабря СНК России направил правительству Украинской Рады ультиматум, в котором, признав Украинскую республику де-юре, требовал оказания содействия советским войскам в подавлении формирований генерала Каледина на Дону. В ответ Рада обратилась за помощью к Франции. Большевики Украины, перебравшись в Харьков, сформировали там 11(24) декабря ЦИК Советов Украины и заявили о принятии на себя всей полноты власти на Украине. 16 декабря 1918 г. СНК России признал новую власть «подлинным правительством» и заявил о предоставлении ему всяческой поддержки. 5 декабря 1917 г. постановлением СНК Антонов-Овсеенко был направлен для организации борьбы с Украинской Радой (Директивы главного командований Красной Армии (1917 — 1920). Сборник документов. М., 1969. С. 14). С этого времени и началось сосредоточение войск, назначенных в его распоряжение. Собрать части, ввиду расшатанности дисциплины и развала фронтов, удалось далеко не все, о чем и пишет Антонов-Овсеенко Ленину (Антонов-Овсеенко В. А. Записки о гражданской войне. М. Л., 1924. Т. 1. С. 77).

2. Киров.

 

№ 8

В. А. Антонов-Овсеенко — Совнарком

25 декабря 1917 г.

25 декабря 1917 г.1

19-го днем у меня было, как сообщил Вам в первом письме, в Харькове 2000 пехоты, 2 батареи по 4 орудия. Занят был Белгород — 750 чел[овек], Балаклея (900 чел[овек], 6 орудий), Люботин — 250 чел[овек], Лозовая — 1300 ч[еловек], блиндированный поезд, 3 орудия, Павлоград, Славянск. В Воронеже, Петрове — 4000 ч[еловек], 2 батар[еи], 80 пулеметов. 19-го же 250 ч[еловек] посланы из Лозовой и [с] блиндированным поездом, при содействии части пехоты, гайдамаки в Синельникове разбиты, станция занята. Отряд Саблина (из московских полков) двинут на Купянск, к нему на соединение пошли московские эшелоны (250 ч[еловек]) из Белгорода, где расформирование изменившего польского полка закончилось (несмотря на протесты всяческих делегаций и Муралова, командующего Московским округом). Купянск был занят без боя — гайдамаки разбежались или сдались, но в отраде Саблина произошел раскол — пьянство и грабежи, военный суд, 200 человек самовольно уехали обратно в Москву; вначале казалось, что уедет 1000. Из Купянска Саблин двинут в Радаково — (у него 1500 ч. пехоты и Орловская батарея — 4 орудия). Одновременно прибывший 423-й полк (из Финляндии) двинут в подкрепление Сиверсу, разоружившему украинизированный полк в Балаклее и Изюме. С этими силами (до 2000 пехоты, 400 всадников, 40 пулеметов, 6 орудий) Сиверс вступил в Никитовку в качестве командующего всеми тамошними силами (до 2000 окрестной красной гвардии). Вооружение рабочих пошло еще успешнее. По сейчас через рабочие организации роздано до 25000 винтовок, пулеметов 20-30 (точно неизвестно, сколько захвачено Сиверсом). Саблин, возясь с усмирением бунта у себя, запоздал, и до сих пор не занял Радаково и не вошел в связь с Сиверсом.

Воронежский отряд (командующий — бывший полковник Петров), следуя нашему указанию, нарушил заключенное перемирие с казаками, занял Чертково и готовится к нажиму на Миллерово, как только Саблин будет в Радакове. При первой вести о приближении наших войск рабочие Юзово вступили в партизанскую борьбу с казаками, но, не имея артиллерии, не смогли их теснить, и действия временно приостановили. Отряд Сиверса был вынужден, в нарушение общего плана, немедленно, до окончательной сгруппировки, пойти на поддержку рабочим из Никитовки2. По только что прибывшим сведениям Саблин занял Радаково и протянулся к Дебальцеву, где вошел в связь с Сиверсом, отрядом которого занята Ясиноватая и ведется бой с казаками из Мушкетова. В Горловке обезоружены два эшелона казаков. В Китовке захвачены два вагона пироксилина. Сейчас отправлю Сиверсу подкрепления (вторую Орловскую батарею, 4 орудия), которую нам удалось переделать морально и материально, и Брянский «пролетарский отряд», из 350 человек которого теперь осталось 190; остальные разбежались или больны — праздники скверно действуют. В направлении к Екатеринославу сделано мало. Тамошние большевики такая же рухлядь, как Харьковские, сдерживают порыв рабочих (на Брянском — до 7000 вооруженных рабочих против гайдамаков (всего 1000 ч[еловек]).

Условился я с делегацией из Екатеринослава (два брянца и три питерца — продов[ольственные] комиссары) о подготовке нападения в Ек[атеринославе], необходимо и участие блиндированного поезда с нашей стороны. Но наш блиндированный с праздниками расползся, затребовал артиллеристов из местного дивизиона, те спрятались за ВРК, в котором засилье соглашателей. Придется, по-видимому, арестовать этот контрреволюционный комитет. Даже местный областной вынес большевикам из ВРК порицание за отношение к руководимому мною делу. Новые силы приходят крайне туго, и у меня сейчас всего до 500 ч[еловек] московских красногвардейцев остается под рукой — все остальное пущено в ход. Английские броневики вытребовал из Курска сюда, вежливо указав англичанам, что, по миновании надобности и опасности для них от рук контррев[олюции], они будут возвращены. Десять их уже здесь, но без пулеметов. Немедленно их оборудуем и пустим в оборот. В Лозовой наши захватили четыре казачьи орудия (артиллеристов нет). Сейчас прибыли выписанные мною из под Гомеля 1000 ручных, до 200 других пулеметов, до 20000 ружей, и это пойдет в рудники. В Севастополе началось формирование нового отряда. Сил мало, чтобы двинуть прямо в гости к Каледину. Царицын не может действовать — слаб. Тихорецкая и Кавказ молчит. 2-ой Гвардейский корпус почему-то задержался в Жмеринке. В ставке, в Могилеве все инертно, и не могу их сейчас подогнать. Работаю в единении с ЦИК советов Украины (но там мертвенно за недостатком сил), через своих ребят сегодня начал официально формированье первого полка «красного казачества» (работает Шаров и Никитниченко). На днях переезжаю со штабом в Никитовку, — отсюда руководить операциями трудно. Но надо обеспечить себе связь. Саботаж почт[ово-]тел[еграфных] крупных служащих большой. Объявлю округ на военном положении, если получу Вашу санкцию. С местными организациями не могу наладить нужных отношений. Областной Ком[итет] и Харьк[овский] б[ольшевистск]ий потребовали, чтобы я действовал в области политической только с их ведома и согласия. Я отклонил последнее. ВРК потребовал, чтоб я без его согласия не распоряжался войсками и красной гвардией, - я согласился лишь на уведомление3. О порядке реквизиций столковался было с ними — идут через них. Но они отказались производить необходимейшие для нас. Ко мне обратились рабочие ряда Харьковских заводов, не получающие за 6 недель жалованья. Я запросил ВРК, что он намерен для них сделать. Просил ответа в 24 часа (ибо это было 22 дек[абря]). Ответа не последовало. Тогда я «созвал» совещание виднейших капиталистов, послав за ними красногвардейцев. Совещание заупрямилось. Я предложил гостям посидеть у меня в вагоне 2-ю кл[асса], пока рабочим не будет выдан нужный миллион рублей. Миллиона все нет. Капиталисты сидят, и я повезу их на рудники. Дума вынесла протест. ВРК — тоже. «Большевики» ворчат, упрекая меня за коалицию с анархистами-синдикалистами, сами коалируя с кадетами. А рабочие пяти заводов и Центральный Совет и РК выразил привет Центральной Советской Власти, предложил капиталистов не выпускать. Миллион рублей собран4.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2446. Л. 7-8. Машинописный текст.

Примечания:

1. В правом верхнем углу пометка Антонова-Овсеенко: «Второй доклад тов. Антонова Совнаркому».

2. Сверху вписано: «Юзовки».

3. Отношения украинских большевиков с военными представителями Советской России и последних между собой складывались достаточно напряженно. Помимо Антонова-Овсеенко 19 декабря 1917 г. СНК назначил временным чрезвычайным комиссаром Украины Орджоникидзе (Директивы командования фронтов Красной Армии (1917 — 1922 гг.). Сборник документов в 4-х томах. Т. I (ноябрь 1917 г. — март 1919 г.). М.^ 1971. С. 30). 30 декабря 1917 г. Ленин телеграфировал Антонову-Овсеенко: «СНК выражает уверенность, что т. Антонов будет действовать впредь, как и прежде, в полном контакте с той центральной украинской Советской властью, которую СНК приветствовал и с назначенным Советом Народных Комиссаров чрезвычайным комиссаром» (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 22-23).

4. В ответной телеграмме Антонову-Овсеенко от 29 декабря 1917 г. Ленин писал: «[...] От всей души приветствую вашу энергичную деятельность и беспощадную борьбу с калединцами. Вполне одобряю неуступчивость к местным соглашателям, сбившим, кажется, с толку часть большевиков. Особенно одобряю арест миллионеров-саботажников в вагоне I и II класса. Советую отправить их на принудительные работы в рудники [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 21-22).

 

№ 9

И. В. Сталин — В. И. Ленину

27 декабря [1917 г.]

27/ХІІ, 5 часов вечера.

Т[овари]щ Ильич!

Очень прошу немедля двинуться в Питер в том расчете, чтобы в полдень 28-го быть в Смольном1. Дело в том, что:

1) Получил ответ Рады, уклончивый, но все же довольно компромиссный (нужен наш ответ)2;

2) Сегодня были у меня делегаты-члены калединского войскового круга с вопросом, на каких условиях мы (Сов[ет] Народных] Комиссаров]) могли бы прекратить военные действия и посылку карательных экспедиций против Кал[еди]на (нужен наш ответ)3.

3) У меня было совещание с Прошьяном и его армянами, давшее общий декрет (нужна Ваша подпись)4.

Приезжайте, потом уедете обратно.

Наступление на Дутова идет. Дутов отступает, взрывая мосты. Наступление на Раду (с Запада по приказу Ставки) пошло успешнее (есть донесение Тер-Арутюнянца). Троцкий из Бреста сообщает, что в вопросе о месте переговоров мы вероятно возьмем5.

Жму руку и жду Вас завтра.

Мы издали декрет об обязательности труда телеграфистов с рядом угроз репрессий (это в ожидании забастовки телеграфистов (в связи с Учредилкой)), которую решили предотвратить.

Сталин

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5397. Л. 2. Автограф.

Примечания:

1. В это время Ленин находился на лечении в Финляндии.

2. 4 (17) декабря 1917 г. СНК принял манифест к украинскому народу (автор Ленин) и ультиматум Раде (автор Троцкий). Признавая народную Украинскую Республику, СНК не признавал Раду и выдвигал ряд обвинений (непризнание советов Украины; разрушение общего антигерманского фронта, разоружение советских войск на Украине, поддержка Каледина). Неполучение удовлетворительного ответа в течете 48 часов объявлялось знаком состояния открытой войны со стороны Рады против советской власти в России и на Украине. В первой ответной ноте Генеральный секретариат Украины, не отвечая на ультиматум по существу, упрекал СНК России в непризнании Украинской республики и в желании воевать с украинским народом. Стремясь лишить Раду возможности разыгрывать национальную карту, СНК предпринял попытку получить поддержку украинского населения при помощи посредничества левых эсеров II Всероссийского съезда крестьянских депутатов. После неудачной попытки договориться с представителями Рады по прямому проводу, на Украину выехала делегация съезда во главе с Прошьяном. 19 декабря 1917 г. СНК заслушал доклад Прошьяна о переговорах в Киеве и по настоянию последнего принял резолюцию об условиях мирных переговоров с Радой. Получив одобрение резолюции Всеукраинским ЦИК Советов (Харьков), СНК 20 декабря 1917 г. направил ее Раде. Начать мирные переговоры на предложенных условиях Рада отказалась.

3. Речь идет о переговорах делегации из представителей казачьего Войскового Круга и солдат Минского отряда, направленной после заключения временного перемирия на Дону в СНК. Вследствие отсутствия в Петрограде Ленина и Троцкого (последний находился в Брест-Литовске) делегацию принимал Сталин, исполнявший в должности комиссара по национальным делам обязанности заместителя председателя СНК. На первые вопросы делегатов: «Чем вызвано объявление войны на Дону...?» и «Что именно ставите вы в вину Каледину?», — Сталин ответил, что «Каледин организует контрреволюционные силы [...] не пропускает грузов хлеба и угля и вносит, таким образом, расстройство в хозяйственную жизнь страны, т. е. наносит самый чувствительный удар революции» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5398. Л. 2-3). Делегат Колычев обратил внимание на то, что Каледин избран атаманом «не буржуями и мироедами, а именно трудовым казачеством» и объявление ему войны равнозначно объявлению войны трудовому казачеству. Сталин: «Мы стараемся объяснить трудовому казачеству, куда ведет его Каледин. Но история знает, что иногда убеждаешь-убеждаешь друзей, а они не понимают [...] Таким образом нам приходится бить Каледина, а рикошетом и трудовое казачество». На замечание Колычева, что нашествие карательных отрядов и разорение края сплотит все казачество вокруг Каледина, Сталин ответил, что мысль эту разделяет, но добавил, что «ждать, когда казачество поймет все, мы не можем [...]» (Там же. Л. 3-4). Далее казаки обратили внимание Сталина на то, что большинство утверждений советской власти голословны, что для переориентировки казаков нужна правдивая и оперативная информация, точные факты о нарушении Калединым хозяйственной жизни страны. Сталин признал «ошибки в прошлом» и призвал обратиться «к настоящему и будущему». «Скажите, — спросил его Колычев, — если бы мы у себя в области, созвав краевое учредительное собрание, установили власть на вполне демократических основах, прекратили бы вы тогда войну с нами?» «Конечно», — ответил Сталин. «Даже если бы эта власть не признавала бы власти Совета Народных Комиссаров?» — уточнил один из депутатов. «Затрудняюсь ответить, — сказал Сталин. — Мы противники насильственного удержания народов. И если воля трудового народа будет выражена определенно, то конечно ... ». На вопрос Колычева, значит ли это, что борьба против казаков будет прекращена, даже если население области законно учредит свое правительство с участием Каледина, Сталин прямого ответа не дал. «В Финляндии, — заметил он, — в состав правительства входят и представители пролетариата, и представители буржуазии, и мы, тем не менее, нашли возможным признать за Финляндией право на самоопределение. Можно было бы, пожалуй, стать на такую же точку зрения и в отношении Донского края. Но, с другой стороны, Финляндия имеет строго определенные границы, а у вас где границы. Ведь нельзя же теперь оставить прежние границы губерний и областей — границы, в основу которых положено административное разделение России. Решительно затрудняюсь ответить на предложенный вопрос» (Там же. Л. 5).

Далее речь зашла об Учредительном Собрании.

Делегат Семенов: «Как поступите вы, если Учредительное Собрание не признает декретов о мире, о земле и о национализации банков?»

Сталин: «Распустим Учредительное Собрание и назначим новые выборы».

Колычев: «Останется ли Совет Народных Комиссаров при Учредительном Собрании?»

Сталин: «Конечно».

Колычев: «Каковы же будут отношения между Учредительным Собранием и Советом Народных Комиссаров?»

Сталин: «Настоящий хозяин страны не Учредительное Собрание, а народ; Учредительное Собрание только приказчик».

Колычев: «Ну, а Совет Народных Комиссаров, надеюсь, тоже ведь приказчик. Так вот я и спрашиваю, кто же из двух приказчиков будет старший и кто младший?»

Сталин: «Мы получили власть непосредственно от народа, революционным путем; народ доверил нам свою судьбу и мы не в праве отстраниться от власти и передать защиту интересов и самую судьбу народа кому-либо другому» (Там же. Л. 6).

Делегат Колычев вновь вернулся к вопросу о необходимости прекратить гражданскую войну. Сталин уклончиво ответил, что у Советской России соглашения могут быть только с трудовым казачеством и ни в коем случае с правительством Каледина. На предложение казаков своими силами, без карательных отрядов Москвы, навести порядок в крае, Сталин твердо заявил: «Вы, господа, не представляете никакой силы; следовательно нет никаких гарантий, что ваше обещание устранить контрреволюционное гнездо на Дону будет исполнено. А потому отозвать посланные против Дона войска и прекратить начатую борьбу мы не можем. Единственно, что я могу обещать, так это то, что мы примем все меры к тому, чтобы не пролить ни одной лишней капли крови народной. А войска, как посылались, так и впредь будут посылаться на Дон для угрозы и для пропаганды наших идей» (Там же. Л. 7).

4. По всей видимости, речь идет о декрете СНК о «Турецкой Армении». Вопрос об Армении стоял впервые в повестке дня СНК 20 декабря (2 января 1918 г.). На заседании 23 декабря (5 января 1918 г.) обсуждался проект декрета, но решение было отложено. На заседании 29 декабря (11 января 1918 г.) декрет был принят и подписан Лениным и Сталиным. В декрете говорилось о поддержке права армян оккупированной Россией «Турецкой Армении» на свободное самоопределение вплоть до полной независимости (Декреты Советской власти. Т. 1. 25 октября 1917 г. - 16 марта 1918 г. М., 1957. С. 298-299).

5. Троцкий находился в Брест-Литовске на переговорах с представителями Четверного союза по вопросу о выработке условий заключения мира. Предложение советской делегации о перенесении мирных переговоров из Брест-Литовска в Стокгольм было отклонено.

6. На бланке: «Народный Комиссар по Министерству Финансов».

 

 


 

№ 10

Телеграмма В. А. Антонова-Овсеенко В. И. Ленину, Н. И. Подвойскому

[конец января 1918 г.]

Экстренно, вне всякой очереди, Совнарком — Ленину, коп[ия] нарком[у] Подв[ойскому]

Из ХАРЬКОВА

Самым решительным образом протестую против объявления общей демобилизации1. Раз Вы возлагаете на меня ответственность, то я требую объявления телеграммы, что демобилизация не касается войск, действующих на Украинском фронте. Вся моя артиллерия и кавалерия гибнут. Ваше распоряжение, не оговоренное для артиллерии и кавалерии определенных фронтов, просто протестую. Уберите долой не понимающую дела Коллегию Военных Комиссаров2. Пусть не портят дела. Положение можно было спасти, теперь ничего не знаю. Вы лишили меня армии. Нарком — Антонов-Овсеенко.

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 12. Л. 2. Незаверенная машинописная копия.

Примечания:

1. После принятия Декрета о мире, в условиях начавшегося фактически развала фронтов и массового дезертирства, в ноябре 1918 г. началась частичная демобилизация российской армии. Новую армию советское правительство намеревалось создать на основе классового признака и добровольности. 15(28) января Ленин подписал декрет о создании РККА и учреждении при Наркомате по военным делам Всероссийской коллегии по организации и формированию РККА. Таким образом, создание новой армии должно было идти параллельно с демобилизацией старой. Однако Троцкий, возглавлявший в качестве народного комиссара иностранных дел советскую делегацию на мирных переговорах в Брест-Литовске, заявил 28 января 1918 г. от имени правительства о том, что Советская Россия мира не подпишет, войны вести не будет, а армию распустит. Вероятно, по его настоянию, верховный главнокомандующий Крыленко отправил 29 января 1918 г. в действующую армию приказ о ее расформировании. Об этом приказе и пишет, очевидно, Антонов-Овсеенко. 29 января 1918 г. Ленин телеграфировал Крыленко: «Сегодняшнюю телеграмму о мире и о всеобщей демобилизации армии на всех фронтах отменить всеми имеющимися у Вас способами [...]», а день спустя еще раз напомнил: «Передайте всем комиссарам армии и Бонч-Бруевичу о задержании всех телеграмм за подписью Троцкого и Крыленко о расформировании армии. Условия мира мы не можем вам дать, так как мир еще фактически не заключен [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 364).

2. Институт военных комиссаров был создан на основе решения ВРК при Петроградском Совете от 20 октября 1917 г. Военные комиссары, как должностные лица, представляющие коммунистическую партию и советскую власть в армии, должны были контролировать деятельность военных специалистов и предотвращать возможность их измены и перехода на сторону врага. Часто комиссары, не имея военного образования, мешали проведению боевых операций и конфликтовали с боевыми офицерами.

 

№ 11

Из записи разговора по прямому проводу И. В. Сталина с В. Э. Кингисеппом

5 февраля 1918 г.

Вам сообщает Сталин: нам стало известно, что народный комиссар Штейнберг вчера говорил с Таллином по проводу, предложив смягчить участь баронов и других контрреволюционеров.

Сообщаем, что Совет Народных Комиссаров одобряет решительную политику исполнительного комитета Эстонии против контрреволюционеров и предателей. Мысль о концентрационном лагере замечательна. Рекомендуем держаться ближе к востоку ... 1.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5399. Л. 1. Машинописная копия. Перевод с эстонского.

Примечания:

1. Датируется по публикации в эстонской газете «Тээлине» («Рабочий») 5 (18) февраля 1918 г. Документ поступил на хранение в 1947 г. из Телеграфного агентства Эстонской ССР при СНК ЭССР как неизвестный документ Сталина.

 

№ 12

А. А. Иоффе — В. И. Ленину

11 марта 1918 г.

Прин[ята] 11/III 1918 г. 17 ч[асов] 10 м[инут]

ЗАПИСКА - СОВЕТ НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ, ЛЕНИНУ. МОСКВА1.

Вчера [на ]заседании питерской части ЦК единогласно было принято мое предложение [о] назначении Троцкого Главным Народным Комиссаром [по] Военным Делам. Должны были быть опрошены остальные члены ЦК. Троцкий согласен принят[ь] этот пост. Вчера здесь организован Военно-Революционный комитет Петроградской коммуны под председательством Троцкого. На сегодняшнем заседании произошел инцидент. Большинство против Троцкого, меня, Благонравова решило взят[ь] на себя оборону Петрограда, внешнюю и внутреннюю, со вмешательством также [в] стратегические и военно-технические распоряжения военных специалистов. Мы настаивали на представлении самых широких полномочии политическим комиссарам2, включительно до права расстрела на месте генералов [в] случае их измены, но без права вмешательства в их распоряжения, носящие стратегический военно-технический характер. После провала этого предложения мы трое заявили о своем выходе. Ясно, что не только в Питере, но и во Всероссийском масштабе дело организации новой армии и воссоздания боевой мощи погибнет, если осуществлено будет принятое здесь большинством решение, ибо ни один честный и уважающий себя военный специалист в таких условиях работать не будет. Единственным спасением было бы немедленное назначение Троцкого Главным Народным Комиссаром по Военным Делам3, ибо тогда он мог бы просто не считаться с этими мальчишескими бреднями. Повторяю, он согласился, необходимо немедленно провести его назначение официально через Совнарком и распубликовать его назначение. Необходимо, чтобы уже завтра это назначение по телеграфу и по радио было повсюду сообщено, иначе у нас разбегутся те военные специалисты, которые теперь работают. Политическое значение этого назначения неизмеримо, особенно в Англии и Франции, по последним полученным мною сведениям. Настаиваю на немедленном осуществлении этого проекта. Отвечайте поскорее в Смольный.

Иоффе4

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 1032. Л. 6-7. Телеграфная лента.

Примечания:

1. В первых числах марта 1918 г. советское правительство переехало из Петрограда в Москву.

2. См. примечание 2 к документу № 10.

3 Постановление СНК о назначении Троцкого народным комиссаром по Военным и Морским делам (взамен Подвойского) и одновременно исполняющим обязанности председателя Высшего военного совета было принято и опубликовано 14 марта 1918 г.

4 В верхней части телеграфного бланка имеется надпись рукой неизвестного: «Скобелевская площадь Деркур. Члену Президиума».

 

№ 13

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе И. В. Сталину

22 апреля 1918 г.

Из Ростова н/Дону]1, тов. Сталину. Кремль.

22 апреля 1918 г.

Сегодня были у нас схватки с левыми беками2 и эсерами. ЦК принята резолюция, которая требует от Главковерха Антонова отдачи приказа по войсковым частям, в случае перехода их на территорию Донской области, немедленно разоружиться и передать оружие в руки Советской власти, официально предложено Цекука3 оставить Таганрог. Избрана Чрезвычайная комиссия и отправлена в Таганрог для введения в исполнение ликвидации Цекука.

Сегодня был у нас Бубнов, с которым изрядно поругались. Положение наше вообще ничего, хотя почти во всех станицах Новочеркасского округа идет самая ожесточенная гражданская война. Необходимо в спешном порядке выслать нам большое количество патрон и снарядов, это надо сделать с возможной быстротой, т. к. не исключена возможность занятия Чертково немцами, после чего мы будем отрезаны от севера.

Знаешь ли ты, что немцы вошли в Керченский залив, положение на Антоновском фронте грозное4. Сегодня Антонов передал, что его вызывает Троцкий спешно в Москву, но Антонов сейчас поехать не может, узнай в чем дело, что его вызывают5.

Муравьев прислал телеграмму на имя Егорова, приглашает его в сотрудники, а он арестован Антоновым.

Сообщи подробно положение и спешно дай ответ, жду у аппарата.

Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 6. Д. 50. Л. 1. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Будучи чрезвычайным комиссаром Украины (решение СНК от 19 декабря 1917 г.), Орджоникидзе в апреле 1918 г. находился в Ростове-на-Дону.

2 Левые большевики.

3 ЦИК Советов Украины.

4 22 апреля 1918 г. в СНК пришла радиограмма Центрофлота, в которой сообщалось, что германские и австрийские войска перешли Перекоп и приближаются к Симферополю. (Гражданская война на Украине. 1918-1920. Сборник документов и материалов. Киев, 1967. Т. 1. Кн. 1. С. 128).

5 21 апреля 1918 г. в Луганске Антонов-Овсеенко получил телеграмму Троцкого с предложением срочно выехать в Москву. 22 апреля Антонов-Овсеенко выехал в Москву, где сделал доклад о положении на Украине. После доклада он уточнил план отступления украинских советских войск в Великороссию и их формального разоружения (Антонов-Овсеенко В. А. Записки о гражданской войне. М.-Л., 1928. Т. 2. С. 245, 250).

 

№ 14

Телеграмма И. В. Сталина Г. В. Чичерину

[ранее 4 мая 1918 г.]

Антонов, ища выхода из положения для себя и для своих отрядов, предлагает дать всем прилегающим к фронту совдепам организовать пограничную стражу. Выставить белые флаги и разоружить антоновские отряды, переходящие границу. При этом он заявляет, что если это будет исполнено, он официально сложит свои полномочия, передав [их] в руки ЦК Укр[аины], которого, кажется, нет. Иначе говоря, внутри Украины войну ликвидировать с тем, чтобы отнять у германцев повод в пределы Российской Федерации вторжению. Мы все здесь думаем, что просьбу Антонова необходимо уважить. Упомянутое распоряжение надо разослать немедленно в категорической форме. В первую очередь Воронежскому Совдепу и Ростов, а также в Севастополь по радио. Мы думаем, что такое распоряжение ускорит дело перемирия и облегчит нам подготовительную работу к переговорам1. Одно интересное сообщение: предполагавшееся наступление на Коренево, южнее Льгова, не состоялось. Наши отряды маленько отступили2. Уверяют, что отступление не беспорядочное и скоро будет ликвидировано3.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5401. Л. 1. Машинописный текст.

Примечания:

1 4 мая 1918 г. Антонов-Овсеенко обратился в СНК с заявлением о сложении с себя полномочий Верховного главнокомандующего Южных республик в связи с отступлением советских войск за рубежи Украины и их разоружением в соответствии с требованиями Брест-Литовского соглашения. В тот же день он издал приказ по войскам Украины и Донецкой рабочей республики о сдаче оружия военным властям РСФСР (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 1; Гражданская война на Украине. 1918 — 1920. Т. 1. Кн. 1. С. 134-136).

2 Очевидно, речь идет о неудачной попытке наступления на Курском направлении. 4 мая в Коренево (Курский фронт) представители Украины и Германии заключили с РСФСР перемирие и провели переговоры об установлении демаркационной линии. 5 мая СНК потребовал от Антонова-Овсеенко заключить аналогичный договор на Украинском фронте и известить об этом Москву (Там же. С. 136-137).

3 Телеграмма Сталина из Курска была получена Чичериным и переслана Троцкому 4 мая 1918 г. Из сопроводительного письма следует, что НКИД поддержал содержавшуюся в нем просьбу и просил издать соответствующий приказ (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5401. Л. 2).

 

№ 15

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе И. В. Сталину

5 мая 1918 г.

Вне всякой очереди. Петроград. Смольный, Сталину.

Записка из Харькова. Принята 5/V 1918.

Почему молчите, почему подробно не информируете. Как с Украиной, какие границы, каково наше отношение? Крыленко требует прекращения военных действий на Украине. Скрыпник просит Антонова. Сообщите, что мы должны делать как представители Совета Народных Комиссаров. Дело становится безнадежным, если Украинский Секретариат1 предоставляется самому себе. Пожалуйста, не ставь нас в такое положение и сообщи, что и как2.

Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85. On. 6. Д. 54. Л. 1. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Секретариат Украины (Народный Секретариат) — первое советское правительство Украины, сформированное в декабре 1917 г.

2 5 мая 1918 г. в ответ на этот запрос Орджоникидзе, по инициативе Сталина, получил копию телеграммы СНК Антонову-Овсеенко с сообщением об установлении демаркационной линии на Курском фронте (См. примечание 2 к документу № 14).

 

№ 16

И. В. Сталин — В. И. Ленину, Л. Д. Троцкому

22 июня 1918 г.

 

22 июня 1918 г.

Т[овари]щ Ленин! Т[овари]щ Троцкий!

Пишу коротко: времени мало, занят до безобразия.

1) Продовольственное дело налаживается1, и, если пришлете побольше цветной мануфактуры и денег мелкими купюрами (не выше 500 рублевых), дело пойдет лучше.

2) Много хуже обстоит дело с войной на внешнем, особенно же, на внутреннем фронте. Специалисты — люди мертвые и кабинетные, совершенно не приспособленные к гражд[анской] войне. Между тем, казаки не дремлют и в один прекрасный момент могут соединиться с Оренбургскими казаками, оторвав центр от хлебного юга. Я не хотел брать на себя никаких военных функций, но штаб округа сам втягивает меня в свои дела, и я чувствую, что иначе нельзя, просто-таки невозможно иначе. Теперь я вижу, что было бы полезно для дела иметь мне прямое формальное полномочие смещать и назначать, напр[имер], комиссаров при отрядах, «штабах» и пр., обязательно присутствовать на заседаниях штаба округа и вообще представлять центральную военную власть на юге2. Судите сами, на днях был арестован каким-то «комиссаром» специалист Ковалевский, а Снегирев при своей поездке на фронт с трудом избежал ареста. Или еще: Зедин — человек честный и пре[да]нный, как военком, но другой военком — неисправимый пьяница и безобразно растрачивает казенные деньги. И т. д. и т. п. Необходимо мигом исправить все такие дефекты, но кому «надлежит» это сделать? Центру сразу невозможно разобраться в этом, а правомочного представителя центра (военного) нет здесь. Знаете ли вы, что Петров и весь его штаб почему-то выехали в Москву, а его «армия», ввиду этого, совершенно разложилась и открыла дорогу казакам? Знаете ли вы, что мобилизация казаков, объявленная нами, сыграла с нами злую шутку, вооружив несколько тысяч казаков, взявших у штаба артиллерию и прочее снаряжение, ушедших потом от нас и теперь лупящих наши отряды нашими же снарядами?3 Знаете ли вы, что отряды так называемой] Донской Республики4 (среди которых, кстати, всего 2-3% казаков) хотели захватить царицынскую артиллерию и взорвать потом местный совдеп? Все это — вопросы, которые можно решить лишь на месте.

3) На Ростовском фронте открываются переговоры с немцами5.

4) Я получаю ваши шифрованные телеграммы, но ключа к шифру не даете. Поймите же, что это ни с чем не сообразно.

5) Почему не информируете меня о делах?

22. VI.

Сталин6

РЦХИДНИ; Ф. 558. On. 1. Д. 5404. Л. 3. Автограф.

Примечания:

1 Письмо послано из Царицына в Москву. 29 мая 1918 г. СНК принял решение о направлении Сталина общим руководителем «продовольственным делом» на юг России. Его основными задачами являлись сбор и организация перевозок продовольствия в центр страны.

2 Фактически Сталин без дополнительного разрешения вмешивался в дела фронта. Штабом Северо-Кавказского военного округа, находившимся в Царицыне, командовал бывший генерал царской армии Снесарев. Сразу после приезда в Царицын Сталин вступил в открытый конфликт со Снесаревым, отчасти, из-за общего негативного отношения к военспецам, отчасти, считая Снесарева ставленником Троцкого. По настоянию Сталина, 23 июня 1918 г. Снесарев отдал приказ об объединении всех красных войск правого берега Дона (3 и 5 армии) под общим командованием Ворошилова.

3 В марте-мае 1918 г. в составе РСФСР были образованы Донская, Кубано-Черноморская и Терская советские республики. Тогда же началось формирование красных казачьих частей и соединений. 30 мая 1918 г. СНК обратился к казакам Дона и Кубани с призывом стать под ружье для защиты Советской власти. Декрет СНК от 31 мая 1918 г. предписывал Советам казачьих областей формировать казачьи части Красной Армии. Декретом СНК от 11 июня 1918 г. была объявлена мобилизация на территории Сибирского и Оренбургского казачьих округов.

4 Донская Советская Республика была образована в марте 1918 г. (декрет областного ВРК от 23 марта 1918 г.) в составе РСФСР на территории Области войска Донского и ряда уездов Екатеринославской губернии после освобождения области от войск Каледина. Центр — Ростов-на-Дону. После захвата Ростова-на-Дону 8 мая 1918 г. германскими войсками и белоказаками правительство Донской Республики переехало в Царицын, а затем в станицу Великокняжеская, где продолжало свою деятельность до конца июня 1918 г. В сентябре 1918 г. постановлением ВЦИК Донская Республика была ликвидирована.

5 Переговоры о прекращении боевых действий с немцами на Ростовском (Донском) фронте были начаты 17 июня 1918 г. Для ведения переговоров главкомом Калниным был делегирован Орджоникидзе. Ссылаясь на нарушение демаркационной линии войсками Красной Армии, немецкое командование продолжало наступление. В условиях нехватки продовольствия, снаряжения и оружия руководство фронта искало пути к переговорам.

6 На бланке: «РСФСР. Общий руководитель продовольственного дела на Юге России»; на внешней стороне конверта имеется надпись Сталина: «Т[овари]шу Ленину. Лично. Секретно. От Сталина» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5404. Л. 4).

 

№ 17

Телеграмма И. В. Сталина Л. Д. Троцкому, В. И. Ленину

11 июля 1918 г.

ТРОЦКОМУ, КОПИЯ ЛЕНИНУ1

Т. к. времени мало, пишу коротко и по пунктам.

1. Мы все с Вами ошиблись, объявив отдельную казачью мобилизацию2: а) мы опоздали в сравнении с Красновым, б) у нас не оказалось революционного казачьего ядра, могущего сплотить за советской властью массы казаков («Донское Советское Правительство»3 — миф; по настоянию «иногородних» и оставшихся за нами немногочисленных казаков это «пр[авительст]во» объявило вчера себя распущенным). Этим, собственно, и объясняется, что объявленная нами мобилизация казаков пошла на пользу Краснову: мобилизованные казаки, получив оружие и пушки, тысячами перешли на сторону Краснова (они г[лавным] обр[азом] составляют «армию» Краснова).

2. Знакомые с делом люди единогласно утверждают, что наша опора в Донской области — «иногородние»4 и речь может быть только о «всеобщей» мобилизации без выделения казаков в особую курию. Только таким образом можно использовать казаков, как военную силу. Существующий в Москве «Казачий комитет»5 оторван от жизни и не имеет представления о действительных условиях на местах.

3. Отдельная казачья мобилизация повредила нам не только в Донской, но [в] Кубано-Терской областях. Получив оружие и подчиняясь своим старым есаулам, казаки открыли частичные выступления, стали взрывать жел[езные] дороги по всему Сев[ерному] Кавказу. При этом есть основание утверждать, что пероксилином снабжают их не только красновские агенты, но и англо-французские.

4. Дело осложняется тем, что Штаб Севкаокра6 оказался совершенно неприспособленным к условиям борьбы с контрреволюцией. Дело не только в том, что наши «специалисты» психологически неспособны к решительной войне с контр[револю]цией, но также в том, что они как «штабные» работники, умеющие лишь «чертить чертежи» и давать планы переформировки, абсолютно равнодушны к оперативным действиям, к делу снабжения, к контролированию разных командармов и, вообще, чувствуют себя как посторонние люди, гости. Военкомы не смогли восполнить пробел. Зедин недалек, плохо разбирается в обстановке и плывет по течению. Анисимов более сознателен и подвижен, но он один. А военрук с помощниками до того равнодушны к делу, что через два дня после перерыва Тихорецкой линии они, Снесарев с Зединым, собрались в Баку (куда их никто не приглашает) и только мой протест (я стал обвинять их в бегстве) заставил их отложить поездку, причем не могу не отметить, что, оставшись в Царицыне, они, однако, не постарались принять меры к восстановлению прерванной линии, прерванной по сей день.

5. Все это, а также тот факт, что продовольственный вопрос на юге (моя сфера) уперся в военный, заставил меня вмешаться в дела штаба. Я уже не говорю о том, что делегации фронтов и участковых штабов требовали от меня вмешательства, ввиду явной небрежности штабов Севкаокра, в дела снабжения. Я послал в штаб (по рекомендации местных людей) трех товарищей, из коих одного по моему требованию утвердили заведующим военно-контрольным отделом (Рухимович), двух (Вадим и Пархоменко) помощниками. Эти товарищи открыли ряд недопустимых упущений, нашли пушки крупного калибра и броневые автомобили, наличность которых Зедин отрицал и без которых фронт страдает уже 2-3 недели. Найденное пущено в ход. Затем общая болезнь: наличность множества командармов и неумение (или нежелание) Штаба подчинить их одному командованию. Если бы не эта болезнь, перерыва дороги не было бы. Смотреть на это равнодушно, когда фронт Калнина оторван от пунктов снабжения, а Север от хлебного района, я считаю себя невправе. Я буду исправлять эти и многие другие недочеты на местах, я принимаю ряд мер (и буду принимать) вплоть до смещения губящих дело чинов и командармов, несмотря на формальные затруднения, которые при необходимости буду ломать. При этом, понятно, что беру на себя всю ответственность перед всеми высшими учреждениями.

6. Царицын превращается в базу снаряжения, вооружения, военных действий и пр. Такой вялый военрук, как Снесарев, тут не пригодится7. Нет ли у Вас других кандидатов. Военкомы должны быть душой военного дела, ведущей за собой специалистов, ну а в Царицыне получается обратное. (Дайте Анисимову другого товарища, получше Зедина).

7. Трифонов «смирился» и стал лояльным, хотя, как военком, не подходит. Мы его послали к вам в качестве толкача военных грузов, на это он, кажется, годится. Автономов дружит с французами и по общему уверению попустительствует казачьим бандам, взрывающим железную дорогу. Двери штабов почему-то открыты для членов французских миссий, причем, по свидетельству товарищей, авантюры наших кубанцев против немцев — дело рук французов и верящих им простаков. Заявляю, что если они (французы) попадут в мои лапы, не выпущу.

8. Почему морские истребители, прозябающие в Царицыне, не используются против чехословаков.

Народный Комиссар. Царицын, 11-го июля 1918 года.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1812. Л. 1-3. Машинописный текст.

Примечания:

1 Телеграмма послана из Царицына в Москву. Незначительная часть телеграммы, со слов «Дело осложняется тем [...]» до «[...] беру на себя всю ответственность перед всеми высшими учреждениями» с большими купюрами неоднократно публиковалась. (Документы по истории Гражданской войны в СССР. Т. I. Первый этап Гражданской войны. М., 1940. С. 238-239; Ворошилов К. Е. Сталин и Вооруженные силы СССР. М., 1951. С. 14-19).

2 См. примечание 3 к документу № 16.

3 См. примечание 4 к документу № 16.

4 «Иногородние» — не казаки, проживавшие на казачьих землях.

5 Казачий комитет — орган управления казачьими областями, образованный по декрету СНК от 31 мая 1918 г.

6 Северо-Кавказский военный округ был образован в мае 1918 г. на территории Донской, Кубанской, Терской и Дагестанской областей. Штаб находился в Царицыне. Округ был расформирован в сентябре 1918 г. после создания Южного фронта. В состав Военного Совета округа входил Сталин, военным руководителем с мая по сентябрь 1918 г. был Снесарев.

7 16 июля 1918 г. Сталин вновь жаловался Ленину на Снесарева. Ленин получил его телеграмму 17 июля 1918 г. и написал на ней, что считает нужным согласиться со Сталиным (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 5. Октябрь 1917 — июль 1918 гг. М., 1974. С. 645-646).

 

№ 18

И. В. Сталин — Г. К. Орджоникидзе.

17 июля [1918 г.]

Получил письмо, Серго, а также привет от Калнина. Времени у меня мало, потому перехожу прямо к делу1.

1. Первый вопрос. Перерыв железнодорожного сообщения и полная оторванность, с одной стороны, России от единственного хлебного района, что делает голод неминуемым (имейте в виду, что пути к Кизляру, как и к Петровску, также прерваны) и, с другой стороны, Ростовского фронта от центров снабжения, что неизбежно приведет к развалу этого фронта. Без немедленного восстановления линии голодные бунты на Севере и потеря Северного Кавказа становятся неминуемыми. У нас здесь нет достаточных сил для немедленного восстановления линии. Полагаю, что у Вас скорее всего могут найтись свободные силы для удара с юга (линия прервана до Зимовников). Во всяком случае, одновременный удар с юга и с севера абсолютно необходим2. Торопитесь, пока не поздно.

2. У вас имеется радиостанция большой мощи, вы могли бы регулярно осведомлять Царицын, где имеется приемная радиостанция. Отчего вы не пользуетесь этим путем? Воздушный путь несомненно удобен, но летчики капризны и неисполнительны, к тому же им не всегда можно доверять.

3. Об авантюрах левых эсеров в Москве3 и Муравьева под Самарой4 Вам, должно быть, известно, в Москве левые эсеры, желая втянуть Россию в войну, убили Мирбаха. Убийцы расстреляны5. В связи с этим германцы требуют введения одного батальона в Москву для охраны посольства. Совнарком и ЦИК решительно отвергли требование германцев, заявив, что Россия готова поддержать свой отказ всеми средствами, вплоть до войны. Ленин полагает, что немцы уступят. Тем не менее все члены Совнаркома рекомендуют Калнину сугубую бдительность и полную боевую готовность на всякий случай. Муравьев, желая поддержать авантюру левых эсеров, сделал попытку открыть фронт чехословакам и двинуть войска на Москву и Питер. Попытка не удалась, Муравьев застрелился6.

4. Соберите сведения о количестве хлебных грузов, во-первых, на колесах, во-вторых, в заготовительных пунктах и сообщите немедленно7.

5. Как идут у Вас переговоры с немцами? Каково политическое положение в Кубанской и Терской областях?

6. Посылаю Вам шифр.

Нарком Сталин.

P. S. Ходят слухи, что Калинин уходит в отставку. Мы все настоятельно просим его не покидать поста в настоящий серьезный момент.

РЦХИДНИ. Ф. 85. On. 6. Д. 83. Л. 1-2. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Письмо отправлено из Царицына в Терскую область, где Орджоникидзе, будучи чрезвычайным комиссаром юга России, занимался подавлением восстания терского казачества во главе с Бичераховым.

2 В июле 1918 г. Донская армия Краснова начала первое наступление на Царицын. После захвата станций Торговой и Великокняжеской (25 и 28 июля) связь Царицына с Северным Кавказом была прервана. С другой стороны, в июле 1918 г. белоказаки захватили Моздок и, создав Временное народное правительство Терского края, осадили Грозный и Кизляр.

3 6 июля 1918 г. в 2 часа дня левыми эсерами в Москве был убит немецкий посол граф Мирбах. Ленин известил об этом Сталина телеграммой 7 июля 1918 г. «[...] Левые эсеры, не желая выдать убийцу, арестовали Дзержинского и Лациса и начали восстание против нас. Мы ликвидируем сегодня же ночью беспощадно и скажем народу всю правду: мы на волосок от войны. У нас заложниками сотни левых эсеров [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 114).

4 13 июня 1918 г. левый эсер Муравьев был назначен командующим Восточным фронтом. После левоэсеровского мятежа в Москве он заявил о выходе из партии левых эсеров. Однако 10 июля Муравьев арестовал в Симбирске иггаб 1-ой армии и, провозгласив себя главкомом армии действующей против Германии, отдал приказ войскам фронта о движении к Волге и далее на Запад. Декретом СНК от 11 июля 1918 г. был объявлен изменником (Декреты Советской власти. Т. 3. С. 9-10). Войска фронта не поддержали Муравьева.

5 В действительности убийцы Мирбаха не были расстреляны.

6 При аресте 11 июля 1918 г. Муравьев оказал вооруженное сопротивление и был убит, а не застрелился, как сообщает Сталин в письме.

7 Постановлением СНК от 18 марта 1918 г. за подписью Ленина и Цюрупы, Орджоникидзе был уполномочен на принятие чрезвычайных мер для эвакуации вглубь Российской республики хлебных и прочих продовольственных грузов, а также других предметов первой необходимости с юга России.

 

№ 19

И. В. Сталин — В. И. Ленину

31 августа 1918 г.

31 дня авг[уста] 1918 г.

Дорогой Влад[имир] Ильич!

Нам достоверно известно, что положение Воронежа в военном и политическом отношении шатко, если не безнадежно. Между тем, Воронеж и Воронежский фронт имеют для всего южного фронта решающее значение. Ввиду этого, я, Минин и Ворошилов решили послать в Воронеж группу верных людей для работы, в смысле очистки Воронежа и фронта от контррев[олюционных] элементов. Прошу снабдить их письмом за Вашей подписью, могущим открыть посылаемым нами в Воронеж товарищам прямой доступ на наиболее важные посты. Исполните эту нашу просьбу, прошу1.

Крепко жму руку. Ваш Сталин2.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5411. Л. 4. Автограф.

Примечания:

1 30 августа 1918 г. после митинга на заводе Михельсона в Замоскворецком районе Москвы на Ленина было совершено покушение. Это письмо Сталин послал еще не зная о ранении Ленина. Корреспонденцию на имя Ленина, по всей видимости, до 5 сентября 1918 г. получал Свердлов. Он же отвечал адресатам. Распоряжение по просьбе, изложенной в письме Сталина, Свердлов отдал 5 сентября 1918 г. В записке начальнику Иногороднего отдела ВЧК Фомину он писал: «Дорогой т. Фомин! Прилагая при сем письмо т. Сталина, прошу снабдить т. Круссера и еще четверых, которых он укажет, надлежащими мандатами» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5411. Л. 3). Доклады Ленину о состоянии дел, как и его знакомство с корреспонденцией, начинаются 6 сентября 1918 г. Именно в этот день Ленин читает корреспонденцию от Сталина за 31 августа 1918 г. (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 6. С. 120).

2 Письмо было найдено в архивах ВЧК и направлено Сталину 8 августа 1935 г. Ягодой (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5411. Л. 5). На бланке: «Российская Федеративная Советская Республика. Военный Совет Северо-Кавказскаго Военнаго Округа. Царицын н-в.».

 

№ 20

С. П. Медведев — В. И. Ленину

24 сентября 1918 г.

 

Дорогой наш товарищ Ленин!1

Сегодня из газет за 19 сент[ября] я узнаю с величайшей радостью, что Вы снова у дел! Что нанесенные Вам раны не угрожают нам возможностью утраты Вас!2 Что Вы чувствуете себя хорошо! Это последнее обстоятельство и дает мне право написать Вам это посланье.

Целый месяц этому назад Вы послали мне письмо3 с рядом заслуженных мною упреков в том, что я плохо выполняю и партийный и товарищеский долг, не сообщая Вам о положении дел здесь у нас на фронте вооруженной борьбы. В оправдание мое мне может служить то обстоятельство, что как в тот период, так и теперь я не теряю ни одной минуты на что-либо, не связанное с выполнением мною прямых, непосредственно здесь на месте взятых на себя обязанностей. Этих обязанностей так много, что как я ни стараюсь улучить минуты для выполнения указанных и Вами обязанностей — сделать этого не могу.

Сейчас, будучи горячо обрадован, что Вы опять с нами, я откладываю свои непосредственные обязанности, — чтобы сообщить хоть кратко, что у нас было и что есть.

Я прибыл на чехослов[ацкий] фронт в первых числах августа. После свидания и переговора с комиссаром 1-й армии я принял на себя обязанности комиссара Пензенской Дивизии, куда немедленно и отправился. Дивизия эта продвигается по Сызрано-Вяземской ж[елезной] д[ороге] прямо на Сызрань. С первых же слов и прежнего комиссара Див[изии], и чинов Штаба Див[изии] я убедился, что у нас есть толпы вооруженных людей, а не крепкие воинские части. Побороть при помощи их наемников империализма — нечего было и думать. Из этого вытекала сама собою наша первая задача — сделать все, чтобы превратить эти вооруженные, порою распущенные толпы в воинские части. Зло, которое причиняли эти толпы делу борьбы с чехосл[оваками] и белогвардейцами, прямо неописуемо. Как только при своем приближении они занимали какую-нибудь деревню или село, они вызывали своей неорганизованностью и распущенностью некоторых элементов внутри их величайшее озлобление всего населения. Всякий мало-мальский самостоятельный житель и его дом рассматривался как белогвардейское пристанище и подвергался и явному, и тайному ограблению. Самовольные захваты лошадей, фуража, продуктов питания, обыски в домах и при этом грабеж, пьянство — вот одна сторона обстановки, в которой должны были совершаться военные операции. Другая сторона ее не менее отталкивающа. Во всех этих вооруженных толпах не проявлялось никакого понятия о дисциплине, о подчинении командному составу во время операций. Сам же командный состав настолько оказывался слабым, безвольным, терроризированным немногочисленными, но негодными элементами части, что не он командовал частями, а его части тянули куда хотели. Даже самые стойкие и решительные из них собирались порою прямо бежать, чтоб не нажить себе горя. При наличии этих двух условий, при полном отсутствии аппаратов снабжения или, в лучшем случае, абсолютной беспомощности и неопытности их, при плохом снаряжении транспортными средствами и недостаточной вооруженности — каждую минуту можно было ожидать, что все дело борьбы рухнет безвозвратно. Этот страх не миновал порою и меня — когда я наблюдал расположение частей — в вагонах эшелонов. Стоило только устроить подлыми элементами какую-либо провокацию и эти части, расположенные в вагонах, не остановить бы и на расстоянии 100 верст от места провокации.

В такой обстановке нужны были нечеловеческие усилия, чтобы добиться того, что наблюдается у нас теперь. Я буду рассказывать Вам — тов. Ленин! — уж по порядку.

Одновременно и вместе со мною прибыла партия в 40 чел[овек] наших Петроградск[их] и Московских товарищей, посланных на фронт. Из этой партии мне было предоставлено право выбрать себе необходимое количество товарищей в помощники. Они были выбраны. Вместе со мною прибыли в Дивизию. Слышали печальную повесть о состоянии частей и дали слово, что будут без прекословий исполнять все мои указания, чтобы побороть то величайшее зло, о котором нам поведали.

Тут же все они, в числе 6-ти чел[овек], были назначены, по два чел[овека], в каждую часть, один в качестве комиссара части, другой — его заместителем; тут же каждому из них я постарался выяснить, что и как он должен делать в Полку. И каждый немедля отправился по назначению.

Та обстановка, которую мы застали в частях, я уже описал выше*. Надо было ее побороть. И мы изо дня в день на протяжении месяца — почти без сна, порою не евши — подавляли ее всеми мерами: и словом убеждения, и распространением литературы, и угрозой карать, и самой карой — вплоть до расстрела — за грабеж, за самовольное присвоенье имущества жителей, за спаиванье, торговлю спиртом и пьянство. И эта половина задачи — превратить вооруженные толпы в воинские части – нам удалась сравнительно легко. Стоило нам взяться за очищение части от темного, а иногда и подлого элемента — терроризировавшего всю часть, а, порою, толкавшего ее на провокацию — как мы сейчас же встретили и отклик и помощь со стороны здорового элемента частей. Как ни расшатаны были части в области внутреннего устройства, все же среди них оказалось очень много такого элемента, который с полным сознанием готов отдать свою жизнь за дело нашей общей борьбы. Нужно было только — и не так уж много — со всей беспощадностью изъять подлый, себялюбивый и своекорыстный элемент, чтобы дать обнаружиться здоровому элементу. Словом, эта половина нашей задачи нам скоро удалась. Но гораздо труднее, более того — страшно трудно, наладить положительную сторону задачи. Здесь мы все еще слабы! Части нашей Красной Армии формировались в различных местах и совершенно по-разному. Большая часть из них состоит из добровольцев. Там, где они были сформированы, они несли несложную службу охраны. Никакой военной выучке не подвергались, и поэтому слишком трудно совершать с ними военные операции. Они могут совершать партизанский набег, но чуть только попадут под военный, а не под партизанский огонь — они обнаруживают всю слабость свою и панически бегут от жалкой горстки опытного противника. Убить эту слабость — при соприкосновении с противником — прямо невозможно. Но все же, если бы мы располагали в наших частях действенным, решительным и опытным в военном отношении командным составом, мы сумели бы скоро подчинить часть военному порядку, сделать из нее дисциплинированную, толком снаряженную и вооруженную военную единицу и подчинить ее действия законам войны. К нашему несчастью мы и этим не располагаем. У нас есть некоторое количество честных бывших офицеров. Они знают, что нужно сделать, чтоб превратить нашу борьбу в борьбу военную, но сделать это, по их характеру, им не дано. Те же из них, кои и могли бы это делать, терроризированы негодным в военном отношении, а часто и в моральном, элементом.

Вот почему — дорогой наш тов. Ленин! — мы до последнего времени очень туго подавались вперед. Мы не представляли в лице наших частей, бывших на фронте, военной силы. И сейчас мы еще очень слабы. У нас нет опытного командного руководства. Наши аппараты снабжения непомерно слабы. Они не знают, где и как можно заготовить все необходимое для довольствия армии. А без удовлетворения самых элементарных ее нужд — а она только на это и претендует — мы не сможем и шагу сделать по пути продвижения — и прочного продвижения — вперед. Чтобы преодолеть все то бесчисленное множество препятствий — какое встречается у нас на каждом шагу, чтобы хоть несколько приблизить наши части к желанному виду — приходится не знать, что такое день и ночь. Целый день приходится иметь дело то с воздействием на часть, чтобы выяснить и устранить беспорядок в деле управления ею, в ее хозяйстве, то бороться с еще не изжитой распущенностью в ее среде, то невольно вмешиваться и в военное руководство. Наступит ночь — новое дело. В ее темноте военная неопытность, а часто и распущенность, угрожает величайшей опасностью всему делу борьбы. Не сумеет охранить себя какая-либо часть — подвергнется нападению, бросит позицию — тогда горе всем остальным. Надо уходить с того места, которым только что с громадными усилиями едва овладели. Надо поверить охранение*.

Все же, как ни трудно, как ни тяжело наше состояние теперь — оно во сто крат лучше уже, чем было до прибытия в армию тех нескольких сот товарищей, которых послали и Питер и Москва. Все эти товарищи еще мало опытны в деле устроения армии, ее органов, но они понемножку движутся к уменью строить армию. С их прибытием нам требуется умелое руководство их распределением и работой. Сюда нужно было бы повыгнать из центров, главным образом, тех наших товарищей, которые в старой армии были членами армейских комитетов и других более мелких частей. Я по собственному опыту, пройдя в старой армии от члена ротного комитета до председателя армейского комитета громадной 600000-й армии, знаю, что дело организации и руководства действующей армией подвинулось бы значительно вперед, ибо эти товарищи знают — быть может и в несовершенстве, но знают — как были построены различные аппараты по управлению, командованию и снабжению в старой армии. Они смогут толком подсобить, построить эти аппараты и в нашей — Красной Армии. А с созданием всех этих аппаратов в Армии мы приблизим торжество нашего дела. Дорогой наш товарищ Ленин! Подавляющая масса и старой армии была с нами - я это хорошо помню. Но она была с нами без ясного сознанья, что в этом ее спасенье! Теперь не то! В рядах нашей Красной Армии громадное число — сознательно идущих с нами. В этом величайший залог нашей уверенности, что мы победим всех наших врагов. Нам необходимо только дать умелое руководство. А мы и этого почему-то никак не можем наладить. У нас еще в центре не видят, что для торжества нашего дела нужно в действующую армию посылать не агитаторов в старом  смысле слова, т. е. человека, который ходит или ездит по собраниям и говорит, и говорит. Нам нужны организаторы, беспрекословные работники, которые прибывали бы сюда не для парламентирования, а для беспрекословных выполнений тех работ и обязанностей, кои будут на них здесь возложены. А то получается нечто несурьезное, посылают для агитации, а по прибытии на место посланному предлагается занять и исполнять обязанности начальника хозяйственной части полка или другого деления армии.

Сейчас у нас нет такого дела, за которое не приходилось бы браться, не как за агитацию, а как за прямое выполнение его. Продвинулась часть вперед — нужно сейчас же помочь восстановить органы местного управления — местные Советы. Помогая им, мы больше помогаем себе. При их содействии мы добываем для части все то, что нам не могут доставить наши органы снабжения. При таком взаимоотношении с местным населением мы получаем самое активное содействие от него во всех наших бедах, которые нас так одолевают в силу нашей военной слабости.

Занимая новую территорию, мы обнаруживаем на ней громадные помещичьи экономии, на которых хлеб уже сжат, сложен на поле в крестцах, и так стоит и гниет, никем не убираемый. Крестьяне убирать боялись — попадет от белогвардейцев. Советские организации разрушены, и нам, политическим комиссарам армии, приходится браться за уборку хлеба. Для всех этих дел нужны люди, и люди не агитации словами, им нужно задавать вопрос не о том «может ли выступать по текущему моменту», а знает ли он, каков был военный и хозяйственный строй в старой армии, знает ли он те новые формы армии, на которых строится наша Красная Армия и знает ли он хоть названия тех предметов, которыми армия содержится, потрудился ли он узнать, как Советское Правительство строит свою Продовольственную политику. Тогда у нас дело пойдет еще лучше, чем оно идет в эти дни. Но нужнее всего те из наших товарищей, кои были, как я уже сказал, в Армейских Комитетах старой Армии. У нас упорядочение дел в маленькой части обгоняет упорядочение дел по командованию, управлению и снабжению в Центрах Армии.

У нас сейчас много сил, очень много по сравнению с врагами! Но у нас одна беда. Фронтовое управление еще не управляет армиями. Они еще не повинуются его веленьям. Они действуют каждая порознь от другой, а происходит это потому, что еще не чувствуют они на себе силы фронтового управления — оно еще слабо, оно еще не подчинило их своему воздействию в силу слабой организованности. То же самое приходится сказать об Армии по отношению к Дивизиям, которые ее составляют. Но и эти последние так же слабы по отношению к полкам.

Без крепких, налаженных органов командования, управления и снабжения Армии мы еще очень долго будем вынуждены воевать без желанных результатов. На каждом шагу мы это испытываем. Правда и то, что с каждым днем мы подаемся к организованности. Теперь мы можем уже вести операции если не целой Армией, то все-же 2/3-тями ее сразу. А это уже много по сравнению с тем, что было. И обещает нам еще больше, потому что действует ободряюще на части. Внушает больше уверенности в свои силы каждой части.

Сейчас мы очень заняты подготовительными операциями ко взятию Сызрани. Она висит уже на волоске. Взятие Сызрани окончательно откроет нам дорогу на Самару, Уфу, Оренбург и дальше. Может быть не сразу. Может быть и с отступлением — в войне ведь это не менее часто, чем и в обыденной жизни — но мы научимся побеждать и не сегодня, так завтра, не завтра — послезавтра, но победим.

Дорогой наш товарищ Ленин!

С того момента, как Вы опять в строю, у нас удесятерились наши силы. И они будут приумножаться в той же мере, в какой Вы будете оправляться от нанесенных Вам ран. И к тому моменту, когда мы услышим, что Вы окончательно оправились, мы будем полны новых сил и победим наших врагов. Примите же от нас это желание и дайте нам как можно скорее этих новых сил.

В. Политический Комиссар І-й армии Медведев.

24 сентября 1918 г.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 3073. Л. 1-17. Автограф.

Примечания:

1 Письмо отправлено с Восточного фронта (из под Сызрани) в Москву.

2 См. примечание 1 к документу № 19.

3 Речь идет о письме Ленина Медведеву от 21 августа 1918 г.: «Тов. Медведев! Товарищ Бош рассказала мне про Ваше свидание на фронте, про положение дел на фронте и про Ваши сомнения. Вы-де уверены были, что можно и должно взять Сызрань, но не хотели писать сюда. Если это так, то Вы неправы, комиссар на то и поставлен, чтобы жаловаться. Непременно пишите (и телеграфируйте) мне обо всем и чаще. Вы ни разу ни строчки. Нехорошо. Непартийно и неисполнение государственного Вашего долга! Ей-ей, нехорошо. Примет! Ваш Ленин» (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 163-164).

