Содержание материала

 

1. Создание и деятельность Литературной группы

В январе 1900 г.1 закончилась ссылка В. И. Ленина. Три года пребывания В. И. Ленина в Шушенском были заполнены напряженной теоретической работой. Особое место в ней отводилось разоблачению российских «критиков» Маркса — «легальных марксистов» и последователей западноевропейского оппортуниста Э. Бернштейна — «экономистов». В связи с этим В. И. Ленин продолжал углубленно разрабатывать учение о партии и всесторонне обдумывал план создания идейного и организационного единства Российской социал-демократической рабочей партии, образованной на I съезде РСДРП. В своих наметках В. И. Ленин исходил из опыта работы Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» и из оценки реального состояния социал-демократических организаций России. А обстановка в них была крайне тяжелой. Вскоре после съезда Центральный Комитет и Центральный орган были разгромлены царской охранкой. Почти одновременно прокатившаяся волна арестов чуть ли не целиком смела крупнейшие социал-демократические организации, существовавшие в России.

Сохранившиеся комитеты и группы партии вели работу на ощупь. У них не было единой программы и устава, которые служили бы фундаментом для их идейного и организационного сплочения, отсутствовала общая всем тактическая линия. Наступил «период разброда, распадения, шатания»2. Русская социал-демократия после I съезда, писал В. И. Ленин, как бы исчерпала на время свои силы и вернулась к прежней раздробленной работе отдельных местных организаций. Кустарщина разъедала российскую социал-демократию, эту, по меткому определению В. И. Ленина, рассыпанную храмину3. Налицо были признаки организационной отсталости и теоретической слабости групп и комитетов РСДРП. Не имея общего руководства и общего плана действий, они все более втягивались в местную деятельность, которая заслоняла от них тот факт, что сами-то они являются частью единого целого — Российской социал-демократической рабочей партии. Как рыба в сетях, бились пропагандисты и вся российская социал-демократия в тисках местной деятельности, лишенные перспективы общепартийной работы.

Положение усугублялось попытками некоторых социал-демократов не только оправдать эту слабость, но и возвести ее в принцип. В своих «учениях» «легальные марксисты» выхолащивали революционное содержание Марксова учения, ратовали за превращение социал-демократии из партии социальной революции в партию социальных реформ. На этих горе-марксистских теориях в российской социал-демократии взрастилось махровое оппортунистическое течение — «экономизм». Его последователи признавали борьбу пролетариата, но только за улучшение своего положения в рамках существующего строя, и как следствие этого не революционная политическая пролетарская партия, а общества взаимопомощи и стачечные кассы — вот организационный идеал российских последователей Бернштейна.

Глашатаями идей «экономистов» являлись журнал «Рабочее Дело» и газета «Рабочая Мысль» — орган Петербургского «Союза борьбы», в которой, как указывал В. И. Ленин, «экономизм» ясно вырисовывается как направление4.

Что касается местных изданий, то на них особенно отразились случайность и неподготовленность состава руководителей комитетов и групп. Не видя перспектив дальнейшей революционной работы, они не понимали того огромного вреда, который наносили «экономисты» социал-демократическому движению. Многие местные листки слепо шли за лидерами «экономистов», повторяя «зады» их «учения». Ярким примером тому служит «Profession de foi», выпущенный Киевским комитетом партии в 1899 г. Этот документ, указывал В. И. Ленин, свидетельствовал о двойственности и половинчатости Киевского комитета, который, с одной стороны, «хочет оставаться на почве издавна установленных основных принципов международной и русской социал-демократии, с другой — увлекается теми модными бернштенианскими словечками... из которых сплетаются такие модные произведения, как «Credo» и отдельное приложение к «Рабочей Мысли»»5. Узость взглядов Киевского комитета и их специфика полностью отразились на его организационных планах. Киевский комитет предлагал дождаться того счастливого времени, когда ««местные группы окрепнут, увеличатся численно, закрепят связи с рабочей средой»»6 , и только тогда строить партию.

«Экономизм» не был направлением, пассивно противостоящим революционной социал-демократии. Его последователи, используя разброд и шатания в РСДРП, проводили кампанию по идейному и организационному завоеванию комитетов партии. К концу 90-х годов они резко активизировали свою работу и усилили издательскую деятельность7, продукция которой всячески внедрялась в местные организации. Петербургский «Союз борьбы», Киевский, Екатеринославский, Одесский, а с весны 1900 г. и Московский комитеты находились в руках «экономистов». В Иваново-Вознесенске «Рабочая Мысль» и «Рабочее Дело» буквально заполонили организацию.

