Содержание материала

 

Белофинны на службе англо-французских интервентов в 1919 г.

Вскоре после Великой Октябрьской Социалистической революция, установившей советскую власть в России, финляндский народ получил свободу и независимость. Советское правительство еще в декабре 1917 г. особым декретом объявило о политической и экономической независимости Финляндии. Это историческое решение Советского правительства рабочими и крестьянами Финляндии было воспринято с исключительным подъемом, что нашло свое выражение в массовом революционном движении среди финских рабочих и трудящихся.

Русские белогвардейцы и англо-французские интервенты, факт признания независимости Финляндии со стороны Советской республики лживо попытались свести лишь к простому жесту. Зато финские рабочие и трудящиеся в этом решении Советского правительства видели действительную дружбу и верную опору в борьбе со своими угнетателями, помещиками и капиталистами. «Тогда это казалось — пикал В. И. Ленин, — простым жестом. Думали, что восстание рабочих Финляндии заставит забыть это. Нет, такие вещи не забываются, когда их подтверждает вся политика определенной партии»1.

Финские рабочие, используя революционный опыт пролетариата России и опираясь на его помощь, уже тогда развернули героическую борьбу за установление власти рабочих в Финляндии.

Товарищ Сталин, в своем выступления на съезде Финляндской социал-демократической партии в ноябре 1917 г, отстаивая независимость и свободу самоопределения финского народа перед всем миром, заявил: «Я заявляю, что мы изменили бы социализму, если бы не приняли всех мер для восстановления братского доверия между рабочими Финляндии и России.

Установление дружественных отношений рабочих страны Советов с рабочими Финляндии вызывало бешенство в рядах финской буржуазии.

Финская буржуазия, помещики к вожди социал-демократической партии, заручившись поддержкой со стороны империалистов, бросили все силы на борьбу с восставшими рабочими. Уже в это время во главе белофинских банд стоял царский генерал — палач русского и финского народа — барон Маннергейм. Маннергейму, вдохновляемому идейно и поддерживаемому материально со стороны заправил Антанты, удалось жестоко расправиться с рабочими и трудящимися Финляндии. Двадцать тысяч рабочих и трудящихся финнов без суда и следствия были расстреляны,

Маннергейм с помощью англо-французских и прочих «цивилизаторов» вешал ли в чем неповинных рабочих и крестьян, мучил их жен и детей. Многим арестованным выкалывали глаза, отрезали уши, раненых живыми закапывали в могилы вместе с расстрелянными, женщин, присужденных к расстрелу, насиловали. Девяносто тысяч арестованных погибло от голода в тюрьмах и лагерях. Подобной инквизиции не знала история мрачного средневековья. Все эти зверства белофинские бандиты осуществляли о полного одобрения кровавых заправив Антанты. Эти господа не только не протестовали против дикой расправы, чинимой под видом борьбы с большевизмом, а наоборот, всячески провоцировали. Финляндия с начала 1919 г. была превращена в плацдарм группировок антисоветских сил.

В борьбе с советской Россией финляндская буржуазия и помещичья клика являлись послушным орудием в руках англо-французских провокаторов войны. В годы гражданской войны и интервенции финляндская военщина по указке англо-французских империалистов предоставляла свою территорию для интервентов и белогвардейцев, организовала и не раз посылала свои войска против страны Советов. Империалисты Англии и Франции и их ставленники: Колчак, Миллер, Юденич, при помощи Маннергейма, делали, правда, безуспешно, попытки напасть на страну Советов, а главное взять колыбель социалистической революции — Петроград. В организации похода на Петроград так же, как и во всех прочих провокациях, главную роль играли Англия и Франция. По этому поводу в сообщении из Финляндии от 14 февраля 1919 г. читаем, что оккупация финнами Петрограда, во заявлению Маннергейма, будет произведена с согласия Антанты в марте, для чего Маннергейм располагает 30-тысячной хорошо обученной и вооруженной армией, что в боевых действиях примут участие добровольцы шведы2. В другом документе от 18 мая «Нотис бюро» сообщало, что продвижение финляндских войск на путях к Петрограду является «звеном в общей русской программе союзников». Но этому же вопросу агент Колчака в Лондоне Набоков писал: «Финляндское правительство принципиально постановило объявить войну Советской России. День, когда это состоится, будет установлен по соглашению с французской и английской военными Комиссиями».

При веденные данные достаточны для того, чтобы убедиться в том, что антисоветские интриги против страны Советов инспирировались англо-французскими интервентами.

По указке англо-французских интервентов генерал Юденич в Гельсингфорсе, Выборге и в других городах вербовал отряды белогвардейцев для похода на Петроград.

В Финляндию стягивались английские вооруженные отряды, корабли и подводные лодки для нападения на Советскую республику (английская подводная лодка № 55 была в июне 1919 г. потоплена кораблями героического Красного Балтфлота).

Маннергейм свое черное дело старательно скрывал от рабочих и крестьян своей страны, ибо он знал, что трудящиеся Франции в лице Советской республики видят свою надежную опору в борьбе за освобождение от ига помещиков и капиталистов.

Боясь рабочих, Маннергейм пускал в ход провокационную демагогию, чудовищно переплетающуюся с зверским террором. Палач финского народа лживо заявлял, что он борется за независимость Финляндии, на деле же торговал оптом и в розницу свободой и независимостью финского народа.

Выполняя задания англо-французских империалистов, их агенты умышленно обостряли отношения с Советской Россией, а на мирное предложение последней отвечали бандитскими налетами и новыми провокациями. Враждебное отношение к стране Советов наиболее откровенно выболтал некий Сулохити: «Советская власть, — говорил этот белобандит, — ...представляет собою революционную организацию, целью достижения которой служит разрушение современного обществе иного строя во всех странах. Финляндия имела особенно горький опыт того, чего способна достичь большевистская пропаганда. Если  при современных условиях трудно воспрепятствовать этой агитации, то еще более благодарную почву получит большевистская пропаганда, если прекратится военное положение». Далее тот же Сулохити говорил: «партия не хочет облегчать борьбу советской России; она не отказывает в сочувствия русским белогвардейцам, поскольку их стремления не противоречат ее интересам3». Выступление Сулохити совпадало с пребываванием палача финского народа барона Маннергейма в Париже, где он продавал империалистам независимость и свободу финского народа. В связи с заключением сделки Маннергейма с англо-французскими банкирами, газета «Свенска Тидинген» от 20 октября 1919 г. сообщала: «Финляндия к Советской России относится образом, предположенным союзниками».

Союзник» щедро «плачивали авантюру царского генерала Маннергейма. В ответ на это Маннергейм заявлял, что он будет работать в тесном единении с Западными державами, в то же время ища согласия со Скандинавскими странами и, конечно, с русскими белобандитами: Колчаком, Юденичем и др. В одной из своих телеграмм, адресованной Колчаку, Маннергейм писал: «Прошу ваше высокопревосходительство принять мою благодарность... уверен, что и впредь мы будем в состоянии уничтожать всякую попытку поднять в Финляндии красное знамя революции»4.

Публикуемые ниже документы показывают лишь отдельные моменты героической борьбы рабочих и трудящихся России и Финляндии против белофинских бандитов и интервентов, возглавляемых генералом Маннергеймом.

Донесения, телеграммы и переписка вскрывают подлинных организаторов, исполнителей кровавой авантюры, направленной против Советской республики. Они показывают все бессилие и беспомощность англо-французских организаторов и вдохновителей бандитских налетов на Советскую республику в годы гражданской войны.

Как и в годы гражданской войны героическая Красная армия показала вновь несокрушимую силу советского народа. Англо-французские империалистические круги, подстрекавшие Финляндию против Советского Союза, смогли сейчас лишний раз убедиться в мощи нашего советского оружия. Безопасность северо-западных границ страны социализма, безопасность колыбели социалистической революция — города Ленина — обеспечена. Подписанный мирный договор с Финляндской республикой, продемонстрировавший перед всем миром мирную политику Советского Союза, является новой победой Сталинской политики мира.

Теперь, когда полностью провалились новые попытки англо-французских империалистов использовать Финляндию как один из своих важнейших плацдармов для похода против Советского Союза, нижепубликуемые документы представляют особый интерес.

Приведенные документы состоят из двух групп; к первой группе относятся материалы, характеризующие борьбу рабочих и крестьян Советской России и Финляндии с белобандитами в конце 1918 и начале 1919 гг.

Вторая группа документов состоит из переписки белогвардейцев и интервентов, тесно связанных с шайкой белобандитов, во главе с Маннергеймом. Документы этой группы с достаточной полнотой отражают обстановку, в которой главари русской контрреволюции, в союзе с белофиннами и англо-французскими интервентами, группировали белобандитские силы, направленные на борьбу с рабочими и крестьянами страны Советов.

Основная часть документов публикуется впервые, лишь несколько документов было опубликовано ранее, последние в данной публикации даются лишь в связи с другими документами.

Оригиналы публикуемых документов хранятся в Петроградском архиве Октябрьской революции и в Архиве Красной армии.

Публикуемые документы вошли в сборник о Финляндии, подготовляемые к изданию ГАУ НКВД СССР.

Г. Костомаров.

Примечания:

1 В. И. Ленин, Соч., т, XXV, стр. 54.

2 См. ниже, стр. 42.

3 ЦГАОР, ф. 1817, оп. 20, Д. № 10. л. 14.

4  См. там же, стр. 63.

 

1

Из обращения революционного финляндского правительства к Совету Народных Комиссаров Российской республики, 17 января 1918 г.*

Сим объявляем Российскому правительству рабочих, солдат и крестьян, что революционное движение рабочих Финляндии низвергло свое буржуазное правительство; вместе с этим, согласно постановления комитета соц.-дем. партии, был объявлен переход власти в руки рабочего класса, временное осуществление каковой пока сосредоточено в Финляндском Совете Народных уполномоченных, подконтрольном Главному Совету рабочих. О перемене правительственной власти будет также сделано сообщение правительствам всех государств, которые признали независимость Финляндской республики. Доводя о сем до вашего сведения просим вас, товарищи народные комиссары, передать российскому революционному пролетариату привет от финляндского революционного народа и выразить сердечное пожелание, чтобы в борьбе за свержение капитализма среди рабочих России с Финляндией существовала прочная солидарность.

Да здравствует международная революция пролетариата!

* Газ. «Правда» 13 (240) от 31 (18) января 1918 г.

 

Телеграмма Областного комитета армии, флота и рабочих Финляндии из Гельсингфорса в Совнарком, 23 января 1918 г,

Положение у нас устойчивое. Власть пролетариата с каждым днем крепнет. Если можете, высылайте на подкрепление сознательных людей, крайне нуждаемся. Оружие вышлите, возможное количество броневиков и пулеметов в распоряжение военного отдела. Вместе с тем убедительно прошу помочь финансами, так как этот вопрос обстоит в самом незавидном положении.

* ЦГАОР, ф 130, оп. 12, Д. № l14, л. 122.

 

Приветствие финляндского пролетариата товарищам, борющимся за свободу во всех странах, 4 февраля 1918 г.*

В Международную Социалистическую комиссию.

Товарищи!

Мы сообщаем вам, что в Финляндии пролетариат, стоя перед лицом страшной нужды и перед угрозой лишиться всех завоеваний революции, под давлением белой гвардия имущих классов, вступил в революционную борьбу и сверг реакционное буржуазное правительство. Образованный с.-д. партией Исполнительный комитет провозгласил переход власти в руки рабочего класса. С согласия Ц. К. с.-д. партии было образовано революционное правительство: Комиссариат финского народа — которое издало программу своей социалистической деятельности. Одновременно с радикальными, немедленно вступающими в силу социальными реформами, решено, посредством контроля над банковым капиталом, обуздать капиталистическое господство биржи. Социализация производственных заведений начнется немедленно, поскольку этого будут требовать интересы народа. Для поддержки и контроля над деятельностью Народного комиссариата учреждается Главный Совет, рабочих, который состоит из 35-ти человек и члены которого избираются Советом с.-д. партии, центральной организацией профессиональных союзов, красными гвардиями рабочих и гельсингфорскими рабочими. Вся власть принадлежит рабочим и на съезде избранных всеми организованными рабочими будет определена окончательная форма будущего государственного порядка страны.

Теперь, когда финляндские рабочие, следуя примеру своих русских товарищей, начали социальную революцию, мы шлем горячий привет Международной Социалистической комиссии и при ее посредстве социалистическим партиям всех стран.

Наши классовые товарищи в различных странах! Мы, пролетарии в маленькой Финляндии, отлично понимаем, какие огромные трудности предстоят нам теперь, когда мы берем в свои руки власть в обществе и приступаем к проведению социалистических реформ. Прошв нас стоит вся буржуазия со своим классом чиновников, которая в исступлении точит оружие мести и пытается, посредством националистической агитации, вооружить крестьян против трудового народа. Они распространяют ложные слухи, будто социалисты намереваются отказаться от независимости Финляндии и желают снова соединить ее с Россией. Имущие классы Финляндии, взывая к международной солидарности экоплоататоров, также принимали меры к тому, чтобы получить помощь от части иностранных правительств. Финляндский пролетариат уверен в том, что ни водной стране, проникнутой классовым сознанием, пролетариат не допустит свое правительство удовлетворить кровожадные намерения финляндских капиталистов, посредством отправления им на помощь своих войск прошв финляндских рабочих. Мы надеемся также, что наши товарищи в тех странах, которые находятся в деловых сношениях с Финляндией, употребят все усилия к тому, чтобы помешать своим капиталистам сообща с финляндскими капиталистами строить оковы, с целью уморить с грлоду финляндских рабочих.

