Содержание материала

 

К истории интервенции на Севере

Организаторы прошлой и настоящей империалистических войн — английские и французские империалисты, любители загребать жар чужими руками, — в 1918 г. без объявления войны вторглись в нашу страну с Севера и совместно со свергнутыми Великой социалистической революцией помещичье-капиталистическими классами пытались уничтожить Советскую республику и восстановить капиталистический строй, а наш многомиллионный народ превратить в колониальных рабов англо-французского капитала.

Вскоре после Октябрьской социалистической революции английские и французские захватчики начали тайно обсуждать вопрос о вмешательство во внутренние дела Советской республики. В декабре 1917 г. уже был решен вопрос, о «сферах влияния» в России между Англией, Францией и Другими империалистическими государствами.

Англия, находясь в состоянии войны с Германией, была обеспокоена образованием Советской республики, ее выходом из войны, отводом с фронтов многомиллионной русской армии, проливавшей кровь в интересах англо-французского капитала и русского царизма.

В разъяснение причин грабительского (вторжения интервентов в нашу страну, «Краткий курс истории ВКП(б) говорит: «Империалисты Антанты опасались, что заключение мира между Германией и Россией может облегчить военное положение Германии и соответственно затруднить положение войск на Антанты на фронте. Они опасались, далее, что установление мира между Россией и Германией может усилить тягу к миру во всех странах, на всех фронтах а тем подорвать дело войны, дело империалистов. Они опасались, наконец, что существание Советской власти на территории громадной страны и ее успехи в стране, последовавшее после свержения там власти буржуазии, могут послужить заразительным примером для рабочих и солдат Запада, охваченных глубоким недовольством затянувшейся войной я могущих — по примеру русских — повернуть штыки против своих господ и угнетателей. В виду этого правительства Антанты решили начать военную интервенцию (вмешательство) в России с тем, чтобы свергнуть Советскую власть и поставить буржуазную власть, которая восстановила бы в стране буржуазные порядки, отменила бы мирный договор с немцами и воссоздала бы военный фронт против Германии и Австрии»*.

Англия начала интервенцию при помощи своих войск, хотя это было не так легко, ввиду серьезного натиска Германии на всех фронтах. В. И. Ленин указывал на VII Всероссийском съезде Советов, что «первым этапом, естественно более доступным и более легким для Антанты, была ее попытка разделаться с Советской Россией при помощи своих собственных войск»**. Однако и это нужно было подготовить не просто лобовым ударом, а предварительно развернув определенную контрреволюционную работу внутри нашей страны по сколачиванию враждебных советской власти сил, развернув широкую сеть шпионажа и подрывную террористическую деятельность против вождей пролетарской революции и руководителей Советской республики. Эту черную работу англо-франко-американские заправилы возложили на своих агентов, находящихся в России, и на целую армию шпионов-разведчиков, связанных с царскими генералами, офицерами, эсерами, кадетами, меньшевиками и троцкистско-бухаринскими бандитами, засевшими в Советских органах. Дипломатия «союзников» пустила в ход все средства для удушения Советской республики. После подписания брестского мира дипломатический корпус «союзников» под видом протеста выехал из Петрограда в Вологду, рассчитывая на большую безопасность и удобство сношении с подпольными контрреволюционными организациями. Все руководители контрреволюционных заговоров и мятежей были непосредственно связаны с ними и получали от них деньги для осуществления плана удушения Советской, республики.

В начале 1918 г. был организован контрреволюционный «Союз возрождения России» в Москве, в который вошли самые махровые контрреволюционеры, начиная от царских генералов, офицеров и кончая кадетами, эсерами и меньшевиками.

«Союз возрождения» был на полном иждивении англо-французских посольств и выполнял их планы, направленные против нашего народа. Целый ряд филиалов этого «Союза» в Петрограде, Ярославле, Вологде, Архангельске и других пунктах Советской России запинался вербовкой членов, подкупами антисоветских элементов, набором военных кадров для будущих белогвардейских банд и подготовкой военных мятежей.

Восстание чехо-словаков, начавшееся 17 мая 1918 г., Ярославский мятеж 6 июля 1918 г., мятеж «левых» эсеров в Москве, убийство т.т. Володарского и Урицкого, покушение на жизнь В. И. Ленина, подготовка убийства тт. Ленина, Сталина и Свердлова — все это дело кровавых рук локкартов, нулансов, контрразведчиков англо-французского империализма, злейших врагов советского народа.

В. И. Ленин в своей речи на объединенном заседании ВЦИК 29 июля 1918 г. говорил: «Мы снова попали в войну, мы находимся в войне, и эта война не только гражданская, с кулаками, помещиками, капиталистами, которые теперь объединились против нас, — теперь уже стоит против нас англо-французский империализм, он еще не в состоянии двинуть на Россию полчища, ему мешают географические условия, но он все, что может, все свои миллионы, все свои дипломатические связи и силы дает на помощь нашим врагам»***.  Война интервентов против нашего народа подтвердила и сейчас с каждым днем подтверждает правильность ленинских слов.

* * *

Вопреки категорическим указаниям товарищей Левина и Сталина об опасностях интервенции и о необходимости принятия решительных мер против вторжения англичан, председатель Мурманского краевого совета троцкист Юрьев, по указанию предателя Троцкого и англо-французских «дипломатов», заключил с оккупантами «соглашение», вероломно продан советский народ и Красную армию.

18 марта 1918 г. Англия высадила и Мурманске десант в 500 человек, в июне в 2 000 чел. и через небольшой промежуток времени численность своих войск в Мурманске довела до 8 000 чел., став полным хозяином на побережье Белого моря.

Укрепившись в Мурманске, интервенты пополняли свои силы и готовили удар на Архангельск. Под прикрытием английского посольства, а также посольств некоторых «нейтральных» стран, зависимых от англо-французского капитала, начала сползаться на Север контрреволюция всех мастей, с целью организации переворота в г. Архангельске.

Товарищи Ленин и Сталин привяли решительные меры по оборони Севера от интервентов. Учитывая возможность оккупации Архангельска, И. В. Сталин направил туда специальную комиссию по разгрузке архангельского порта и повседневно следил за ее работой. Попытки врагов сорвать эту работу были сломлены. Благодаря т.т. Ленину и Сталину почти все военные запасы, бывшие в Архангельске, были своевременно вывезены в глубь страны и впоследствии были использованы Красной армией в борьбе с интервентами.

В. И. Ленин после высадки английского десанта предлагал прибегнуть к помощи авиации. Следя за продвижением англичан по Двине, он категорически указал командованию Северного фронта: «Теперь вы должны наверстывать упущенное, связаться с Котласом, послать туда летчиков немедленно и организовать защиту Котласа во что бы то ни стало****.

По распоряжению товарища Ленина на Север были посланы вооруженные отряды рабочих из Петрограда, Москвы и Иваново-Вознесенска. Владимир Ильич сам тщательно следил за их снаряжением и обеспечением всем необходимым. Не удовлетворяясь простыми сводками с фронта, он требовал самых подробных отчетов с перечнем фактических данных о ходе борьбы с интервенцией англо-французов и с белогвардейской опасностью.