 

№ 21

И. В. Сталин — В. И. Ленину

27 сентября 1918 г.

27 сент[ября] 1918 г.

Здравствуйте, дорогой Ильич!

Времени мало (все по фронту шатаюсь), пишу прямо по делу.

Дело дошло до того, что в Царицыне в складах иссякли все запасы, а Москва вот уже 2 недели ничего, совершенно ничего (ни патрон, ни снарядов) не присылает. Какая-то преступная небрежность, форменное предательство. Если так будет тянуться, мы безусловно проиграем войне на юге1.

Ваш Сталин2.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5412. Л. 2. Автограф.

Примечания:

1 В тот же день Сталин и Ворошилов отправили телеграмму в РВС Республики, где подробно изложили свой взгляд на причины неудач Красной Армии на Южном фронте и меры по изменению ситуации. В конце письма, жалуясь на нехватку военного снаряжения, они привели подробный список всего необходимого (Сталин в Царицыне. Сборник документов. Сталинград, 1939. С. 50-51).

2 На бланке: «Российская Федеративная Советская Республика. Военный Совет Северо-Кавказскаго Военного Округа. Царицын н-в.»

 

№ 22

И. В. Сталин — В. И. Ленину

3 октября 1918 Г.

 

3/Х

Товарищ Ильич!

Прежде всего, здравствуйте, а потом позвольте Вам кое-что сообщить о делах нашего фронта и о приказах Троцкого1.

Прилагаемый документ2 даст Вам картину крайне неприятного конфликта между работниками на Южном фронте и Троцким. Дело в том, что Троцкий, вообще говоря, не может обойтись без крикливых жестов. В Бресте он нанес удар делу своим непомерно «левым» жестом3. По вопросу о Чехословаках он так же повредил делу своим крикливодипломатическим жестом еще в мае месяце4. Теперь он наносит новый удар своим жестом о дисциплине, причем вся эта Троцкистская дисциплина состоит на деле в том, чтобы виднейшие деятели фронта созерцали заднюю военных специалистов из лагеря «беспартийных» контрреволюционеров и не мешали бы этим последним губить фронт (это у Троцкого называется невмешательством в оперативные дела).

В общем дело обстоит так, что Троцкий не может петь без фальцета, действовать без крикливых жестов, причем я бы ничего не имел против жестов, если бы при этом не страдали интересы общего всем нам дела.

Поэтому прошу своевременно, пока не поздно, унять Троцкого и поставить его в рамки, ибо боюсь, что сумасбродные приказы Троцкого, если они будут повторяться, отдавая все дело фронта в руки заслуживающих полного недоверия, так называемых военных специалистов из буржуазии, внесут разлад между армией и командным составом и погубят фронт окончательно. Наша новая армия строится благодаря тому, что рядом с новыми солдатами рождаются новые революционные командиры. Навязывать им заведомых предателей вроде Сытина или Чернавина — это значит расстраивать весь фронт.

Я уже не говорю о том что Троцкий, вчера только вступивший в партию, старается учить меня партийной дисциплине, забыв, очевидно, что партийная дисциплина выражается не в формальных приказах, но, прежде всего, в классовых интересах пролетариата.

Я не любитель шума и скандалов, но чувствую, что если сейчас же не создадим узду для Троцкого, он испортит нам всю армию в угоду «левой» и «красной» дисциплине, от которой тошно становится самым дисциплинированным товарищам. Поэтому надо теперь же, пока не поздно, обуздать Троцкого, призвав его к порядку.

Жму руку. Ваш Сталин.

Царицын, 3-го октября 1918 года.

 

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5413. Л. 1-2. Машинописный текст. Подпись — автограф.

Примечания:

1 3 октября 1918 г. Сталин и Ворошилов направили в Москву, помимо настоящего письма, еще две телеграммы. Первая была адресована Ленину, Свердлову, Троцкому и Главкому. В ней, в частности, говорилось: «Получили от Троцкого 3 октября непонятный для нас телеграфный приказ: «Приказываю Сталину немедленно образовать Революционный Совет Южного фронта на основании невмешательства комиссаров в оперативные дела, штаб поместить в Козлове. Неисполнение в течение 24 часов этого предписания заставит меня предпринять суровые меры». Приказ этот непонятен, потому что Реввоенсовет Южного фронта образован еще 17 сентября Реввоенсоветом Республики и функционирует как таковой с 20 сентября. Читайте постановление Реввоенсовета Республики [...] » (К. Е. Ворошилов на Царицынском фронте. Сборник документов. Сталинград, 1941. С. 64). Вторая телеграмма была адресована Ленину: «Мы получили телеграфный приказ Троцкого, копию которого и ответ который Вы, должно быть, уже получили. Мы считаем, что приказ этот, написанный человеком, не имеющем никакого представления о Южном фронте, грозит отдать все дела фронта и революции на Юге в руки генерала Сытина, человека не только не нужного на фронте, но и не заслуживающего доверия и, потому, вредного. Губить фронт ради одного ненадежного генерала мы, конечно, не согласны. Троцкий может прикрываться фразой о дисциплине, но всякий поймет, что Троцкий не Военный Революционный Совет Республики, а приказ Троцкого не приказ Реввоенсовета Республики. Приказы только в том случае имеют какой-нибудь смысл, если они опираются на учет сил и знакомство с делом. Отдать фронт в руки не заслуживающего доверия человека, как делает это Троцкий, значит попрать элементарное представление о пролетарской дисциплине и интересах революции, фронта. Ввиду этого, мы, как члены партии, заявляем категорически, что выполнение приказов Троцкого считаем преступным, а угрозы Троцкого недостойными. Необходимо обсудить в ЦК партии вопрос о поведении Троцкого, третирующего виднейших членов партии в угоду предателям из военных специалистов и в ущерб интересам фронта у революции. Поставить вопрос о недопустимости издания Троцким единоличных приказов, совершенно не считающихся с условиями места и времени и грозящих фронту развалом. Пересмотреть вопрос о военных специалистах из лагеря беспартийных контрреволюционеров. Все эти вопросы мы предлагаем ПК партии обсудить на первоочередном заседании, на которое, в случае особенной надобности, мы вышлем своего представителя. Член ЦК партии Сталин. Член партии Ворошилов.» ( Там же. С. 65).

2 Отсутствует.

3 См. примечание 1 к документу № 10.

4 Вероятно, речь идет о предложении солдатам чехословацкого корпуса в случае невозможности дальнейшего продвижения остаться на положении мирных жителей в России. Предложение было сделано в момент затянувшихся переговоров о возможности вывоза корпуса на судах Антанты через Мурманск и Архангельск в мае 1918 г. (Троцкий Л. Д. Как вооружалась революция. Т. 1. М., 1924.

С. 212-213; Какурин Н. Е. Как сражалась революция. Т. 1. М., 1990. С. 194).

 

№ 23

Телеграмма И. В. Сталина, С. К. Минина, К. Е. Ворошилова Я. М. Свердлову, ЦК РКП(б)

5 октября 1918 г.

5.X. 1918 г.

МОСКВА, КРЕМЛЬ, ЦИК СВЕРДЛОВУ.

Копия ЦК партии1

Разговор с Троцким2 был очень краток, намеренно оскорбителен, по логическому содержанию непонятен, разговор оборван Троцким, после чего Сытин и Мехоношин начали передавать без шифра секретный приказ и только после протеста передали шифром остальное. Безусловно признавая необходимым централизацию и соподчиненность, мы теперь, после сказанного Троцким и после всей путаницы в приказах, окончательно недоумеваем, ибо, даже при желании, с нашей стороны становится невозможным и неосуществимым какое бы то ни было подчинение, а потому все вопросы приходится отложить до приезда Сталина в Москву. Между тем, задержка снабжения гибельно отражается на фронте. Телеграмма 657 получена, сводка регулярно посылается раз в сутки. Теперь будет дважды. Сегодня Сталин выезжает3.

Сталин, Минин, Ворошилов.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5414. Л. 2-4. Рукописный текст на телеграфном бланке.

Примечания:

1 Телеграмма была послана из Царицына в Москву.

2 4 октября 1918 г. Троцкий из Тамбова телеграфировал Ленину в Москву: «[...] Категорически настаиваю на отозвании Сталина. На Царицынском фронте не благополучно, несмотря на избыток сил. Ворошилов может командовать полком, но не армией в пятьдесят тысяч солдат, тем не менее я оставлю его командующим десятой Царицынской армией на условии подчинения командарму Южной Сытину. До сего дня Царицынцы не посылают в Козлов даже оперативных донесений, я обязал их дважды в день представлять оперативные и разведывательные сводки, если завтра это не будет выполнено, я отдам под суд Ворошилова и Минина и объявлю об этом в приказе по армии. Поскольку Сталин и Минин остаются в Царицыне, они, согласно конституции Реввоенсовета, пользуются только правами членов Реввоенсовета 10-ой армии. Их коллегиальное командование мы признать не можем, и ответственность за все оперативные действия возложены прямо лично на Ворошилова. Для наступления остается короткий срок до осенней распутицы, когда здесь нет дороги ни пешеходу, ни всаднику. Без координации действий с Царицыным серьезные действия не возможны, для дипломатических переговоров времени нет, Царицын должен либо подчиниться, либо убраться. У нас успехи [во] всех армиях, кроме Южной, в особенности, Царицынской, где у нас колоссальное превосходство сил, но полная анархия на верхах. С этим можно совладать в 24 часа, при условии Вашей твердой и решительной поддержки; во всяком случае, это единственный путь, который я вижу для себя [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2433. Л. 33; The Trotsky papers. London-Paris, 1964. Vol. 1. P. 134-136). 5 октября 1918 г. Троцкий послал Свердлову телеграмму, полученную им из Козлова от Вацетиса: «Боевой приказ Сталина номер сто восемнадцать надо приостановить исполнением. Командующему Южным фронтом Сытину мною даны все указания. Действия Сталина разрушают все мои планы [...]» (Там же. Р. 140). Очевидно, после этой телеграммы у Троцкого состоялся разговор по прямому проводу со Сталиным, Мининым и Ворошиловым, о котором и идет речь в настоящей телеграмме.

3 По решению ЦК РКП(б) 5 октября 1918 г. Сталин выехал в Москву.

 

№ 24

Телеграмма К. Е. Ворошилова И. В. Сталину, Л. Д. Троцкому

7 октября 1918 г.

АРЗАМАС, ВОЕНРЕВСОВЕТ РЕСПУБЛИКИ.

МОСКВА, КРЕМЛЬ, ЦИК СТАЛИНУ.

КОЗЛОВ, ПРЕДВОЕНРЕВСОВЕТ ТРОЦКОМУ1

Военревсоветом Республики 17 сентября я назначен членом Военревсовета Южного фронта и помощником командующего Южного фронта. До сих пор отмены моего назначения я от Военревсовета Республики не получал. В то же время в телеграммах за подписью Предвоенревсовета Республики Троцкого, полученных в последние дни, указывается о создании Военревсовета Южного фронта в новом составе и в которых я называюсь командующим десятой армией. Считая для себя законными постановления лишь Военревсовета Республики, прошу разъяснений — отстранен ли я с товарищами Сталиным и Мининым от должности членов Военревсовета Южного фронта. До получения указаний от Военревсовета Республики не считаю себя вправе приводить в исполнение единоличные приказы Троцкого. Считаю долгом заявить, что бесконечная путаница приказов, один другой отменяющих, в последние дни пагубно отражаются на положении фронта, что уже дает плачевные результаты. Если в срочном порядке не будут устранены подобные явления и не получится снаряжение, я за последствия ответственность с себя снимаю2.

ВОРОШИЛОВ

Октября 7-го 1918 года.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 5. Д. 56. Л. 1. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Телеграмма была послана из Царицына по трем адресам: 1) в Арзамас, где находился РВС Республики (Заместителю Троцкого — Склянскому); 2) в Москву — Сталину; 3) в штаб Южного фронта в Козлове, куда прибыл Троцкий.

2 6 октября 1918 г. Сталин телеграфировал Ворошилову из Москвы: «Через пять минут открывается съезд советов. Еду туда, между прочим, для того, чтобы обсудить совместно с ЦК вашу записку. Ответ получите в кратчайший срок, то возможности сегодня. Сталин» (К. Е. Ворошилов на Царицынском фронте. Г. 83). Вполне вероятно, что между Сталиным и Ворошиловым была договоренность о присылке последним официальной телеграммы на имя Сталина и Троцкого. Содержание же телеграммы Сталин знал заранее. Скорее всего, это была копия записки, о которой идет речь в телеграмме Сталина от 6 октября 1918 г. ЦК не поддержал позицию Сталина, принял решение о пополнении РВС Южного фронта Мехоношиным, Леграном и Окуловым и перенес его базу из Царицына в Козлов. Для урегулирования конфликта в Козлов выехал Свердлов. Судя по всему, Ворошилов 7 октября 1918 г. еще не знал о телеграмме Троцкого Ленину от 4 октября 1918 (См. примечание 2 к документу № 23) и не был знаком с решением ЦК. Впоследствии Ворошилову пришлось подчиниться. (Литвин А. Л., Поликарпов В. Д., Спирин Л. М. Гражданская война. Ломка старых догм и стереотипов // Историки спорят. М., 1989. С. 63). Важную роль в понимании дальнейшего развития конфликта, а также позиции и роли в деле его урегулирования Свердлова, играет комплекс переписки за вторую половину декабря 1918 г. между Свердловым, Лениным и Троцким (The Trotsky papers. Vol. 1. P. 158-164).

 

№ 25

Телеграмма Л. Д. Троцкого И. Т. Смилге, М. М. Лашевичу

8 октября [1918 Г.]

Из Козлова.

Пермь. Членам Реввоенсовета Смилга и Лашевичу.

Предлагаю немедленно сообщить каковы, по Вашему суждению, главные причины полной неудачности действий третьей армии1. Опыт других армий свидетельствует, что успеха нет, когда плохи командующие и комиссары. Предлагаю раз в неделю давать телеграфно общий обзор внутреннего состояния армии, командиров, комиссаров. Ясно, что в отношении третьей армии нужны радикальные реформы. 8/10.

Предреввоенсовет Троцкий

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 7. Л. 2. Машинописный текст.

Примечания:

1. В начале октября 1918 г. на участке 3-й армии (Восточный фронт) советские части потерпели ряд поражений и вынуждены были перейти к обороне. В докладе Главкома Вацетиса Ленину, Свердлову и РВС от 7 октября 1918 г. сообщалось, что на Восточном фронте главные силы противника направлены из Екатеринбурга на Пермь, именно туда, где находилась 3-я армия. (Главнокомандующий всеми вооруженными Силами Республики И. И. Вацетис. Сборник документов. Рига, 1978. С. 100, 103).

 

№ 26

Телеграмма М. М. Лашевича Л. Д. Троцкому

9 [октября] 1918 г.

КОЗЛОВ, ПРЕДРЕВВОЕНСОВ ТРОЦКОМУ1

Прин[ята] 1918 г. 9 ч[асов] 30 м[инут]

Из Штаба 3 арм[ии] Подана 9-го 20 ч[асов] 40 м[инут]

Причин неудач на нашем фронте много. Всесторонне осветить причины можно было бы только при личном докладе. О многих причинах не считаю возможным говорить телеграфно. Основной причиной неудач считаю чрезмерную растянутость фронта — на севере Чердын, на Юге Сарапуль. Отсутствие параллельно фронту ж[елезной] дор[оги], лишающее нас возможности путем переброски парировать удары и вести маневренную войну. Дальше, полное отсутствие резервов, местные формирования слишком близки от своих семейств и, потому, не боеспособны, скорее служат белым, т. к. большинство мобилизованных из кулачества. Просили обменять мобилизованных других губерний, но тщетно. Беспрерывные бои в течение трех месяцев вывели из строя лучших пролетариев Урала. Внутренняя работа штаба, по моему глубокому убеждению, лучше, чем в других армиях, и не здесь нужно искать причины неудач. Комиссары дивизии в большинстве на высоте, назову несколько фамилий, и они Вам многое скажут: Залуцкий, Зоф, Бакаев. Культурно-просветительная и партийная работа налажена, командный состав значительной части довольно талантливый. Я согласен, что часто причинами неудач служат плохое командование и комиссары. Тогда, тов. Троцкий, для нас необходимо сделать соответствующие выводы. Смилга на фронте, по приезде он Вам сообщит свое суждение дополнительно. Единственно радикальной реформой была бы смена, хоть на две недели, измученных частей. По переформировании и приведении их в порядок, у нас была бы вполне боеспособная и героическая армия.

Член Военного Совета ЛАШЕВИЧ.

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 7. Л. 8-9. Рукописный текст на телеграфном бланке.

Примечания:

1 Телеграмма отправлена из Перми в Козлов.

 

№ 27

Телеграмма Л. Д. Троцкого Пермскому губернскому военкому, Реввоенсовету 3-ей Армии

18 [октября 1918 г.]

Передать по обоим адресам: Перм[ский] Губвоенком,

копия Перм[ский] реввоенсовет 3-й1.

Около двух недель тому назад из пермской дивизии перебежало несколько офицеров. Я требовал составления послужных списков с указанием местопребывания их семейств для немедленного ареста таковой2. Никакого ответа не получил. Равным образом требовал сообщение — расстреляны ли комиссары дивизии и полков, допустившие измену лиц командного состава. Ответа не получил. Требую немедленного разъяснения по всем пунктам. 18 -го.

Предвоенсовет Троцкий.

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 7. Л. 7. Машинописный текст.

Примечания:

1 Телеграмма отправлена из Козлова в Пермь.

2 Речь идет о переходе на сторону белых войск части офицеров в ходе наступления белых армий на пермском направлении. 13 октября 1918 г. в телеграмме из Козлова Дзержинскому, Склянскому, Ленину, Свердлову Троцкий предлагал разгрузить тюрьмы от арестованных офицеров, против которых нет серьезных обвинений, при условии их согласия служить в Красной армии «[...] Одновременно, — писал Троцкий, — выяснять их семейное положение и предупреждать, что, в случае их измены и перехода в неприятельский лагерь, их семьи будут арестованы, и отбирать от них соответственную подписку [...]» (The Trotsky papers. Vol. 1. P. 148).

 

№ 28

И. T. Смилга, М. М. Лашевич — ЦК РКП(б)

14 октября 1918 г.

 

В ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ РОССИЙСКОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ1.

Уважаемые товарищи.

Просим ЦК нашей партии ознакомиться с полученными нами от т. Троцкого телеграммами и нашим рапортом2.

Мы совершенно отметаем в сторону все личные мотивы, хотя не скрываем, что телеграммы Председателя В[оенного] Сов[ета] Р[еспублики] были для нас чрезвычайно неприятным сюрпризом. Для пользы дела считаем нужным сделать Центральному Комитету следующее заявление:

Для нас совершенно очевидно, что центр не имеет верной картины борьбы на Урале. Из нашего рапорта видно, что разговоры об Урале, как о бездонной бочке, поглощающей бесцельно массу войск, есть не что иное, как болтовня неосведомленных людей. Все резервы, предназначенные для нас, были переадресованы на Поволжский фронт.

До прихода свежих войск от нас нельзя требовать успешных активных операций. Ни один из наших полков не побывал еще в резерве. Имеются части, которые пять месяцев не сходят с позиций. Ясно, что они устали смертельно и не способны на наступление.

Теперь о комиссарах. Мы категорически протестуем против крайне легкомысленного отношения т. Троцкого к таким вещам, как расстрел. Он, узнав, что в каком-то полку перебежало несколько офицеров, требует расстрела комиссаров полка и дивизии. По точному смыслу телеграммы мы должны были расстрелять, помимо других, Бакаева и Залуцкого. Этого мы, конечно, не сделали. Почему только этих комиссаров нужно расстреливать. У нас нет ни одной дивизии, в которой не было бы случаев измены. Нужно было бы перестрелять половину Революционного Военного Совета, ибо назначенный им когда-то командующим третьей армией Богословский сбежал, не принял командования. Результатом таких телеграмм является лишь подрыв авторитета т. Троцкого и комиссаров.

Мы неоднократно указывали, что при принудительной мобилизации мы должны отказаться от создания территориальных войск. Мобилизованные крестьяне не будут драться в своей губернии, в своем уезде. Это ясно. И эту ошибку военной политики не исправить никаким террором.

Заканчивая, мы не можем не сказать ЦК, что, по нашему мнению, оценку нашей работы может дать только ЦК, а не отдельные члены, хотя они формально и являются нашим «непосредственным начальством»3.

ЧЛЕНЫ ЦК И. Смилга. М. Лашевич.

14 октября 1918.

При сем прилагаем рапорт и две телеграммы.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 7. Л. 3. Машинописный текст. Подписи - автографы.

Примечания:

1 Письмо отправлено из Перми в Москву.

2 Телеграммы Троцкого, о которых идет речь — документы № 25, 27. Упоминаемый рапорт Смилги и Лашевича был направлен Троцкому 14 октября 1918 г. Его полный текст: «В ответ на телеграммы Ваши за № 399 и 598 честь имеем заявить нижеследующее. Вы запрашиваете нас о причинах «полной неудачности» третьей армии. О каких неудачах идет речь? Во время операции под Казанью и Симбирском нам была дана определенная задача — приковать неприятеля, которую мы, как будто, удачно выполнили. Командармом Берзиным была получена телеграмма от Главкома, из которой явствует, что, наряду со «славным именем Тухачевского», должно стоять и славное имя Берзина и пр. в этом же духе. Теперь третья армия готовится к выполнению последней задачи - наступлению на Екатеринбург и Челябинск. Эта задача поручена нам и второй армии и будет выполнена, как только придет обещанная Главкомом дивизия. Если же вообще темп наших наступательных операций кажется ВОЕННО-РЕВ[ОЛЮЦИОННОМУ] СОВ[ЕТУ] РЕС[ПУБЛИКИ] слишком медленным, то разрешите обратить Ваше внимание на следующие обстоятельства: I) Было время в начале операций, когда фронт 3-ей армии тянулся от Ишима до Красноуфимска, т. е. на расстоянии 920 верст. Силы же наши не превышали 6-7 тысяч человек. Ясно, что армия тогда не могла выдержать удара противника, ибо он явился совершенно неожиданно. Теперь наш фронт идет от Надеждинска до Бик-Бардинского. Он сильно сократился, но еще и теперь длиннее, чем взятые вместе фронты второй, пятой и четвертой армий. II) Кроме того, не следует забывать, что нам воевать приходится в местности, населенной кулачеством, которое настроено, в лучшем случае не против нас, но и не за нас. Единственный источник бойцов — рабочие северного Урала. Двадцатитысячная армия и создана исключительно своими силами. Пополнения из центра взять в расчет не приходится. В течение двух последних мы получили из Петрограда около 4000 — 5000 штыков. Но почти такое же количество бойцов по приказу Главкома мы отдали второй армии для действия против Ижевска. К этому еще считаем необходимым добавить, что не было ни одного дня, когда наша сводка отмечала бы затишье на фронте. Наши потери в среднем от 300-500 человек в день убитыми, ранеными и больными. Были бои, когда из строя набивало до 2000 человек. Бороться же все время приходится с регулярными чешскими войсками. Теперь по вопросу о командирах и комиссарах. Лучше всего будет, когда мы назовем их имена. Они должны быть известны Рев[олюционому] Военн[ому] Сов[ету] Респ[ублики]. 4[-ая] дивизия — БЛЮХЕР, бывший командующий Южно-уральской армией, получил первый орден Красн[ого] Знам[ени]».

5[-ая] дивизия — ДАМБЕРГ — соратник Блюхера. 3[-ья] дивизия — ЭЙДЕMAH — видный работник Сибири, бывший командующий Сибирской армией. Сводная дивизия — ОВЧИННИКОВ — Георгиевский кавалер всех степеней, имеет благодарность от Вас за дела против немцев. Из них БЛЮХЕР — солдат, остальные — бывшие офицеры. Комиссары дивизий и бригад: БАКАЕВ, ЗАЛУЦКИЙ, ЗОФ, БЕЛА-КУН, МРАЧКОВСКИЙ, ЛАЦИС. У нас не вошло в привычку много писать о подвигах наших бойцов, но если бы это потребовалось, то уверены, что нам не пришлось бы краснеть за руководителей 3-й армии. Если же председатель РЕВ[ОЛЮЦИОННОГО] ВОЕН[НОГО] СОВ[ЕТА] РЕСП[УБЛИКИ] убежден в обратном, то просим его считать плохими комиссарами только нас, и мы в любую минуту готовы очистить место лучшим. Выводы: для успешных активных операций нужны подкрепления. Одной дивизии надежных войск достаточно для форсирования обоих порученных нам пунктов. Нужно немедленно заменить мобилизованных пермяков другими частями. Территориальные войска доказали свою непригодность при принудительной мобилизации.

Согласно второй телеграммы, мы должны расстрелять помимо других БАКАЕГО И ЗАЛУЦКОГО. Этого мы сделать не можем, ибо не считаем их виновными. Просим отдать нас под суд за неисполнение боевого приказа. 14 октября 1918 г. Члены Реввоенсовета III: И. Смилга, Лашевич (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 7. ЛЛ. 5-6).

3 В конце декабря 1918 г. этот эпизод будет использован против Троцкого членом ЦИК Каменским, который в своей статье в «Правде» 25 декабря 1918 г. осудил практику использования в армии бывших офицеров и обвинил председателя РВС Республики в желании расстрелять за побег семи из них лучших коммунистов фронта, в том числе Залуцкого и Бакаева. По мнению автора статьи, лишь стойкость Смилги спасла жизнь последних. В своем письме в ЦК РКП (б) от 25 декабря 1918 г. Троцкому пришлось оправдываться и подробно излагать суть конфликта (The Trotsky papers. Vol. 1. P. 204-208). После телеграммы Троцкого (документ № 30), ЦК 25 октября 1918 г. постановил принять заявление Смилги и Лашевича к сведению и никаких конкретных решений не принимать (Известия ЦК КПСС. 1989. № 6. С. 164).

 

№ 29

В. А. Антонов-Овсеенко — В. И. Ленину

17 октября 1918 г.

 

Товарищу В. И. ЛЕНИНУ Председателю Совнаркома.

Ввиду предполагаемого нашего решительного наступления на Дону1, я считаю необходимым попытаться вновь поднять вопрос о содействии формированию казачьей советской власти2.

Прилагаемый доклад президиума казачьего походного круга содержит ряд положений, по-моему, неоспоримых3.

Неоспоримо, что казачья контрреволюция может быть сломлена лишь при содействии, так называемого, трудового казачества. Этого содействия в активной форме сейчас нет. Его нет, благодаря, между прочим, непримиримой политике Царицынских товарищей4. Эти товарищи не скрывают, что для упрочения Советской Власти на Дону считают необходимым, теперь же и решительным образом, проводить расказачение казачества. Такое отношение отталкивает от них, как представителей советской власти, казачьи массы и сплачивает ряды красновских полков.

Сталин говорил мне, что на 40000 красноармейцев в Царицыне едва приходится у нас 1,1/2 тысячи казаков, но, что многие казаки очень неохотно сражаются против нас; эти последние, колеблющиеся элементы казачества, могли бы быть с нами при соответствующей нашей политике.

Эта политика должна считаться с особенностями казачьего быта и, прежде всего, стремиться к взрыву Краснова изнутри, путем создания внутри казачества центра, способного окристаллизовать вокруг себя подверженные брожению пролетаризирующиеся слои казачества.

На Кавказе, наприм[ер], в Осетии, мы проводим именно такую гибкую политику, считающуюся с местными особенностями и она дает желанные нам результаты5.

Созыв съезда «трудового казачества» мог бы явиться моментом, усиливающим разложение казачества и тем уже был бы нам на пользу. Из него мог бы изойти толчок к оформлению того стихийного брожения, которое поднимает в настоящее время казачьи низы, но нами совершенно не используется.

Я предлагаю уполномочить ту или иную группу местных работников на Дону провести в жизнь эту идею съезда «трудового казачества».

Этот съезд выделит временный исполнительный орган казачьей воли, который при поддержке наших войск должен организовать советскую власть на Дону.

Классовая борьба на Дону, как ни заслонена разными пережитками специфического быта, все же быстро развивается, и совершенно неосновательна мысль, что, до искоренения этих пережитков, нам приходится принимать казачество, как сплошную массу.

У нас могут быть надежные союзники среди казаков.

Они у нас были — да живет светлая память о тов. Подтелкове — и они есть. Протянем к ним руку, поможем им сорганизоваться.

17 Октября 1918 г.

Преданный Вам Антонов.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 3094. Л. 5-6. Машинописный текст. Подпись — автограф.

Примечания:

1 В результате наступления в конце сентября — начале октября 1918 г. Донской армии удалось к 15 октября 1918 г. достигнуть пригородов Царицына. Речь идет о готовившейся операции по очищению от белых войск царицынских предместий. Объединенными усилиями 10-й, 8-й, 9-й армий и 1-й Стальной дивизии Жлобы к 25 октября 1918 г. белые соединения вновь были отброшены за Дон.

2 Донская Советская республика в составе РСФСР была провозглашена на территории Области войска Донского декретом областного ВРК от 23 марта 1918 г. Председателем избранного 1-м съездом Советов рабочих и казачьих депутатов правительства республики стал Подтелков. В сентябре 1918 г. в связи с потерей большей части территории постановлением ВЦИК республика была ликвидирована. Подтелков во время проведения казачьей мобилизации в северных округах Дона был захвачен белоказаками и 11 мая повешен. Советская класть на Дону была восстановлена после разгрома Деникина в марте 1920 г.

3 Доклад отсутствует.

4 Речь идет, прежде всего, о Сталине, позиция которого в отношении казачества в целом была крайне негативной (см. примечание 3 к документу № 9).

5 Речь идет о Терском казачьем войске. В январе (Моздок) и марте (Пятигорск, Владикавказ) 1918 г. в Терской области прошли 1-й и 2-й съезды народов Терека. 2-й съезд провозгласил Терскую советскую республику в составе РСФСР и признал власть СНК. Несмотря на сложную политическую и военную обстановку, часть терского казачества постоянно поддерживала Советы.

 

№ 30

Телеграмма Л. Д. Троцкого М. М. Лашевичу, И. Т. Смилге, В. И. Ленину, Я. М. Свердлову

23 октября [1918 г.]

ПЕРМЬ, ЧЛЕНАМ РЕВВОЕНСОВЕТА] ЛАШЕВИЧУ, СМИЛГЕ.

МОСКВА, ПРЕДСОВНАРКОМ ЛЕНИНУ,

ПРЕДЦИК СВЕРДЛОВУ1.

Переносить мои слова о плохих комиссарах на себя Вы могли только из кокетства2. Все знают и Вы сами знаете, что лучших комиссаров, чем Лашевич [и] Смилга мы иметь не можем. Решающее значение имеют в конце концов комиссары при полках и вообще мелких единицах. Главком находил, что у вас слишком много отступают. Я считаю необходимым установить такой режим на фронте, при котором комиссары полков и прочие считают себя не вправе отступать ни при каких условиях. Такой же режим необходимо создать для командного состава. Вы же решительно ничего не сообщали до моей телеграммы о причинах крайне пассивной тактики третьей армии. По вопросу об измене офицеров разъясняю: Комиссары ставятся у нас в первую голову для наблюдения за командным составом. Если командир перебежал, виноват комиссар, и в боевой обстановке он за это отвечает головой. БАКАЕВ это или кто другой, мне все равно, он должен знать свой командный состав и за ним следить. Если есть смягчающие вину обстоятельства — о них нужно доложить. Между тем, побег из пермской дивизии нескольких офицеров прошел бесследно, точно это в порядке вещей. 23/Х.

ПРЕДРЕВВОЕНСОВЕТА ТРОЦКИЙ.

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 7. Л. 11. Машинописная копия.

Примечания:

1 Телеграмма была отправлена из Козлова по двум адресам — в Пермь и Москву.

2 См. примечание 2 к документу № 28.

 

№ 31

И. В. Сталин — Я. Я. Анвельту

[ранее 17 декабря 1918 г.]

 

Т[овари]щ Анвельт!

Извините, что нет времени писать подробно. Пишу о самом необходимом.

1) Вы должны знать, что с нашей стороны вам обеспечена полная поддержка. Если вы в этом усумнитесь когда-либо, это будет грешно.

2) В своем декрете о независимости Эстляндии1 мы несколько обошли военный и железнодорожный вопрос, т. к. эти вопросы тесно связаны с вопросом о стратегии, которая (стр[ате]гия) должна быть одна во всей Прибалтике. Думаем мы все, что от этого только выиграете. Конечно, формально неудобно, если у Пр[авительст]ва не будет своего командующего, но вы всегда можете назначить военкома (кажется, вы и есть руководитель военных сил Эстляндии), памятуя, однако, что такое назначение не должно нарушать единства стратегии во всех оккупирован [ных] областях.

3) Заставить агентов «Роста»2 писать не «наши войска заняли то-то и то-то», а «войска Эстляндского советского Правительства освободили то-то и то-то». Я, со своей стороны, обяжу здешнюю «Роста» писать только указанным способом.

4) Т[овари]щ Шеффер будет связью между Совнаркомом и вами. Постарайтесь устроить так, чтобы все ваши воззвания и пр. передавались ему для Совнаркома. Я, в свою очередь, буду снабжать вас тоже сведениями.

5) Числа 17-го, кажется, появятся два новых советских правительства, в Латвии и Литовское3.

Жму руку.

Привет т. т. Печеньману, Кингисеппу.

P. S. Сообщите срок созыва ваших советов. Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 4574. Л. 1. Автограф.

Примечания:

1 Эстляндская Трудовая Коммуна — советская республика на территории Эстонии (столица Нарва), существовала с ноября 1918 г. по июнь 1919 г. В конце 1918 г. специальным декретом СНК признал независимость этой республики.

2 «Роста» — Российское телеграфное агентство в 1918 — 1925 г.

3 Советское правительство в Латвии было создано 17 декабря 1918 г. и просуществовало до августа 1919 г. Литовская Советская Социалистическая республика была провозглашена 15 декабря 1918 г. С февраля 1919 г. входила в состав Литовско-Белорусской социалистической советской республики и в этом качестве просуществовала до августа 1919 г.

 

№ 32

И. И. Вацетис — В. И. Ленину

[позднее 24 декабря 1918 г.]

 

ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВЕТА ОБОРОНЫ ЛЕНИНУ1.

Тот случай массовой сдачи в плен, о котором Вы упоминаете в Вашей телеграмме, имел место на южном фронте, в 9 армии2. Сдалась в плен тогда почти вся 11 дивизия, числом около 10 тыс[яч] при 35 орудиях. По этому поводу мною были сделаны соответствующие указания Командующему Южным фронтом3 о необходимости расследования и донесения о причинах подобной катастрофы. Это донесение ныне поступило ко мне. Из содержания донесения видно, что Командующий Южным фронтом, а вернее Реввоенсовет Южфронта, а равно и 9 армии, объясняют такой редко встречающийся в последнее время случай тем, что 11 дивизия была совершенно небоеспособна и указывают на необходимость назначить следствие для выяснения, в каких политических условиях эта дивизия формировалась. Этот случай будет внесен в Реввоенсовет Республики на ближайшее заседание.

С своей стороны, могу лишь отметить, что если Командарму 94, а также Реввоенсовету 9 армии было известно, что эта дивизия была небоеспособной, то незачем ее было гнать в бой. Надо было эту дивизию оставить в резерве в Балашове, куда я ее и направил, и подвергнуть основательному боевому воспитанию, т. е. вести дальнейшую политработу, а равно постепенно втягивать части этой дивизии в боевую обстановку и создавать, так называемую, боевую дисциплину. Я считаю, что это есть первейшая обязанность революционных военных советов на фронтах. Обвинять Нижегородский Губвоенкомиссариат в том, что на фронт была послана небоеспособная дивизия, ни в коем случае нельзя, потому что эта дивизия начала формироваться в августе месяце. Я сам лично следил за работой Нижегородского Военкомиссариата по формированию этой дивизии, два раза я приезжал в Нижний-Новгород. Нижегородский военкомиссариат в сравнительно короткое время сумел мобилизовать шесть полков, собрать артиллерию, в том числе и тяжелую, лошадей, в то же время вел и политическую работу, чем достиг водворения сознательной дисциплины и подчинения массы. Программа занятий была пройдена, правда, ускоренным темпом, да иначе и быть не могло, но, кроме всего этого, эта дивизия успела пройти также полевую маневренную подготовку в полном составе. Нижегородский Военный комиссариат тов. Краевский, Коган и генштаба Любушкин в то время работали, буквально выбиваясь из сил, период августа месяца нам всем памятен. Им надо формировать дивизию, надо было укреплять Нижний-Новгород, и в то же время бороться с Компродом, который неисправно снабжал людей продовольствием и морил голодом конский состав. Мною был произведен смотр этой дивизии в Нижнем- Новгороде, если не ошибаюсь, 14 октября, и результаты этого смотра изложены в приказе. Правда, смотр заключался лишь в проверке строевой спайки, так как с маневренной частью я был знаком по предыдущему посещению Нижнего-Новгорода, когда я устроил дивизии маневр в поле. На смотру я поздравил людей с походом, что было встречено с воодушевлением. Так что на меня эта дивизия произвела впечатление прекрасно сколоченной крупной войсковой части, каковых в то время в Республике не было, за исключением латышской стрелковой дивизии, которая создана мною. По докладу Губвоенкомиссариата отмечены были тогда же и грустные стороны жизни 11 дивизии, связанные с отправлением на фронт, а именно: Губвоенкомиссариат после смотра доложил мне и бывшему со мною члену Реввоенсовета Республики тов. Кобозеву о том, что многие отправляющиеся на фронт красноармейцы 11 дивизии оставляют семьи в крайне тяжелом положении. Эта дивизия сформирована почти исключительно из рабочих. Очень многие оставляют семейства без средств существования, продовольствие в то время в Нижнем-Новгороде было в крайне тяжелом положении. Что же касается комиссариата социального обеспечения, то такового в Нижнем-Новгороде не существовало. Губвоенкомиссариат доложил, что очень многие красноармейцы, уходящие на войну, находятся в таком отчаянном положении, что выступить им в поход, не дав им экстренной помощи, значит оставить их семейства на произвол голодного умирания. Чтобы прийти на помощь Губернскому Военному Комиссариату, мы с тов. Кобозевым решили выдать Губернскому Военному Комиссариату для выдачи семействам уходящих на войну красноармейцев один миллион рублей. Из всего вышеизложенного Вы видите, что к формированию, обучению, политическому воспитанию этой дивизии относились весьма серьезно, а также к возможности спокойно расстаться с семействами уходящим на войну красноармейцам. Это мероприятие было крайне необходимо ввиду того, что на южном фронте в то время не было совершенно никаких резервов и казаки грозили прервать сообщение с Саратовым. На основании моего опыта в старой войне могу свидетельствовать, что причины массовой сдачи в плен бывают двоякого сорта: первая причина моральная, вторая — вызванная обстоятельствами катастрофического характера, сложившимися в обстановке самого боя.

Если эта дивизия во время одного и того же боевого эпизода сдалась в плен сразу вся, то значит она была двинута в бой крупной массой, вся сразу. Поскольку это отвечало обстановке, необходимо выяснить и, прежде всего, необходимо обратить внимание, сдалась ли эта дивизия в плен в обстановке обороны или наступления, сколько было противника и как он действовал, в пешем ли, или конном строю. Кроме того, необходимо принять во внимание степной характер войны в том районе, где погибла 11 Нижегородская дивизия.

Что же касается наших действий под городом Пермью, то мною приказано Пермь ни в коем случае не сдавать. Когда стала обрисовываться неустойчивость 3-ей армии, в особенности на ее левом фланге, то ... декабря мною приказано было отправить одну бригаду 7 дивизии из Ярославского Военного Округа в Пермь для поддержки 3-ей армии, кроме того, для парализования возможности противнику послать поддержку со стороны Екатеринбурга тем его войскам, которые наступают на Пермь, мною приказано Командующему Восточным фронтом5 ... декабря перейти в решительное наступление в направлении на Уфу и далее на фронт Челябинск — Екатеринбург, т. е. в тыл тем силам противника, которые действуют со стороны Екатеринбурга на Пермь. Ныне же, когда и правый фланг 3-ей армии не выдерживает напора противника, мною указано командующему Восточным фронтом на необходимость двинуть на помощь 3-ей армии всю 2-ую армию. В случае надобности я прикажу перебросить из полков, формирующихся в Волжском Округе, те, для которых удастся в ближайшее время достать вооружение. На Ижевском заводе имеется более десятка тысяч винтовок, которые спешно отправляются в достаточном количестве в 3-ью армию. Отправка этих винтовок запоздала по следующему недоразумению. В начале декабря Командующий Восточным фронтом доложил мне, что у него имеется наряд от ЦУС’а6 на двадцать тысяч винтовок, но что ГАУ7 их на фронт не доставляет за отсутствием таковых в складах. Это было как раз после Ижевского завода. Я приказал командвостфронтом обратить внимание на Ижевский завод, создать там при помощи Реввоенсовета фронта надлежащий порядок, в условиях которого рабочие могли бы приступить к интенсивной работе и, в случае надобности, снабжать рабочих продовольствием, дабы они могли бы интенсивнее вести свою работу и разрешили Комвостфронтом, в покрытие сделанных ЦУС’ом нарядов на винтовки, использовать Ижевский завод в течение двух недель, т. е. до 17 декабря, и все винтовки, которые будут изготовлены в течение двух недель, взять для вооружения запасных частей Восточного фронта. Это распоряжение мое было сделано мною Комвостфронту лично в Арзамасе, куда он был вызван. Но после того, как завод начал нормально функционировать и востфронту удалось получить с завода лишь 2000 винтовок, председатель чрезвычайной комиссии по снабжению армии тов. Красин запретил дальнейшую выдачу винтовок восточному фронту, не уведомив меня о том, что он мое приказание отменяет. Только в заседании в Арзамасе тов. Красин сообщил, что он отменил мое приказание. Когда я указал тов. Красину, что от этого может произойти большое несчастье на Пермском фронте, он тогда лишь стал перед фактом уяснения себе того, что произошло, и он тут же отдал приказание Комиссару Ижевского завода Симкову о дальнейшем отпуске винтовок Востфронту согласно моему приказанию. Вследствие вышеупомянутого недоразумения было потеряно 7-8 дней.

Здесь я должен отметить, что обстановка на фронтах в связи с развитием наших стратегических задач и отсутствия центральных складов как вооружения, так и продовольствия иногда требует моего личного вмешательства во избежание бюрократической проволочки, как было дело с посылкой вооружения на части фронтов, где выросла неожиданная катастрофа, так равно и для снабжения продовольствием войсковых частей, экстренно перебрасываемых с одного фронта на другой. Такие случаи бывают редко, но они неизбежны, и их требует польза дела. В данном случае я полагал бы, если председатель Чрезвычайной Комиссии по снабжению армии считал нужным отменить мое распоряжение по поводу Ижевского завода, ему следовало бы меня известить об этом или запросить, на основании чего это сделано, тем более, что был уже один случай подобного же рода, но только из области интендантской, когда мной было приказано вслед за перебрасываемыми с Восточного на Западный фронт латышскими полками отправить пять вагонов муки и пять вагонов фуража. И тогда председатель Чрезвычайной Комиссии тов. Красин нашел возможным отменить это мое распоряжение, мука была выгружена в Москве и израсходована совершенно по другому назначению, полки же латышские отправились на Псков, не имея при себе продовольствия. Чтобы выйти из катастрофы пришлось принять экстренные меры, чтобы печь хлеб в Москве и посылать его на Псков для раздачи полкам, и можно себе представить, в каком виде этот хлеб был доставлен на позиции в морозную зимнюю погоду после того, как он несколько дней пролежал в вагонах. И в этом случае я не получил от тов. Красина уведомления о том, что он мой приказ отменяет, а получил лишь копию его телеграммы ЦУС’у о том, что какие-то лица, в том числе и главнокомандующий, самовольно делают наряды на продовольствие и фураж, и в конце телеграммы была даже угроза пожаловаться Совнаркому. В обоих этих случаях сквозит одно и тоже взаимное непонимание ролей Главнокомандующего и Чрезвычайного Начальника снабжения Красной Армии. Мое личное вмешательство в подобных случаях всегда вызвано чрезвычайными обстоятельствами и ни в коем случае не может носить на себе все цвета радуги бюрократизма. Те из моих подчиненных, которые в таких случаях получают от меня приказания, обязаны об этом лишь доводить до сведения центральных снабжающих инстанций, и ни в коем случае недопустимо, чтобы последние могли их отменять, даже не сообщив ничего об этом мне.

Что же касается продвижения в Оренбургском направлении, то оно происходит, но, к сожалению, не с желательной быстротой. Последнее объясняется тем, что не было возможности подать свежие резервы для усиления действий в оренбургском направлении за отсутствием вооружения.

Кроме того, неожиданно сложившаяся неустойчивость нашего положения под Пермью отвлекает за последнее время все внимание восточного фронта на Пермь, в моем же распоряжении стратегических резервов, готовых к бою, в настоящее время нет. Кроме того, все силы, которые только лишь возможны, оттянуты в настоящее время на южный фронт.

Главком Вацетис.

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 41. Л. 1-5. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Письмо отправлено из Серпухова в Москву.

2 23 декабря 1918 г. Ленин в телеграмме на имя Вацетиса запрашивал от имени Совета Обороны о причинах сдачи частями Красной армии противнику 15-30 орудий в районе г. Балашова и просил уведомить о мерах по привлечению к ответственности виновных в этом (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 378). 24 декабря 1918 г. в докладе «по поводу запроса Совета Обороны» Вацетис сообщал: «Факт действительно был с 11 дивизией, о которой подробное донесение от Южного фронта последовало лишь в середине декабря [...] Из донесения этого фронта, адресованного в копии к Вам, усматривается, что причиной этого случая Южный фронт считает политические условия, в которых протекало формирование 11 дивизии. Не соглашаясь с точкой зрения Южного фронта, подробно свое мнение о причинах сдачи частей 11 дивизии донесу дополнительно [...]» (Главнокомандующий всеми Вооруженными Силами Республики И. И. Вацетис. Сборник документов. Рига, 1978. С. 151-152.). Публикуемый документ, по-видимому, и является выражением личной точки зрения Вацетиса по указанному вопросу.

3 Южный фронт был образован приказом РВС от 11 сентября 1918 г. в полосе между Западным районом обороны и Восточным фронтом. Штаб фронта в разное время находился в Козлове, Орле, Туле, Сергиевском, Серпухове. Задачами Южного фронта были: охрана демаркационной линии между Советской Россией и оккупированной германскими войсками Украиной, борьба с белоказачьей армией Краснова на Дону и белогвардейскими войсками Деникина на Северном Кавказе. С 9 ноября 1918 г. по 24 января 1919 г. командующим фронта был Славен.

4 Княгницкий.

5 С. С. Каменев.

6 Центральное управление снабжения, орган Реввоенсовета Республики, создано 1 июня 1918 г.

7 Главное артиллерийское управление. С июня 1918 г. подчинялось Центральному Управлению Снабжений.

 

№ 33

С. и. Гусев - ЦК РКП(б)

26 декабря 1918 г.

В Центральный Комитет Российской Коммунистической Партии1

26 декабря 1918 г.

Уважаемые товарищи.

Позвольте обратить Ваше внимание на совершенно неправильную систему управления, установившуюся в Реввоенсовете Республики. Я подчеркиваю — «систему», чтобы не подумали, что я собираюсь критиковать отдельные лица.

В организации управления современными армиями твердо и незыблемо установлено правило, что высшее командование по отношению к низшему ограничивается постановкой стратегических задач (оперативных заданий, оперативных директив), но совершенно не вмешивается в самое выполнение заданий. Это правило установлено настолько непоколебимо, что в последнюю войну строго соблюдалось даже в царской армии. Никому, кроме разве молодых коммунистов, в голову не придет спорить против него.

Реввоенсов[ет] Республики не спорит против этой азбуки военного управления, но зато он систематически нарушает ее.

В самом деле, как иначе, как не нарушением азбуки военного дела, не вмешательством в операции назвать непрерывно сыплющиеся в Реввоенсоввост2 приказы Реввоенсов[ета] Республики: «отправить такой-то полк, такую-то дивизию, такую-то батарею на Южный Фронт»? Ничего нельзя возражать против переброски войск с одного фронта на другой, раз это вызывается военными обстоятельствами (хотя в таких случаях необходимо и соответствующее изменение стратегического задания ослабляемому фронту, что не делается; делается даже обратное: ослабляемому фронту даются новые активные направления). Но абсолютно недопустимо, чтобы Реввоенсов[ет] Республики за Реввоенсоввост и за отдельные армии решал, какие именно части могут быть сняты.

Это именно и есть вмешательство во внутренние дела отдельных армий и фронтов, крайне вредно отражающееся на ходе операций.

Инзенская дивизия была выдернута из І-й армии в тот момент, когда шло наступление (первое) на Уфу. Известно, какой катастрофой для 5-й и 1-й армий окончилось это наступление. Между тем была возможность снять другую дивизию, не нарушая оперативных планов, не портя начатых операций.

Третья армия была ослаблена выдергиванием из дивизий и полков Эстонских и Латышских частей. Не раз бывали случаи, что начатые операции приостанавливались или замедлялись из-за настойчивого требования Реввоенсов[ета] Республики: «экстренно подать такой-то полк на Юг». А полк — в бою, далеко от железной дороги. Пока-то его сменят, пока-то он отойдет к ж[елезной] д[ороге], проходит минимум неделя. Между тем, если бы мы не были связаны категорическим требованием данного полка, данной дивизии, полк (полк вообще) на следующий день сидел бы в вагонах.

Чтобы ярче показать, какую дезорганизацию вносит эта система, как она ломает оперативные планы и срывает начатые операции, насколько она нервирует командные верхи (из всех армий несется крик: «караул, грабят»), приведу следующие цифры.

За последние два месяца с Востфронта снято: три дивизии, десять полков, три отряда, в настоящее время снимаются еще шесть полков и два отряда. Итого, из всех (на это обратите внимание) армий Востфронта вырываются двадцать четыре самостоятельные части, да плюс восемь батарей.

А общая численность? Всего только 35 тысяч человек, нормальная дивизия (33 тысячи человек). Если бы нам предписали выделить и сформировать дивизию (или три самостоятельных бригады, или, наконец, девять самостоятельных полков), это было бы сделано не в два месяца, а в две недели, и притом совершенно безболезненно, без отчаянной ломки организации, без обнажения важных направлений, без срывания операций, без той безалаберщины, которую неминуемо вносит насильственное выдергивание тридцати двух (!) единиц. Тридцать две единицы — это тридцать два случая вмешательства Реввоенсов[ета] Республики во внутренние дела армий.

Неменьшее расстройство, беспорядок, безалаборщину в работу фронта и армий вносит постоянная смена оперативных заданий «в 24 часа». Вот два образца, которые я могу подтвердить документально.

Вторая армия за десять дней получила пять различных, взаимно исключающих друг друга, оперативных директив (это еще в эпоху, когда Реввоенсов[ет] Республики был в Арзамасе, а Реввоенсов[ет] Востфронта не существовал).

Недавно Востфронт за пять дней получил три директивы:

1) Главное направление — Оренбург, 2) Главное направление — Екатеринбург, 3) На помощь третьей армии.

Нельзя управлять армиями так, как управляют полком. Задания ротам можно менять каждые два дня, задания фронтам надо «семь раз отмерить» и раз отрезать, без крайней необходимости (катастрофа на другом фронте или решающая победа) не менять.

В случае со второй армией особенно ярко обнаружилось, что в Реввоенсов[ете] Республики вместо системы оперативных заданий установилась система оперативных истерик. Стыдно и противно!

Нечего и говорить, как вредно такое истерическое «дергание» армий. Результат этой системы налицо: Пермь3.

Если бы в свое время не была сорвана Уфимская операция снятием Инзенской дивизии (повторяю, можно было снять другую дивизию), если бы вторая армия после взятия Ижевска не топталась в течение десяти дней на месте из-за неполучения директивы, то Уфа была бы уже в наших руках, а 2-я армия была бы за Красноуфимском и висела над ст. Кузино к 15-20 декабря. Белые не могли бы даже начать операцию против Перми или, во всяком случае, вынуждены были бы остановиться. Третья армия не была бы разгромлена. Мотовилихинский завод был бы спасен. Несмотря на снятие 35 тысяч человек, сил на Востфронте еще достаточно. Катастрофа — результат системы управления, принятой в Реввоенсов[ете] Республики.

К прелестям этой системы необходимо добавить, что Реввоенсов[ет] Республики систематически не отвечает на многочисленные запросы Востфронта. Я берусь документально доказать, что ни на один запрос ответа не получено.

Такое положение далее нетерпимо. Катастрофа на Востфронте — первое грозное предостережение. ЦК РКП должен через своих представителей в Реввоенсов[ете] Республики принять решительные меры к коренной ломке установившейся там системы управления.

Член Революционнаго Военнаго Совета Восточного Фронта С. Гусев

P. S. Настоящее послание писано до получения известия [о] предании Трибуналу Реввоенсова Востфронта за неисполнение приказа о переброске отряда ЦИК. Этот последний факт подтверждает все вышесказанное, и на Трибунале картина разорения Востфронта вскроется полностью. С. Г.

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 159. Л. 9-10. Машинописный текст. Подпись и приписка — автограф.

Примечания:

1 На бланке «РСФСР. Революционный Военный СОВЕТ Восточного фронта». Отправлено из Арзамаса в Москву.

2 РВС Восточного фронта.

3 В конце декабря 1918 г. 3-я армия Восточного фронта потерпела поражение и сдала г. Пермь.

 

№ 34

И. Т. Смилга - ЦК РКП(б)

26 декабря [1918 г.]

 

Дорогие товарищи1.

Я уже говорил Вам о перебоях в командовании. Я разделяю вполне взгляд С. И. Гусева на высшее командование.

В связи с падением Перми обострились до чрезвычайности отношения между Ставкой и Нами. ВАЦЕТИС предал нас суду за неисполнение приказа. Я очень рад этому обстоятельству2.

Я прошу не допускать репрессий по отношению к Каменеву.

Необходимо личное свидание.

Я сообщу Вам, когда можно будет меня вызвать.

26/ХІІ.

И. Смилга.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 2. Д. 159. Л. 10 об. Автограф.

Примечания:

1 Написано на обороте последнего листа документа № 33.

2 29 декабря 1918 г. Вацетис, докладывая Ленину о мерах помощи 3-й армии, обвинял в случившемся руководство Восточного фронта (Главнокомандующий всеми Вооруженными Силами Республики И. И. Вацетис. С. 154). 31 декабря 1918 г. Ленин телеграфировал Троцкому: «[...] Есть ряд партийных сообщений из под Перми о катастрофическом состоянии армии и пьянстве. Посылаю их Вам. Просят Вас приехать туда. Я думал послать Сталина, боюсь, что Смилга будет мягок к Лашевичу, который, говорят, тоже пьет и не в состоянии восстановить порядок [...]» (The Trotsky papers. Vol. 1. P. 228). Для выяснения причин сдачи Перми была создана комиссия ЦК во главе со Сталиным и Дзержинским, о чем 1 января 1919 г. Свердлов телеграфировал Уральскому областному комитету РКП(б) и командованию Восточного Фронта (Из истории гражданской войны в СССР. Т. I. С. 398).

 

№ 35

И. В. Сталин — А. Ф. Мясникову, М. И. Калмановичу

29 декабря 1918 г.

29. XII. 1918 г.

Т. т. Мясникову, Кальмановичу.

Сегодня выезжают в Смоленск белоруссы1. Везут с собой манифест. Просьба ЦК партии и Ленина принять их, как младших братьев, может быть еще неопытных, но готовых отдать свою жизнь партийной [и] советской работе. Прокламирование правительства должно произойти в Минске. Просим сообщить день прокламирования по прямому проводу, иначе может получиться несообразность2. Белоруссы согласились на известное Вам соглашение с двумя оговорками: 1. Председатель не берет портфеля, ввиду чего в состав правительства вводится еще один член, долженствующий взять портфель по иностранным делам — Всеволод Фальский; 2. Заместителями членов правительства назначаются (официального объявления не требуется) белоруссы Зыбко — заместитель Рейнгольда по финансам, Гецов — заместитель Пикеля, Зыбак — заместитель Розенталя, Нецецкий — заместитель Савицкого, Дроко-Дрокон — заместитель по военным делам, управляющий делами правительства — Петр Клыш (последний не будет членом правительства)3. ЦК партии согласился с такими оговорками и настоятельно просит Вас без лишнего разговора (времени терять нельзя) согласиться с ним. На днях, должно быть, ЦИК объявит ликвидацию Облискомзапа и аннулирование известного постановления о территории Облискомзапа4. Само собой понятно, что все средства и связи в распоряжении правительства Белоруссии. По поручению ЦК партии

И. Сталин.

29/ХІІ

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 377. Л. 2. Рукописный текст. Подпись — автограф.

Примечания:

1 В конце декабря 1918 г. ЦК РКП(б) принял решение об образовании на освобожденной от немецких войск территории Северо-Западной области Белорусской социалистической советской республики. По поручению ЦК подготовительную работу вел Наркомнац и созданный при нем Белорусский национальный комиссариат. Письмо было отправлено Сталиным из Москвы в Смоленск через Жилуновича — председателя сформированного на совещании при Наркомнаце (Москва, 27 декабря 1918 г.) правительства Белоруссии. Вместе с остальными членами кабинета Жилунович покинул Москву 29 декабря 1918 г.

2 После отъезда белорусов Сталин продублировал эту просьбу в дополнительной телеграмме Мясникову: «[...] Сегодня вечером выехал к Вам Жилунович и другие белорусы, ждите их приезда. День опубликования (Манифеста о провозглашении БССР — Сост.) сообщите по проводу. Жилунович передаст Вам мое письмо. Сталин» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 479. Л. 1).

3 Состав будущего правительства БССР был в основном сформирован на совещании при Наркомнаце 27 декабря 1918 г. Из перечисленных здесь членов правительства в его состав действительно вошли: Жилунович (председатель), Фальский (министр иностранных дел), Пикель (председатель Совета народного хозяйства), Розенталь (комиссар почт и телеграфов), Савицкий (комиссар путей сообщения). Управляющим делами правительства стал Кнорин.

4 Областной исполнительный комитет Советов Западной области. Существовал с ноября 1918 г. по январь 1919 г.

 

№ 36

Телеграмма А. Ф. Мясникова И. В. Сталину

31 декабря 1918 г.

Тов. Мясников Тов. Сталину1.

31/XII-1918 г.

Список членов правительства я получил только сейчас и то с оговоркой Жилуновича, который заявил, что он и приехавшие товарищи согласны на него лишь при условии исключения из списков трех членов правительства персонально: по военным делам, снабжению и Совнархозу2, да еще при условии независимости членов правительства от Центрального Бюро3 партии. Манифеста4 не видел, ибо его не предъявляют; поскольку вопрос остается в том виде, как мы его обсуждали в Москве5, я всецело стою за то, чтобы немедленно было приступлено к делу, но, по-видимому, товарищи на этот счет имеют свои особые соображения; нахожу, что необходимо предписать им или же предоставить нам выдвинуть соответствующие белорусские фамилии, кои здесь у нас имеются; предвижу определенные трения на почве самого неприкрытого национализма; весь день Центральное Бюро находится в сборе и ждет Ваших указаний, дабы наконец перейти к делу. Жду скорейшего ответа.

Мясников.

РЦХИДНИ. Ф.558. Оп.1. Д.3520. Л. 2. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Телеграмма отправлена из Смоленска в Москву.

2 Определенно, что среди прочих речь идет о Мясникове, ставшем впоследствии комиссаром по военным делам. Двух других кандидатов в правительство установить не удалось.

3 Центральное бюро было создано в соответствии с «Положением о партийных организациях», принятым VI Северо-Западной областной партконференцией (I съезд КП(б)Б) 30-31 декабря 1918 г. в Смоленске. «Во главе всех организаций Белорусской Советской Республики, — говорилось в 1-ом пункте положения, — стоит избранное съездом партии Центральное бюро, которое и является верховным органом в республике и верным оком Центрального Комитета Коммунистической партии всех Российских Советских социалистических республик, его заместителем, развивающим общие положения и указания, данные центром [...]» (Очерки истории коммунистической партии Белоруссии. Ч. I. Минск, 1968. С. 433).

4 Имеется в виду Манифест о провозглашении БССР, подготовленный на совещании в Наркомнаце 27 декабря 1918 г. и отправленный Сталиным Мясникову через Жилуновича.

5 Мясников также был на совещании при Наркомнаце в Москве 27 декабря 1918. Покинул Москву Мясников раньше других участников совещания.

 


 

 

№ 37

Телеграмма И. В. Сталина Д. Ф. Жилуновичу, А. Ф. Мясникову

[1 января 1919 г.]

Записка, Смоленск. Из Москвы, Кремля. Жилуновичу.

Копия Мясникову.

Предложение Жилуновича о невключении 3 членов нахожу дезорганизаторским и в корне противоречащим решениям партии. Никаких особых решений группы Жилуновича не может быть. Список членов — всего 17 — является окончательным. Я требую от Жилуновича и его группы категорического ответа на вопрос — подчиняется ли он беспрекословно решению Цека партии. Жду срочного ответа, по поручению Цека партии

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 3520. Л. 1. Машинописный текст.

 

№ 38

Телеграмма А. Ф. Мясникова И. В. Сталину

1 января [1919 г.]

Народному Комиссару тов. Сталину.