«Экономизм» стал основным препятствием на пути объединения РСДРП.

Было бы ошибкой считать, что возникновение и распространение «экономизма» в России ушло без противодействия со стороны революционной социал-демократии. В борьбе с нового, явленным течением самое активное участие принимал В. И. Ленин. В феврале 1897 г., когда еще рождался и складывался питерский «экономизм», В. И. Ленин и его соратники по Петербургскому «Союзу борьбы» в те несколько дней, которые получили перед отправкой в ссылку, участвовали в совещаниях с представителями нового состава «Союза борьбы». Здесь выявились серьезные разногласия по организационным и тактическим вопросам, и «старики» дали «молодым» первый бой. А. А. Якубова, входившая в 1893—1895 гг. в группу «стариков», отстаивала на совещании точку зрения «молодых», которые видели единственный выход в создании рабочих касс и усилении их деятельности. Б. И. Гольдман, в то время «молодой» член «Союза», поддерживал точку зрения В. И. Ленина и «стариков», настаивавших на укреплении «Союза борьбы», превращении его в организацию революционеров, которой должны быть соподчинены различные рабочие кассы, кружки для пропаганды среди учащейся молодежи и т. п.

«Мы протестовали лишь против образования рядом с комитетом и независимо от него отдельных «рабочих комитетов» и т. п. групп,— писал Б. И. Гольдман в 1903 г.,— а также против всякого представительства этих групп в комитете. Все подгруппы — агитационные, пропагандистские, технические и другие — должны организовываться комитетом и затем непосредственно зависеть от него»8. В. И. Ленин, редактировавший эту заметку, сделал вставку, в которой подчеркивал: «Всех рабочих, ставших сознательными социал-демократами, надо непременно вводить, и как можно в большем числе вводить, в эти подгруппы комитета и в самый комитет. Но отдельное представительство рабочих союзов как таковых (т. е. как профессиональных или чисто стачечных организаций) в комитете противоречит основным принципам революционной организации»9 . Тогда «старики» считали, что это расхождение временное, единичное, что оно исчезнет в процессе революционной работы. Однако развитие российского социал-демократического движения показало, что для ликвидации проявившихся разногласий нужна самая решительная и довольно длительная борьба.

Летом 1899 г. В. И. Ленин получил прямое подтверждение активизации «экономистов», выступивших уже со своей особой платформой, ревизующей основные положения марксизма. В одну из своих поездок в Петербург весной 1899 г. А. И. Елизарова-Ульянова через книгоиздательницу А. М. Калмыкову, тесно связанную с социал-демократическими кругами, получила копию документа, который содержал основные взгляды представителей «критического» направления в российской социал-демократии. Составленный людьми, не работавшими в социал-демократических организациях, но имевшими, по словам А. М. Калмыковой, влияние на «молодых» членов Петербургского «Союза», документ был переписан А. И. Елизаровой- Ульяновой химическим составом и послан В. И. Ленину.

Появление «Credo» подтвердило жизненную потребность защиты марксизма и жестокой борьбы с новым направлением в российской социал-демократии за чистоту и революционность ее рядов. Авторы «Credo» пытались подвести историческую и теоретическую базу под деятельность «экономистов», а в организационном вопросе отрицали необходимость самостоятельной пролетарской партии, считая ее продуктом переноса «чужих задач, чужих результатов на нашу почву»10

Принципиальная оценка документу «экономистов» была дана В. И. Лениным в написанной им резолюции, известной под названием «Протест российских социал-демократов», или «Протест 17-ти»11. В ней В. И. Ленин подчеркнул, что осуществление программы «Credo» «было бы равносильно политическому самоубийству русской социал-демократии»12 . Поэтому, призвав всю российскую социал-демократию объявить беспощадную борьбу кругу идей, нашедших свое выражение в манифесте «экономистов», В. И. Ленин выступил в защиту теории революционного марксизма, поскольку только она является знаменем классового движения рабочих.

Особым гневом проникнуты строки «Протеста», в которых критикуется отношение «экономистов» к партии. В противоположность авторам «Credo» В. И. Ленин призвал русскую социал-демократию сосредоточить все свои силы на разрешении основной задачи данного периода — «на организации партии, укреплении дисциплины внутри ее и развитии конспиративной техники»13 .