Тов. Сталин, находясь на Восточном фронте, принимает целый ряд мер, направленных на укрепление Северного фронта, с целью преградить движение интервентов в центр и не дать им возможности соединиться с Колчаком.

Директивы товарищей Ленина и Сталина местным парторганизациям обеспечили организацию на Севере. Красной армии и партизанских отрядов, громивших интервентов и белогвардейцев и закрывших им пути продвижения вглубь страны.

Подготовленный интервентами контрреволюционный переворот 1 августа в Архангельске был специально приурочен к моменту высадки английских войск. Эсеровские марионетки в руках англичан по-холопски приветствовали интервентов с надеждой, что верховное управление Северной области «сумеет, в особенности с помощью союзников России, утвердить свою власть в Архангельской, Олонецкой, Вологодской, Новгородской и Вятской губерниях, чтобы впоследствии слиться с всероссийским правительством»*****. 

Грабительское вторжение англичан и французов в Северную область осуществилось только вследствие предательства троцкистов, засевших в советских органах и прикрывавших белогвардейцев-шпионов, которые подготовили сдачу Мурманска и Архангельска; Красная армия была в это время отвлечена на другие фронты, против более опасного противника.

После вторжения оккупантов в Северную область начали прибывать французские, американские, польские, итальянские и сербские отряды, которые под руководством английского командования вели борьбу против Советской власти.

Издевательства, насилия, грабежи и массовые расстрелы коммунистов и сочувствовавшего советской власти населения — вот основные методы расправы интервентов с жителями оккупированных районов.

Один из участников северной авантюры, американец Chronicler (псевдоним) в своей книге «Архангелы. Война Америки с Россией» пишет: «Эта война на Севере России вдохновлялась главным образом Англией и являлась о ее стороны попыткой навязать свою волю русскому народу. Эта кампания была продолжением той политики, которую Англия проводила в Южной Африке, в Египте, в Месопотамии и в Индии».

Борьба рабочих и крестьян Северной области в тылу у интервентов, удары Красной армии, героическая подпольная работа коммунистов, несмотря на свирепый террор, ежедневно парализовала действия интервентов и белогвардейцев. Эсеровское «правительство», как недостаточно решительное, было отставлено и заменено интервентами военной кликой Миллера, полностью выполнявшей все требования интервентов. Под руковоством англичан генералы Марушевский и Миллер проводили несколько раз принудительную мобилизацию, но результаты были плачевны. В одном из своих последних «воззваний» в населению Миллер заявил: «Военно-продовольственные запасы были закуплены в достаточной мере, но яд большевистского разложения проник в умы нашей армии, и она, не подкрепленная тылом, потеряла свою стойкость, оставляя позиции без всякого натиска со стороны большевиков. Начались мятежи, части стали переходить к противнику, на призыв главнокомандующего о немедленной поддержке армии свежими силами населения для поднятия настроения откликнулись лишь единицы»******.

Не лучше обстояло дело и среди войск интервентов. Солдаты интервентов требовали вывода их из Северной области. Пролетариат западно-европейских стран требовал прекращения кровавой политики англо-французских заправил, поджигателей войны и интервенции.

Под натиском советского народа в тылу и сокрушающими ударами Красной армии на Северном фронте интервенты, спасая остатки своих частей, позорно капитулировали и 27 сентября 1919 г. вывели свои войска, оставив на произвол судьбы разлагающуюся белогвардейщину.

Обанкротившиеся интервенты, уничтожившие десятки тысяч лучших сынов и дочерей нашей родины, ограбив на сотни миллионов рублей население оккупированных ими районов, не прекратили интервенция и после эвакуации войск. Они содержали на свой счет всю белогвардейщину на всех фронтах, превратив Польшу и Финляндию в плацдармы интервенции и всеми силами стремились удушить Советскую республику.

Публикуемые нами документы отражают положение белогвардейской шайки Миллера после капитуляции интервентов. После неудачной авантюры на Севере при помощи своих войск, англо-французского заправилы продолжали интервенцию чужими руками. Это обычная практика англо-французских поджигателей войны и интервенции. Документы отражав панику белогвардейцев, которые боялись уже за свои шкуры. К союзникам и в «нейтральные» страны посыпались телеграммы с просьбой верстать добровольцев для Северного фронта. Некоторые «нейтральные» страны, зависимые от англо-французского империализма, всячески старались оказать помощь русской контрреволюции и содействовали белогвардейским агентам в наборе и в покупке людей, которые должны были проливать свою кровь в интересах англо-французской империалистической касты и разгромленных русских белогвардейцев.

Пока Красная армия громила и уничтожала интервентов и белогвардейцев на Восточном и Южном фронтах, белогвардейская клика Миллера при помощи Англии и на ее счет покупала людей для формирования «добровольческих» отрядов. Военные агенты занимались покупкой и спаиванием молодежи, безработных и пленных солдат, принуждая их подписывать контракты. Попытка создать оккупационную армию из «добровольцев» не удалась. Среди завербованных в Швеции, Дании, Сербии и Бельгии были главным образом авантюристические и уголовные элементы, основной профессией которых были грабежи и убийства. Некоторые документы говорят о том, как верный слуга Англии, Маннергейм, готовил поход 100-тысячной армии на Петроград.

После разгрома интервентов и белогвардейцев на Восточном и Южном фронтах, Красная армия без особых усилий вышвырнула интервентов за пределы нашей страны и очистила Север от белогвардейщины.

21 февраля 1920 г. Красная армия заняла Архангельск. «Усилиями Красной армии и доблестью героического пролетариата прорублено новое окно в Европу. Врагам русского народа не захлопнуть его никогда»*******.

Н. Прокопенко

Примечания:

* «История ВКП(б)», краткий курс, стр. 215.

** В. И. Ленин, Соч., т. XXIV, стр. 592.

*** В. И. Ленин, Соч., т. XXIII, стр. 161.

**** В. И. Ленин, Соч., т. ХХIХ, стр. 492.

***** «Интервенция на Севере в документах», Москва — Ленинград, 1933 г., стр. 14.

****** «Интервенция на Севере в документах», 1933, стр. 84.

******* «Известия ВЦИК», № 38/885 от 20 февраля 1920 г.

 

Из телеграммы Маклакова из Парижа председателю Временного правительства Северной области, 6 марта 1919 г.*

Отношение союзников к вопросу интервенции выразилось окончательно в форме публичных заявлений английского и американского правительств об отказе помогать нашей борьбе с большевиками присылкою войск, но о готовности оказывать нам поддержку снабжением, оружием и прочим необходимым материалом, инструктированием с присылкою своей на добровольческих началах (армии).

Нам известно, что действительные намерения влиятельных правительств идут в нашу пользу значительно дальше, но об этом не объявляется публично. Мы изыскиваем меры использования также находящихся во Франции наших 3/4 солдат, частью из числа здесь сражавшихся, частью вернувшихся сюда из германского плена. Теперешняя политика союзных правительств по вопросу интервенции объясняется существующим очень сложным политическим положением и оппозиционным отношением конвенции — левых групп и народных масс, что вызвано утомлением войною, неосведомленностью населения об истинном положении в России с одной стороны, а с другой, — сильною большевистскою агитациею, которая широко ведется в Европе, особенно в Америке.