Если же они попытаются распространять уже сделавшуюся обычною ложь, будто бы в Финляндии, вследствие социальной революции, царит анархия, то мы просим вас публично сообщить, что в нашей стране господствует революционный порядок, поддерживаемый красными гвардиями рабочих, и порядок лишь нарушается вследствие контр-революционной провокации.

Скажите, что революционные рабочие уважают права иностранцев и что только бунты буржуазии против рабочих нарушают общественную и деловую жизнь страны.

Для нас ясно, уважаемые товарищи, что господствующие в каждой отдельной стране условия обусловливают тактику рабочего движения. Но подобно тому, как эксплоатация и угнетение являются международными, так и борьба с ними должна быть международной. Кровь финляндских и русских революционеров как раз в настоящий момент проливается в общей борьбе с угнетателями. Во время мировой войны созрели условия для международного выступления рабочих, которой стало почти необходимым. Из одной страны в другую переходит революционное движение. Когда же оно превратится во всеобщую международную революцию?

Рабочие, мужчины и женщины, вы, организовавшиеся на основе классовой борьбы для свержения капитализма! Прислушайтесь к призыву российского пролетариата к борьбе, восстаньте против господства буржуазии, против этого жестокого господства эксплоатации, гнета, доведшего человечество до ужасных побоищ и нужды мировой войны. Положите конец войне, свергните капиталистические правительства и возьмите в свои руки управление обществом на счастье трудового народа и всего человечества.

Мы, народ маленькой страны, обращаемся в особенности к вам, рабочие крупных капиталистических стран. Спасите человечество ог его гибели. Речь идет о миллионах человеческих жизней и о счастье всего подрастающего поколения. Поднимайте в одной стране за другой знамя решительной борьбы рабочего класса.

Да здравствует международная социалистическая революция!

Да здравствует циммервальдский Интернационал!

Ц. К. Финляндской с.-д. р. п.

* «Правда» 17 (244) от 5 февраля (23 января) 1918 г.

 

Революция в Финляндии.*

Бои в Борго, Мянтю-Харью, Науво и др. окончились успешно для красной гвардии.

11 февраля н. ст., согласно сведениям из «Правительственного вестника», город Борго, близ Таммерфорса, до сих пор был занят контр-революционными войсками, но 8 февраля сильным натиском революционных войск контр-революционеры были вытеснены оттуда, причем принуждены были оставить большие продовольственные запасы, оружие и патроны, довольно большое количество лошадей и многое другое. При отступлении ими была порвана вся местная сеть телефонных и телеграфных проводов. Будучи вытеснены из города, они скрылись на близлежащих островках. Пленные контр-революционеры заключены под стражу в местные арестные дома. Пленные красногвардейцы освобождены. Потери белой гвардии значительны; среди красногвардейцев двое убитых. В настоящий момент красногвардейцы продолжают свое наступление. Белогвардейцами при отступлении из Никкиля взорван железнодорожный мост. К направлению его приняты меры. В северной Финляндии, Мянтю-Харью, близ Нейшлота, произошли довольно сильные бои. Гнездом контр-революции были правительственное здание, школа и церковь. Контр-революционеры отогнаны на 7 верст. Из Або сообщают о боях, происходивших в Науво, Парайси, Хоусткяр и многих других близлежащих местностях. В одном местечке контр-революционеры окружили батареи, где находились русские войска, и были встречены последними Пулеметным и артиллерийским огнем. По просьбе, переданной по радиотелеграфу в Або, оттуда были посланы подкрепления, которые отбросили белую гвардию на несколько километров. Батареи остались в руках революционных войск, 8 февраля белая гвардия пыталась взорвать железнодорожный мост между Таммерфорсом и Николайштаттом: попытка окончилась неудачей; незначительные повреждения были немедленно исправлены.

* Газ. «Правда» № 24 (351) от 13 февраля (31 января) 1918 г.

 

Из доклада Морского генерального штаба РСФСР в Штаб военного руководителя Петроградского района, 22 апреля 1918 г.1

Начальник Петроградского Военно-Морского контроля сообщил, что, по агентурным сведениям, так называемая финская белая гвардия начала войну, якобы, против финской красной гвардии, на самом же деле это война против России, с целью захвата и присоединения к Финляндии Архангельской, Олонецкой и части Петроградской губ, с городом Петроградом, чтобы иметь свободный выход из Ладожского озера в Финский залив.

Как только финская красная гвардия будет окончательно разбита..., — с открытием навигации, освобождением дорог и полей от снежного покрова и просыханием, крупные отряды финских войск перейдут во многих местах русскую границу и пойдут походом на Архангельскую и Олонецкую губ., а также на Петроград, с целью завоевать их и навсегда присоединить к Финляндии. Граница будущей Финляндии должна проходить от Архангельска через Каргополь — Вытегру — Лодейное Поле — Новую Ладогу - Петроград и Финский залив с южным побережьем вплоть до Нарвы.

Для осуществления этого плана... в настоящее время мобилизована вся т. п. белая Финляндия: все лица мужского пола от 18 до 40 лет призваны на службу по обязательному набору и составляют регулярную армию, остальные же до 55 лет составляют резерв 1, 2 и 3-го разрядов, а старики и лица, признанные негодными к строевой службе, несут караулы на местах и служат в обозе. Все мобилизованные -белогвардейцы обучаются военному делу, а, главным образом, проходят строевую службу и стрельбу, на особых курсах, которые продолжаются от 2 до 4 недель, причем инструкторами-учителями являются финские егеря**, прибывшие из Германии. Таких егерей, прошедших в Германии курс военного обучения, насчитывается около 5 000 человек и половина их произведена в офицеры до чина подполковника включительно.

Поход на Россию будет произведен без формального объявления ей войны, как по суше, так и по Ладожскому озеру и Финскому заливу, отдельными отрядами численностью от 3 до 5 тыс. человек, усиливаемыми по мере надобности из резервов, совместно с германскими и шведскими добровольцами. Первый отряд пойдет от гор. Ноэнсу на Архангельск, чтобы сразу захватить Мурманскую и Архангельскую жел. дор. и отрезать Россию от Белого моря. Три отряда будут отправлены из Сердоболя, где помещается главный штаб Карельской армии: из них одни на Импилахти — Тулмозеро — Сандер Озеро и на Петрозаводск — будущую столищу финской Карелин; другой — по берегу Ладожского озера на Видлицы — Олонец — Лодейное Ноле, чтобы захватить Северную жел. дор. и отрезать Петрозаводск, и третий — будет переброшен на судах и баржах, буксируемых пароходами, из Сердоболи в устье реки Свири на юго-восточном берегу Ладожского озера, и пятый и шестой отряды из Кронборга (Куркиоки) и Кексгольма  будут перевезены на судах в Новую Ладогу и Шлиссельбург, чтобы  захватить Ладожский канал и Неву и таким образом запереть русский  флот в Петрограде и Кронштадте и захватить его. Одновременно с  этим главные силы белой гвардии, под командой генерала Маннергейма, будут наступать от Выборга на Териоки — Белоостров и Петроград, с целью захватить его врасплох и разбить окончательно русские войска.

После захвата этих местностей, по словам Свинхувуда***, Германия заставит Россию заключить с Финляндией формальный мир с отдачей названных губерний и с уплатой крупной кон трибу иди, преимущественно хлебом.

Что касается организации финской белой гвардии, то управление ее войсками распределяется на восемь округов по числу губерний и провинций Финляндии, в которых сформированы кадры финских войск, сражающихся на фронте, в составе 8 стрелковых полков и 8 егерских батальонов с соответствующим количеством кавалерии и артиллерий, подвезенной как из Германии, так и захваченной у нас при оставлении нашими войсками финляндской территории и на фронтах. Пехота вооружена трехлинейными винтовками, карабинами и пистолетами, маузерами крупного калибра, заряжающимися 15 патронами, стрельба из которых производит впечатление стрельбы из ручных пулеметов. Снабжение финских войск производится, главным образом, за счет огромных запасов военных материалов и имущества, оставленного нами при эвакуации Финляндии и перешедшего в руки финнов.

Главными сборными и опорными пунктами белой гвардии служат в настоящее время города: Ваза (Николяйштадт), Таммерфорс,  Ювяскюля, С.-Михель, Нейшлот, Сердоболь, Иоенсуу, а затем и Выборг по его завоевании. В означенных городах имеются штабы округов и запасные батальоны обученных войск для пополнения армий на фронте. Кроме того, в каждом селе и приходе имеются, как выше указано, свои школы для обучения строю белогвардейцев и отсюда, по мере надобности, солдаты отправляются на сборные пункты. Финской белой гвардией командуют почти все офицеры бывших финских войск, а также финляндские уроженцы, служившие офицерами в русских войсках, как-то: ген. Маннергейм, полковники Аппельгрен, Теслев, Окерман, Игнациус, капитан Альквист, Эльвенгрен, Пелль, Опоре, Седерман, Дегергольм (б. чиновник канцелярии финляндского генер.-губернатора) и другие. Всех сил финской белой гвардии насчитывается пока около 150 — 200 тыс. человек. Среди командного состава имеются немецкие и шведские офицеры, но последние большею частью служат санитарами.

Из того же источника сообщается, что имеется план захвата наших судов в случае появления их в Ладожском озере, а также обезоружения наших отрядов, путем братания под видом красной гвардии, спаивания наших команд, пополнения их тайными сторонниками белой гвардии и прочее.

Сообщено: в штаб военного руководителя Петроградского района, в штаб командующего Балтийским флотом, генерал-квартирмейстеру Главного управления Генерального штаба и помощнику начальника Морского Генерального штаба в Москве.

Примечания:

* ЦА РККА, ф. 13, оп. 1, д. № 1/с. лл. 2, 3.

** В начале войны России с Германией {1914 г.), при содействии финляндской буржуазной националистической партии «активного сопротивлении» — «активистов», состоявшей в блоке с русскими с.-р., в Финляндии возникло т. и. «егерское движение», заключавшееся в тайной вербовке и отправке добровольцев в Германию, где в Локштедском лагере под Гамбургом были созданы военные курсы для финнов.

Таким образом был организован финляндский егерский батальон (1930 человек в 1917 г.), задачей которого была подготовка военных организаторов — инструкторов для восстания против царской России. Впоследствии егеря составили ядро белой гвардии Финляндии.

*** Свинхувуд, Пер Эвинд (род. 1861 т.). В 1917 — 1918 г.г. глава финляндского буржуазного правительства, руководитель белого террора против финских революционных рабочих и крестьян. С июля 1930 г. по март 1931 г. вновь возглавлял фашистское правительство Финляндии.

**** В документе подписи отсутствуют.

 

Радио-телеграмма общего собрания матросов линейного корабля «Андрей Первозванный» в Совнарком, 30 мая 1918 г.*

Протест: «Мы команда линейного корабля «Андрей Первозванный» получили радиотелеграмму — воззвание финских рабочих об ужасах и зверствах белого террора Финляндии. Горячо, с болью в душе протестуем против ни на чем неоснованных расстрелов и пыток, содержания в тюрьмах, издевательств над трупами казненных рабочих, ужасов насилия, творимых этими зверями в образе человека над гонимым, не имеющим защиты пролетариатом. Ввиду вышеизложенного настоятельно требуем от Совета Народных Комиссаров, как власти народной, стоящей на защите угнетенных, принять немедленно меры к защите пролетариата и к уничтожению бесчеловечного террора соответствующим образом. Мы обращаемся ко всем не потерявшим еще совесть и понятие о человеческой жизни правительствам всего мира.

* ЦГАОР, ф. 130, on. 12, 1918 г., Д. № 205, Л. 2.

 

Разведывательная сводка штаба VII армии, 4 февраля 1919 г.*

Повенецкое направление: новых сведений с 15 по 30 января не поступало. Расположение противника старое — 790 штыков.

Мурманское направление. Изменения с 15 января: концентрация войск союзников в районе Кемь — Сороки. Передвижение английских войск к восточной границе Финляндии, организация отрядов для действия на восточную Карелию, снабжение оружием, широкая агитация. Группировка прежняя. Численность 5500 штыков, 4 орудия, 5 пулеметов.

Ухтинское направление: группировка противника в районе Ругозеро, причем Карельский отряд по непроверенным сведениям укомплектован до полка. Отряд итальянцев — 150 штыков. Всего, предположительно, более 1000 штыков.

Нурмесское направление: неоднократный переход финнами нашей границы, широкая агитация. Сформирован при поддержке англичан отряд в 1000 штыков для действий на восточную Карелию. Группировка прежняя, численность 5050 штыков, 27 легких орудий и 30 пулеметов.

Сердобольское направление: по показаниям местных жителей готовится наступление в районе Самозеро. Изменения: Орус — Ярве — триста белых, 300 штыков, в. район Сердоболя отправлено из базы Вааламе пятьсот штыков, 3 восьмидюймовых орудия. Итого: 6672 штыка, 100 сабель, 53 легких и 113 тяжелых орудий, 19 пулеметов и 6 самолетов.

Тыл Олонецкого района: новых сведений не поступало. Группировка прежняя. Всего 3 250 штыков, 8 легких и 14 тяжелых орудий. Всей) в Олонецком районе — 23 262 штыка, 92 легких, 127 тяжелых орудий, 54 пулеметов, 100 сабель и 6 самолетов.

Карельский район. Изменения: на восточной границе Карельского перешейка появились части Кексгольмского полка (возможно предполагать части 6 Ладожского, стоящие в районе Кексгольм — Сердоболь). Группировка прежняя. Численность (если считать прибывшие части Ладожского полка) 4 855 штыков, 8 легких, 7 тяжелых орудий, 18 пулеметов.