Ленинский протест против манифеста российских бернштейнианцев обсуждался и был принят на собрании ссыльных Минусинского округа14.

«Протест 17-ти» приглашал «все группы социал-демократов и все рабочие кружки в России обсудить вышеприведенное «credo» и нашу резолюцию и высказать определенно свое отношение к поднятому вопросу, чтобы устранить всякие разногласия и ускорить дело организации и укрепления Российской социал-демократической рабочей партии»15.

Вскоре копии «Протеста» и «Credo» были пересланы в Туруханск Л. Мартову (Ю. О. Цедербауму), где местная колония политических ссыльных полностью солидаризировалась с ленинскими идеями.

Против «Credo» выступили также ссыльные социал-демократы в г. Орлове Вятской губернии16. «Протест 17-ти» вышел за пределы ссылки и получил сравнительно широкое для того времени распространение среди российских социал-демократов17.

Обсуждение «Credo», письма с мест, приходившие в Сибирь к В. И. Ленину, говорили о том, что, несмотря на разброд и шатания, многочисленные аресты, в социал-демократических комитетах оставались и росли здоровые силы, на которые можно было опереться в борьбе с оппортунизмом «экономистов», в сплочении разрозненных социал-демократических кружков в единую партию. Путям объединения партии были посвящены статьи В. И. Ленина «Наша программа», «Наша ближайшая задача» и «Насущный вопрос»18.

В первой из них В. М. Ленин выразил прямой протест против бернштейниады и поворота к оппортунизму в легальной литературе и петербургской «Рабочей Мысли». Во второй он призвал русских марксистов к организации «правильно выходящего и тесно связанного со всеми местными группами органа партии»19 , показав, что только благодаря ему можно преодолеть пороки, порождаемые кустарничеством. И наконец, в третьей статье В. И. Ленин раскритиковал наиболее распространенное в социал-демократических кругах мнение, что восстановление единства партии следует начинать не с постановки партийного органа, а с развития деятельности местных групп. Он показал, что в период разброда и шатаний укрепление местных групп неминуемо повлечет за собой еще более грандиозные провалы, сметающие разрозненные организации порознь. Как выход из; казалось бы. заколдованного круга В. И. Ленин предлагает создание революционной организации, способной противостоять карательной машине царизма. Только организация профессиональных революционеров, указывал В. И. Ленин, сумеет поднять организацию, дисциплину и конспиративную технику до высшей степени совершенства20, что явится ее важнейшим оружием и гарантией успешной революционной деятельности. Уже в этих статьях В. И. Ленин наметил основные положения своего плана объединения партии.

Проблемы выхода из создавшегося в российской социал-демократии тупика, которые волновали В. И. Ленина, как правило, обсуждались им совместно с товарищами по минусинской ссылке, а также в переписке с отбывавшими ссылку в Туруханском крае Ю. Цедербаумом и в Вятской губернии — А. Н. Потресовым. Вероятно, под влиянием этой переписки у него и возникла мысль о создании Литературной, или Инициативной, группы, которая провела бы в жизнь выношенные идеи.

Заручившись согласием А. Н. Потресова, В. И. Ленин в одном из писем Л. Мартову предложил заключить «тройственный союз» для борьбы с ревизионизмом и «экономизмом». При этом предполагалось войти в соглашение с группой «Освобождение труда», чтобы объединить свои силы на этом боевом поприще. Предложение В. И. Ленина было принято21. Программу Литературной группы22 неустанно пропагандировал В. И, Ленин между ссыльными Минусинского округа. «Бессонными ночами обдумывал он свой план во всех деталях, обсуждал его с Кржижановским, со мной, — вспоминала Н. К. Крупская,— списывался с Мартовым и Потресовым, сговаривался с ними о поездке за границу»23.

В. И. Ленин буквально сгорал от нетерпения взяться за осуществление намеченных мероприятий. Страшно беспокоила его угроза продления срока ссылки, что часто случалось по «милости» «властей предержащих». Н. К. Крупская, описывая последние месяцы ссылки В. И. Ленина, показала и тревогу и неудержимое стремление Владимира Ильича к творческой деятельности. «Владимир Ильич перестал спать, страшно исхудал... Чем дальше, тем больше овладевало Владимиром Ильичем нетерпение, тем больше рвался он на работу»24 .