Маклаков.

* ЦГАОР, ф. 17. оп. 1, Д. № 13. л. 34-б.

 

Телеграмма Набокова из Лондона в Омск министру иностранных дел, 15 мая 1919 г.*

За последнее время в печати крутой поворот в нашу пользу. Выставляют тезисы: во-первых, признание русского правительства адмирала Колчака, во-вторых, прекращение всяких сношений с большевиками, в-третьих, активная военная помощь русским для взятия Петрограда. Описывая отъезд английских частей в Архангельск, газеты отмечают отличный состав этих частей и воодушевленное настроение. Полное наше объединение, вера в себя и деловитость — и дело наше будет выиграно.

Набоков.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 4, д. 128, л. 9.

 

 Телеграмма ген. Миллера в Омск председателю совета министров,  4 июня 1919 г.*

Ожидается оставление Петрограда большевиками. Кто руководит операциями против Петрограда и в какой мере участвуют русские войска (нам) здесь не ясно. Прошу телеграфировать имеют ли лица, стоящие во главе, полномочия и. указания от адмирала Колчака и какие. Временное правительство Северной области полагает, что создание нового, совершенно обособленного, правительства в Петрограде недопустимо и находит желательным включение Петрограда и всей освобожденной вокруг него (области) в орбиту полной компетенции Временного правительства Северной области, как только установится через Петрозаводск и (Званку) непосредственная связь с Петроградом. Для выяснения обстановки командируется генерал-лейтенант Марушевский.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 176, ОП. С. М., 1919 Г.. Д. № 15. л. 68.

 

Телеграмма ген. Миллера генералу-нвартирмейстеру штаба главнокомандующего, 8 июля 1919 г.*

8 июля вернулся из Гельсингфорса генерал Марушевскнй. Доношу сведения, полученные мною от него: от Нарвы на Петроград - действует отряд генерала Родзянко, он...** окружен силою до 10 тыс. штыков, а также до 3 тыс. карельских партизан. Эти отряды Петроград взять не смогут, генералу Родзянко они пока не подчинены. Генерал Юденич живет в Гельсингфорсе, приказ о назначении его главнокомандующим Западного фронта им получен, но власти у него нет. Что касается Финляндии, то там правительство русофильское. Генерал Маннергейм обеспокоен только непризнанием адмиралом Колчаком финляндской независимости. Если последует признание адмиралом Колчаком финляндской независимости, генерал Маннергейм обещает немедленно двинуть 100 тыс. штыков на Петроград.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 2, д. № 53, Л. 160.

** В подлиннике пропуск.

 

Телеграмма ген. Миллера в Париж Чайковскому и Сазонову, 2 августа 1919 г.*

Ввиду заявленного мне официального ухода английских и итальянских войск в сентябре и отказа от присылки обещанного на Мурманске французского батальона и трех батарей, военное положение сделается сразу критическим, вследствие несоответствия сил и крайне невыгодного стратегического положения на Архангельском фронте, неисправленного за нынешнее лето по отсутствию активных действий. Единственный выход — создание нового фронта при участии Финляндии, как ни кажется принципиально неприемлемым ее требование признания независимости. Фактически независимость существует и оспаривать ее мы не в силах, поэтому из-за соблюдения принципа нельзя лишаться ее помощи, могущей обеспечить не только успех на Петроград, но и успех совместного выступления войск Северной области. В противном случае вследствие своей изолированности и маложелательности обречены на поражение при некотором усилии большевиков. Адмирал Колчак полагает, что только союзные державы могут побудить Финляндию к активному выступлению, особенно Англия. Если так то настал последний час сделать эту попытку для спасения не только Петрограда, но и Северной области.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, 1919 г., д. № 13, л. 181.

 

Из телеграммы ген. Миллера в Омск адмиралу Колчаку, 3 августа 1919 г.*

Английские власти предлагают заблаговременно под прикрытием английских войск эвакуировать из Архангельска часть гражданского населения, чинов администрации, всех офицеров, надежных солдат и военное имущество, или в Мурманск для создания там прочной обороны, или даже к Деникину.

31-го английский главнокомандующий сообщил о полученном им приказании эвакуировать все английские войска до замерзания порта.

До 1 сентября войска останутся на фронте, после чего постепенно будут уводиться. К половине октября эвакуация закончится. Аналогичное распоряжение получено и для Мурманского края.

Малочисленность и неустойчивость русских войск, подверженных пропаганде, проявившаяся в заговорах против офицеров в нескольких полках, заставляет сомневаться в возможности продержаться...

 Миллер.

* ЦГАОР. ф. 200, оп. 4, 1919 г. д. № 113, л. 3.

 

Телеграмма ген. Миллера в Белград Штрандману, 24 августа 1919 г.*

В состав союзных войск, оперирующих на Мурманском фронте Северной области, входит один запасный сербский батальон. Солдатам, из которых многие по несколько лет находятся на войне, обещано скорое возвращение на родину, одновременно с эвакуацией английских сил, С уходом союзников для области создается весьма тяжелое положение, ввиду сравнительной малочисленности русских войск по отношению к большому протяжению линии фронта и неблагоприятного впечатления, производимого на молодые формирования оставлением союзниками, в которых они видели надежную опору.

При таких обстоятельствах для обороны области имело бы серьезное значение, если бы, взамен уходящего батальона, были бы прислать сюда новые сербские вооруженные силы. Мы уверены, что наш призыв в критическую минуту за братской помощью не останется без отклика как у правительства, так и населения Сербии, связанной столькими узами с Россией, и что найдется достаточное число добровольцев, которые пожелают сменить своих уставших, заслуживших отдых товарищей.

Прошу вас приложить все усилия к оказанию содействия в этом вопросе, имея в виду возможность доставления войск в Архангельск до закрытия навигации до конца октября. Для вашего сведения сообщаю, что сербские войска могут не потребоваться для активных действий, они, главным образом, нужны для поддержания порядка и несения охранной службы, кроме того присутствию их придается большое моральное значение.

Кроме того очень прошу также сохранить здесь, пока имеются сербские войска, военного атташе майора Павловича, присутствие которого может стать весьма полезно.

Генерал Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, д. № 4, л. 3. Штрандман —  представитель Колчака в Сербия.

 

Из телеграммы Маклакова из Парижа в Омск управляющему министерством иностранных дел, 26 августа 1919 г.*

После долгих настояний армия Юденича, получила из Англии полное военное снабжение на армию в 10 — и тысяч человек, т. е. на одну дивизию. Дальнейшее снабжение армии Юденича союзниками приостановлено из-за недостатка транспорта. Ввиду рискованного положения армии Юденича и необходимости докончить со взятием Петрограда до зимы, посланник в Стокгольме Гулькевич, по полномочию Юденича и с согласия Гоффа**, заключил договор со шведской фирмой о доставке Юденичу к 4 сентября нового стиля снабжения для нужд армии в 60 тысяч человек, согласно списку Юденича. Стоимость около 38 миллионов крон, обеспеченных личными векселями Гулькевича на шестилетний срок без поручительства. Как по стоимости, так и по короткому сроку поставки, договор исключительно выгоден. Гулькевич убедительно просит ныне же принять зависящие меры к тому, чтобы по векселям было уплачено в срок. Порт отправки Любек.