Выборгское направление: продолжают из глубины Финляндии прибывать пополнения. Ведутся непрерывные окопные работы. Изменение: формирование в районе Райвола русского отряда в 3 000 человек. Группировка прежняя. Численность — 9 200 штыков, 120 сабель,  32 легких, 20 тяжелых орудий, 3 пулемета, Тыл Карельского района. L Изменения: 1) прибытие в район Выборга 2 000 штыков (возможно крепостной полк, о котором упоминает агентура), 2) сформирован батальон береговой артиллерии, закончено формирование 2 Артполка — 9 батарей, из них три тяжелых, 3) формирование белого отряда в Сан-Михель и Гельсингфорсе, 4) в Вазаском округе сформировано и  поставлено под ружье 2 000 человек, 5) в Улоаборге принимается на учет Каянский партизанский батальон и 3 000 шведов добровольцев, С) периодическое прибытие в Гельсингфорс из Улеаборга и Або шведских добровольцев, которые переодеваются в финскую форму и отправляются в Эстляндию; 7) переброска в Эстляндию отрядов Кальма, Екстрема, Апельгрена, Ельвенгрена и Калли — 750 штыков, в Либаву трех рот лыжников с отрядом «Северные ребята».

Установлено сформированными восемь регулярных полков, 1 крепостной в Выборга в 10 800 штыков, 4 горных батальона в 160 штыков, 4 батальона погранстражи в 1400 штыков, 3 кавалерийских полка, один — 1800 сабель, 2 артполка (18 батарей, из них шесть тяжелых); мобилизовано до 3 000 тысяч в Вазаском округе, всего до 17 000 тысяч регулярных штыков, 1800 сабель, 12 организованных легких шестиорудийных батарей и шесть тяжелых четырехорудийных. Белых насчитывается до двадцати тысяч.

Ревельское направление: по реке Россош — десантный отряд в 400 штыков, в том числе отряд Калева.

Нарвский район: 1 защитный батальон 3, 4, 5, 8 белоестонские** 1 полки, 4 батареи финнов — 1600 штыков. По последним сведениям в Нарве — 500 фпнов, остальные направлены на Валк; 4 легких и 2 тяжелых батареи. По показанию перебежчика от 2 февраля тяжелых орудий увеличилось до десяти, 500 сабель, из них двести Зеленого, 200 Народного кавалерийских полков и 100 сабель белых Бибикова. В районе Криуши эскадрон, две роты — 300 штыков, 1 батарея, 8 пулеметов и ударный отряд, в районе Князь Село — 400 штыков, 6 пулеметов, в районе Сыренец — отряд в 300 штыков. Ближние резервы — район Иевве — баронский отряд самозащиты — 600 штыков. В районе Черно (на северо-западном побережье Чудского озера) — 500 штыков.

Юрьевский район: штадив первой эстонской — 1000 штыков, Феллинский ударный батальон — 350 штыков, 10-орудий.

По шоссе Верро оперируют: финский ударный батальон — 450 штыков и три броневика. По жел. дороге Юрьев — Валк: 2 Эстонский полк — 900 штыков и, предположительно, части первого эстонского полка, отряд белых — 300 штыков, 1 тяжелая 4-х орудийная батарея (была на позиции в районе Ельва), 2 бронепоезда. Между направлениями Юрьев — Верро Юрьев — Валк — отряд Балаховича*** — 250 сабель, 2 эскадрона, 250 — 300 сабель Зеленого полка.

Феллинский район. Феллинштадив 2 Эстонский батальон 6 Перновского полка. 6 Перновский полк насчитывает 1500 штыков при 20 пулеметах. 2 батальон Перновского полка с одной легкой батареей оперирует у южной окраины озера Вирц-Ярве, 3 батальон вдоль желдороги Пернов — Валк с баронским отрядом и бронепоездом при двух легких батареях, между направлениями двух батальонов — отряд белых в 500 штыков с приданной конницей в 100 сабель при одной легкой батарее. В Феллин отправлено из Ревеля 300 лыжников финнов, прибывших на пополнение отряда «Северные ребята», возможно последний находится в этом же районе, но еще не обнаружен. По последним сведениям значительные силы переброшены из района Нарвы на Валкское направление. В тылу Эстляндии в раойне Везенберга — 4 Нарвский полк в 900 штыков, в районе Талса — железный батальон в 350 штыков, финский батальон неизвестной численности. В Ревеле два батальона 7 полка, 800 финнов формируется во второй защитный батальон, два эскадрона Народного кавалерийского полка — 200 сабель, Морской батальон и технические части. В районе Гапсаля два батальона 7 полка и запасный полк. Всего установлено финнов в Эстляндии — 3150 штыков, но как по агентурным сведениям, так и в печати — до пяти тысяч. Всего в Эстляндии установлено — 15 000 штыков, 1 080 сабель, 68 орудий.

За начальника Разведывательного отделения (подпись).

* ЦА РККА, ф. 190, оп. 2, Д. № 8/С, лл. 59 — 61.

** Так в документе.

*** Балахович-Булак — штаб-ротмистр царской армии, руководитель белых партизанских отрядов в период гражданской войны.

 

Телеграмма Регистрационного управления члену Реввоенсовета республики на Северном фронте, 14 февраля 1919 г.*

Генерал Маннергейм в беседе высказал нежелание начинать ранее весны операции против Петрограда. В настоящее время он располагает хорошо обученной, вооруженной и преданной правительству армией в 30 тыс. штыков. Оккупация Петрограда произведена будет якобы с согласия Антанты. Компенсацией для Финляндии будет хлеб из Сибири. Оккупации будет предшествовать захват северных железных дорог. Армиям противника одновременно будет поставлена задача: Северной — захват Вологды и Восточной — захват Вятки. Оккупация должна произойти в марте. В ней примут участие эстонцы, отборные латышские части и добровольцы шведы. Перед оккупацией предположен ряд демонстраций. Все русское население ближайшего тыла (район Териок и Райвола — Коокола — Оллило — Келоияки — Райски) отправляется в распоряжение финских властей на жительство в Валаамский и Коневецкий монастыри (на Ладожское озеро). 10 февраля находящиеся в Варшаве представители Англии потребовали от немцев пропустить через демарклинию — район Ковно — Гродно 15 тысяч польских легионеров. Германское командование в Гродно решило исполнить это требование.

 Начальник Отдела (подпись).

* ЦА РККА, ф. 190, оп. 2, д. №. 18/с, л. 7.

 

Нота тов. Чичерина финляндскому правительству.*

Москва, 14 февраля. Радиотелеграмма народного комиссара по иностранным делам от 14 февраля 1919 г.

Министру иностранных дел. Гельсингфорс.

Совместно с белогвардейскими бандами, совершающими нападения на советские войска в районе Ямбурга, регулярные финские войска вторглись в Петербургскую губернию. Одновременно доходят до нас известия из достоверных источников о концентрации значительных вооруженных сил со стороны Финляндии на нашей границе. Серьезный характер этих действий несомненно не ускользнет от финляндского правительства и правительство Российской Советской республики ожидает со стороны финляндского правительства исчерпывающих объяснений по этому поводу, выясняющих занимаемое им положение по отношению к Российской Советской республике. Мы считаем уместным в этом случае напомнить финляндскому правительству, что одним из первых актов русского Советского правительства, после его образования более года тому назад, было признание независимости Финляндии, что переговоры, ведшиеся в прошлом году в Берлине между представителями финляндского правительства и представителями Русской Советской республики, не привели к успеху, отнюдь не вследствие каких-либо притязаний с нашей стороны по отношению к Финляндии, но, наоборот, вследствие финляндских притязаний по отношению к Российской Советской республике. Теперь, точно так же, как и тогда, русское советское правительство неизменно остается на почве непоколебимого признания независимости Финляндии, и всякие намерения, противоречащие этому принципу, далеки от правительства русской Советской республики. Народный комиссариат по иностранным делам считает возможным исходить из предпосылки, что финляндское правительство не будет принимать по отношению к русской Советской республике иное положение, чем то, которое правительство последней занимает но отношению к Финляндии, что касается каких бы то ни было недружелюбных притязаний и агрессивных намерений, принимая при этом во внимание, что русское Советское правительство отвергает всякие подобные притязания или намерения по отношению к Финляндии, Народный комиссариат ожидает, что финляндское правительство будет сообразовывать свой образ действий с таким положением по отношению к русской Советской республике.

Народный комиссар по иностранным делам Чичерин.

* Газ. «Петроградская правда» № 36, 15 февраля 1919 г.

 

Разведывательная сводка штаба VII армии, 14 апреля 1919 г.*

1) Олонецкий район, Мурманское направление. Отмечается оживившаяся деятельность противника. По желдорожной линии в районе Кемь курсирует французский бронепоезд. В Кеми невыясненной численности отряд англичан под командой генерала Мейнард** и отряд русских добровольцев под командой офицера Топчевского. Англичанами по всему району усиленно распространяются прокламации с призывом сдавать оружие и вступать в отряды борьбы с большевиками. Б Архангельске находится сформированный в северной части России отряд — легион Эстляндии.

Мурманско-Ухтинское направление. Желдорожный мост через Онду противником восстановлен. В Реболы (северо-восточнее Нурмес) батальон финнов невыясненного полка. На фронте Реболы — Корчуба отряды союзных войск, преимущественно англичан, в тылу смешанные отряды карел, китайцев и союзников.

Нурмес — Сердобольское направление. На строящейся желдороге Каламо — Суйстамо — Суоярви — Хаутаваара прокладка рельс не окончена, работы подвигаются медленно. В Вяртсиля, севзападнее озера Янис-Ярви, батальон Ладожского полка. В Иоенсуу части невыясненного полка (возможно карельского гвардейского).

Кексгольмское направление. Расположенные по восточной части Карелперешейка финские части 16 апреля будут сменены другими (предполагается 5 и 6 ротами Териокского погранбатальона). Сменяемые части отправляются в отпуск.

Выборгское направление. В Териоках трехдивизионный артполк: в 1-м дивизионе — 4 четырехорудийных батареи, из коих одна тяжелая, во 2-м дивизионе — 3 четырехорудийных батареи, из них одна тяжелая, в 3-м дивизионе одна легкая, одна тяжелая батареи, Гарнизон Ино — 1200 штыков невыясненных регулярных частей, 1500 штыков добровольцев местной охраны. В Выборге — 300 человек при 110 лошадях карельского кавалерийского полка (очевидно прежнего финляндского), офицерская школа, инструкторские курсы местной охраны. На станции 09 исправных паровозов, здесь же наготове вагоны, предназначенные трем бронепоездам. В Вильманстранде тяжелая батарея. В Тусула, 25 верст севернее Гельсингфорса, подтверждается 6 трехдюймовых батарей. В Выборге и Вильманстранде — значительные склады вооружения. В Гельсингфорс 31 марта прибыли из Копенгагена на финском пароходе «Меркур» 300 датских добровольцев, предназначенные к отправке в Эстляндию (предполагается в район Нарва — Юрьев). По сведениям газет, бывший гетман Скоропадский с разрешения правительства прибывает в Финляндию.

Выводы: 1) принимается на учет сформированный в Архангельске легион для Эстляндии, 2) шевеление противника на Мурманском фронте, 3) переброска в район Териок артполка восьмибатарейного состава, 4) сосредоточение подвижного желдорожного состава в Выборге, 5) оживление в форту Ино, — прибытие гарнизона в 1200 штыков.

Наштарм VII

* ЦА РККА, ф. 190, оп. 2, д. № 18/с, лл. 23-24.

** Мейнард, Чарльз Кларксон-Мартин — английский генерал. В 1918 — 1919 гг. командующий оккупационными войсками на Мурмане

 

Опрос пленного белофинна, 25 апреля 1919 года.*

Пленный уроженец гор. Николайштадта, Вазаской губернии, Иоганн Похгейсмяги, 26 лет, служит в 1 пограничном полку, 1 роте, 1 батальона; сформирован полк в гор. Гельсингфорсе, роты полка от 120 до 130 штыков, полк 3-х баталионного состава, в полку 12 рот. Пленный служит в полку всего 2 недели. При взятии в плен у него были отобраны командиром 171 полка документы, по коим значится, что он бывший моряк коммерческого флота. Имеет документы: от Англии, Америки, паспорт финского рабочего. У пленного имелась карточка добровольца, но последний утверждает, что она принадлежала не ему. Установить правильность показания не имеется возможности, так как на карточке не значится фамилия, кому она выдана. Командует батальоном и ротами один и тот же начальник — Изотала, чина которого пленный указать не может.

Находятся ли в рядах наступающих белофиннов русские, — пленный не знает. Наступление белофинны начали от Салмы до Кондуши, на Видлицу, Тулоксу и на Мегрегу. Наступали партией в 135 человек. О том, кто находится с флангов, пленный не знает, так как наступают отдельными партиями, начальникам которых дают отдельные задания. Кроме того имеется Олонецкая добровольческая дружина, которая состоит ив карелов и русских, количество по слухам до 2000 человек. В настоящее время дружина эта расформирована и влита в финские части. Дружиной командовал лейтенант (поручик) Каски. Высшее командование по слухам принадлежит Маннергейму. Иностранных отрядов имеется лишь один датский в количестве 360 человек, которые в настоящее время отправлены через Гельсингфорс в Эстляндию. Из иностранных офицеров находится три английских, заведующих продовольствием для гражданских лиц. У финнов имеется 3 полка кавалерии: Драгунский полк в Гельсингфорсе, Карельские кавалерийские юнкера в Тавастгусе и Финский драгунский полк в Выборге. Все полки трехэскадронного состава. В Выборге и Гельсингфорсе имеется старая русская крепостная артиллерия, в Сердоболе Ладожская артиллерия. Всеми кавалерийскими частями командует генерал Вилькман. У Сердоболя на Ладожском озере имеются русские мелкие суда. В Гельсингфорсе имеется 22 — 24 мелких корабля. Финские белогвардейцы вооружены русскими и немецкими винтовками, пулеметами «Кольта» и «Максима» (по два пулемета в роте) и малыми немецкими пулеметами. Одежду шьют в Финляндии, но откуда получают сукно не знает.