К сожалению, возникли недоразумения, прибывшие товарищи сразу отмежевались от партии, раньше, чем перейти к делу, они поставили вопрос о взаимоотношениях Центрального Бюро с их центром, избранным на Московской конференции1, они потребовали признания их центра и слияния его на равных правах с Центральным Бюро. Последнее, будучи выделенным только что закончившимся съездом партии республики2, не согласилось с этим, ибо на съезде были представлены все без исключения белорусские организации, кроме того, съезд избрал в Центральное Бюро и белоруссов как Жилуновича, Лагуна. Эти же товарищи заявили, что им известны шесть пунктов нашего соглашения с вами, но они им не придавали значения потому-де, что для них является совершенной новостью то обстоятельство, что они обязаны подчиняться Центральному Бюро как правомочному партийному центру Республики, возглавляемому Цека партии, на этом основании оба вышеназванных товарища выходят из Центрального Бюро и отказываются от опубликования манифеста. Должен отметить, что Центральное Бюро вело себя совершенно беспристрастно, что местные товарищи согласились с доводами центра и убедили многочисленный съезд в целесообразности создания нового положения, несмотря на полное несочувствие делегатов с мест, как не белоруссов так и белоруссов, несмотря на это, несмотря на всю готовность Центрального Бюро идти навстречу приехавшим товарищам, последние почему-то с самого начала поставили себя в изолированное положение, устраивая свои совещания, противопоставляя себя нам и выставляя ряд ультиматумов. Время не ждет. После объявления партийного съезда нужно, чтобы немедля правительстве заявило о себе. Если мы хотим осуществления всего того, относительно чего договорились с Вами в Москве, то единственный путь для этого — предложение Цека прибывшим товарищам подчиниться его решению и на основании его работать с нами рука об руку. Жилунович, со своей стороны, также собирался Вам сделать доклад. Мясников.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5421. Л. 3. Незаверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Видимо, речь идет о белорусской секции РКП(б), созданной весной 1918 г. в Москве эмигрировавшими из оккупированной Белоруссии левыми членами Белорусской социалистической громады. Одним из лидеров секции был Жилунович.

2 См. примечание 3 к документу № 36.

 

№ 39

Телеграмма И. В. Сталина А. Ф. Мясникову

[1 января 1919 г.]

Из Москвы

Тов. Мясникову.

В Облискомзап.

Я так и знал, что без драки не обойдется, затем должен напомнить, что правительство будет находиться [в] прямой связи с Цека партии и ему подчиняться. Попросите Жилуновича прийти к аппарату сегодня же1.

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5422. Л. 2. Рукописный текст на телеграфном бланке.

Примечания:

1. Телеграмму от Жилуновича Сталин получил в тот же день и сразу телеграфировал по двум адресам в Смоленск — Жилуновичу и Мясникову: «[...] Во-1[-х], прошу Ваш ответ прочесть Мясникову; во-2[-х], манифест должен быть срочно опубликован. Жду сообщения о дне опубликования; в 3-х, все разногласия должны быть разрешены на совместном совещании с моим присутствием. Этот мой ответ, как и предыдущий, прошу прочесть Мясникову. Завтра выезжаю. Сталин» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5425. Л. 2). Манифест об образовании БССР был опубликован 1 января 1919 г.

 

№ 40

Телеграмма Г. Л. Пятакова И. В. Сталину, В. И. Ленину, Я. М. Свердлову

4 января 1919 г.

Москва, Кремль, Сталину.

Из Курска 4/1. 22 [час]. 25 [мин].

Москва, Кремль, Нарком, Сталину, копия ЛЕНИНУ, копия СВЕРДЛОВУ.

Троцкий телеграфировал Вацетису, что он против назначения Ворошилова1. Вацетис заявил, что он против назначения Ворошилова ничего не имеет, но после телеграммы Троцкого нужно ликвидировать недоразумение, назначение Ворошилова срочно необходимо. Никакого другого кандидата Вацетис не имеет. Нами была дана записка Троцкому с изложением дела и просьбой не препятствовать назначению Ворошилова, ответ получен: «решение будет сообщено [в] Полевой Штаб», мы считаем: первое, что никакого решения без нас принято быть не может; второе, что вопрос уже решен, и Троцкий перерешать не может, в этом смысле дать нужные указания; со своей стороны мы распубликовываем назначение Ворошилова.

Пятаков.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 70. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 В результате ослабления оккупационного режима на территории Украины в связи с ноябрьской революцией в Германии 28 ноября 1918 г. в Судже было создано Временное рабоче-крестьянское правительство УССР под председательством Пятакова (в конце января 1919 г. переехало в Харьков и было преобразовано в СНК). Уже 22 ноября 1918 г. Антонов-Овсеенко телеграфировал Ленину: «[...] Советнарком и по его указанию Реввоенсовет] решили немедленно приступить к активным операциям на Украине. 17 ноября оформился Совет Украинского фронта, замаскированно названный Совет группы Курского направления. Его состав: я, т. Сталин, т. Затонский» (Гражданская война на Украине. Т. 1. Кн. 1. С. 449). На этой основе постановлением РВС Республики от 4 января 1919 г. был создан Украинский фронт. Его задачей было очищение Украины от австро-германских войск и военных формирований Украинской директории с последующей советизацией Украины. Штаб фронта находился сначала в Курске, затем в Харькове и Орле. Сталин предложил назначить командующим Украинским фронтом Ворошилова. Пятаков поддержал его. Троцкий выступил против.

 

№ 41

Л. Д. Троцкий — В. А. Антонову-Овсеенко, В. И. Ленину, Я. М. Свердлову

7 января 1919 г.

УКРАИНСКОМУ СОВЕТСКОМУ ПРАВИТЕЛЬСТВУ, Реввоенсовет Украинской Армии т. АНТОНОВУ1.

МОСКВА, Предсовнарком ЛЕНИНУ.

МОСКВА, Предцика СВЕРДЛОВУ.

Тов. Свердлов сообщил мне протест Украинского Правительства или его части по поводу моего отказа согласиться на назначение тов. Ворошилова командующим Украинским фронтом2. К сожалению, я никак не могу согласиться на утверждении т. Ворошилова и после означенного протеста. При организации Украинского фронта дело идет для нас о борьбе с Петлюровцами, для какой цели отдельные партизанские отряды и партизанскую стратегию допускаю вполне достаточной, — дело идет о подготовке к возможным серьезным операциям против англо-французов на украинской территории. Здесь требуется планомерная и систематическая работа при участии серьезных знатоков военного дела.

Поскольку представляется политически неудобным назначить Глаголева командующим Украинской Армией, я могу согласиться на назначение другого лица (например, т. Антонова) при условии его работы рука об руку с хорошо организованным штабом из опытных и серьезных специалистов и непосредственной ответственности перед Главнокомандующим и Реввоенсоветом Республики. Такую работу, понимание в военном деле научно поставленных организаций — т. Ворошилов все это отрицает. Повторять Царицынские эксперименты на Украинской территории ввиду возможности столкновения с серьезным врагом - на это мы, разумеется, не пойдем. Стало быть, кандидатура т. Ворошилова совершенно отпадает.

Если Украинское Правительство отвергает кандидатуру т. Антонова (хотя т. Затонский 1-го января заявил мне в Курске, будто т. Пятаков выехал в Москву именно для того, чтобы сговориться о назначении т. Антонова командующим), то мы можем сговориться на другом кандидате, который был бы способен работать рука об руку с Глаголевым и выполнять указания центра.

Если Украинское Правительство не разделяет, подобно т. Ворошилову, нашей военной политики, то это не только затруднит, но сделает невозможной совместную работу. Вряд ли товарищи из Украинского Советского Правительства считают вероятным, чтобы мы стали сейчас равняться по взглядам Ворошилова.

Политика, которая проводится Военным Ведомством, есть политика Центрального Комитета нашей партии, который имел достаточно возможности обсудить вопрос с разных сторон. Т. Рухимович, предлагавшийся Вами к назначению в военный отдел и тов. Ворошилов — кандидат в командующие — являются категорическим отрицанием политики Реввоенсовета Республики. При таких условиях требование единства фронта и пр. представляется мне совершенно бесплодным. Единство фронта и единство командования можно осуществить, равняясь по общепартийной и обще-Советской линии.

Председатель Революционного Военного Совета Республики.

7 января 1919. года.

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 12. Л. 71. Заверенная машинописная копт.

Примечания:

1 Украинская советская армия была создана декретом Временного рабочекрестьянского правительства Украины от 30 ноября 1918 г. Командующий Антонов-Овсеенко. С 4 января 1919 г. вошла в состав Украинского фронта.

2 См. документ № 40.

 

№ 42

Телеграмма Г. Л. Пятакова ЦК РКП(б), В. И. Ленину, Я. М. Свердлову, Л. Д. Троцкому, И. В. Сталину

[20 января] 1919 г.

Москва, Кремль, ЦК РКП.

Копия: Ленину, Свердлову, Троцкому, Сталину.

За последние дни многократно пытался переговорить с Вами по проводу, не удавалось, передавал курьерами телеграммы разными путями довести до Вашего сведения о том безобразии, которое здесь творится. Пользуюсь вызовом меня тов. Чичериным, чтобы еще раз передать факты, судить о которых должны Вы сами. Первое, интриганство группы Артема1 дошло до прямой борьбы с действующей армией; второе, борьба с командованием дошла до того, что у меня потребовали опубликование постановления о назначении Рухимовича Главнокомандующим, Ворошилова, Межлаука членами Реввоенсовета, несмотря на письменный приказ Реввоенсовета Республики это строжайше воспрещалось, я отказался, считая правительство не вправе отменять приказы Реввоенсовета Республики. Придравшись к этому поводу, большинство постановило сместить меня, не запрашивая даже санкции ЦК РКП. Постановили большинством — трех против одного при трех воздержавшихся, из воздержавшихся Аверин подал протест против незаконных действий назначить Председателем Артема2. Затем в газетах опубликовано постановление Правительства о назначении Рухимовича Главкомом, даже не просто командующим, Ворошилова, Межлаука членами Реввоенсовета, подписано Председателем Правительства Пятаковым, хотя я такое постановление не подписывал и подписывать, как незаконное, не считаю возможным, ибо сепаратизм в военном деле — преступление, мое опровержение о том, что в постановлении не подписывал[ся], не опубликовано, более того, разослан приказ № 1 за подписью Ворошилова, Рухимовича, Межлаука о вступлении в исполнение обязанностей, коим сообщается постановление Правительства об их назначении в Реввоенсовет с назначением Рухимовича Главкомом упоминанием*, подлинный подписал Председатель Правительства Пятаков. Я немедленно разослал циркулярную телеграмму за подписями: моей, Затонского и Командующего Харьковской группы3 с опровержением факта подписания мною постановления и сообщением, [что] командование остается прежнее. Такое самостийно-дезорганизаторское действие Артемцев внесло величайшую смуту в армию, так как их приказ № 1 в армию проник, и мы были вынуждены столь же широко его опровергнуть. Вы понимаете, армия не может не дезорганизоваться такими сепаратно-самочинными действиями против центра нынешнего большинства Правительства, два члена большинства Межлаук и Магидов еще [не] утверждены ЦК РКП. — Считаю необходимым сообщить, привлекаю виновных за злоупотребление моей подписью суду Ревтрибунала. Характер мотивировка: ЦК РКП не существует, и мы должны действовать самостоятельно4.

Пятаков.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 74. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 При поддержке Сталина члены Временного правительства Ворошилов, Артем (Сергеев), а также В. И. Межлаук и Рухимович начали борьбу с Троцким и поддержавшим его председателем правительства, Пятаковым за назначения на военные должности. Сообщая 10 января 1919 г. в телеграмме Свердлову о выезде в Москву Окулова с докладом о работе Ворошилова, Троцкий писал: «В Курске украинцев не застал. Поэтому никаких переговоров не вел. Заявляю в категорической форме, что царицынская линия, приведшая к полному распаду Царицынской Армии, на Украине допущена быть не может. Единственный выход — назначение Подвойского военным комиссаром, Антонова — командующим, Глаголева — Начальником Штаба. Два последних назначения нами проведены (приказ о назначении Антонова-Овсеенко командующим Украинским фронтом был объявлен 13 января 1919 г. — Сост.). Но нужно поддерживать авторитет Центрального Комитета, ибо в среде украинцев развал, борьба клик за отсутствием ответственных и авторитетных руководителей [...] Линия Сталина, Ворошилова и Рухимовича означает гибель всего дела [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 72; The Trotsky papers. Vol. 1. P. 247-248). В телеграмме от 11 января 1918 г. Ленину Троцкий, соглашаясь с необходимостью компромисса, еще раз настаивал: «[...] Я считаю покровительство Сталина царицынскому течению опаснейшей язвой, хуже всякой измены и предательства военных специалистов [...] Рухимович — это псевдоним Ворошилова [...] Рухимович не один, они цепко держатся друг за друга, возводя невежество в принцип [...] Пусть назначают Артема, но не Ворошилова и не Рухимовича [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 73; The Trotsky papers. Vol. 1. P. 248-250).

16 января 1919 г. вопрос об Украине рассматривался на заседании ЦК РКП (б). ЦК постановил назначить председателем украинского правительства Раковского и поручил ему «провести в жизнь полное отстранение Ворошилова и Рухимовича от военной работы [...] не настаивать на оставлении Антонова, если украинцы потребуют его отстранения, а сговориться с ними о другой кандидатуре [...]» (Известия ЦК КПСС. 1989. № 6. С. 173). В результате принятого компромисса командующим Украинским фронтом стал Антонов-Овсеенко, наркомом военных дел украинского правительства — Подвойский. Ворошилов занял должность наркома внутренних дел, Артем (Сергеев) — наркома советской пропаганды, Затонский — наркома просвещения, Магидов — наркома труда. В. И. Межлаук стал заместителем наркома по военным делам. Пятаков, смененный Раковским, в правительство не вошел.

2 Вероятно, речь идет о декрете правительства Украины «Об организации военного дела», принятом 15 января 1919 г. и опубликованном за подписью Пятакова. Речь в декрете шла о создании при правительстве Украины военного отдела с подчинением ему всех действующих на территории Украины военных комиссариатов. Заведующим отделом назначался Артем (Сергеев) (Гражданская война на Украине. Т. 1. Кн. 1. С. 554).

3 Ауссем.

4 Видимо, имеются в виду ссылки группы Артема — Ворошилова на необходимость принятия самостоятельных решений в связи с оторванностью от ЦК РКП в условиях военных действий.

 

№ 43

Телеграмма В. И. Межлаука X. Г. Раковскому, В. И. Ленину, И. В. Сталину

9 февраля 1919 г.

Москва Кремль, Ленину.

Из Харькова 9/2 18 вне очереди прин[ята] 9/2-19 г.

Полтава. Председателю Совнаркома Раковскому по местонахождению, копия Москва Кремль Ленину Сталину1.

Положение фронта резко ухудшилось, Славянск по[д) прямым ударом. Организация [в] тылу боеспособной армии взамен разлагающихся частей, нужны героические меры. Нужно вернуть к военной работе Ворошилова, Рухимовича. Полагаю совершенно необходимым назначение Ворошилова членом Реввоенсовета Укрфронта в согласии с первоначальным предложением Троцкого для предоставления ему возможности организованной работы. Если левым нужна компенсация, мы согласны на включение в Реввоенсовет сколько им понадобится. Рухимовичу надлежит передать Отдел военных заготовок, так как тов. Пятаков отсутствует и не занимается этим отделом, в нем полный развал. Пока не поздно, надо принять, повторяю, героические экстренные меры. Работаем полном контакте с товарищем Скачко. Жду скорейшего ответа для поднятия вопроса завтра в правительстве.

Наркомвоен Межлаук

РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 8587. Л. 1. Машинописная копия.

Примечания:

1 В левом верхнем углу имеется пометка Ленина: «Склянскому» и делопроизводственная пометка: «послано 10/2».

 

№ 44

Д. Ю. Гопнер — Г. В. Чичерину, В. И. Ленину

22 марта 1919 г.

Наркоминдел тов. Чичерину.

копия Предсовнарком тов. Ленину.

Пятая записка Гопнера.

Екатеринослав, 22 Марта 1919 г.

На одном из заседаний Украинского правительства, которые я посетил во время пребывания моего в Харькове, Хмельницкий и Ворошилов, а также приглашенный на заседание Правительства председатель Революционного Трибунала, нарисовали печальную картину деятельности Всеукраинской Чрезвычайной Комиссии. Поводом к постановке этого вопроса послужило решение революционного трибунала ходатайствовать перед правительством о смягчении участи двух сотрудников Чрезвычайкома, приговоренных трибуналом к смертной казни за целый ряд преступлений по должности. Трибунал не мог применить к подсудимым иной меры наказания как смертная казнь. Однако, для участников суда над сотрудниками Чрезвычайной Комиссии было ясно, что люди эти казнены быть не должны, так как они являются жертвами той отчаянно-преступной атмосферы, которая царит в Чрезвычайной Комиссии. Эти третьестепенные персонажи позволили себе утаить известную сумму казенных денег, были повинны в мелком взяточничестве и в мелком вымогательстве в то время, как в учреждении, в котором работали эти «стрелочники», все насквозь пропитано уголовщиной, хулиганством, полнейшим произволом и безответственностью опытных негодяев. Ходатайство Трибунала должно было бы естественно быть удовлетворено правительством без рассмотрения вопроса по существу, ибо правительство не может же в каждом таком случае превращаться в судилище, а, наоборот, имеет полное основание доверять чуткости революционного Трибунала. В этом смысле и было внесено предложение Ворошиловым. Не возражая принципиально против предложения Ворошилова, большинство членов Правительства сочло вполне своевременным заслушать попутно Наркомюст и Председателя Революционного Трибунала о порядках в Чрезвычайкоме. Тут-то перед собранием предстала возмутительнейшая картина диктатуры этого официально подчиненного учреждения — картина полного игнорирования им всех законов и распоряжений Правительства.

В продолжение долгого времени Наркомюст Хмельницкий тщетно добивался от Чрезвычайкома сведений о содержащихся в заключении и об расстрелянных по постановлениям ЧК. Когда, после величайшего напряжения своего влияния и многократного безрезультатного требования предоставить материалы и угроз по адресу руководителей ЧК, Хмельницкому удалось наконец получить для просмотра «дела» об арестованных, то оказалось, что более 50% «дел» о лицах, давно уже содержащихся под стражей, заключали в папке лишь приказ об аресте. Никакими способами ни Хмельницкому, ни самим руководителям ЧК не удалось установить мотивов ареста подавляющего большинства заключенных. Чрезвычайком цепко держит всех, кто попадает в ее руки, и только в очень редких случаях дела передаются Трибуналу, а постфактум даваемые ею сведения о расстрелянных далеко не полны. Между тем ЧК оказывает сильнейшее сопротивление малейшей попытке разгрузить тюрьмы от лиц, которым упорно не предъявляется никакого обвинения, а предъявить обвинения к большинству никак не может, запутавшись в густых сетях произвольных и совершенно беспричинных арестов, произведенных ее агентами.

Аргументируя необходимостью беспощадного истребления пойманных на уголовщине агентов власти, один лишь Квиринг возражал против смягчения участи осужденных чрезвычайников. Все остальные члены правительства, соглашаясь с доводами Хмельницкого, Ворошилова и Председателя Трибунала и считая, что ответственность за создавшуюся в ЧК атмосферу произвола, насилия и уголовщины падает в одинаковой степени как на руководителей чрезвычайки, так и косвенно на все Правительство, голосовали за замену для осужденных казни на многолетние общественные работы.

Не лучше обстоят дела в Екатеринославе. Вооруженные с головы до ног люди от имени ЧК, Комендатуры города, уголовно-розыскной милиции и других учреждений производят обыски, аресты, подбрасывают фальшивые деньги, напрашиваются на взятки, шантажируют этими взятками, заключая в тюрьму тех, кто эту взятку дал, чтобы в конце концов освободить человека из-под страха смерти за удесятеренную или удвацатиренную взятку. Во главе Чрезвычайной Комиссии стоит старый партийный работник Валявка, человек упрямый, тупой и жестокий. Вспыльчивый, самонадеянный, лишенный спокойствия, он никогда не слушает собеседников, а только говорит или, вернее, кричит. Имея самое элементарное политическое развитие, он неразборчив, опьянен своим всемогуществом и лишь жаждет «уничтожения». Я присутствовал дважды на его приеме и вынес впечатление, что накричавшись в течение целого дня, он не мог объяснить, кто с какой целью к нему ходил и чего от него добивались.

Вчера было расстреляно двое арестованных при ЧК, но еще до этого в газете было помещено сообщение, что приговор над ними приведен в исполнение. Раковский еще в Харькове, а впоследствии здесь в Екатеринославе, говорил мне об арестах в Екатеринославе вообще и, в частности, об аресте анархистов в связи с закрытием газеты «Набат»1. Указывая на недопустимость бессмысленных арестов, Раковский заявил Валявке, что если за арестованными анархистами нет уголовного преступления или активного выступления, или сопротивления Советской власти и, если эти анархисты — элементы идейные, не имеющие ничего общего с бандитами, то они должны быть освобождены. Между тем и поныне среди арестованных имеется 15 анархистов, из которых часть сотрудничала и распространяла газету «Набат», а другие задержаны за попытку получить свидание с арестованными, разрешенное им Исполкомом и Комитетом партии Коммунистов; третьи за передачу арестованным провизии, в которой ничего предосудительного не было обнаружено.

Вместе с Валявкой я посетил губернскую тюрьму и имел подробную беседу с одним из арестованных анархистов, Кабасем, известным лично мне и хорошо известным всем советским работникам в Екатеринославе. За ним, как и за другими его товарищами, числятся неоценимые услуги за время их подпольной деятельности при Гетмане и Петлюре. Эти товарищи — активные и самоотверженные революционеры, беспощадно боровшиеся с малейшими проявлениями бандитизма и в свое время приговоренные бандитами к смерти «за предательство». Беседа наша происходила в присутствии Валявки, т. к. он не пожелал меня оставить с Кабасем наедине. Я учинил ему форменный допрос, вдавался во всевозможные детали, которые могли бы выяснить хоть маломальское отношение арестованных к бандитизму или поддержке левоэсэровских авантюр. Кабась давал исчерпывающие ответы и присутствоваший Валявка, не будучи в состоянии что либо возразить, все время потрясал в воздухе резолюцией Гуляйпольского съезда волостных советов и повстанческих ревкомов, подписанной батькой Махно и другими. Эта резолюция, представляя из себя образчик умереннейшей советской оппозиции и совершенно непохожая на открыто враждебные статьи меньшевиков, подписывается под всей политикой советского правительства и лишь высказывается против назначенцев, комиссардержавцев и против «соглашательства с империалистами», однако, эта резолюция к арестованным в Екатеринославе никакого отношения не имеет. Весь сыр-бор загорелся из-за № 11-го «Набата», который Вам посылаю.

В кабинете Валявки, в присутствии моем, Машицкого и Литвинова на мой запрос по поводу арестованных анархистов, Валявка ответил, что в Москве убит Свердлов2, арестован Дзержинский3 и что он, Валявка, расстреляет всех сидящих в Екатеринославе анархистов и левых эсэров. Никаких объяснений по поводу этих нелепых слухов он разумеется не дал. Губернский Комиссар Юстиции и почти все члены Екатеринославского комитета партии Коммунистов говорили, что принимают меры против самоуправства Валявки, но пока что ни их требования, ни мои увещания, ни внушения Раковского ни к чему не привели. По улицам Екатеринослава свободно расхаживают активисты меньшевики, стрелявшие нам в спину во время нашего прошлогоднего отступления, а беззаветные революционеры продолжают томиться в тюрьме, находясь в полном бесконтрольном распоряжении Валявки. Сегодня на заседании Комитета Екатеринославской КП(б)У вновь поставлен вопрос о деятельности чрезвычайной комиссии и ее председателя.

 

23 марта

Вчера Комитет КП(б)У в закрытом заседании рассмотрел вопрос о деятельности Чрезвычайкома. Заслушав затем целый ряд заявлений, Комитет постановил освободить всех идейных анархистов и их друзей, попавших вследствие чрезвычайного усердия Чрезвычайки. Недовольство деятельностью председателя ЧК будет иметь, вероятно, еще и другие последствия. В Екатеринославе повторилось то, что имело уже место в других реоккупируемых областях: восторженно встретившее наши войска население с нетерпением ждавшее наступления благоприятных перемен с организацией Советской власти, к величайшему нашему несчастью видит лишь активность Чрезвычайной Комиссии, которая, очевидно, призвана разочаровывать окрыленное надеждами измученное население и лить воду на мельницу контрреволюции и меньшевиков, обладающих, кстати, на местных заводах довольно большим влиянием. Я констатирую, что местная ЧК ровным счетом ничего не сделала для борьбы с контрреволюцией и выявления ее агентов. За время моих объездов по реоккупированным областям я пришел к совершенно неожиданному для меня заключению, что ЧК, наскоро создаваемые в этих местностях, совершенно неприспособлены к борьбе против контрреволюции и, что сами быть может того не желая, служат ее ферментом, ее аванпостом.

Гопнер

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2159. Л. 35-38. Незаверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Газета анархистской конфедерации.

2 Свердлов не был убит. Возвратившись в марте 1919 г. с Украины в Москву, он заболел и 16 марта умер.

3 Имеется в виду арест Дзержинского во время левоэсеровского мятежа в начале июля 1918 г.

 

№ 45

Г. С. Мороз — Ф. Э. Дзержинскому

15 апреля 1919 г.

ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ВЧК ТОВ. ДЗЕРЖИНСКОМУ1

Положение Белороссии и Литвы, благодаря целым рядам причин, высшей степени неспокойно в контрреволюционном отношении.

Совершенно открыто ведется противосоветская агитация.

Шпионы польских белогвардейцев проникают в Красную армию и дезорганизуют ее.

Благодаря совершенно открытой спекуляции всевозможных мародеров, лавочников и пр., цены на все виды потребления растут не по дням, а по часам.

Бандитизм и открытые грабежи — явление очень частое в Минской, Виленской и др. губерниях. Необходима твердая рука, которая взялась бы за искоренение перечисленного зла. Такой может быть, как и у нас, ЧК, меж тем Бел[орусско]-Литовское правительство незначительным большинством постановило упразднить на всей своей территории не только уездные, но и губернские ЧК2.

Подчиненные им власти, как Минский Ревком3, Минский Партийный Комитет, будучи обязанным выполнить постановление Белорусско-Литовского Правительства, упразднили Губ[ернские] ЧК и Уездчека, но одновременно считают таковое постановление неправильным, и права, и функции ЧК неофициальным путем предоставили Следственным Комиссиям и Революционным Трибуналам, что является в высшей степени ненормальным и нарушающим общую схему организации советских органов.

Исходя из всего этого, предлагаю в целях необходимой борьбы с контрреволюцией на всей территории РСФСР и в целях единого строительства предназначенных для этой цели органов, коими ведает ВЧК, обратиться в ЦИК Белороссии и Литвы с указанием, что в деле борьбы с контрреволюцией они должны руководствоваться и действовать по указаниям ВЧК и в полном контакте и согласии с местными губернскими и уездными центрами.

Полагаю, что «независимость» от этого не пострадает, ибо борьба с контрреволюцией требует централизованный и стройный аппарат.

Г. Мороз.

15 Апреля 1919 г.

РЦХИДНИ. Ф. 77. Оп. 66. Д. 65. Л. 23 а. Машинописная копия.

Примечания:

1 Письмо было послано с территории Литовско-Белорусской советской социалистической республики в Москву.

2 27 февраля 1919 г. в Вильно было провозглашено создание Литовско-Белорусской социалистической советской республики (Литбела). В состав республики вошли Минская, Виленская губернии, части Ковенской, Гродненской и Сувалкской губерний. Председателем правительства и министром иностранных дел стал Мицкявичус-Капсукас. После образования Литбела существовавшие в Белоруссии ЧК были распущены. Как мера против белогвардейских выступлений объединенным ЦК КП(б)ЛиБ был введен институт заложников (Борьба за советскую власть в Белоруссии. Сборник документов и материалов в двух томах. Минск, 1971. Т. 2. С. 91-92). К настоящему письму Мороз приложил сопроводительную записку Дзержинскому: «[...] Через ЦК указать ЦИК Белоруссии и Литвы о необходимости предоставления права ВЧК организовывать губчека и уездчека на территории Литвы и Белоруссии по ее усмотрению [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 66. Д. 65. Л. 23). 20 апреля 1919 г. Оргбюро рассмотрело запрос Дзержинского о ненормальном положении ЧК в Литве и Белоруссии. В принятом решении говорилось: «Сообщить в Минск о необходимости существования Губернских ЧК с подчинением их ВЧК» (Там же. Ф. 17. Оп. 112. Д. 3. Л. 27).

3 В апреле 1919 г. белополяки заняли значительную часть Литовско-Белорусской республики. 8 апреля 1919 г. республика была объявлена на военном положении. Тогда же были созданы Совет обороны Литбела и Минский ВРК.

 

№ 46

И. И. Вацетис — В. И. Ленину

18 апреля 1919 г.

18 апреля 1919 г. Гор. Серпухов.

Председателю Совета Обороны ЛЕНИНУ.

ДОКЛАД1

Строевого командного состава не хватает. Хотя существующие в Республике курсы и дают значительный контингент для пополнения командного состава, тем не менее постоянные беспрерывные бои на фронте выводят из строя командный состав в огромном количестве. Гибель командного состава в процентном отношении огромная, почти вдвое большая, чем среди красноармейцев. Это происходит оттого, что мы совершенно уклонились от того правила, которого держались во всех армиях, где желательно было довести борьбу до победного конца, а, именно, мы отклонились от правила беречь командный состав. Наоборот, в силу сложившегося неправильного взгляда на роль командного состава в боях, командный состав везде и всюду, следуя в первых рядах бойцов, а весьма зачастую впереди, первым и погибает. Это отражается особенно неблагоприятно на исходе боя, так как части войск теряют командный состав в самом начале боя, и в конце боя остаются без руководителей и, следовательно, делаются малобоеспособными.

В штабах не хватает опытных работников с военно-научной подготовкой. У нас на штатных должностях не хватает больше 70-ти процентов генерального штаба, а процент некомплекта на фронте достигает 82. Таким образом вся тяжесть работы, требующей военно-научной подготовки и знания специальности, в штабах ложится на 15-35 процентов наличных работников, почему и получается перегрузка лиц генерального штаба работой, особенно на фронте, доводящей их до крайнего переутомления и значительного процента заболеваемости среди этих первоклассных работников. Вообще должен свидетельствовать, что лица генерального штаба, являясь руководителями операций, исполняют свою работу в высшей степени добросовестно, честно и с гораздо [с] большей затратой энергии, чем это делалось и требовалось условиями службы старой императорской армии. Эти лица генерального штаба исполняют свою тяжелую работу не ропща, не жалуясь, отказываясь даже от всякой личной жизни, почему чрезвычайное переутомление сделало этих людей нервными и до крайней степени впечатлительными ко всяким бестактным выходкам и несправедливостям по их адресу. Бестактность по отношению к лицам генштаба замечается со стороны тех комиссаров, которые к ним приставлены, на подбор которых не всегда обращается должное внимание2. Среди комиссаров, к сожалению, мало встречается интеллигентных людей, способных понять настроение и ту среду, над которой им приходится нести контроль, и контролирование зачастую обращается в назойливое приставание. Такие комиссары являются большим злом в практической и специальной работе, но таких комиссаров, к сожалению, много.

Не менее сильное впечатление на штабных работников производит несправедливое отношение и недоверие к группе лиц генерального штаба вообще. До сих пор еще, к крайнему сожалению, удерживаются и в печати и в речах митинговых ораторов перед огромным стечением народа фразы, оскорбительные по отношению лиц генерального штаба. Упреки в продажности, упреки в контрреволюционности, упреки в саботаже сыплются со всех сторон, между тем могу свидетельствовать, что бывшие офицеры генерального штаба, состоящие ныне на службе у Советской Республики, такого несправедливого отношения к ним не заслуживают. Как я уже выше, сказал, отношение лиц генерального штаба к Советской власти вполне лояльное и мне даже не представляется возможным, чтобы среди лиц генерального штаба, оставшихся на советской службе, господствовало бы желание снова видеть в России монархию, как в этом часто их обвиняют. Вообще считалось, что русский генеральный штаб является наиболее либеральным, всегда идущим навстречу всякому прогрессу и уклону влево, и еще при старом режиме генеральный штаб был под большим знаком подозрения в революционности. Несомненно, что среди [офицеров] генерального штаба были убежденные монархисты, не сочувствующие революции, но они давно уже находятся на стороне наших противников. За их счет упреки ни в коем случае не могут посылаться на тех тружеников генерального штаба, которые верно и с преданностью служат нам службу.

Между тем делается много несправедливостей и оскорбительного по адресу генштаба. Я буду прав, если скажу откровенно, что каждый комиссар, назначенный контролировать деятельность какого-нибудь отдела в штабе, имеет своим затаенным желанием поймать в контрреволюционности и предательстве какое-нибудь лицо генштаба, в результате получается не контролирование, а назойливое приставание. Почему создалась такая наклонность политических комиссаров, является совсем странным, т. к. таким[и] замашкам[и] страдали жандармы старого режима, служебное повышение которых находилось в сильной степени в зависимости от того, сколько удастся раскрыть заговоров против самодержавного строя.

Последнее время особенно волнует всех внезапный и совершенно ни для кого не понятный арест [офицера] генерального штаба Теодори. который всем известен, как верный и добросовестный работник для Советской власти на весьма ответственном посту. Арестованный по распоряжению т. Кедрова и, несмотря на то, что все предъявленные ему обвинения отпали, Теодори продолжает оставаться под арестом, в чем сказывается личный режим т. Кедрова.

Со своей стороны, могу сказать, что Теодори, несомненно, оказал большие услуги нам, в особенности летом 1918 года, когда внутри страны кипели мятежи, которые надо было подавлять распоряжениями из Оперода, где военруком состоял Теодори, а равно, когда нам необходимо было бороться против чехословацкого корпуса.

Этот последний период мне хорошо известен, и мне хорошо известно, какие огромные услуги оказывал Теодори, будучи в должности военрука Оперода, во главе которого стоял товарищ Аралов.

Высший Военный Совет, стоявший во главе тогдашнего военного аппарата, оказался совершенно неприспособленным к кипучей и практической работе, и все те обязанности, которые лежали на этом совете, исполнял Оперод3, а в составе Оперода, Теодори. Могу свидетельствовать, что те услуги, которые оказывал Теодори нашему успеху на Волге в то время, огромны. Только благодаря его кипучей натуре и преданности нам удалось организовать и вытащить из страны нужные резервы, направить и следить за их передвижением, снабжать, а на местах держать в военной дисциплине, тот аппарат, который руководил местами формирования и отправлением войск на Восточный фронт. Эти заслуги не должны быть забываемы.

Теодори считался одним из способнейших лиц генерального штаба и известен всем, как преданный Советской власти человек, почему его внезапный арест произвел ошеломляющее впечатление на весь генштаб. Это впечатление усиливается за последние дни тем обстоятельством, что Теодори не предъявляется никаких обвинений и что их даже нет. Циркулируют упорные слухи, что помощник товарища Кедрова, Эндук выразился, что никакого обвинения против Теодори нет, что обвинение надо создать.

На днях арестован также товарищ Селивачев, который намечался командующим Восточным фронтом. Селивачев мне известен был еще до войны, и никогда не был монархистом, наоборот, при монархии он был в числе гонимых.

Оба эти ареста, вместе взятые, создают такое впечатление, что в центре растерянность и что там, не надеясь на генеральный штаб Красной Армии, забирают заблаговременно заложников, каковыми, по-видимому, являются Теодори и Селивачев. Против ареста Теодори поступает масса протестов его товарищей, знающих его со школьной скамьи и по советской службе как человека честного и преданного делу4.

Со своей стороны выражаю желание в самый кратчайший срок пересмотреть причины ареста Теодори и ввиду того, что все обвинения отпали, прошу освободить Теодори из-под ареста для того, чтобы он мог быть привлечен к службе.

Что же касается товарища Кедрова, распорядившегося самовольно, без соблюдения установленных Революционным Военным Советом Республики приказов, арестовать Теодори, то прошу назначить расследование действиям Кедрова и привлечь его к ответственности, если он является единоличным виновником ареста. Товарищ Кедров мне известен по весьма неудачному командованию им 6-й армией, во время которого он совершенно незаконно, не имея никаких прав на это, приказал арестовать командующего 2-й армией товарища Блохина и весь штаб 2-й армии, добавив в телеграмме, что если надо, то и расстрелять. 2-я армия Кедрову подчинена не была. За этот поступок Кедров был уволен с должности командующего 6-й армией. Этим своим не законным и необдуманным арестом Кедров совершенно разбил управление 2-й армии, вследствие чего развалилась 2-я армия, и это было в тяжелые дни, когда чехословаки захватили Казань и грозили продвижением в центр Республики. Если тогда Кедров так непродуманно относился к столь чрезвычайно важным вопросам, как арест и расстрел, то, вероятно, и в этом случае возможно, что в дело Теодори вложены те же черты действия.

В штабе Восточного фронта недавно был арестован генштаба Хрулев и по приговору Революционного Трибунала был осужден к пятилетнему тюремному заключению в то время, когда виновник преступления отделался только выговором.

В штабе Приуральского Округа без всякого основания был арестован весь состав генерального штаба.

1-го апреля в штабе 1-й армии, по единоличному решению члена РВС 1-й армии тов. Калнина, без суда и следствия был расстрелян помощник начальника радиотелеграфа Венденбаум.

Все это лишний раз подчеркивает тот личный режим, который до сих пор существует среди политических работников как по отношению к лицам генштаба, так и вообще к специалистам.

В заключение всего считаю своим долгом доложить, что постоянное несправедливое и оскорбительное отношение к лицам генерального штаба, находящимся на службе у Советской власти, ими не заслуженное, не даст той продуктивности работы этих лиц, которые особенно нужны в настоящее время, когда борьба на всех фронтах достигает кризиса. Работа не может протекать спокойно, когда каждый специалист, не считаясь с занимаемым постом и его заслугами перед Республикой, может всегда и только на почве личных отношений быть арестован. Такие условия службы, не гарантирующие от беспричинного ареста, в то время когда работа требует особого напряжения, приносят только вред. Работа специалистов по управлению и созданию армии может быть продуктивной и спокойной только тогда, когда каждый будет гарантирован в своей неприкосновенности и политическая атмосфера не будет давить его психологию.

Прошу также принять во внимание, что вследствие временных неудач на Восточном фронте, многие впадают в алармистическое настроение, вследствие чего создается весьма вредная для дела приподнятость нервного настроения. Это замечается среди комиссаров и несомненно передается и штабным работникам.

Во время моего посещения Восточного фронта я вынес впечатление полного подавления духа лиц генерального штаба, работающих на Восточном фронте. Здесь несомненно нужно провести некоторую грань, далее которой натягивать струну подозрения и издевательства над лицами генерального штаба со стороны кого бы то ни было недопустимо во имя нашей конечной победы над нашими многочисленными врагами.

Если этого сделано не будет, то с нашими первоклассными штабными работниками, доведенными постоянными придирками и личным режимом до отчаяния, может случиться то же самое, что случилось с нашей Брестской делегацией, доведенной до высшей степени отчаяния постепенно увеличивавшимися требованиями.

Я крайне обеспокоен тем, чтобы не случилось так и с теми лицами, которые стоят во главе самых ответственных работников в штабах в том случае, если некоторые меры сдержанности по отношению к ним не будут приняты и проведены в жизнь в кратчайший срок.

Для создания нормальных условий работы является необходимым гарантировать всем лицам генштаба, состоящим на службе в Красной Армии, полную неприкосновенность свободы, допустив аресты только по предъявлении конкретных обвинений и только с ведома их непосредственного начальства.

Кроме того, считаю необходимым пересмотреть дело генштаба Хрулева, как неправильно осужденного и привлечь к ответственности тов. Калнина, расстрелявшего без суда и следствия Венденбаума, т. к. подобный произвол роняет престиж советской власти.

Главнокомандующий всеми вооруженными силами Республики

Генерального Штаба Вацетис.

18/IV 1919 г.

Серпухов.

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 41. Л. 6-10. Машинописный текст.

Примечания:

1 На бланке: «РСФСР. ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ ВСЕМИ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ РЕСПУБЛИКИ». Послано из Серпухова в Москву.

2 Вопрос о партийной политике в отношении военных специалистов обсуждался на VIII съезде РСДРП(б) 18 — 23 марта 1919 г. В связи с неудачными действиями Красной армии на Восточном фронте весной 1919 г. партийное руководство страны требовало от Главного командования регулярные отчеты с анализом причин неудач. 17 и 18 апреля 1919 г. Вацетис направил два обстоятельных доклада о положении на фронтах в РВС. Детальная сводка о состоянии фронта от 17 апреля 1919 г. заканчивалась выводом, что главной причиной неустойчивости частей Красной армии, а, следовательно, и ее неудач, явилась неопытность значительной части наличного командного состава при ином положении дел в армии Колчака «[...] При всем этом, — писал Главком, — необходимо отметить, что немаловажное значение отрицательного свойства имели те трения между военными специалистами и политическими деятелями, которые возникали в этот период (особенно в 5 армии) и продолжают местами вспыхивать и в настоящее время на почве разрешения различных вопросов [/..]» (Главнокомандующий всеми Вооруженными силами Республики И. И. Вацетис. С. 242). Как известно, часть членов РВС Республики (Сталин и др.) высказывались против использования военных специалистов из бывшей царской армии в военном руководстве страны. Между тем, из 20 командующих фронтами в годы войны 17 были военными специалистами — кадровыми офицерами, столь же высоким был удельный вес кадровых офицеров на других командных должностях (Кавтарадзе А. Г. Военные специалисты на службе Республики Советов. 1917-1920. М., 1988. С. 207-212).

3 Высший Военный Совет — орган стратегического руководства Вооруженными силами Советской Республики (Главное Командование Красной Армии) - был образован постановлением СНК в начале марта 1918 г. Первоначально состоял из военного руководителя и двух политических комиссаров. Постановлением СНК от 19 марта 1918 г. были введены должности председателя ВВС, которым стал нарком по военным делам, членов совета и двух заместителей.

Должности политических комиссаров были упразднены. 14 мая 1918 г. при ВВС были созданы организационное и оперативное управления (отделы). На основе декрета ВЦИК от 2 сентября 1918 г. приказом РВСР от 6 сентября 1918 г. ВВС был упразднен.

4 17 или 18 апреля Ленин, ознакомившись с телефонограммой представителей выпускников Академии Генерального штаба (выпуска 1917 г.) из Серпухова с повторной просьбой разобрать дело Теодори, сделал на ней пометку: «Склянскому на отзыв» (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 7. С. 97).

 

№ 47

Г. С. Мороз - ЦК РКП(б)

22 апреля 1919 г.

 

В ЦК РКП.

Объехав целый ряд городов и местечек западной области, ныне Великороссии1 и Литвы, нахожу своим долгом довести до сведения ЦК о необходимости принятия ряда мер, диктуемых переживаемым моментом, во имя сохранения и закрепления октябрьских завоеваний.

Меры эти касаются одной только области предотвращения контрреволюции.

Весь Западный Край пропитан в настоящее время ядом антисемитизма. Прямо-таки тяжело дышать, когда въезжаешь в Смоленскую, Минскую, Могилевскую, Витебскую губернии. То и дело в вагонах, на станциях, в столовых, на базарах, даже в клубах слышишь: «Жиды всюду, жиды губят Россию, Советская бы власть ничего, если б не жиды» и пр. Понятно, что все это, с одной стороны, является следствием векового внедрения антисемитизма со стороны враждебных пролетариату классов и, с другой стороны, последняя ставка этих же классов в борьбе с Советской властью и, наконец, последнее, «Советский» антисемитизм, покоящийся на экономических условиях быта евреев, но коим последние, по целому ряду причин, не выделили особо заметного для других класса пролетариев, и потому у многих, даже дружески настроенных к ним элементов, понятие еврей связано с понятием «буржуя», «лавочника» или просто «спекулянта». Одним словом, все вместе взятое широко используется нашими врагами для натравливания против Советской власти несознательных элементов как деревни, так и городов.

Последние события в ГОМЕЛЕ, РЕЧИЦЕ, БОРИСОВЕ2 и др. городах показали нам это. Прежде всего «бей жидов», а потом «спасай Россию».

То же самое происходит на Украине.

Как же выбить оружие антисемитизма из рук сознательных погромщиков.

Прежде всего, понятно, агитация и пропаганда. Должен сказать, что в этом отношении ничего почти не делается. Необходимо издание популярных брошюрок, устраивать беседы, в городах ставить в театрах пьесы из еврейской жизни и многое другое, кои открыли бы картину жизни еврейства в целом и его бедноты, в частности. Второе: ввиду тревожности момента в погромном отношении в городах бывшей «черты оседлости» убрать официально с ответственных «комиссарских» постов евреев, заменив их товарищами из внутренних губерний. Тов[арищей] же евреев перевести для работы во внутренние губернии, кои менее заражены антисемитизмом.

Третье: это то, что необходимо влить евреев-коммунистов в ряды красной армии в качестве прямых солдат. До сего времени евреев-коммунистов в красной армии рядовых нет. Объясняется это просто тем, что большинство из них как лучшие работники того края, в коем они находятся, заняты в Советских учреждениях в качестве сотрудников, но в настоящее время вполне возможно было бы заменить [их] и не коммунистами и не евреями.

Мобилизацию евреев-коммунистов надо возложить на местные Партийные Комитеты, разъяснив последним необходимость этого.

И, наконец, четвертое, касающееся экономической жизни еврейства, порождающее антисемитизм.

Не желая распространяться о влиянии Революции на экономические устои еврейства, хочу отметить, что за последнее время еврейство представляет из себя деклассированную массу, вынужденную браться за мелкую спекуляцию, мешочничество и пр. и пр., питающее, так показывает Советский антисемитизм*.

В этой области необходимо помочь существующему еврейскому комиссариату3 и др[угим] органам, если можно так выразиться, колонизовать еврейские трудовые массы. Необходимо наделить землей евреев, организуя их в земледельческие коммуны. Это не утопия, а живая необходимость.

Всячески надо содействовать приему евреев на работу на фабриках, на ж[елезных] д[орогах] в качестве стрелочников, кондукторов и пр. Этой работой, как я уже указывал, займется еврейский комиссариат.

Думаю, что настоящий доклад не вызовет обвинений на меня в чем- либо. Нахожу нужным отметить, что сам я еврей, работавший и работающий все время среди еврейского пролетариата, с коим я связан тесными узами. Как бы мне не хотелось писать обо всем изложенном, но преданность Революции подсказывает мне это сделать4.

Член Коллегии ВЧК Г. Мороз.

Апреля 1919 г.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 66. Д. 65. Л. 27. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 С началом польско-немецкого наступления на Белоруссию и Литву в апреле 1919 г. часть еще не оккупированных территорий была объявлена входящими в состав РСФСР.

2 Речь идет о ряде антисоветских выступлений марта — апреля 1919 г., прошедших под лозунгами Учредительного собрания и вылившихся в еврейские погромы. В ходе формирования местных органов советской власти в этих районах большинство административных должностей заняли представители традиционно сильных здесь еврейских социалистических партий — Бунда, Поалей-Циона и объединенной еврейской социалистической партии. В условиях крайней политической нестабильности, обострения продовольственного и жилищного положения острие начавшегося антисоветского восстания было направлено против руководителей еврейской национальности. В Гомеле, во время погрома 24 — 28 марта 1919 г., согласно отчету инструктора Народного комиссариата внутренних дел РСФСР, было убито 10 ответственных работников (Борьба за советскую власть в Белоруссии. С. 83-85).

3 В ноябре 1917 г. в составе Наркомата по делам национальностей наряду с другими был создан еврейский комиссариат. Среди задач комиссариатов были: информирование советской власти о нуждах данной национальности, информирование национальностей о шагах и мероприятиях советской власти, удовлетворение через органы советской власти культурно-просветительных нужд масс данной национальности, подготовка соответствующих проектов декретов.

4 26 апреля 1919 г. вопрос о пропагандистской работе в связи со вспышкой антисемитизма рассматривался на заседании Оргбюро ЦК РКП (б). В тот же день ЦК направил губкомам партии письмо о необходимости борьбы с антисемитизмом. В частности, в письме говорилось: «ЦК РКП(б) постановил, чтобы наши центральные партийные органы поместили бы ряд руководящих и агитационных статей по этому вопросу [...] и использовали их как материал для широкой агитации, которую необходимо поднять незамедлительно» (Известия ЦК КПСС. 1989. № 12. С. 154). 28 апреля 1919 г. Политбюро рассмотрело вопрос о формировании красных еврейских частей и постановило: «Разрешить формирование еврейских батальонов на общих основаниях с тем, чтобы это были национальные батальоны в смешанных полках [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. Л. 2). 11 мая вопрос вновь слушался в Оргбюро. Заслушав доклад о положении евреев в западном крае и изложенные в нем предложения «о необходимости провести меры по привлечению еврейских масс к земледелию, о допущении формирования еврейских частей, о необходимости Оргбюро принимать во внимание национальный состав населения при назначении товарищей», Оргбюро приняло решение признать эти меры желательными (Там же. Оп. 112. Д. Л. 25). 2 июня 1920 г. вопрос о борьбе с антисемитизмом рассматривался на совместном заседании Политбюро и Оргбюро. По итогам обсуждения было принято решение «поручить Каменеву [...] составить план мероприятий партии и Советской власти по борьбе с антисемитизмом» (Там же. Оп. 3. Д. 11. Л. 4).

 

№ 48

А. Г. Белобородов — Н. Н. Крестинскому

3 мая 1919 г.

Ст[анция] «Лог» Ю[го]-В[осточной] ж[елезной] д[ороги].
3 мая 1919 г.

Николай Николаевич!

Выполнение моего основного задания — скорейшая ликвидация Вешенской авантюры — вероятно затянется на очень долгое время1. В шифрованной телеграмме я указывал в общих чертах на причины медленной ликвидации, распространяться здесь подробно считаю неудобным, т.к. письмо может и затеряться. Помощь от Орловск[ой] ЧК, на которую рассчитывали, оказалась пуфом: вместо обещанных 400 челов[ек] в вагоны посадили 141[-го] челов[ека], а пришло сюда ... 45 челов[ек]!

Разгильдяйство возмутительно, и необычно! В штаб корпуса ВЧК об этом сообщили.

Выехал я вот уже 11 дней, а успел побывать только в штабе одной группы войск — причина: слишком медленное продвижение по ж[елезной] дороге. До «Поворино» ехали сносно, а дальше делаем от 60 до 100 верст в сутки. Дороги разрушены и «товарищи» железнодорожники саботируют сверх всякой меры.

В завершение всего Центр[альное] Упр[авление] Воен[ных] Сообщ[ений] было настолько любезно, что вагона мне не дало, и пришлось поместиться в вагоне, полученном командой ВЧК, так что ни заниматься, ни разговаривать с публикой совершенно невозможно.

В общем надо сказать, что работы ни Донбюро2, ни центральных комиссариатов не заметно. Сидят посланные от Донбюро «комиссары» по станицам и хуторам, ожидая инструкций и приказов от отдела Гражд[анского] Управ[ления]3, а делегаты центральных комиссариатов не знаю куда девались! Сильно подозреваю, что сидят в Козлове!

Тов. Мясникова предполагаю отправить для политической работы среди экспедиционных войск. Там по этой части дело обстоит чрезвычайно слабо. Издающаяся в IX армии газетка «Красноармеец» для кр[асноармей]цев не годится — пишет «вумные» статьи на международные темы, да и то суконным языком, работников там тоже мало.

Было бы хорошо, если бы взять десятка два-три рабочих-коммунистов и направить их прямо в экспедиционные войска, снабдив изрядным количеством «Бедноты»4, (успех которой здесь весьма и весьма силен). Обратить самое серьезное внимание на экспедиционные войска необходимо по следующим причинам. Во-первых, благодаря квази-советской агитации противника в головах у кр[асноармей]цев сумбур, недовольство коммунистами начинает пускать сильные ростки в массе, во вторых, присутствие коммунистов на фронте показало бы красноармейцам, что они (коммунисты) не только умеют «комиссарить» в станицах. Я по этому поводу агитирую потому, что прочитал в единственной после Москвы газете, полученной вчера, что Петроград мобилизовал несколько тысяч для отправки на Дон. Может быть Вы как-нибудь это дело устроите? Только люди нужны с характером и с крепкими нервами. Для этой операции такое условие обязательно.

Поскольку за несколько дней пребывания здесь я ориентировался в обстановке, линия, занятая В. И., вполне верна, хотя некоторые товарищи, в том числе и тов. Сок[ольников], смотрят на дело, кажется, несколько иначе. Я хотя с ним и не говорил, но эту линию чувствую.

В общем надо сказать, что кого нужно, в железо здесь еще не взяли - очень уж русское добродушие прет из всех углов!

Мрачковского сюда очень надо, он в таких делах умеет делать что нужно. Если бы он с собой взял братьев Бобылевых (если это по условиям фр[он]та III арм[ии] возможно), то на первых порах было бы достаточно.

Пока кончаю — уже стемнело, а свечей нет.

С прив[етом] А. Белобородов.

P. S. Сейчас получено сообщение, что по пути произошло крушение и до Царицыно навряд ли скоро доберемся.

А. Б.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 54. Л. 1-2. Автограф.

Примечания:

1 Речь идет о начавшемся в ночь на 11 марта 1919 г. восстании казаков Верхнего Дона (станицы Еланская, Вешенекая, Мигулинская и др.) в тылу у советских войск Южного фронта. Основную массу восставших (30 тыс. человек) составляли казаки-середняки, доведенные до этого продовольственно-карательной политикой. Штаб восставших находился в станице Вешенская. В начале апреля на сторону восставших перешел 204 Сердобский сводный полк Красной Армии (380 человек). Помощь восставшим оружием оказывали войска Деникина. На подавление восстания командование Южным фронтом выделило 13800 человек пехоты и 2500 кавалеристов. 22 апреля 1919 г. вопрос обсуждался на заседании Оргбюро. Рассмотрев резолюцию Донского бюро и предложения Сырцова о проведении по отношению к казачеству террора, о заселении казачьих хуторов выходцами из Центральной России, о мобилизации и вооружении крестьян Миллеровского района, Оргбюро приняло решение утвердить предложенные меры (См. подробнее: Генис В. Л. Расказачивание в Советской России // Вопросы истории. 1994. № 1. С. 49-50). Вести переговоры с Реввоенсоветом Южного фронта о создании гражданского управления на Дону было поручено Белобородову. Ленин держал этот вопрос под постоянным контролем. В телеграммах Сокольникову (РВС Южного фронта) за 20 и 24 апреля 1919 г. он возмущался медленными действиями в подавлении восстания (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 283, 289-290). 6 мая 1919 г. в телеграмме в РВС Южного фронта он писал: «Сегодня видел известие, что подавление не подвигается. Необходимо принять самые энергичные меры и вырвать с корнем эту медлительность [...] Проволочка с восстанием нетерпима [...]» (Там же. С. 306). Однако подавить восстание не удалось. 24 мая 1919 г. войска Деникина прорвали фронт советских войск у Миллерово, и 8 июня 1919 г. восставшие казаки соединились с белой армией.

4 мая 1919 г. ЦК РКП(б) утвердил Белобородова председателем Донского Ревкома. Белобородов был назначен уполномоченным Совета Обороны на Южном фронте для быстрейшей ликвидации восстания казаков на Дону. 2 мая 1919 г. Белобородов телеграфировал Ленину об отъезде в штаб 9 армии Южного фронта. 6 мая 1919 г. Ленин дал Белобородову телеграмму с выражением крайнего удивления об отсутствии в корреспонденции сведений «о ходе порученного [...] дела» и требованием отвечать подробней (Там же. С.307). Видимо, помимо телеграфной переписки с Лениным, Белобородов поддерживал с ним связь через секретаря ЦК РКП(б) Крестинского.

2 Донское бюро РКП(б) было создано по решению ЦК РКП(б) в сентябре 1918 г. в Курске для руководства подпольной работой и партизанским движением в тылу у белогвардейских войск (в Донбассе, на Дону, Кубани, Северном Кавказе). В конце 1918 г. — начале 1919 г. Донбюро находилось в Козлове, его отделения действовали в Царицыне, Харькове, Балашове.

3 После освобождения от белогвардейцев в январе-марте 1919 г. северного и восточного округов Донской области Донбюро создало Отдел гражданского управления при РВС Южного фронта. Задачей Отдела было восстановление советских и партийных органов на освобожденных территориях.

4 «Беднота» — газета для крестьян, издание ЦК РКП(б), Москва, 1918-1931 гг.

 

№ 49

А. Г. Белобородов — Н. Н. Крестинскому

6 мая 1919 г.

ст[анция] Илавля, 6 мая 1919 г.

Николай Николаевич!

Мы просидели целые трое суток на этой проклятой станции, и неизвестно, когда двинемся далее.

Хотелось бы многое добавить к тому, что я уже писал в письме от 3 мая, но скоро отходит почтовый на Москву, и я спешу.

Я считаю величайшей наивностью, преступным легкомыслием то, что борьба с Донской контрреволюцией велась посредством революционных трибуналов. Трибуналы судили (!) захваченных нами перебежчиков и явных контрреволюционеров, часть из них (весьма малую) расстреливали, часть отправляли на принудительные работы (наказание, подумаешь), а часть и, кажется, значительную, освобождали и отпускали с миром.

Этой наивности нужно положить предел и чем скорее тем лучше. Необходимо организовать Чрезвычайки и, как можно скорее, покончить с трибунальским словоизвержением.

Основное правило поведения при расправе с к[онтр]рев[олюционерами]: захваченных не судят, а с ними производят массовую расправу.

Необходимо в этом духе авторитетное решение для Дона, я на этом настаиваю самым решительным образом. Кроме того посылать сюда следует товарищей] покрупнее тов. Смирнова, посланного тов. Дзерж[инским].

Пока все.

С приветом, А. Белобородов.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 54. Л. 3. Автограф.

 

№ 50

Телеграмма Л. Б. Каменева В. И. Ленину

10 мая 1919 г.

Из Екатеринослава от КАМЕНЕВА1.

Вашу телеграмму моим шифром сейчас получил2, все будет сделано, дорога Екатеринослав, Знаменка, Киев отрезана бандами Григорьева3. Мои сведения и сообщения из Киева дают картину полного восстания Григорьева. Из Пятихатки сообщают: семнадцать эшелонов двинутся в направлении Екатеринослав; Григорьев, вчера отложивший свидание со мной в Знаменке, сегодня отказывается разговаривать. Он пытается сноситься с Махно. Разведка производится. Сведения проверяются. Возможно преувеличение, после личного свидания с Махно, посещения Гуляйполя, полагаю, Махно не решится сейчас поддерживать Григорьева. Почва для выступления там вполне подготовлена. Махно не выпускает ни хлеба, ни угля и, вероятно, не будет выпускать, хотя лично мне обещал, все клялся в верности4. Мобилизация рабочих в Екатеринославе, Бахмуте, Мариуполе, Александровске идет полным ходом5. Нет денег, нет оружия. Сейчас выезжаю в Киев с твердым решением привести сюда войско и вооружение. Межлауку и командарму второй6 даны точные инструкции. От Троцкого еще ничего не получил, видеться нам обязательно7. Пусть по приезде запросит в Кремль мое нахождение.

РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 9696. Л. 1. Рукописный текст.

Примечания:

1 Телеграмма послана из Екатеринослава в Москву. Была получена и прочитана Лениным в тот же день. (В. И. Ленин. Биографическая хроника Т. 7 С. 182). В верхней части — пометка: «Получено 10/V». Рядом — пометка Ленина - «Вернуть».

2 Уполномоченному Совета Обороны на Южном фронте Каменеву Ленин телеграфировал 7, 8 и 9 мая 1919 г. В телеграмме от 7 мая Ленин писал о необходимости переброски подкреплений к потерянному Луганску и скорейшего освобождения Донбасса, предлагал временно, до взятия Ростова, «быть дипломатичным» с войсками Махно и возложить ответственность за них на Антонова-Овсеенко (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 307). В телеграмме от 8 мая 1919 г. в адрес СНК Украины от имени ЦК, где среди адресатов значится и Каменев, Ленин официально дублировал информацию первой телеграммы (Там же. Т. 38. С. 378). 9 мая 1919 г. Ленин и Сталин послали большую телеграмму в Киев с директивой «Уполномоченному Совета Обороны» (Из истории гражданской войны в СССР. Т. 2. С. 386), а чуть позже Ленин лично запросил Каменева о получении этой директивы (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 7. С. 179) и коротко продублировал секретарю Каменева ее содержание: «Каменев должен посвятить себя всецело ускорению посылки войск в Донецкий бассейн и мобилизации рабочих всех больших городов для этой цели, а затем дождаться Троцкого [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 308). Очевидно, речь идет именно об этих телеграммах. В начале директивы за 9 мая 1919 г. Ленин сделал предписание секретарю Каменева: «Прошу снестись с Киевом, где у Раковского 2 или больше телеграмм для Каменева» (Там же. С. 485).