Наконец 29 января 1900 г. В. И. Ленин и Н. К. Крупская выехали в Европейскую Россию. Проездом Владимир Ильич остановился в Уфе, где Н. К. Крупская должна была отбывать оставшийся срок ссылки. Здесь В. И. Ленин встречался с ссыльными социал-демократами А. Д. Цюрупой, А. И. Свидерским, В. Н. Крохмалем и др. Безусловно, во время бесед с ними он поделился планами строительства партии.

В середине февраля Владимир Ильич нелегально приехал в Москву и остановился у своих родных. Отсюда в конце февраля он выезжал в Петербург, чтобы вместе с В. И. Засулич обсудить возможность участия группы «Освобождение труда» в намечаемой газете. Из Петербурга В. И. Ленин направился в Псков, куда прибыл 26 февраля.

С нетерпением ожидал он встречи с остальными членами Литературной группы, чтобы окончательно уточнить детали организационного плана и выработать коллегиально отношение к ряду новых серьезных вопросов. Достаточно только вспомнить визит к В. И. Ленину члена Екатеринославского комитета И. X. Лалаянца, который рассказал ему о намерении созвать II съезд РСДРП и передал пожелание устроителей, чтобы Литературная группа приняла в нем участие и взяла бы на себя редактирование возобновляемой «Рабочей Газеты». В. И. Ленин ответил согласием, но, опасаясь, что по конспиративным условиям группа не сможет послать своего делегата, подготовил письменный доклад25, в котором развил более подробно положения, рассматриваемые им в статьях 1899 г. Некоторые разделы доклада касались непосредственно Литературной группы. Так, предусматривалось, что она возьмет на себя редактирование Центрального органа партии только в том случае, если съезд примет революционный проект программы. В противном случае он должен был конституироваться в конференцию, которая предоставила бы Литературной группе право начать обсуждение насущных задач российского социал-демократического движения на страницах создаваемого органа — «Искры»26.

Последовавшие в апреле 1900 г. повальный аресты на юге России (был арестован и И. X. Лалаянц) еще более убедили В. И. Ленина в нереальности создания партии посредством созыва II съезда РСДРП в России и выборов Центрального Комитета.

В конце марта — начале апреля 1900 г. В. И. Ленин написал проект заявления редакции о программе и задачах общерусской нелегальной политической газеты «Искра» и научно-политического журнала «Заря». В этом документе В. И. Ленин указывал, что создание и упрочение партии есть не что иное, как создание и упрочение объединения всех русских социал-демократов, которое не декретируется, а лишь вырабатывается.

«Необходимо выработать,— говорилось в проекте заявления,— во-первых, общую литературу партии... чтобы она объединяла все наличные литературные силы, чтобы она выражала все оттенки мнений и взглядов среди русских социал-демократов не как изолированных работников, а как товарищей, связанных общей программой и общей борьбой в рядах одной организации. Необходимо выработать, во-вторых, организацию, специально посвященную сношениям между всеми центрами движения, доставке полных и своевременных сведений о движении и правильному снабжению периодической прессой всех концов России. Только тогда, когда выработана будет такая организация, когда создана будет русская социалистическая почта, партия получит прочное существование, только тогда партия станет реальным фактом, а следовательно, и могущественной политической силой. Первой половине этой задачи, т. е. выработке общей литературы, мы и намерены посвятить свои силы, видя в этом насущную потребность современного движения и необходимый подготовительный шаг к возобновлению деятельности партии»27

Итак, заявление от редакции, объявив о цели предпринимаемого издания, поставило точки над «i». Литературная группа признала постановку вопроса о немедленном созыве в России съезда партии как средстве восстановления партийного единства ошибочной.

В. И. Ленину и его сторонникам предстояло точно и определенно высказать отношение революционной российской социал-демократии к «легальным марксистам». Это было тем более необходимо, что «легальные марксисты» по-прежнему являлись весьма авторитетным центром широкого оппозиционно-демократического движения. Поскольку будущая газета мыслилась В. И. Лениным тесно связанной не только с массовым рабочим, но и с оппозиционно-демократическим движением, решено было пойти на временный союз с «легальными марксистами» и начать переговоры с их лидерами на основе принципов, изложенных в заявлении от редакции, где вполне определенно были сформулированы не только вопросы революционной борьбы с царизмом, но и вопросы борьбы теоретической с ревизионизмом и реформизмом.