Всякое наступление ведется тайно от солдат, настоящее наступление пленный считает простым набегом.

В последнее время в Финляндии образован парламент социал-демократов в количестве 40 человек, которые протестуют против наступления на русскую границу. При выступлении отряда 1 пограничного полка все были предупреждены, что отряд для охраны границы от грабежей русских коммунистов.

В прошлом году белогвардейцами была произведена мобилизация мужского населения от 18чдо 40 лет, а в настоящее время с 21 до 25 лет. Отряд переправился через Ладогу на, второй день пасхи на двух подводах и 200 парах лыж. На Мегрегу отряд наступал на 35 подводах.

Большая часть финнов высказывается за наступление.

При взятии в армию каждый подписывает 2-х месячный контракт, добровольцы поступают в части без такового.

В настоящее время у финнов наступает кризис в продовольствии и военном снаряжении. В пограничных полках довольствие получается за деньги. Одежду покупают все сами. Жалованье получают 300 марок. По газетам, как передает военнопленный, армейцам выдают: ежедневно — 300 грамм хлеба, 1 лит. супу, 1 лит. каши, 20 грамм масла, 25 грамм сахару и 200 грамм мяса. Нижнее белье меняют в три недели раз. В казармах чистота, для каждого имеется матрас, одеяло и подушка; дисциплина строгая. Мобилизованные занимаются ежедневно четыре часа.

О наступлении солдаты не были предупреждены до подхода к границе, но последние**  им заявили, что они должны наступать на Олонец. По словам пленного количество всех войсковых частей исчисляется в 120 тыс. штыков, в числе которых находится до 70 % рабочих недоброжелательно относящихся к наступлению.

Опрос производил комвоенрук Лодейнопольского уездвоенкома.

* ЦА РККА, ф. 190, Оп. 2, д. № 17/с, л. 247.

** Так и подлинике.

 

Разведывательная сводка Штаба VII армии, 30 апреля 1919 г.*

Олонецкий район Повенацко-Мурманское направление: на Мурман идут новые английские вспомогательные отряды. Американскими войсками на севере России командует назначенный американский генерал Рихардсон, хорошо знакомый с севером России. По сведениям агента, в финских газетах от 14 апреля помещены статьи об упорных слухах, распространяемых в Финляндии, [относительно] перехода финскими добровольческими отрядами границы в районе Сальми, с целью наступления на восточную Карелию; указанные слухи вызвали запрос социал-демократов в Сейме, на который Генеральный штаб категорически заявил: ни один вооруженный финн (ни доброволец, ни регулярный солдат) не переходил границы. Вместе с этим Генштаб опровергает слухи о сосредоточении русских красных войск.

В Финляндии в настоящее время идет переформирование войск, для него, но непроверенным сведениям, прежние части пограничной полосы в наиболее важных пунктах заменяются новыми. С прибытием в Гельсингфорс французских офицеров Генштаба, инструкторов артиллерии, авиации переформированные части перегруппировываются, сосредоточиваясь в Нурмесе, будто бы с целью движения на Восток для совместных действий с союзниками, связь с которыми якобы уже налажена.

Во главе русской военной организации Финляндии стоит Юденич, секретарь его, бывший полковник, воспитатель Пажеского корпуса, начштаба Юденича генерал Горбатовский, генерал-квартирмейстер Акимов, старший адъютант генштаба полковник Даниловский. Англией обещаны Юденичу три миллиона фунтов стерлингов. Солдаты формируемой Юденичем армии приняли присягу «вернуть России ее прежние границы, бывшие в 1914 году».

В Ювяскюля, 50 верст севере западнее С.-Михеля, главный штаб белых карел, формирующий отряды карелов, которые по обучении отправляются в Карелию, Вместе с прибывшим вторым батальоном «Северных ребят» прибыли из Эстляндии батарея и часть солдат других финских отрядов, действовавших в Эстляндии, и офицеры, Занимавшие высшие командные должности.

В Бьернеборг в сопровождении шведских ледоколов прибыло 22 парохода под английским флагом, конвоируемые шестью английскими контр-миноносцами. По показанию матросов, груз пароходов — оружие, военное снаряжение. Команда миноносцев значительно более принятых.

В Або продолжают прибывать пароходы с продовольствием. В связи с этим продовольственный вопрос Финляндии улучшается, хлеб выдается — 300 грамм в сутки на человека, каждую неделю остается излишек муки в 3 млн. кило, который составляет резерв страны. Без карточек продаются сушеные овощи, свиное сало, бобы, доставляемые Америкой. Еженедельно выдается 2 — 3 литра молока, масло и сыр. За последнее время выдано на человека рису, сахару, белой муки по 600 грамм каждого продукта.

В Ганг в десятых числах апреля прибыли три транспорта с грузом зерна.

В Фридрихсгаме 25 января открыт кадетский корпус, воспитанников 60 человек, окончание занятий 31 мая, после чего месяц топографических работ в Нейшлоте, затем служба в войсках до 1 сентября, после чего зачисление на офицерские курсы в Выборге.

Председателю министров нового кабинета Кастрему поручено Маннергеймом представить в Сейм проект новой формы правления на республиканских началах.

18 апреля финский шпион Леман с особо секретным заданием отбыл в Россию, в газете «Карьяла» умышленно сообщено о его смерти.

По газетным сведениям, финляндское посольство в Стокгольме категорически опровергает слухи о приготовлении Финляндии к войне с Россией.

В Прибалтийский район Финляндии прибыл из Эстляндии второй баталион «Северных ребят» — этим подтверждается возвращение в Финляндию всего полка Экстрема. По газетным сведениям, все финские отряды оставили Эстляндию, в последней осталось значительное количество финнов добровольцев, поступивших в отряды в полки Эстляндии. 9 апреля в Ревель прибыли ледоколы «Геркулес», «Ваза» и английское военное судно с грузом боевых припасов и продовольствия.(

Газета «Русская жизнь» 12 апреля сообщает, что 30 марта крейсер «Каледон» и флотилия английских истребителей вышла в море из Христиании, назначением в Копенгаген и Балтику; газета полагает, что флот идет на помощь в борьбе с большевиками. В Стокгольме открылось новое вербовочное бюро добровольцев, во главе стоит датский лейтенант Поллудан... Вербовка дала 500 добровольцев, 3 апреля через Гельсингфорс отправлены в Ревель 175 солдат, 16 офицеров датчан под командой капитана Гудме. Часть американской комиссии прибыла в Либаву, в ближайшем будущем в Либаву ожидаются американские военные суда, на которых прибудут остальные члены комиссии.

Наштарм VII.

* ЦА РККА, ф. 110, оп. 2. № 18/С, лл. 16-17.

 

Постановление Совета Рабоче-крестьянской Обороны республики о введении осадного положения в Петрограде и в Петроградской, Олонецкой и Череповецкой губерниях, 2 мая 1919 г.*

В ночь на второе мая получено радиотелеграфное сообщение из Парижа о посланном будто бы финляндским правительством ультиматуме советскому правительству России, содержащем требование прекращения нападения в Карелии и угрозу объявления войны в. случае неудовлетворения требования. До сего времени правительство РСФСР этого ультиматума финляндского правительства не получало и никакого наступления в Карелии не ведет.

Усматривая, однако, в полученном сообщении намерение финляндского правительства оправдать беззастенчивой ложью новый хищнический набег, желание обмануть финских рабочих и учитывая возможность наступления белогвардейских банд на красный Петербург, Совет Рабочей и Крестьянской Обороны постановил:

1) Объявить Петроград, Петроградскую, Олонецкую и Череповецкую губернии на осадном положения.

2) Поручить Реввоенсовету республики принятие всех тех мер, кои он признает необходимыми для защиты Петрограда.

3) Предложить Петроградской Трудовой коммуне в деле защиты Петрограда оказывать Петроградскому окружному комиссариату по военным делам и N армии самое широкое содействие и помощь своим авторитетом и аппаратом.

4) Предоставить право Петроградскому комиссариату по военным делам призывать под ружье все то число способных к песеиию полевой и походной службы и нужных для формирования вспомогательных и тыловых армейских частей и учреждений рабочих и не эксплоатирующих чужого труда крестьян, которое потребуется ходом военной обстановки.

5) Предоставить Петроградской Трудовой коммуне право получить все имеющиеся у населения имущество, пригодное для вооружения и снаряжения воинских частей, обороняющих подступы к Петрограду, и обязать Петроградский окружной комиссариат по военным делам принять действительные меры к получению указанного имущества.

6) Предоставить Петроградской Трудовой коммуне право вводить всеобщую трудовую повинность во всех отраслях труда и службы, кои могут оказать серьезную помощь при организации защиты Петрограда.

7) Поручить Петроградской Трудовой коммуне и Петроградскому окружному комиссариату по военным делам всеми имеющимися в их распоряжении средствами очистить тыл армии от контр-революционных элементов.

8) О сделанных распоряжениях и принятых мерах Петроградской Трудовой коммуне и Петроградскому окружному комиссариату по военным делам телеграфировать ежедневно Совету Обороны, Реввоенсовету республики; копия — Всероглавштабу.

Председатель Совета Обороны В. Ульянов (Ленин).

За Председателя Реввоенсовета Э. Склянский

* «Правда» № 93, 3 мая 1919 г.

 

Из постановления Исполнительного комитета Петроградского Совета рабочих и красноармейских депутатов о создании Комитета рабочей обороны, 2 мая 1919 г.*

В силу объявления города Петрограда и Петроградской губернии на осадном положении, исполнительный комитет постановляет:

1. Создается Комитет рабочей обороны... Ему предоставляются неограниченные полномочия. Полномочия Комитета рабочей обороны распространяются на город и губернию.

2. В двухнедельный срок мобилизуются в городе и губернии все рабочие, прошедшие курс обязательного обучения. Проведение этой меры возлагается на Окружной военный комиссариат.

3. Всем домовым комитетам бедноты, а также управляющим или заведывающим домами, в которых нет ДКБ, предлагается немедленно учредить постоянную действительную охрану домов в течение дня и ночи. За проживание в доме преступников, спекулянтов или белогвардейцев, за укрывательство в нем дезертиров, за непрописку в срок живущих в доме и вообще за все то, что будет свидетельствовать об отсутствии в доме действительной охраны, члены ДКБ, а в соответствующих случаях управляющие или заведывающие домами, передаются в распоряжение Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлениями по должности и подлежат строжайшему наказанию.

Приведение в исполнение настоящего распоряжения возлагается на отдел управления Петроградского совета и состоящих в его распоряжении лиц.

4. Всякие собрания и увеселения как в публичных местах, так и в частных квартирах кончаются не позднее 11 часов ночи.

5. В двухдневный срок все граждане обязаны сдать в районные военные комиссариаты все незарегистрированное Петроградским К. Р. И. оружие и боевые запасы. Неисполнение карается расстрелом по постановлению Чрезвычкома.

Приведение в исполнение этой меры возлагается ла отдел управления Петроградского совета.

6. Дезертирство, уклонение от явки к отбыванию воинской повинности, укрывательство дезертиров и содействие незаконному освобождению от воинской повинности караются расстрелом.

7. Распространение ложных слухов, черносотенная агитация, бесцельная стрельба на улицах и прочие действия, вызывающие ложную тревогу, караются строжайшим образом.

* «Петроградская Правда» № 96, 3 мая 1919 г.

 

Все на защиту Петербурга! Обращение Петроградского Совета, 4 мая 1919 г.*

Рабочие, красноармейцы, работницы, люди труда!

Нашему красному Петербургу вновь угрожает опасность. Финские белогвардейцы, подосланные французскими буржуями, хотят взять наш город и перерезать петербургских рабочих и работниц.

Французские буржуи сами бессильны двинуть на нас свои войска. Во Франции разгорается рабочая революция. Первое мая в Париже стало днем натиска французских рабочих на твердыни капитала. Французские буржуи нанимают поэтому финляндских палачей. Они хотят спустить на нас то финляндское белогвардейское зверье, которое сидит на горе костей истребленных в прошлом году финляндских рабочих.

Мы не хотим войны с Финляндией. Мы не выступаем ни с какими ультиматумами. Мы уверены, что финские рабочие сами скоро справятся со своей белогвардейской буржуазией. Но псы французской буржуазии бросаются на нас. Под ложным предлогом «освобождения» Карелин они хотят броситься на Петербург. Они прислали свои войска в Олонецкую губернию, режут там рабочих и крестьян. И сами же при этом кричат, что мы их обижаем.

Выступление белогвардейцев в Олонецкой губернии близко к ликвидации. Черная сотня, посмевшая восстать прошв крестьян и рабочих, получит достойный урок.

Теперь французская буржуазия, невидимому, от имени финляндского белогвардейского правительства, грозит нам ультиматумами. Ультиматума наше правительство не получило. Но надо быть готовыми ко всему.

Пусть знают белогвардейские гады: красный Петроград найдет достаточную силу в рабочих, красноармейцах и матросах Петербурга и окрестностей. Мы мобилизуем всех до последнего человека. Женщины встанут в ряды войск. Если финляндские белогвардейцы посмеют посягнуть на наш красный Петроград, столицу мировой пролетарской революции, мы сотрем в порошок эту белую гвардию.