3 Командующий 6-й Украинской сводной дивизией Григорьев 7 мая 1919 г. отказался выполнять приказ советского командования переместить дивизию из района Елисаветграда в Бессарабию и, заручившись поддержкой Махно, при опоре на местное население поднял мятеж в тылу Красной Армии, противостоявшей войскам генерала Деникина в Донбассе. Григорьев располагал 20 тыс. человек, 50 орудиями, 700 пулеметами, 6 бронепоездами. Лозунги восставших: «Власть Советам народа Украины без коммунистов», «Украина для украинцев», «Свободная торговля хлебом» и т. д. Восставшие захватили Черкассы, Умань, Кременчуг, Екатеринослав, Елисаветград, позже — Херсон, Николаев и другие города. 9 мая григорьевцы расстреляли в Екатеринославе свыше 30 советских и партийных работников. На чрезвычайном заседании Совета Рабочекрестьянской обороны УССР 10 мая 1919 г. Григорьев был объявлен вне закона (Гражданская война на Украине 1918 — 1920. Т. 2. С. 32-34).

4 В отдельные периоды, исходя из обстановки, Махно заключал временные соглашения с командованием Красной Армии.

5 Речь идет о мобилизации рабочих в Красную Армию в ряде областей Украины, проводившейся по решению ЦК РКП(б) в мае 1919 г. в связи с событиями в Донбассе.

6 По всей видимости, речь идет о командующем 2-й украинской армией Скачко.

7 12 мая 1919 г. Троцкий телеграфировал из Козлова Раковскому и Подвойскому о своем намерении быть в Харькове через два-три дня. Пообещав о дне приезда сообщить дополнительно, он требовал прибытия в Харьков Подвойского, Антонова, Межлаука, Иоффе и Каменева (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 16). 13 мая 1919 г. в телеграмме Ленину и Склянскому Троцкий сообщал, что собирается выехать на Украину 14 мая 1919 г. (The Trotsky papers. Vol. 1. P. 416).

 

№ 51

Телеграмма Г. Е. Зиновьева В. И. Ленину

[не ранее 14 мая 1919 г.]

МОСКВА КРЕМЛЬ СРОЧНО

Вне очереди запиской по проводу

ПРЕДСОВОБОРОНЫ ЛЕНИНУ1

В ответ на Ваш запрос2 сообщаем: первое, эвакуация некоторых заводов и окрестностей предписана не нами, а высшей военной властью через Комзапа3. Приказ получен 2 мая за № 02768/2102. Комитет Обороны4, напротив, относится скептически к этим шагам, но не мешал им, не желая вызвать обычных в таких случаях нареканий со стороны военных против гражданских властей. Представители ЦУСа5 отдавали неразумные распоряжения, только создавшие панику на заводах. Комитет Обороны принял меры к упорядочению. Если Вы поможете нам приостановить эвакуацию, мы будем очень рады6. Второе. Распоряжение о потоплении судов не отдано никем, и никакого потопления не было. Существует только план, выработанный еще год тому назад с Альтфатером, сделать это в случае надобности в последний момент. Третье. Число мобилизованных по всеобучу рабочих после освобождения ряда категорий достигает восьми тысяч. Точная цифра к 12 часам 12 мая 8375, а, с кадрами, 9985. Все они сведены в три полка и отправляются 15 мая на позиции по заданиям военного командования, и постольку используются для нужд обороны. Мобилизация эта произошла по приказу за подписью Вацетиса от 2 мая № 2036 и Всероглавштаба7 за № 234. На всех важнейших предприятиях работы продолжаются, в особенности на тех, кои работают на оборону. Мужской труд заменяется женским. Вся работа ведется в полном согласии с представителем Красина по снабжению армии товарищем Судаковым. Через союзы и партию мобилизовано до трех тысяч. Из них шестьсот самых лучших вчера в 12 часов ночи по требованию Троцкого спешно отправлены в Киев, тысяча влита в маршевые роты, другие используются таким же образом. Обязательная мобилизация по возрасту дала только две тысячи. Все категории мобилизованных используются по указаниям Всероглавштаба, Реввоенсовета и Цека партии. Четвертое. Особый Комиссар8 до сих пор назначен только на электрическое общество 1886 г. Необходимость этого шага мотивирована мною в подробном письме от 9 мая к Рыкову и через особого делегата, поехавшего к нему. Там, в правлении, в большинстве, бывшие акционеры, которым к сожалению чересчур доверяет Красин. Во главе их стоят Ульман и другие, не раз уже создававшие нам большие трудности. Халатность и саботаж за последнее время доходили до того, что в течение двух недель станция грозила остановиться каждый день. А от этой станции в Питере зависит многое. На назначении комиссара на общество 1886 года особенно настаивал Совет профессиональных союзов. Назначенный комиссар — старый испытанный рабочий-коммунист — сразу поправил дело. Пятое. Никакого огульного призыва граждан конечно не производилось. Всеобуч, как видно из вышеизложенного, мобилизован по прямому приказу из Москвы и Серпухова. А других мобилизаций, кроме указанных, не было. Удивляемся самому вопросу. К этому считаем нужным прибавить следущее: за последнее время все мнимообиженные саботажники и лишенные тех или иных незаконных привилегий люди едут жаловаться в Москву и там находят слишком снисходительных слушателей. Изгнанные из Петрограда архисомнительные элементы получают высшие назначения в Москве в Наркомпроде и тому подобное. Это стало притчей во языцех среди петроградских рабочих и чрезвычайно вредит делу. Работа сейчас в Петрограде нам слишком тяжела, поэтому мы вынуждены заявить: если вы не поддержите полностью Комитет Обороны и если вы будете сколько-нибудь доверять извращенным заинтересованными людьми сведениям, наша группа товарищей дальше работать не сможет.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 1021. Л. 1-2. Машинописный текст. Правка — автограф Зиновьева.

Примечания:

1 Телеграмма была отправлена из Петрограда в Москву.

2 13 мая 1919 г. Совет Обороны под председательством Ленина рассматривал вопрос о праве реввоенсоветов самостоятельно назначать эвакуацию и принял решение поручить Ленину подписать «проект постановления, если он будет согласован в соответствующих ведомствах» (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 7. С. 191). В тот же день Ленин подписал постановление Совета Обороны Республики об отмене эвакуации Петрограда (Там же. С. 194).

14 мая 1919 г. Ленин послал Комитету обороны Петрограда телеграмму, в которой, в частности, запрашивал: «В целях выяснения положения дел [в] Петрограде, Совет обороны предлагает дать исчерпывающий ответ: по каким соображениям было решено эвакуировать некоторые заводы Петрограда и окрестности, как и почему было дано разрешение потопления судов [...]» (Документы о героической обороне Петрограда в 1919 г. М., 1941. С. 14).

3 Комзап — командующий Западным фронтом. Западный фронт был образован 19 февраля 1919 г. с целью объединения действий советских войск на западном и северо-западном стратегических направлениях. Штаб фронта находился последовательно в Старой Руссе, Молодечно, Двинске, Смоленске, Минске.

4 В связи с начавшимся во второй половине апреля 1919 г. наступлением белофинской армии и захватом ею Олонца, 2 мая 1919 г. решением исполкома Петросовета был создан Комитет Обороны Петрограда. Петроград и Петроградская губернии были объявлены на военном положении. (Из истории гражданской войт в СССР. Т. 2. С. 315-316).

5 Центральное управление снабжения — орган РВС Республики.

6 Проект ответа на телеграмму Зиновьева готовил Рыков. Ленин ознакомился с проектом 15 мая 1919 г. и сделал дополнение, в котором критически оценил позицию Зиновьева, не принявшего решительных мер по выполнению решения Совета Обороны о запрещении мобилизации (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 7. С. 194).

7 Всероссийский главный штаб — один из центральных органов военного управления в 1918 — 1921 гг. Ведал формированием, устройством, обучением Красной Армии, разработкой всех вопросов, связанных с обороной.

8 Должность особых комиссаров на предприятиях стратегического значения была введена в годы гражданской войны для контроля за деятельностью администрации.

 

№ 52

И. И. Вацетис, С. И. Аралов — В. И, Ленину

15 мая 1919 г.

15 мая 1919 г.

Копия.

Гор. Серпухов.

Секретно.

Председателю Совета Обороны РСФСР1.

ИЗЛОЖЕНИЕ: В телеграммах 02769/2103, 2698/об Наштазап сообщается о распоряжениях по минированию и взрыву в г. Петрограде мостов: Литейного, Охтенского и Соединительного железнодорожного и порче разводных частей мостов: Николаевского, Дворцового и Троицкого.

В настоящее время уже минированы мосты: Самсониевский, Гренадерский, Строгоновский и Елагинский.

Кроме того предположено подготовить к взрыву в Петрограде и округе все хранилища запасов Военного и Морского Ведомств, а также заводы и мастерские, работающие на оборону или приспособленные для этой работы и все железно-дорожные сооружения.

Взрывы мостов внутри гор[ода] Петрограда — Литейного и Охтенского и деревянных: Самсониевского, Гренадерского, Строгановского и Елагинского — представляются с военной точки зрения нецелесообразными и могут вредно повлиять на развитие боевых действий армии.

Отступающие армии для поддержания их боеспособности должны быть направлены по возможности мимо города.

Армия после неудачных боев, отходя через большой город, теряет дисциплину, может быстро превратиться в толпу мародеров и сравнительно легко уничтожится противником.

Порча мостов внутри большого города для задержки противника едва ли надолго задержит последнего, но, несомненно, причинит бесцельные страдания городским жителям, вызовет панику и гибель многих мирных обывателей.

Восстановление мостов, проездных для публики, каковыми являются Петроградские, производится чрезвычайно быстро, и перерыв сообщения для противника не займет даже полных суток, вводя плавучие средства, которые совершенно невозможно уничтожить.

Разрушение Петроградского железнодорожного моста может принести пользу только тогда, когда взрыв будет произведен вовремя, при соблюдении этого условия отступающие части могут быть поставлены в критическое положение при переправе на правый берег р. Невы*.

Переброска по этому мосту подвижного состава и эвакуируемых материалов, а также и отступающих частей требует, чтобы мост действовал до перехода последнего красноармейца.

Этот мост следует минировать, но взрыв его необходимо отложить до тех пор, когда все надежды на активную борьбу рушатся.

Что касается взрыва почти всех значительных заводов и мастерских, то эта задача, невыполнимая физически, должна быть оставлена, как отвлекающая наиболее активный элемент армии от предстоящей борьбы; необходимо, чтобы обезвредить заводы только с...* и эвакуировать необходимейшие механизмы с таким расчетом, что после возвращения Петрограда было бы возможно быстро наладить производство заводов.

Разрушение Петрограда Советскими войсками, несомненно, отразится на настроении страны.

Наоборот, при возможности активных действий даже незначительная часть сохранившегося имущества может принести пользу, как в этом уже ныне убедились в районе Западного фронта.

Наиболее целесообразною мерою следует признать планомерную и усиленную эвакуацию ценного в военном отношении имущества2.

МНЕНИЕ: На основании изложенного полагал бы необходимым:

1) Дать указания Командзап о минировании одного Железнодорожного моста через р. Неву и железнодорожных мостов Финляндской жел[езной] дороги между Белоостровом и Петроградом, причем взрывы производить лишь по особому приказанию Командарма 73;

2) Минирование остальных Петроградских городских мостов заводов и сооружений отменить, как не отвечающее военным требованиям;

3) Принять все меры к безотлагательной и планомерной эвакуации из Петроградского района ценного в военном отношении имущества и вывозу с заводов станков и арматуры с целью обезвредить таковые на случай занятия противником.

ПРИЛОЖЕНИЕ: Две копии телеграмм и копия сношения № 156-сек. со сведениями. Карта 2 версты в дюйме.

Подписали:

Главнокомандующий Всеми Вооруженными Силами Республики

ВАЦЕТИС.

Военный Комиссар, Член Революционного Военного Совета Республики

АРАЛОВ.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 41. Л. 15-16. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 На бланке: «Главнокомандующий всеми Вооруженными силами Республики». На обратной стороне последнего листа — автограф Склянского: «Ск».

2 18 мая 1919 г. Ленин телеграфировал РВС Запфронта: « [...] Совет Обороны постановляет: общей эвакуации Петрограда и Петроградского района не объявлять и не производить. Немедленно создать специальную комиссию для руководства вывозом из Петрограда и Петроградского района необходимейшего имущества (Ленин В. И. Военная переписка. 1917-1920. М., 1943. С. 124-125).

3 Ремезов.

 

№ 53

Телеграмма Л. Д. Троцкого X. Г. Раковскому, Н. И. Подвойскому, В. А. Антонову-Овсеенко

28 мая 1919 г.

ПО ПРЯМОМУ ПРОВОДУ.

КИЕВ ПРЕДСОВНАРКОМ РАКОВСКОМУ, НАРКОМВОЕН ПОДВОЙСКОМУ, КОМФРОНТ АНТОНОВУ.

1. Пленных григорьевцев1 можно использовать на других фронтах только проведя их предварительно массами через трибуналы, которые, покарав зачинщиков, рядовую массу могут условно приговорить к расстрелу, дав двухмесячный срок для исправления, при этом следует условно наказанным нашивать какие-либо отличительные знаки.

2. Отведена ли в тыл бригада Богунского для чистки?

3. В каком состоянии находится патронный завод в Николаеве? Послан ли туда достаточно ответственный организатор, кто именно? Прошу помнить, что вопрос о патронах имеет для нас первостепенное значение.

4. Необходимо, на мой взгляд, сейчас же начать во всей украинской печати кампании против Махно с опубликованием Гуляй-Польских резолюций и всех действий Махно и его присных против советской власти2. В противном случае ликвидация Махновщины не будет понята.

5. Извлечение оружия из рук населения3 является сейчас очередной первостепенной задачей на Украине. На основании нашего опыта предоставляется возможным подойти к задаче с разных сторон: а) объявить июнь месяцем сдачи, сбора винтовок, пулеметов и вообще оружия. Начиная с І-го июля нахождение непредъявленной винтовки будет караться беспощадно, о чем должно быть везде объявлено; б) за предъявленную винтовку выдавать крупную денежную премию, также за указание непредъявленной винтовки у другого; в) нужны особые отряды по сбору винтовок, которые учиняли бы систематические облавы, выяснив предварительно путем агентуры, где григорьевцы скрывают винтовки; г) одновременно вести широкую агитацию в газетах, плакатах, на митингах.

28-го мая.

Предреввоенсовета ТРОЦКИЙ.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 19. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 См. примечание 3 к документу № 50.

2 В мае 1919 г. бригада Махно была разбита деникинскими войсками и бежала с фронта в район Гуляй-Поля. Махно выступил против Советской власти.

3 Повстанческие элементы отрядов Григорьева и Махно представляли собой вооруженных местных крестьян, которые в случае неудач «растворялись» в деревнях, а лидеры движения с небольшими отрядами уходили от преследователей с тем, чтобы объявившись в новом месте, быстро собрать армию.

 

№ 54

Телеграмма В. А. Антонова-Овсеенко К. Е. Ворошилову, В. И. Ленину, Л. Д. Троцкому, И. В. Сталину, X. Г. Раковскому

2 июня 1919 г.

Сов. Секретно.

Из Киева 2/6.

Харьков Ворошилову, Москва Ленину, Троцкому, Сталину, Раковскому1.

Я не знал, что телеграмма № 30 Ворошилова была послана не только по украинским адресам. Узнав, даю Вам вынужденный ответ. Ворошилов был командующим на определенном участке внутреннего фронта. Имел на нем вначале большие неудачи, поправленные удачами на других участках, где командовал не он, под Черкассами, Бобринской и, прежде всего, под Елисаветградом. Приписывать себе одному успех борьбы с Григорьевым он может лишь по большому недоразумению. Затем, донесения его штаба о разгроме Григорьева под Александрией оказались ложными. Преувеличены и его резкие суждения о нашей армии. Григорьевщина была экзаменом для нас, и экзамен армией выдержан, несмотря на ужасающие условия, в которых эта армия находится, полубосая, полураздетая, политически невоспитанная и еще далеко не оформленная. Из первой [и] второй дивизии ни один полк не присоединился к Григорьеву, в пятой к нему пристал лишь один эскадрон и один батальон, из частей второй армии к Григорьеву перешло всего несколько сот человек. Из дивизии Григорьева два полка остались с нами. Утверждения Ворошилова как в области его собственных успехов, так и в отношении поведения наших частей постыдно преувеличены2.

2 июня 1919 года 10 час. 45 мин.

Командукр Антонов.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 75. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Телеграмма была расшифрована в секретариате заместителя председателя РВСР и послана Ленину, Сталину и Раковскому 2 июня 1919 г.

2 Поскольку ответственность за обострение ситуации в Донбассе и соединение с войсками Деникина восставших казаков в Москве возлагали на Подвойского и Антонова-Овсеенко, амбиции Ворошилова усилились. В обширной телеграмме от 30 мая 1919 г. Ленин передал Троцкому несколько сообщений Межлаука и Мельничанского, предлагавших объединить 2-ую, 8-ую и 13-ую армии под общим командованием Ворошилова (The Trotsky papers. Vol. 1. P. 484-492). Однако в ответной телеграмме Ленину от 1 июня 1919 г. Троцкий выступил против этого плана «[...] Домогательства некоторых украинцев объединить вторую укрармию, тринадцатую и восьмую в руках Ворошилова совершенно несостоятельны, — телеграфировал Троцкий, — [...] Идея военной и продовольственной диктатуры есть результат Донецкой самостийности, направленной против Киева и Южфронта. Не сомневаюсь, что осуществление этого плана только усилило бы хаос и окончательно убило бы оперативное руководство [...)» В тот же день Ленин отправил две телеграммы на имя Межлаука и Ворошилова. «Надо во что бы то ни стало немедленно прекратить митингование, — писал Ленин, — перевести всю и всякую работу на военное положение, назначая обязательно отдельные лица, отвечающие за выполнение точно определенной работы. Дисциплина везде должна быть военная. Командарм 2 и Реввоенсовет 2 должны запрашивать обо всем свое прямое начальство, то есть Гиттиса, бросить всякое прожектерство об особых группах и тому подобных попытках прикрытым образом восстановить Украинский фронт. И обмундирования и оружия хватит как на Украине, так и у Гиттиса. Если устранить хаос, митингование и споры о первенстве, то достать все можно [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 332-333). В другой телеграмме, в частности, говорилось: «Политбюро ЦК собралось 1 июня и, вполне соглашаясь с Троцким, решительно отвергает план украинцев объединять 2, 8 и 13 армии, создавать особое донецкое единство. Мы требуем, чтобы Ворошилов и Межлаук выполняли свою непосредственную задачу — создать крепкую украинскую армию» (Там же. С. 333).

 

№ 55

Телеграмма X. Г. Раковского Л. Д. Троцкому, В. И. Ленину, ЦК РКП(б)

10 июня 1919 г.

СЕКРЕТНО

Из Киева, Совнаркома Украины.

Воронеж, по месту нахождения Предреввоенсовет Троцкому, копия Предсовнаркома тов. Ленину, копия ЦК партии Москва Кремль1.

Семенов приехал и принимает уже дела Антонова2. [В] отличие от принятых Политбюро директив 14-я армия будет подчиняться не непосредственно Вацетису, а штабу Западной армии3. Нам неизвестны мотивы этого перерешения. Политбюро Украины настаивает, если нет важных соображений, на соблюдении постановления РКП, но более существенным считаем, что [бы] в Реввоенсовет 14-й армии был назначен и один местный партийный работник по выбору Реввоенсовета Республики. При теперешней комбинации, когда и оба назначенные члены Реввоенсовета незнакомы с условиями местной жизни, 14 армия будет оторвана от политической работы. Члены Реввоенсовета Укрфронта Савицкий и ЦК Украинских Эсэров вручили мне протест, что Реввоенсовет Республики провел объединение до соглашения соответственных Центральных Исполнительных комитетов4. Я им отвечаю, что мера Реввоенсовета Республики имеет временный деловой характер до окончательного решения вопроса соответственными инстанциями.

10 июня 1919 г.

Раковский.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 31. Машинописный текст.

Примечания:

1 Телеграмма была расшифрована в секретариате заместителя председателя РВСР 22 июня 1919 г. В правом верхнем углу документа — надпись: «Стасовой».

2 Речь идет о событиях, связанных с упразднением Украинского фронта в соответствии с решением Политбюро ЦК РКП (б) от 1 июня 1919 г. о военно-экономическом союзе советских социалистических республик. На основании этого решения был принят декрет ВЦИК от 1 июня 1919 г. об объединении военных сил России, Украины, Латвии, Литвы и Белоруссии. В соответствии с этим декретом РВС РСФСР издал 4 июня 1919 г. соответствующий приказ. В период с 4 по 16 июня 1919 г. Украинский фронт был ликвидирован, и его войска перешли в подчинение РВС и Главного командования ВС РСФСР (Гражданская война на Украине. Т. 2. С. 110-111, 122, 148-149). 1-я и 3-я Украинские армии были объединены в 12-ю и командование ею принял Семенов.

3 14 армия была образована 4 июня 1919 г. на базе объединения бывшей 2-й армии Украинского фронта и прибывших частей пополнения. Командование армией было поручено Ворошилову. Членом РВС, помимо самого Ворошилова, назначен Межлаук. Армия поступала в распоряжение Южного фронта. (Там же. С. 122, 149).

4 См. документ № 56.

 

№ 56

Телеграмма X. Г. Ваковского В. И. Ленину, Л. Д. Троцкому

23 июня 1919 г.

Москва. [Из] Киева, Совнаркома 23/6.

Москва Кремль, Предсовнаркому Ленину. Острогожск и по нахождению Предреввоенсовет Троцкому. Военная, вне очереди, лит[ер] «А».

ЦИК Украины на заседании [в] субботу1 единогласно: коммунисты, украинские эсеры, левые эсеры2, меньшинстве левые, незалежники коммунистические3, бунд4 приняли резолюцию об упразднении Украинского фронта, заканчивающуюся следующим образом: «отныне Украинский фронт сливается с фронтом всех советских республик под одним общим командованием революционного совета Российской Социалистической Федеративной Советской Республики». 23 июня 1919. Предсовнаркома Украины Раковский.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 12. Л. 32. Незаверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Заседание ЦИК УССР с представителями Киевского совета профсоюзов и фабзавкомов по вопросу о ликвидации Украинского фронта и объединении его сил под единым командованием РВС РСФСР состоялось 21 июня 1919 г. Принятая резолюция начиналась словами: «Задача, возложенная [на] командование Особого фронта (Украинского фронта — Сост.) [по] освобождению территории Украины, ныне [в] основе своей [с] полным успехом выполнена». Далее в резолюции выражалась признательность командованию в лице Антонова-Овсеенко и его сотрудников (Гражданская война на Украине. Т. 2. С. 165).

2 Украинская партия левых эсеров была основана в сентябре 1918 г. в результате объединения украинских лево-эсеровских организаций.

3 Имеются в виду члены коммунистической партии Украины — сторонники независимости.

4 Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России, основан в Вильно в 1897 г.

 

№ 57

А. А. Иоффе — Л. Д. Троцкому, В. И. Ленину, Политбюро ЦК

30 июня 1919 г.

ПРЕДРЕВВОЕНСОВЕТ Л. Д. ТРОЦКОМУ.

Копии: В. И. ЛЕНИНУ, В ПОЛИТБЮРО ЦК РКП.

Дорогой Лев Давидович.

Вчерашний Ваш разговор с тов. Раковским, к которому я прибавил только несколько слов, оставил много неясностей.

По-видимому, все же Вы не отдаете себе ясного отчета в здешнем положении. Вы отвечаете, что наши предложения восстанавливают старый порядок, нарушая постановление ЦК. Ничего подобного. ЦК постановил, что в военном (и других) отношении Украина подчиняется России1. Это значит, что в дальнейшем положен предел прожектерству Подвойского и преступно-легкомысленному устремлению Укрправительства на Галицию2 и Румынию и что впредь Украинский Наркомвоен делает только то, что ему предписывает Москва. Это я приветствую. Но если округа непосредственно подчиняются фронтам, а Наркомвоен все же остается, то получается неразбериха. Кто проводит мобилизацию? Кто формирует тыловые части, которые пора, наконец, формировать? Кому, наконец, должны мы, политики, содействовать, ибо фронт от нас требует одного, а Наркомвоен другого? Нужно либо уничтожить Наркомвоен, назвавши просто для декорума одного из Окрвоенкомов Наркомвоен или же нужно, чтобы фронты и Реввоенсовет Республики давали свои приказы Наркомвоен, который за проведение их ответственен и относительно которого мы знаем, что он получил такое-то задание и мы должны помогать их осуществлять.

То же самое с армиями. 14 армия разбросала свои части так, что они перемешались с частями 12-ой. Семенов сообщает, что в районе Полтавы три власти: I) Совет Обороны Полтавы, 2) части 14-й армии, 3) части 12-й армии, и что для создания порядка нужно назначить одного Егорова командующим, подчинив ему все. Начштаба Костяев ему отвечает, что для этого он должен снестись с Южфронтом и с 14-й армией, а с первым два дня нет связи, между тем ведь время не терпит. Далее Ворошилов панически вопит, чтобы ему дать патронов3, мы напрягаем все силы и кое-что даем, третьего дня выясняем, что в Кременчуге 20 миллионов патронов, в то время как по заявлению Ворошилова Екатеринослав сдан ввиду их отсутствия. 14 армия должна снабжать Южфронт, а она с ним не связана. Мы, поэтому, и предлагаем подчинить ее 12-й армии. Правда, приказом по армии это вчера сделано, но мы еще предлагаем политическое прикрытие для Семенова. Ведь оттого, что созданы 12, 13 и 14 армии, еще не изменилось их партизанское настроение и, наоборот, скажу откровенно, назначив Ворошилова Командармом, а Пятакова с Бубновым в Реввоенсоветы, Вы повторили ошибку с Антоновым и затруднили возможность борьбы с партизанщиной. Семенов заявляет, что его не слушаются, и мы получаем телеграммы от его подчиненных: «генералам не подчинялся и подчиняться не буду». Мы получаем панические телеграммы, что под Харьковым все бывш[ие] офицеры перешли на сторону Деникина. Создается паника среди красноармейцев, которые распространяют уже какие-то деревянные патроны, заявляя, что так царские генералы заставляют их сражаться. Что тут сделать? В такой же ситуации мы в Смольном создавали военно-революционные комитеты, которые своим авторитетом прикрывали непопулярных военных4. Я сам, как помните, председательствовал в Октябрьском военно-революционном Комитете, и никаких конфликтов у нас не было, в военные дела мы не мешались, но только давали свою подпись и таким образом создавали атмосферу доверия вокруг военных. То же самое мы предложили теперь здесь. Я предлагал создать такое прикрытие из Совобороны, президиум которого теперь составлен из Раковского, Дзевалтовского и меня. Но Семенов убоялся громоздкости и просил кого-нибудь одного, тогда мы предложили Раковского. Подчеркиваю, что Семенов считает невозможной для себя работу без этого прикрытия. Далее, постоянно вспыхивающие восстания приводят к необходимости не только подавлять их, когда они уже есть, но следить за их нарождением. Семенов заявляет, что это армии не по силам. Мы, поэтому, предлагаем поручить это округам, а так как это дело политическое, то берем на себя обязанность содействовать округам в этой работе.

Наконец, мобилизация рабочих. Мы получаем приказ дать не менее 20 тысяч рабочих, причем в телеграмме лично на меня возлагается ответственность за проведение этого5. Я после почти драки добиваюсь, что все берутся за это дело. Сам еду в Одессу, 3 недели там работаю по 20 часов в сутки. Мобилизация в результате дает не 20 тыс[яч], а 30 тысяч, и кроме того мы посылаем все, что возможно; из Одесского Округа мне удалось выкачать не менее 35 тысяч. Вы сообщаете, что на Южфронт почти ничего не пришло. Я даже не понимаю в чем дело, ибо с каждым эшелоном мы из Одесского округа посылаем группу коммунистов с членами исполкома во главе, сами рабочие поставили заставы и ловили дезертиров. Если 14-я армия перехватила то, что шло из района ее расположения, то мы даже не знаем об этом, а она подчинена Южфронту. То же самое с автомобилями: Вы сообщаете, что пришли без магнето и вообще негодные, но Ваш приемщик принял здесь в полном порядке, о чем есть акт. Если по дороге раскрали, чем же мы виноваты ...

Конечно, дело не в том, кто виноват, а в том, как сделать лучше. Поэтому, мы и предлагаем:

I. Либо Наркомвоен уничтожить, чтобы мы знали, что никаких требований он нам предъявлять не может, а все задания мы будем получать от Запфронта.

Либо предписать, чтобы Запфронт и Южфронт давали свои задания Наркомвоену, а мы должны ему всячески содействовать. Я считаю, что второе лучше, ибо раз для декорума должен оставаться пост Наркомвоена, он все равно будет вмешиваться.

II. Раз назначен Дзевалтовский, то надо Подвойского совсем убрать, ибо последний, хотя и уехал в Одессу, не может не распоряжаться, и получается двоевластие.

III. Ввиду отрезанности от 14 армии, надо ее подчинить 12-й, временно хотя-бы.

IV. Нужно создать политическое прикрытие для Реввоенсовета 12, ибо в противном случае вся здешняя партизанщина не будет подчиняться Семенову.

Политическое прикрытие может быть создано либо признанием (формальным, конечно) Совета Обороны верховным органом также и в оперативном отношении, т. е. скрепление приказов Семенова подписями Совета Обороны, либо созданием Реввоенсовета 12 под председательством Раковского, т. е. скрепление приказов его подписью. Я полагаю, что лучше первое, ибо яснее, если Совет Обороны берет на себя такие функции и раз нас три, то уже я гарантировал бы, что мы вмешиваться не будем, а будем только давать свою подпись.

V. Нужно, наконец, чтобы мы также (хотя бы Совет Обороны) получали все задания центра и фронтов для того, чтобы имели возможность оказать свое содействие и воздействие. Напр[имер], если бы мы знали, что отправляемые эшелоны где то застревают, мы бы сами их сопровождали или придумали еще что-нибудь, но приняли бы меры.

VI. Наконец, надо Ворошилова немедленно убрать, заменив не партизаном.

VII. Я пишу только о чисто военных делах. Здесь настаивают, чтобы я ехал в Москву, но мне не хочется в такое горячее время уезжать, и я поэтому пишу Вам. Надеюсь, согласитесь, что предлагаемое в данной ситуации единственный выход.

Крепко жму руку.

А. Иоффе.

Киев 30/VІ [1]919 г.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 1032. Л. 3-4. Незаверенная машинописная копия.

Примечания:

1 См. примечание 2 к документу № 55.

2 Вопрос о продвижении войск Украинского фронта в Галицию и Буковину возникал в этот период, по крайней мере, дважды: 21-22 апреля 1919 г. в связи с событиями в Советской Венгрии (Гражданская война на Украине. Т. 2. С. 382; Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 385-386) и 18 апреля 1919 г. в связи с восстанием галицийских крестьян в районе Коломыи против польских и румынских властей (Гражданская война на Украине. Т. 2. С. 160). Уже в первом случае на запрос Вацетиса о том, в какой степени необходимо занятие Галиции и Буковины, Ленин ответил: «Продвижение в часть Галиции и Буковины необходимо для связи с Советской Венгрией. Эту задачу надо решить быстрее и прочнее, а за пределами этой задачи никакое занятие Галиции и Буковины не нужно [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 50. С. 385-386). Видимо, во втором случае инициатива помощи восставшим крестьянам исходила от украинского правительства.

3 Речь идет о телеграммах РВС 14-й армии в период с 24 по 30 июня 1919 г. с просьбой прислать патроны (Гражданская война на Украине. Т. 2. С. 180).

4 Речь идет о событиях Октября 1917 г., когда Иоффе был членом Петроградского ВРК.

5 Иоффе пишет о телеграмме Ленина, Троцкого, Крестинского и Сталина от 9 мая 1919 г. Каменеву, Иоффе и Раковскому с требованием мобилизовать в течение двух недель не менее 20 тыс. рабочих на Южный фронт (The Trotsky papers. Vol. 1. P. 408-410).

 

№ 58

И. И. Рейнгольд - ЦК РКП(б)

6 июля 1919 г.

 

В ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ РОССИЙСКОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ.

Докладная записка.

по вопросу о нашей «казачьей политике» на Дону.

Тяжелое положение нашего Южного Фронта1 является неизбежным последствием той близорукой политики, которая проводилась на Дону по отношению к казачеству.

Надо прежде всего отметить, что наша казачья политика с октябрьских дней вообще отличалась отсутствием устойчивости и последовательности. Сперва мы заигрывали с казачеством, давали ему автономию и выборную Советскую Власть, согласились даже на Донскую Республику2, создавали Войсковой казачий походный круг, издали декрет о льготах казачества. Потом, в связи с успешным продвижением Красной Армии к Ростову и Новочеркасску, у нас закружилась от успехов голова и, почувствовав себя победителями, мы бросили вызов казакам, начав массовое их физическое истребление. Это называлось расказачиванием; этим мы надеялись оздоровить Дон, сделать его если не Советским, то покорным и послушным Советской Власти. И это в то время, когда Дон был далеко еще не в наших руках, когда ни у одного Советского органа на Дону еще не было реальных сил, не было гарнизонов достаточно сильных, чтобы чувствовать себя в состоянии справиться с казаками и подавить то массовое брожение и жестокое сопротивление, которое неизбежно должны были оказать свободолюбивые казаки при подобном расказачивании3.

Бесспорно, принципиальный наш взгляд на казаков, как на элемент, чуждый коммунизму и Советской идее, правилен.

Казаков, по крайней мере, огромную их часть, надо будет рано или поздно истребить, просто уничтожить физически, но тут нужен огромный такт, величайшая осторожность и всяческое заигрывание с казачеством; ни на минуту нельзя упускать из виду того обстоятельства, что мы имеем дело с воинственным народом, у которого каждая станица — вооруженный лагерь, каждый хутор — крепость. И политика массового их истребления без всякого разбора приведет к тому, что мы с Доном никогда не справимся, а, если и справимся, то после долгой кровавой и упорной борьбы. Опыт Вешенского восстания показал, что казаки чрезвычайно чутки к проводимой по отношению к ним политике, и, раз загоревшись, пожар восстания, быстро охватывает десятки тысяч казаков. Между прочим, ничто не содействовало так успеху восстания, как попавшие к ним, благодаря возмутительной расхлябанности местных Советских органов, тезисы и директивы Цека партии по вопросу об отношении к казакам4. Эти тезисы в руках казачьих офицеров послужили прекраснейшим материалом для агитации против Советской Власти, как явно стремящейся к уничтожению казачества. Отсюда сила и отчаянное упорство восставших, которых мы не победили и которые достигли своей цели — соединиться с наступавшей казачьей армией. И это сделали те самые Вешенцы, которые первые открыли путь Советской Власти, первые перешли на нашу сторону. Ясно, что мы сами их отодвинули от себя и бросили в Деникинские объятья. И этого в будущем мы должны избежать.

Центральный Комитет и наша партия в национальном вопросе и устроении малых народностей всегда проявляли величайшую осторожность и чуткость. Иногда даже чрезмерную. Мы создали ряд национальных республик, исходя из соображений как международного характера, так и внутреннего — скорейшего изживания в рамках Советской организации всяческих национальных предрассудков и заблуждений. Но по отношению к казачеству мы почему-то не выдержали эту линию до конца, хотя именно здесь, в быте казаков и в их историческом прошлом, заложены начала независимости, обособленности, своей самостоятельной государственной жизни. И с этими бытовыми и иными предрассудками, с их кастовой обособленностью нельзя бороться и побеждать только мерами истребления. Необходимо наметить целую систему мероприятий, которые обезопасили бы нас от вооруженных восстаний, попыток контрреволюционного сброда возмущать казачество, но в то же время позволили бы разрушить весь старый казачий быт руками самих же казаков. О казачьей бедноте говорить не приходится, так как казачество почти сплошь зажиточно и состоит из кулаков и середняков. Середняки — это население северных казачьих округов, которые отличаются большим сочувствием Советской власти и которых при осторожной политике несомненно можно если не привлечь на сторону Советской власти, то, по крайней мере, нейтрализовать. Зажиточные же кулацкие элементы заселяют южные округа и ярко контрреволюционны. Северные казаки имеют сравнительно небольшие наделы в то время, как наделы южных казаков очень велики. Поэтому на почве соответствующей аграрной политики можно внести разложение в среду Донского казачества, разделив его на два враждующих лагеря.

Во-вторых, очень многого можно добиться агитацией и просветительной работой, в особенности — среди молодого казачества, которое настроено гораздо лучше по отношению к Советской власти, чем старики, являющиеся наиболее косным и контрреволюционным элементом.

Наконец, необходимо своевременно от имени Совнаркома или Цека выпустить обращение к казачеству5, подтвердив в нем прежние декреты об автономии Дона или даже о его независимости, и, своевременно, при ближайшем вступлении в Донобласть, образовать Донское Советское Правительство из так называемых «Советских казаков» и выходцев с Дона. Значение такого акта будет огромно, ибо он выбьет всякую почву из под ног всех недовольных чуждыми казачеству пришельцами, каковыми фактически являлись ревкомы. Огромная ошибка была сделана, что в течение шести месяцев господства на Дону существовавшие ревкомы не дали казакам правильной Советской власти. От этого мы выиграли бы больше, чем проиграли бы.

Только под вывеской Советского Донского Правительства мы должны проводить на Дону красный террор против казачьей контрреволюции, действуя и оружием, и словом, и аграрно-переселенческой политикой. Комбинируя все эти элементы, мы гораздо быстрее и притом при значительно меньших жертвах добьемся «советизации» Дона.

6/VІІ 19 г.

Член Донревкома И. Рейнгольд.

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 106. Л. 7. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 В мае 1919 г. войска Деникина перешли в наступление и вынудили войска Южного фронта оставить Донскую область, Донбасс, Харьков, Белгород, Балашов и Царицын. Армию Деникина удалось остановить только в начале августа.

2 Донская советская республика была провозглашена в марте 1918 г.

3 К весне 1919 г. Красная армия заняла 3/4 Донской области. Тогда началась политика массового «расказачивания» и применения репрессий ко всем участвовавшим в антисоветских выступлениях. 11 марта в станице Вешенская вспыхнуло восстание. В мае белоказачья конница генерала Секретева прорвала фронт советской 9-й армии и в июне соединилась с восставшими.

4 24 января 1919 г. Оргбюро утвердило Циркулярное письмо ЦК об отношении к казакам, в котором, в частности, ставилась задача «провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно; провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью» (Известия ЦК КПСС. 1989. № 6. С. 177-178).

5 14 августа 1919 г. было опубликовано совместное воззвание ВЦИК и СНК к трудовому казачеству и 30 сентября 1919 г. тезисы ЦК РКП(б) о работе на Дону.

 

№ 59

Г. Л. Пятаков — И. В. Сталину

13 октября 1919 г.

Его Высокопревосходительству

Члену РВС ЮЖ т. И. Джугашвили-Сталину,

с[танция] Новая. 1919, 13 октября1.

Ваше Высокопревосходительство!

Осмеливаюсь всепокорнейше, почтительнейше и настоятельнейше просить Вас отдать нам Серго. Пара дней совместной работы еще более утвердила меня во мнении, что Серго должен быть в 13-й армии.

Егорка Пятаков.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 7. Д. 52. Л. 10. Автограф под копирку.

Примечания:

1 Записка была отправлена со станции Новая Южной железной дороги в РВС Южного фронта (Серпухов), текст ее написан в полевой книжке Орджоникидзе.

 

№ 60

Л. П. Серебряков, И. В. Сталин — Политбюро ЦК РКП(б)

12 ноября 1919 г.

В Политбюро ЦК РКП.

Заявление

Ввиду совершенно ненормальных отношений, сложившихся между ставкой (малый ревсовет респ[ублики]) и южфронтом, проявляющихся подчас, с одной стороны, в прямой ненависти Главкома1 и Гусева к Командюжу2, с другой, в полном равнодушии к нуждам южфронта3, считаем своим долгом заявить о необходимости либо сменить весь состав ревсоветюжа, либо сменить ставку или, если последнее считается несвоевременным, сменить Гусева, который по нашим сведениям является главным застрельщиком против южфронта.

Члены ЦК и Реввоенсовюжа

Л. Серебряков.

Сталин4.

Ноября 12 дня 1919 г.

г. Серпухов.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5450. Л. 2. Машинописный текст. Подписи — автографы.

Примечания:

1 Ставка Главнокомандующего всеми вооруженными силами республики. Главком С. С. Каменев.

2 А. И. Егоров.

3 Начавшееся 11 октября 1919 г. наступление войск Южного фронта в начале ноября 1919 г. было приостановлено под натиском белых армий. 12 ноября 1919 г., помимо приведенной здесь, члены РВС Южного фронта Сталин, Егоров и Серебряков направили Главкому еще одну телеграмму, в которой, объясняя отход частей 8-й армии и неуспех конного корпуса Буденного под Воронежем недостатком воинских формирований, требовали передачи Южному фронту двух дивизий (Из Истории Гражданской войны в СССР. Т. 2. С. 555-556).

4 В дополнение к этому заявлению Сталин послал собственную телеграмму с угрозой отставки. 14 ноября 1919 г. вопрос рассматривался на заседании Политбюро. В принятом постановлении говорилось: «[...]. а) Поручить т. Ленину послать т. Смилге шифрованную телеграмму с запросом по поводу одного возможного, по мнению Политбюро, перемещения, б) Поручить т. Троцкому передать Главкому Каменеву от имени правительства политико-экономическую директиву о необходимости взятия Курска и продвижения на Харьков и Донбасс и о соответствующем этой директиве распределении между южным и юговосточным фронтом подкреплений, снимаемых с восточного и туркестанского фронта [...] Предложить Владимиру Ильичу лично переговорить с Главкомом по содержанию этой директивы, в) Сообщить тов. Сталину, что Политбюро считает абсолютно недопустимым подкреплять свои деловые требования ультиматумами и заявлениями об отставках» (Известия ЦК КПСС. 1990. Ms 5. С. 161, 163).

 

№ 61

А. А. Иоффе - ЦК РКП(б), В. И. Ленину

15 декабря 1919 г.

Секретно.

В ЦК РКП.

копия В.И. Ленину.

Уважаемые товарищи,

По неписанной нашей конституции все выборы в центральные советские и партийные учреждения производятся по спискам, фактически составляемым ЦК РКП.

За последний год (приблизительно со смерти Я. М. Свердлова) ни в одном из таких списков я не фигурирую. Когда мое имя на 8-ом съезде партии не было выставлено в списке ЦК, после того как я с момента создания РКП неизменно избирался во все ЦК — то в широких партийных кругах пошли слухи (многие товарищи мне лично об этом говорили), что ЦК недоволен моей берлинской работой1, и поэтому не выставил меня в своем списке. Отдельные же члены ЦК в разговорах объясняли это просто забывчивостью ввиду моего отсутствия на Съезде, каковое отсутствие само явилось результатом запрещения мне ЦК выезда из Вильны.

В опубликованном ныне списке ВЦИК нового созыва моего имени опять нет, несмотря на то, что я состоял членом всех ВЦИК, начиная со времен Керенского. Объяснения забывчивостью в данном случае быть не может, ибо я был делегатом Съезда Советов, единогласно выбранным Петросоветом. Не может быть это также объяснено решением создать новый ВЦИК из представителей с мест, преимущественно рабочих и крестьян, ибо, во-первых, из Петроградских делегатов переизбраны почти все члены прошлого ВЦИК, а, во-вторых, из Московских товарищей переизбранными значатся многие, по меньшей мере столько же, сколько и я принадлежащие к рабочему классу и во всяком случае имеющие гораздо меньшее отношение к провинции, как за все время из Москвы не выезжавшие.

Если к этому прибавить, что, посылая меня в Петроград для организации рабоче-социалистической инспекции, Оргбюро ЦК, по-видимому, очень не желало назначить меня даже на такой незначительный пост, как члена Коллегии Наркомгоскона2, что было необходимо из чисто практических соображений, а затем уже, наконец, назначив, не провело этого через Совнарком, так что формально я и ко дню своего отъезда в Юрьев членом Коллегии не был — если принять все это во внимание, то создается впечатление уже не случайности, но предумышленности такого ко мне отношения.

Иного объяснения этому отношению, нежели недовольством ЦК последнего созыва моей работой в целом или в известных отношениях - придумать совершенно невозможно.

С другой стороны, во все время революции с момента своего возвращения из Сибири, совершая чрезвычайно ответственную и (смею утверждать) наиболее тяжелую работу, я не могу продолжать ее, не имея уверенности, что верховный орган нашей партии, а вместе с тем и нашей власти, ею вполне, безусловно и целиком удовлетворен.

Предположение, что самый факт постоянного поручения мне максимально ответственной работы исключает возможность недовольства ею, несомненно отпадает, ибо со времен своего пребывания в ЦК я прекрасно помню, как часто последний, относясь весьма отрицательно к деятельности отдельных товарищей (фамилий мне не хочется называть), тем не менее, оставлял их на той же работе и оставляет по сей день.

Я позволяю себе утверждать, что послебрестский период нашей политики в значительной степени осуществлялся мною и что теперь, работая больше года в области рабоче-социалистической инспекции, я и в статьях, и в речах, и на практике точно также проделал и совершаю большую самостоятельную работу. Так что в интересах плодотворного выполнения мною моих обязанностей в будущем мне субъективно необходима уверенность в полном удовлетворении ЦК моей работой в прошлом и настоящем.

Этой уверенности у меня в данное время нет и, наоборот, имеются серьезно обоснованные впечатления как раз обратного.

Работая почти 20 лет в рядах нашей партии и почти 10 из них в центральных учреждениях ее, я считаю себя вправе самым решительным образом требовать от ЦК, и, прежде всего, от признанного руководителя всей нашей работы Владимира Ильича, прямого ответа, чем именно объясняется вышеизложенное отношение ко мне и действительно ли ЦК недоволен моей работой, а если да, то чем именно.

Считаю нужным добавить, что отписка вроде ответа, что мол, членов Коллегий решено было в[о] ВЦИК не избирать, не может быть прямым ответом на мой вопрос, имеющий для меня и для всей моей будущей работы чрезвычайную важность3.

С коммунистическим приветом А. Иоффе

P. S. Этот вопрос в настоящих условиях приобретает также актуальное и весьма конкретное значение, ибо, выданный мне мандат на ведение мирных переговоров4 и подписание перемирия и мира, выписан на имя «члена ВЦИК». Если я, в действительности, таковым больше не состою, то мандат теряет свою силу, что не может быть неизвестно эстонцам и другим нашим противникам, точно также читающим наши газеты. В этом случае я принужден буду просить о своем отозвании и замене меня другим товарищем.

15/ХИ. 1919 г.

Юрьев

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 205. Л. 2-3. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 С апреля 1918 г. Иоффе был советским полпредом в Германии и, как он писал в автобиографии, принимал деятельное участие в подготовке германской революции. За три дня до восстания (6 ноября1918 г.) был выслан из Германии вместе с посольством (Деятели СССР и революционного движения в России. Энциклопедический словарь ГРАНАТ. М., 1989. С. 423).

2 Наркомат государственного контроля.

3 20 декабря 1920 г. вопрос рассматривался в Политбюро. В принятом решении говорилось: «Поручить т. Крестинскому написать т. Иоффе письмо, в котором объяснить способ составления нового ЦИК и указать, что он по- прежнему пользуется полным политическим доверием ЦК» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 49. Л. 1).

4 В декабре 1918 г. Иоффе был назначен председателем советской делегации на мирных переговорах с Эстонией, Литвой, Латвией и Польшей, ввиду чего и выехал в Юрьев.

 


 

 

№ 62

Телеграмма Л. Д. Троцкого И. В. Сталину

9 января 1920 г.

Принята 9/1-20 г.

РЕВВОЕНСОВЕТ ЮЖ[НОГО ФРОНТА] СТАЛИНУ.

По прямому проводу, сейчас же передать лично Сталину.

Получена обширная телеграмма Махно, мотивирующая его отказ подчиниться командованию и вступить на польский фронт1.

Первое. Сообщите, что Вам известно об армии Махно, ее боевом составе в отношении огнеприпасов и источников их пополнения.

Второе. Полагаете ли Вы возможным немедленно приступить к окружению и полной военной ликвидации Махно.

Третье. Во всяком случае думаю, необходимо немедленно открыть самую широкую кампанию, клеймящ[ую] Махно за отказ выполнить приказ и оборонять правобережную Украину от польских панов как простого грабителя и дезертира.

Четвертое. Одновременно, вероятно, возможно разоружить его артбазу, направив туда под видом анархистов совершенно надежную публику. Т[ак] к[ак] меры охранения у махновцев почти совершенно не принимаются, то уничтожить его запасы патронов, вероятно, возможно.

9 января 1920 г.

ТРОЦКИЙ.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5458. Л. 3 об. Рукописный текст.

Примечания:

1. См. документ № 63.

 

№ 63

Телеграмма И. В. Сталина Л. Д. Троцкому

[9 января 1920 г.]

Москва — Кремль Троцкому. Передать лично.

Первое. Конкорпус Махно состоит по непроверенным сведениям не более как из тысячи сабель и двух тысяч пехоты1. Второе, окружение Махно, начатое несколько дней назад, закончится девятого. Приказ о выступлении против поляков2 был дан намеренно для того, чтобы получить лишний материал против Махно для разложения его сподвижников, среди которых царят разногласия. Ваш совет о широкой камлании исполняется реввоенсоветами и ревкомом Украины3.

Сталин.

РЦХИДНИ; Ф. 558. On. 1. Д. 5458. Л. 3. Автограф.

Примечания:

1 10 января 1920 г. в дополнительной телеграмме Троцкому Сталин уточнил данные о численности отрядов Махно: «[...] Во всех отрядах Махно в Херсонщине, Екатеринославщине, Полтавщине насчитывается около двадцати тысяч штыков — сабель, из них две трети бывшие красноармейцы, попавшие к Махно в тяжелые минуты Красной Армии, а теперь тяготеющие к нам, остальная треть — более или менее верные [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5458. Л. 5-8).

2 8 января 1920 г. в соответствии с приказом РВС Южного фронта командование 14-й армии отдало приказ, в котором, в частности, говорилось: «Добрармия разбита, части ее бегут от карающей руки Красной Армии. Доблестные части 14-й и соседних Красных армий подходят к морю [...] В то же время поляки [в] районе Мозыря и Коростеня, сконцентрировав силы, подталкиваемые Антантой, теснят части Красной Армии [и] достигли временного успеха. Дабы положить конец дальнейшему продвижению поляков и нанести им решительный удар, согласно полученным указаниям центра, РВС 14 армии приказывает начальнику всех вооруженных отрядов Махно немедленно, по получении сего приказа, выступить по маршруту Александрия-Черкассы-Борисполь-Бровары-Чернигов-Гомель, где, сосредоточившись, поступить в распоряжение РВС 12-й армии [...]» (Гражданская война на Украине. Т. 2. С. 635). Махно и его командиры отказались выполнять этот приказ, о чем и телеграфировали Троцкому (см. документ № 62).

3 9 января 1920 г. ВРК Украины принял и опубликовал постановление об объявлении Махно и его отрядов вне закона. «[...] Военное командование [...] предложило махновцам выступить против поляков и тем поддержать Красную Армию и освободить наши села и города от ига польских помещиков, а рабочих — от рабства капиталистов. Но Махно не подчинился воле Красной Армии, отказался выступить против поляков, объявив войну нашей освободительнице — рабоче-крестьянской Красной Армии. Таким образом, Махно и его группа продали украинский народ польским панам, подобно Григорьеву, Петлюре и другим предателям украинского народа. Поэтому Всеукраинский Революционный Комитет постановляет: 1. Махно со своей группой объявляется вне закона как дезертиры и предатели. 2. Все поддерживающие и укрывающие этих изменников украинского народа будут беспощадно истреблены [...]» (Гражданская война на Украине. Т. 2. С. 636-637).

 

№ 64

С. М. Буденный — В. И. Ленину

1 февраля 1920 г.

Станица Багаевская Р[остов] Дон.

1 февраля 1920 года.

Глубокоуважаемый Вождь Владимир Ильич!

Простите мне зато что обращаюс к Вам с этим письмом. Я очен хочу лично Вас видит и приклонится перед Вами как Великим Вождем всех бедных Крестьян и Рабочих. Но дела фронта1 и банды Деникина мешают мне зделат это. Я должен сообщит Вам тов. Ленин что конная армия переживает тяжелое время еще некогда так мою конницу не били, как побили тепер белые, а побили ее потому что командующий фронтом поставил конную Армию втакия условия что она могла погибнут совсем. Мне стыдно Вам об этом говорит, но я люблю конную Армию но еще больше люблю Революцию а конница еще очен нужна Революции. Командующий фронтом тов. Шорин вначале поставил конницу в болото Дона и заставил форсироват р[еку] Дон противник этим воспользовался и чут было не унечтожил всей коннице а когда я Реввоен Совет2 потребовали чтобы изменит направление конной армии тов. Шорин лешил вверенною мне армию пехоты он передал две пехотных дивизии 8-й армии, а конная армия была брошена одна на противника и вторично была силно помята. За все мое командование подобных печалных явлений не было. А как только Шорин получил право распоряжатся вверенной мне армию так и полелис несчастя. Еще 26-го октября 1919 года когда я был в подчинении в тов. Шорина3 он мне дал задачу которая была вредна нам и полезна противнику тогда я по телеграфу ему об этом сказал и он наверно обидился и за помнил а тепер все это отражается на общем нашем Революционном деле. А также и сейчас получил задачу но сегодня разбит противника и продвинутся вперед на 60 верст а соседние армии стоят согласно приказа на месте и тем самым дают возможност противнику снимат свои части с фронта и брасат их против конной армии. Это явное прыступления. Прошу обратит Ваше внимание на это и защетит красною конною Армию и другие армии понапрасно гибнущие от такого приступного командования.

Крепко жму Вашу руку

С тов. приветом

Командарм 1 конной Буденный*

РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 12767. Л. 1-2. Автограф.

Примечания:

1 Речь идет о Кавказском фронте, образованном постановлением РВС Республики от 16 января 1920 г. на базе Юго-Восточного фронта. Задачей фронта было завершение ликвидации северо-кавказской группировки войск Деникина. Штаб Кавказского фронта находился последовательно в Миллерово и Ростове-на-Дону. Командующим фронта с 16 по 23 января 1920 г. был Шорин. С 24 января по 3 февраля должность командующего временно исполнял бывший начальник штаба Афанасьев. 4 февраля 1919 г. командующим стал Тухачевский. Все эти перемещения были результатом борьбы группировок внутри командования Кавказского и Юго-Западного фронтов. Действия 1-й Конной армии вызвали критику Шорина, члена РВС Кавказского фронта В. Трифонова и командующего 8-й армией Сокольникова. Буденный и член РВС 1-й Конной армии Ворошилов апеллировали к члену РВС Юго-Западного фронта Сталину, который их поддержал. Этим противостоянием в значительной степени объяснялся перевод Шорина на должность помощника Главкома. В период «междувластия», когда фронтом временно командовал бывший заместитель Шорина Афанасьев, руководство 1-й Конной армии решило укрепить «завоеванные позиции». 2 февраля 1920 г. Ворошилов, Буденный и Щаденко направили Троцкому, Ленину, Сталину и Калинину телеграмму — доклад, в котором квалифицировали действия Шорина, Трифонова и Сокольникова как «партизанский налет» «на молодую, но безусловно еще крайне нужную советской Республике конармию». «Конармия, — писали они, — еще может сослужить незаменимую службу делу коммунистической революции, и уже по одному этому она заслуживает себе товарищеского и бережного отношения со стороны лиц и учреждений выше стоящих. Реввоенсовет конармии, учитывая тяжесть ответственности, на нем лежащей, считает своим долгом довести до сведения Реввоенсовета Республики, что при создавшемся положении его работа немыслима и бесплодна, а посему просим освободить нас от обязанностей членов Реввоенсовета конармии, назначив заместителей. О последующих распоряжениях просим поставить нас в известность [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2435. Л. 4-5). 3 февраля вместе с назначением Тухачевского комфронтом в состав РВС фронта был введен близкий к Сталину Орджоникидзе.

2 Имеется в виду РВС 1-й Конной армии.

3 В октябре 1919 г. 1-ая Конная армия находилась в составе Юго-Восточного фронта, командующим которым был тот же Шорин. В это время войска фронта вели бои на реке Хопер, в районе станиц Усть-Медведицкая, Иловлинская и г. Камышина.

 

№ 65

Телеграмма Я. X. Петерса, Ю. В. Ломоносова В. И. Ленину, Л. Д. Троцкому, Л. Б. Красину, ЦК РКП(б)

12 февраля 1920 г.

ИЗ РОСТОВА, ЗАПИСКА.

12/11-1920 г. 8 час. 45 мин.

Шифр

МОСКВА ЛЕНИНУ, ТРОЦКОМУ, ЦК РКП И КРАСИНУ1.

Необходимо немедленно положить конец конфликту между восьмой и конной армиями, грозящему вооруженными столкновениями. Армия Буденнова разлагается с каждым днем: установлены грабежи, пьянство, пребывание в штабе подозрительных женщин, по слухам были случаи убийства наиболее сознательных товарищей. Буденный перестает считаться с кем-либо. Бесчинства, творимые им на жел[езной] дор[оге] совершенно невероятны: непрерывные захваты топлива, паровозов, вагонов экстренных поездов, расхищение трофейного имущества. За каждой частью следует хвост вагонов наполненных женщинами и награбленным имуществом. По заявлению тов. Миронова число таких вагонов около 120 на дивизии.

ПЕТЕРС. ЛОМОНОСОВ.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2435. Л. 6. Машинописный текст.

Примечания:

1 В верхней части телеграммы — пометка: «Копия послана Склянскому».

 

№ 66

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе В. И. Ленину

17 февраля 1920 г.

1920 года, 17 февраля, 20 ч[асов]. Ст[анция] Миллерово. Только вчера мы приехали в Миллерово, пробыв в пути 9 суток. Буденный приказ о переброске своих частей из района Ростова в район Великокняжеской выполнил беспрекословно. Наступая же, немного отклонился вправо от указанной линии наступления, что объяснял он необходимостью достать [фураж]. Мы с Тухачевским считаем, что крики о разложении в смысле потери боеспособности неосновательны1. Пьянство и грабежи у них старое явление. Ночью едем со Смилгой на фронт и по приезде сообщим подробно. Противник за месяц нашей бездеятельности сильно усилился. В данный момент идет наступление наших армий. На правом фланге (участок 8-ой и 9-ой армий) — неудачно, главное направление участок 10-ой [армии] Буденного — удовлетворительно. Завтра, послезавтра решающие дни. 8-я и 9-я [армии] сильно потрепаны, отчасти неумелым руководством командармов, отчасти [из-за] допущенных организационных ошибок Шорина, не принявшего достаточно энергичных мер для своевременного пополнения дивизии. Оба командарма будут заменены2. Объявлена мобилизация на участке Кав[казского] фронта. Думенко с корпуса будет снят3. Слабость общего командования объясняется бывшей оторванностью штаба фронта от армии, надеюсь, теперь этого не будет.

Орджоникидзе4.

РЦХИДНИ; Ф. 85. Оп. 8. Д. 3. Л. 1-3. Автограф.

Примечания:

1 Эта телеграмма была ответом на телеграмму Ленина Смилге и Орджоникидзе от 17 февраля 1920 г., в которой выражалась обеспокоенность состоянием войск Кавказского фронта, «полным разложением Буденного», «слабостью общего командования, распрей между армиями» (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 134).

2 Речь идет о командарме 8 Сокольникове и временно исполнявшем должность командарма 9 Душкевиче. Душкевич 1 марта 1920 г. был заменен Уборевичем. 8-ая армия в марте 1920 г. была расформирована, ее войска были переданы 9-й и 10-й армиям.

3 В феврале 1920 г. Думенко по ложному обвинению в убийстве военкома корпуса Микеладзе (по аналогии с обвинениями против Миронова), был арестован и приговорен к расстрелу. В одной из телеграмм Сталину Орджоникидзе сообщал: «Думенко и его штаб арестован. Смилга думает устроить мироновскую комедию. Обвинение: убийство комиссара корпуса, бандитизм, подготовка мятежа!»

(РЦДИДНИ. Ф. 85. Оп. 8. Д. 4. Л. 1). 11 мая 1920 г. Думенко был расстрелян.

4 В конце телеграммы — пометка: «Расшифрована в секретариате Зампредреввоенсовета Республики 19 февраля 1920 г. в 2 часа 30 мин.»

 

№ 67

Телеграмма Я. Г. Долецкого, И. С. Уншлихта В. И. Ленину

15 марта 1920 г.

С. Секретно.

Принята 15/111 1920 г. 5.50.

Москва Кремль, ЛЕНИНУ, копия НАЧРЕГИСТРУПР1.

Смоленск, 14 марта 1920 г. Сообщаю официальное мнение Цека Компартии Польши с начала февраля относительно мирных переговоров: «Польша мира не заключит2. Пилсудский обманывает всех. Высшие буржуазные польские сферы вместе с Антантой, вопреки требованиям социал-патриотов, готовятся к мартовскому или апрельскому наступлению3. Перерыв в январе жел[езно]дорожного движения на две недели, несмотря на объявленную причину — экономию топлива, фактически был использован на переброску из Франции технических частей, автомобилей, орудий, снарядов и военного имущества».

Член Пол[ьского] бюро при ЦК РКП Долецкий.

Член Реввоенсоветзап Уншлихт.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2528. Л. 28. Незаверенная машинописная копия.