Маклаков.

* ЦГАОР, ф. 200, оп. 2, 1919 г.. д. № 82. л 53.

** Гоф — англ. генерал, в 1919 г. представитель Антанты в Сев. Прибалтике

 

Телеграмма ген. Миллера военному агенту в Копенгагене Потоцкому, 28 августа 1919 г.*

Прошу вас передать мою искреннюю признательность сенатору Засядко и членам Союза печати за их любезную телеграмму и за выраженную готовность быть полезными Северной области.

Союз печати мог бы оказать действительную услугу области, если бы взял на себя задачу осветить в прессе то трудное положение, в котором она очутилась вследствие внезапно принятого английским правительством: решения отозвать все свои войска. Объявленная нам в последних числах июля эвакуация союзных войск, которую сначала предполагалось совершить постепенно, растянув ее до начала ноября, принимает на деле гораздо более поспешный характер и должна, повидимому, закончиться к концу сентября.

Помимо того, что область не могла своевременно принять меры в сосредоточению организации сложного дела обороны края в одних русских руках и ныне вынуждена приложить крайние усилия, чтобы справиться с этой задачей, несмотря на чрезвычайное ослабление боевых сил с уходом союзников, приходится констатировать, что особая интенсивность эвакуации тяжело отзывается и в другом отношении. Отвлечение тоннажа не только для вывоза людей, но и всякого рода военного материала, затрудняет снабжение области продовольствием, углем и другими крайне необходимыми припасами, которых область лишена совершенно и на получение которых после ухода союзников трудно рассчитывать, так как с ноября навигация прекращается.

Насколько область не была подготовлена к происходящему видно из того, что еще в июне сюда прибыли добровольческие английские масти, для ведения летней кампании, ныне же эти части, почти не приняв никакого участия в военных операциях, должны нас покинуть задолго до окончания удобного для операции сезона.

Обрисовав общественному мнению положение области, Союз печати мог бы пропагандировать идею отправления на Северный фронт добровольцев из Скандинавии, присутствие которых в рядах наших войск служило бы наглядным доказательством того, что они борются за правое дело, и являлось бы для них сильной моральной поддержкой.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17. оп. 1, д. № 3. л. 32.

 

Телеграмма ген. Миллера в Омск адмиралу Колчаку, сентябрь 1919 г.*

Полагая крайне желательным, в виду отозвания всех союзных войск, привлечь взамен их хотя бы незначительную иностранную вооруженную силу, присутствие которой производило бы здесь наилучшее моральное впечатление, я обратился с этой целью через Штрандмана с соответствующим призывом к сербскому правительству; я предложил прислать сюда части, составленные из добровольцев, которые явились бы сюда на смену находившегося до сего времени в составе войск Мурманского фронта сербского батальона.

Королевич регент** отнесся к этому предложению весьма сочувственно и заявил, что тотчас будет приступлено к набору добровольцев, как только английское правительство обеспечит их перевозку на Север России и содержание на тех же основаниях, что и раннее бывших здесь сербских во Иск. Об этом поставлены в известность Сазонов и Набоков. Однако для вернейшего успеха дела, которому по местным условиям мною придается несомненное значение, я просил бы снабдить наших представителей инструкциями об энергичных настояниях перед английскими властями для получения необходимого в данном случае содействия с тем, чтобы сербские добровольцы были доставлены в Архангельск по возможности до замерзания порта, то-есть до начала ноября.

Генерал Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1. д. № 8, л. 12

** Александр Сербский.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген. Миллеру,  7 сентября 1919 г.*

Вербовка добровольцев среди солдат бежавших из плена не дает пока, результата. Сибирцы согласны ехать только рабочими на железную дорогу.

Потоцкий.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, д. № 3, л. 37.

 

Телеграмма ген. Миллера в Лондон Саблину, 20 сентября 1919 г.*

Одновременный уход всех английских сухопутных и морских сил 29 — 29 сентября создает крайне тревожную обстановку в городе, где преступные и большевиствующие элементы несомненно готовятся к вооруженному выступлению, в связи с неудачами на фронте. Необходимо иметь в городе прочную войсковую часть, ничем не связанную с местным населением. Сербский батальон предположен к увозу из Мурманска. 2 октября. Прошу срочного распоряжения доставить его в Архангельск до ухода английских войск и оставить его здесь до конца октября исключительно для гарнизонной службы.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, Д. № 13, Л. 218-б.

 

Из телеграммы нач. штаба Северной армии ген. Квецинского в Копенгаген для ген, Марушевского, 21 сентября 1919 г.*

Прошу напрячь все усилия к возможно скорой высылке как формируемых в Германии контингентов из наших пленных, так и добровольцев из Дании, Швеции и Норвегии, конечно, из надежных элементов. Сербский королевич разрешил отправку добровольцев из Сербии на Север. Павлович остается в Архангельске.

 Квецинский.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, Д. № 3, Л. 44.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген. Миллеру, 22 сентября 1919 г.*

22 сентября видел Маниергейма, проезжавшего в Лондон. Ваша телеграмма им получена лишь в середине сентября. Видимо он глубоко разочарован, что ни Колчак, ни вы не пошли навстречу выступлению Финляндии. Чайковский по его словам был совсем против соглашения нашего и Юденича. Дело поправимо только в Лондоне и Париже, при чем Маннергейм не склонен продолжать разговор, но будет проводить свои идеи через англичан. В Финляндии силы Севера преувеличиваются и полагают, что английские добровольцы останутся. Осведомленность об истинном положении дел усилит шансы групп желающих говорить с большевиками.

Потоцкий.

* Там же стр. 45.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген, Миллеру, 23 сентября 1919 г.*

Капитал Поллудан, организатор добровольцев в Эстляндии, предлагает немедленный набор 300 человек. Если нам средства позволят, то количество может быть повышено до 1000 человек датчан и шведов. Условия: обмундирование и паек, жалование офицерам — до 500 крон, унтер-офицерам — до 350, рядовым — 200. Отряд в 500 человек стоил бы 110 тыс. крон в месяц, расчет русскими рублями по курсу. Кроме того, необходим фонд здесь 500 тыс. крон для обеспечения инвалидов и семей по расчету до 5000 крон на отдельные случаи. Все расчеты, возможно, удастся понизить. Прошу ответа срочно. В утвердительном случае вышлю Поллудана немедленно к вам.

Потоцкий.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, Д. № 3, Л. 47.

 

Из телеграммы ген. Миллера в Париж Сазонову и Чайковскому,  28 сентября 1919 г.*

Масса военного имущества потоплено и уничтожено зря. Генерал Раулинсон** во всех распоряжениях руководствуется одной идеей оставить нам возможно меньше, из опасения что оставленное имущество попадет в руки большевиков, и увезти войска возможно скорее, не считаясь совершенно с нашим военным и внутрене-политическим положением. Содержание сербских войск в крайнем случае можно взять на счет русского правительства. Скорейшее прибытие в Архангельск их крайне важно.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, д, № 13, л. 221-б.