Вместе с белогвардейцам и финнами на Петроград хищными взорами смотрят черносотенцы русские: Юденичи, Треповы и те русские офицеры, которые предают нас финляндской буржуазии. Смерть контрреволюции! — таков ответ петербургских рабочих, матросов и красноармейцев на покушение против Петербурга.

Рабочие, все под ружье, все мобилизованные немедленно вступайте в армию! Оставшиеся у станков, усильте работу!

Работницы, помогите рабочим исполнить свой долг.

Матросы, все как один, к винтовкам. Будьте готовы исполнить свой святой долг.

Красноармейцы, будьте готовы исполнить свой долг. Колчак, приятель финского палача Маннергейма, заявил открыто, что он идет против нас, чтобы отнять землю у крестьян, да еще заставить их заплатить особый оброк за то, что крестьяне в течение года пользовались помещичьей землей. Хотите, чтобы земля осталась за крестьянами, так, защитите красный Петербург от нападения финляндской белогвардейской шайки.

Совет Рабоче-Крестьянской Обороны республики посылает нам достаточное подкрепление. Мы защитим наш красный Петроград. Мы уничтожим каждого, кто посягнет на великий город мировой революции.

Рабочие и работницы, следите в оба за белогвардейцами. Каждого, кто вздумает в Питере чем бы то ни было изнутри помогать финской белой гвардии, мы истребим беспощадно.

Все на свои места! Дружная рабочая дисциплина. Одна дружная семья рабочих и красноармейцев, защищающих свой великий пролетарский город...

Все на защиту Петербурга!

Да здравствует красный Петербург!

Да здравствует Советская Россия!

Петербургский Совет рабочих и красноармейских депутатов, Петербургский совет профессиональных союзов, Пролетарская конференция Петербургской губернии, Рабочие кооперативы Петербурга.

* «Петроградская Правда» № 97, 4 мая 1919 г.

 

Обращение кронштадтских моряков, рабочих и красноармейцев, принятое на митинге 4 мая 1919 г.*

Рабочим и крестьянам, всем трудящимся от красного Кронштадта.

Товарищи! Союзные хищники делают последнюю попытку задушить Советскую Россию, задушить международную революцию. Они доживают свои последние дни.

Они это знают.

И поэтому они хотят залить кровью весь мир рабочих и крестьян, задавить дорыв миллионов людей труда к свободе и счастью. Они роют могилу трудящимся.

По их команде наступает Колчак на Восточном фронте. По их указке Маннергейм и финские белогвардейцы грозят разбойничьим налетом красному Петрограду. Напрасны их надежды.

Летняя кампания, которую они начали наступлением на всех фронтах, будет их последней кампанией против революции.

Колчак уже получил первый удар. Бугуруслан взят красными войсками. За этим ударом последует еще ряд мощных ударов, которые будут смертельными для русских белогвардейцев.

Маннергейма ждет та же судьба.

Мы, рабочие, матросы и красноармейцы красного Кронштадта, стоящие в полной боевой готовности на подступах к Петрограду, бросаем наш призыв рабочим и крестьянам всей России,

Красный Кронштадт никогда не молчал в тяжелые для революции дни.

Товарищи! Республика рабочих и крестьян, все наши завоевания, все наше будущее, наша свобода и счастье — в опасности.

Кровавые палачи грозят нам смертью.

К оружию!

Только рабы могут с тупой покорностью ждать милости и пощады от рабовладельцев.

Рабочие и крестьяне Советской России не бессильные рабы. Все они солдаты революции. Все они — под ружьем, когда революция в опасности.

Соберем все свои силы в железный кулак, раздавим белогвардейщину, разобьем хищных зверей, отнимающих у нас жизнь и свободу.

Товарищи! Только через наши трупы враг сможет пробить себе путь к сердцу советской земли.

Но не жалким кучкам белогвардейцев разбить пашу могучую силу. Мы сотрем с лица земли всех врагов народа и освободим великую страну от цепей голода и нищеты.

Красный Петроград и Советская Россия в опасности.

Смерть контрреволюции!

Смерть Колчаку и Маннергейму!

К оружию! Вперед — к победе! За здравствует республика рабочих и крестьян!

Да здравствует коммунизм!

Матросы, рабочие и красноармейцы красного Кронштадта.

* «Петроградская Правда» № 98, 6 мая 1919 г.

 

Из разведывательной сводки штаба VII армии, 15 мая 1919 г.*

По газетным сведениям, штаб Юденича в Гельсингфорсе, вербующий русских добровольцев на борьбу с Советской Россией, видимо организован с официального согласия правительства и именуется «Штаб главнокомандующего отрядами находящимися в Финляндии». В феврале Юденич посетил Париж. В данное время штаб вербует добровольцев в армию Колчака. С тою же целью в Гельсингфорсе, Выборге организованы «Русские комитеты»**, которым правительством даны широкие права и полномочия. В состав правления над указанными комитетами входят следующие лица: председатель Антон Карташев, вице-председатель князь Владимир Волконский, члены - А. Графельт, Ф. Добрынин, А. Малахов, В. Шуберский, полковник Дурново, князь Оболенский, Ф. Утеман и другие.

Широкие права, данные комитетам, вызвали протест даже нюландского губернатора, помещенный в газете «Карьяла». Подготовка к активным действиям Финляндии с Россией продолжается: — по линии Выборг — Сердоболь — Нурмес и на Сальм и производится перевозка финских войск. На ст. Куовала, севернее Котки, 2 поезда в составе 22 товарных вагонов и 8 платформ с прибывшими английскими и французскими танками, прислугой, предназначенные на Выборг, Наступление на Россию ожидается по принуждению Антанты. По всей Финляндии появилась масса союзных офицеров. В Або, Ганге, Гельсингфорсе большие запасы продовольствия будто бы для Петрограда. Юденичем якобы получена телеграмма от английского правительства, в которой выражается уверенность легкого занятия Петрограда под руководством Юденича. Находящиеся в Ганге суда с боевыми припасами получили распоряжение перейти в Биерке. Есть сведения траления мин неизвестной эскадрой в Финском заливе. Териокским летучим отрядом местохраны отправлено 20 штыков в Олонец, 20 штыков в Рауту, на их место прибыло из Выборга 25 штыков.

6 мая из Сердоболя прибыло мобилизованных финнов: в Териоки — 15 человек и в Выборг — 345, 2 бронепоезда HP 1, HP 2 в составе двух бронированных вагонов, платформы с рельсами и паровоза в ссадине состава.

По газетным сведениям новый призыв Финляндии прошел успешно. Вce части северной Финляндии уже пополнены, части южной Финляндии получают новобранцев из северной. В Гельсингфорс прибыло французское военное судно, высадившее морскую пехоту (численность неизвестна). По слухам в Финском заливе два английских военных судна.

 Вр. Начоперот 7 (подпись).

* ЦА РККА, ф. 190, оп. 2, д. № 18/с, лл. 20-21.

** «Русские комитеты» в Финляндии были созданы в января 1919 г. из белоэмигрантов, с целью организации белой добровольческой армии для похода на Петроград. Во главе их стоял «Национальный русский комитет» в составе Карташева — председатель, Лацкого, кн. Волконского, П. Струве.

 

Ответ Советского правительства на ноту финляндского правительства, 20 мая 1919 г.*

Гельсингфорс, министерство иностранных дел.

Российское Советское правительство выражает самый энергичный  протест против ничем не оправдываемого наступления и постоянных нападений Финляндии на территорию Российской Советской республики, а также против маневра, заключающегося в том, чтобы стараться прикрыть это нападение лживыми обвинениями.

Попытки финляндского правительства ложно приписать Российской Советской республике враждебные намерения или агрессивные действия, на основании противоречащих истине утверждений, могут быть рассматриваемы лишь как вызов, имеющий целью способствовать оффензиве против Советской республики.

Финляндское правительство не может не знать, что Российское Советское правительство постоянно воздерживалось от всяких наступательных действий против Финляндии и что теперь точно так же оно ограничивается по отношению к Финляндии необходимою самозащитою.

Еще 17 мая финляндские батареи Цумалы открыли без всякой причины огонь против русской территории на противоположном берегу Финского залива, пытаясь достигнуть своими снарядами русских укреплений Красной Горки. 18 мая финляндские форты И но и Думала, опять-таки без всякой причины, открыли огонь против наших судов. В то же время в течение последних дней на русском 6epeгу Финского залива состоялись высадки или попытки высадок с участием финляндских отрядов.

Было лишь актом необходимой самозащиты, когда русские батареи Красной Горки сделали все нужное, чтобы заставить замолчать стрелявшие в них и наши суда финляндские батареи. Точно так же русские суда, которые, пользуясь своим неопровержимым правом, вышли из Кронштадтского порта, должны были выполнить несомненный долг защиты русского берега против нападений. С другой стороны вторжение в Олонецкий край**, в котором участвовали и регулярные финляндские войска, сопровождалось на днях высадкой на восточном берегу Ладожского озера, и участие самих финляндских добровольцев в этих операциях было представлено в заявлении финляндского правительства в сейме, как пользующееся его одобрением.

Российское Советское правительство хорошо знает, что нынешнее финляндское правительство в своих враждебных действиях против Советской республики является лишь орудием в руках держав Согласия, желающих использовать его для нападения на Советскую России...

Утверждения, лживый характер которых, разумеется, известен финляндскому правительству, составляют, несомненно, часть того же плана нападения, подготовляемого державами Согласия. Эти вызовы не  достигнут, однако, своей цели, ибо Российское Советское правительство не упустит никаких необходимых мер для защиты республики, и в то же время будет продолжать по прежнем  быть совершенно чуждым каким бы то ни было наступательным намерениям против Финляндии. Российское Советское правительство, повторяя еще раз свой  энергичный протест, выражает уверенность, что финляндские трудящиеся массы не дадут себя долго использовать в качестве слепых орудий империалистической политики Антанты и положат вскоре  конец воинственным действиям нынешнего правительства. Финляндии.

Народный комиссар по иностранным делам Чичерин.

* «Правда» № 108 от 21 мая 1919 г. — 20 мая 1919 г. Советское правительство  получило ноту министра иностранных дел Финляндии с лживыми провокационными обвинениями по адресу советских войск, что они якобы бомбардировали без всякой причины с форта Красная Горка финляндский берег.

** Вторжение белофинских банд Маннергейма «Олонецкой добровольческой  армии» в Олонецкий край произошло во второй половине апреля 1919 года. В июне 1919 г. части Красной армии разгромили белофиннов у Виалици и повели успешное наступление в Петроградском направлении.

 

Постановление ЦК РКП(б) о важности Петроградского фронта и о мобилизации коммунистов на помощь Петрограду, 21 мал 1919 г.*

До недавнего времени Петроградский фронт имел только второстепенное значение. За последние дни дело резко изменилось. Положение обрисовалось с полной ясностью. Империалисты со злости несомненно решили взять Красный Петроград. Они подкупили и натравили на Петроград белогвардейцев — финских и эстонских. Они вооружили и бросили на Петроград русские белогвардейские отряды генерала Юденича, полковника Балаховича и генерала Родзянко**.

Английское и германское правительства дали белогвардейцам несколько миноносцев, которые пытаются высаживать десант. Финляндское правительство обратилось к Советскому правительству с лживой нотой, которая явно имеет целью подготовить общественное мнение Финляндии к открытому походу на Россию.

За последние дни на долю белогвардейцев, оперирующих против Петрограда, выпал большой успех. Неожиданный удар поколебал наши ряды. Из Петрограда на другие фронты отправлено было много сил. Сопротивление белогвардейскому удару было в начале очень слабо.

Красный Петроград находится под серьезной угрозой. Питерский фронт становится одним из самых важных фронтов республики. Советская Россия не может отдать Петроград даже на самое короткое время. Петроград должен быть защищен во что бы то ни стало. Слишком велико значение этого города, который первый поднял знамя восстания против буржуазии, и первый одержал решающую победу.

Питерские рабочие, не жалея сил, отдавали десятки тысяч своих борцов на все фронты. Теперь вся Советская Россия должна пойти на помощь Петрограду.

ЦК предлагает Питерским организациям мобилизовать всех до единого рабочих и всех ответственных партийных работников, как то было в корниловские дни.

ЦК предлагает партийным и советским организациям губерний: Петроградской, Новгородской, Псковской, Тверской, Олонецкой, Северодвинской, Вологодской {эти две губернии сверх тех, кого они должны были дать Восточному фронту), Череповецкой и Витебской, всех своих мобилизованных по постановлению комитетов партии и профессиональных союзов, отправлять в распоряжение Западного фронта на помощь Петрограду, как можно скорее. Дорог каждый час. Петроград должен иметь такое количество всю ружейных сил, какое нужно, чтобы защитить его от всех нападений.

И Советская Россия обещает ему это количество вооруженных сил.

Скорее на защиту Петрограда!

 Центральный комитет Российской коммунистической партии (большевиков).

* «Правда» № 109, 21 мая 1919 г.

** Родзянко Л. П.- полковник царской армия, белый генерал. В 1919 г., до Юденича, командовал Северо-западной белой армией.