Примечания:

1 В конце телеграммы — пометка: «Расшифрована в секретариате Зампредреввоенсовета Республики 15-го марта 1920 г. Э. С[клянский]».

2 В начале марта 1920 г. польское правительство провело ряд переговоров о совместных действиях против Советской России с представителями белого движения и Финляндии. 5 марта 1920 г. польские войска заняли Мозырь, Клинковичи и Рогачев. НКИД РСФСР заявил ноту протеста, а украинское правительство вновь предложило Польше мирные переговоры. О возможности последних и идет речь в телеграмме (Документы и материалы по истории советско-польских отношений. М., 1965. Т. 3. С. 562-563).

3 Руководство РСФСР знало о готовящемся наступлении и делало ответные шаги. 11 марта 1920 г. Ленин телеграфировал Уншлихту: «Поляки, видимо, воевать будут. Мы все возможное делаем для усиления обороны. Надо также усилить чрезвычайно агитацию на польском языке [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 158). Сомнения Ленина и других руководителей партии в исходе мирных переговоров послужили основанием для ответной телеграммы Ленину Уншлихта и Долецкого. Наступление польских войск в направлении Киева началось 25 апреля 1920 г.

 

№ 68

Телеграмма Л. Д. Троцкого И. В. Сталину

21 марта [1920 г.]

Харьков, Сталину по прямому проводу1,

Я посылаю Тухачевскому следующий запрос:

После овладения вами Новороссийском и Грозным2 предполагается взять у вас 3 стр[елковые] дивизии и 3 кавалерийские3. Пополнения могут быть вам даны только с открытием навигации. Прошу ответить, считаете ли возможным при таких условиях немедленно вести операцию для овладения и удерживания Баку? Примите во внимание возможности поддержки Азербайджана Грузией4.

20 марта.

К этому прибавляю: Желательно заключить сделку с Грузией, обещав ей полную неприкосновенность и нефть. Считаю возможным снять с Кавфронта для Зап[адного] фронта не 6 дивизий, а 4.

Сообщите ваши соображения.

Москва, 21 марта.

Пред[седатель] Реввоенсовета Троцкий.

Ответ на эту депешу прошу дать в течение ночи, во всяком случае не позднее 11 часов 22 марта.

Уполномоченный М. Грушин

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5481. Л. 4-7. Подлинник, телеграфный бланк.

Примечания:

1 По инициативе Ленина в феврале 1920 г. на Сталина был возложен контроль за переброской подкреплений на Кавказский фронт (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 335).

2 Приказ о наступлении на Грозный был отдан командованием Кавказского фронта 12 марта 1920 г. (Директивы командования фронтов Красной Армии. Т. 2. С. 499). 23 марта 1920 г. Орджоникидзе сообщал Сталину: «[...] Кубань форсирована. В Грозненском направлении взята Прохладная, через два дня преподнесем Грозный и Моздок [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5482. Л. 2).

Задержка в захвате Грозного вызвала 28 марта 1920 г. гневную телеграмму Ленина членам РВС фронта Смилге и Орджоникидзе: «Нам до зарезу нужна нефть, обдумайте манифест населению, что мы перережем всех, если сожгут и испортят нефть и нефтяные промыслы и, наоборот, даруем жизнь всем, если Майкоп и особенно Грозный передадут в целости [...]» (Там же. Ф. 85. Оп. 6/С. Д. 15. Л. 5; The Trotsky papers. Vol. 2. P. 80). Грозный был взят войсками Красной Армии в конце марта — начале апреля 1920 г.

4 Речь идет о переброске нескольких частей на Западный фронт против Польши.

5 В это время готовилась операция по советизации Азербайджана и Грузии силами Кавказского фронта. Первым шагом намечался захват Бакинских нефтяных промыслов. 17 марта 1920 г. Ленин телеграфировал Орджоникидзе: «Взять Баку нам крайне, крайне необходимо. Все усилия направьте на это, причем обязательно в заявлениях быть сугубо дипломатичными и удостовериться максимально в подготовке твердой местной Советской власти. То же относится к Грузии, хотя к ней относиться советую еще более осторожно. О перебросках условьтесь с Главкомом» (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 163-164).

 

№ 69

Телеграмма И. В. Сталина Л. Д. Троцкому

20 марта [1920 г.]

Москва Предреввоенсовет Троцкому1.

Шифровку получил. У Кавфронта имеется не менее 25 стрелковых и 10 кавалерийских дивизий, по-моему, можно взять оттуда 6 дивизий против поляков согласно Вашего предположения. Остальными силами можно смело удержать Бакинский район. Грузины не опасны, если обещаем нейтралитет.

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5481. Л. 3. Рукописный текст, со слов «Остальными силами», правка, подпись — автограф.

Примечания:

1 В левом верхнем углу документа надпись: «Исполнено 21/ПІ».

 

№ 70

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе Г. В. Чичерину

23 апреля 1920 г.

Ростов н/Д[ону].

23 апреля 1920 г.

Вашу телеграмму я получил только сегодня, по приезде из Петровска1. В общем, мы здесь ведем уже политику, но она подкрепляется довольно внушительными силами. Ваш ответ Азербайджану лично считаю вполне соответствующим2, только просил бы Вас немного оттягивать. На шифровку сегодня получите ответ. Положение в Баку в настоящее время следующее: вышли из правительства представители итгихадистов3, социалистов и других партий, так что уссуббековское правительство4 состоит только из муссаватистов5. Руководитель национального движения в Турции Мустафа Кемаль-паша требует от Азербайджана пропуска советских войск к границам Турции для обороны их от Английских нападений6. Не исключена возможность бескровного нашего вхождения в Баку и объявления советским7. Нариманов очень и очень нужен в Баку. Убедительно прошу Вас завтра же выслать его к нам. Завтра вечером я уезжаю опять в Петровск.

Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 13. Д. 6. Л. 1. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Речь идет о событиях, связанных с завершением советизации Северного Кавказа и началом акций по советизации Азербайджана и Грузии. В ответ на сообщение Орджоникидзе о мерах, предпринимаемых для укрепления советской власти в Чечне (Орджоникидзе Г. К. Избранные статьи и речи. 1911-1937. М., 1939. С. 80), Ленин 15 марта 1920 г. телеграфировал ему о выделении СНК 200 миллионов рублей в качестве помощи для горцев и сообщил, что привезет их в Петровск Нариманов, командированный по просьбе Орджоникидзе в связи с предстоявшими действиями в Азербайджане (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 178).

2 Осенью 1919 — начале 1920 г. советское правительство неоднократно обращалось к правительствам Азербайджана и Грузии с предложением заключить договор о совместных боевых действиях против армии Деникина, но всякий раз получало отказ. Укрепление позиций Советской России на Северном Кавказе и угроза советизации заставили правительства Азербайджана и Грузии весной 1920 г. направить в Москву своих представителей для заключения договоров с Россией. Однако в изменившихся условиях Москва затягивала переговоры.

3 Иттихадисты — члены организации «Иттихад» («Иттихади - ислам» — «Единение ислама»), панисламистской партии Азербайджана, созданной в сентябре 1917 г.

4 Имеется в виду правительство Азербайджана.

5 Члены партии «Мусават» («Равенство»), созданной в Баку в 1911 г. Оставалась правящей в течение всего периода существования Азербайджанской республики в 1918-1920 гг.

6 Весной 1920 г. Кавказское бюро РКП(б) заключило с лидером национального движения Турции Кемалем договор о совместных действиях против англичан.

7 Еще 21 апреля 1920 г. на основании донесения штаба фронта о сосредоточении войск для операции по овладению Баку Орджоникидзе и Тухачевский отдали приказ о наступлении на Баку и советизации Азербайджана (Директивы командования фронтов Красной армии. Т. 3. С. 310). 23 апреля 1920 г. Тухачевский и Орджоникидзе направили командующему 11-ой армией уточняющую телеграмму, в которой приказывали «конечной задачей 11 армии считать не овладение Бакинской губернией, а овладение всей территорией Азербайджана» (См. там же).

 

№ 71

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе, С. М. Кирова В. И. Ленину

4 мая 1920 г.

Москва. Ленину1.

26-го апреля наши войска перешли границу Азербайджана, зная, что комитет азербайджанских коммунистов в полночь на 28 апреля потребовал у правительства передать власть комитету коммунистов2. [Наши бронепоезда в это время были в Хачмасо]. После короткого совещания правительство передало власть коммунистам, образовавшим Азербайджанский3 и Бакинский ревкомы4, состоящие исключительно [из] мусульман. Была провозглашена независимая Социалистическая Советская Азербайджанская Республика. Первым актом Ревкома было обращение к Сов[етской] России за вооруженной помощью и предложение военного союза5. Войска наши шли без всякого сопротивления. После передачи власти коммунистам, через два часа, наши бронепоезда были в Баку, имея с собой батальон пехоты. На следующий день прибыла наша кавалерия и штаб армии6. Войска Азербайджана целиком перешли на нашу сторону. Весьма активную роль в пользу революции в Баку сыграли турецкие аскеры и офицеры, отряд которых пресек правительству возможность бежать из Баку. Энтузиазм населения, особенно мусульман и рабочих, не поддается никакому описанию, может быть сравнен только с Октябрьским в Петербурге с той разницей, что здесь не было никаких столкновений. Всюду полный порядок. Промыслы, коммерческий флот в полной неприкосновенности. Запасов нефтяных продуктов свыше 300 миллионов пудов, месячная добыча 20 миллионов пудов. Пока отправлено в Астрахань полтора миллиона пудов. Размеры вывоза будут зависеть от Астрахани. Первое мая в Баку дало ни с чем не сравнимую картину. Десятки тысяч рабочих и почти все население было на улицах. Наша армия вызвала ликование. Вечером состоялось грандиозное организованное собрание рабочих. В лице нас горячо приветствовали Сов[етскую] Россию, ее армию. Колоссальное впечатление произвело награждение орденами Красного Знамени азербайджанского комиссара по военно-морским делам и турецкого коммуниста, занявшего с группой аскеров во время переворота, не давшего возможности правительству бежать*, а также вручение бакинским рабочим знамени от 11[-й] армии. Восторг вызвало совещание наше о ультиматуме Армянскому правительству прекратить военные действия в пределах Азербайджана7. Каждое слово от имени Сов[етской] России вызывало взрыв энтузиазма. Органическая работа пока не начата, идет организация власти. Политическая и военная сторона дела обеспечена, с ней справимся в Азербайджане и дальше. Весьма серьезно обстоит дело с налаживанием эконом[ики], нет совершенно. Необходимо немедленно прислать их, в противном случае твердое наше укрепление невозможно. С Грузией будет тоже, что с Азербайджаном в самое ближайшее время8. С Грузией никаких разговоров не ведите. Необходимо Ваше приветствие Азербайджану и признание его в общей форме9. Будем проводить военно-хозяйственное [и] экономическое объединение с Совет[ской] Россией. Опыт требует снабжения нас полномочиями Совнаркома для всего Кавказа и далее. Снабдите нас по радио или пришлите кого другого, но немедленно. Нариманову таких полномочий не давайте.

Орджоникидзе, Киров10

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 13. Д. 12. Л. 9-10. Фотокопия. Машинописный текст.

Примечания:

1 Телеграмма была послана из Баку в Москву. Первую телеграмму с изложением событий, произошедших в ночь с 27 на 28 апреля 1920 г. в Азербайджане, Орджоникидзе послал Ленину 30 апреля 1920 г. В ней торилось: «С 27 на 28 в два часа ночи власть в Баку перешла к Азербайджанскому Ревкому, провозгласив Азербайджанскую Советскую Республику. В 4 часа ночи вошли бронепоезда. Следите за Черноморским побережьем [...]» (Борьба за победу Советской власти в Азербайджане. 1918—1920. Документы и материалы. Баку, 1967. С. 477).

2 Имеется в виду ЦК Азербайджанской Коммунистической партии большевиков, которая была образована по инициативе Политбюро ЦК РКП (б) 11 февраля 1920 г. на основе объединения Бакинской организации РКП(б) и местных коммунистических организаций «Гуммет» и «Адалет». Подчинялась Кавказскому краевому комитету РКП(б), во главе которого стоял Орджоникидзе.

3 Имеется в виду Временный Азербайджанский революционный комитет, образованный из членов Азербайджанской коммунистической партии.

4 Бакинский Ревком был создан 30 апреля 1920.

5 28 апреля 1920 г. Азревком телеграфировал правительству России: «Не имея возможности собственными силами удержать натиск соединенных банд внешней и внутренней контрреволюции [...] предлагаем [...] вступить в братский союз [...] и просим немедленно оказать реальную помощь путем посылки отрядов Красной Армии» (Очерки истории Коммунистической партии Азербайджана. Баку, 1963. С. 327-328).

6 Имеется в виду 11-ая армия.

7 1 мая 1920 г., опираясь на силу Красной Армии, Азербайджанское советское правительство предъявило ультиматум правительству Армении, в котором объявляло населенные пункты Зангезур и Нагорный Карабах (территории, за которые между Азербайджаном и Арменией велась давняя борьба) частью Советского Азербайджана и потребовало вывода армянских войск. В официальном ответе министра иностранных дел Армении, отправленном по нескольким адресам — Орджоникидзе, Азербайджанскому Ревкому, Ленину, Чичерину 7 мая 1920 г. сообщалось об отсутствии армянских войск в указанных пунктах и предлагалось послать в Карабах нейтральную комиссию для выяснения истинного положения дел (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 13. Д. 14. Л. 1-6). В свою очередь, армянское население Зангезура и Карабаха приняло на местных съездах решение об отказе подчиниться ультиматуму. Представители Карабахского землячества послали Орджоникидзе тревожную телеграмму, в которой уговаривали его в интересах укрепления престижа советской власти в Закавказье не вводить советских войск на спорные территории (Там же. Д. 18. Л. 1-3). 9 мая 1920 г. Орджоникидзе получил телеграмму Карахана с изложением позиции Ленина, в которой, в частности, говорилось: «Мы получили копию ноты Азербайджана и Армении с ультиматумом. Ильич поручил передать Вам, что торопиться с дальнейшим распространением нашим не следует, во-первых, чтобы закрепить Азербайджан, а, с другой стороны [...] ввиду серьезных задач на Западном фронте и необходимости соблюдать осторожность, считаясь с нашим международным положением. В самом деле Армения не представляет для нас интереса ближайшего [...]» (Там же. Оп. 17. Д. 3. Л. 1-4).

8 Операция по советизации Грузии планировалась одновременно с разработкой плана советизации Азербайджана. В середине апреля 1920 г. в Грузии произошло неудачное восстание против властей, организованное местными коммунистами. Грузинское правительство подавило восстание. Многие его участники были заключены в тюрьмы. 23 апреля 1920 г. Орджоникидзе, телеграфируя Ленину и Чичерину об арестах грузинских коммунистов, сообщал: «[...] настроение всюду за нас, ждут прихода Советских войск [...]» (Там же. Оп. 15. Д. 7. Л. 1-3).

9 5 мая 1920 г. Ленин послал телеграмму правительству Советского Азербайджана: «Совнарком приветствует освобождение трудящихся масс независимой Азербайджанской республики [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 41. С. 119).

10 На телеграмме имеется пометка: «Расшифрована в секретариате Зампредреввоенсовета Республики 4 мая 1920 г. Т. Ленину послана 4/V».

 

№ 72

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе В. И. Ленину, И. В. Сталину

4 мая 1920 г.

С. СЕКРЕТНО

Москва Кремль ЛЕНИНУ, СТАЛИНУ.

Баку, 4 мая 1920 года. Вторично отвечаю1: события развертываются так, что не позже двенадцатого надеемся быть в Тифлисе, для этого все сделано. Пройдет блестяще. Иное разрешение вопроса вызовет ужасное избиение повстанцев.

Орджоникидзе2.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2436. Л. 34. Машинописный текст.

Примечания:

1 Уже после вторжения в Азербайджан, 3 мая 1920 г. в телеграмме Ленину и Сталину Орджоникидзе писал: «[...] События развиваются так, что не позже 15 надеемся быть в Тифлисе [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2436. Л. 33).

2 На телеграмме — пометка: «Расшифрована в секретариате Зампредреввоенсовета Республики 4 мая 1920 года. Т. Ленину и Сталину послана. 4/V».

 

№ 73

Г. К. Орджоникидзе — В. И. Ленину, И. В. Сталину

[позднее 4 мая 1920 г.]

Передайте Сталину. Просите политконтролера. Просите немедленно политконтролера. Просит тов. Орджоникидзе.

Оставайтесь все время у аппарата, все время разговора. Передавайте записку Сталину и Ленину. Само собой понятно, что все распоряжения ЦЕКА1 нами выполняются [с] точностью и, конечно, нет никакой надобности их повторять. Ни один красноармеец на территорию Грузии не вступал, ни один азербайджанский солдат на террит[орию] Грузии не вступал. Наоборот, грузинские войска в тот же день как наши войска вступили в Баку, отогнали около Поили пограничную стражу азербайджанцев, заняли мост через Куру, раньше занимаемый азербайджанцами. Предъявили [требование] мусульманскому селу Шихли немедленно сдаться, в противном случае, [применить] против них артиллерийский огонь. Меня поражает, каким образом вы верите лживым заявлениям Гегечкори2. Повторяю, что [с] сегодняшнего дня ни один из наших красноармейцев не успел подойти к границам Грузии. Мы все считаем спасение погибающего Грузинского меньшевистского правительства непоправимой ошибкой, но нечего говорить, что все ваши распоряжения будут выполняться нами очень точно и непреклонно. Настроение в Грузии сейчас безусловно за нас, по станциям, районам считается Душетский уезд, Лагодехи, Абхазия и почти вся Кутаисская губерния. При подходе наших войск к границам восстание здесь неизбежно. Кроме того наше отношение [к] Грузии произведет самое отвратительное впечатление на мусульман, тем более, чтобы бывшее правительство Мусават3 готово было заключить с нами мир на каких угодно условиях. По-моему, если международная обстановка навязывает нам эту комедию, по крайней мере необходимо потребовать от них объявление Советской власти. Меньшевики4 на это пойдут, ибо другого выхода у них нет. Если [в] пограничных с нами частях начнется восстание, как нам быть, поддерживать их или бросить на произвол судьбы. Чем объяснить ваше молчание по поводу Азербайджана. Здесь с нетерпением [ждут], что скажет Москва. По-моему, в общих выражениях необходимо приветствие с вашей стороны. Орджоникидзе. Как быть с Арменией? Орджоникидзе. Политконтр[олер] у аппарата. Все. Записка предназначена только Сталину.

Передайте Москву Сталину.

Получили ли мою и Кирова большую записку на имя Ленина. Если да, то как с полномочиями?5 Все будет исполнено, но либо имейте в виду, если вы с Арменией заключите мир, это будет нечто ужасным для мусульман. Не перейдем мы границ, но только оттягиваете мир. Получается впечатление, что мы, христиане, покорили Азербайджан, оставили Грузию и Армению в стороне. У нас все было подготовлено: 9 перешли бы и 11, 12-го6 были бы в Тифлисе. Но ничего не поделаешь. Имейте в виду раз отданные распоряжения, вам нет надобности [повторять], я его выполню, каковы бы не были мои взгляды. Приветственная телеграмма7 не получена, ее необходимо повторить через фронт. Копию на мое имя и тогда непременно дойдет до них. Жму руку Серго: Передайте Енукидзе, с присланной им машины я упал и сломал ногу.

Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 15. Д. 53. Л. 1-2. Фотокопия. Телеграфная лента.

Примечания:

1 В связи с событиями на польском фронте и пристальным вниманием западной общественности к событиям в Закавказье большевистское руководство склонялось к возможности заключения временного мирного соглашения с Грузией. 5 мая 1920 г. Ленин и Сталин телеграфировали Орджоникидзе: «[...] ЦК обязывает Вас отвести части от пределов Грузии к границе и воздержаться от наступления на Грузию. После переговоров с Тифлисом ясно, что мир с Грузией не исключен [...]» (Из истории Гражданской войны в СССР. Т. 3. С. 512). 7 мая 1920 г. в Москве между РСФСР и Грузией был заключен мирный договор. Полпредом в Грузию был назначен Киров. Грузия обязывалась выдворить со своей территории белогвардейские части и легализовать положение грузинской компартии.

2 Представитель меньшевистского правительства Грузии Гегечкори, неоднократно передавал по радио сообщения о действиях Красной Армии в Закавказье.

3 Имеется в виду свергнутое азербайджанское правительство.

4 Речь идет о правительстве Грузинской демократической республики. Сформированное в мае 1918 г. Грузинским национальным советом на коалиционной основе, это правительство с марта 1919 г. стало практически однопартийным (из 130 депутатов Учредительного собрания — 109 были меньшевиками).

5 См. документ № 71.

6 В личной телеграмме Ленину и Сталину от 6 мая 1920 г. Орджоникидзе и Киров просили «не беспокоиться» по поводу сообщений радио Гегечкори (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 2/С. Д. 1. Л. 9). В ответ, во время прямых переговоров по телеграфу, Сталин заявил: «[...] обстановка такова, что сейчас торопиться с Грузией в смысле превращения ее в Советскую мы не [должны], все равно через несколько месяцев, если коммунисты будут легализованы, она и так станет советской [...] Нас беспокоят не лживые заявления Гегечкори, а твои и Смилги телеграммы о готовности занять Тифлис к 12 мая, что мы считаем абсолютно не совместимым с нашей политикой [...]» (Там же. Л. 6-8).

7 См. примечание 9 к документу № 71.

 

№ 74

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе В. И. Ленину, И. В. Сталину

8 мая 1920 г.

Самой лучшей кандидатурой считаю тов. Кирова, второй кандидатурой Мдивани. Предконтрольной комиссии — Кавтарадзе. Членами комиссии — Думбадзе и Цинцадзе1. Телеграмма Ленина произвела колоссальное впечатление2. Сегодня произведено оперативное, административное, организационное подчинение Азербайджанской армии нашему командованию. Большой недостаток работников для Совнархоза. Только что получил по прямому проводу из Владикавказа выдержки письма секретаря краевого комитета Назаретяна. «Второго мая на почве возмущения солдат, не желающих направляться на фронт, была попытка захвата власти Тифлиса, но неудачно. С нашей стороны один убит, два ранены и три арестованы. Генерал-губернатор Сулаквелидзе вчера ночью их расстрелял. Сандро Махарадзе, руководивший операцией, спасся. Правительство вводит сегодня осадное положение. Работа теперь весьма затруднительна, но настроение масс и частей войск растет ежедневно. Ожидается переворот. В Батуме английское командование идет на уступки. Батумские рабочие в подавляющем большинстве за нами. 30 апреля тремя молодцами убит генерал Ляхов. Губели был за это арестован, но по требованию рабочих английское командование его освободило, и первого мая на английском автомобиле прямо из тюрьмы был доставлен на митинг, а на другой день приехал к нам.

Сообщите об этом в центр. В Абхазии выступление ожидается к 10 мая. Напирает через Северную Сванетию на Горийский уезд, это распыляет окончательно силы правительства. Миха Цхакая вновь арестован в Кутаисе. Всех тифлисских заключенных перевели в Кутаис. 1 мая наши ораторы привлекли большую массу слушателей, 4 груз[овых] автомобиля, разукрашенные нашими лозунгами и плакатами, вышли на Головинский. На них напали части особого отряда и милиция. 55 человек избито до полусмерти, ранено и арестовано. Официальные сведения о расстреле 12 коммунистов. Во всей Армении с объявлением советской власти в Баку существовало торжественное и радостное настроение в массах. В Эривани и Александрополе были разгромлены все дашнакские партийные помещения. Портреты лидеров разорваны и сожжены»3.

Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85 Оп. 13. Д. 17. Л. 2-3. Незаверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Речь идет о формировании руководящих органов грузинской компартии большевиков. Первую телеграмму по этому вопросу Орджоникидзе послал Ленину 7 мая 1920 г. (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 13. Д. 17. Л. 1). Временный ЦК КП(б)Г был образован 20 мая 1920 г.

2 См. примечание 9 к документу № 71.

3 Эта информация Назаретяна, сообщенная Орджоникидзе Ленину и Сталину, за исключением части, касающейся Абхазии, устарела. Возможно, целью послания являлось своего рода давление на Ленина для ускорения процесса советизации Грузии.

 

№ 75

Телеграмма Г. В. Чичерина Г. К. Орджоникидзе

11 мая 1920 г.

Тов. Орджоникидзе.

Наша политика есть мировая политика, а не ограничивается одним Кавказом. Во всех Ваших сообщениях Вы абсолютно игнорируете наши мировые интересы. Действиями, вытекающими из местных интересов, Вы можете страшно повредить нашим мировым отношениям. Относительно Англии мы не должны форсировать процесса, наш мир с Грузией будет иметь в Англии величайший эффект, затрудняя политику группы Черчилля, это повысит наш престиж во всем мире. Нам в данный момент полезен там заслон. Вы должны во что бы то ни стало удерживать товарищей от авантюр, могущих нам страшно повредить. Вопрос о тех или других ущельях отступает перед основными, мировыми, однако перечисленные Вами ущелья вовсе не отданы Грузии. Вы ошиблись. Границу определил Реввоенсовет по сношении с Кавфронтом1. Здешние грузины подтверждают принадлежность Закатальского округа Грузии2, однако вследствие Вашего протеста, мы надавили, чтобы грузинские войска туда не вступали. Во всех спорных вопросах окончательное решение будет в наших руках, но Вы со своей стороны облегчите нашу задачу, не допуская авантюр.

11 мая 1920 г.

Чичерин.

Передана 12/1-4 час. 30 мин.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 2/С. Д. 4. Л. 4. Машинописная копия.

Примечания:

1 Речь идет о границе между РСФСР и Грузией, установленной в соответствии с мирным договором от 7 мая 1920 г.

2 Давний конфликт между Азербайджаном и Грузией по поводу Закатальского округа был использован советскими властями Азербайджана и стоявшими за ними представителями Кавказского краевого комитета РКП(б) как предлог для быстрой советизации Грузии силовым путем. В телеграмме от 10 мая 1920 г. Орджоникидзе, Киров и Смилга заверяли Ленина, что переданный по договору от 7 мая Грузии Закатальский округ «является бесспорно азербайджанской и мусульманской территорией», сообщали, что с «благословения» Москвы Грузия начала на этот округ наступление и грозили азербайджано-грузинской войной (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 2/С. Д. 1. Л. 4). 11 мая 1920 г. Смилга отдал командованию 11-ой армии приказ не выводить «вступивших в Закатальский округ частей 11 армии [...] впредь до установления границы между Грузией и Азербайджаном [...]» (Там же. Ф. 5. On. 1. Д. 2436. Л. 35). Пытаясь разрядить напряженность, правительство РСФСР выступило посредником в азербайджано-грузино-армянских переговорах о границах и спорных территориях.

 

№ 76

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе Л. М. Карахану, В. И. Ленину, И. В. Сталину

24 мая 1920 г.

Москва — Кремль, Карахану. Копия Ленину и Сталину.

Армению можно взорвать, но как я указал, это будет стоить очень больших продовольственных затруднений. Не думаю, чтобы дашнаки1 согласились на пропуск наших войск и вооружения для Турции. Во всяком случае то, что Вы предлагаете открыто заявить Армении требование пропустить нас к границам Турции, вызвало бы негодование среди армянских масс. Пока займем район Нахичевань — Ордубат — Джульфу2, а там видно будет. Сегодня получено письмо от Камиль-паши, в котором он просит помощи и предлагает союз3. Имеется письмо и для Камила. Через наших товарищей армяне предлагают под нашим председательством разрешить все спорные вопросы между армянами и турками в области Турецкой Армении. В случае достижения по этому вопросу соглашения Армения даст возможность свободного общения с Турцией. На границе Армении никаких регулярных турецких сил нет, есть штабы и вокруг них вооруженное местное население. Еще раз обращаю Ваше внимание, что грузины приютили муссаватистское правительство в Тифлис и оттуда они действуют. Необходимо, чтобы Камил открыто выступил против Нури-Паши, ведущего здесь провокацию4. Он скрылся. Через час я уезжаю в Энзели вместе с Раскольниковым.

24/5 20 г. 10 часов Баку.

Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85. On. 3/С. Д. 1. Л. 2-6. Автограф.

Примечания:

1 Дашнаки — члены армянской буржуазно-националистической партии «Дашнакцутюн» («Союз»), возникшей в 1890 г. в Тифлисе. С мая 1918 г. по ноябрь 1920 г. правящая партия Армянской республики.

2 Спорные территории на границе Азербайджана и Армении.

3 Обращение Великого национального собрания Турции к правительству РСФСР с просьбой об установлении дипломатических отношений и военной помощи большевистское руководство России рассматривало в контексте возможного предлога для относительно бескровной советизации Армении и Грузии в случае согласия последних на пропуск войск к границам Турции. 23 мая 1920 г. Орджоникидзе послал на имя Ленина, Сталина и Чичерина еще одну телеграмму, в которой, в частности, говорилось: «[...] Какую-либо помощь туркам через Армению при дашнакском правительстве считаю более чем сомнительным. Советизация ее возможна, но сопряжена с большими продовольственными трудностями [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2436. Л. 39).

4 Командующий турецкими войсками на Кавказе Нури-паша был одним из руководителей организованного муссаватистами антисоветского мятежа в Гяндже (Азербайджан), начавшегося 26 мая 1920 г. Подавляла мятеж 11-ая армия.

 

№ 77

Телеграмма Л. Д. Троцкого Ф. Ф. Раскольникову

26 мая [1920 г.]

Комфлоту Раскольникову.

Сообщаю основные директивы политики в Персии1: «первое, никакого военного вмешательства под русским флагом. Никаких русских экспедиционных корпусов. Всемерное подчеркивание нашего невмешательства с прямой ссылкой на требования Москвы убрать русские войска и красный флот из Энзели, дабы не вызывать подозрения в стремлении к захвату. Второе, оказать всемерное содействие Кучук-хану и вообще освободительному народному движению Персии инструкторами, добровольцами, деньгами и пр., сдав в руки Кучук-хана занимаемую нами ныне территорию2. Третье, если для успеха дальнейшей борьбы Кучук-хана необходимо участие военных судов, оставить таковые под флагом Азербайджанской Республики и оказывать от ее имени помощь Кучук-хану. Четвертое, тайно помочь и оставить в Персии широкую советскую ... организацию. Пятое, нам необходимо заставить правящую Англию понять, что мы ... на нем в Персии, вообще на востоке не собираемся и готовы дать действительные гарантии нашего невмешательства». О получении настоящей телеграммы немедленно уведомить. 26 мая. Троцкий3.

РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 100. Л. 5. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 По всей видимости, эта телеграмма была ответом на запрос Орджоникидзе, посланный им от имени партийного и военного руководства Закавказья 23 мая 1920 г.: «[...] Дайте нам точные указания какой политики держаться в Персии. Мусульманскими частями занят Ардебил. Без особенного труда можем взорвать весь Персидский Азербайджан юж[нее] Тавриза. Мое мнение: с помощью Кучук-хана и персидских коммунистов начать борьбу за Советскую власть и выгнать англичан. Это произведет колоссальное впечатление на весь ближний Восток. Все будет проделано с внешней стороны как следует [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2436. Л. 39). 25 мая 1920 г. вопрос о Персии рассматривался в контексте обсуждения линии восточной политики в целом в Политбюро. В принятом решении, в частности, говорилось: «Одобрить в общем политику Комиссариата Иностранных Дел, предполагающего оказывать поддержку освободительному движению народов востока, а) Вменить в обязанность т. Раскольникову по оказании необходимой помощи Кучук-хану имуществом, инструкторами и проч., передать под власть последнего Энзели и другие пункты Персии, находящиеся в наших руках, убрать из этих пунктов флот, заявив, что это делается по распоряжению советского правительства, ввиду полного нежелания последнего вмешиваться во внутренние дела Персии. Оставить в Энзели некоторую часть судов под видом полицейской службы, но под Азербайджанским флагом в количестве необходимом для постоянного содействия Кучук-хану [...]» (Там же. Ф. 17. Оп. 3. Д. 83. Л. 1).

2 Объединенными силами повстанцев под руководством Кучук-хана и Красной Армии 18 мая 1920 г. англичане были изгнаны из Энзели, где было провозглашено первое советское персидское правительство. Новое правительство обратилось с просьбой об установлении дипломатических отношений и заключении военного договора к правительствам РСФСР и Советского Азербайджана. Текст обращения был изложен в телеграмме Раскольникова Ленину, Троцкому, Чичерину, Немитцу от 18 мая 1920 г. (Там же. Оп. 109. Д. 100. Л. 1-2).

3 Телеграмма была послана из Москвы, предположительно, в Баку и далее передана командующему Каспийской флотилией Раскольникову и Орджоникидзе, уехавшим в Энзели.

 

№ 78

Телеграмма Ф. Ф. Раскольникова Л. Д. Троцкому, В. И. Ленину, Г. В. Чичерину

7 июня 1920 г.

Прин[ята]: 6/VI-1920 г.

Только тов. Ленину1.

Москва тов. Троцкому, копия Ленину, копия Чичерину. Через Политконта, через его личную ответственность для срочной передачи по адресу.

Только что приехал из Решта. В ночь с 4 на 5 июня в Реште образовалось временное революционное правительство Персии2 в следующем составе: председатель временного революционного правительства и управительства и военный комиссар — товарищ Мирза Кучук, комиссар финансов — Мирза Магомед Али — Базарл, комисар торговли — Мирза Абул Казум Реза Заде, комиссар юстиции — Махмуд Ага, комиссар почт и телеграфа — Насрулла, комиссар народного просвещения — Ходжи Магомед Джофар, комиссар народного хозяйства и земледелия — Мирза Магомед Али Хан Хумми. Все члены временного революционного правительства — старые сподвижники тов. Мирза Кучук и участники первой Персидской революции3. Наряду с временным революционным правительством сформирован революционный военный совет в следующем составе: Ехсахулла ... Самх Музафет Заде. Двумя другими членами Реввоенсовета Персидской Республики избраны наши русские товарищи коммунисты Кожанов [и] Абуков. Несмотря на усиленные просьбы тов. Мирза Кучук и его сподвижников о вступлении наших товарищей в состав Реввоенсовета, я заявил, что они будут оказывать самое полное содействие, но в состав Реввоенсовета временно не войдут. Прошу ваших указаний, могут ли товарищи Кожанов и Абуков, за политическую подготовленность которых я безусловно ручаюсь, войти в состав Реввоенсовета Персидской Республики, или этого делать не следует. Быть может вы разрешите им войти в Реввоенсовет Персии целиком перейдя на Персидскую службу и формально порвав с Советской Россией4. Временное революционное правительство Персии, на заседании которого я присутствовал, передало мне, что во главе угла своей деятельности оно кладет осуществление социализма на основе принципов тов. Ленина. В настоящее время тов. Мирза Кучук считает целесообразным выдвинуть только один лозунг: «Долой Англичан». После занятия Тегерана, когда необходимость на первых порах поддерживать ханов будет целиком использована, он объявил о передаче земли народу. Временное революционное правительство Персии заявило мне, что ввиду их малоопытности в государственных делах они просят как наших постоянных указаний, так и содействия путем откомандирования на персидскую службу специалистов. В первую очередь необходимы специалисты по вопросам советского строительства и по вопросам подоходного налога. Прошу сообщить можно ли рассчитывать на присылку соответствующих специалистов и всякого рода инструкторов из центра или придется разворачиваться своими силами. Сегодня, 6 июня временное революционное правительство открыто возвестит о своем существовании в торжественном манифесте персидскому народу. Тотчас по получении этого манифеста я передам его Вам. Одновременно Мирза Кучук составляет секретную ноту на имя тов. Ленина. Все население Решты без различия классов встретило Мирзу кучук с невиданным энтузиазмом. Мирза Кучук на митинге перед многотысячной толпой заявил о своем союзе с русскими большевиками и в знак этого союза расцеловал наших представителей при бурных овациях толпы. Согласно Ваших инструкций экспедиционный корпус мною расформирован. Уступая настоятельным просьбам тов. Мирза Кучук, наш первый десантный отряд флотилии и кавдивизион военморов вступили в г. Решт в качестве добровольцев, состоящих на персидской службе и получающих содержание и довольствие от Персидского Революционного Правительства. Ввиду прочности военно-политического положения в Энзели наши крейсера и миноносцы ушли из Энзели в Баку. Англичане поспешно отступают. Решт был ими оставлен без боя тотчас же, как только они чрез посредство своего великолепного шпионажа узнали о готовящемся наступлении на Решт войск Мирза Кучук. Обмундирование и часть продовольствия они сожгли, не имея возможности эвакуировать из Решта. Сейчас по имеющимся сведениям идет спешная эвакуация Казвина, причем англичане отступают не на Тегеран, а на Багдад. Настроение индусских войск5 решительно против войны с большевиками. К нам в Энзели и к тов. Мирза Кучук перебежало в общем в общей сложности 20 индусов, которых мы чрезвычайно радушно приняли и окружили большим вниманием. Перебежчики индусы говорят, что первый наш выстрел будет сигналом к тому, чтобы индусы подняли на штыки английских офицеров. Английское командование учитывает ненадежность индусских войск и при отступлении из себя* индусских войск следовали броневики. Официальный орган правительства в Сукуб де Уле «Иран»6, издающийся в Тегеране, полон статей, приветствующих дружбу с Советским правительством России. По сведениям той же газеты Персидский Шах 3-го июня прибыл в Тегеран после продолжительного заграничного путешествия. Ко мне приезжал начальник штаба дивизии Персидских казаков7 капитан Кондратьев и от имени начальника дивизии Старосельского заявил, что русское командование дивизии Персидских казаков будет подчиняться распоряжениям русского правительства, а так как таковым в настоящее время является Советское правительство, то он и прибыл ко мне представиться и получить дальнейшие инструкции. Я разъяснял ему обстановку и рекомендовал начальнику дивизии, оставаясь самому в стороне, употребить все влияние к тому, чтобы обеспечить временному правительству безболезненный бескровный вход в Тегеран. Кроме того, я категорически воспретил принимать на службу в дивизию бывш[их] офицеров добровольческой армии. Кондратьев с этими инструкциями в настоящее время уехал в Тегеран. Дивизия Персидсих казаков насчитывает от восьми до девяти тысяч казаков и, являясь единственной реальной силой, фактически держит в своих руках Тегеран. Оставшиеся в Реште полторы тысячи Персидских казаков под командой русского офицера Булацелля заявили [о] своей преданности тов. Мирза Кучук. Менее надежна жандармерия, которая уже во время нашего пребывания в Реште ночью собиралась уйти из города, но была задержана. Помимо инструкторов и добровольческих отрядов нами уже передано в распоряжение тов. Мирза Кучук горная батарея и батальон службы связи. На днях будут посланы из Баку броневики, аэропланы, винтовки и пулеметы. Наряду с поддержкой Мирза Кучук, нами принимаются меры к организации ячеек Персидской коммунистической партии Адалет8. Это дело слабо развивается за отсутствием надлежащих персидских работников. В Энзели с нами приехали двое персидских коммунистов, прошедших Бакинскую школу классовой борьбы — товарищи Джеват Заде и Агаев. Но, вследствие их бестактности, одного пришлось отправить в Баку, а другого оставить, отдав его под наблюдение т. Абукова. Партия Адалет не пользуется большой популярностью, между тем как за тов. Мирза Кучук, также исповедующего коммунистические взгляды, но не состоящего членом партии, идет все население. На меня Мирза Кучук произвел впечатление революционера, безусловно заслуживающего доверия, и полагаю, что вся наша ставка должна быть поставлена на него9. 6/VІ 1920. Раскольников.

РЦХИДНИ. Ф. 17. On. 109. Д. 100. Л. 3-4. Машинописный текст.

Примечания:

1 На первой странице телеграммы штамп Секретариата Предреввоенсовета Республики.

2 Первый состав революционного правительства был сформирован в мае 1920 г. (См. примечание 2 к документу № 77), но, официально, его состав был назван лишь после освобождения от англичан Решта — центрального города Гиляна — области Ирана на юго-западном побережье Каспийского моря. Основной целью вооруженной помощи иранским повстанцам была советизация страны, что видно из последующей переписки. Однако, выступая с официальным докладом на заседании ВЦИК РСФСР 17 июня 1920 г., народный комиссар иностранных дел Чичерин сказал: «[...] Мы прикоснулись к персидским массам, когда остатки деникинского флота спасались в Энзели. Мы совершили десант только для того, чтобы покончить с этими остатками деникинского флота, и мы уже очистили Энзели. Наши войска и флот покинули персидскую территорию и персидские воды [...]» (Документы внешней политики СССР. М., 1958. Т.2. С. 658-659).

3 Имеется в виду иранская национально-освободительная революция 1905-1911 гг.

4 8 июня 1920 г. Политбюро приняло решение: «ЦК не видит никакой возможности препятствовать или запретить т. т. Абукову и Кожанову, раз они выходят из гражданства РСФСР, перейти в подданство Персии» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 86. Л. 3).

5 Речь идет об индусских частях в составе оккупационного английского корпуса.

6 Имеется в виду печатное издание шахского правительства.

7 Персидские казаки — элитные правительственные части, организованные в Иране при содействии военых представителей русской армии в царские времена.

8 Речь идет о иранской социал-демократической партии «Адалят». В июне 1920 г. на съезде партии «Адалят» в Энзели было принято решение о переименовании партии в Иранскую коммунистическую партию (ИКП). После первого съезда партия вошла в Коминтерн.

9 Ставка на Кучук-хана не оправдалась. 22 июня 1920 г. Орджоникидзе телеграфировал Троцкому на его запрос по этому поводу: «[...] у Кучук-хана никаких своих частей нет. В той части Персии, где он находится, широкого активного революционного движения нет, есть только ненависть к англичанам. Уход англичан из Решта вызван нашим требованием в Энзели. Без нашей помощи на первое время трудно дело двинуть вперед. Посылать туда русские части ни под каким видом нецелесообразно. Сегодня отправляем азербайджанские мусульманские части [...] Формируем персидский полк [...]» (Там же. Ф. 85. Оп. 17. Д. 8. Л. 1-2).

 

№ 79

Телеграмма Г. В. Чичерина Г. К. Орджоникидзе

19 ИЮНЯ 1920 Г.

19 июня 1920 г. По прямому проводу немедленно передать в Ростов-на-Дону для немедленной передачи в Баку под личной ответственностью политконта в Ростове.

Тов. Орджоникидзе. В Баку или Владикавказ послать вслед и вручить по местонахождению.

Политика мира и компромисса с буржуазной Грузией, дашнакской Арменией и турецкими националистами продиктована ЦК партии по соображениям общей политики и должна неуклонно проводиться. Удерживайте товарищей от действий, идущих с ней вразрез. Наши представители — Киров в Тифлисе и Легран в Эривани будут ее проводить, противодействовать мошенничествам правительств, ограждать коммунистов. Мы не должны ворружать осетин: наоборот, удерживать их, ограждая от репрессий. Если в Закатальском округе создался контрреволюционный центр, это противоречит договору1. Киров его ликвидирует, но мы не должны туда вводить новых войск. Карабах, Зангезур, Шуша, Нахичевань, Джульфа не должны присоединиться ни к Армении, ни к Азербайджану, а должны быть под Российскими оккупационными властями с созданием местных советов, ибо другое решение сорвало бы нашу политику мира, требуемую общим положением2. Рассчитываем на Вас. Для проведения установленной ЦК партии политики посылаем представителя и в Баку.

19 июня 1920 г.

Чичерин.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 2/С. Д. 4. Л. 5. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Имеется в виду советско-грузинский договор от 7 мая 1920 г.

2 Речь идет о спорных территориях. 22 мая 1920 г. в телеграмме Ленину, Сталину и Чичерину Орджоникидзе настаивал на введении войск на спорные территории: «Думаю, что районы Шуша, Нахичевань, Ордубан и Джульфа будут заняты без сопротивления со стороны армян [...]» (Великая Октябрьская социалистическая революция и победа советской власти в Армении. С. 346). Тем не менее, вопрос о спорных территориях решался в Москве с представителями армянского правительства. 25 мая 1920 г. Политбюро приняло решение «продолжать переговоры с правительством Армении, не беря на себя инициативы немедленной советизации с помощью русских войск [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 83. Л. 1). Не желая допустить положительного для армян результата, Орджоникидзе в телеграмме от 19 июня 1920 г. на имя Чичерина писал: «[...] Азербайджан претендует на Карабах, Зангезур, Нахичеванский и Шаруро-Даралагезский уезд. В Карабахе и Зангезуре провозглашена Советская власть и вышеупомянутые территории считают себя частью Азербайджанской советской республики. Нахичевань уже несколько месяцев в руках повстанцев-мусульман [...]» (Там же. Ф. 85. Оп. 13. Д. 32. Л. 3).

 

№ 80

Г. В. Чичерин — Политбюро ЦК РКП(б)

22 июня 1920 г.

22/VІ 1920.

В ПОЛИТБЮРО ЦК РКП.

Недисциплинированность Бакинских товарищей] и вопиющее противоречие между их действиями и установленной ЦК политической линией заставляют принять меры для их обуздания. Такою мерою должно быть назначение отсюда авторитетного товарища, не связанного с Кавказской группой деятелей, с полномочиями от Совнаркома, в качестве представителя в Баку. В то время как ЦК постановил вести линию компромисса с буржуазными правительствами Грузии и Армении, дипломатическим путем вырывать там почву из-под ног Антанты и отверг советизацию Армении, считая несвоевременным отвлекать в этом направлении больше наших сил, Бакинские т[оварищи] своими действиями срывают компромиссы, отвергают требуемое ЦК заключение соглашения с Арменией, способствуют восстаниям1, настаивают на присоединении к Азербейджану тех спорных территорий, которые постановлено занять нашими силами и присоединение которых к Азербейджану сделает совершенно невозможным соглашение с Арменией. Вся эта боевая политика Бакинских т[оварищей] идет коренным образом вразрез с линией, уже установленной ЦК. Избежать срыва последней можно лишь в том случае, если авторитетный представитель центра будет систематически сдерживать местных т[оварищей]. Лучше всего было бы назначение в Баку нашим представителем тов. Сокольникова. Если это невозможно, мы не видим другого кандидата, кроме тов. Залкинда2.

Одновременно мы должны, наконец, ускорить осуществление наших планов в Турции. Так медлить и затягивать дело, как мы затягиваем, нельзя. Конъюнктура будет пропущена, всякая надежда на нас исчезнет. Товарищ Элиава задерживался здесь вследствие рассмотрения вопроса о Туркестане3. Надо поспешить покончить с этим вопросом. Тов. Элиава должен немедленно ехать в Турцию4. То, что предполагается туда послать, может быть послано следом5. Главное, пусть он немедленно начнет там свою политическую деятельность.

НАРКОМИНДЕЛ Георгий Чичерин.

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 314. Л. 10. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 Речь идет о восстаниях, произошедших в мае — начале июня 1920 г. В первых числах мая восстания, организованные местными коммунистами при поддержке Кавказского краевого комитета РКП (б), прошли в Александрополе, Эривани, Карсе, Сорокамыше, Баязет-Казах и других населенных пунктах Армении. 10 мая Военно-революционный комитет Армении, сформированный в Александрополе, объявил Армению советской. Однако правительство Армении сумело к 14 мая подавить восстание. Многие его организаторы были арестованы (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 3/С. Д. 1. Л. 8; Великая Октябрьская социалистическая революция и победа советской власти в Армении. Сборник документов. Ереван, 1957. С. 323-348). 23 мая 1920 г. новое восстание с созданием Ревкома и объявлением советской власти было организовано в Караван-Сарайском уезде Армении (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 3/С. Д. 1. Л. 1; Великая Октябрьская социалистическая революция и победа советской власти в Армении. С. 350-351). 11 июня 1920 г. Орджоникидзе отдал приказ командующему 11-ой армии оказать военную помощь армянам-повстанцам Казахского уезда (Там же. С. 365).

2 22 июня вопрос «О политике на Кавказе» рассматривался в Политбюро. Было принято решение: «Предложить Наркоминотдел [с]формулировать совершенно точно инструкцию [...] наиболее ответственным работникам на Востоке на основании имеющихся до сих пор постановлений Политбюро и вытекающих из них выводов. Обязать военное ведомство эту инструкцию после одобрения Политбюро преподать к руководству всем ответственным военным работникам с предупреждением, что они обязуются все свои действия строжайшим образом сообразовать с этими указаниями. Такие же указания дать всем членам Кавказского Бюро ЦК Поручить Наркоминделу послать инструкцию т. т. Кирову и Леграну» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 90. Л. 4). По представлению НКИД «Инструкция Реввоенсовету Кавказского фронта» обсуждалась и была утверждена на заседании Политбюро 7 июля 1920 г. (Там же. Д. 94. Л. 2). Со ссылкой на имеющиеся между РСФСР и республиками Закавказья договоры и соглашения в инструкции, в частности, говорилось: «[...] Следует безусловно воздерживаться от попыток вызывать восстание против правительства Грузии, Армении и Турции. Надо разъяснять тем элементам в этих республиках, которые стремятся к перевороту, что по общеполитическим соображениям ввиду как мировой конъюнктуры, так и нашего военного положения они не должны в настоящее время приступать к осуществлению своей цели [...] Так как наше военное положение не допускает занятия русскими частями Карабаха, Зангезурского уезда, Нахичевани, Джульфы, Шаруро и Даралагезского уезда, российские военные власти должны ограничиться занятием тех спорных между Арменией и Азербайджаном местностей, которые ими теперь заняты [...] с устранением вмешательства войск тех или других соседних республик, как и было уже постановлено российским правительством и передано советским властям на Кавказе [...]» (Там же. Л. 7-8). На этом же заседании Политбюро рассматривало предложение НКИД о назначении представителем в Баку Аксельрода. В принятом решении говорилось: «Отклонить, ввиду состоявшегося уже постановления о т. Серго» (Там же. Л. 2).

3 Комплекс вопросов по Туркестану рассматривался Политбюро 29 июня 1920 г. (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 92. Л. 4-7).

4 См. примечание 1 к документу № 83.

5 Имеется в виду помощь турецким повстанцам деньгами и оружием (См. документ № 83).

 

№ 81

Г. В. Чичерин — Политбюро ЦК РКП(б)

22 июня 1920 г.

22/VІ 1920

В ПОЛИТБЮРО ЦК РКП

Основной вопрос, вытекающий из сообщений приехавших сюда галицийских коммунистов, заключается в том, возможно ли нам взять под свою защиту и включить в пределы распространения нашей власти Восточную Галицию. После Баку это важнейший в Европе источник нефти. Там борются друг с другом английский, американский и французский капиталы из-за обладания нефтью. Если мы достаточно сильны, чтобы раскинуть так далеко наше могущество, мы будем диктовать условия Англии. Если наоборот, мы перехватываем через край, мы достигнем лишь того, что Англия взбесится, вышлет Красина и т. д. Это чистый вопрос могущества. Год тому назад мы туда не шли, потому что в тылу был Деникин. Теперь положение иное. Но решение может быть принято лишь инстанцией, обозревающей все наши силы.

По словам галицийских коммунистов, Восточная Галиция изжила иллюзии национализма и созрела для Советизма. Восстание в тылу поляков было бы громадным плюсом. Но мы можем идти на содействие такому восстанию и на содействие советизации Галиции лишь в том случае, если мы решили в той или иной форме распространить там сферу нашего могущества.

Галицийские коммунисты утверждают, что Восточная Галиция желает войти в состав Украинской Советской Республики и только ждет нашего зова. Некоторый скептицизм никогда не бывает неуместен. Пожалуй немедленное выступление в духе аннексии Галиции было бы неосторожно. Нельзя гарантировать, что некоторые элементы мы этим не оттолкнем. Лучше идти более медленным темпом. Вполне целесообразно создание галицийского Ревкома для проведения советской политики в Галиции, организации там восстаний, сосредоточения галицийских частей на галицийском фронте и подготовки будущего слияния с Украиной. Члены Ревкома намечены галицийскими коммунистами. Детали этого плана они еще обсудят с тов. Раковским. Одно должно быть сделано сейчас — принятие решения о том, можем ли мы вообще расширить так далеко сферу наших действий1.

НАРКОМИНДЕЛ Георгий Чичерин

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 314. Л. 11. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 22 июня 1920 г. Политбюро рассмотрело записку Чичерина. В решении по этому вопросу говорилось: «Утвердить предложение тов. Чичерина об осторожной политике, охраняющей независимость Восточной Галиции» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 90. Л. 4).

 

№ 82

Ф. Э. Дзержинский — В. И. Ленину

26 июня 1920 г.

26/VI-1920 г.

Харьков

Дорогой Владимир Ильич!

Спешу ответить, что я не подчинился только букве предписания ЦК1, я не на даче, но я усиленно лечусь водолечением. Врачи нашли только нервное переутомление, а все остальное в полном порядке, в том числе и легкие. И я лечусь усердно — желая еще поработать.

Положение здесь внутреннее в общем идет в гору. Можно с уверенностью сказать, что если из Центра будут безустанно нажимать и посылать работников — то и Украина станет скоро честной, советской. В деревне устали от банд и тоскуют за твердой властью. Каждый честный наш работник, посылаемый в провинцию, находит почву, и видны уже результаты. Только этих работников страшно мало. Местные коммунисты какие-то недоноски, живут мелкими интересами. Русопятства я не замечал, да и жалоб не слышал. В области моей специальности — здесь обильный урожай2. Вся, можно сказать, интеллигенция средняя украинская — это петлюровцы. Громадной помехой в борьбе [является] отсутствие чекистов — украинцев. С Махно мне не везет. С ним можно было скоро расправиться, имея конницу. У меня ее не было. Только теперь удается мне сколотить полк из эскадронов, которых удалось выклянчить. Надеюсь через неделю пустить этот полк в действие.

Я хотел бы, чтобы ЦК решил, как долго мне здесь оставаться. Мое пребывание здесь усиливает темп работы ЧК и мне кажется, что дальнейшее пребывание необходимо. Но из Москвы т. Ксенофонтов и другие по ВЧК и Главкомтруду жалуются, что я слишком засиделся на Украине и от этого там работа страдает. Мне самому трудно решить. Я думаю побыть здесь еще недели две, потом на неделю вернуться в Москву, чтобы затем приехать сюда обратно. Буду ждать решения ЦК*.

Привет Ф. Дзержинский.

РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 14505. Л. 1. Автограф.

Примечания:

1 Речь идет о предписании Дзержинскому курса лечения в связи с крайним нервным и физическим переутомлением.

2 В апреле 1920 г. Дзержинский был направлен на Украину для руководства борьбой с бандитизмом. В мае — июле 1920 г. он был начальником тыла ЮгоЗападного фронта.

3 Подчеркивания в последнем абзаце сделаны Лениным. По просьбе Ленина Крестинский послал Дзержинскому 4 июля 1920 г. телефонограмму, в которой, в частности, сообщал: «Ответ на Ваше письмо Владимиру Ильичу от 26/VІ по вопросу о сроке пребывания на Украине сообщаю: Ждем Вас Москву к пленуму, т. е. не позднее 15 июля; здесь вероятно придется пробыть недели две (пленум, Интернационал, совещание Комтрудов), потом сможете вернуться на Украину» (РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 14505. Л. 2).

 

№ 83

Г. В. Чичерин — Политбюро ЦК РКП(б)

28 июня 1920 г.

28 июня 1920 г.

В Политбюро ЦК РКП.

Постановлением Политбюро было решено оказать помощь оружием и золотом правительству Мустафы-Кемаля в Турции, и тогда же послом в Турцию был назначен т. Элиава1.

Другим постановлением ЦК решено было оказать помощь Афганистану золотом и военным снаряжением2. В отношении Персии было решено оказать помощь снаряжением и инструкторами (Кожанов и Абуков)3.

Все эти постановления (и другие) показывают, что наша политика на востоке определяется если не прямой помощью вооруженными силами против Антанты, то во всяком случае помощью оружием и золотом.

На основании этих постановлений ЦК нами делались соответственные заявления и обещания, которые необходимо реализовывать.

Афганистан мы более полугода кормим обещаниями. Откладывать дальше их выполнение значило бы сорвать всю нашу политику в Афганистане. Необходимо немедленно же отправить туда обещанное военное снаряжение (список был в свое время санкционирован Политбюро), если мы не хотим потерять Афганистан и из дружественного нам государства превратить его во враждебное.

Турции обещанную помощь оружием необходимо дать немедленно, ибо промедление, после данных обещаний, заставит Мустафу Кемаля смотреть на нас, как на болтунов и обманщиков, а что еще существеннее, революционная Турция может быть раздавлена, между тем, как помощь, незначительная, с точки зрения даже наших слабых ресурсов, имела бы и практически и морально большое значение.

Но несмотря на принятые Политбюро решения, оружие мы получить не можем.

Политика, которая сегодня решает, а на другой день не выполняет своих решений, сегодня обещает помощь, а на завтра не дает ее, дискредитирует нас и подрывает (мы это чувствуем) наш громадный авторитет и влияние на востоке.

Противодействия в нашей работе на востоке мы встречаем и в другом.

Восточный Отдел Академии Генерального Штаба подготовляет работников для востока, мы просили Военное ведомство и ЦК дать нам 23 человека для Турции, Персии, Афганистана, Индии и Дальнего Востока; после трехнедельных хлопот почти всех 23[-х] наших кандидатов отправляют на западный фронт, причем большинство их знает восточные языки и больше половины из них мусульмане. Это делается в то время, когда имеются генштабисты І[-го] курса русские, не изучавшие восточных языков, не посланные на западный фронт. Это своеобразная форма противодействия нашей восточной политике. Мы просили ЦК отдать в наше распоряжение хотя бы тех из генштабистов, которые знают турецкий, персидский и индусский языки. В противном случае мы не сможем отправить миссии в Турцию, Персию и Афганистан4. А это будет значить не на словах, а на деле, провал персидской республики5, вероятный провал революционной борьбы в Турции и отказ от нашей работы в Индии.

Мы обращаем внимание, что то, что мы просим, есть незначительная, ничтожная часть того, что надо для Зап[адного] фронта, но это ничтожное на востоке дает неожиданные громадные результаты, и мы думаем, что наши успехи на востоке в общей связи с победами на западе имеют некоторое значение, на которое следует тратить и военное снаряжение и крупицу нашей живой силы6.

НКИД Георгий Чичерин.

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 314. Л. 12. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 Решение о назначении Элиавы дипломатическим и военным представителем РСФСР при Турецком национальном правительстве Кемаля было принято на заседании Политбюро 8 июня 1920 г. Решения о материальной и военной помощи Турции протокол заседания Политбюро не содержит (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 86. Л. 4).

2 22 мая 1920 г. Политбюро приняло решение «Об Афганистане»: «а) Предложить т. Карахану в дальнейших переговорах пытаться добиться сокращения требуемого, б) Обязательно установить более долгий срок сдачи требуемых предметов, в) Установить точные формы обмена» (Там же. Д. 81. Л. 2).

3 См. примечание 4 к документу № 78. Решение о помощи персидскому повстанческому движению снаряжением и инструкторами было принято по предложению НКИД на заседании Политбюро 25 мая 1920 г. (Там же. Д. 83. Л. 1).

4 29 июня 1920 г. Политбюро приняло по этому вопросу постановление, в котором, в частности, говорилось: «Предоставить 14 генштабистов не русских, знающих восточные языки, в распоряжение Наркомивдела [...]» (Там же. Д. 92. Л. 8).

5 Речь идет о Гилянской республике на территории Ирана, провозглашенной 5 июня 1920 г. В июле 1920 г. произошел распад единого национально-освободительного фронта в Гиляне.

6 29 июня 1920 г. Политбюро приняло решение «О Турции и Афганистане»: «Поручить т. т. Склянскому и Карахану достигнуть завтра же соглашения по вопросу о Турции и Афганистане» (Там же).

 

№ 84

Телеграмма Л. Д. Троцкого И. В. Сталину, В. И. Ленину, С. С. Каменеву

3 июля 1920 г.

ПО ПРЯМОМУ ПРОВОДУ.

СТАЛИНУ, копия ЛЕНИНУ, копия ГЛАВКОМУ1.

Подлец Ллойд Джордж снова говорил о неприкосновенности крымского убежища Врангеля. Совершенно очевидно, что единственным выходом из положения является такой сокрушающий натиск, при котором мы без остановки ворвемся на плечах Врангеля в Крым и сразу распространимся по Крымскому побережью с серьезной артиллерией в руках. В случае попытки англичан бомбардировать города необходимо потопить хоть одно судно. Вся задача в том, чтобы подготовить и обеспечить непрерывность нашею натиска до Севастополя. Теперь, когда дело на польском фронте хорошо2, мы можем, не ослабляя польского фронта, временно сосредоточить внимание и силы на проведение операции против Врангеля. Прошу сообщить Ваши соображения. 3 июля 20 г.

Предреввоенсовета ТРОЦКИЙ.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2433. Л. 88. Машинописный текст.

Примечания:

1 В левом верхнем углу — пометка: «Склянскому»; поверх текста — автограф Склянского: «Ск».

2 Речь идет о Юго-Западном фронте, войска которого летом и осенью 1920 г. действовали на двух стратегических направлениях — западном (против Польши) и крымском (против Врангеля). На западном направлении, после успешно проведенной в мае-июне 1920 г. Киевской операции, войска фронта перешли в наступление, нанесли польским войскам ряд поражений и вышли в августе к Люблину и Львову.