Встреча членов Литературной группы с лидерами «легальных марксистов» состоялась в конце марта — начале апреля 1900 г. в Пскове на квартире Л. Н. Радченко28. В этом совещании помимо В. И. Ленина, Л. Мартова, А. Н. Потресова и их товарища по Петербургскому «Союзу» С. И. Радченко приняли участие П. Б. Струве и М. И. Туган-Барановский. После того как Владимир Ильич зачитал заявление от редакции, прения в основном разгорелись по вопросу о роли «легальных марксистов» в социал-демократическом движении. Несмотря на довольно-таки резкую критику, представители «легальных марксистов» приняли предложение о сотрудничестве, и каждый из них даже внес материальную лепту в создаваемую газету: П. Б. Струве — 5 руб. ежемесячных взносов, а М. И. Туган-Барановский — 10 руб.

С отъездом П. Б. Струве и М. И. Туган-Барановского был намечен ближайший план деятельности Литературной группы. А. Н. Потресов должен был по возможности скорее отправиться за границу для непосредственных сношений с группой «Освобождение труда» и подготовки технической базы для издания газеты и научно-политического журнала; В. И. Ленин, получивший от группы «Освобождение труда» мандат на II съезд РСДРП, оставался в Пскове до его созыва, а затем также должен был перебраться за границу; Л. Мартов направлялся в Полтаву, чтобы завязать связи с южными социал-демократическими организациями, в том числе и с «Южным рабочим», а также организовать корреспондирование для первых номеров газеты.

До съезда В. И. Ленин продолжал работу по созданию опорных пунктов будущей газеты. 9 апреля он нелегально выезжает в Ригу и при помощи М. А. Сильвина, который отбывал там воинскую повинность, устанавливает связь с местными социал-демократами и договаривается с ними о содействии «Искре».

20 мая 1900 г. В. И. Ленин уже в Петербурге, где также встречается с местными социал-демократами и устанавливает с ними способы сношений из-за границы. Приезд В. И. Ленина в столицу Российской империи едва не кончился для него трагически. 21 мая жандармы арестовали В. И. Ленина, и, если бы они обратили внимание на багажную квитанцию, Владимир Ильич не попал бы за границу. На квитанции химическим составом были записаны конспиративные адреса группы «Освобождение труда». Но все окончилось благополучно, и поднадзорного Ульянова 31 мая в сопровождении полицейского чиновника отправили в Подольск, под Москву, где жили его родные.

Неделю прожил Владимир Ильич в Подольске. За это время у него побывали приглашенные П. Н. Лепешинский, С. П. и С. П. Шестернины, с которыми В. И. Ленин условился о содействии газете «Искра», об адресах и ключах для конспиративных сношений.

7 июня В. И. Ленин с Марией Александровной Ульяновой и Анной Ильиничной Елизаровой-Ульяновой выехали в Уфу, чтобы перед отъездом за границу навестить Надежду Константиновну Крупскую. По пути В. И. Ленин останавливался в Нижнем Новгороде, где договорился с А. И. Пискуновым о содействии «Искре».

По приезде в Уфу В. И. Ленин продолжал работу по установлению новых связей среди социал-демократов. «Владимир Ильич виделся с местными товарищами,— писала А. И. Елизарова-Ульянова,— помню из них Крохмаля, с которым он уславливался о шифре; знаю, что из некоторых уездов приезжали ссыльные повидаться с ним»29.

Большую помощь В. И. Ленину в собирании сил первых искровцев оказала Н. К. Крупская. Она встретилась с возвращавшимися из ссылки Г. И. Окуловой и Н. Н. Паниным и привлекла их к работе над «Искрой» в России.

Здесь же Владимир Ильич вновь увиделся с А. И. и Е. И. Пискуновыми, приехавшими сюда на лето. Беседа с Владимиром Ильичей, вспоминал впоследствии А. И. Пискунов, закончила наше идейное обращение и сделала нас его верными последователями.

Из Ярославля «на кумыс» приезжал один из основателей Северного рабочего союза — В. А. Носков. В беседе с ним Владимир Ильич очень охотно выразил «готовность руководить деятельностью Северного Союза», от имени которого Носков заверил В. И. Ленина в полной поддержке начинавшейся «Искры»30. Чтобы выяснить, чем могут быть полезны «Искре», приезжали в Уфу из Самары П. П. Румянцев, а из Астрахани — Л. М. Книпович.