 

Из разведывательной сводки штаба VII армии, 21 мая 1919 г.*

Олонецкий район, сердобольское направление. В Сердоболе сосредоточено 8 рот Карельской гвардии. В гавани Сердоболя 6 — 8 пароходов, в трехстах метрах от берега стоит пароход «Темпере», имеющий беспроволочный телеграф и наблюдательную башню, вооружен двумя четырехдюймовыми, одним пятидюймовым орудиями. В начале мая на пароход «Валаам» погружено 400 килограмм динамита, гранаты и мины. В середине мая, направлением Сальм и, отправлены пароходом 1500 штыков местной охраны, 100 велосипедов, 20 пулеметов, 8 авторужей, 2 четырехдюймовых и 3 трехдюймовых орудий. Почти ежедневно в Сердоболь продолжают прибывать летучие отряды мест охраны, отправляемые на фронт через Койвуселька, близ Кителя, направлением Петрозаводск на днях отбыл отряд 300 штыков. На Сердобольское направление ожидается скорое прибытие пяти тысяч английских добровольцев с танками.

Генеральный финский штаб делится на три отделения: оперативное, этапное, разведывательное. В работе Генерального штаба принимают участие офицеры французского! Генштаба. Вооружение, снаряжение армии, благодаря Антанте, вполне удовлетворительное. Флот с лихорадочною поспешностью организуется, приводится в боевую готовность. В Финском заливе, по агентурным сведениям, около тридцати союзных военных судов; 19 мая суда находились в районе Котки. 20 мая в двенадцати милях от Сан-Галли наблюдалась подлодка, замаскированная парусом, скрывшаяся в Канарской губе. Местной охране Гельсингфорса приданы саперная, пулеметная роты стрелков и рота телефонистов. Командует местохраной егерь-капитан Форсман.

В Кексгольме 20 мая образовал Карельский областной комитет с целью оказания помощи Карелии в борьбе с красными, в состав Комитета вошли представители всех уездов Карелии. Комитетом формируется батальон, предположенный к скорой отправке на фронт в восточную Карелию. В Териоках 400 штыков, Райвола — 200 штыков гельсингфорской местохраны, по границе осталось небольшие отряды местохраны, большинство переброшено под Олонец. Правительственным войскам запрещено подходить к границе ближе, чем на 500 метров, местохране приказано стрелять по пытающимся (не имеющим особого разрешения) проникнуть к границе. В Вильманстранде конно-егерский полк и полк тяжартиллерии. В Гельсингфорсе состоялось (объединение русских партий с целью свержения большевиков, созыва нового Учредительного собрания России; объединители имеют постоянные сношения в Париже с группой Сазонова и Маклакова**. От первого прибыл в Гельсингфорс представитель (барон Шиллинг) с целью урегулировать взаимоотношения объединенной партии с финправительством.

Между Колчаком и Маннергеймом закончились переговоры но ведению операций против Северной области, в частности — Петрограда, Колчак просит скорейшего наступления Финляндии.

В Прибалтийский район — в Ревель прибыла английская добровольческая бригада — 4000 штыков, под командой майора Ландера, с помощью которой, совместно с десантными войсками, предположено продолжать наступление в Нарвском районе.

Врид. начопер 7.

* ЦА РККА, ф. 190, оп. 2, д. № 18/с, лл. 23-24.

** Сазонов С. Д. — представитель министерства иностранных дел Колчака и Деникина в Париже, Маклаков — посол Колчака в Париже.

 

Обращение председателя Совета Рабоче-Крестьянской обороны В. И. Ленина и народного комиссара внутренних дел Ф. Д. Дзержинского к рабочим и крестьянам Советской России, 30 мая 1919 г.*

Берегитесь шпионов!

Смерть шпионам!

Наступление белогвардейцев на Петербург с очевидностью доказало, что во всей прифронтовой полосе, в каждом крупном городе у белых есть широкая организация шпионажа, предательства, взрыва мостов, устройство восстаний в тылу, убийств коммунистов и выдающихся членов рабочих организаций.

Все должны быть на посту.

Везде удвоить бдительность, обдумать и провести самым строгим образом ряд мер по выслеживанию шпионов и белых заговорщиков и по поимке их!

Железнодорожные работники и политические работники во всех без изъятия воинских частях в особенности обязаны удвоить предосторожности.

Все сознательные рабочие и крестьяне должны стать грудью на защиту Советской власти, должны подняться на борьбу со шпионами и белогвардейскими предателями.

Каждый пусть будет на сторожевом посту в непрерывной, по военному организованной связи с комитетами партии, с Ч. К., надежнейшими и опытнейшими товарищами из советских работников.

Председатель Совета Рабоче-Крестьянской Обороны Ленин.

Наркомвнудел Ф. Дзержинский.

* «Известия» № 116 от 31 мая 1919 г.

 

Воззвание Реввоенсовета Балтфлота к морякам английского и французского флота, 7 июня 1919 г.*

Братья моряки!

Зачем пришли бы в наши воды? Зачем вы угрожаете Кронштадту и Петрограду? Зачем вызываете вы на бой нас, ваших братьев? Ваши правительства желают сделать из вас палачей русского народа. Вас обманывают. Вам рассказывают про Петроград и про всю Советскую Россию разные небылицы. Нет той клеветы, которую не пускали бы против рабоче-крестьянского правительства России. Неужели вы верите тем самым буржуазным правительствам, которые в 1914 г. ввергли всю Европу в бесчеловечную бойню? Неужели, по указке банкиров и генералов, вы пойдете против рабочих и крестьян?

Сделайте то же, что сделали ваши товарищи-моряки союзного флота под Одессой несколько месяцев тому назад: откажитесь быть убийцами русских рабочих и крестьян. Сделайте то же, что сделали американские солдаты и матросы в Архангельске осенью прошлого года.

Откажитесь воевать против нас. Мы хотим одного: чтобы английская и французская буржуазия оставила в покое нашу страну, чтобы земля в России принадлежала крестьянам, а не помещикам; фабрики и заводы — трудящимся, а не паразитам. Мы хотим мира. Мы добиваемся братства всех народов. Мы голодаем потому, что ваши правительства заставляют нас воевать, вооружают изменников —  русских белогвардейцев, подкупают и натравливают против нас финскую и эстонскую белую гвардию. Нам не дают заниматься мирным трудом. Нам не позволяют наладить наше народное хозяйство.

Товарищи матросы английского и французского флотов, потребуйте вашего возвращения на вашу родину. Рабочие ваших стран не хотят войны против Советской России. Напротив, они хотят учредить советы и у себя, недаром английское и французское правительства вынуждены скрывать правду. В Англии и во Франции они утверждают, что отказались от вмешательства в русские дела, а в действительности посылают вас в Россию для самого грубого вмешательства в дела нашей страны. И, если есть среди вас эстонцы или финны, пусть они откажутся воевать против нас. Русские белогвардейцы задушат Финляндию и Эстляндию, если вы поможете им задушить рабочую и крестьянскую Россию.

Мы же предлагали вам честный мир и в. любой момент признаем полную самостоятельность ваших стран. Во имя товарищеской солидарности, мы предлагаем вам: прекратите вашу против нас войну, которая нужна только разбойникам международного капитала.

И в то же время мы заявляем вам категорически: только через наши трупы враждебные войска войдут в Петроград и Кронштадт. Каждый наш корабль будет защищаться до последней капли крови. Десятки тысяч рабочих, красноармейцев и матросов вооружились, чтобы защищать свой родной город — город мировой революции. Слово моряков Красного флота крепко: знайте, мы дорого продадим нашу жизнь, если вы будете воевать против нас! И вы поплатитесь немало! А рабочие ваших собственных стран будут смотреть на вас, как на каинов!

Да здравствует братский союз моряков всех стран!

Долой буржуазию и ее прислужников!

Да здравствует мировая революция!

Революционный Военный Совет Балтийского флота.

** «Петроградская Правда» № 125, 7 июня 1919 г.

 

Телеграмма Штаба VII армии начштабам Северной и Южной группы, 15 июня 1919 г.*

По приказанию командарма сообщаю для сведения выдержки из приказа начальника Главного штаба главкома финской армии, добытого агентурой: «Начальнику 2 дивизии генерал-майору Теслеву: Главное правительство приказало по мере возможности поторопиться организацией обучения тех добровольческих отрядов, которые уже собраны и находятся в вашем округе, так как им следует погрузиться на транспорты не позже 20 июня с. г., каковой срок считается окончательным, ибо, согласно договора заключенного с английским командованием, добровольческим отрядам надлежит быть с обозом и артиллерией на фронте Ингерманландии не позже первых чисел июля, когда начнутся решительные действия, т. е. одновременное наступление Колчака и польских войск.

Как солдат, так и офицеров, вплоть до чинов вашего штаба, следует держать в том убеждении, что главный удар на Петроград будет направлен с Карельского фронта и отправка главной части войск в Эстонию должна стать известна только в момент посадки самих войск на транспорт. Ваша обязанность по приготовлению, к которому следует приступить немедленно, состоит в укреплении у неприятеля убеждения, что главный удар должен произойти отсюда и что, таким образом, на этой части фронта сосредоточивается большое количество войск, тогда как на самом деле их отправляют в Эстонию. Для этого следует производить маленькие тактические разведки, производить конные и велосипедные наступления ко времени начала передвижения на Эстонском и Ингерманландском фронтах и распространять, при посредстве агентов и аэропланов, прокламации. Для этой цели на пополнение вам в ваше распоряжение поступят еще Ньюландский и Кексгольмский драгунские полки, две легких батареи, а также 4 аэроплана с абосской аэростанции и 2 с сердобольской аэростанции. Начальник штаба главнокомандующего генерал-майор Игнациус».

Несмотря на полученные сведения войскам Севгруппы на Карельском и Олонецком участках по прежнему надлежит быть бдительными и готовыми к встрече врага, могущего одновременно повести наступление из этих участков.

Врид. Наштарм VII военком (подпись).

* ЦА РККА, ф, 190, оп. 2, д. № 20/с, л. 86.

 

Телеграмма Бера из Стокгольма министру иностранных дел Колчака, 25 января 1919 г.

Генерал Юденич просит передать адмиралу Колчаку:

«С падением Германии открылась возможность образования нового фронта для действий против большевиков, базируясь на Финляндию и балтийские губернии; удобство сообщения с Антантой, краткость расстояния до Петербурга и Москвы двух очагов большевизма, при хорошо развитой сети путей сообщения составляют выгоды этого направления. Около меня объединились все партия: кадеты и правее программы (1 гр.) нашей, изложенной в телеграмме № 334; представители торгово-промышленного класса, находящиеся в Финляндии, обещали финансовую поддержку. Реальная сила, которой я располагаю в настоящее время: северный корпус — 3 тысячи человек дерется с большевиками в Эстляндии и 3 (1 гр.), находящихся в Финляндии и Скандинавии. Это кадры будущих формирований добровольческой армии. Я рассчитываю также и на некоторое число до 30 тыс. военнопленных офицеров и солдат, пригодных для армии по нравственному и физическому состоянию. Без помощи Антанты обойтись нельзя, и в этом смысле я вел переговоры с союзниками, но положительного ответа не имею. Необходимо воздействие союзников на Финляндию, дабы не препятствовала нашим начинаниям и вновь открыла границу для наших беженцев, главным образом, офицеров. Необходима помощь в достаточном количестве вооружением, снаряжением, техническими средствами, — особенно танки, аэропланы, финансовая, продовольствием, — но только на армию, но и на Петербург и его губернию на время, пока не пробьемся на соединение с вами, после чего рассчитываем на продовольствие из Сибири. Не обеспечив продовольствием, занимать Петрограда нельзя, город буквально вымирает от голода. Вооруженные силы Антанты не требуются, достаточно флота, обеспечения портов, но если таковая будет, то это упростит и ускорит решение. Благоволите поддержать мое ходатайство перед Антантой. Ответ прошу направить через нашего агента в Стокгольме. — Прибавка Кандаурова** - к моей телеграмме № 6: «Вашу телеграмму 334-13 военным агентам передал Юденичу для ориентировки военных, объединяющихся вокруг него». Гельсингфорс 21 января № 65 генерал Юденич».

Бер.

* ЦГАОР ф, 200, оп. 2. Д. № 52, л. 8.

Бер — представитель «правительства» Колчака в Стокгольма.

** Военный агент Колчака в Скандинавских странах.

 

Телеграмма Набокова из Лондона в Париж Сазонову, 17 февраля 1919 года.*

Английское министерство иностранных дел сообщило мне следующую телеграмму от своего представителя в Гельсингфорсе, переданную сюда по просьбе А. Карташева: «Русский комитет в Финляндия, признанный финляндским правительством, переустроен и пополнен новыми членами — представителями торговли, промышленности, интеллигенции, финансов я рабочих. Товарищами председателя избраны Э. Грувикдос и князь Волконский. Первой задачей комитет ставит: оказание помощи русским беженцам, бегущим от большевистского террора, прокормление их и оказание им юридической помощи. Комитет намерен действовать в тесном единении с русскими организациями, имеющими целью восстановление законного порядка в России, а также считает нужным оказать помощь всем организациям политическим и военным, подчиняющимся признанному союзниками высшему русскому командованию. Военные власти считают, что для содержания войск, достаточных для занятия Петрограда, потребуется 100 миллионов рублей, для снабжения же столицы на первые два месяца после оккупации потребуется еще 200 миллионов рублей. Первоначальные расходы по набору войск и поддержке беженцев взяло на себя представительство русской промышленности и финансов. Все имеющиеся у них средства истощены этими расходами, и политическая и военная организация русского комитета помощи и Совет русской промышленности просят для исполнения указанной задачи кредита, а также специального кредита в размере 5 млн. финские марок для продолжения помощи русским беженцам. Эта телеграмма, дополняющая предыдущие и ближайшим образом выясняющая широкие задачи русских организаций в Финляндии, должна служить для вас убедительным доказательством того, насколько важно и настоятельно необходимо немедленно поставить эти русские организации в наивыгоднейшее положение. Необходимой предпосылкой является, по моему мнению, урегулирование отношения с финляндским правительством. Убедительно прошу вас проникнуться сознанием, что независимость последней есть совершившийся факт. Державы Согласия рано или поздно признают ее и нет никаких оснований думать, что они серьезно будут считаться с тем или иным отношением к этому русского правительства, которого они сами не решаются еще признать.