** Раулинсон Генри Сеймур, р. 1864 г., барон, англ. фельд., в 1915 г. команд, армией на западно-европ. фронте, с 1919 г. нач. эвакуация интервентов с Севера России, в 1920 — 25 г.г. главноком. индо-британских войск в Индии.

 

Телеграмма ген. Миллера военному агенту в Выборге ген. Гулевичу, 28 сентября 1919 г.*

Для усиления войск Мурманского района необходимо произвести мобилизацию всех русских, проживающих в Финляндии, в возрасте от 19 до 40 лет, и отправить в штаб генерала Скобельцына** непосредственно через финляндскую границу. Прошу вас сделать призыв, указав на аналогичное распоряжение адмирала Колчака в отношении всех русских, проживающих заграницей. Об уклонившихся донесу как о дезертирах. Телеграфирую одновременно министру иностранных дел в Гельсингфорсе, прося оказать нам содействие в деле, имеющем целью наилучшее обеспечение финляндской границы от красной опасности.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, д. № 5, л. 3.

** Генерал Северной белой армии, в 1919 г, командующий Мурманским фронтом.

 

Телеграмма ген. Миллера военному агенту в Копенгагене Потоцкому, 29 сентября 1919 г.*

На условия согласен, желательно батальон в 1000 человек и предлагаю Поллудану немедленно приступить к формированию отряда; не вижу надобности предварительного приезда сюда, получится излишнее замедление. Уполномачиваю вас заключить договор. Необходимые к включению в договор условия с нашей стороны телеграфирую дополнительно.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, Д. № 3, Л. 47.

 

Тепеграмма Штрандмана из Белграда ген. Миллеру, 1 октября 1919 г.*

Лично передал королевичу регенту вашу просьбу об оставлении батальона в вашем распоряжении до конца октября. Его высочество, осведомившись из показанной мною вашей телеграммы о готовности сербов остаться, дал согласие и приказал телеграфировать своему военному агенту в Лондоне для сообщения командиру батальона, подтверждая вчерашнюю телеграмму (военного министра).

При этом он указал мне на желательность верного обеспечения, согласно вашему обещанию, вывоза батальона из Архангельска в конце октября.

Штрандман.

* ЦГАОР, ф. 17, Д. № 4, л. 5.

 

Телеграмма ген. Миллера в Париж Сазонову, 4 октября 1919 г.*

Если английское правительство затрудняется взять на себя содержание сербского батальона и перевоз его из Сербии, то содержание может быть принято на счет Северной области. По доставке батальона в один из портов Франции или Дании, он может быть перевезен в Северную область русским тоннажем.

Миллер.

* Там же, л. 6.

 

Телеграмма ген. Миллера в Париж Сазонову и Чайковскому, 7 октября 1919 г.*

Крайне нужны 75-миллиметровые снаряды срочно двадцать тысяч гранат и десять тысяч шрапнели; прошу отправить первым отходящим из Франции или Англии ледоколом.

 Миллер.

* ЦГАОР. ф. 17, оп. 1, Д. № 13, л. 232-б.

 

Тепеграмма военного агента в Брюсселе полк. Прежбиано ген. Миллеру, 9 октября 1919 г.*

Прибывший в Брюссель господин Ландман сообщил мне о желательности навербовать отряд добровольцев для Архангельска. Вопрос этот уже здесь возбуждался месяца два тому назад по инициативе бельгийцев, но был оставлен ввиду отказа генерала Деникина, куда желали ехать добровольцы**, а также из-за отсутствия средств. Полагаю возможным организовать отряд для Севера, присоединив к нему имеющихся в моем распоряжении русских добровольцев из бывших пленных. Отношение бельгийцев к русским очень хорошее, и желание возобновить сношения со всеми частями России проявляется всеми кругами. Второй вопрос, возбужденный Ландманом, — закупка угля, думаю, что будет очень трудный вопрос ввиду недостатка такового во Франции. Весь имеющийся уголь распределяется особой международной комиссией в Париже, которая разрабатывает проект закупки угля в южной России, и вошла в сношения по этому вопросу с Деникиным. Благоволите телеграфировать: желательна ли организация добровольческого бельгийского отряда. Если окажется необходимым, то какие материальные условия могут быть предоставлены добровольцам; желательно ля изыскать вооружение и снабжение добровольцев; каким образом может быть произведен платеж за содержание добровольцев, их обмундирование и прочее; каким образом полагаете организовать их перевозку в Архангельск? Имеются предложения бельгийской фирмы на покупку до трех тысяч автоматических девятиразрядных пистолетов по цене 65 франков, желательна ли их покупка?

Прежбиано.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, Д. № 5, Л. 7.

** Так в подлиннике.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген, Миллеру, 14 октября 1919 г.*

Капитан Поллудан выезжает с командой в 30 человек. Условие заключил на основании телеграммы Квецинского № 623. Поллудан обязан до 1 декабря перевезти в Архангельск 2 роты и пулеметное отделение, всего 500 человек. Еще 500 обещает после 1 декабря. Необходимо предупредить консула Нардэ, чтобы встретил, отправил к нам. Наблюдение за Бюро здесь, возьмет на себя Потоцкий, обо всем сообщено Кандаурову**, который поможет в Стокгольме.

 Потоцкий.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, д. № 3, л. 60.

** Полк. ген. штаба, с 1917 г. военный агент в Стокгольме.

 

Из телеграммы военного агента в Копенгагене Потоцкого ген. Миллеру, 15 октября 1919 г.*

В Лондон прибыл генерал Добржанский, организатор галичан и русских крестьян в Америке. Добржанский предлагает до 2 500 надежных добровольцев этой категории. Четырнадцатого выехал в Лондон на несколько дней, и если перевозку можно наладить, донесу телеграммой об условиях. Хочу в Лондоне организовать пропаганду и давать статьи в прессу о Севере, чтобы парализовать вредную полемику газет...

 Потоцкий.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1. д. 3, л. 61.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген. Миллеру, 15 октября 1919 г.*

Получил сведение, что предположено высадить английские войска, вывезенные из Архангельска, в район армии генерала Юденича. Английские солдаты недовольны эвакуацией и английское правительство хочет использовать их настроение для оказания содействия при операциях против Петрограда и заодно изолировать немецкое влияние. Прошу передать в Омск.

 Потоцкий.

*  Там же, л. 62.

 

Телеграмма ген. Миллера военному агенту в Париже ген. Щербачеву, 17 октября 1919 г.*

Сообщаю условия, на которых приглашаются добровольцы из Англии: продовольствие, обмундирование, снаряжение, вооружение, те же, что были в английской армии, за наш счет. Пенсии за увечье и семьям те же, что в русской армии. Жалование командного состава добровольческих частей, соответственно получавшемуся англичанами в Сев. экспед. корпусе: командиру батальона — 5 000 общегосударственных рублей, майору — 4500, капитану — 4 000, лейтенанту — 2 800. Солдатским чинам от 1 200 до 775 рублей в месяц. Семейным солдатам дополнительно 200 рублей. Дорога в обе стороны за наш счет. Эти условия были сообщены  Ермолову и английскому офицеру, взявшемуся составить добровольческую бригаду с полным подчиненном русской военной власти и ответственностью перед русским военно-окружным судом.

 Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, Д. № 13, Л. 244.

 

Телеграмма Базили из Парижа ген. Миллеру, 22 октября 1919 г.*

Французское правительство ответило, что оно не имеет возможности отправить из имеющегося здесь недостаточного наличия выстрелов 75 и 155-миллиметровых. Вместе с тем сообщается, что французский военный агент на Мурмане получил инструкцию сдать русским властям раньше своего отбытия во Францию требуемые вами боевые припасы из складов, находящихся в экономии. Одновременно французское правительство указывает на возможность нахождения таких же боевых припасов в румынских складах на Севере. О результатах наших сношений с румынским представителем по этому вопросу обязательно вам немедленно телеграфно сообщу.

Базили.

* ЦГАОР, ф, 17, оп. 1, 1919 г., д. № 13. л. 253.

 

Телеграмма военного агента в Бельгии Прежбиано ген. Миллеру 27 октября 1919 г.*

Б виду необходимости при начале вербовки быть обеспеченным денежными средствами и невозможности точно определить заранее сумму расхода прошу о срочном переводе аванса и 100 тыс. франков в Брюссель. Приблизительно, полагаю, обмундирование и первоначальные расходы будут около 500 франков на человека. Содержание, впредь до отправки, надеюсь устроить в кредит у бельгийского правительства.

Телеграфируйте, какое количество добровольцев желательно.

Прежбиано.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, Д. № 55, л. 10.

 

Телеграмма наштасева Рецинского военному агенту в Бельгии Прежбиано, 1 ноября 1919 г.*

По вашей телеграмме от 27 октября Главкосев признает желательным иметь первоначально до одной тысячи человек добровольцев.

Наштасев Рецинский.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, Д. № 55, л. 14.

 

Телеграмма наштасева Рецинского военному агенту в Брюсселе Прежбиано, 6 ноября 1919 г.*

Главкосев приказал просить вас принять все меры к подысканию тоннажа для доставки из Англии бригады добровольцев, примерно до 2500 человек. Желательно получить тоннаж и кредит за счет общего государственного долга.

 Наштасев Рецинский.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1, д. № 5, л. 16.

 

Телеграмма военного агента в Бельгии Прежбиано ген. Миллеру, 11 ноября 1919 г.*

Бельгийское правительство уступило мне за счет государственного долга 50 траншейных мортир типа Делатр и к ним 15 тыс. снарядов. Мортиры эти легко переносимы. Кроме того могу получить некоторое количество аэропланов разных германских типов. Подыскать охотников летчиков бельгийцев возможно. Желательна присылка специалиста, знающего условия работы на Севере для приема; знание французского языка необходимо. Ландман рекомендует летчика Туманова.

Прежбиано.

* ЦГАОР, ф. 17. оп. 1, д. № 5, Л. 25.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген. Миллеру, 12 ноября 1919 г.*

Из польских кругов сообщают, что генерал Маннергейм проехал в Варшаву для переговоров об установлении единого фронта для совместного наступления против красных.

Потоцкий.

* Там же, д. № 3, л. 70.

 

Телеграмма ген. Миллера военному агенту в Копенгагене Потоцкому, 15 ноября 1919 г.*

Наши пароходы прибудут за добровольцами приблизительно 1 декабря на 300 чел. и 15 декабря на 300 чел. Более точные сроки будет телеграфировать нам следующий с первым пароходом капитан Голосов. Направляйте добровольцев в Берген русскому консулу к указанному сроку времени. Поллудану указано быть осторожней.

Миллер.

* Там же, л. 72.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген. Миллеру, 26 октября 1919 г.*

Из весьма осведомленного источника сообщают: 23 октября в Гельсингфорсе должно было быть заседание Государственного совета, на котором обсуждалась возможность участия в действиях против Петрограда Финляндии. Английский посланник должен был принять участие в заседании. Ожидается приезд генерала Маннергейма, симпатии коего нам (искренни), он развивает русские идеи и готов обратиться с призывом к вольным стрелкам, приняв над ними командование. Положение должно выясниться в течение ближайших дней.

Прошу передать в Омск.

Потоцкий.

* Там же, л. 66.

 

Из письма военного агента в Париже Щербачева ген. Деникину, 15 ноября 1919 г.*

Милостивый государь Антон Иванович.

...Переходя к отношению союзников к русскому вопросу, приходится сказать, что оно оставалось до самых последних дней все тем же неопределенным и расплывчатым, с случайными и частичными декларациями отдельных министров. 8-го же ноября н. ст. Ллойд- Джордж удивил всех заявлением о желательности скорейшего мирного разрешения русских внутренних конфликтов. Это заявление встревожило всех, ввиду совпадения с новыми мирными предложениями советского правительства. И в печати и в парламентских кругах явилось опасение за возможность новой попытки в роде Принкипо*. Б тот же день я был уведомлен, что французское правительство категорически осуждает высказанное Ллойд-Джорджем предположение, а парламентские деятели отправились к уезжавшему вечером 8 ноября в Лондон Пуанкаре и поручили ему решительно противиться каким бы то ни было попыткам сближения или компромисса с большевиками. Аналогичные инструкции были даны Клемансо, сопровождающему Пуанкаре.

Б результате, в Лондоне состоялось международное совещание, на котором вынесено решение, в силу которого ни одно союзное правительство не приступит к переговорам с Россией доколе не будут достигнуты следующие основные условия:

1) Уничтожение Советов, 2) роспуск Красной армии, 3) созыв совещания земских организаций и Учредительного собрания.

Ллойд-Джордж на следующий же день, т. е. 13 ноября, сделал в Палате общий соответственное разъяснение, сказав, что не имел вовсе ввиду никаких переговоров с большевиками, а только лишь выразил надежду на быстрейшее превращение кровопролития и решение русского вопроса. Русский вопрос, добавил он, будет обсуждаться на специальной конференции представителей союзников, в которую должны быть также внесены неразрешенные до сего времени мирным конгрессом вопросы, как турецкий и т. д.

Относительно помощи антибольшевистским правительствам Ллойд-Джордж прямо заявил, что новых прошв намеченной ранее программы каких бы то ни было пособий английское правительство, ввиду трудного финансового положения, дать не может.

Щербачев.

* Там же, д. № 5, лл. 96 — 97.

** Имеется в виду предполагавшаяся конференция на Принцивых островах в Мраморном море. 23 января 1919 г. было получено предложение Америки и Англия о созыве конференции для разрешения «русского вопроса», путем соглашения между Советским правительством и белогвардейскими правительствами, существовавшими тогда на территории ССОР.

Советское правительство нотой от 4 февраля выразило согласие на участие в конференции, но Колчак, Деникин и др. отказались от участия, и конференция, таким образом, не состоялась.