 

№ 85

Г. В. Чичерин — Н. Н. Крестинскому

5 июля 1920 г.

5 июля 20

Тов. Крестинскому.

Копия.

Уважаемый товарищ,

Крайне необходимо поставить срочно в Центральном Комитете партии вопрос о нашем представительстве в Персии. Тов. Раскольников1 указывает, что во главе персидского советского движения находятся люди, лишенные абсолютно какого бы то ни было опыта в практической политической жизни. Настоятельно необходимо, чтобы при них находились товарищи с политическим опытом, способные давать им все нужные указания. Сам Мирза Кучук привык к партизанской жизни и его миросозерцание дальше не простирается, но он с величайшей охотой и готовностью воспринимает советы более опытных товарищей, в особенности представляющих советскую Россию. Он с величайшей точностью исполнял все, что говорил ему Раскольников. После отъезда последнего в Персии не осталось никого, кто мог бы играть эту роль. Нет даже настоящих политических экспертов. Тов. Раскольников рекомендует послать в качестве нашего представителя к Мирзе Кучуку тов. Мдивани, которого тов. Сталин в других случаях горячо рекомендовал. Он не обладает мировым политическим кругозором, это деятель кавказский, но ближний восток он знает великолепно и, по мнению тов. Раскольникова, для данной роли он великолепно подойдет. При нем в качестве эксперта или советника мы предложили бы послать тов. Бройдо. Объяснения последнего показали, что направленные против него нами обвинения должны были бы быть направлены против самой турккомиссии. Личные его качества не таковы, чтобы можно было поручить ему бесконтрольную ответственную роль, но если в Персии будет тов. Мдивани, то при нем замечательные познания и способности тов. Бройдо могли [бы] быть с большой выгодой использованы2.

Кроме того на нашей территории должно быть лицо, распоряжающееся неофициальным оказанием помощи персидскому советскому движению. Официально наши войска и флот отозваны из Персии и никакой помощи официально мы персидскому движению оказывать не можем. Но частным образом туда направляются добровольцы и в порядке частной торговли посылается оружие3, а также свободна в своих отношениях к персидскому движению независимая Азербайджанская республика. Должно быть определенное лицо, направляющее эти неофициальные действия, дающее указания азербайджанским добровольцам и т. д. Начальник наших морских сил на Каспийском море не может быть таким лицом. Командующий морскими силами республики уже сделал доклад Главкому в смысле устранения соответствующих пунктов из инструкции начальнику наших морских сил на Каспийском море. Итак, для указанных задач должно существовать особое лицо. Каспийский флот ему не будет подчинен; но поскольку будет идти речь о политике по отношению к Персии, это лицо будет давать директивы также и Каспийскому флоту. Коморси4 по соглашению с тов. Раскольниковым рекомендует для этой роли тов. Орджоникидзе. Действительно, более подходящего на Кавказе в настоящее время не имеется5.

По всем пунктам необходимо срочно получить постановление Центрального Комитета.

С коммунистическим приветом Чичерин

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 314. Л. 15-16. Машинописный текст. Подпись — автограф.

Примечания:

1 В мае — июне 1920 г. Раскольников в качестве командующего Волжско-Каспийской военной флотилией принимал участие в военных действиях на территории Ирана.

2 7 июля 1920 г. Политбюро приняло решение: «Поручить Оргбюро рассмотреть вопрос о назначении т. Мдивани на пост дипломатического представителя в Персию или о замене его другим кандидатом. Тов. Бройдо оставить в Москве для работы [...] по подготовке работников для Туркестана» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 94. Л. 1). 18 июля 1920 г. на имя Ленина поступила телеграмма Мирзы Кучук: «Революция в Персии нуждается в опытных и преданных революционерах. Необходимо также знание особенностей Персии [...] прошу по мере возможности присылать товарищей для работы, а, в первую голову, прошу откомандировать из Баку главным комиссаром тов. Мдивани [...] он был здесь недавно, мы очень хорошо поняли друг друга [...]» (Там же. Оп. 112. Д. 53. Л. 42). Оргбюро ЦК удовлетворило эту просьбу (Там же. Л. 5).

3 О размере этой помощи можно судить по телеграмме Орджоникидзе заместителю председателя РВСР Склянскому от 9 июля 1920 г.: «[...] Докладываю: на содержание войск в Персии и партийной работы месячная потребность 500000 туманов — равняется 1200000 золотой русской валютой. Прошу на шесть месяцев 10 миллионов золотой валюты [...]» (Там же. Оп. 109. Д. 15. Л. 79).

4 Командующий морскими силами Республики.

5 7 июля 1920 г. Политбюро приняло решение поручить Орджоникидзе оказание помощи «новому персидскому правительству» (Там же. Оп. 3. Д. 94. Л. 1).

 

№ 86

Телеграмма И. В. Сталина — В. И. Ленину

13 июля 1920 г.

Москва — Кремль, Ленину1

Польские армии совершенно разваливаются, поляки потеряли связь, управление, польские приказы вместо того, чтобы попасть по адресу, все чаще попадают в наши руки, словом, поляки переживают развал, от которого они не скоро оправятся. Это обстоятельство, очевидно, хорошо известно Керзону, который старается теперь спасти поляков своим предложением о перемирии2. Этим же обстоятельством нужно объяснить предложение насчет Врангеля, ибо с поражением Польши Врангель теряет значение, а англичане теряют Крым. Вы совершенно правы, говоря что у нас хотят вырвать из рук победу. Предлагаю: первое, в ответной ноте о Польше не давать определенного ответа, подчеркнуть в общих фразах миролюбие России и сказать, что если Польша в самом деле хочет мира, она могла бы обратиться к России непосредственно. Это дает выигрыш времени. Второе, о Врангеле нужно, во-первых, подчеркнуть, что посредничество Керзона между Врангелем и Совет[ским] правительством, раз уже имевшее место, не оправдало себя, во-вторых, указать что Крым еще не отторгнут от России, а Врангель — русский генерал, с которым Россия сама может установлять тот или иной модус также как устраивает она вообще свои внутренние дела самостоятельно3, что все внутренние вопросы, в том числе и Крымский вопрос, Россия будет разрешать самостоятельно4. Я думаю, что никогда не был империализм так слаб, как теперь, в момент поражения Польши и никогда не были мы так сильны, как теперь, поэтому чем тверже будем вести себя тем лучше будет и для России и для международной революции. Решение Политбюро сообщите5.

Сталин6

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1815. Л. 2-5. Автограф.

Примечания:

1 Телеграмма отправлена из Харькова (штаб РВС Юго-Западного фронта) в Москву и является ответом на телеграмму Ленина, посланную Сталину 12 или 13 июля 1920 г.: «[...] Получена нота от Керзона. Керзон предлагает перемирие с Польшей на условиях удаления польской армии за линию, назначенную ей мирной конференцией в прошлом году [...] Все к востоку остается за нами. Наша армия должна отойти на 50 километров к востоку от этой линии. В Лондоне состоится конференция представителей Советской России, Польши, Латвии, Литвы и Финляндии [...] Туда будут допущены представители Восточной Галиции [...] Нам предлагается заключить перемирие с Врангелем под условием удаления Врангеля в Крым. Врангель едет в Лондон для обсуждения судьбы своей армии, но не как член конференции. Нам дается недельный срок для ответа [...] Я прошу Сталина: 1) ускорить распоряжение о бешеном усилении наступления; 2) сообщить мне его, Сталина, мнение. Я же лично думаю, что это сплошное жульничество ради аннексии Крыма [...]» (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 237-238). Сходную по содержанию телеграмму послал 13 июля 1920 г. Чичерину, Ленину, Крестинскому, Сталину и Калинину Троцкий (The Trotsky papers. Vol. 2. P. 228-230).

2 В ноте Советскому правительству от 11 июля 1920 г. Керзон требовал остановить наступление Красной Армии за линию Гродно — Яловка — Немиров — Брест — Литовск — Дорогуск — Устилуг, установленную в декабре 1919 г. Верховным советом Антанты в качестве восточной границы Польши и признанную Польшей лишь в связи с неблагоприятным для нее ходом военных действий. Эта линия получила название «линии Керзона».

3 Курсивом выделен текст, зачеркнутый рукой Сталина.

4 14 июля 1920 г. Сталин в развитие этой мысли телеграфировал Ленину: «[...] В ноте Керзона говорится о конференции в Лондоне с представительством России. Мое мнение таково, что если когда-либо будут у нас переговоры с Польшей, они должны вестись в России, ибо устроить переговоры в Лондоне, выставив своим представителем Красина, — значит отдать дело под опеку Англии. Имейте в виду что наши шифровки в Лондоне расшифровываются англичанами, ибо нет шифра, который бы не расшифровывался» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1818. Л. 1).

5 16 июля 1920 г. пленум ЦК РКП(б) принял решение отвергнуть посредничество Англии в переговорах РСФСР и Польши и продолжать наступление войск Западного фронта на территорию Польши. 17 июля 1920 г. была послана соответствующая нота Керзону (Документы внешней политики СССР. Т. 3. С. 47-53). В тот же день Ленин информировал об этом Сталина и Смилгу (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 240).

6 На обратной стороне имеется пометка: «13-14. VII 1920». Кроме того, сохранилась машинописная копия этой же телеграммы, датированная отправлением — 13/VIІ-1920 г. в 23 часа 30 минут и получением в Москве — 14/VIІ- 1920 г. в 0 часов 35 мин. На копии — пометка: «Расшифровано в СНК 14/VТІ-1920 г. 2 ч. 28 м.»

 

№ 87

И. С. Уншлихт — В. И. Ленину

15 июля 1920 г.

(Лично) Товарищу ЛЕНИНУ1.

15 июля 1920 г.

В ответ на Ваше письмо2: I) мы заявляем в самой торжественной форме рабочим и крестьянам Польши, что не посягаем на целос[тнос]ть Польши в ее этнографических границах, готовы признать эту границу, если это будет соответствовать желанию трудящихся масс, даже восточнее линии, указанной Антантой3. 2) Если только позволят на это наши военные ресурсы, продолжаем войну до и полного разгрома польской белой армии и падения буржуазного правительства. 3) Красная Армия продолжает наступление до границы, указанной Антантой. Если до этого момента мы не договоримся с Антантой на условиях гарантирующих более длительную передышку4 или, если не произойдет восстания трудящихся масс Польши, продолжаем наступление на территорию Польши, вооружаем польских рабочих и батраков, создаем временный военно-революционный Комитет и торжественно провозглашаем уничтожение помещичьей собственности и национализацию фабрик. Дальнейшее пребывание наше в Польше обуславливаем волей рабочих и крестьян. 4) Советский переворот в Польше с отходом наших войск к ее границам считаем в ближайшее время вполне вероятным при сопротивлении западных областей Польши «Познани», которое может быть сломлено переворотом в Германии. Срок восстания в Польше установить трудно, и в значительной мере он зависит от согласованности наших действий на территории Польши и коммунистической партии Польши.

С ком. приветом Уншлихт.

С ответом вполне согласны: Долецкий, С. Будкевич, В. Е. Будкевич.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2528. Л. 31. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 Письмо было послано, предположительно, из Минска, где в это время находился РВС Западного фронта, в Москву. На бланке: «РСФСР. РЕВВОЕНСОВЕТ РЕСПУБЛИКИ. ЧЛЕН РЕВВОЕНСОВЕТА ЗАПАДНОГО ФРОНТА».

2 Между 12 и 15 июля 1920 г. Ленин отправил телеграмму в Совет Обороны Литовско-Белорусской республики, членом которого состоял Уншлихт (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 7. С. 378). Возможно, что речь идет о ней.

3 См. примечание 2 к документу № 86.

4 В телеграмме Чичерину, отправленной в тот же день, Уншлихт, подробно излагая свои и членов РВС Западного фронта соображения по поводу мирных предложений Керзона, в частности, писал: « [...] Политическая [и] военная обстановка требует максимального развития нашего успеха, а потому необходимо выиграть во времени. Наш ответ Англии должен сыграть агитационную роль и вовлечь в борьбу за мир широкие рабочие массы Европы. Одновременно с этими требованиями наши должны быть составлены так, чтобы вызывали серьезные возражения со стороны Антанты и заставили ее требовать пересмотра наших условий, что нам только и нужно для дальнейшего продвижения вперед [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2528. Л. 32).

 

№ 88

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе В. И. Ленину, Г. В. Чичерину, И. В. Сталину

16 июля 1920 г.

Через политконтролера по прямому проводу,

время вручения сообщить.

Москва-Кремль.

Ленину, Чичерину, Сталину.

Баку 16/VII-20 г.

Считаю абсолютно необходимым подождать [с] миром [с] Арменией до приезда представителя Азербайджана, едущего согласно приглашения т. Чичерина1.

Мир с Арменией без участия Азербайджана сильно нервирует здешних товарищей.

В Нахичеванском районе неизбежна резня между армянами и татарами. Можно избегнуть этого только нашим продвижением и оккупированием Нахичеванского района. Мы пробовали было произвести хотя бы разведку в этом направлении, но заявлением РВСР о недостаточности у нас в этом районе сил*.

Политическая обстановка требует не допустить резни в Нахичеванском районе, что неминуемо без нашего вмешательства. Я думаю, что можно продолжить движение с целью разведки. Я сегодня же снесусь с Чичериным, и, если он не согласится, мы свою разведку вернем обратно. Повторяю, разведка необходима2.

3. Опродкомарм т. Эристов не может ладить с РВС. На требование РВС сформировать дивизионный аппарат он отвечает, что он на правах командарма и предписывать и предлагать ...3

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 14. Д. 5. Л. 3-6. Автограф.

Примечания:

1 Речь идет о переговорах РСФСР и Армении об урегулировании ситуации на границах Азербайджана и Армении. Спорные пограничные вопросы долгое время решались без участия представителей Азербайджана, надеявшихся, совместно с представителями Кавказского бюро РКП(б), решить их силовым путем в свою пользу, а также использовать как предлог для дальнейшей советизации региона. 8 июля 1920 г. Сталин телеграфировал Орджоникидзе: «[...] Мое мнение таково, что нельзя без конца лавировать между сторонами; нужно поддержать одну из сторон определенно, в данном случае, конечно, Азербайджан с Турцией. Я говорил с Лениным, он не возражает [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 3/С. Д. 2. Л. 11). Уже 9 июля 1920 г. министр иностранных дел Армении сообщил своему представителю в Грузии о занятии большевиками Зангезура и требовал поставить этот вопрос перед советским полпредом в Грузии Кировым, а также известить о случившемся главу армянской делегации в РСФСР (Великая октябрьская социалистическая революция и победа советской власти в Армении. С. 372). Этот факт в сочетании с вторжением советско-азербайджанских войск в Нахичевань и послужили поводом к новому обострению конфликта. Для решения этих и других вопросов восточной политики 22 июля 1920 г. Орджоникидзе выехал в Москву (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 5/С. Д. 1. Л. 1-3).

2 19 июля 1920 г. Чичерин направил министру иностранных дел Армении телеграмму, в которой, в частности, сообщал: «[...] Все действия Советской России на Кавказе имеют целью оказание дружественного действия дальнейшему спокойному развитию армянского народа точно так же, как и других соседних с ним народов [...] Занятие российскими частями тех местностей, которые в процессе борьбы между соседними народами получили характер спорных между Арменией и Азербайджаном имеет целью предотвращение кровавых конфликтов, могущих иметь [...] бедственные результаты для всех участников и расчитано также на создание условий, делающих возможным спокойное и беспристрастное обсуждение спорных территориальных вопросов [...]» (Великая Октябрьская социалистическая революция и победа Советской власти в Армении. С. 373).

3 Окончание документа отсутствует.

 

№ 89

Телеграмма И. В. Сталина К. Е. Ворошилову

22 июля [1920 г.]

Реввоенсовет первой конармии, Ворошилову.

Харьков 22/71

Первое, продвижение запфронта идет успешно, первая линия польской обороны — Неман — Шара — уже прорвана [в] районе Слонима, если поляки не сумеют остановить нас на второй линии — Буг — Нарев, то им придется катиться до третьей линии — Висла — Сан. Теперь Запфронт стоит ближе к Брест-Литовску чем Юг[о]-зап[адный фронт]. Возможно, что в связи с этим обстоятельством вашей армии придется отказаться от Бреста и свернуть южнее. Второе. Вы, должно быть, знаете, что мы отвергли посредничество Англии, предложившей перемирие с Польшей, и выразили согласие, если Польша сама обратится к России без посредников2. Вы поймете, что если Польша обратится сама, мы не можем отказаться от перемирия, поэтому необходимо, насколько возможно торопиться с продвижением вашей армии вперед3.

Третье. Подготовляем для Вас маршпополнения, данное югзапу право добровольческой мобилизации на Дону, Кубани, Сев[ерном] Кавказе всячески будет использовано фронтом для усиления [в] первую очередь Вашей армии.

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1841. Л. 1-4. Автограф. Последний абзац - автограф неизвестного.

Примечания:

1 Телеграмма послана из Харькова в РВС 1-ой Конной армии.

2 См. примечание 5 к документу № 86.

3 Мысль о необходимости ускорить наступление и занять по возможности большую территорию Польши до ее обращения с предложением о заключении перемирия была высказана Сталиным еще в телеграмме в Политбюро от 29 июня 1920 г. (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1777. Л. 2).

 

№ 90

Телеграмма И. В. Сталина К. Е. Ворошилову, С. М. Буденному

23 ИЮЛЯ 1920 Г.

Первая конармия. Ворошилову, Буденному.

Расшифровать лично. Харьков 23/71

Получено предложение Польши без посредничества Англии о перемирии2 с просьбой дать ответ не позднее тридцатого июля. Вы конечно понимаете, что мы вынуждены согласиться. Исходя из этого требуется самое стремительное наступление от вас в сторону Львова и вообще нужно постараться, чтобы до тридцатого3 успеть завладеть максимумом того, что можем взять4. Из этого исходит наша последняя директива о Львове. Цека партии просит вас сделать еще одно усилие может быть последнее, а потом на отдых.

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д., 5547. Л. 2. Автограф на телеграфном бланке.

Примечания:

1 Телеграмма послана из Харькова в РВС 1-ой Конной армии.

2 Радиограмма министра иностранных дел Польши с предложением о перемирии и открытии мирных переговоров поступила 22 июля 1920 г.

3 Крайний срок, установленный польской стороной для ответа на ее предложения о перемирии и мирных переговорах.

4 23 июля 1920 г. вопрос о переговорах с Польшей и Англией обсуждался в Политбюро. В принятом решении говорилось: «Поручить т. Чичерину ответить нотой [...] что мы согласны выслать наших уполномоченных для встречи с польскими для переговоров о перемирии и мире и поручить нашему командованию столковаться о такой встрече [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 96. Л. 2). В тот же день Сталин, Егоров и Берзин послали телеграмму в РВС 12-ой, 14-ой армий и 1-ой Конной армии, в которой, в частности, приказывал: «[...] [В] случае появления польских парламентеров их обязательно принять, организовав меры строжайшего надзора и бдительности. Необходимо принять меры, чтобы это сообщение о предложении поляков пока не дошло до сведения красноармейцев. Принятие парламентеров нисколько не противоречит тому, чтобы было ускорено Ваше продвижение вперед. Наоборот, обстановка обязывает Вас сильнее ударить и стремительно продолжать наступление без малейшего промедления [...]» (Там же. Ф. 558. On. 1. Д. 5548. Л. 2-3). 24 июля 1920 г. в телеграмме командованию польской армии командующий войсками Западного фронта Тухачевский объяснял продолжение военных действий со стороны советских частей затруднением связи между ними (Документы внешней политики СССР. Т. 3. С. 65).

 

№ 91

Телеграмма И. В. Сталина В. И. Ленину

24 июля [1920 г.]

Москва — Кремль, только Ленину.

Харьков 24/71

Первое, положение на фронте Буденного хорошее. Противник, видимо, поставил целью истомить части Буденного, ибо вместо расколоченных частей противника каждый раз появляются новые, и лезут на Буденного как мухи. Это обстоятельство несколько замедляет наше продвижение2. Вчера мы приказали Буденному прорвать фронт и занять Львов до тридцатого июля, возможно, что эта операция удастся. Второе, на крымском фронте подготовляем наступление, которое может быть начато не ранее пятого — десятого августа. Если противник не предупредит нашего наступления, операция должна удасться наверняка. Принимаем меры гарантии. Третье, передаю мое мнение в ответ на вашу записку номер 371. Теперь, когда мы имеем Коминтерн, побежденную Польшу, и более или менее сносную Красную армию, когда, с другой стороны, Антанта добивается передышки в пользу Польши для того, чтобы реорганизовать, перевооружить польскую армию, создать кавалерию и потом снова ударить, может быть в союзе с другими государствами — в такой момент и при таких перспективах было бы грешно не поощрять революцию в Италии. Нужно признать, что мы уже вступили в полосу непосредственной борьбы с Антантой, что политика лавирования уже потеряла свое преобладающее значение, что мы можем теперь и должны вести политику наступления (не смешивать с политикой наскакивания), если мы хотим сохранить за собой инициативу во внешних делах, которую мы завоевали недавно. Поэтому на очередь дня Коминтерна нужно поставить вопрос об организации восстания в Италии и в таких еще не окрепших государствах, как Венгрия, Чехия (Румынию придется разбить). Триста тысяч люмпенов в Германии, если бы они даже в самом деле существовали в природе, конечно, не меняют и не могут менять дела. Короче: нужно сняться с якоря и пуститься в путь, пока империализм не успел еще мало-мальски наладить свою разлаженную телегу, а он может еще наладить ее кое-как на известный период, и сам не перешел в решительное наступление. Четвертое, разговор по телефону не удался, так как по линии кто-то подслушивает, мешает. О положении на фронте буду ежедневно сообщать запиской.

Сталин.

РЦХИДНИ; Ф. 558. On. 1. Д. 5551. Л. 3-4. Автограф.

Примечания:

1 Текст телеграммы написан на внутренней стороне обложки журнала «Коммунист» — органа ЦК КП(б)У за № 1.

2 25 июля 1920 г. Сталин послал Ворошилову и Буденному телеграмму: «[...] Действия вашей конницы за последнюю неделю поражают своим некавалерийским характером: до сего времени обычно вы действовали цельными дивизиями, обходили противника, поражали его конными массами; теперь вы странным образом действуете отдельными бригадами, отрываете от одной дивизии эскадроны и придаете другой, дробите конные массы на маленькие части и лишаете их специфически кавалерийской мощи, словом, действуете, как плохая неопытнаяя пехота, ввиду чего пехота противника нередко обходит вас, заходит вам в тыл. Повторяю, раньше этого не было у вас. Это превращение кавалерии в пехоту началось, по моим догадкам, со времени появления у вас в полевом штабе пехотинцев генштабистов. Если мои догадки верны, прошу не поддаваться впредь влиянию неопытных в кавалерии пехотинцев генштабистов и вернуться к старой тактике операций цельными дивизиями. Если я ошибаюсь, прошу сообщить ваше мнение» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5552. Л. 2-5).

 

№ 92

Телеграмма И. В. Сталина Л. Д. Троцкому

26 июля [1920 г.]

Предревсов[ета] Троцкому,

копия ЦК РКП.

Харьков 26 июля.

Очередная1 Неудача на Врангелевском фронте объясняется запоздалым подходом свежих дивизий с севера, которые могут сосредоточиться не ранее десятого августа. Врангель очевидно осведомлен о перебросе дивизий и старается предупредить нас. Не малую роль сыграло и то, что Москва не обращает должного внимания на Крымский фронт. По моему образование специального Крымскаго ревсовета не составит плюса. Весь вопрос в указанном обстоятельстве, а не в организации специального реввоенсовета для Крыма. Последний по моему излишен.

Потери Орехова и, даже, Александровска нужно было ожидать в случае попытки Врангеля предупредить нас и при нашей неготовности. Теперь, когда удар Врангеля начался, вероятно, наши неуспехи еще будут продолжаться на некоторый период. Повторяю, в этом вопрос, а не образовании нового ревсовета. Вот почему я нахожу излишним ваше предложение2.

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1868. Л. 2-4. Автограф.

Примечания:

1 Курсивом выделен текст, зачеркнутый рукой Сталина, и в текст посланной телеграммы не вошедший.

2 В связи с неудачами на польском и врангелевском фронтах, в ЦК РКП(б) по предложению Троцкого обсуждался вопрос о выделении крымского участка Юго-Западного фронта в самостоятельный Южный фронт. Сталин был против этого. Окончательное решение о разделении фронтов было принято на заседании Политбюро 2 августа 1920 г. (См.: Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 247).

 

№ 93

Телеграмма И. В. Сталина Л. Д. Троцкому

28 июля 1920 г.

Троцкому.

Приказ о поголовном истреблении Врангелевского комсостава намереваемся издать и распространить в момент нашего общего наступления.

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1875. Л. 1. Рукописный текст на телеграфном бланке.

 

№ 94

Телеграмма И. В. Сталина С. М. Буденному, К. Е. Ворошилову

[29 июля 1920 г.]

Первая Конармия.

Буденному, Ворошилову.

Нам удалось настоять на том, что условия перемирия будут переданы нами полякам четвертого августа, а не тридцатого июля1. Значит, в вашем распоряжении имеется еще четыре дня. Кроме того, до получения формального приказа от фронта вы можете бить поляков не взирая на сроки. Все это я сообщаю вам совершенно формально. Итак, бейте на Львов, теперь у вас есть время.

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5549. Л. 2-3. Автограф.

Примечания:

1. 27 июля 1920 г. вопрос о мирных переговорах с Польшей рассматривался в Политбюро. В принятом решении, в частности, говорилось: «Одобрить план разделения мирных переговоров с Польшей на две сессии, вторую приурочить к 4-му августа с тем, чтобы к этой сессии были присланы со стороны Польши лица, правомочные подписать предварительные условия о мире» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 97. Л. 1).

 

№ 95

Телеграмма И. В. Сталина В. И. Ленину

29 июля [1920 г.]

Москва — Кремль.

Только Ленину.

Харьков 29/VІІ1.

Жесткие бои по всему крымскому фронту продолжаются, Орехово и соседние станции переходят из рук в руки. Наступая по всему фронту, Врангель думает сорвать наше предстоящее наступление или, во всяком случае, спровоцировать нас на преждевременное, недостаточно подготовленное наступление. От нас требуется характер и выдержка, возможные частичные успехи Врангеля и возможная потеря некоторых пунктов не могут иметь серьезного значения. Поэтому, ведя активную оборону, мы решили упорно продолжать сосредоточение новых сил для главного удара. В конце концов Врангель добьется того, что, прыгая и наскакивая на нас, он истреплет свои силы и потом окажется перед лицом наших свежих сил. Прошу информировать меня о наших планах в вязи с польским перемирием2. Буденный сообщает, что ввиду утомленности конского состава взять Львов до тридцатого, пожалуй, не удастся3.

Сталин.

РЦХИДНИ; Ф. 558. On. 1. Д. 1881. Л. 2-3. Автограф.

Примечания:

1 На обратной стороне второй страницы документа стоит дата «29/VІІ-20». На сохранившейся в деле машинописной копии этой же телеграммы — автограф Склянского: «Ск» и пометка: «т. Ленину послана» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1881. Л. 4).

2 29 или 30 июля 1920 г. Сталин послал Ленину телеграмму, в которой изложил свои соображения по поводу требований к Польше в случае начала мирных переговоров: «Демобилизация армии и военной промышленности, вооружение рабочих как основная гарантия мира, передача помещичьих земель крестьянам как средство ликвидации помещичьего класса, основного виновника войны и вандальских разрушений во время войны, — эти три основных пункта и вытекающие из них второстепенные пункты предлагаю положить в основу переговоров [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5553. Л. 2-3). 31 июля Политбюро утвердило проект договора о перемирии с Польшей (Там же. Ф. 17. Оп 3. Д. 99. Л. 1, 4-9). Позже, в условиях отступления Политбюро 25 августа і 920 г. приняло решение уступить англичанам и отказаться от требования вооружения рабочих (Там же. Д. 104. Л. 2).

3 В ответ на донесение РВС 1-й Конной от 28 июля 1920 г. о неудачной попытке взять Львов ввиду больших скоплений сил противника, Егоров и Сталин 29 июля 1920 г. передали Ворошилову и Буденному новый приказ об овладении Львовом: «[...] Ваш ответ о невозможности выполнить к сроку задачу — взятие Львова — совершенно непонятен [...]» (Директивы командования фронтов Красной Армии. Т. 3. М., 1974. С. 235).

 

№ 96

Телеграмма И. В. Сталина В. И. Ленину

31 июля [1920 г.]

Москва — Кремль, только Ленину.

Харьков 31/7.

Я уже писал, что Главком1 приезжает к нам на фронт2. Сегодня он пишет, что поездку отменяет в связи с положением на Запфронте. Мне кажется, что он просто струсил, запуган действиями Врангеля и не хочет связать себя с судьбой наших операций против Врангеля, в которые он, видимо, не верит, хотя ясно, что связь такая остается, несмотря на отмену поездки. Врангель продолжает бешеные атаки по всему фронту, интернированные Грузией части Деникина3 уже у Врангеля и дерутся с нами на фронте, в районе Орехова после жестоких боев мы потеряли шесть орудий, в районе Бердянска противник продвигается вперед, взял Верхне-Токмак, подбил один наш бронепоезд. Можно с уверенностью сказать, что неудачи будут продолжаться до сосредоточения наших сил и начала удара, а сосредоточение наших сил идет, как я уже писал, медленно, главным образом потому, что Главком поздно спохватился с перебросками, несмотря на ряд предупреждений с моей стороны. Сегодня вечером с комфронтом выезжаю на фронт.

Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1892. Л. 3-5 Автограф.

Примечания:

1 С.С. Каменев. .

2 Речь идет о крымском участке Юго-Западного фронта.

3 Имеются в виду войсковые соединения, подлежавшие интернированию из Грузии в соответствии с советско-грузинским договором от 7 мая 1920 г.

 

№ 97

Телеграмма Кавказского бюро ЦК РКП(б) В. И. Ленину, Л. Д. Троцкому, Н. Н. Крестинскому, Г. В. Чичерину

3 августа [1920 г.]

Москва, Кремль. Ленину, Троцкому, Крестинскому, Чичерину.

3 августа

Кавказское бюро, осведомившись о постановлении Цека о необходимости установления тесной связи с Турецкими революционными массами через Армению1, советизируя последнюю, считает своим долгом указать, что путь связи с Турцией должен быть установлен не через Армению, а через Грузию, которую желательнее советизировать по следующим соображениям:

советизация Грузии лишает базы терских и кубанских контрреволюционеров и помощи Грузии Врангеля; 2) связь с Турцией устанавливается каботажем по черноморскому побережью недоступному для неприятельских судов; 3) отрезанная от Европы Армения, лишенная всякой помощи Англии и Америки, должна будет капитулировать и сдать власть армянским коммунистам, и этим самым открывается второй путь для Турции; 4) по заявлению Комфронта, по военно-стратегическим соображениям, Грузию легче завоевать, чем Армению. Забирая последнюю, части растягиваются, имея на фланге враждебную нам Грузию, со стороны которой не исключена возможность удара2.

Кавбюро.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 8. Д. 23. Л. 192-193. Рукописный текст.

Примечания:

1 31 июля 1920 г. Политбюро приняло предложение Чичерина об Армении (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 99. Л. 1).

2 Вслед за этой телеграммой член коллегии Наркомпрода Фрумкин в телеграмме секретарю ЦК РКП(б) Крестинскому сообщал: «Дополнение телеграмме Кавбюро об установлении связи с Кемаль пашой через Грузию считаю долгом указать, что при настоящих условиях постановление Кавбюро неосуществимо и вредно. Основная задача данного момента — быстро ликвидировать Врангеля и Кубанскую смуту как продолжение Врангелевского фронта. Всякая задача, отклоняющаяся от этой задачи, губительна. Мы рискуем расстроить хозяйственный фронт на Севкавказе, который должен работать без перебоев. Моя точка зрения вполне согласуется с Реввоенсоветом фронта (Кавказского фронта — Сост.). Прошу осведомить Ленина [...]» (Там же. Оп. 109. Д. 15. Л. 96). В ответе Крестинского от имени ЦК РКП (б), отправленном 11 августа 1920 г. по двум адресам — Совтрудармии (Фрумкину) и Кавбюро, сообщалось: «Решение относительно Армении ЦЕКА приостановил до ликвидации Врангеля. Тоже относится и к Вашему предложению о Грузии [...]» (Там же. Л. 97). Днем раньше, 10 августа 1920 г. полпред РСФСР в Армении телеграфировал Чичерину о заключении им мирного договора от имени РСФСР с правительством Армении (Великая Октябрьская социалистическая революция и победа советской власти в Армении. С. 384-385).

 

№ 98

Телеграмма И. В. Сталина В. И. Ленину

4 августа [1920 г.]

Москва. Только Ленину, спешно.

Лозовая, 4/8.

Сообщаю для ориентировки следующие данные о Крымском фронте: первое, на фронте и [в] ближайшем тылу у противника к тридцатому июля было тридцать шесть тысяч штыков и четырнадцать тысяч сабель, из них в бой введено восемнадцать тысяч штыков и восемь тысяч сабель; у нас на фронте и [в] ближайшем тылу имеется сорок тысяч штыков и шесть тысяч сабель, из них в бой введено всего десять тысяч штыков и пять тысяч сабель (остальные подвозятся и сосредотачиваются); вот чем объясняются наши нынешние неудачи; таким образом, ближайший резерв противника — шесть тысяч сабель и восемнадцать тысяч штыков, наш ближайший резерв — одна тысяча сабель и тридцать тысяч штыков; очевидно, если с пехотой у нас хорошо в смысле резервов, то с кавалерией из рук вон плохо, ибо противник превосходит нас в кавалерии более чем вдвое. Второе. Только что получил ваши вопросы1, нам нужно не разделение фронтов, а усиление крымского участка, передача всех западных армий запфронту без ломки фронтового аппарата Югозапа, свои соображения я уже изложил в телеграмме на имя Крестинского2; у меня нет заместителя, ЦК может найти такового в двухнедельный срок; Главком подводит с самого начала Крымской операции, ибо он (не только он) не дооценивает врангелевской опасности и всегда опаздывает с исполнением своих обещаний ровно настолько, насколько это нужно Врангелю, примеров куча, писать о них пустое занятие; что касается нашей дипломатии, о ней умолчу, лучше поговорим потом при встрече. Третье. Вы уже знаете должно быть, что мы взяли Ковель, Луцк и Бугач.

Четвертое. Только что передали мне ваш запрос о перспективах на фронтах в ожидании пленума ЦК3. Я не знаю, для чего собственно вам нужно мое мнение, поэтому я не в состоянии передать вам требуемого вами заключения и ограничиваюсь сообщением голых фактов без освещения: заминка Буденного временная, противник бросил на Буденного Львовскую, Луцкую и Галицкую группы в целях спасения Львова, Буденный уверяет, что он разобьет противника (он уже взял большое количество пленных), но Львов будет взят очевидно с некоторым опозданием. Словом, заминка Буденного не означает перелома в пользу противника. Что касается Врангеля, мы теперь хотя и слабы по причинам, изложенным выше, но все же сдерживаем противника; не позднее как через неделю мы пустим в ход тридцать тысяч свежих штыков и по всем данным создадим перевес на нашей стороне, сдвинем Врангеля с его позиции, причем наше положение будет улучшаться с каждым днем, ибо запоздавшие части будут подходить. Конечно война есть игра и всего учесть невозможно, но поскольку можно вообще предвидеть, шансы Врангеля обязательно должны упасть. Общая перспектива на фронтах, по-моему, такова: Польша расслаблена и нуждается в передышке, ввиду чего мы должны выставить условия, делающие невозможным оздоровление буржуазной Польши. Врангель будет сбит [в] ближайшие дни, а, если Главком перебросит нам кавалерию, Врангель будет вовсе ликвидирован к началу осени.

Сталин.

РЦХИДНИ; Ф. 558. On. 1. Д. 5556. Л. 3-6. Автограф.

Примечания:

1 3 августа 1920 г. Ленин направил Сталину телеграмму, в которой поставил вопросы: о разделении фронтов, о заместителе Сталина, о позиции Главкома, о деятельности НКИД (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 248).

2 Речь идет о телеграмме Сталина от 4 августа 1920 г., в которой предлагалось объединить силы на Западном направлении, передав Западному фронту войска 2-й, 1-й Конной и 14-й армий с тем, чтобы остальные силы Юго-Западного фронта были направлены против Врангеля. 5 августа 1920 г. предложение Сталина рассматривалось в Политбюро. В принятом решении говорилось: «Утвердить предложенный Сталиным вариант, принимаемый РВСР» (Известия ЦК КПСС. 1991. № 2. С. 121, 123).

3 Имеется в виду телеграмма Ленина Сталину от 4 августа 1920 г., в которой Ленин просил прислать «заключение о характере заминок у Буденного и на фронте Врангеля, а равно и о наших военных перспективах на обоих этих фронтах» в связи с предстоящим пленумом ЦК (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 249). На пленуме ЦК 5 августа 1920 г. рассматривался вопрос о положении на врангелевском фронте и на Кубани. Было принято решение: «Признать, что Кубано-врангелевский фронт должен идти впереди зап[адного] фронта и поэтому Оргбюро и Наркомвоен должны принять самые энергичные меры к направлению на этот фронт военных сил и коммунистов» (Известия ЦК КПСС. 1991. № 2. С. 12б).

 

№ 99

Телеграмма И. В. Сталина В. И. Ленину

[12 августа 1920 г.]

Ленину.

Первое, хотелось бы приветствовать и вас и себя с победой, но должен признаться, что в заявление Ллойд Джорджа, переданное Каменевым, не верю1.

Второе, наш теперешний удар на Врангеля не может быть сокрушительным, так как, ввиду нераспорядительности ставки, северные дивизии перебрасывались на Крымский фронт медленно с большими интервалами, и мы вынуждены были вводить их в бой по частям, не дожидаясь подхода остальных войск, например, бригада добровольцев до сих пор еще не подвезена целиком, так как полевой штаб почему-то назначил нормой перевозки один эшелон в день, а всего в бригаде двадцать три эшелона. Мое впечатление таково, что Главком и братья саботируют работу по организации победы над Врангелем, во всяком случае, они не проявляют десятой доли того желания победить, какое они, несомненно, проявили в борьбе с Польшей. Кроме того, Главком отказывает в кавалерии2. Ввиду этого, наш теперешний удар на Врангеля нельзя считать решающим.

Сталин.

РЦХИДНИ; Ф. 558. On. 1. Д. 1940. Л. 1-3. Автограф.

Примечания:

1 Телеграмма была ответом на ленинскую телеграмму от 11 августа1920 г.: Только что получена депеша Каменева. Англия струсила всеобщей стачки, и Ллойд-Джордж заявил, что советует Польше принять наши условия перемирия, включающие и разоружение, и передачу оружия рабочим, и землю, и прочее. Наша победа большая и будет самая полная, если добьем Врангеля. Здесь мы принимаем все меры. Налягте и вы, чтобы отобрать весь Крым теперешним ударом во что бы то ни стало. От этого теперь зависит все. Поляки тянут и не приехали в срок. Для нас это архивыгодно» (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 254-255).

2 12 августа 1920 г. Сталин и Егоров послали С. С. Каменеву докладную записку с предложением вывести 1-ю Конную армию в резерв Юго-Западного фронта «на случай выступления Румынии». 13 августа 1920 г. Каменев издал директиву о включении 1-ой Конной армии вместе с 12-й армией в состав Западного фронта. (Из истории Гражданской войны в СССР. Т. 3, С.350, 351). В телеграмме Сталина Главкому от 13 августа 1920 г., в частности, говорилось:

[...] Ваша последняя директива [...] без нужды опрокидывает сложившуюся группировку сил в районе этих армий, уже перешедших в наступление; директиву эту следовало бы дать, либо три дня назад, когда конармия стояла в резерве, либо позднее, по взятии конармией района Львов [...] Ввиду этого я отказываюсь подписать соответствующее распоряжение Югозапа в развитие Вашей директивы [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 4137. Л. 1). 14 августа 1920 г. в телеграмме Ленину Сталин вновь жаловался на Главкома и просил определенного решения ЦК в отношении Врангелевского фронта (Там же. Д. 5567. Л. 2).

19 августа 1920 г. на заседании Политбюро по докладу Троцкого и Сталина о военном положении на польском и врангелевском фронтах было принято решение снять на врангелевский фронт 6-ю дивизию 1-ой Конной армии. Правда, в случае, если со стороны С. С. Каменева последует протест, мотивированный военными соображениями, вопрос подлежал пересмотру в Политбюро (Известия ЦК КПСС. 1991. № 3. С. 160).

 

№ 100

И. В. Сталин — Политбюро ЦК РКП(б)

[30 августа 1920 г.]

В ПОЛИТБЮРО ЦК1.

Предлагаю ЦК образовать комиссию из трех [человек] (через Сов[ет] — обороны) по обследованию условий нашего июльского наступления и августовского отступления на Зап[адном] фронте2. Комиссии дать срок двухнедельный. Председателем комиссии (если нет у ЦК лучшего кандидата) предлагаю т. Серебрякова3.

И. СТАЛИН.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5213. Л. 1. Машинописная копия.

Примечания:

1 В левом верхнем углу телеграммы пометка: «Пр. ПБ п. 21 № 40 І/ІХ-20», внизу: «30/VІІІ».

2 В середине августа 1920 г. польская армия перешла в наступление и, развивая успех, к концу месяца отбросила советские войска к границам Польши.

3 В тот же день 30августа 1920 г. Сталин подал в Политбюро заявление, в котором неудачи на польском фронте связывал с ошибками высшего военного руководства страны. В частности, главным недостатком военной политики он назвал отсутствие серьезных боевых резервов и предложил принять «программу образования боевых резервов Республики» (Сталин И. В. Сочинения. Т. 4. С. 348-350). Предложение Сталина рассматривалось на заседании Политбюро 1 сентября 1920 г. В принятом постановлении говорилось: «принять к сведению сообщение Троцкого о том, что военным ведомством принимаются меры в духе предложения т. Сталина [...]» (Известия ЦК КПСС. 1991. № 3. С. 162).

 

№ 101

К. Е. Ворошилов — Г. К. Орджоникидзе

4 сентября 1920 г.

Богородица (возле Грубежов) 4/IX-20 г.

Здравствуйте, дорогой друг, Григорий Константинович!

Прежде всего, от всей души благодарю за память о нашей, и по сие время еще, славной армии, которая, несмотря на все трудности, бьет панов. Неоднократно собирались послать Вам письма и делегации, но все мешают беспрерывные и жестокие бои с проклятой темной Польшей.

Последнее выражение употребляю совершенно сознательно. Мы ждали от польских рабоч[их] и крестьян восстаний и революции, а получили шовинизм и тупую ненависть к «русским». Конечно, если бы нам удалось добраться до Лодзи — Петрокова и Домбровск[ого] района, положение резко изменилось [бы], но пока дело обстоит довольно неважно. Наша армия, свидетельствую честно, выполняла и выполняет свой революционный долг. Поляков истреблено нами изрядное количество. Одних пленных взяли до 20 т[ысяч]. Изрублено и уничтожено вообще больше 20 т[ысяч]. Вас может поразить и удивить большое количество истребленных панов по отношению к пленным, но этому удивляться не следует, т. к. «паны» дерутся зверски и наносят нам большой урон. Озлобление бойцов бывает доводимо упорством поляков до максимальных пределов, и в таких случаях наши ребята рубят беспощадно. Наши потери на белопольском фронте также огромны. Мы потеряли почти весь свой комсостав, военкомов и до 10 тысяч бойцов, столько же приб[лизительно] лошадей. Пополнений ниоткуда нет. Задачи, стоящие перед армией, по-прежнему, огромны. Вы можете задать вопрос — почему так велики наши потери, ведь конармия славилась своей неуязвимостью. Да, дорогой Григорий Константинович, то было на Дону и Кубани. Здесь, в болотах, лесах, реках и горах, сплошь перекопанных и переплетенных бесконечными рядами проволочных заграждений, конницей действовать вообще нельзя. И только наша армия, с ее железной выносливостью и невероятной приспособляемостью, могла и в этих условиях не только биться, но и побеждать, форсировать неприступные реки и брать укрепленные форты и города. Белополяки с момента нашего появления здесь отдали приказ ни в коем случае не ввязываться своей кавалерии в бой с нами и вынуждать нас биться с пехотой или, как они писали, «разбиваться о пехоту». И действительно, за три месяца беспрерывных боев паны уклонялись дать нам кав[алерийский] бой и только однажды в Бродах (2-3/VІІІ) паны попытали счастья, бросив на нас три полка кавалерии, но попытка оказалась неудачной, т. к. несмотря на крайнюю изнуренность наших частей, польская кавалерия была изничтожена мгновенно. Польская пехота дерется упорно и искусно. Объяснение этому — прекрасно сформированные части из зеленой молодежи деревни и обильно насыщенные надежным комсоставом из буржуа и спецов. Случаи перебежек поляков в наши ряды весьма и весьма редки.

За эти три месяца армия им[ела] десятки генеральных сражений, в которых паны пытались уничтожить нашу армию. На всем Запфронте наша армия является самым могущественным магнитом, притягивающим на себя огромные силы пр[отивни]ка. Конармия сильно пострадала, но ее боевой дух и желание биться по-прежнему сильны, и только физическое истощение может подорвать ее богатырский дух.

Беда, дорогой Серго, что в центре мало знают нашу армию и недостаточно оценивают ее неоценимую заслугу перед Соввластью и революцией. Армия по-прежнему плохо одета и часто голодает. Я ни на минуту не забывал вашего обещания дать армии бурки. Дорогой товарищ, если бы это удалось сделать, Вы оказали бы армии истинное благодеяние, а республике неоценимую услугу, т. к. боеспособность и дух армии поднялись бы до значительных размеров. Если бы центр мог снабдить нас хотя бы брезентовыми плащами, и то было бы чудесно, и я не позволил бы себе беспокоить Вас и отрывать от Ваших прямых и важнейших дел, но Вы сами знаете, что центру эта задача не под силу, а без этого я предвижу — мы потеряем армию, т. к. уже теперь идут дожди подряд целыми днями, и бойцы проводят на конях под проливным дождем по 15-17, а то и больше часов. Все это в скором времени ухудшится. Паны, ободренные успехами на северном участке, конечно, не дадут нам отдыха и сейчас уже напрягают все силы, чтобы покончить с нашей армией, которая так им ненавистна и для которой так много приходится отрывать своих сил. Я не сомневаюсь, что Вы, если это будет в Ваших силах, сделаете все, чтобы и на этот раз помочь армии, которая еще так нужна Рабоче-Крестьянской республике. Если нельзя будет достать в большом количестве бурки, то сделайте в меру возможного, лучше что-нибудь, чем ничего. Кинжалов еще не получили, но знаем, что Бакинские пролетарии во главе с Вами оказали нам свое внимание, и это нас тронуло до слез. Вас мы всегда вспоминаем как лучшего нашего друга и товарища и как самого чуткого и преданнейшего революционера, чутко реагирующего на все болезни нашей революционной боевой жизни и тонко понимающего всю сложность, важность и величие переживаемого момента.

От всей моей пролетарской души желаю Вам успеха и счастья. Передайте привет и самые лучшие пожелания Вашей супруге.

Обнимаю и крепко жму Вашу руку.

С ком[мунистическим] приветом

Ваш К. Ворошилов.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 8. Д. 201. Л. 3-4. Автограф.

 

№ 102

Л. М. Карахан - ЦК РКП

9 сентября 1920 г.

В ЦК РКП.

Последние события в Персии: развал «Советского» Правительства в Гиляне, отступление от Решта и угроза быть выбитыми вооруженными англо-персидскими силами и[з] Персии при равнодушии и враждебном настроении персов — ставят общий вопрос о нашей политике в Персии на ближайший период1. Положение в Гиляне рисуется следующим образом: вследствие политических ошибок и политических бестактностей, дело революции в гилянской провинции (Энзели и Решт) сильно скомпрометировано. Революционная власть не успела закрепить за собой симпатии населения и, прежде всего, крестьянства, участие в революции русских, армян и грузин (как иностранцев) и хозяйничание их как в завоеванной стране очень быстро вооружило против нас все население, ослабило враждебное отношение к англичанам, а торговые круги даже бросило к англичанам.

Терять сейчас Персию и предоставить ее англичанам было бы сейчас серьезным ударом нам и в международном отношении (как признак нашей слабости) и специально для Англии, это было бы показателем того, что нас на Востоке нечего бояться, ибо мы ничего не можем сделать и решительно отступаем при малейшей неудаче.

Доклады, полученные из Персии, в частности, от тов. Элиавы, показывают, что возможные линии нашей персидской политики могли бы быть:

1) Существующие в Энзели силы подкрепляются экспедиционным корпусом в 8-10 тысяч человек, что обеспечивает нам вполне занятие Тегерана, свержение шахского правительства и совершенно достаточно для дальнейшей борьбы и совершенного изгнания англичан из Персии. В Тегеране образуется некоммунистическое, но советского типа правительство, с привлечением в него национально-демократических элементов. Политика этого правительства строила бы свои расчеты на крестьянство, в то же время не затрагивая интересов (до поры до времени) торгового капитала. Для проведения в жизнь такого плана тов. Элиава подготовлен и располагает необходимыми и многочисленными сотрудниками.

2) Мы уходим из Персии, обеспечивая за собой в военном отношении Энзели. Вступаем в сношения с Тегеранским шахским правительством (с которым мы отношений не прерывали и до последних дней находимся в переписке), направляем в Тегеран наше дипломатическое представительство и заключаем с шахским правительством дружественный договор, преследующий агитационно-пропагандистские цели (отказ от царских договоров, концессий, привилегий и возвращение награбленных земель и имуществ).

К нам едет уже посол от шахского правительства; он находится по дороге в Москву, в Туркестане, и, по-видимому, имеет задачей наладить с нами дружественные отношения от имени перепуганного шахского правительства. Наше посольство в Тегеране ставило бы своей задачей, с одной стороны, организацию, оформление и материальную поддержку национально-демократических антианглийских элементов, с другой стороны, коммунистов, и, таким образом, проделывало бы работу, рассчитанную на сравнительно долгий период.

ЦК должно решить, каким из двух путей идти. Политически сейчас необходима первая линия, ибо она дает немедленный эффект и наносит Англии удар, который при происшедшей перемене политики Англии окажет самое благотворное влияние на настроение Ллойд Джорджа и Керзона и докажет, что мы являемся для Англии серьезной и непосредственной опасностью и что мы ставим нашу агрессию на Востоке в прямую зависимость от политики Англии к нам: на удар отвечаем ударом.

Решение вопроса находится всецело в зависимости от наших военных ресурсов. Причем наше вступление в Персию нельзя рассматривать изолированно, это будет продолжением польско-врангелевского фронта и в том отношении, что придется кое-что урвать оттуда, и потому, что успех в Персии будет определять меру давления Англии и на Польшу и на своих союзников, и, таким образом, может облегчить наше положение на польском фронте.

В случае, если ЦК одобрит первый путь, необходимо создание комиссии из Коминтерна, Наркоминдела и ЦК РКП для разработки плана действий и выработки надлежащих инструкций для Элиавы2.

Л. Карахан.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 2. Д. 208. Л. 1. Машинописный текст, подпись — автограф.

Примечания:

1 19 июля 1920 г. Кучук-хан вышел из состава правительства и покинул Решт. Созданное 31 июля 1920 г. правительство Эсханоллы-хана в значительной степени под влиянием советских советников начало проводить левацкую политику, оттолкнувшую широкие слои местного населения: реквизировало имущество мелких землевладельцев, торговцев, ремесленников, вело агитацию против Корана и духовенства. В одной из октябрьских (1920 г.) телеграмм Сталину Орджоникидзе, в частности, сообщал: « [...] [В] Персии никакой революции нет. Или оккупация или уход [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 12. Д. 12. Л. 1).

20 сентября 1920 г. Пленум ЦК принял решение: «Дать директиву Наркоминделу держаться второй из предложенных им линий, т. е. переговоры с шахским правительством, обеспечив непременно за нами Энзели против англичан» (Известия ЦК КПСС. 1991. № 3. С. 164).

 

№ 103

И. В. Сталин — Президиуму IX партийной конференции

23 сентября [1920 г.]

Заявление т. Сталина1.

Некоторые места во вчерашних речах т. т. Троцкого и Ленина2 могли дать т. т. конферентам повод заподозрить меня в том, что я неверно передал факты. В интересах истины я должен заявить следующее:

1) Заявление т. Троцкого о том, что я в розовом свете изображал состояние наших фронтов, не соответствует действительности. Я был, кажется, единственный член ЦК, который высмеивал ходячий лозунг о «марше на Варшаву» и открыто в печати предостерегал товарищей от увлечения успехами, от недооценки польских сил. Достаточно прочесть мои статьи в «Правде».

2) Заявление т. Троцкого о том, что мои расчеты о взятии Львова не оправдались, противоречит фактам. В середине августа наши войска подошли к Львову на расстояние 8 верст и они наверное взяли бы Львов, но они не взяли его потому, что высшее командование сознательно отказалось от взятия Львова и в момент, когда наши войска находились в 8 верстах от Львова, командование перебросило Буденного с района Львова на Запфронт для выручки последнего. При чем же тут расчеты Сталина?

3) Заявление т. Ленина о том, что я пристрастен к Западному фронту, что стратегия не подводила ЦК, — не соответствует действительности. Никто не опроверг, что ЦК имел телеграмму командования о взятии Варшавы 16-го августа. Дело не в том, что Варшава не была взята 16-го августа, — это дело маленькое, — а дело в том, что Запфронт стоял, оказывается, перед катастрофой ввиду усталости солдат, ввиду неподтянутости тылов, а командование этого не знало, не замечало. Если бы командование предупредило ЦК о действительном состоянии фронта, ЦК, несомненно, отказался бы временно от наступательной войны, как он делает это теперь. То, что Варшава не была взята 16-го августа, это, повторяю, дело маленькое, но то, что за этим последовала небывалая катастрофа, взявшая у нас 100000 пленных и 200 орудий, это уже большая оплошность командования, которую нельзя оставить без внимания. Вот почему я требовал в ЦК назначения комиссии3, которая, выяснив причины катастрофы, застраховала бы нас от нового разгрома. Т. Ленин, видимо, щадит командование, но я думаю, что нужно щадить дело, а не командование.

23/9

И. Сталин.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5570. Л. 2. Автограф.

Примечания:

1 В несколько переработанном виде это заявление Сталина было им произнесено утром 23 сентября на третьем заседании IX конференции РКП(б). Текст выступления Сталина см.: Девятая конференция РКП(б). Протоколы. М., 1972. С. 82.

2 Речь идет о выступлении Ленина и Троцкого на IX Всероссийской конференции РКП(б) 22 сентября 1920 г. Выступая с политическим отчетом ЦК, Ленин, касаясь вопроса о Польше, в частности, сказал: «Где же теперь искать ошибку? Возможно ошибка политическая, возможно и стратегическая [...] Возможна ошибка в ответе на ноту Керзона, 12 апреля, когда им сказали просто, наплевать на Лигу Наций, идем вперед. Само собой разумеется, мы определяли при неправильном определении [...] Сам ЦК волнуется непомерно тем, что мы сделали ошибку и потерпели поражение. Но исправлять эту ошибку, назначать комиссию мы не беремся. Нам надо решать вопросы текущей политики [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 44. On. 1. Д. 2. Л. 27-28, 31). Выступая в прениях по отчету ЦК, Сталин болезненно отреагировал на это замечание. «Перед нами, — сказал он, — в то время было несколько фактов. Первый — это нота Керзона [...] второй [...] — нарастающее революционное движение в Англии и Германии [...] третий факт — это продвижение наших войск вперед на Юго-Западном и Западном фронтах. Таким образом, со всех сторон перед нами открывалась перспектива, что, если мы примем предложение Керзона, то тем самым рискуем дать передышку Польше и всей международной буржуазии [...] Безусловно, первое, что должен был сделать ЦК, — это проверить состояние наших фронтов. ЦК послал запросы, и в середине августа была получена телеграмма, что мы 16 августа берем Варшаву. Это сообщение, исходящее от компетентных и ответственных лиц послужило той лишней гирей, кот[орая] перевесила мнение ЦК в сторону продолжения наступательной войны [...] Я должен заявить, что при такой обстановке наш ЦК не был бы революционным ЦК, если бы принял другую политику. Когда выяснилось, что комфронт ошибся в своей оценке фронта, что член Реввоенсовета фронта ошибся, что ЦК был в некотором роде подведен стратегией, смешно говорить, что «если бы да кабы во рту росли бобы». Никогда бобы во рту не растут. Всякая другая политика ЦК была бы реакционной. Поэтому, я думаю, что его логика была абсолютно правильной [...]» (Девятая конференция РКП(б). Протоколы. М., 1972. С. 60-61). В заключительном слове Ленин сказал, что Сталин взял через край и встал на защиту военного руководства (РЦХИДНИ. Ф. 44. On. 1. Д. 2. Л. 131). В свою очередь, Троцкий, в заключительном слове по докладу о военном положении обвинил Сталина. «Относительно разведки, — начал он свою речь — Совершенно правильно, что разведка у нас не блестяща, особенно агентурная. Она поставлена у нас на энтузиазме и на преданности прекраснейших партийных работников, которые дают прекрасную политическую информацию, но которые дают нам крайне недостаточную, и в военном смысле неграмотную военную информацию. Мы получали гораздо больше сведений о полном разложении, об общей панике, что ничего там не выйдет из попытки укрепления армии (См. документ № 86), и, если говорить о том, что кто-то подвел ЦК, то скорее партийно-политическая информация того периода, когда мы приближались к Варшаве [...] Теперь другое возражение. Спрашиваю, а вы знали ли, что живые силы польской армии не были разбиты. Товарищи, я позволю себе сказать, что я был настроен скептичнее многих других товарищей, ибо как раз на этом вопросе должен был останавливаться больше других, то есть разбиты или не разбиты военные силы польской белой армии. По этому поводу у меня были разговоры с т. Сталиным, и я говорил, что нельзя успокаиваться всякими сообщениями о том, что разбиты силы польской армии, потому что силы польской армии не разбиты, так как у нас слишком мало пленных по сравнению с нашими успехами и слишком мало мы захватили материальной части. Тов. Сталин говорил: «Нет, вы ошибаетесь. Пленных у нас меньше, чем можно было бы ожидать в соответствии с нашими успехами, но польские солдаты боятся сдаваться в плен, они разбегаются по лесам. Дезертирство в Польше получает характер явления огромного, которое разлагает Польшу, и это главная причина наших побед». Что же я должен сказать, что т. Сталин подвел меня и ЦК. Тов. Сталин был членом одного из двух Реввоенсоветов, которые били белую Польшу. Тов. Сталин ошибался и эту ошибку внес в ЦК, которая тоже вошла как основной факт для определения политики ЦК. Тов. Сталин в то же самое время говорит, что Реввоенсовет Западного фронта подвел ЦК. Я говорю, что этому есть оценка ЦК. Тов. Сталин представил дело так, что у нас была идеально правильная линия, но командование подводило нас, сказав, что Варшава будет занята такого то числа. Это неверно. ЦК был бы архилегкомысленным учреждением, если бы он свою политику определял тем, что те товарищи, которые говорили о том, когда будет взята Варшава, нас подводили, потому, что данные у них были те же, что и у нас» (Девятая конференция РКП (б). Протоколы. М., 1972. С. 76-77). Эти высказывания Ленина и Троцкого и послужили основанием Сталину для составления письма в президиум конференции и выступления.

3 См. документ № 100.

 

№ 104

Телеграмма С. И. Гусева Л. Д. Троцкому

20 октября [1920 г.]

Москва Предреввоенсоветресп т. Троцкому.

В Реввоенсовет Южфронта поступают донесения с мест о бесчинствах проходящих частей I конармии, выражающихся в терроризировании власти, грабежах, погромах, беззаконной реквизиции и прочее1. В подтверждение привожу выдержки из телеграммы Кременчугского Губначтыла от 15 сего октября: «Проходящие части 2 и 4 дивизий І-й конармии, проходящие через Черкасский уезд, терроризируют власть, грабят и расстреливают жителей и даже семьи служащих в рядах Красной Армии, весь скот угоняется, устраивается мобилизация лошадей, забирается последняя лошадь у крестьянина. С криком «бей жидов и коммунистов» носятся по селам и деревням, есть убитые и много раненых, в числе которых много советских работников. Семьи красноармейцев совработников, волвоенкомов, предревкомов, комнезаможей подвергаются полному разграблению и избиению до полусмерти. Есть также факты убийства и расстрела евреев совработников. Власть и население в паническом ужасе бежит, скрываясь в лесах и полях. Результаты бесчинств уже сказываются, те села, которые были на стороне соввласти и далеки от участия в бандитизме, теперь, наоборот, питают страшную ненависть к крас[ной] армии и соввласти».

Для расследования этого Черкасским уездначтыла назначена комиссия из представителей военкомата, исполкома и Рабоче-Крестьянской Инспекции.

20 октября.

