Содержание материала

 

ГЛАВА VII.

МАРКС И «ПЕРМАНЕНТНАЯ» РЕВОЛЮЦИЯ.

Известно, что термин «перманентная» революция заимствован Парвусом и Троцким у Маркса. В нескольких работах Маркса («Гражданская война во Франции», «Обращение к Союзу Коммунистов» в 1850 г.) мы неоднократно встречаем этот термин.

На примере парвусистов мы увидим ниже, что перед нами классический образец того, как иногда в одни и те же слова можно вложить совершенна различное содержание.

Что вкладывал Маркс в понятие «непрерывная революция»? Дабы понять это, нужно прежде всего перенестись в ту обстановку, когда Маркс писал те из своих произведений, в которых встречается данный термин. Произведения эти посвящены, главным образом, подытоживанию опыта великой Французской революции и ряда революций 1848 года. Если вдуматься в то, что писал Маркс — отчасти и Энгельс — в те времена, то станет совершенно ясно, что они вкладывали в этот термин следующее: во-первых, они хотели с помощью этой формулы описать то, что в тех же, а также и в других произведениях ими не раз называлось «восходящей» линией революции, в отличие от «нисходящей» линии революции; во-вторых, совершенно ясно, что, употребляя понятие «непрерывная революция», Маркс и Энгельс близко подходили к тому, что у Ленина впоследствии получило более отчетливое выражение в формуле «перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую».

Это становится вполне ясным, если вдуматься в один из важнейших документов по истории марксизма — «Обращение Маркса к Союзу Коммунистов» в 1850 г. В этом документе, если хотите, содержится в концентрированном виде вся тактика революционного марксизма, а тем самым в значительной мере и тактическая часть ленинизма. В этом документе сделана попытка по свежим следам неостывших событий, непосредственно после ряда движений 1848 — 49 гг. проследить взаимоотношения революционного пролетариата и мелкой буржуазии и наметить тактику первого по отношению ко второй. Если в 1847 — 48 г. и в начале 1849 г. Маркс и Энгельс одной рукой строили международную организацию пролетариата, писали «Коммунистический Манифест», а другой редактировали «Новую Рейнскую Газету»; если в это время творцы научного социализма считали возможным прямо входить в организации революционной буржуазной демократии, в ее боевые дружины и т. п. — то в 1850 г., когда заканчивается известный цикл общественного развития, Маркс, подводя итоги закончившемуся периоду и извлекая уроки из него, намечает уже несколько иную тактику по отношению к мелкой буржуазии, все больше отслаивающейся от молодого класса, выходящего на историческую арену, — от пролетариата.

Уже в «Борьбе классов во Франции» Маркс, подытоживая опыт революционного движения 48 — 50 гг., писал:

«Пролетариат,... все больше группируется вокруг революционного социализма, коммунизма, который сама буржуазия окрестила именем Бланки. Этот социализм есть не что иное, как перманентная революция классовая диктатура пролетариата (подчеркнуто нами. Г. З.), как необходимая переходная ступень к отмене всяких классовых различий, отмене всех производственных отношений, на которых покоятся эти различия, к отмене всех общественных отношений, соответствующих этим производственным отношениям, к перевороту всех идей, вытекающих из этих общественных отношений»1.

Здесь Маркс употребляет термин «непрерывная революция» как формулу, почти совпадающую с понятием социализма вообще или с понятием революционной борьбы за социализм.