 

Из телеграммы ген. Миллера в Париж Сазонову, 17 ноября 1919 г.*

Последние заявления Ллойд-Джорджа заставляют опасаться, что Северная армия лишена будет обещанной материальной помощи. Задержка в присылке наших ледоколов усугубляет мое беспокойство. Северная область в отношении всякого военного снабжения всецело зависит от ввоза извне, для чего нужны ледоколы и подвоз необходимого военного имущества, списки коего сообщены Саблину. Нужда в ледоколах, угле и особенно зимнем обмундировании — шубы, мундиры, теплые перчатки, — достигла большой остроты и дальнейшая задержка в прибытии ледоколов и в снабжении солдат зимней одеждой неминуемо отразится на численности армии, твердости ее настроения и ее боеспособности. После революции у нас не армия, а милиция, лучшее материальное обеспечение продовольствием и одеждой, по сравнению с большевиками, является наиболее лучшим союзником.

Миллер.

* ЦГАОР, ф. 17, on. 1. д. № 13, л. 276.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген. Миллеру, 25 ноября 1919 г.*

Поллудан обязался доставить 500 человек к 1 декабря: это выполнено быть не может, лично я воздействовать не могу — уже началась в прессе кампания против вербовки. Делаю всякие уступки, выдаю авансы.

Потоцкий.

* ЦГАОР, ф. 17, д. № 3, л. 79.

 

Тепеграмма военного агента в Финляндии ген. Гулевича ген. Миллеру, 10 декабря 1919 г.*

Могу командировать 600 чел. Путевые [исходы каждого 1000 марок и 1000 рублей. Кредит имеется 10 тыс. марок, ныне ассигнованных, и старого остатка 20 тыс. марок, что допускает отправку 20 человек. Для дальнейшей отправки ассигнуйте 500 тыс. марок и 500 тыс. рублей.

Гулевич.

* Там же, д. № 5, л. 51.

 

Из телеграммы ген. Квецинского военному агенту в Копенгагене Потоцкому, 12 декабря 1919 г.*

Капитану Поллудан: «Право организации в Скандинавии добровольцев сохранено за вами в полной мере. Объявленные приказом главнокомандующего правила приема иностранных добровольцев, относящиеся хотя и ко всем нациям без исключения, тем не менее не нарушают вашего договора, ибо не предусматривают никакой организации в Скандинавских странах. Прибывающих же в Архангельск хотя бы и из Скандинавии добровольцев полезных для обороны области главнокомандующий не считает возможным отправлять обратно на родину только потому, что они не прошли через ваше бюро, и эти люди будут зачисляться на русскую службу».

Подтверждая, что исключительное право организации добровольческой помощи скандинавским добровольцами предоставлено капитану Поллудан, главкосев не видит нарушения условий в приеме в состав русских войск отдельно приехавших в область шведов.

Квецинский.

* Там же, д. № 3, л. 88.

 

Телеграмма военного агента в Бельгии Прежбиано ген, Миллеру, 15 декабря 1919 г.*

Благоволите приказать Лондону и Парижу уведомить меня заблаговременно о всех судах идущих в Архангельск, с указанием числа людей, могущих быть отправленными, и количества груза, [которое могут] принять на борт. Затрудняюсь заключить контракт с добровольцами, не имея уверенности в возможности отправить. Крайне опасаюсь, что задержка в отправке уже нанятых людей, отказавшихся для поездки от другого заработка, вызовет среди них неудовольствие, тем более, что я соглашаюсь считать срок службы лишь только с момента отправки, отказываясь выдавать деньги за сидение в Бельгии. При промедлениях возможны нападки прессы, которые не только погубят дело, но пошатнут общее положение агентуры.

 Прежбиано.

* Там же, д. № 5, л, 58.

 

Из телеграммы военного агента в Бельгии Прежбиано ген. Миллеру, 2 января 1920 г.*

Первый отряд добровольцев около 120 человек, при трех-четырех офицерах, готов к отправке и я должен был принять его на русское жалованье с 1 января, причем мною выдается лишь только аванс, желательно отправить людей возможно срочно, необходимо обмундирование; достать в кредит у бельгийского и американского правительств не удалось, придется купить в частных руках, что будет стоить не менее 200 франков на человека. Телеграфируйте покупать ли таковое, и в утвердительном смысле перевести не менее двухсот тысяч бельгийских франков, в виду недоверия к стоимости русских денег, все требуют обеспечения роста в валюте на основании сообщения из Парижа. Есть ли у вас необходимое вооружение для людей? По вопросу авиационного имущества, таковое уступают за государственный долг, подробности условия выясняю и телеграфирую дополнительно.

Прежбиано.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, д. № 5, л. 61.

 

Телеграмма ген. Миллера военному агенту в Брюсселе Прежбиано, 8 января 1920 г.*

Обмундирование нужно получить в счет государственного долга. Таких сумм для перевода не имею; дальнейший приток добровольцев приостановите, если нельзя получить в кредит обмундирования, а для принятых на службу израсходуйте 24 тыс., из полученных вами 100 тыс. на отправку добровольцев. Саблин уведомил, что перевозка на русских судах из Англии будет даром, придется платить лишь за продовольствие в пути. Наши ресурсы в валюте крайне ограничены. Вооружение имеем. Очень благодарю за авиационное имущество, непременно нужны запасные части,

Миллер.

* Там же, л. 63.

 

Сообщение Отдела иностранных дел генерал-квартирмейстеру штаба главнокомандующего, 11 января 1920 г.*

В ответ на отношение от о января с. г.** Отдел иностранных дел имеет честь сообщить, что по вопросу об иностранцах и их роли и влиянии в политической жизни Северной области он считал бы желательным передать, для осведомления правительства Южной России, нижеследующее:

Со времени эвакуации области союзными войсками иностранный элемент сколько-нибудь значительной роли в политической жизни не играет и заметного влияния на ход событий не оказывает. После того, как в ноябре 1918 г. сформировалось в Сибири временное всероссийское правительство и русская политическая жизнь стала тяготеть к этому новому центру, союзные иностранные государства, видимо, соответственно учли этот момент и, отозвав из Архангельска своих послов, — последним из их числа отбыл представитель Англии г. Линдлей в феврале 1919 г., — оставили здесь лишь весьма ограниченный персонал посольств с первыми секретарями во главе, в качестве поверенных в делах. В наступивший вслед за этим период времени ясно выявилось господствующее влияние Великобритании, обладавшей наибольшим числом войск, в то время как контингенты других союзников, несмотря на их крайнюю незначительность, начали постепенно еще больше уменьшаться. Такое положение продолжалось вплоть до самой эвакуации союзников в конце сентября, которая под влиянием английского командования была проведена в несколько большем даже масштабе, чем это можно было бы предполагать, так как англичане настояли не только на выезде всех союзных граждан, но и понуждали к эвакуации подданных близких к области Скандинавских стран, за которыми был прислан специальный пароход в сопровождении норвежского военного судна.