Набоков.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 2. № 52, л. 8.

Набоков — представитель «правительства» Колчака в Лондоне.

 

Сообщение газеты «Дело народа» о помощи французского правительства белофиннам, 29 марта 1919 г.*

Но сведениям газеты «Новая жизнь», издаваемой белыми в Валке, французское правительство, по просьбе Маннергейма, согласилось послать специалистов в Финляндию. Глава французской военной делегации полковник Генер уже выехал в Финляндии через Стокгольм (Госта).

* ЦГАОР, ф. 200, оп, 2, д. № 103. л. 49.

 

Телеграмма управляющего министерством иностранных дел Колчака Сукина Сазонову в Париж, 27 мая 1919 г.*

Нам сделано дополнительное сообщение французского правительства, отвечающее на ряд вопросов, возбужденных верховным правителем** некоторое время тому назад в беседе с генералом Жанен***.

Верховный правитель неоднократно обращал внимание французских представителей на неисправимые ошибки, которые могли бы быть совершены союзниками, если бы они, не считаясь с настроениями возрождающейся России, вступили на путь расчленения нашей страны и закрепления независимости национальных группировок, образовавшихся на Западе России.

Французское правительство сочло нужным всемерно нас успокоить подтвердив, что ни один из национальных вопросов, кроме Финляндии и Польши, не решен конференцией****. Оставлено открытым также и определение восточных границ Польши.

Пишон нас заверил, что если Франция поддерживала Украину, Эстляндию, Латвию, то лишь только поскольку эти национальности являлись оплотом против большевистских организаций*****. Нам определенно заявлено, «что Франция желает восстановления сильной России», не может сочувствовать ее распаду и предполагает проводить лишь только принцип гарантии для свободной жизни национальностей в пределах русского государства.

Сообщение это впервые официально отвечает на острые и больные вопросы, тревожащие наши политические круги и определяющие степень их расположения к западным демократиям. Оно произвело здесь самое успокоительное впечатление. Верховный правитель в различных беседах ссылается на получение от Франции объяснений, вполне его удовлетворивших.

Сукин.

* ЦГАОР, ф. Varia, on. 1, 1919 г., Д. № 290. л. 15.

** Колчаком.

*** Ген. Жанен, Пьер Морис. Во время империалистической войны находился при русском главнокомандующем, как представитель Франции. Во время гражданской войны командующий белогвардейскими и союзными войсками к западу от Байкала в Сибири и Восточ. России. Как показал процесс «Промпартии», ген. Жанен принимал активное участие с 1928 г. в подготовке новой интервенции против СССР, поддерживая теснейшие связи с контр-револ. и вредительскими организациями в СССР, осуществляя связь между ними и французским ген. штабом.

**** Мирная конференция в Париже в феврале в связи с заключением версальского мирного договора.

***** Франция отрицательно относилась к государственной независимости указанных стран. Если же Франция, Англия, Америка и признала на время их самостоятельное существование, то исключительно в целях использования их как плацдарма для борьбы с Советской Россией.

 

Записка Бориса Арсеньева, 31 мая 1919 г.*

8-го сего мая я был принят главою финляндского государства генералом бароном Маннергеймом.

Пользуясь давним и довольно близким моим знакомством с ним, я совершенно откровенно, в дружеской частной беседе, задал ему вопрос. насколько справедливы слухи о возможности совместного русско-финского наступления на Петроград. Сущность ответа, который дал мне барон Маннергейм, сводится к следующему: Да, такое наступление вполне возможно. Он, барон Маннергейм, хотел бы содействовать нанесению решительного удара господству большевиков в России. Но для того, чтобы русско-финский поход мог осуществиться, необходимо, чтобы какая-нибудь авторитетная русская власть признала независимость Финляндии, а также, чтобы финскому народу было обещано нечто такое, что могло бы дать ему необходимое воинственное одушевление, необходимый патриотический порыв, ибо нельзя ожидать, чтобы он ринулся в бой «pour les beaux уеuх» России, с которой у Финляндии в прошлом было столько тягостных трений, Далее барон Маннергейм заявил мне, что наступление на Петроград он мыслит только, как совместное дружеское действие сил финляндских и русских.

После перехода русско-финской границы, гражданское управление оккупированной русской территории, а также и Петроградом, было бы, конечно, предоставлено русскому генералу, которому предстояло бы также и принять командование над всеми красными русскими воинскими частями, которые неизбежно, в случае русско-финского наступления, стали бы переходить на сторону победителей.

Затем барон Маннергейм выразил крайнее сожаление, что самый благоприятный момент для наступления безвозвратно упущен: если бы соглашение относительно русско-финского наступления последовало еще несколько месяцев тому назад, зимою, то у него была бы возможность, на санях и на лыжах, перебросить на фронт артиллерию с такой быстротой, которую теперь уже достигнуть нельзя; к тому же, тогда большевистский флот был затерт льдами, теперь же, как бы ни был этот флот слаб, он все же может оказать известное сопротивление и затормозить развитие операций. «Но несмотря на это и ныне, — закончил бар. Маннергейм, — я продолжаю быть сторонником русско-финского наступления на Петроград, но лишь при соблюдении с русской стороны указанных мною двух условий. Боюсь только, как бы момент опять не был вами упущен. Первое обращение, первый шаг должен быть сделан русскими. Парижское политическое совещание** не только его не делает, а, говорят, намерено даже протестовать против признания финляндской независимости державами победительницам, что в результате может только усилить недоверие финляндцев к русским.

Заключив из вышеприведенной беседы моей с бар. Маннергеймом, при которой присутствовал генерал кн. С. К. Белосельский-Белозерский, что, несмотря на все препятствия и затруднения, существует все-же возможность достигнуть дружеского соглашения относительно безотлагательного совместного русско-финского наступления на Петроград,- — что означало бы нанесение решающего удара в самое сердце большевистской гидры и спасение миллионов наших братьев и сестер от всех ужасов голода и красного террора, — я поспешил выехать в Стокгольм для свидания с посланником нашим и членом Парижского совещания Гулькевичем***, в надежде через его посредство достигнуть желательных результатов.

Выслушав сообщение мое о беседе моей с бар. Маннергеймом, г-н Гулькевич заявил мне, что только хозяин земли русской, т. е. будущее Учредительное собрание или Земский собор, — может решить вопрос такой первостепенной государственной важности, каким является признание независимости Финляндии, и что посему Парижское совещание не только не считает себя правомочным: в решении этого вопроса, но даже (тут г-н Гулькевич показал мне телеграмму С. Д. Сазонова) протестует против признания финляндской независимости Англией и С. А. Соед. Штатами. Однако, добавил г. Гулькевич, представлялось бы, может быть, возможным найти выход из положения. Может быть, бар, Маннергейм удовлетворился бы заявлением, что Парижское совещание, не считая себя правомочным решить вопрос по существу, тем не менее не намерено посягать на независимость Финляндии. Если бы бар. Маннергейм изъявил готовность начать вести с Парижским совещанием переговоры в этом духе, то он мог бы дать соответственные поручения финляндскому посланнику в Париже. И этом смысле г. Гулькевич просил меня еще раз поговорить с бар. Маннергеймом, допуская при этом также и возможность того, что появление мое у него в качестве лица, хотя бы и частного, но все же имеющего к нему некоторое поручение от члена Парижского совещания, будет принято главою Финляндского государства, как тот первый шаг с русской стороны, на котором он настаивает.

20 мая я вновь был у бар. Маннергейма и сообщил ему содержание беседы моей с г. Гулькевичем. Бар. Маннергейм заявил мне в ответ, что он продолжает стоять на прежней своей точке зрения, которую он имел уже случай мне изложить; что открытое прямое провозглашение принципа независимости Финляндии, — независимости, ныне уже обеспеченной признанием держав победительниц — какой-нибудь авторитетной русской властью является той condition sine qua non, без которой не может быть и речи не только о совместном русско-финском наступлении на Петроград, но и вообще о доверчивом отношении финнов к русским; что поручить вести какие-нибудь переговоры с Парижским совещанием финляндскому посланнику в Париже бар. Маннергейм не может, так как, хотя конституция и предоставляет ему, как главе государства, право вести дипломатические переговоры, но что по соображениям тактическим и иным он от этого принципиально воздерживается; что, тем не менее, такие переговоры между Политическим совещанием и финляндским посланником он считал бы не только возможными, но и весьма желательными, однако, начаться они могли бы только в том случае, если Политическое совещание проявило бы необходимую гибкость (на этом бар. Маннергейм особенно настаивал, под гибкостью разумея, очевидно, первый шаг); наконец, что путем этих-ли переговоров, или других, необходимо было бы условиться относительно тех территориальных компенсаций, которые были бы даны финнам за их совместное с русскими наступление на Петроград. На мой вопрос, какие именно компенсации он имеет в виду, бар. Маннергейм мне ответил, что во всяком случае о Мурманской жел. дороге не заходит и речи, ибо Финляндия отнюдь не намерена посягать на великодержавные права будущей России на Севере; то, что Финляндия хотела бы получить — лежит на запад от этой дороги. Более определенно бар. Маннергейм в беседе со мной не высказался, но я имею основания полагать, что Финляндия хотела бы приобрести или порт в Ледовитом океане, вероятно Печенгу, или лютеранские приходы нашей Карелии, или то и другое вместе.

Вернувшись в Стокгольм, я рассказан К. Н. Гулькевичу все подробности только что приведенной второй моей беседы с бар. Маннергеймом. Пожалев о том, что главой Финляндского государства не было проявлено больше уступчивости, г. Гулькевич высказал, что, при таких условиях, остается только ожидать взятия Петрограда адмиралом Колчаком, которое рано или поздно, конечно, последует.

заключение считаю долгом сообщить нижеследующие личные мои впечатления, вынесенные из двух разговоров моих с генералом бар. Маннергеймом.

Бар. Маннергейм хочет, чтобы совместное русско-финское наступление на Петроград состоялось. Он теперь уже — финляндский национальный герой. Но это его не удовлетворяет. Он хотел бы сыграть большую историческую роль и в России, в которой он прослужил 30 лет и с которой его связывает тысяча нитей. Финляндское правительство в своем целом к выступлению не стремится, но в конечном итоге решающий голос принадлежит не ему, а Маннергейму, за которым стоит белая гвардия, собравшая в своих рядах все, что есть в Финляндии крепкого и патриотически настроенного. С ней, с ее желаниями, с ее настроениями Маннергейму приходится считаться в первую очередь. Условия, которые он ставит — это ее условия. Если они будут приняты, он объявит поход на Петроград и белая гвардия пойдет за ним. Финляндское же правительство противодействовать не будет.

Борис Арсеньев.

* ЦГАОР, ф. 4887. 19 Л г, Д. 4, л. 13-17.

Арсеньев Борис — генерал, командующий корпусом Северо-Западной армии Юденича.

** Политическое совещание в Париже (февраль-март 1919 г.) образовано из Село эмигрантов, с целью разработки русского вопроса для мирной конференции в Париже. Возглавлялось кн. Львовым, Сазоновым, Маклаковым, Чайковским.

***Гулькевич Конст. Ник. — агент «правительства» Колчака в Стокгольме.

 

Телеграмма Гулькевича из Стокгольма министру иностранных дел Колчака, 18 июня 1919 г.*

Финские войска в Петроград не вступают. В столицу войдет один Юденич во главе Северного корпуса. Для поддержания дисциплины в финские войска будут вкраплены финские белые добровольцы-стрелки, Для сношений с населением и на случай недоразумений при всех финских частях будут находиться комиссии из русских и финских офицеров. Опрос пленных, решение их участи, приведение приговоров в исполнение будут лежать исключительно в руках русских. В целях обеспечения безопасности в столице на первое время Маннергейм предоставляет Юденичу отборные кадры белых добровольцев-стрелков — профессора, видные коммерсанты и т. п., численностью всего до 5 тыс. человек.

Гулькевич.

* ЦГАОР, ф. Varia, on, 1, д. № 209, л. 72.

 

Телеграмма Гулькевича министру иностранных дел Колчана, 18 июня 1919 г.*

Меня посетил только что прибывший из Финляндии французский морской агент Ферамонд.

По его словам Юденич и Мапнергейм должны были вчера или сегодня подписать соглашение о совместных военных действиях. — Условия:

1) Территориальные уступки в Карелии, там где население выскажется за присоединение к Финляндии.

2) Уступка Печенги, согласно обещанию 1864 года. Окончательное решение вопроса предоставляется Лиге Наций.

3) Нейтрализация Балтийского моря, и

4) Культурная автономия финского населения Ингерманландии.

О финансовой стороне дела Ферамонд не упоминал.

От Юденича сведений об этом не имеется.

Гулькевич.

* ЦГАОР, ф. Varia, on. 1, д. № 290. 1919 г., л. 69 и об.

 

Телеграмма Гулькевича из Стокгольма в министерство иностранных дел Колчака, 18 июня 1919 г.*

Ферамонд лично сочувствует соглашению, считая силы Северного корпуса недостаточными для удержания Петрограда и развития операции на Москву. Опасается однако, что соглашение не удастся провести в жизнь из-за назревающего в Финляндии внутреннего кризиса

Гулькевич.

* ЦГАОР, ф. Varia, on. I, д. № 290, л. 71.

 

Телеграмма управляющего министерством иностранных дел из Омска в Стокгольм Гулькевичу, 24 июня 1919 г.