Но заглянем в «Обращение Центрального Комитета Союза Коммунистов» (1850 год). Здесь мы имеем уже гораздо большее приближение к тому, что мы сказали выше: непрерывная революция совпадает здесь: 1) с восходящей линией революции вообще и 2) с перерастанием буржуазно-демократической революции в социалистическую2. Следующие строки из этого документа подтвердят высказанную мысль:

 «В то время как демократические мелкие буржуа хотят с проведением возможно большего числа вышеуказанных требований наиболее быстро закончить революцию, наши интересы и наша задача заключаются в том, чтобы сделать революцию непрерывной до тех пор, пока все более или менее имущие классы не будут устранены от господства, пока пролетариат не завоюет государственной власти, пока ассоциации пролетариев не только в одной стране, но и во всех господствующих странах мира не разовьются настолько, что конкуренция между пролетариями этих стран прекратится, и пока, по крайней мере, решающие производительные силы не будут сконцентрированы в руках пролетариев. Для нас дело идет не об изменении частной собственности, а об ее уничтожении, не о затушевывании классовых противоречий, а об уничтожении классов, не об улучшении существующего общества, а об основании нового общества»3.

Итак, необходимо сделать революцию непрерывной до тех пор, пока все более или менее имущие классы один за другим не будут устранены, сначала — Феодальная аристократия, затем — крупная буржуазия, затем и мелкая буржуазия. И притом не в одной только, а во всех странах. Мы видим, что «непрерывная революция» под пером Маркса в другой Формулировке получает то же самое значение, что и революция, развивающаяся по восходящей линии, — революция, которая начинает, так сказать, с малого, затем приобретает все больше и больше сил, поднимается все на новые и новые ступени, устраняет сначала буржуазию, а затем и мелко-буржуазное государство.

В этом же документе Маркс более точно характеризует и тактику, которую молодой пролетариат должен вести по отношению к мелкой буржуазии. Он делает это в следующей, в высшей степени ясной и наглядной форме:

«Они (т.-е. коммунисты. Г. З.) должны доводить до крайних пределов предложения демократов, которые во всяком случае будут выступать не революционно, а лишь как реформисты; они должны превращать эти требования в прямые нападения на частную собственность. Так, например, если мелкие буржуа предлагают выкупить железные дороги и Фабрики, рабочие должны требовать, чтобы эти железные дороги и фабрики, как собственность реакционеров, были конфискованы без всякого вознаграждения. Если демократы предлагают пропорциональные налоги, рабочие должны требовать прогрессивных; если сами демократы предлагают умеренно-прогрессивные налоги, рабочие должны настаивать на налоге, ставки которого растут так быстро, что крупный капитал при этом должен погибнуть; если демократы требуют регулирования государственных долгов, рабочие должны требовать государственного банкротства. Следовательно, требования рабочих всюду должны будут сообразовываться с уступками и мероприятиями демократов»4.

Здесь та же мысль Маркса о «перманентной революции» выражена тактически: если революция будет итти по линии восходящей, т.-е. если буржуазно-демократическая революция будет перерастать в социалистическую, — то тактика рабочих, возглавляемых коммунистами, должна быть именно такова, как она охарактеризована Марксом в приведенных выше словах. Совершенно кратко эта мысль Формулирована Марксом так:

«Отношение революционной рабочей партии к мелкобуржуазной демократии таково: она борется вместе с нею против той фракции, к низвержению которой она стремится; она выступает против нее во всех случаях, когда она сама хочет упрочиться»5.

В этих замечаниях, набросанных Марксом по свежим следам событий 1848 — 50 гг., в зародыше содержится, повторяем, вся тактика революционного марксизма, а постольку в значительной мере и тактическая часть ленинизма.

Интересно будет сопоставить сказанное с ходом мыслей у Энгельса в его письме к Бернштейну от 27 августа 1883 г., опубликованном недавно в «Архиве К. Маркса и Энгельса» под редакцией Д. Рязанова.

 «У нас, — пишет Энгельс применительно к Германии, — первым непосредственным результатом революции по форме точно также может и должно быть не что иное, как буржуазная республика. Но здесь это будет только короткий переходный момент, так как мы, к счастью, не имеем чисто республиканской буржуазной партии. Буржуазная республика, может быть, с прогрессивной партией во главе, сперва послужит нам, чтобы завоевать большие массы рабочих для революционного социализма. Это будет проделано в год или два и поведет к разрушению и самоуничтожению всех, кроме нас, еще возможных промежуточных партий, и только тогда мы можем взяться с успехом за дело.