Член Реввоенсовета Южфронта ГУСЕВ2

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 1. Д. 2435. Л. 12. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Жалобы на 1-ю Конную армию поступали достаточно регулярно. Их количество было так велико, что 19 сентября 1920 г. член РВС 1-ой Конной армии Минин послал в ЦК своего рода письмо-протест, в котором, в частности, писал: «До последнего дня целый ряд работников-коммунистов, иногда очень солидных и заслуженных, обрушиваются [с] тяжелыми обвинениями против Первой Конной Армии: это де армия по преимуществу бандитская, хулиганская, антисемитская, антикоммунистическая и т. д., в этой армии, говорят они, коммунисту необычайно трудно работать, а работники, весьма выдающиеся, но нерусской национальности, находясь в этой армии, определенно рискуют головой [...] Тем не менее можно категорически утверждать, что в I Конармии недостатков относительно нисколько не больше, чем в любой из остальных армий [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 15461. Л. 2-3).

2 В верхней части телеграммы пометка: «Копию т. ЛЕНИНУ. Троцкий». В конце телеграммы пометка: «Копия послана т. Ленину».

 

№ 105

Телеграмма Л. Д. Троцкого Л. Б. Каменеву, В. И. Ленину

23 октября [1920 г.]

ТОВАРИЩУ КАМЕНЕВУ ЛЬВУ БОРИСОВИЧУ.

КОПИЯ ТОВАРИЩУ ЛЕНИНУ.

Вопреки вашим заверениям Реввоенсовет І-й Конной непростительно капризничает и запаздывает1. Если возможно, съездите к ним для серьезного нажима. Избежать в дальнейшем серьезных конфликтов, могущих тяжело отразиться на деле, можно только, заставив Буденного и Ворошилова понять, что Реввоенсовет Республики, Цека партии не потерпят никаких дезорганизаторских и самостийных действии2.

23 октября

Троцкий

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2435. Л. 14. Машинописный текст.

Примечания:

1 В октябре 1920 г. 1-ая Конная армия была переброшена с Юго-Западного на Южный фронт. 15 октября 1920 г. командующий фронтом Фрунзе отдал приказ войскам фронта о подготовке к наступлению и сосредоточению частей на конкретных участках (Из истории гражданской войны в СССР. Т. 3. С. 410-411). 1-ая Конная армия не выполнила предписания и в назаченный район не прибыла.

2 24 октября 1920 г. Ленин послал в РВС 1-ой Конной армии телеграмму, в которой требовал «применить самые героические меры для ускорения сосредоточения 1-й Конной» (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 315). 25 октября 1920 г. Л. Б. Каменев телеграфировал Ленину и Троцкому: «Ваши телеграммы 973 и 977 получены. Все меры к ускорению сосредоточения І-ой Конной будут приняты. Совместно с Буденным прибыл Апостолово, где через несколько часов состоится совещание с Командюжем и Командармами 2 и 6 для выработки окончательных мер, чтобы не упустить противника. Если совещание признает полезным, вернусь в І-ую Конную, чтобы лично присутствовать при переправе. Апостолово. 25/10 — 20 г.» (Из истории гражданской войны в СССР. Т. 3. С. 418). Из дальнейшей переписки следует, что после состоявшегося 26 октября 1920 г. совещания командармов Каменев «за бесполезностью дальнейшего пребывания» вернулся в Москву. 26 октября 1920 г. Буденный и Ворошилов телеграфировали Ленину и Троцкому о принятии чрезвычайных мер по ускорению сосредоточения Конармии (Там же. С. 421).

 

№ 106

И. В. Косиор — Г. К. Орджоникидзе

13 ноября [1920 г.]

Ноябрь 13

г. Грозный

Рапорт

Представляю сведения к 22 ч[асам] 13 ноября о положении работ по выселению казаков из станиц Ермоловской, Акан-Юртовской, Самашинской, Михайловской и Калиновской1:

1) Ермоловская — от жителей очищена, заканчивается работа по сбору продовольствия.

2) Акан — Юртовская — выселено 1600 чел., остается к выселению 1661 чел.

3) Самашинская — выселено 1018 чел., остается к выселению 1900 чел.

4) Михайловская — выселено 600 чел., остается к выселению 2200 человек.

5) Калиновская — выселена и сдана приемщикам от Терского областного Земотдела.

Кроме того, из станицы Ермоловской, Акан-Юрт, Самашинской и Михайловской в адрес Опродкомарм в Грозный вывезено 154 вагона продовольствия.

Работа по сбору и вывозу продовольствия продолжится еще приблизительно 10 дней.

Из трех станиц, где выселение еще не закончилось целиком, выселены семьи злостных бело-зеленых и принимавших участие в последнем восстании. Не выселенные еще составляют часть населения, сочувственно относящихся к Советской власти: иногородние, семьи красноармейцев, Советских служащих и коммунистов.

Медленное выселение объясняется, как уже указывалось в сводках, плохой подачей порожняка, который подается в количестве одного эшелона в сутки2.

К настоящему времени для выселения людей требуется еще 306 вагонов.

Командарм Кавказской Трудовой [армии] И. Косиор.

РЦХИДНИ. Ф.85. 0п. 11. Д. 123. Л. 15. Машинописная копия.

Примечания:

1 С целью привлечь горское население Кавказа на сторону советской власти Кавбюро в середине сентября 1920 г. приняло решение о наделении горцев землей, принадлежавшей казакам. 6 октября 1920 г. Орджоникидзе в разговоре по прямому проводу с членом Кавбюро Мирзабекяном, в частности, сообщал: «[...] Политбюро ЦЕКА одобрило постановление Кавбюро о наделении горцев землей, не останавливаясь [перед] выселением станиц. Официально доведешь это до сведения областного комитета, и [необходимо] немедленно принять соответствующие меры для реализации наших решений [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 11. Д. 131. Л. 2). В первых числах октября 1920 г. началось восстание ряда станиц терского казачества. 23 октября 1920 г. исполняющий обязанности командующего Кавказской трудовой армией Медведев издал приказ, в котором, в частности, говорилось: « [...] Несмотря на в высшей степени большое миролюбие, проявленное Советской Властью по отношению к казачеству, запятнавшему себя кровавой борьбой с рабоче-крестьянской властью, казаки Теробласти - Терской и Сунженской линий неоднократно устраивали восстания против соввласти, предательски нападая на отдельные части Красн[ой] армии, обстреливая пассажирские поезда, портя желдорогу, мосты и т. п. Подавляя вооруженной рукой эти восстания, представители Соввласти на Тереке были весьма гуманны даже по отношению восставших станиц. События последних дней — восстание станиц Калиновской на Тереке, Ермоловской, Закан-Юрт (Романовская), Самашкинская и Михайловская на Сунже — переполнили чашу миролюбивого долготерпения соввласти. Член Реввоенсовета Кавфронта тов. Орджоникидзе ПРИКАЗАЛ: первое: ст[аницу] Калиновскую сжечь; второе: станицы Ермоловская, Закан-Юрт (Романовская), Самашкинская и Михайловская отдать беднейшему безземельному населению и, в первую очередь, всегда бывшим преданным соввласти нагорным чеченцам, для чего: все мужское население вышеназванных станиц от 18 до 50 лет погрузить в эшелоны и под конвоем отправить на Север для тяжелых принудительных работ; стариков, женщин и детей выселить из станиц, разрешив им переселиться в хутора или станицы на Север; лошадей, коров, овец и проч[ий] скот, а также пригодное для воен. цели имущество передать Кавтрудармии — ее соответствующим органам, причем лошадей распределить по указаниям Штафронта [...]» (Там же. Л. 11). В телеграмме Ленину от 26 октября 1920 г. Сталин сообщал: «[...] Несколько казачьих станиц наказали примерно [...] Несомненно, что Кавбюро и Орджоникидзе вели нашу линию умело, связали горцев с Советской властью, а сами горцы удовлетворительно выдержали экзамен [...]» (Ленинский сборник. Т. XXXIV. С. 373). 1 ноября 1920 г. Врачев, телеграфируя Орджоникидзе и Сталину о том, что выселение станиц идет успешно, сообщал: «[...] Сегодня у меня происходило совещание с чеченцами — представителями аулов. Настроение чеченцев превосходное, они рады до бесконечности и заявляют, что наш акт для них великое историческое событие. Было бы весьма желательно, по вселении чеченцев, созвать съезд [с] вашим присутствием» (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 11. Д 123. Л. 1-3).

2 Помимо нехватки вагонов, в качестве причин замедления выселения станиц, Косиор в телеграмме Орджоникидзе от 5 ноября 1920 г. называл также отсутствие точных данных о выселяемых и необходимость, в связи с этим, заниматься подворной переписью населения. Кроме того, он жаловался на отсутствие необходимого количества людей: «[...] для выполнения возложенных на меня заданий (оборона участка и борьба с бандами, охрана выселяемых станиц от чеченских грабежей и налетов бандитов, выселение станиц) [...] я не имею по самым скромным потребностям даже половины нужных мне людей [...]»

3 (Там же. Л. 4-5). В телеграмме от 6 ноября 1920 г. Косиор информировал Орджоникидзе о том, что командование Кавказского фронта запретило вывозить переселяемых по железной дороге и о получении им приказа направлять их гужевым транспортом. «[...] Выселению подлежит около 9 тысяч, — писал он, — из которых свыше полутора тысяч семей контрреволюционных и около тысячи советских. Если все это выселять походным порядком, потребуется очень много времени, так как подводы угнаны частями и бандами взяты лошади. Кроме того, нет конвоя и при следовании выселенцы будут подвергаться нападениям [...]» (Там же. Л. 6-7).

 

№ 107

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе И. В. Сталину

22 ноября [1920 г.]

Сталину.

Радио раньше утра не может быть принято, мешает работа Москва- Ташкент.

Со слов Касьяна, Бекзадяна, Нуриджаняна сообщаю следующее: при наступлении турок на Александрополь1 дашнаки покинули город, оставшиеся [в] городе наши товарищи освободили из тюрьмы арестован[ных] товарищей и сорганизовали Ревком, выпустили воззвание. Отряд Сепуха (дашнак), узнав об этом, двинулся и вновь занял Александрополь. Ревком, не имея военной силы, с красными знаменами двинулся навстречу кемалистам, бывшим 20 верстах.

Армии почти нет. Дашнаки признают, что их агитация о большевистско-кемалистском союзе вызвала настроение не драться против Кемаля, раз он союзник большевиков. Раскол среди всех партий. Меньшевики-интернационалисты открыто [в] печати выступают за соввласть. На границе Казаха армянские части массами подходят даже [с] офицерами и спрашивают, как им быть. Резни в районе турецкой оккупации нет. Венизелос ушел в отставку, вместо него Гунарис2. В Афинах коммунистами была устроена большая демонстрация. Мы все думаем, что медлить уже нельзя, подождем до утра3.

22/ХІ

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 14. Д. 30. Л. 2-3. Автограф.

Примечания:

1 С целью использования в советизации Армении турецких войск Кавбюро вело тайные переговоры с лидером турецкого национально-освободительного движения Кемалем. За возможное содействие ему была обещана военная помощь против английских оккупационных войск. После того, как по унизительному для Турции Севрскому (1920 г.) мирному договору к Армении отошли ряд территорий Турции, в июне 1920 г. войска Турции и Армении сошлись на границе. 30 октября 1920 г. турецкие войска заняли Карс, начали наступление на Александрополь и вскоре развернули наступление на Эривань. «[...] Если Александрополь будет взят, — сообщал 8 ноября 1920 г. Чичерину Сталин, — наиболее вероятной считаю комбинацию о максимальных требованиях [...] во всяком случае придется действовать по обстановке. Все зависит от того, какую позицию займут турки в связи с переговорами с Антантой [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1992. Л. 1-7). «[...] Считаем абсолютно необходимым, — телеграфировали в тот же день Сталин и Орджоникидзе Ленину и Чичерину, — немедленную отправку в Турцию к Кемалю полномочных лиц с целью рекогносцировки и информирования Москвы в срочном порядке [...]» (Там же. Д. 5575. Л. 1-11). Обращение Армении к западным державам за помощью успехом не увенчалось. На просьбу о посредничестве в переговорах с Турцией, адресованную Советской России, правительство Армении получило 13 ноября 1920 г. телеграмму Чичерина с извещением о согласии и о посылке с этой целью в район боевых действий Мдивани (Великая Октябрьская социалистическая революция и победа советской власти в Армении. С. 422). В телеграмме Ленину от 15 ноября 1920 г. Сталин, выражая сомнения в позиции Кемаля, в частности, писал: «[...] Возможно, что с Арменией уже опоздали, т. е. ее скушает Кемаль раньше чем мы подоспеем [...]» (Там же. Д. 1999. Л. 1).

2 Речь идет о смене глав правительства Греции. 4 ноября 1920 г. Венизелоса (Либеральная партия) сменил Раллис (Народная партия). Гунарис, также один из лидеров народной партии, стал главой правительства лишь в марте 1921г. Эту тему Орджоникидзе поднял в связи с событиями греко-турецкой войны, которую вело правительство Венизелоса и противником которой выступал Гунарис. В борьбе против войны Народная партия в это время была поддержана комунистической партией Греции.

3 Речь идет о предполагавшемся вводе советских войск на территорию Армении.

 

№ 108

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе В. И. Ленину, И. В. Сталину

29 ноября 1920 г.

Москва — Кремль Ленину. Сталину.

Баку 29/ХІ 20 г. 14 час. 30 мин.

Постановление Цека только что получил1. Армянский Ревком, отправленный в район Казах для подготовительной работы, получив массу приговоров от крестьян района Караван Сарай, Дилижан с указанием, что власти нет, армия разбежалась, с просьбой прийти, ночью самостоятельно перешел границу и продолжает движение в Делижан, где вероятно будет провозглашена советская Армения. В связи [с] решением ЦК, не знаю как быть, боюсь что уже декларировали Советскую власть2. Думаю, что все пройдет без особых затруднений3.

Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 14. Д. 33. Л. 2. Автограф.

Примечания:

1 27 ноября 1920 г. Политбюро по докладу Сталина приняло постановление, проект которого готовил Ленин. В нем, в частности, говорилось: «[...] Принять по отношению к Грузии, Армении, Турции и Персии максимально примирительную политику, т. е. направленную больше к тому, чтобы избежать войны. Не ставить своей задачей похода ни на Грузию, ни на Армению, ни на Персию. Главной задачей признать охрану Азербайджана и прочное обладание всем Каспийским морем [...]». Орджоникидзе предписывалось остаться в Баку л принять на себя политическое руководство Азревкомом. Сталину вменялось в обязанность договориться с Чичериным и Орджоникидзе о соответствующих коррективах внешней политики в пограничных с Кавказом государствах (Известия ЦК КПСС. 1991. № 8. С. 161).

2 Опираясь на поддержку Сталина в Москве, Орджоникидзе взял на себя инициативу силовой советизации Армении. Одновременно со сформированным им армянским Ревкомом, в Армению был отправлен «армянский» полк из частей 11-й армии. Узнав 29 ноября 1920 г. из телеграммы Леграна о захвате полком Караван-Сарая, Орджоникидзе телеграфировал Леграну и Мдивани о необходимости активизировать переговоры с группой дашнаков, согласных на советизацию страны в случае включения их в Ревком (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 14. Д. 33. Л. 3). В тот же день в разговоре с членом РВС Кавказского фронта Трифоновым Орджоникидзе сообщил о продвижении «армянского» полка и просил учесть, что в офицальных сводках информации о полке не будет. Сообщив также о наличии Ревкома в Александрополе, Орджоникидзе закончил разговор вполне определенно: «[...] Турки настаивают на вводе наших войск в Армению для утверждения Советской власти, считая это гарантией своего тыла [...] Положение становится совершенно ясным, нерискованным [...]» (Там же. Д. 34. Л. 1-2).

3 Выделена фраза, вычеркнутая Орджоникидзе.

 

№ 109

Запись разговора по прямому проводу А. М. Назаретяна и Г. К. Орджоникидзе

[не ранее 30 ноября 1920 г.]

Ростов на Дону.

У аппарата тов. Назаретян. Здравствуй Серго. Горю нетерпением узнать от тебя последние сведения. [С] твоей телеграммой Ленин ознакомился сегодня1. Тебе послали от имени Кавбюро приветственную телеграмму для передачи Ревкому Армении.

Баку.

Здравствуй. Сегодня у нас связи с Ревкомом не было, надеемся получить через некоторое время. Сегодня же ночью общее положение было таково: крестьяне района Караван Сарай и Делижан [в] восстании, ревком сегодня должен быть в Делижане или подвинулся вперед. До сих пор дело идет без единого выстрела. В Эривани сейчас правительство Дро2, который, как будто, по словам Леграна, не прочь объявить Советскую власть, но в то же самое время почему-то оттягивает. Думаю, что он надувает Леграна. Сегодня [в] Баку было торжественное заседание Совета, на котором Нариманов прочел декларацию Азербайджанского правительства3 с указанием, что нет больше границ между Советской Арменией и Азербайджаном, что отныне Зангезур и Нахичевань являются неотъемлемой частью Советской Армении. Армянам Нагорного Карабаха представляется право самоопределиться. Богатство Азербайджана — нефть и керосин являются состоянием обеих союзных республик. Заседание прошло с большим подъемом. Тот же самый наряд красноармейских и рабочих митингов. Завтра отправляется вторая группа товарищей, везут собой керосин, мануфактуру и т. д. Размажь как следует все это в газетах.

Ростов-на-Дону.

Браво, азербайджанцы. Кричать [в] прессе начнем. Я завтра собираю небольшое совещание армян-коммунистов, где предложу немедленно взять на учет всех коммунистов армян, имеющих опыт советского строительства, и группами начну отправлять в ваше распоряжение. [В] случае необходимости объявим мобилизацию. Сейчас говорил Кировым, которому передаю все твои сообщения, он у аппарата, жалуется на крайне острое положение [со] снабжением продовольствием прибывающих воинских частей и местного гарнизона, у них идет сейчас продовольственное совещание. Прод[овольственный] комиссар работает под арестом, прод[овольственный] аппарат подтягивает, но считает кризис неминуемым, просит переговорить с Беленьким и Фрумкиным, сделать распоряжение о снабжении и заготовках Святокрестовского района. Фрумкин сейчас в Москве, вернется через неделю. Киров сообщает, что [в] Чечне не спокойно, просит справиться во Фронзе*, известно ли тебе что-нибудь. Больше вопросов не имею. Спасибо за новости.

Баку.

Мобилизацию армян коммунистов надо произвести в срочном порядке. Второе. Думаешь ли ты поехать на съезд Советов?4 Если обстановка не помешает, я думаю поехать. Сговорились [со] ставропольцами, кубанцами и поедем все вместе. Больше вопросов не имею, всего хорошего. Привет Белобородову.

Ростов-на-Дону.

На съезд очень хочу, ведь я ни одного съезда за три года не видел. Ты правильно угадал, был здесь Петренко, я ему передал, чтобы ставропольцы выставили тебя. Они охотно это делают. С кубанцами сговорюсь я о себе, но беда в том, что Белобородов должен обязательно поехать, его обязал Ильич. Таким образом [в] Ростове никого не останется. Если бы Стасова приехала5, то легко можно было бы сделать так или иначе. Примем меры поехать вместе на съезд. Пока, больше ничего. До свидания.

Баку.

У меня будет мандат от бакинцев и от армии, так что от ставропольского мандата придется отказаться. Всего хорошего, до свидания.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 14. Д. 37. Л. 1-2. Телеграфная лента.

Примечания:

1 По всей вероятности, речь идет о телеграмме Орджоникидзе Ленину и Сталину от 29 ноября 1920 г. (См. документ № 108).

2 Имеется в виду правительство, образованное группой дашнаков, согласившееся на советизацию страны при условии предоставления дашнакам мест в Ревкоме, а в последующем и в новом советском правительстве (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 14. Д. 31. Л. 1).

3 Декларацию правительства Азербайджана в связи с установлением в Армении советской власти см.: Великая Октябрьская социалистическая революция и победа Советской власти в Армении. С. 437.

4 VIII Всероссийский съезд Советов проходил в Москве с 22 по 29 декабря 1920 г.

5 27 ноября 1920 г. Политбюро приняло решение удовлетворить просьбу Кавбюро о переводе Стасовой в Ростов-на-Дону (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 125. Л. 2).

 

№ 110

Доклад по прямому проводу Г. К. Орджоникидзе И. В. Сталину, В. И. Ленину, Г. В. Чичерину

4 декабря 1920 г.

Москва Кремль1.

Здр[авствуй] Надя2. Передай пожалуйста сейчас же Сталину, Ильичу и Чичерину следующее. События в Армении протекают без всяких осложнений. Ревком Армении сегодня должен прибыть [в] Эривань. Население Эривани восторженно встретило провозглашение Соввласти3. Вся армия признала переворот. Легран настаивает на введении в ревком Дро и Тертерьяна. Турки относятся с большим недоверием [к] армянским коммунистам. Вопрос о вводе Дро и Тертерьяна [в] Ревком будет решен по прибытию Касьяна в Эривань. Возможно, что придется отказаться от известного решения4. Мы уже занимаем Караклис. 2 числа Хатисов подписал мирный договор с турками, копию передаю Вам сейчас же5. Из сообщения Мдивани, которое также будет передано сейчас же, для меня ясно, что турки полезут на Батум6. Вчера был у меня Алшибай, страшно встревоженный, которого я успокоил, хотя едва ли он мне поверил. Необходимо гнать вовсю армян коммунистов из Москвы. Отправьте немедленно Тер-Габриэляна. Тифлисская печать констатирует провал переговоров Константинополя с Ангорой7. Симптоматична легализация коммунистической партии в Ангоре.

Орджоникидзе8.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 14. Д. 33. Л. 22-23. Рукописный текст; Ф. 2. On. 1. Д. 16404. Л. 1. Машинописный текст.

Примечания:

1 2 декабря 1920 г. Орджоникидзе получил телеграмму от полпреда РСФСР в Армении Леграна, в которой сообщалось о провозглашении в Армении советской власти. Легран сообщал также: « [...] Командному составу армии (армянской — Сост.) гарантирована безопасность, тоже дашнакам, [за] исключением лиц непосредственно ответственных [за] политику министерства Оганджаняна. Приказ [об] их аресте мною выдан. Штаб нашей дивизии находится [в] Делижане. От имени Российского советского правительства мною объявлено: Россия признает безусловно входящими [в] территорию советармении Эри- ванскую губернию, часть Карской области, обеспечивающую [в] военном отношении и обжелдорлинии по проходящей через Александрополь на Эривань и Казах Каракис, Зангезурский уезд, часть Казахского предела до согласования 10 августа и те части Тифлисской, которые были обладаемы Арменией до начала Турецкого наступления. Приказ [об] освобождении коммунистов отдан и проводится [в] исполнение. На случай враждебных действий турок необходимо иметь поближе достаточные военные силы, принято ли это во внимание [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 14. Д. 33. Л. 16).

2 Надежда Аллилуева, дежурившая на связи.

3 Декларации Ревкома Армении о провозглашении Армении социалистической Советской Республикой была обнародована 29 ноября 1920 г. (Великая Октябрьская социалистическая революция и победа Советской власти в Армении. С. 431-434).

4 См. примечание 2 к документу № 109.

5 Мирный договор, заключенный в Александрополе дашнакским правительством Армении с Турцией 2 декабря 1920 г. (Великая Октябрьская социалистическая революция и победа Советской власти в Армении. С. 438-441).

6 В телеграмме полпреду РСФСР в Грузии Шейнману от 10 декабря 1920 г. Чичерин писал: «[...] переход Батума в руки турок неприемлем. Мы не должны покидать нашу линию дружественной политики относительно кемалистов, удерживая их в то же время от нежелательных для нас действий [...]» (Документы внешней политики СССР. Т. 3. С. 374).

7 В Анкаре (Ангора) в апреле 1920 г. было организовано революционное правительство (Великое Национальное собрание Турции). В Стамбуле (Константинополь у Орджоникидзе) находилось официальное правительство Турции.

8 На записке пометка Ленина: «В архив».

 

№ 111

Телеграмма A. Л. Шейнмана Г. В. Чичерину, И. В. Сталину, Г. К. Орджоникидзе

6 декабря 1920 г.

Москва.

Наркоминдел т. Чичерину,

копия т. Сталину.

Баку т. Орджоникидзе.

Тифлис, 6 декабря 1920 г.

Грузинское правительство в связи [с] советизацией Армении или столковалось с Антантой, или впало в панику.

Во всяком случае, отношение Грузинского правительства к нам резко изменилось.

Уже несколько дней арестован один из моих лучших сотрудников. Извещенный об этом Чичерин предложил арестовать сотрудников Махарадзе1 в Москве. Я дал согласие. [О] дальнейшем мне не известно.

Вчера вечером арестованы сотрудники и секретари местных коммунистических газет. Минувшей ночью грузинская полиция окружила стоящий на путях поезд Леграна, не могущий проследовать в Эривань вследствие порчи пути. Поезд до сих пор находится под арестом, причем воспрещен вход в вагоны, выход из них и переход из одного в другой. Считаю необходимым немедленно, под каким-либо предлогом, приостановить вывоз нефтепродуктов в Грузию.

Второе. — В Эривани арестован домашним арестом состав грузинского посольства.

Третье. Арестовать кого-нибудь [из] сотрудников грузинского посольства [в] Баку.

Сообщая [об] изложенном Чичерину, предлагаю ему предъявить ультиматум с нашей стороны с требованием: первое — немедленной передачи нам всего врангелевского флота.

Второе — немедленного восстановления железнодорожного пути и сообщения с Арменией.

Третье — немедленного освобождения арестованных в административном порядке коммунистов.

Четвертое — абсолютное прекращение их репрессий против наших сотрудников, кроме того, ультиматум от Советской Армении [с] требованием немедленного оставления занятой Грузией нейтральной зоны в Борчалинском уезде и вывода грузинских войск из Ардагана2.

Решение Чичерина [в] значительной степени зависит от вашего заключения, каковое прошу мне сообщить, как проходит операция в Закатальском округе3. Получение подтвердите.

Шейнман.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 17. Д. 17. Л. 6-10. Рукописный текст, расшифровка.

Примечания:

1 Имеется в виду Г. Махарадзе, который был в это время официальным представителем правительства Грузии в Москве.

2 Нейтральная зона в спорном для Армении и Грузии Борчалинском уезде была образована в соответствии с решением конференции в Тифлисе в январе 1919 г. после армяно-грузинского конфликта. В связи с турецким наступлением на Армению Грузия ввела свои войска в нейтральную зону и заняла пограничный Ардаган.

3 Речь идет о вводе советских войск в Закатальский район с целью создания плацдарма для дальнейшей советизации Грузии. Предложение ввести войска в этот район было сделано Сталиным Ленину еще в телеграмме из Владикавказа от 16 или 17 ноября 1920 г. Сталин предлагал «[...] сосредоточить свои войска в Закаталах и, использовав удобный повод, двинуться в обход [к] Тифлису [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 558. Оп. 2. Д. 25. Л. 1-2).

 

№ 112

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе И. В. Сталину

8 декабря 1920 г.

Москва — Кремль, Сталину.

Баку, 8/XII-20 г.

Грузины транзита для Армении не дают1 и последние дни страшно обнаглели. По-моему, вопрос [о] Грузии вообще ближайшего времени, причем, тогда это потребует больше сил и больше жертв. Нельзя ли догадаться. Серго.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 15. Д. 64. Л. 1. Автограф.

Примечания:

1. Речь идет о транзите продовольствия, товаров и оружия для Армении через территорию Грузии.

 

№ 113

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе И. В. Сталину

[9 декабря 1920 г.]

Москва — Кремль,

Сталину.

Группировка [войск] на грузинской границе заканчивается завтра. Держать войска в таком состоянии невозможно. Или мы должны отвести части, или двинуться, вернее догадаться. [В] последнем случае надеюсь, что справимся. Твое и Ильича мнение. Повторяю, что турки все равно впутают нас в эту историю1.

Серго.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 15. Д. 64. Л. 3. Автограф.

Примечания:

1. Речь идет об использовании грузино-турецкого военного противостояния в пограничных областях для советизации Грузии. В телеграмме из Закавказья Чичерину и Ленину от 20 ноября 1920 г. Сталин, размышляя о вариантах советизации Грузии, писал: « [...] По моему одна из лучших комбинаций — успешная война Турции с Грузией, которая даст России возможность вмешаться в качестве посредницы и избавительницы [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 5584. Л. 1).

 

№ 114

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе В. И. Ленину, И. В. Сталину

12 декабря 1920 г.

Москва- Кремль,

Ленину, Сталину.

Баку, 12/XII-20 г.

Грузия с помощью Антанты, несомненно, задалась целью спровоцировать горцев на восстание: бросают в горы золото, мануфактуру, воинские части, большое количество грузинских и горцев офицеров, благодаря которым положение в Дагестане до некоторой степени осложняется. Грузины группируют свои силы в районе Лагодеха, откуда питается контрреволюция в Дагестане1 и делается все возможное для поднятия восстания в Закавказском округе. Все, по-видимому, строится на то[м], что подавление восстания с нашей стороны вызовет вой среди мусульман и тем отпугнет от нас кемалистов. Надо отметить, что подавление Ганджинского восстания очень ловко было использовано в Анатолии, об этом говорилось и в национальном собрании2. Положение в самой Грузии таково, что без особенного труда мы с ней покончим: восстания [в] Борчалинском уезде, Абхазии, Аджарии, Душетском уезде будут проведены3. Еще раз довожу все это до вашего сведения и прошу указания. Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 15. Д. 65. Л. 1-2. Автограф.

Примечания:

1 Речь идет о восстании против советской власти в Нагорном Дагестане в сентябре 1920 г. — мае 1921 г. Восстание проходило под лозунгами панисламизма, ликвидации советской автономии Дагестана и установления шариатской монархии. Среди организаторов восстания были члены Горского и Терско-Дагестанского правительств, существовавших с ноября 1917 г. по сентябрь 1920 г. Среди рядовых участников восстания большинство составляли недовольные большевистской политикой продразверстки. Общее количество участников восстания весной 1921 г. насчитывало около 9,5 тысяч человек. Подавлено восстание было в основном силами 10-й Терско-Дагестанской армии в мае 1921 г.

2 Антисоветское восстание в Гяндже (Азербайджан) в мае 1920 г. В его организации принимали участие турецкие офицеры. Подавляющее большинство среди восставших составляли мусульмане. Жесткие меры подавления восстания обсуждались в правительстве Кемаля в контексте советской политики в отношении мусульман.

3 Речь идет о подготовке восстаний против Грузинского правительства.

 

№ 115

Телеграмма Г. К. Орджоникидзе В. И. Ленину

15 декабря 1920 г.

Москва — Кремль

Ленину.

Баку, 15/XII-20 г.

Совещание Кавбюро в составе Стасовой, Нариманова, Мдивани, Орджоникидзе в присутствии Элиавы, Леграна, Старка, Думбадзе, Окуджавы, Командарма Геккера и члена РВС 11 армии Михайлова единогласно решило с рассветом перейти границу Грузии. Все подготовлено1. Орджоникидзе.

РЦХИДНИ. Ф. 85. Оп. 15. Д. 66. Л. 1. Автограф.

Примечания:

1 17 декабря 1920 г. Пленум ЦК в своем решении отметил: «Подтвердить решение ЦК о мирном направлении политики РСФСР на Кавказе и потребовать от Наркоминдела и военного ведомства принятия всех мер, которые могли бы обеспечить успех этой политики» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 46. Л. 3).

 

 


 

 

№ 116

С. М. Киров, Г. К. Орджоникидзе — ЦК РКП(б)

2 января 1921 г.

Совершенно секретно.

Всем членам ЦК РКП.

Сообщаем наши краткие соображения о том, почему мы считаем необходимым теперь же советизировать меньшевистскую Грузию.

Первое. После советизации Азербайджана мы указывали на необходимость тогда же советизировать Грузию, как базу контрреволюции на Кавказе. Последующие события на Кавказе неопровержимо доказали это: Грузинское правительство перебросило в Крым всех отступивших в Грузию деникинцев, все бывшие на Северном Кавказе и в Азербайджане восстания протекали при непосредственном участии Грузии, в частности, происходящее сейчас восстание против Сов[етской] власти в Дагестане протекает под руководством грузинских агентов — штаб повстанцев находится в Лагодехах (в Грузии, Сигнахск[ий] у[езд]). Все контрреволюционные заговоры, обнаруженные на Северном Кавказе, неизменно открывают связь с Грузией. Чтобы твердо обеспечить за нами Сев[ерный] Кавказ (хлеб и нефть), необходимо советизировать Грузию.

Второе. Всячески поддерживая и организуя восстания на Сев[ерном] Кавказе и в Азербайджане, Грузинское правительство надеется тем самым отвлекать наше внимание от него и, небезуспешно, провоцирует нас в глазах мусульман, усиленно раздувая действия наших войск при подавлении восстаний, например, подавление восстания в Гандже, после чего в Ангоре заметно было определенное охлаждение к нам благодаря усиленной агитации Грузинской печати.

Третье. Советская Армения без Советской Грузии фактически остается под гораздо большим влиянием Турции, чем нашим влиянием, благодаря тому, что железная дорога в Армению идет через Грузию (от Нафтлуга). В данное время Грузия не пропускает в Армению даже хлеб.

Четвертое. При существующем положении турки легко могут создать свой буфер в Макино-Нахичеванском районе, где они намерены создать особое ханство, в руках которого будет железная дорога на Тавриз, что отрезает нас от Персии и расчленяет Армению.

Пятое. Существующее в Закавказье положение вынуждает нас держать в Азербайджане значительные воинские силы, что весьма обременительно для населения и вредно для войсковых частей. Такое положение может вылиться в опасные формы и создать осложнения в самом Азербайджане.

Шестое. Советизация Грузии, занятие нами Батума вырывает у Антанты последнюю базу против нас на юге.

Седьмое. Советизация Грузии теперь необходима и потому, что Антанта не успела еще сорганизовать остатки врангелевской армии и пока не имеет достаточных сил противодействия нам.

Восьмое. Надеяться на решающий взрыв внутри самой Грузии не приходится, что доказывается всем ходом событий в Грузии. Грузия не может советизироваться без нашей помощи.

Девятое. Поводы для нашего вмешательства в Грузинские дела имеются, для этого не нужно открытого нападения на Грузию, имеется возможность поднять движение в Абхазии, в Аджарии, в Борчалинском уезде, где почва для этого имеется. В этом отношении может нам помочь также Турция и Армения, и возможна такая обстановка, при которой мы явимся избавителями разлагаемой и впадающей в анархию Грузии.

В заключение необходимо еще раз подчеркнуть, что без советизации всего Закавказья мы ни в каком случае не будем чувствовать себя твердо на Сев[ерном] Кавказе и в Азербайджане, и если сейчас на Кубани и на Тереке сравнительно спокойно, то это только до первого случая, пока казачество успеет оправиться от тех решительных ударов, которые мы ему нанесли, а Грузинское правительство сделает все, чтобы помочь казачеству и горцам в выступлениях против нас.

Кавбюро ЦК РКП уже неоднократно представляло свои единогласные решения о необходимости советизации Грузии1.

Члены Кавбюро ЦК РКП Орджоникидзе. Киров.

Москва,

2/1- 21 года.

РЦХИДНИ. Ф. 85. On. 15. Д. 68. Л. 1-6. Автограф Кирова.

Примечания:

1. 12 января 1921 г. Пленум ЦК рассмотрел обращение Кавбюро и отклонил выдвинутые предложения (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 55. Л. 5).

 

№ 117

Л. М. Карахан - ЦК РКП(б)

26 января [1921 г.]

В ЦК РКП.

В августе 1920 г. нами был отправлен в Афганистан известный младотурецкий деятель ДЖЕМАЛЬ-ПАША (бывш[ий] министр и команд[ующий] Турецкой Армией в Сирии) с разведывательной целью и с заданием войти в доверие к афганскому эмиру1 и получить у него ответственную военную должность.

В настоящее время ДЖЕМАЛЬ-ПАШЕ афганским эмиром поручены реорганизация и командование западной армией, стоящей на границе Индии2. Джемаль пишет мне, что реорганизация армии возможна при условии снабжения военным снаряжением Афганправительства. Причем, мы имеем возможность отправить ряд т. т. красных военных спецов для занятия ответственных военных должностей в этой армии.

Придавая серьезное значение, с одной стороны, внедрению наших товарищей в Афганскую армию, а, с другой стороны, созданию боеспособной армии, стоящей против Английской Индии и находящейся под некоторым нашим влиянием, Наркоминдел предлагает принять решение оказать помощь военным снабжением и выделить группу товарищей для афганской армии.

Для характеристики Джемаль-Паши сообщаем, что он турецкий националист, панисламизмом не заражен, является яростным «мстителем» и врагом англичан, которыми он заочно приговорен в Константинополе к смертной казни.

Сведения эти проверены нами через различные источники. Он принадлежит к той группе англичан, которые готовы бороться против Кемаля и всякого другого национального правительства, которое пойдет на мир с Англией3. Если предложение принято, необходимо обязать НКИД и Реввоенсовет в короткий срок договориться о реализации решения.

Замнаркоминдел Л. Карахан.

26/1

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 208. Л. 7-8. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 Аманулла-хан.

2 В условиях неудачной для себя войны Англия по Равалпиндскому (1919 г.) договору вынуждена была предварительно признать независимость Афганистана. В марте 1920 г. правительство Амануллы-хана предложило Англии установить равноправные отношения. Отказ Англии от этого предложения стал поводом к продолжению войны. Скрытая английская интервенция в пограничных с английской Индией районах Афганистана продолжалась вплоть до конца 1921 г.

3 В конце 1920 г. — начале 1921 г. правительство Кемаля неоднократно пыталось договориться с Англией о мирном урегулировании спорных вопросов. Эти попытки вызвали негативную реакцию большевистских политиков, видевших в Кемале, до определенного момента, союзника. Еще 10 октября 1920 г. в телеграмме полпреду РСФСР в Грузии Шейнману Чичерин писал: «По всем признакам попытка примирения между Антантой и кемалистами не налаживается. Англия отказывает в требуемых уступках, и у кемалистов усиливается опять советская ориентация [...] Это не избавляет нас от возможности возникновения более серьезной опасности с этой стороны в будущем [...]» (Документы внешней политики СССР. Т. 3. С. 374).

 

№ 118

Телеграмма Л. Д. Троцкого, С. С. Каменева, П. П. Лебедева в РВС Кавказского фронта

27 января 1921 г.

Сов[ершенно] секретно ПО ПРЯМОМУ ПРОВОДУ,

РЕВВОЕНСОВЕТ КАВКАЗСКОГО ФРОНТА.

1. Если бы советская республика оказалась против своей воли вынуждена дать военный отпор провокационной политике Грузии, считаете ли вы, что в вашем распоряжении для этой операции достаточно сил и средств, принимая во внимание оккупацию территории и пр.?1

2. Тот же вопрос, в случае единовременного выступления Турции и Грузии.

3. Считаете ли моральное состояние войск обеспечивающим успех?

4. Какие требования вы предъявили бы к центру, твердо памятуя реальное положение транспорта? В частности, какие требования вы предъявили бы по подвозу продовольствия для содержания армии и советских учреждений в Азербайджане, Армении и Грузии в случае оккупации последней?

5. Наша дипломатия одновременно пытается добиться мирным давлением выполнения Грузией принятых на себя обязательств, в частности, невмешательства Грузии с враждебными против нас целями в дела других кавказских народностей2. Вам предлагается обсудить и выработать те требования, какие наша дипломатия могла бы предъявить грузинскому правительству в отношении неподдержания им восстания в Дагестане, Чечне и пр. Наряду с требованиями необходимо выработать организационные формы контроля над их выполнением (комиссии и пр.).

6. По обоим этим основным вопросам ваше заключение ожидается в кратчайший срок.

27 января 1921 г.

Предреввоенсовет Троцкий.

Главком Каменев.

Начальник Полевого Штаба Лебедев.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 2436. Л. 48. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 26 января 1921 г. вопрос о Грузии обсуждался в Политбюро. В принятом решении, в частности, говорилось: «1. Поручить НКИдел оттягивать разрыв с Грузией, систематически собирая точный материал по поводу нарушения ею договора и более настоятельно требуя пропуска припасов в Армению. 2. Запросить Кавфронт о том, насколько подготовлены наши наличные военные силы на случай немедленной или близкой войны с Грузией и поручить формулировку этого запроса с указанием на крайнее обнагление Грузии комиссии из т. т. Троцкого, Чичерина и Сталина. 3. Дать директиву РВС Республики и Кавфронту готовиться на случай необходимости войны с Грузией [...] Предложить Кавфронту разработать вопрос о тех реальных гарантиях [...] которые мы могли бы дипломатическим путем потребовать от Грузинского правительства в целях ограждения нас от помощи со стороны Грузии повстанцам Дагестана и Чечни» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 56. Л. 1).

2 Имеются в виду статьи советско-грузинского мирного договора от 7 мая 1920 г.

 

№ 119

Г. К. Орджоникидзе — ЦК РКП(б), В. И. Ленину, Л. Д. Троцкому, И. В. Сталину

6 февраля 1921 г.

ЦК РКП, копия Ленину, Троцкому, Сталину.

6/II 21 г.

Еще и еще раз довожу до вашего сведения, что положение на Кавказе с приближением весны становится все более и более грозным, настолько грозным, что я начинаю сомневаться, удержим ли мы Баку за собой. Скопление большого количества войск, вернее едоков, тяжелым бременем ложится на население. От мясных заготовок население буквально стонет и проклинает все и вся — и советскую власть, и красную армию, и русских. Тяжелая подводная повинность лишает крестьян возможности засевать поля, и потому все наши разговоры о помещичьей земле и т. д. остаются пустым звуком — крестьяне не только помещичью землю не в состоянии вспахать, но и свои клочки.

Уменьшить же количество войск не только нельзя, но, напротив, необходимо его увеличить, ибо для меня вне всякого сомнения, что работа грузинских меньшевиков весною даст соответствующие плоды. Грузия окончательно превратилась в штаб мировой контрреволюции на ближнем востоке. Здесь орудуют французы (см. письмо Шейнмана), здесь орудуют англичане, здесь орудует Казим-бей — представитель Ангорского правительства. В горы бросаются миллионы золота, создаются в пограничной полосе с нами грабительские банды, нападающие на наши пограничные посты, были случаи снятия постов, о чем через Шейнмана официально сообщалось Грузинскому п[равительст]ву. Грузия настолько обнаглела после последней ноты Чичерина, так необдуманно поставившего трехдневный срок, не поддержав его ничем, что теперь бедный Шейнман сидит в Тифлисе, никто с ним не разговаривает и никто с ним не считается. Швыряться ультимативными нотами, чтобы остаться оплеванным, я не пойму, какая высшая политика этого требует. Шейнман сидит в Тифлисе и совершенно основательно настаивает на отозвании его, что необходимо сделать. Престиж России настолько пал, что с нашим Полномочным Представителем разговаривают через начальника особого отряда Кедия.

Вы скажете, дайте факты. Они будут даны грузинами с первыми же лучами весеннего солнца.

Считаю абсолютно необходимым еще раз подчеркнуть надвигающуюся на Бакинский район смертельную опасность, предупредить которую можно лишь немедленным сосредоточением достаточных сил для советизации Грузии1.

РЦХИДНИ; Ф. 85. Оп. 15. Д. 72. Л. 1-6. Автограф.

Примечания:

1 Политбюро обсудило телеграмму Орджоникидзе и постановило утвердить предложенный Лениным ответ на эту телеграмму, в котором детально определялась линия поведения большевиков в Грузии (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 87).

 

№ 120

И. В. Сталин — Г. К. Орджоникидзе

16 февраля 1921 г.

Баку. Записка т. Орджоникидзе1.

Из Вашего сообщения, которое, к сожалению, мы получили не полностью (искажение), заключаем, что армянское Пр[авительст]во ведет войну с Грузией, защищая повстанцев2. Желательно иметь от Вас точное подтверждение это[го] для оповещения Европы, а равно и подтверждение об образовании Грузинского ревкома в связи с восстанием внутри Грузии3, затем сообщите, ведет ли войну в защиту повстанцев и каких именно Азербайджанское Пр[авительст]во, также, верны ли слухи о зверствах грузин против татарских повстанцев района станции Саюглы Согутхулахи и других4. Сообщите также, приняты ли вами меры, чтобы русские командармы, начдивы и комбриги не допускали толкования о нашем походе на Грузию и об открытии военных действий со стороны Рос[сийской] сов[етской] соц[иалистической] фед[еративной] респ[ублики], точно и ясно говорили о защите повстанцев местными властями. Наконец необходимо, чтобы вы известили прессу в Баку о перерыве связи с (искажение)*, информировали через Ростов (искажение)* день. Пора (искажение)* не посылайте ничего, не забудьте Анбази, которые тоже восстают и вблизи которых стоит девятая армия5, если можно расположить к себе левых грузинских меньшевиков путем уступок, как это было в Армении с дашнаками6, обещай[те] уступки, амнистию и т. д. Сталин. 16/11 21 г.

РЦХИДНИ. Ф. 558. On. 1. Д. 1966. Л. 1-4. Рукописный текст.

Примечания:

1 На бланке: «РСФСР Секретарь Члена РВС Кавказского фронта».

2 Речь идет о спорных территориях в Борчалинском и части Ахалкалакского уездах. В ночь с 11 на 12 февраля 1921 г. под руководством коммунистов в занятой грузинскими войсками части этих уездов началось вооруженное восстание, скоординированное с руководством 11-ой армии. 15 февраля 1921 г. Ленин направил РВС 11-ой армии телеграмму: «Цека рассматривает операции РВС 11 как местную защиту повстанцев нейтральной зоны от грозящего им истребления со стороны белогвардейцев. Считайтесь с этим политическим характером вашей операции во всех ваших публичных выступлениях. Разумеется, мы ожидаем от РВС 11 энергичных и быстрых действий, не останавливающихся перед взятием Тифлиса, если это по военным соображениям необходимо для действительной защиты нейтральной зоны от нового нападения. Мы рассчитываем, что наши предостережения учтены вами со всей серьезностью. Извещайте ежедневно» (Ленин В. И. ПСС. Т. 52. С. 71).

3 Речь идет о восстаниях в Восточной Грузии. 14 февраля 1921 г. Ленин попросил Склянского «зашифровать архиосторожно» и послать лично члену РВС Кавказского фронта Смилге телеграмму следующего содержания: «Цека склонно разрешить 11[-ой] армии активную поддержку восстания в Грузии и занятие Тифлиса при соблюдении международных норм и при условии, что все члены РВС 11 после серьезного рассмотрения всех данных ручаются за успех [...]. Требуем немедленного ответа по прямому проводу за подписью всех членов РВС 11, а равно Смилги, Гиттиса, Трифонова и Фрумкина. До нашего ответа на телеграммы всех этих лиц ничего решительно не предпринимать» (Там же).

16 февраля 1921 г. Ленин получил телеграмму от имени Ревкома Грузии, в которой, в частности, говорилось: «[...] последнее восстание народных масс оказалось победоносным. На помощь грузинскому правительству спешат силы европейской реакции. Противостоять натиску соединенной черной рати может лишь соединенная красная социалистическая рать. Мы надеемся, мы уверены, что страна не только великой пролетарской революции, но и великих материальных возможностей не оставит нас в неравной борьбе и придет на помощь новорожденной Советской Социалистической Республике Грузии [...] Да здравствует Красная Армия» (Из истории гражданской войны в СССР. Т. 3. С. 520).

4 В сообщении Орджоникидзе на имя Сталина от 17 февраля 1921 г. в разделе под названием «Салоглах-Пойлы», в частности, говорилось: «[...] Крестьяне пограничных с Азербайджаном грузинских селений, узнав о зверствах, учиненных грузинскими гвардейцами над крестьянами Борчалинского уезда, решили подать борчалинцам руку помощи и также подняли восстание против ненавистного правительства меньшевиков Грузии [...]» (Борьба за победу Советской власти в Грузии. С. 660).

5 Речь идет о Черноморском побережье Грузии, где боевые действия против грузинских войск вела 9-я армия.

6 См. примечание 2 к документу № 109.

 


 

Раздел II 1921 - 1927

 

Публикуемые письма за 1921-1927 гг. в определенной мере отражают положение в высших эшелонах партийно-государственного руководства страны в период утверждения и начала свертывания нэпа, острой внутрипартийной борьбы.

Переход к нэпу совпал с существенным перераспределением сил в кремлевском руководстве. Начиная с 1921 г. Ленин часто болел. В его отсутствие партией и государством управляла «тройка» — Л. Б. Каменев, заместитель Ленина в СНК и СТО, председательствующий на заседаниях Политбюро, И. В. Сталин, фактически руководивший аппаратом ЦК партии, и Г. Е. Зиновьев, возглавлявший исполком Коминтерна. Первоначально «тройка» действовала осторожно, в согласии с Лениным. Однако по мере ухудшения состояния здоровья вождя его соратники начали всерьез готовиться к наследованию власти. Вернувшись ненадолго к делам осенью 1922 г., Ленин столкнулся с сосредоточением в руках Сталина «необъятной власти» и особым мнением «тройки» по многим вопросам. Ленин решил укротить своих соратников.

Одним из поводов для атаки он избрал разногласия по национальному вопросу. Суть их известна: Сталин предлагал идею «автономизации республик», Ленин выступал за союзное государство. Составной частью этого конфликта был так называемый «грузинский инцидент» получивший широкую огласку и принципиальное значение. Он заключался в остром противостоянии между ЦК компартии Грузии и Закавказским краевым комитетом во главе с Г. К. Орджоникидзе. Личное соперничество и амбиции столкнулись в вопросе о Закавказской федерации. Орджоникидзе, получая постоянную поддержку от Сталина, выступал за федерацию трех закавказских республик, группа П. Г. Мдивани настаивала на самостоятельном, минуя Закфедерацию, вхождении Грузии в СССР. Страсти накалились до предела. Орджоникидзе, подстрекаемый Сталиным, вел себя агрессивно и в порыве гнева ударил одного из грузинских руководителей. Это стало поводом для новых разбирательств. Ленин требовал поднять вопрос на принципиальную высоту, примерно наказать Орджоникидзе и собирался дать бой Сталину за проявление великодержавности. Однако расклад политических сил в высших эшелонах власти был уже таким, что конфликт замяли1.

О многих нюансах этих событий, а также об их восприятии в окружении Сталина свидетельствуют письма А. М. Назаретяна Г. К. Орджоникидзе (документы № 159-160, 162, 164, 166-168). В 1922-1923 гг. Назаретян возглавлял Бюро Секретариата ЦК (канцелярию Сталина) и был хорошо осведомлен о ситуации в руководстве партии.

Как и следовало ожидать, вскоре после окончательного отхода Ленина от дел в руководящей «тройке» начались трения и разногласия. Однако вспыхнувшие осенью 1923 г. острые столкновения с Л. Д. Троцким временно сплотили «тройку». С целью мобилизации сил и координации борьбы против Троцкого была создана фракция большинства. Она созвала свой пленум и образовала на нем руководящую «семерку» в составе шести членов Политбюро (всех кроме Троцкого) и председателя ЦКК Куйбышева. «Семерка» регулярно заседала на протяжении 1924-1925 гг. и фактически руководила партией, вынося на официальные заседания Политбюро (с участием Троцкого) уже согласованные решения. Некоторую дополнительную информацию об обстоятельствах создания фракции большинства содержит публикуемое письмо Калинина (документ № 183).

Однако фракция большинства и «семерка» оказались непрочным образованием. Фактически устранив от власти Троцкого, вчерашние союзники вступили в полосу серьезных политических конфликтов, закончившихся полным развалом «семерки» и острым противостоянием Каменева и Зиновьева и большинства Политбюро. Это противостояние было болезненно воспринято даже безусловными сторонниками Сталина, которые опасались перерастания кризиса в верхах в общий кризис режима (документы № 187, 193).

Окончательный разгром оппозиционеров, костяк которых составляли представители ленинградской парторганизации, руководимой Зиновьевым, произошел на XIV съезде ВКП(б). После съезда большинство в Политбюро провело кампанию «наведения порядка». В Ленинград была направлена бригада членов ЦК — А. А. Андреев, К. Е. Ворошилов, М. И. Калинин, С. М. Киров, В. М. Молотов, Г. И. Петровский, М. П. Томский, В. В. Шмидт. Новым руководителем ленинградской организации был назначен Киров. О том, как происходило в Ленинграде «разъяснение решений XIV съезда», свидетельствуют публикумые письма Кирова и Ворошилова в адрес Орджоникидзе (документы № 196, 198, 202, 204).

Одновременно в Москве также проводилось организационное закрепление победы над оппозицией на ХIV съезде — были произведены крупные перестановки в правительственном аппарате. В частности, Каменев был снят с поста председателя СТО СССР и назначен на второстепенную должность наркома торговли. Несмотря на протесты Каменева и Зиновьева, это решение было утверждено (см. документ № 197).

Победы над оппозицией не снимали, однако, противоречий, которыми была охвачена сама руководящая фракция. Отсутствие (по крайней мере явно выраженных) политических трений в группе руководителей, сплотившихся вокруг Сталина, в полной мере компенсировалось многочисленными столкновениями и конфликтами на ведомственной почве. Наиболее активным участником этих конфликтов (в силу занимаемых должностей) был Ф. Э. Дзержинский. Он буквально забрасывал своих коллег многочисленными письмами-предложениями и заявлениями-протестами, некоторые из которых публикуются в разделе (документы № 189, 201, 211, 217). В конечном счете эти межведомственные конфликты отражали кризисное состояние системы управления в целом, что стало одной из существенных причин разрушения нэпа и последующей победы ультралевого курса.

Последний блок публикуемых в разделе писем отражает события внутрипартийной борьбы осени 1927 г., в период окончательного разгрома объединенной оппозиции Л. Д. Троцкого, Г. Е. Зиновьева, Л. Б. Каменева и их сторонников.

После острых столкновений с большинством в Политбюро летом, 3 сентября 1927 г. лидеры оппозиции направили в ЦК «Проект платформы большевиков-ленинцев (оппозиции) к XV съезду ВКП(б) (Кризис партии и пути его преодоления)». Документ подписали 13 известных деятелей партии — Муралов, Евдокимов, Раковский, Пятаков, Смилга, Зиновьев, Троцкий, Каменев, Петерсон, Бакаев, Соловьев, Лиздин, Авдеев2. Оппозиция требовала распространения «платформы» и открытия по ней дискуссии в преддверии XV съезда ВКП(б). По решению Политбюро, однако, публикация «платформы» была запрещена. Оппозиционеры начали распространять свои документы самостоятельно, организовав их нелегальное издание.

Вокруг одной из типографий, где печатались издания оппозиции, ОГПУ организовало широкомасштабную провокацию. Своего агента (который в дальнейшем фигурировал во всех документах как «бывший офицер врангелевской армии») ОГПУ вывело на некоего Щербакова («сын бывшего фабриканта, беспартийный»), который работал в типографии оппозиционеров. 12 сентября в этой типографии был произведен обыск и аресты. Обыскам подверглись также некоторые представители оппозиции. На основании сфальсифицированных материалов оппозиционеры были обвинены в причастности к «контрреволюционной организации», которая якобы готовила военный путч. 22 и 27 сентября от имени Политбюро и Президиума ЦКК в партийные организации были направлены извещения о раскрытии типографии троцкистов и организации «военных заговорщиков». Оппозиционеры писали протесты, требовали созыва объединенного заседания Политбюро и Президиума ЦКК для выработки обращения к партии, опровергающего ложные обвинения3. Председатель ОГПУ Менжинский вынужден был признать, что «врангелевский офицер» является агентом ОГПУ. Как видно из публикуемого письма Сталина Орджоникидзе (документ № 226), Сталин также был хорошо осведомлен об истинной подоплеке дела и поэтому даже не упоминал о «контрреволюционной организации». Однако все это уже не имело никакого значения. Как отмечалось в заявлении лидеров оппозиции от 4 октября 1927 г., «легенда о «врангелевском офицере» гуляет по стране, отравляя сознание миллиона членов партии и десятков миллионов беспартийных»4.

В связи с делом о типографии из партии была исключена группа активных оппозиционеров. «Организация нелегальной антипартийной типографии для разрушения партии» — таким было одно из главных обвинений, на основании которых объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП(б), проходивший 21-23 октября 1927 г., вывел Троцкого и Зиновьева из состава ЦК5. Оппозиционеры продолжали сопротивляться, пытались апеллировать к партийным и рабочим массам, созывали собрания, выступали на разного рода митингах и т. д. Но в конце 1927 г. были окончательно разгромлены и исключены из партии.

Одним из главных действующих лиц этих событий мог быть Г. К. Орджоникидзе, занимавший пост председателя ЦКК ВКП(б). Однако в связи с ухудшением состояния здоровья, в августе-ноябре 1927 г. он находился за границей на лечении. Включенные в том письма о внутрипартийной борьбе адресованы Орджоникидзе и отражают преимущественно официальную точку зрения на эти события6.

Разгром оппозиций и утверждение полновластия сталинской группы породили новые противоречия, вылившиеся вскоре в более глубокие и разрушительные кризисы. Как показывают завершающие документы публикации, эту угрозу вполне осознавали не только бывшие оппозиционеры, но и представители победившей фракции. Однако о своих опасениях (что также было следствием подавления оппозиций) предпочитали говорить вполголоса, полунамеками и только между собой.

Примечания:

1 Подробнее об этих событиях см.: Журавлев В. В., Ненароков А. П. Новые факты и документы из истории образования СССР// Историки спорят. 13 бесед. М., 1989. С. 191-227; Несостоявшийся юбилей. Почему СССР не отпраздновал своего 70-летия. М., 1992.

2 Архив Троцкого. Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923-1927. М., 1990. Т. 4. С. 109-174.

3 Там же. С. 189-201.

4 Там же. С. 200.

5 КПСС в резолюциях... Т. 4. С. 249-250.

6 См. также письмо Сталина Орджоникидзе от 15 октября 1927 г. и письма жены Сталина Н. С. Аллилуевой за август — ноябрь 1927 г. в адрес жены Орджоникидзе Зинаиды Гавриловны (она находилась вместе с ним за границей) — Свободная мысль. 1993. № 5. С. 74-80 (публикация Ж. Адибековой и С. Ивановой).

 

№ 121

Н. И. Подвойский, К. А. Мехоношин — В. И. Ленину

24 февраля 1921 г.

Члену ЦК РКП Тов. Ленину.

Материалы к нашей записке в ЦК, поданной 13.11.21 в первый раз1 и 24.11 — во второй раз2.

1) Вчера, на совещании ответственных работников в зале Московского Совета3, в докладе Секретаря МК тов. ЯКОВЛЕВОЙ было указано, что первая волна недовольства рабочих, возбужденных голодом и на почве его организуемых антисоветскими партиями, была недели три назад (стачки металлистов), но схлынула. Неожиданно (!) вторая волна, более серьезная, поднялась сегодня.

Доклад тов. ЯКОВЛЕВОЙ не точен. Волнения среди части Московских рабочих по существу не прекращались. На прошлой неделе было собрание булочников, где коммунистов не желали слушать, тов. АРТЕМ говорил при явно враждебном отношении. В президиум были выбраны 3 максималиста4, 1 анархист и 1 коммунист. Постановление булочников было таково: «изгнанный МГСПС из Союза Пищевиков ПАВЛОВ, максималист, должен быть возвращен в Союз вместе со своими двумя товарищами, а Секция булочников должна быть восстановлена».

Рабочие утилизационных мастерских (их 7 тысяч в Москве: Центроутиль и Москутиль) в пятницу, 11-го февраля угрожали МГСПС объявлением стачки. Их требования: натурпремия, одежда, обувь. Была устроена беспартийная Конференция 17 февраля, прошедшая сдержанно, но повторившая требования всей массы рабочих. (Утильрабочие — это настоящие парии, они в загоне, их называют старьевщиками, их оскорбляют в Союзах, им не дают ничего, по отношению к ним проявлялся аристократизм профессионалистов). Утильрабочие сегодня потребовали в Президиуме МГСПС: или мы не нужны, тогда распустите нас, или уравняйте с другими. Президиум выдал единовременно 1500 пудов муки из остатков натурпремии. Это грубейшая ошибка МГСПС: она повлечет обращение и других заводов.

«Неожиданность» «второй волны» — признак окостенения Московской Организации и Профсоюзов, их оторванности от масс и неспособности провести всю программу, которая вытекает из момента.

2) Пятерка (даже она!!), выделенная МК, признала крайнюю растерянность ячеек в связи со вчерашними событиями и отметила по поводу вчерашних событий две крайности: одни призывают к методам ЧК, другие просто пасуют, так как в своей массе не имеют часто, что возразить против нареканий на злоупотребления, неравенство и проч.

3) Пятерка решила репрессий не применять, ввиду того, что «имеется опасность провокационного использования движения примазавшимися элементами» (только поэтому ?!) и что намеченное восстановление охранных мер предполагает лишь «напомнить, что власть не ушла». Тов. Каменев на вчерашнем собрании говорил в таком же духе.

4) Крайне неудачен текст обращения от Московского Комитета Обороны. Он начинает с разоблачения шкурничества в Госзнаке, говорит об их попытках остановить заводы и кончает усиленной охраной. Между тем, во-первых, надо было разделить эти два вопроса, ибо не логично и не выгодно такое соединение, во-вторых, органы власти не должны заниматься стравливанием групп рабочих, в-третьих, разоблачение шкурничества на Госзнаке должно быть делом МГСПС и Союза Печатников.