Для генерала Юденича:

«Мною послана телеграмма генералу Маннергейму о желательности операций с финскими войсками против Петрограда, Ваше наступление на Петроград необходимо согласовать с Маннергеймом, если он согласится на мою просьбу, В противном случае, если Маннергейм откажется начать операции на Петроград, то вам надлежит принять все меры предосторожности в наступательной операции, в виду переброски значительных сил красных с моего фронта на ваш. Если вы не имеете уверенности в успехе, то полагаю лучше вам перейти временно к оборонительному образу действий для согласования наступательных операций вашего и Восточного фронта, о чем я сообщу вам дополнительно. Прошу сообщить мне ваше мнение. Адмирал Колчак».

Сукин.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 2. д. 77, л. 68.

 

Из телеграммы Гулькевича управляющему министерствам иностранных дел Колчака, 2 июля 1919 г.*

В исполнение повеления верховного правителя я командировал советника Вера в Гельсингфорс.

Считаю вместе с тем долгом доложить, что в Финляндии за последнее время внутреннее состояние значительно обострилось. Брожение сильное. Число недовольных, примыкающих к красным, растет. Социалисты, составляющие две трети сейма, против вмешательства в русские дела. Двинуть финнов на поход против большевиков Маннергейм едва ли сможет без риска одновременно вызвать кризис власти.

С другой стороны, Маннергейм до сих пор подчеркивает, что прежде всего он финляндец и в политике своей руководится исключительно выгодами Финляндии. Прежние отношения к России всячески обходит. О службе вспоминает с глазу на глаз с великосветскими русскими друзьями, отпускает их очарованными и этим поддерживает в их среде и через них у союзников убеждение в своем руссофильстве.

Тщательно избегая в вышеизложенном критики действий Маннергейма, считаю тем не менее необходимым осведомить о стожившейся обстановке.

По получении вестей от Бера буду телеграфировать.

 Гулькевич.

* ЦГАОР, ф. 200, Д. № 53, Л. 98.

 

Телеграмма Гулькевича из Стокгольма в Омск Колчаку, 16 июля 1919 г.*

Передаю только что полученный ответ генерала Маннергейма на телеграмму верховного правителя:

«Прошу ваше высокопревосходительство принять мою благодарность за телеграмму от 23 июня, полученную мною 4-то сего месяца. Большинство финляндского народа вместе со мною с сочувствием следит за борьбой, которую вы, во главе храбрых русских войск, ведете с целью истребить большевизм, тем более что и мы принимаем в ней участие, раздавив в Финляндии красное восстание, которое поддерживается и направляется советским правительством, а затем в лице добровольцев, откликнувшихся на зов эстонского народа и населения Олонецкой губернии, в их тяжелой борьбе против большевиков. Хотя я и уверен, что и впредь мы будем в состоянии уничтожить всякую попытку поднять в Финляндии красное знамя революции, тем не менее знаем, что существующая советская власть представляет для нас постоянную угрозу и далеко не безучастны к страданиям, переживаемым русским народом под игом большевиков. Помимо гуманной стороны вопроса, взятие Петрограда имело бы большое значение, в виду значения этого города, как опорного пункта военных действий советской власти в северной России, в виду сосредоточения в нем всех нитей северо-европейской революционной пропаганды. Поэтому финляндскому народу и ею правительству далеко не чужда мысль об участии регулярных финляндских войск в освобождении Петрограда. Не стану от вас скрывать, господин адмирал, что, по мнению моего правительства, Финляндский сейм не одобрит предприятия, приносящего нам хотя и пользу, но требующего тяжелых жертв, если мы не получим гарантий, что Новая Россия, в пользу которой мы стали бы действовать, согласится на некоторые условия, исполнение которых мы не только считаем необходимым для нашего участия, но также необходимой гарантией для нашего национального государственного бытия.

Г. Маннергейм, 14 июля 1919 г.

Р. Хольсти министр иностранных дел».

 Гулькевич.

* Там же, л. 151.

 

Из телеграммы ген. Миллера адмиралу Колчаку, 22 июля 1919 г.*

В половине июня правительством был командирован в Финляндию генерал Марушевский2, с целью информации финского правительства о Северной области, установления прямой телеграфной связи с Финляндией, установления личных сношений с генералом Юденичем и выяснения обстановки в Эстляндии.

Из личных разговоров Марушевского с Маннергеймом и Юденичем выяснилось нижеследующее:

1) Маннергейм предлагает в 10-тидневный срок мобилизовать 7 дивизий, численностью до ста тысяч и с этими силами занять Петроград.

2) Дабы избежать грабежей и резни, финская армия в Петроград не войдет, а выдвинется сразу вперед до линии Волхова. В Петроград будет введен для обеспечения порядка особый отряд белых финнов, -сформированный из особо надежных людей.

3) Под прикрытием финской армии в Петроград входит Юденич со своим штабом и офицерскими кадрами и приступает к формированию армии,

4) По сформировании русских частей они постепенно сменяют финнов, которые уходят к себе.

5) Финская армия действует, имея на Западе Русский корпус, уже сформированный в Эстляндии, и на Северо-востоке — русские части Мурманского района.

Как компенсация за оказанную помощь, Маннергеймом предъявляются следующие требования:

1) Признание полной независимости Финляндии,

2) Уступка порта в Печенгской губе с необходимой полосой для постройки железной дороги.

3) Рассмотрение в особой конференции впоследствии вопросов самоопределения некоторых карельских волостей, населенных элементами тяготеющими к Финляндии, причем Финляндия никаких завоевательных целей ни сейчас ни впоследствии не преследует.

4) Разрешение всех вопросов по уплате за русское казенное имущество, захваченное в Финляндии в 1918 году. По этим вопросам уже работает особая финская и русская комиссии и видимо недоразумений не возникает.

6) На очереди стоит вопрос о нейтрализации Балтийского моря, дабы Россия не могла держать там флота, опасного Финляндии, но вопрос этот снят и рассмотрение его отложено.

Принципиальное соглашение по изложенному между Маннергеймом и Юденичем уже состоялось.

В разговоре с Марушевским Маннергейм подчеркивал необходимость принятия этих условий полностью и Северной областью.

Принимая во внимание положение правого фланга сибирских армий в настоящее время, учитывая полную необходимость оказать активную поддержку сибирским войскам и недостаточную силу войск Северной области, правительство полагает необходимым Припять условия Маннергейма и предлагаемую помощь.

В вопросах общего положения России наибольшие жертвы в виде уступки порта на Печенге — являются деталью и выгоды предлагаемой помощи целиком их оправдывают.

Нельзя [этого] не предвидеть при существующем политическом положении Европы и близкой возможности ухода союзных войск из Северной области. Изолированное положение Области в этом случае, принимая во внимание недостаточную иногда устойчивость свежих мобилизованных частей, покоющуюся на  обаянии поддержки всей Европы, — станет безвыходным.

Изложенное требует немедленных категорических решений, о чем и настоятельно прошу срочно меня уведомить.

 Генерал Миллер.

* ЦГАОР, ф. 200, от. 2, д. № 105, л. 113.

Марушевский — генерал-майор, командующий финскими белогвардейскими войсками на Северном фронте.

 

Телеграмма ген. Миллера ген. Юденичу, 4 августа 1919 года.*

Копия Париж Маклакову для Сазонова и Чайковского.

Омск адмиралу Колчаку.

По малочисленности и нравственному состоянию войск после ухода англичан держать нынешний фронт** не представится возможным: с потерей веры у солдат в то, что мы сильнее большевиков и что своими силами можем хотя бы отстоять ныне занимаемую территорию, сразу возникнет большое дезертирство для непосредственного спасения своего деревенского имущества. Ныне на главном участке от Онеги до Пинеги 8 500 русских и столько же англичан. Против них, по английским подсчетам, до 23 тыс. большевиков. Перед правительством дилемма или отстаивать с офицерством и оставшимися верными долгу солдатами до крайнего истощения в конце концов в самом Архангельске, без надежды продлить эту оборону долее конца октября, примерно месяц после ухода англичан, при чем наличные военные силы в последнюю минуту нельзя будет эвакуировать, в виду замерзания порта, или заблаговременно отказаться от борьбы с большевиками и Северной области и перевести весь офицерский до 900 человек и здоровый солдатский элемент, а также военное имущество, на другой фронт к Деникину, или даже может быть и Сибирь, для принятия участия в дальнейшей борьбе с большевиками. Так как создание войск в Северной области имело целью не защиту области от большевиков, а участие с наибольшей пользой в борьбе с большевиками для восстановления единой России, то решение вопроса зависит от общего положения на двух фронтах.

Что выгоднее в общих целях? Удержание части большевистских сил в течение этих месяцев на Архангельском фронте, ценой собранных здесь офицеров, военного имущества и части солдат, или упразднение к началу октября Архангельского фронта и спасение кадров для возможного усиления ими другого фронта? Возможна переброска кадров и на Мурманский фронт, либо с оборонительной целью удержать в своих руках незамерзающий порт, либо для наступления между озерами, — последнее могло бы иметь какое-либо значение лишь в связи с наступлением на Петроград финляндцев и Юденича,

Англичане предлагают вывезти до 6 000 военных — офицеров, солдат, партизан, могущих опасаться мести большевиков, и кроме того до 8 000 лиц гражданских.

Прошу срочно осветить обстановку на фронтах вашем и Деникина, а также внутреннее положение у большевиков и высказать ваше мнение. Я полагаю, что если есть твердая уверенность, что власть большевиков будет сломлена до наступления зимы наступлением вашим, Колчака и Деникина и вследствие внутреннего разложения, то нам нужно оставаться здесь до последнего, дабы не дать им даром в последнюю минуту моральный и материальный успех, могущий благоприятно повлиять на действия их на решающих фронтах и на их настроение. Если такой уверенности нет, то нужно ликвидировать дела в Северной области и спасти от бесцельной гибели боевые силы и средства здесь, собранные во имя освобождения России от большевиков, для использования на других фронтах.

 Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, 1919 Г., Д. № 13, Л. 183.

* Северный.

 

Из телеграммы ген. Миллера в Омск управляющему министерством иностранных дел, 10 сентября 1919 г.*

В Финляндии растет движение в пользу выступления против большевиков. Этим необходимо воспользоваться без потери времени, т. к. с другой стороны ведется усиленная немецкая и большевистская пропаганда против оказания помощи России для взятия Петрограда. Решающую роль будет играть отношение к этому вопросу союзников, особенно Англии. Представители союзников на месте всецело за выступление Финляндии, видя в этом единственный выход из создавшегося положения, но опасаются...** я беседовал, по этому поводу с... 2, что в случае поддержки со стороны союзников и согласия с нами, готовы со своей стороны принять необходимые меры, сознавая что поход против Петрограда является лучшим средством оградить собственную страну от все возрастающей большевистской опасности и установить хорошие отношения с Россией.

 Миллер.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 2, д. № 82, л. 96.

** Пропуск в подлиннике.

 

Телеграмма Сазонова из Парижа управляющему министерством иностранных дела Омск, 2 октября 1919 г.*

Во французском министерстве иностранных дел заявили здешнему финляндскому представителю, что Франция решительно против соглашения финнов с большевиками и что, если таковое соглашение состоится, она изменит свое до сих пор благожелательное отношение к Финляндии.

 Сазонов.

* ЦГАОР. ф. 200, оп. 2. д. № 83, л 21.

 

Телеграмма полковника Кандаурова ген, Миллеру, 25 октября 1919 г.*

Прошу копию сообщить в Омск.

Наш офицер, покинувший Териоки  21 октября, сообщает, что в Кронштадте действуют сейчас только 3 крупных орудия на фронте Тотлебен, одно на Константиновском, три на Красной Горке. Антанта бомбардирует Кронштадт только 20 аэропланами, в том числе три флотских, и изредка орудиями с мелких судов, могущих прорываться к фортам, крупные не действуют, боясь дредноута «Петропавловск». К начальнику Генерального штаба Энкелю относятся очень недоверчиво и авторитета он пока не имеет.

 Кандауров.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 2. Д. № 105, л. 173.

Кандауров — военный агент Колчака в Стокгольме.

 

Телеграмма Сазонова из Парижа управляющему министерством иностранных дел в Омск, 28 октября 1919 г.*

Маннергейм телеграфировал финляндскому президенту, чтобы побудить помочь Юденичу. Он сам готов тотчас же вернуться в Финляндию, если бы правительство поручило ему командование финскими войсками. По его словам выступление Финляндии встречает препятствие в отсутствии денег. Наше обещание возместить расходы впоследствии не разрешит затруднение. Необходимо...** невозможность для нас сейчас такую сумму, поручив выяснить в Лондоне возможность открытия банками кредита. На случай неудачи, прошу срочных полномочий заключить сделку. Положение Юденича крайне тяжелое.

Сазонов.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 2, д. 83, Л. 72.

** Пропуск в подлиннике

 

Телеграмма Колчака ген. Юденичу, 4 ноября 1919 г.*

Продолжаю считать желательным привлечение финляндских войск к операции против Петрограда. Уполномочил Сазонова на переговоры в этом смысле с финляндским правительством. Готов вступить в прямые сношения с финляндским правительством, аккредитовать при нем посланника и печем не нарушать фактической независимости Финляндии. Согласен на заключение соответствующего военного соглашения о сотрудничестве русских и финляндских войск, а также дать обязательство, что военные расходы, связанные с совместными операциями, будут впоследствии оплачены российской казной. Дальше этого не считаю возможным итти и не могу согласиться на объявление «независимости Финляндии». Генерал Деникин разделяет это мое убеждение.

Адмирал Колчак.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 2, д. 83, Л. 83.