«Большая ошибка немцев заключается в том, что они представляют себе революцию как нечто такое, что может быть закончено за ночь. На самом деле она представляет длящийся многие годы процесс развития масс с ускоренным темпом движения. Всякая революция, которая была закончена за ночь, устраняла только уже заранее безнадежную реакцию (1830), или же вела прямо к противоположному в сравнении с тем, к чему стремились ее участники (1848 г. во Франции)»6.

С одной стороны, Энгельс говорит, что буржуазная республика в Германии продержалась бы только один-два года, что за это время рабочие могли бы уже накопить силы для перехода к социализму. Это — отзвук старых оценок, которые оказались неверными: Маркс и Энгельс, как известно, ошибались именно в вопросе о сроках. Зато, с другой стороны, в заключительной части, мы видим уже вполне зрелую постановку вопроса: всякая глубокая революция представляет собою длящийся многие годы процесс и притом процесс развития самих масс с ускоренным темпом движения. Эта последняя формула очень близко подходит к ряду формул, которые давал Ленин не раз после Октябрьской революции, когда указывал, что «переваривание опыта революции есть в значительной мере сама революция», что процесс перерождения масс в революции длится долгие годы.

Этих мест достаточно для того, чтобы подтвердить выставленные нами в начале главы два тезиса.

Первый: формула «перманентной революции» у Маркса означала больше всего подытоживание опыта великой Французской революции и революций 1848 г.; эта Формула часто означала для Маркса то же, что он имел в виду, говоря о развитии революции по восходящей линии.

Второй: — в этой Формулировке Маркс близок не к Парвусу — Троцкому, а как раз к толкованию марксизма Лениным — к мысли, неоднократно высказывавшейся Лениным, — о перерастании буржуазно-демократической революции в социалистическую. Описание и анализ процесса отделения рабочего класса от мелко-буржуазной демократии есть в основе идея (впоследствии развитая Лениным) о перерастании буржуазно-демократической революции в социалистическую.

Это отступление было необходимо для того, чтобы мы могли подойти к вопросу о том, какое же понимание вкладывали в «теорию» перманентной революции Парвус и Троцкий.

Примечания:

1 Взято у Рязанова: «Очерки по истории марксизма», стр. 479 — 480.

2 «Маркс и Энгельс, — писал в 1905 году Ленин, — в 1850 году не различали демократической и социалистической диктатуры, или, вернее, вовсе не говорили о первой, ибо капитализм казался им дряхлым, а социализм близким... Маркс и Энгельс в 1850 г. считали социализм близким и потому не дооценивали демократических завоеваний, которые казались им вполне прочными, в виду несомненной победы мелко-буржуазной демократической партии... Если бы Маркс и Энгельс понимали неизбежность сравнительно продолжительного господства демократического строя, то они тем больше значения придавали бы демократической диктатуре пролетариата и крестьянства» (И. Ленин. «Собр. соч., т. VI. «О временном революционном правительстве», стр. 214, 215).

«Когда разразилась Февральская революция, все мы в своих представлениях об условиях и ходе революционных движений находились иод властью прежнего исторического опыта, особенно опыта Франции. Как раз она господствовала над всей европейской историей с 1789 года... История показала, что мы и все, мыслившие подобно нам, были неправы. Она ясно показала, что тогдашний уровень экономического развития на континенте далеко еще не достаточен для того, чтобы устранить капиталистический способ производства». Так писал Ф. Энгельс в 1Я95 г. во «Введении» к историческим работам Маркса.

3 К. Маркс и Ф. Энгельс, «Исторические работы». ГИЗ, стр. 501.

4 К. Маркс и Ф. Энгельс, «Исторические работы». ГИЗ, стр. 507.

5 Там же, стр. 500.

6 «Архив К. Маркса и Ф. Энгельса». Ред. Д. Рязанова. Книга первая. ГИЗ. Москва, 1924. «Письма Ф. Энгельса к Э. Бернштейну», стр. 349.