Само собой разумеется, что все иностранные дипломатические представители покинули Архангельск; мало того, существовавшие здесь, английское и американское штатные консульства совершенно закрыты, равно как прекратили деятельность временные консульства Франции, Италии, Китая, Выехал из Архангельска даже местный старожил норвежский генеральный консул, проведший здесь свыше двадцати лет службы. Таким образом с уходом иностранных войск все иностранное представительство в Северной области свелось к нештатным временным консульским агентствам Норвегии, Швеции и, по какому-то недоразумению, Бельгии в Архангельске и французского консульского агента в Мурманске; в Мурманск после того вскоре прибыл агент Финляндии на правах консула. Деятельность этих случайных агентов выражается лишь в исполнении самых незначительных консульских обязанностей, ни на какую более крупную роль они не претендуют. Вскоре должен отбыть отсюда бельгийский агент, которому здесь делать нечего. Таким образом, можно сказать, что Северная область лишена иностранного представительства и в отношении ее со стороны иностранцев принято пока выжидательное положение.

Несмотря на происшедший как бы перерыв сношений с иностранцами Северной области, в силу ее полной зависимости как в военном, так и продовольственном отношениях от снабжения извне, приходится обращаться через наших дипломатических представителей за границей к правительствам главным образом Англии, Франции и Америки, хлопоча о пополнении запасов всякого рода военных материалов. Одновременно при помощи наших торговых агентов ведутся переговоры о доставлении необходимых области продуктов питания и таких основных предметов потребления, как например уголь, без которого Архангельск, в особенности в зимнее время, был бы лишен средств сообщения с Западной Европой и с Мурманском, служащим складочным местом доставляемых в область припасов.

С момента оставления края союзниками добывание за границей необходимого снабжения встречается в общем с неблагоприятными условиями и сопровождается крайними затруднениями, так как, невидимому, по крайней мере, в настоящее время, приходится пока отказаться от надежды получить что-либо на льготных основаниях, то есть в счет государственного долга России или хотя бы в долгосрочный кредит. Все требования на какие бы то ни было предметы принимаются, или за наличный расчет в валюте {в Англии), или встречаются с требованием покрытия стоимости нужных грузов ценным ныне сырьем (во Франции), или, в лучшем случае, удовлетворяются с предоставлением некоторой рассрочки платежа (в Америке). Между тем имевшаяся в распоряжении Северной области валюта близится к истощению, новых источников ее получения не предвидится, за исключением леса, что же касается экспортных товаров, то все, что имелось в Архангельске на складах и все, что могло интересовать иностранцев, было ими вывезено в минувшем году почти что безвалютно, примерно на сумму 4 мил. ф. ст.

По вопросу о влиянии иностранцев на экономическую жизнь Северной области Отдел будет в состоянии доставить сведения по получении отзыва Отдела финансов, торговли и промышленности, с которым делается сношение.

Управляющий канцелярией (подпись).

* Там же, лл. 89 — 90.

* Там же, л. 88.

 

Телеграмма военного агента в Бельгии Прежбиано ген. Миллеру, 14 января 1920 г.*

Обмундирование, ружья за счет кредита у частных лиц достать, конечно, нельзя. Правительство дать таковые отказалось, в виду отсутствия запасов. Попытаюсь достать русское обмундирование из русской базы во Франции. Что касается перевозки, то таковая бесплатна, но продовольствие стоит из Англии в Архангельск для офицеров — 12 фунтов, для солдат — семь. Курс фунта выше 42 франков. Продолжить дело без дополнительного аванса невозможно, так как, кроме расходов но отправке, расходую на содержание рекрутского бюро и на телеграммы в Архангельск. В виду политического и военного положения России доверия к русскому рублю нет, рубль стоит лишь только несколько сантимов, потому пришел к заключения гарантировать добровольцам минимальный курс рубля, считая фунт равным 80 рублям, как мне было указано Парижем, который сообщил для руководства копию контрактов, заключаемых с чехословаками для Севера. Без подобной гарантии ни одного не пошло бы и все дело имело бы несерьезный вид.

Доверенный Ландмана господин Ламинг сообщил мне, что достать тоннаж для перевозки угля без уверенности обратного фрахта невозможно, цены на уголь с каждым днем растут, одна цена фрахта в Мурманск без страховки 110 шиллингов тонна.

Остроградский отказывается принять уголь на имеющиеся у него пароходы, при чем он сообщил Дмитриеву, что им выполнена вся угольная программа Северной области. В виду этого полагал бы желательным довести хотя бы одно дело до благополучного конца, а потому испрашиваю вашего разрешения использовать находящиеся и Париже 020 тыс. на окончательную организацию и снаряжение добровольцев. Что касается до аэропланов, то таковые принимаются со всеми запасными частями, пулеметами, радиостанциями и проч.

 Прежбиано.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, Д. № 5, л. 66.

 

Телеграмма военного агента в Копенгагене Потоцкого ген. Миллеру, 20 января 1920 г.*

В Париже принято решение снять блокаду с большевиков, немедленно можно ожидать шагов к заключению мира между Антантой и большевиками. Если бы была признана в Париже и Лондоне полная самостоятельность Северной области, то в случае мира край был бы обеспечен от нашествия большевиков. Позволю себе советовать дать указание нашим представителям в этом смысле, так как усиление области войсками Юденича вряд ли исполнимо в краткий срок и без затруднений.

 Потоцкий.

* Там же, Д. № 3, л. 119.

 

Телеграмма Квецинского военкому агенту в Бельгии Прежбиано, 20 январи 1920 г.*

Достать обмундирование из русской базы во Франции чрезвычайно желательно. Приложите для этого все усилия. Дополнительный аванс отпущен быть не может, добровольцев возможно принимать лишь в пределах 100 тыс. франков, как то сообщалось вам телеграммой моей 12 января.

Гарантировать курс рубля возможно лишь, пока добровольцев будет немного, при большем количестве их, область на себя такого обязательства взять не может. Парижские 620 тыс. использованы быть не могут, так как они расходуются по указанию Лондона. Сообщите когда предположена отправка авиационного имущества.

 Квецинский.

* ЦГАОР, ф. 17, оп. 1, Д. № 5, л. 83.

 

Телеграмма военного агента в Бельгии Прежбиано ген. Миллеру, 28 января 1920 г.*

В виду невозможности организовать что-либо на имеющиеся средства, прекратил вербовку, отправляю уже законтрактованных и организованный авиационный отряд, привлекаю преимущественно русских летчиков. Командование отрядом поручено летчику Лариновскому; первые четыре аппарата будут готовы к отправке в начале февраля. Погуляев обещал прислать необходимый тоннаж.

Прежбиано.

* Там же, л 75.

 

Телеграмма Квецинского военному агенту в Копенгагене Потоцкому, 2 февраля 1920 г.*

По имеющимся сведениям, среди офицеров Вермонта имеется много ненадежного элемента, политиканствующих. Северной области нужны офицеры исключительно надежные, дельные, добросовестные служаки, вне политики. Телеграфируйте, сколько офицеров можно отобрать требуемых качеств. Благоволите едущих предупредить, что северная армия построена на строгих законах дисциплины и поряди, нарушение которых сурово карается.

 Квецинский.

* Там же, д. 3, л. 109.