5) Тов. Ленин на вчерашнем собрании говорил о наших ошибках в продовольственном и топливном деле, что, дескать, мы не рассчитали. С продовольствием, топливом это уже случалось несколько раз. Обнаружены ошибки (только ли ошибки?), и спокойно перешли к порядку дня. На собрании беспартийной Конференции один металлист говорил, что в царском строе министров за ошибки гнали и намекал, что надо весь Совнарком погнать. Такое настроение создается ввиду бессменности всех, даже провинившихся. «Ну, что ж поделаешь, сделали по неопытности ошибки, роздали по 25000000 т. в месяц в первую половину года и оставили на второе полугодие по 15000000 в месяц». Тут не только неопытность, но и полнейшая безответственность. Рабочие жалуются на прямое скрывание правды перед рабочими каждым коммунистом, стоявшим во главе учреждения, в интересах своего учреждения: чтоб не отняли дров, чтоб не отняли продовольствия. Рабочие говорят: «Нажмешь — оказывается на складах есть что нужно».

Ввиду явной противоречивости из разу в раз докладов о продовольственном и топливном положении, ЦК должен в партийном порядке потребовать от каждого данных о действительном состоянии их в руководимом им учреждении и от имени ЦК опубликовать их, чтобы не сбивать рядовых работников с толку.

6) Тов. Бадаев обнаружил, что в Москве до трехсот тысяч пайков военных, очевидно, тыловых — почему он только теперь это обнаружил? - Ведь это могло ослабить кризис.

7) Из мер, намеченных пятеркой МК (вчера приняты собранием) — почти первое место занимает выдача мяса, одежды и т. д. Тоже было и после стачки металлистов. Если можно дать, почему не дали раньше? Почему ожидали нажима? Это внушает рабочим мысль о возможности добиваться улучшения стачками. Это дискредитирует власть и в том отношении, что лишает веры заявления, что нет продуктов. Это создает опасность, что раздадут в Москве в панике слишком много и тем подорвут возможность организовать общереспубликанские работы.

8) Уже который раз ставится вопрос о снятии с пайка (или уменьшении) привилегированных советских работников5. До каких же пор это не будет делаться? Имеем в виду не Совнаркомовский паек, частично отмененный, а проверку массовых выдач в Советских учреждениях. Какое-то здесь явное бессилие власти — отскакивать от этого дела. Тоже и с карточками широкого потребления.

9) На вчерашнем собрании говорилось представителем «группы ответственных работников» о необходимости устранить безобразия ответственных работников с особняками и проч. Этот момент, несомненно, дискредитирует власть. Издание приказа о том, что особняки передаются для рабочих яслей и детских домов, имело бы, несомненно, большое моральное значение, теперь там живет коммунистическая аристократия. В агитационном смысле такая мера крайне важна, кое-что есть в ней и практически важное.

10) В плане МК большое место занимает переброска коммунистов из Советских учреждений в районы, фабрики, прикрепление к ячейкам. Дано срочное задание, утвержденное ЦК6. Это дело, есть основание предполагать, как и прежде не будет проведено, а если частично и будет проведено, то плохо. Намечено прекращение занятий в Университете СВЕРДЛОВА, командных курсах и переброска оттуда коммунистов. Если это провести так, как провели со свердловцами вчера, то будет конфуз, ибо наверняка 75% коммунистов из Университета СВЕРДЛОВА и курсов для этого не подходят.

11) Во всем, намеченном МК плане, все построено на панике сегодняшнего дня, ничего системного, планомерного, а потому встряска не даст плодов и не предупредит новой волны через самое короткое время. Нужен план удовлетворения потребности рабочего класса не на сегодняшний день, а продуманный на продолжительное время во всех частях.

И только наряду с этим нужны демонстративные мероприятия, которые очистили бы атмосферу и создали бы доверие беспартийной массы, восстановив внутри нее порядок.

12) Нужно, наконец, осуществить широкий план организационного сближения партийных и профессиональных организаций с массами, устранив казенщину из всех органов. Это работа упорного и длительного порядка7.

24.11.21

Н. Подвойский. К. Мехоношин.

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 246. Л. 1-2. Машинописный текст. Подписи - автографы.

Примечания:

1 Первое заявление Подвойского и Механошина от 13 февраля обсуждалось на заседании Политбюро 14 февраля 1921 г. Было решено послать его на заключение Троцкому.

2 24 февраля 1921 г. в Москве состоялось собрание партийного актива города, на котором с речью выступил Ленин. Наряду с проблемами продовольственного и топливного кризиса, Ленин поднял вопросы недовольства рабочих и обратил внимание на склоку в Московской организации. По его словам, склока началась с ноябрьской (1920 г.) губернской московской партконференции и была связана с началом дискуссии о профсоюзах. Ленин обвинил оппозиционное меньшинство МК в затягивании конфликта и призвал к сплочению (Ленин В. И. ПСС. Т. 42. С. 348-350). Члены противостоящих группировок по разному оценивали причины сложившегося хозяйственно-политического положения, о чем свидетельствует данное письмо.

3 23 февраля 1921 г. на совместном заседании членов ЦК и Московского комитета партии обсуждался вопрос о тяжелом положении в Москве с продовольствием и топливом. В работе совещания принимал участие Ленин (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 152). В принятом решении говорилось: «I. а) Поручить т. Зиновьеву переговорить с т. Бухариным и Стекловым о характере информации в печати по поводу московских событий. Листок к московским рабочим поручить [...] написать т. т. Зиновьеву и Радеку. б) Создать комиссию из представителей МСНХ, ВСНХ, ВЦСПС, НКПС, Москвотопа [...] Задания комиссии: рассмотреть вопрос о разгрузке Москвы и Петрограда по политическим соображениям от трудмобилизованных, обсудив в каких размерах и в каком порядке провести эту разгрузку и руководствуясь тем, что ЦК требует сделать это немедленно. Кроме того, комиссия должна рассмотреть вопрос о том, не целесообразно ли в связи с топливным кризисом и отпуском трудмобилизованных произвести ускоренное закрытие менее необходимых предприятий [...] Той же комиссии поручить рассмотреть вопрос о роспуске откомандированных из армий на фабрики и заводы, сверстники которых демобилизованы [...] г) Распространить широко меры предосторожности и усиленной пропаганды, во что бы то ни стало избегая столкновения между рабочими и красноармейцами, двинув для этого в районы отряды коммунистов без вооружения [...] м) Образовать комиссию из т. т. Яковлевой, Мессинга и Зеленского для решения вопроса об аресте контрреволюционных элементов, дав ей директиву произвести в первую очередь аресты среди лиц, не связанных непосредственно с фабриками и заводами, и представить в ЦК свои соображения о сроке арестов второй очереди более широких кругов, ведущих сейчас контрсоветскую агитацию [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 57. Л. 6-9). 24 февраля 1921 г. вопрос о положении в Москве обсуждался на пленуме ЦК Пленум поручил созданной 23 февраля комиссии МК РКП(б) представить доклад об итогах ее работы в Политбюро не позже 25 февраля (Там же. Д. 58. Л. 2). 26 февраля 1920 г. доклад Яковлевой, Менжинского и Радека обсуждался на заседании Оргбюро.

4 Члены распавшейся в 1919 г. партии максималистов, вступившие в 1920 г. в РКП(б).

5 8 февраля 1921 г. было принято Постановление СНК о сокращении всех видов продовольственных пайков и о мерах к прекращению незаконных выдач. СНК поручил Центральной комиссии по снабжению рабочих при Наркомпроде в трехдневный срок установить норму снабжений продовольствием особо ответственных работников с тем, чтобы эти нормы не превышали норм рабочего снабжения. СНК отменил все особые повышенные нормы продпайков (Декреты Советской власти. Т. XIII. М., 1989. С. 50).

6 26 февраля Оргбюро постановило: «Вопрос о передаче МК 30 партработников из центральных учреждений, а также о переводе части работников центральных учреждений на заводы передать на рассмотрение секретариата ЦК совместно с секретарем МК» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 112. Д. 130. Л. 4).

7 25 февраля 1921 г. пленум ЦК отклонил предложения Подвойского и Механошина. Пленум поручил Ленину и Радеку переговорить с Подвойским «на предмет выяснения неправильной стороны его агитации» (Там же. Оп. 2. Д. 60. Л. 2)

 

№ 122

Г. В. Чичерин — И. В. Сталину

10 марта 1921 г.

10-го марта 1921 г.

Товарищу Сталину.

Уважаемый товарищ,

Турецкая делегация1 заявила, что имеет императивный мандат заключить письменное, а не устное соглашение об оказании ей нами помощи оружием и золотом. Раньше она об этом не упоминала, и, вспоминая все разговоры и переговоры с ней, я убежден, что она это придумала теперь.

Названная турками сумма в 150000000 рублей золотом есть, несомненно, запрос восточных людей. В прошлом году Бекир-Сами настаивал на 8000000 рублей. Центральный Комитет согласился выдать 7000000 рублей золотом, из которых турки уже получили 3000000 рублей. Итак, остается получить еще 2000000 рублей. Мы им об этих 2000000 руб. и вообще о цифре 5000000 до сих пор не говорили, а все время говорили лишь в общей форме, что еще сколько-нибудь будет оказано помощи. Для их бюджета это, конечно, ничтожная помощь. Ввиду того, что оружия мы можем дать очень мало, они настаивают на выдаче большой суммы золотом, чтобы они сами могли приобрести оружие.

Этот пункт играет по существу громадную роль, ибо сближение с нами дает туркам очень мало реального, если мы им не помогаем таким ощутительным образом. Если им не помочь, они могут фактически увидеть себя вынужденными изменить свою политику. Поэтому этот пункт заслуживает особенно серьезного внимания.

С коммунистическим приветом [Чичерин].

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 315. Л. 34. Машинописный текст.

Примечания:

1 Речь идет о делегации Турции на переговорах в Москве по урегулированию территориальных вопросов на армяно-турецкой границе после советизации Армении. 2 декабря 1921 г. армянское правительство дашнаков подписало с правительством Турции Александропольский мирный договор. В соответствии с договором Нахичевань, Шарур, Шахтахты переходили под протекторат Турции. В обмен Турция обязывалась предоставить дашнакам военную помощь. Российское же советское правительство, использовав помощь Кемаля в советизации Армении, хотя и стремилось сохранить максимум армянской территории, но все же видело в Кемале возможного союзника в дальнейшей советизации региона. Вели переговоры с турками наркоматы иностранных дел и по делам национальностей. Значительное влияние на их исход оказал Сталин, встречавшийся с турецкой делегацией 9 марта 1921 г. (Сталин И. В. Соч. Т. 5. С. 424). 16 марта 1921 г. в Москве был заключен советско-турецкий договор «О дружбе и братстве». Граница Турции была определена по северной административной границе Ардаганского и Карского сенджаков. Одновременно было принято решение о дальнейшей помощи Турции деньгами и оружием при соблюдении ею советских интересов в Грузии. Хорошо зная цену политическим обещаниям, Сталин 19 марта 1921 г. телеграфировал Орджоникидзе: «По договору с турками, уже подписанному, Батум отходит Грузии [...] Постарайся сильным ударом изгнать турок из Батума, а потом объявить это недоразумением. Инициативу должно взять на себя командование; грузинское правительство должно молчать, остаться в тени [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 558. Оп. 2. Д. 162. Л. 1).

 

№ 123

М. И. Муралова — Е. М. Ярославскому

21 марта 1921 г.

 

Дорогой товарищ ЯРОСЛАВСКИЙ1.

За год существования Советской власти в Ставрополе все делалось как нарочно для того, чтобы восстановить население, включая и рабочих, против коммунистов. Здесь понятие о коммунистах укоренилось, как о людях, прежде всего, хорошо, сытно живущих, бездельничающих, пьянствующих, не стесняющихся брать в свою собственность общественные вещи, расправляющихся с насилием за каждый пустяшный случай плетью и мордобитием. Это факты неопровержимые. И в этом виноваты прежде всего здешние верхи коммунистов.

У власти стоят случайные люди, карьеристы, беспринципная публика, без классового пролетарского самосознания, без всякой партийной выдержки и часто чуждые понятия коммунизма, но сильно впитавшие в себя понятие, отношение и приемы работы старого строя: показать внешний вид порядка, тогда как по существу полная разруха и бездеятельность, сокрытие преступлений лиц, имеющих личные отношения и связи и т. д.

Не умея и часто не понимая Советского Строительства, они имели одно старое средство для поддержки своей карьеры, к сожалению, средство оказавшееся в ловких руках проходимцев и теперь сильным — это втягивание честных, но малоустойчивых товарищей, путем пьянства, снабжения продуктами и всяких личных услуг — не допустимых по этике и дисциплины настоящего момента. Почти каждого вновь приезжающего товарища приглашали на «семейный вечер», где была выпивка и т. п.

Раз побывав на таком вечере, не имеющий мужества или находчивости сразу и открыто протестовать, товарищ попадал в их руки; потом ему предлагают выписать продуктов, не ограничивая в их разнообразии и количестве, потом еще что-либо подобное, вплоть до знакомства с женщинами — и жертва готова, он в их руках. Прежний Губком участвовал в таких попойках и на бланках своих выписывал спирт «для технических надобностей».

На это тоже есть документы.

Здесь не было установлено пайков, а просто по знакомству выписывались продукты и вот эта выписка просто чудовищна по своему нахальству в такой критический момент в продовольствии. Не имея пролетарского самосознания, классового чутья, эти выпивки, «семейные вечера» проходили в обществе местной буржуазии, меньшевиков, родственников белогвардейцев (дочь белогвардейского полковника служила телефонисткой Ревкома и была близка с женой Предревкома Иконицкого) и вообще всякой публики, не мешавшей пить и холопствующей.

Такое поведение «ответственных коммунистов» было на виду населения и порождало, с одной стороны, со стороны врагов Советской власти, злорадство и клевету вообще на РКП, с другой, со стороны рабочих и красноармейцев — коммунистов, раздражение, недоверие и безнадежное настроение. И все эти люди бессменно тут стояли у власти, имея полное расположение к себе со стороны Кавбюро, а военные со стороны Кавфронта. Почему? Город Ставрополь как будто не имеет особого значения ни с военной, ни с политической стороны, кроме продовольственной, вина и самоснабжения, а между тем сюда приезжали поезда политического комиссара Кавфронта тов. Печерского, члена РВС тов. Трифонова и др. Предревком Иконицкий, Губвоенком Батулин, потерявшие полное доверие рабочих, красноармейцев и маленьких коммунистов, были «своими людьми» в этих поездах и, наоборот, в Ростове у них был «готов и стол и дом» у членов Кавбюро и членов Кавфронта. Имея сильную поддержку в Кавбюро и в Кавфронте, местные воротилы совсем обнаглели, распустились и распались.

При всяком скромном замечании некоторых «маленьких» товарищей о непозволительном поведении их, как коммунистов, вызывало отпор и намек на свою опору в Кавбюро*.

Но все же пьянство, разгул, безделие переполнили чашу терпения, и тогда один из военных коммунистов с целью, чтобы, наконец, прекратить это пьянство, решил официально сделать указание ЧК, день и дом, в котором обыкновенно устраивались эти попойки и оргии. На самом деле ЧК застало почти всех лиц обыкновенно участвующих в этих попойках, во главе с предревкомом Иконицким и Губвоенкомом Батулиным, а также пустые и полные бочки и жбаны от вина, пустые и полные четверти и бутылки от спирта, а также масса всяких явств, вплоть до пирожного.

Кроме партийной публики здесь было несколько из местной буржуазии, меньшевики и красноармейцы (последние для услуг). Дело было передано в Губком, и в результате все участники пьянства исключены из партии.

Исключены они из партии не за то, что они именно в этот вечер пьянствовали (некоторые пришли поздно и еще не успели напиться, ЧК пришло рано), а за то, что вообще у них это вошло в жизнь, привычку и постоянное явление. Боюсь, что по примеру прежнего Губкома и новый Губком скроет это дело, рабочие и красноармейские ячейки на другой день уж исключали из членов ячейки участников этой пьянки. Партийные районные собрания просили губком делать доклад об исключении тов[арищей] из партии и единогласно выносили резолюции полного одобрения Губкома за такую меру, и чтобы Губком и дальше твердо шел по своей линии очищения партии от случайных и опустившихся членов партии. Батулин числится членом ВЦИК от Ставропольской губ[ернии], но характерно то, что на партийной Губернской конференции он не получил ни одного голоса при выборе членов в Губком. Вообще никто из прежних членов Ревкома, Губкома не получили мест в новый Губком, так как они получили самое большее 4 голоса из 112 членов съезда, а то и ни одного, как, например, Батулин. Раньше Батулин работал в армии Муралова Н. И. и был там скромным работником. Здесь же он пьянствовал, покровительствовал нетрудовым женщинам и вообще очень опустился, а гарнизон находится в очень тяжелом состоянии в то время, когда кругом большие банды белых. Предревком Иконицкий в момент октябрьской революции служил в Москве у уездного санитарн[ого] врача Кельха, был саботажником, потом бежал в Астрахань, там попал в Красную Армию, где сделался коммунистом, с 11-й армией вошел в Ставрополь, здесь осел в качестве заместителя Предревкома, а последнее время был предревкомом. Раньше присылались сюда Предревкомы, но они выживались отсюда очень быстро. Последний из них был тов. Галактионов. Все это ничего, что Иконицкий был саботажником, вступил в партию недавно, а важно то, что он ловкий интриган, карьерист, беспринципный, халуй и далек по своей психологии и привычкам от коммунизма. Подход к работе у него старый: угодить начальству, показать себя и работу с внешней стороны, где нужно для личной карьеры и внешнего порядка скрыть, прикрыть даже преступления, в работу вносить личные не деловые отношения и т. д. и т. п. Поэтому все отделы находятся в полном развале, до сих пор по существу своему сохранили старый порядок при бездеятельности спецов и советских служащих.

В уездах коммунисты, комиссары и партийные работники лично участвуют в пытках, порках и расстрелах крестьян без суда, в одиночку. На все это есть документы. В среде коммунистов найдете взяточничество, подлоги документов и т. д. Кошмар!

И если хоть теперь Кавбюро не пойдет навстречу Губкому очистить партию хоть немного, он тогда совсем оттолкнет от себя рабочих и честных коммунистов, тогда здесь работать нельзя, напрасная трата сил и нервов.

Если Кавбюро возьмет отсюда всех исключен[ных], восстановит в правах и опять пошлет их в другие места на ответственные посты, тогда нужно очистить это Кавбюро, чтобы оно не было проводником грязи в среду коммунистов. Если хотите, я не так обвиняю всех этих пьяниц и карьеристов, как Кавбюро, которое это видело и не принимало никаких мер, наоборот поддерживало их. Поэтому и теперь у рабочих есть страх, что Кавбюро помешает очистке партии. Простите товарищ Ярославский, что я отнимаю у вас время, но надо же и Вам знать, что делается на окраинах, откуда и в будущем году нужно будет получить и хлеб, и мясо, и шерсть и т. п.

Сегодня мне говорил один самый обыкновенный местный крестьянин: «пришлите к нам в село хоть одного честного коммуниста, ведь Ленину нельзя же быть везде». Конечно, если здешний Предсовнархоз говорит, что нет извести для побелки казарм, а потом находят 1000 пуд[ов], если Иконицкий, кого-то скрывая, говорит, что выдано 1000 пуд[ов] угля в мастерские для починки сельскохозяйственных орудий, тогда как выдано только 300 пудов — это не значит, что должен все это переустроить Ленин, но все же нужны небольшие, но твердые коммунисты.

Все. И так много написала, здесь масса ужасного, и я не могу отделаться. Не забывайте, товарищ Ярославский, окраины, Кормилицу Советской России. Очень рада, что вы в Москве. Всего хорошего.

Подлинное подписала: Мария Муралова 21 Марта 1921 г.2

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 129. Л. 1-2. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Муралова не состояла в РКП(б), но, будучи сестрой Н. И. Муралова и женой Ф. Лизарева (оба большевики с дореволюционным стажем, активные деятели революционного движения), была всегда в гуще событий и знала лично многих представителей большевистского руководства. (Муралова Ю. О том, что никогда не забудется // Факел. Историко-революционный альманах. М., 1990. С. 255).

2 В верхней части письма пометка Ярославского: «т. Ленину. Посылаю В[ам] письмо, полученное мною от М. И. Мураловой для ознакомления».

 

№ 124

Телефонограмма X. Г. Раковского В. И. Ленину

31 марта 1921 г.

Москва тов. Ленину

Срочно

Общее состояние Украины.

1-е. За март в производстве в Донбассе около 32 миллионов [пудов угля] на местные нужды предполагается пятнадцать, свободной наличности остается, предположительно, семнадцать, это самая большая цифра. В апреле в связи с праздником следует ожидать сильного брожения.

2-е. В городах не замечается особого брожения. Московская и Петроградская волна1 здесь прокатилась в январе, в особенности, в Одессе и Николаеве, но была гораздо слабее.

3-е. Продовольствием мы обеспечены только на апрель. Опасаемся, что объявление продналога прекратит разверстку, которая у нас была выполнена всего около одной трети. В таком случае в мае нужно ожидать сильного недовольства. Пока сведения из провинции говорят, что отрицательное действие объявления продналога на заготовки не отражается и что, если она уменьшилась, то это исключительно в связи [с] начавшейся посевной кампанией.

4-е. У нас началась посевная кампания и желательно скорее знать, каков будет способ проведения продналога, а также и другие практические меры для того, чтобы можно было своевременно их огласить уже к тому периоду, когда [в] посевной кампании наступает переломный момент, и, засеявши для своего собственного потребления, крестьянин должен решить вопрос, стоит ли ему сеять еще для государства2.

5-е. Участие Красной Армии [в] посевной кампании дает свои результаты3. В одной Николаевской губер[нии] около шести тысяч красноармейских лошадей из обоза участвует в посевной кампании.

Как среди населения, так и среди красноармейцев оно пока отражается очень хорошо. Не имею причин ожидать каких-либо осложнений.

6-е. Очень большое уменьшение бандитизма, но мелкие банды имеются повсеместно. В апреле, по окончании посевной кампании следует ожидать возрастание бандитизма, в особенности, на правобережье.

7-е. Продналог нами определен [в] сто семнадцать миллионов [пудов], из которых восемнадцать на нужды комнезаможей и фонд для товарообмена за границей. Оставшуюся на этот год разверстку скосили больше чем на половину. Оставлено всего пятьдесят миллионов с расчетом, что она будет вся выполнена.

8-е. По всем вопросам: налоговому, финансовому, упрощение советского аппарата работают комиссии, окончательное решение которых, однако, будет зависеть от решения комиссии в Москве.

9-е. Убедительно прошу поддержать меня перед Лежавой, чтобы использовать пребывание Салинера в Москве для практического решения вопросов, поставленных известным соглашением по товарному фонду Украины.

Раковский.

РЦХИДНИ. Ф. 5. 0п. 1. Д. 2897. Л. 65-66 об. Машинописный текст.

Примечания:

1 Речь идет о волне антисоветских выступлений рабочих в связи с крайним ухудшением продовольственного и материального положения.

2 27 марта 1921 г. Ленин получил телефонограмму за подписью Петровского с запросом от имени Политбюро ЦК Украины о порядке обложения продналогом крестьянских хозяйств Украины. Сделав ряд пометок, Ленин послал копию этой телефонограммы Цюрупе и в тот же день переговорил с Петровским по телефону. Петровский просил ускорить ответ, и Ленин в письме Л. Б. Каменеву предложил срочно обсудить вопрос в комиссии ЦК РКП(б) по выработке практических мероприятий по проведению продналога (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 249). 27 или 28 марта 1921 г., Ленин ознакомился с протоколом заседания комиссии ЦК от 27 марта и сделал ряд цифровых подсчетов напротив пункта о продработе на Украине (Там же. С. 251-252).

3 Решение об участии в посевной кампании освобождающихся от военных действий подразделений Красной Армии было составной частью плана создания трудовых армий, предложенного в 1920 г. РВС 3-ей армии и поддержанного Троцким и Лениным (Ленин В. И. ПСС. Т. 51. С. 115).

 

№ 125

С. М. Буденный — В. И. Ленину

[позднее 6 апреля 1921 г.]

 

Здравствуйте, многоуважаемый ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ!

Получил директиву от Реввоенсовета Республики, которая говорит, что армия должна стоять ближе к Западным границам. Короче говоря, продолжать гибнуть. Я просил армию передвинуть на Дон, Кубань и Ставрополь, указывал на то, что это только одно ее спасение1. Я решил Вам сообщить, что армия к концу мая на Украине будет ликвидирована. Конский состав гибнет. Я вижу в этом одно спасение сделать Дон, Кубань и Ставрополь кавалерийским Округом, перебросить армию туда и поручить Реввоенсовету Конармии все это провести, чтобы у нас была постоянная конница. Я знаю, что тут не Западная граница и ни одна сволочь нам не страшна была бы, если бы сохранили конницу так, как я говорю, но если ее держать на Украине, то у нас никакой конницы не будет. Сомневаюсь я, что Западная Европа на нас в нынешнем году нападет. Тут я вижу, что боятся конармию перевести на Дон, Кубань и Ставрополь, что она там будет помощницей повстанцев. Но это неверно. Я беру это на себя и отвечаю головой, что будет одно. Что если только придется оттуда двинуться на фронт, то я выступлю с двумя такими армиями. Прошу убедительно Вас не бойтесь, когда я Вам говорю, так это все правда, и я все сделаю, что должно принести громадную пользу для нашей страны. Вы только прикажите. Мне кажется, что Вас братья Трифоновы2 неверно информируют об армии, так как им нежелательно ее прибытие на Дон. Вопрос сохранения конармии требует обращение на конский состав особого внимания. От этого зависит ее боеспособность и мощь, а он не терпит никакого отлагательства, с каждым днем ухудшается. На почве голода и гибели лошадей может вырасти недовольство. Мне это все очевидно, но никто никак не может понять моего вопиющего голоса3.

Ваш Буденный.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 930. Л. 3. Машинописный текст. Подпись - автограф.

Примечания:

1 18 марта 1921 г. между РСФСР и УССР, с одной стороны, и Польшей — с другой, был заключен мирный договор. Условия диктовала выигравшая противостояние Польша. Советско-польская граница устанавливалась значительно восточнее «линии Керзона». К Польше отходили западные земли Украины и Белоруссии. На Советскую Россию была наложена контрибуция в размере 30 миллионов золотых рублей. Обе стороны рассматривали договор как временный. 1-й Конной армии как одному из сильнейших подразделений Красной Армии было предписано переместиться к Западным границам. Помимо стратегических целей, перевод армии на Запад был обусловлен опасениями, что перевод армии на Дон приведет к ее развалу и усилению бандитизма за счет демобилизованных (Генис В. Л. Первая Конная армия: за кулисами славы //Вопросы истории. 1994. № 12. С. 76; РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 18266. Л. 5). 5 апреля 1921 г. вопрос о частичной демобилизации и снабжении 1-й Конной армии рассматривался на заседании Политбюро в присутствии Ленина (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 280).

2 А. и Е. А. Трифоновы — активные участники военных действий на фронтах, где воевала 1-я Конная армия — неоднократно писали в центр о творимых армией безобразиях. Серьезный конфликт произошел между В. А. Трифоновым и Буденным в январе-феврале 1920 г. на Кавказском фронте. (См. примечание 1 к документу № 64). В своих жалобах на 1-ую Конную армию Трифоновы были не одиноки. 6 апреля 1921 г. Буденный уже писал Ленину письмо по поводу обвинений в адрес армии: «[...] Не мог больше молчать и решил Вам хотя вкратце сообщить, — начал он свое послание, — что происходит по отношению к армии со стороны наших товарищей. Нисколько не лучше отношение, как и со стороны Савинкова, Балаховича и всего враждебного нам лагеря. Только разница заключается в следующем: враждебный нам лагерь старается влить в ряды нашей армии побольше своих агентов, чтобы разложить ее изнутри нелегальным путем. Наши же товарищи сознательно, или бессознательно, разлагают ее открыто и клевещут на нее, начиная с самого маленького военного и гражданского учреждения и, кончая центром [...]» Заявив о необходимости (в целях сохранения) перевести армию на Дон, Буденный поставил вопрос о том, что в случае отказа, он снимает с себя ответственность за армию и просит отстранить его от командования ею (РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 930. Л. 1-2).

3 20 апреля 1921 г. Политбюро ЦК поручило РВСР и РВС 1-й Конной армии сократить состав армии и перевести ее в район Маныча (Там же. Ф. 17. Оп. 3. Д. 153. Л. 5).

 

№ 126

Г. Л. Пятаков — В. И. Ленину

8 апреля 1921 г.

8 апреля 1921 г.

Дорогой Владимир Ильич!1

Вашу записку через курьера получил в Бахмуте2.

Prime — Вы напрасно меня ругаете за «хвастовство и за принадлежность к плохой россиянской секте собирающихся шапками закидать» опасного и сильного врага. За мною числится превеликое множество всяких «прегрешений», зачем же наваливать на меня еще такое, в каком я никогда не был повинен — я никогда не хвастаю и не бахвалюсь и и не боюсь видеть и говорить «начальству» то, что вижу в действительности, как бы неприятно и угрожающе эта действительность не выглядела.

Sekundo — Мое отрицательное отношение к столь, извините меня, наивно-простой формуле, как «отдадим 1/4 Донбасса одному концессионеру, 1/4 Донбасса — другому, а Вам задача — догони этих двух на твоих двух четвертях» проистекает вовсе не из сознания своей силы, а из ясного понимания своей слабости. Как будто бы хвастовство тут не при чем!! Я утверждаю, что два американских концессионера в Донбассе нас в настоящее время задавят и задавят потому, что экономически они сильнее. Посадить к нам сильнейших американских капиталистов и сказать мне — догоняй, значит относиться к делу по-книжному и не видеть настоящей, архитяжелой действительности. Ведь дело будет обстоять так: американцы, зацепившись в Донбассе, будут иметь два основных мотива развивать свои концессии: [во] 1-х — Profit3 и [во] 2-х — удушение большевиков. Ясно, что пользуясь всей экономической мощью американского капитала, они поставят свои предприятия в лучшие условия, чем наши: 1) они дадут лучшее техническое оборудование, 2) они построят лучшие рабочие жилища, 3) они дадут рабочим лучшее обмундирование. Докажите, что это будет не так! Ergo?4 Ergo рабочие на наших рудниках 1) получат наглядное доказательство преимущества капитализма, 2) будут вдребезги дезорганизованы лучшим рабочим снабжением на американских рудниках. Если американцы выдадут «своим» рабочим по паре ботинок, по рабочему костюму, дадут табак, да еще американскую ветчину, а это они, по политическим мотивам, могут и должны сделать, если к тому-же они будут расплачиваться звонкой монетой, а не «пятаковскими» бумажками, то мы будем свидетелями: 1) ряда возмущений на наших рудниках и 2) бегства рабочих от нас к американцам. А Вы пишите — «Вам задача догони ... на «своих» двух четвертях». Догонишь! Вы, Владимир Ильич, привыкли все рассматривать в слишком крупном масштабе, решая все большие вопросы стратегии на «стоверстке», а нам приходится решать маленькие тактические вопросы на «трехверстке» или, в крайнем случае, на «десятиверстке», и потому Вы, в этом вопросе, по моему убеждению, впадаете в схематизм и, позвольте Вам вернуть ту же монету, подлинное хвастовство: мы не выдержим соседства сильных американских капиталистов потому, что мы слишком слабы, а Вы думаете, что мы не только «выдержим», но и догоним!

3-е. Вы бросаете мне вызов — «поднимите хоть на 10% ежемесячно - в ножки поклонимся». Докладываю: в январе мы добыли 23 м[иллиона] пуд[ов], в феврале — 29 м[иллионов] пу[дов] [угля], т. е. + 21%, в марте — 33 м[иллионов] п[удов], т. е. + 4 м[иллиона] п[удов] = + 14%. Это при условии очень тяжелого продовольственного положения, переходившего временами в постоянную катастрофу. В апреле, разумеется, будет скачек вниз, так как мешают полевые работы, праздники etc. Во всяком случае, если продовольственное положение будет все время хорошим, то приращение в 10% в месяц возможно (с неизбежными скачками вниз), хотя предвижу, что такого приращения скорости мы по многим причинам не выдержим.

4-е. Самое главное. Я высказал Вам свой взгляд. Я знаю, что, несмотря на это, концессии будут даны. Я хочу Вам предложить комбинацию, которая, быть может, до известной степени смягчит тяжелые последствия концессий и даст нам maximum выгоды.

Основные положения.

1. Концессии даются не в наиболее развитых районах, а в неразработанных. Например: 1) Гришинский район, 2) Екатерининский куст Ал-Грушевского района (антрацит), 3) Свинцевский куст Должано-Коштвенского района, Богураевский куст Должано-Коштвенского района, 5) Несветевический и Скальковский кусты Бахмутского района и т. д. Конкретно, дайте нам официальное задание ЦПКП Донбасса на установление этих участков.

2.  Снабжение концессионных рудников и рабочих этих рудников не может быть привилегированным. Конкретно предлагаю: обязать концессионеров все, что они доставляют своим предприятиям, доставлять и нам, в количествах пропорциональных числу занятых рабочих. Это значит:

у концессионеров — 50 тысяч рабочих

у нас — 100 “ ”.

Концессионеры хотят поставить у себя 100 врубовых машин, они доставляют в наш адрес 300 врубовых машин, из коих 100 получают они, а 200 — мы. За эти поставки с ними расплачиваются, допустим, архангельским или уральским лесом. Если они хотят доставить своим рабочим 50 т[ысяч] пар американской обуви, то они доставляют в наш адрес 150 т[ысяч] пар, из коих 50 т[ысяч] п[ар] получают они, а 100 т[ысяч] п[ар] — мы.

3. Все снабжение концессионных предприятий осуществляется через наш аппарат снабжения, причем я могу согласиться на их контроль, т. е. на то, что при нашем начснабе будет «капиталистический комиссар» (назовем его хоть «инспектором», an american?; hye).

4. Снабжение текущее — крепежным лесом и т. п. — совершается не в ущерб нам, а то Главлес или Главтоп, не желая ударить лицом в грязь, направят весь крепежный материал американцам, а мы сядем на мель.

5. Конкретно обо всем этом надо детально договориться в Бахмуте, для чего прислать сюда комиссию с представителями от Вандерлипа или other american people5, для разработки деталей соглашения.

Noch ein mal6 — меня чрезвычайно беспокоит вся эта история, и я Вас очень прошу еще раз ответить и, прежде всего, сказать, как Вы относитесь к предложенной мною комбинации.

Подумайте — не лучше-ли дать концессии в другом, не столь важном месте, ведь сами Вы пишите, что «Донбасс архислаб, а это наш оплот». Не разрушим-ли мы этим наш оплот?! Це діла треба разжувати!

Знаете, я ведь вырос в крупно-капиталистической семье7 и не только из книжек, но и собственными глазами видел, как капиталисты убивают своих конкурентов. Боюсь, что мне прийдется еще и на собственной шкуре изучать практику конкурентной борьбы с наиболее развитым капиталистическим объединением. Жаль только, что в результате этой конкурентной борьбы мне не придется написать теорию этой борьбы, хотя надеюсь, что, с Вашего разрешения, мой друг, Николай Иванович [Бухарин], получит от меня необходимые материалы и напишет Ein Beitrag zur Theorie des Konkurrenzkampfes zwieschen einer Finan- zkapitalistischen und Nebergangsproletarischen КоЫеп Untemehmugen8. Книжка будет поучительной и Ленин, bis, когда-нибудь изучая ход пролетарской революции скажет: ну, те промахнулись — Парижане не взяли Банк, Россияне отдали Донбасс, а мы этих ошибок не повторим9.

Привет Г. Пятаков

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 1296. Л. 3-5. Автограф.

Примечания:

1 Письмо было отправлено в Москву из Бахмута (Донбасс). На бланке: «РСФСР ВСНХ Главный Угольный Комитет. Центральное правление Каменно-угольной промышленности Донецкого Бассейна».

2 Одной из составных частей НЭПа была сдача ряда предприятий в концессию представителям иностранного капитала. 28 марта 1921 г. Ленин обменялся с Рыковым телеграммами о составе концессионной комиссии и о сроках выработки окончательного текста проекта концессионных договоров (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 252). В этот же день он получил письмо Пятакова от 22/III-1921 г., в котором, в частности, говорилось: «[...] Я слышал, что Вы собираетесь предоставить концессию в Донбассе. Это — абсолютно не возможно. Я не знаю, в какой мере это осуществимо, но знаю наверное, что всю работу Донбасса это дезорганизует. Прошу Вас, если этот вопрос имеет действительно реальное значение, запросить ЦПКП Донбасса и не решать столь важного вопроса без нас, непосредственно занятых добычей каменного угля в Донбассе. Тем более, что с большим трудом, очень медленно, но, несомненно, Донецкий Бассейн из трясины выбирается. Концессия этому не поможет, а навредит [...]» (РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 17854. Л. 1-2). 30 марта 1921 г. Ленин написал Пятакову ответное письмо, на конверте которого сделал надпись: «В Харьков и по месту нахождения, тов. Пятакову [...] (от Ленина). Переслать через особо надежное лицо и вернуть мне расписку на конверте» (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 261. Текст самого письма не найден). Очевидно, на это письмо Ленина отвечал Пятаков.

3 Прибыль, выгода.

4 Значит.

5 С другими американцами.

6 Еще раз.

7 Пятаков родился и вырос в семье директора Марьинского сахарного завода (Киевская губерния, Черкасский уезд) инженера -технолога Л. Т. Пятакова.

8 Доклад по теории конкурентной борьбы между финансово-капиталистическим и пролетарским угольным предпринимательством.

9 14 апреля 1921 г. Ленин в письме Пятакову с пометкой «секретно и отнюдь не для печати», в частности, писал: «[...] Вы увидите, как мы ведем концессионную политику. Насчет Донбасса ждем результатов Вашей работы [...] Конечно, если Вам дать ... Нет, потрудитесь сами достать все: и соль и на соль хлеб и пр[очее]. Инициатива, почин, местный оборот, а не попрошайничать: если бы мне дали ... Стыд! Salut! Ленин» (Ленин В. И. ПСС. Т. 52. С. 145).

 

№ 127

А. Г. Белобородов — В. И. Ленину

10 апреля 1921 г.

Ростов-н[а]-Дону, 10.IV. 211

Владимир Ильич!

Я только что вернулся со Ставропольского губернск[ого] съезда советов (первый съезд после нашего прихода, до этого времени выборной власти в губернии не было). Настроения съезда были весьма показательны для теперешнего настроения в губернии.

Предшествовавшие ему уездные съезды в большинстве состояли из беспартийных (на 60-65 %). Объясняется это тем, что отношения сельских комъячеек с массой «разладились», т. к. ячейки участвовали и, некоторые довольно успешно, в выполнении продразверстки. В уездные исполкомы в большинстве прошли коммунисты — сказалось и давление, и то обстоятельство, что беспартийные не могут выделить соответствующего количества своих для заведования отделами исполкомов.

На губернском съезде представительство составилось так: коммунистов — 69%, беспартийных — 31%, в Губисполком избрано по решению Губкома 5 беспартийных.

В губернию пришла новая сила: демобилизованные ставропольские крестьяне — буденновцы и жлобинцы2 — во главе с[о] своими командирами. Держатся они чрезвычайно сплоченно и представляют собой такой элемент, который может сыграть довольно значительную роль в жизни губернии. Много среди них коммунистов. Это крестьянский фланг нашей партии, отличающийся от остальной массы крестьянства только большей сознательностью, но сохранивший полностью крестьянское мировоззрение и деревенские настроения. Они были самым ярким пятном в общей массе делегатов съезда (из общего количества делегатов 40% участники гражданской войны). Революционные заслуги окружающих эти коммунисты-буденновцы расценивают с точки зрения непосредственного участия в гражд[анской] войне и умения драться. Партизаны и самостийники, приезжих не выносят, тянутся к власти, самого высокого мнения о своих способностях. Хотели провести в Губисполком исключительно «своих». Губком с большими трудностями провел свой список, дали им 6-7 мест.

Гвоздем съезда были посевная кампания и продразверстка. Губерния выполнила только 43% разверстки (из 30 [миллионов пудов] — 13), но все, в том числе и коммунисты, клялись, что взято все «под метлу», что семян нет, достать негде и засеять удастся не более 20-30% яровых по сравнению с заданием. С мест шли сообщения, что начавшийся посев проходит слабо, некоторые совсем не выезжают. Разрешили свободную покупку и перевозку семенного материала; затем, когда получились из некоторых уездов сообщения, что при поисках семенного хлеба обнаружен необходимый хлеб — нажим на губернскую власть несколько появился. Центр внимания перенесен на работу местных властей. На заседаниях фракции съезда страсти иногда разгорались до того, что бичевали «политику Наркомпрода и Наркомзема», заявляя что работавшие в губернии «государственники» (т. е. стоящие на общегосударственной точке зрения) довели хозяйство крестьян до разорения. Эпитет «государственник» в устах некоторых делегатов был бранным словом.

Сообщение о замене продразверстки налогом принято было на съезде сдержанно. Отчасти, потому, что в то время не была известна даже общероссийская цифра налога. То же отношение на местах. Многими, особенно, в глухих местах, это рассматривается как подача той же разверстки под новым соусом («хотя излишки после налога и разрешается обменивать, но выжмут опять «под метлу» и для обмена ничего не останется»).

Вопрос о налоге рассматривался в сел[ьско-]хоз[яйственной] секции съезда. Высказались против прогрессивности — «налог должен быть без прогресса, при условии — ни в коем случае не допускать наемного труда». Признали необходимым «увеличить организации кооперативов для того, чтобы излишки продуктов крестьян не шли спекулянтам, а обменивались-бы в кооперативах».

Общую действительную картину отношения к налогу и сведения о результатах посева яровых пока получить еще нельзя. Сообщить можно будет через неделю — через полторы. Все наши мероприятия доходят до деревни очень медленно.

Некоторые данные, полученные из Кубанской области, говорят за то, что сообщение о налоге сразу разрядило атмосферу (объяснение понятно: кубанский казак по своему умственному развитию стоит выше ставроп[ольского] крестьянина). Посев яровых проходит успешнее.

До нового урожая мы должны собрать на юго-востоке путем разверстки 10 миллионов [пудов] (вместо недобранных 65 м[иллионов]). Так как в обращении крестьянам [от] ВЦИК и СНК говорится, что «отныне разверстка отменяется», то эту разверстку мы назвали «нарядом». Пока трудно судить, — удастся ли реализовать этот «наряд», хотя ставроп[ольский] съезд, например, принял предложение о выполнении пяти миллионов по Ставроп[ольской] губернии.

По приезде узнал о переписке между Фрумкиным и ЦК по вопросу о переводе 1-й Конармии в район Донобласти. Если бы это было сделано, то повело бы, с одной стороны, к тому, что армия перестала [бы] существовать, т. к. бойцы ушли бы, конечно, домой: на Кубань, в Ставрополь и в Донскую область. С другой стороны, это было бы таким нашествием политически разнузданной стихии, что развалило бы всю работу и, в первую очередь, продовольственную.

Посылаю два № Ставроп[ольского] статист[ического] бюллетеня. Есть чрезвычайно интересные данные о вызванных войной изменениях в составе народонаселения.

А. Белобородов

РЦХИДНИ. Ф. 2. On. 1. Д. 18266. Л. 1-3. Автограф.

Примечания:

1 Это письмо Ленин прочитал 17 апреля 1921 г. (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 321). В верхней части первой страницы письма — надпись Ленина: «т. Молотову. К сведению всех членов П-бюро. NB важно о буденновцах и пр. 17/IV Ленин»; а также пометка Молотова: «Читал В. Молотов

Разослать членам п/б» и подписи Л. Каменева и М. Калинина.

2 Имеются в виду красноармейцы, мобилизованные из войсковых соединений Буденного и Жлобы.

 

№ 128

А. Г. Белобородов — В. И. Ленину

23 апреля 1921 г.

Ростов-на-Дону, 23.IV.21.

Владимир Ильич!

Вашу записку от 17.IV. получил сегодня1.

В разрешении свободной торговли пока что до выполнения хлебного наряда приходится действовать осторожно. Заградотряды2 стоят. Разрешено продавать на базарах и привозить, за исключением хлеба и фуража в зерне и муке. «Торжище» в широких размерах еще не началось; осталась робость от зимнего прод[овольственного] нажима. Цены стоят в общем на прежнем уровне.

В Кр[аевом] Экон[омическом] Совете от прежнего балласта освободились, но пока превалирует текущая работа по подготовке и реализации наряда и товарообмена. Увеличиваем товарообменный фонд, забирая со всех складов все, что можно взять без ущерба для предприятий.

Кубань бурлит. Разрозненные банды начинают объединяться, достигая иногда численности 400-500 бойцов. Движением руководят некоторые члены Рады, скрывшиеся из Екатеринодара. До сих пор не могут ликвидировать восстания казаков, вспыхнувшего между Армавиром и Ставрополем.

Ставр[опольская] губ[ерния]. Крестьянин переживает внутреннюю трагедию: мы ему не нужны, но после нас — он знает — придут казаки, которых он боится больше, чем нас (казаки в 18 г. устроили всегубернскую резню и грабежи в Ставр[опольской] губ[ернии]). В губернии ходят отдельные банды, громят совхозы главным образом.

Донская область. В общем, сравнительно с Кубанью, спокойнее. Также отдельные банды.

С началом реализации продналога движение будет всюду распространяться. На Кубани придется серьезно воевать. В остальных районах будут отдельные вспышки. В этих условиях сокращение численности Кавказского фронта3 весьма и весьма затруднит ликвидацию бело-зеленого движения.

Страшно трудно обстоит дело с информацией по части деталей новых экономичеких мероприятий. Известны только скудные сведения, проникающие через печать. О многом приходится догадываться, в частности о кооперации всех видов.

С ком. приветом А. Белобородов

P. S. На днях высылаю материалы о концессиях. Пришлось вновь восстанавливать старое, что было послано ранее.

А. Белобородов.

РЦХИДНИ. Ф. 5. On. 1. Д. 900. Л. 6. Автограф.

Примечания:

1 Речь идет о ненайденной записке Ленина Белобородову от 17 апреля 1921 г. Судя по всему, в этой записке Ленин запрашивал сведения об отношении крестьянства Ставрополья, Дона и Кубани к НЭПу (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 321).

2 Заградотряды — специальные формирования, выставлявшиеся в городах, на железно-дорожных станциях, пристанях, дорогах для охраны продовольственных и других государственных грузов, а также для пресечения попыток свободной торговли.

3 Сокращение численности войск Кавказского фронта проходило в связи с общим сокращением вооруженных сил по мере выхода страны из гражданской войны.

 

№ 129

Н. Осинский (В. В. Оболенский) — ЦК РКП(б)

11 мая 1921 г.

В ЦК РКП.

В течение двухнедельной поездки по Тульской, Орловской, Курской и Воронежской губерниям мне пришлось убедиться в том, что новая политика в деревне, связанная с заменой продразверстки натурналогом, недостаточно усвоена местами. Не усвоено достаточно самое существо нового курса. Одни полагают, что мы становимся на путь возвращения к буржуазным отношениям, другие, наоборот, думают, что предпринимается показной политический ход (так, например, ответственный работник Елецкой уездной организации спрашивал меня, улыбаясь, по секрету: «будет ли осенью восстановлена продразверстка»). Не усвоены также практические выводы, вытекающие из новой политики, не проявляется инициатива и строительство нового типа, в частности в кооперативном строительстве и в развитии местного оборота. Два ответственных работника Тульской организации выражали, например, открытое сомнение в том, чтобы наши организации могли справиться с такой задачей и развить соответствующую инициативу. В Елецком уезде Орловской губернии пришлось столкнуться с ярким проявлением «продовольственно-комбедовской» точки зрения на крестьянство, со взглядом на крестьянина как на природного саботажника по отношению к советской власти и с тенденцией опираться в деревне только на бедноту против крестьянства вообще.

X съезд РКП, сосредоточивший внимание на подведении итогов предшествующей полосы партийной жизни, очевидно, не дал местным товарищам достаточного материала для усвоения нового курса политики и, главное, не дал им толчка к работе в новом направлении1.

Ввиду изложенного, представляется необходимым скорейший созыв общероссийской партийной конференции в целях подробного и отчетливого разъяснения существа новой политики и задач, с ней связанных. Такую конференцию возможно было бы приурочить к 25 мая2 — времени созыва III сессии ВЦИК. Основным вопросом порядка дня этой конференции должно быть: «замена продразверстки натурналогом и наша работа в деревне».

Настоящим предлагаю ЦК вынести соответствующее постановление.

С коммунистическим приветом Осинский.

11 мая 1921 г.

РЦХИДНИ; Ф. 5. Оп. 2. Д. 244. Л. 1.

Примечания:

1 X съезд РКП(б) проходил в Москве с 8 по 16 марта 1921 г. На съезде Ленин обосновал необходимость НЭПа и дал общие контуры новой политики. Однако конкретного плана преобразований выдвинуто не было. Это произошло позже, на уровне практических поисков и решений.

2 X Всероссийская конференция РКП(б) проходила с 26 по 28 мая 1921 г. 26 мая на конференции с докладом о продовольственном налоге выступал Ленин. По итогам работы конференции была принята резолюция «Об экономической политике».

 

№ 130

Г. В. Чичерин — В. И. Ленину

9 ИЮНЯ 1921 Г.

9-го июня 1921 года

Товарищу Ленину1.

Многоуважаемый Владимир Ильич.

По отношению к латышским коммунистам положение глубоко ненормальное. Я несколько раз обращал внимание Центрального Комитета на действия и тактику латышских коммунистов, могущую нанести серьезнейший вред как, в частности, нашим отношениям с Латвией, так и нашему международному положению вообще2. Ничего не было предпринято, чтобы остановить латышских коммунистов или удержать их в известных рамках. А после террористических актов, вооруженных нападений и сопротивлений, когда Латсекция открыто говорит о предстоящих партизанских действиях, и из России к ним привозится оружие, и, когда начинаются репрессии со стороны буржуазного правительства, нам приходится расхлебывать последствия всего этого. Если мы расхлебываем, мы должны иметь возможность влиять. Между тем, латышские коммунисты фактически имеют возможность как им угодно подвергать опасности наши международные отношения. Или экономическое восстановление, или авантюры; если необходимо первое и не надо вторых, то мы должны иметь возможность фактически устраивать так, чтобы вторых не было. Неужели надо портить столь необходимые нам международные отношения потому, что ни в чем нас не слушающая местная партия действует как ей угодно и потом заставляет нас вмешиваться в последствия ее действий. Латвийские министры идут, и теперь еще идут, на обмен осужденных на смерть латвийских коммунистов на осужденных на смерть у нас латвийских буржуа. Можно предвидеть момент, когда они перестанут на это идти, ибо, в сущности, такой обмен совершенно ненормален. С одной стороны, латвийские граждане и, с другой стороны, латвийские граждане. Если мы русских белогвардейцев казним, разве мы допустим вмешательство Латвии или кого угодно другого. Мы даже в 1918 году не допускали в таких случаях вмешательства Мирбаха, и он в таких случаях всегда оговаривался, что просит (например, за Щегловитова) как личный знакомый, частным образом, а не как немецкий представитель. Если же наше положение таково, что мы не можем при репрессиях против коммунистов Латвии умыть руки, то в таком случае необходим со стороны ЦК РКП действительный контроль над действиями и тактикой латышских коммунистов3.

С коммунистическим приветом.

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 315. Л. 57-58. Машинописный текст.

Примечания:

1 Ленин прочитал это письмо 10 июня 1921 г. (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 10. С. 536).

2 В январе 1920 г. советская власть в Латвии пала и ЦИК Советской Латвии объявил о самороспуске. Сформированное правительство Латвии вступило в переговоры с правительством РСФСР, и 11 августа 1920 г. в Риге был подписан советско-латвийский мирный договор, провозгласивший прекращение военных действий и зафиксировавший советско-латвийскую границу. РСФСР признала независимость Латвии. Предусматривалось установление дипломатических и консульских отношений. Сходная ситуация складывалась и в отношениях РСФСР с Литвой и Эстонией. Однако представители национальных коммунистических партий не оставляли надежд на реванш и продолжали подпольную борьбу. 18 января 1921 г. Чичерин по этому поводу писал Крестинскому: «[...] Приходится поставить серьезно вопрос о деятельности окраинных коммунистических партий в связи с политическими потребностями нынешнего момента. Если действительно наша линия в настоящее время есть производственная политика, требующая и установления экономического сотрудничества с капиталистическими государствами, в таком случае есть известные выступления коммунистических партий, которые приходится признать вредными [...] Надо сказать вообще, что все окраинные правительства, даже находящиеся с нами в самых дружественных отношениях, считают, что столь неприятные для них местные коммунистические партии существуют благодаря притоку денежных средств из Советской России, где действительным источником является Советское Правительство. Действия окраинных коммунистических партий не могут поэтому не отражаться на отношениях этих государств к нам» (РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 315. Л. 10-11).

3 Вопрос, поставленный Чичериным, обсуждался на Политбюро 21 июня 1921 г. В принятых директивах отмечалось: «ЦК обращает внимание т. т. коммунистов Эстонии, Латвии и Литвы на то, что им необходимо сообразовать свою политику с особенностями международного положения РСФСР [...] ЦК просит коммунистов Эстонии, Латвии и Литвы проявлять наибольшую осмотрительность как во внешней, так и во внутренней политике, приняв во внимание указание ЦК РКП о том, что в настоящий момент не может быть и речи о военной помощи им со стороны РСФСР» (Там же. Ф. 17. Оп. 3. Д. 178. Л. 4).

 

№ 131

П. С. Заславский — В. М. Молотову

22 июля 1921 г.

Копия.

Секретарю ЦК РКП

т. Молотову.

В последнее время на общих собраниях членов партии по районам Москвы стала резко выделяться черта несвоевременности и оппозиционности. Члены партии из среды массовиков, середняков, а очень часто и ответственных работников берут совершенно недопустимый тон по отношению последних декретов1.

Политика слишком круто изменена. Принцип платности. Допустимость сдачи предприятий в аренду старым владельцам. План создания базы для крупной промышленности, крах этого плана. Создание Всерос[сийского] К[омите]та с пред[ставительством] буржуазии. Целая куча декретов. Все это создает сумятицу, которую усиливает голод.

Нужна точная и заблаговременная информация, а ее нет. В результате, не коммунисты влияют на беспарт[ийную] массу, а, наоборот, коммунисты впитывают, подсознательно, б[ыть] м[может], то, что сеет белогвардейщина.

21 июля я поднял вопрос на бюро МК РКП о необходимости информации беспартийных, ибо конференции отменены2. Массы питаются слухами и сплетнями. Я предложил вернуться к пятничным митингам. Это предложение вызвало массу протестов. Т[оварищи] стали говорить, что коммунистов будут стаскивать за ноги. Только массовый агитатор, т. Антон Логинов, поддержал мое предложение. Тов. Миньков, заменяющий секретаря МК заявил буквально следующее. Какие теперь митинги, когда сами издающие декреты не знают их цели и удивляются их результатам (к[а]к с пассажир[ским] тарифом). Когда так говорит вр[еменный] секретарь МК на офиц[иальном] заседании бюро, где присутствуют два десятка человек из районов, это, знаете ли, вещь весьма показательная. А на рабочих собраниях крепнет настроение оппозиционности. Оно сходно с настроением рабоч[ей] оппозиции, но опасней, ибо прет из низов. Здесь дипломатии нет, что было у генералов без армии.

Пишу Вам, чтобы Вы подумали и выяснили эти вопросы: 1) об отсталости, серости коммунистических организаций и 2) об оторванности организации от беспартийной массы.

Тов. Ленин советовал придумать новые формы связи вместо беспарт[ийных] конференций. Этих форм нет. Почва для сумятицы весьма благоприятна даже в Москве3.

С приветом Секретарь Город[ского] К[омите]та Москов[ской] Орг[анизации] РКП П. Заславский.

22/VII-21 г.

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 66. Л. 46. Заверенная машинописная копия.

Примечания:

1 Речь идет о декретах, принимавшихся в рамках НЭПа.

2 Имеются в виду беспартийные конференции, проводившиеся в 1918 - 1925 гг. для информирования беспартийных рабочих, крестьян и красноармейцев по вопросам политики партии. Перерыв в работе беспартийных конференций весной и летом 1921 г. был вызван, главным образом, волной рабочих выступлений и деятельностью «рабочей оппозиции».

3 23 июля 1921 г. письмо Заславского было направлено Молотовым Ленину. В телефонограмме Молотову 25 июля 1921 г. Ленин сообщил, что поговорит лично по телефону или при свидании (В. И. Ленин. Биографическая хроника. Т. 11. С. 96).

 

№ 132

Г. В. Чичерин — Л. Б. Каменеву

30 июля 1921 г.

30 июля 1921 г.

Копия.

ТОВ. КАМЕНЕВУ.

Уважаемый Товарищ.

Необходимо внести планомерность и обдуманность в публикуемые сведения о состоянии урожая и о положении голодающих губерний. То, что у нас публикуется, колеблется между крайне алармистскими картинами и утешительными указаниями на то, что вовсе не так плохо, удался картофель или удалась гречиха и т. п. Прочитывая наши информационные радио, я считаю себя не в праве приостанавливать официальные сведения такого рода. Тем более я не в праве останавливать передачу этих сведений по радио внутри России. Между тем, наши внутренние передачи не менее, чем наши заграничные радио, прослушиваются и перехватываются в западных странах. Я сам, читая наши официальные сведения, в конце концов не знаю, имеется ли налицо превращение десятка губерний в сплошную пустыню или же имеется налицо частичный недород после того, как дожди поправили положение. Наша официальная информация отличается непоследовательностью и необдуманностью. Этим усиленно пользуются за границей. Кто хочет представить наше положение в катастрофическом виде, хватается за наши алармистские известия, другие хватаются за успокоительные известия. Ллойд Джордж в палате, отвечая на запрос, заявил, что его сбили с толку радио-телеграфные известия из России о том, что дожди прошли и улучшили положение. Тов. Гольденберг уже согласился принять на себя заведование нашим Информационным Бюро и Информационным Отделом. Нужно бы поспешить оформить это постановлением Центрального Комитета, и потом может быть Вы найдете возможным в какой-либо форме привлечь его ближе к участию в руководстве делом помощи с тем, чтобы он был в курсе всех оттенков нашей политики в этом вопросе1. В настоящее время я сам не знаю, оказывать ли влияние на проходящие через мои руки радио в смысле усиления пессимистической или оптимистической струи. Надо знать, чего мы хотим и почему в деле информации и инспирации. Мы уже имеем ряд телеграмм от наших полпредов о том, что и они сами, и всевозможные филантропы, и краснокрестные и другие общества просят сведений и еще сведений, и еще сведений. Мы делаем очень мало для удовлетворения этой потребности. Следует использовать появление у нас тов. Гольденберга, чтобы разрешить эту первостепенной важности задачу. Насколько мне известно, до сих пор кроме меня никто в разговоре с тов. Гольденбергом не подчеркивал колоссальной важности этой задачи, которую он согласился на себя взять. Мне кажется, что у него даже создается впечатление, что у нас неособенно этим интересуются.

В тоже время нас засыпают телеграммы и радио-телеграммы с просьбами о телеграфных и радио-телеграфных интервью. Некоторые из этих просьб обращены к Владимиру Ильичу, другие к Горькому, третьи ко мне, четвертые к тов. Литвинову и т. д. Надо использовать эту жажду сведений, а не бросать эти просьбы в корзину. Для того, чтобы вся кампания помощи голодающим не превратилась в оружие против нас, надо возможный максимум энергии обратить в этом вопросе на информационное дело.

С коммунистическим приветом Чичерин

РЦХИДНИ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 315. Л. 113-114. Машинописный текст. Подпись — автограф.

Примечания:

1 5 августа Ленин передал телефонограмму Молотову с просьбой немедленно закрепить назначение Гольденберга опросом всех членов Политбюро. В тот же день Оргбюро приняло решение: «Предложить Главполитпросвету утвердить тов. Гольденберга-Мешковского заведующим «Роста». Возложить одновременно на тов. Гольденберга-Мешковского заведование Информационным отделом НКИД» (РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 112. Д. 197. Л. 3).

 

№ 133

Г. В. Чичерин — В. М. Молотову

11 августа 1921 г.

11 августа 1921 г.

ТОВ. МОЛОТОВУ.

Уважаемый Товарищ.

Вопрос о помощи голодающим в России в настоящий момент сделался международным вопросом первостепенной важности. Капиталистический мир, очевидно, не сошелся на единой линии в этом вопросе, хотя в то же время, несомненно, что главные группы и правительства в стане мировой реакции на эту тему между собою сговариваются1. Мы должны быть сугубо бдительными, чтобы предотвращать готовящиеся против нас удары, и наша политика должна быть сугубо гибкой и тонко рассчитанной на сложную обстановку, ввиду столь же несомненных расхождений среди наших противников. Нельзя при такой обстановке и в такое ответственное время оставаться при чрезвычайно редких собраниях Политбюро, без создания постоянного руководящего коллектива для принятия быстрых решений по чрезвычайно важным вопросам, возникающим в этой связи. По соглашению с Владимиром Ильичем, я, поэтому, предлагаю, чтобы находящиеся в Москве т. т. Троцкий и Каменев вместе с Вами составили политическую тройку, уполномоченную вместо Политбюро принимать решения по крупным принципиальным вопросам, ежедневно возникающим в связи с помощью голодающим2.

Мы не можем, кроме того, оставаться без хотя бы маленького аппарата для ведения