На обратном пути в Подольск В. И. Ленин останавливался в Самаре, ездил в Сызрань — везде он вербовал сторонников и корреспондентов «Искры».

10 июля 1900 г. В. И. Ленин возвратился в Подольск и через несколько дней выехал в Смоленск для встречи с Иваном Васильевичем Бабушкиным. Владимир Ильич пробыл в Смоленске с 13 по 15 июля31 , но сумел сделать многое. Он и Иван Васильевич, вспоминала жена Бабушкина П. Н. Рыбась, «составляли «химические» письма, писали так, чтобы жандармы не прочитали, когда распечатают письмо на почте»32 .

Кроме того, В. И. Ленин виделся с В. Н. Розановым, находившимся в городе под гласным надзором полиции. Владимир Ильич, вспоминал впоследствии Розанов, «изложил программу издания «Искры», причем особенно подчеркивал необходимость создания централизованной, всеохватывающей организации профессиональных революционеров, которая положит конец всякому кустарничеству. Будущая организация должна привлечь в свои ряды все активные элементы, стоящие на точке зрения революционного марксизма. Организация нуждается в работниках всякого рода. Мне он предлагает оказать помощь в транспорте будущего издания из-за границы, причем транспорт через границу будет устроен без меня, на меня же возлагается обязанность получения, хранения литературы и доставки ее в другие города. Вместе с тем от меня он ожидает и других услуг: подыскания для аналогичных целей других людей в других городах, корреспонденций, нахождения адресов для рассылки газеты из- за границы, конечно в замаскированном виде. Все это Владимир Ильич говорит быстро, почти без знаков препинания, не давая мне времени для реплик. Окончив, он спрашивает: «Вы согласны?» Я ответил, что согласен»33.

Каждый из социал-демократов, кто встречался в этот период с В. И. Лениным, получал от него конкретные указания о том, где лучше поселиться для дальнейшей работы, какие выполнять функции, по каким адресам писать за границу и т. д. Характерным в этом отношении был пример с товарищем В. И. Ленина по ссылке П. Н. Лепешинским, который намеревался остаться на житье в Омске. Но Старик, как ласково называли Владимира Ильича товарищи по Петербургскому «Союзу борьбы», настоял на его поездке в Псков. «Как вспомню я, что мог бы застрять в Омске,— писал Лепешинский 25 июня 1900 г. своей жене Ольге Борисовне,— в этом проклятом Омске, да спасибо Ильичу — выручил — так улыбка у меня расплывается на всей физиономии»34.

В то время, когда В. И. Ленин подготавливал опорные пункты будущей газеты в Европейской России и в Поволжье, Л. Мартов, поселившись в Полтаве, основал там группу для содействия «Искре». Он вел переговоры с представителями Екатеринославского и Харьковского комитетов, которые одобрили шаги Литературной группы и обещали поддерживать газету всеми имеющимися у них силами и средствами. В сферу переговоров были вовлечены группа «Южный рабочий» и Бунд, которые также обещали поддержку Литературной группе, главным образом в доставке литературы в Россию. Поскольку эти организации имели быстро и надежно действовавшие транспортные пути для переброски нелегальной литературы через границу, вопрос о переправе будущей «Искры» в Россию на первое время можно было считать решенным.

Члены Литературной группы для установления контактов с отдельными социал-демократами и группами ездили также в Крым35 .

Таким образом, к моменту отъезда В. И. Ленина за границу члены Литературной группы выработали проект своей политической и организационной платформы (написанный В. И. Лениным «Проект заявления редакции «Искры» и «Зари»»), заключили ряд соглашений: о сотрудничестве с «легальными марксистами», о переправе искровских изданий в Россию с Бундом и группой «Южный рабочий». Побывав в Пскове, Петербурге, Москве, Нижнем Новгороде, Уфе, Самаре, Сызрани, Казани, Полтаве, Вильно и в Крыму, они создали первые ячейки своих сторонников, из большинства которых впоследствии выросли группы содействия «Искре», оказавшие серьезную помощь редакции «Искры» в ее дальнейшей деятельности. При этом ряд крупнейших комитетов (Петербургский, Московский, Киевский, Харьковский, Екатеринославский, Северный союз и Бунд) приветствовали почин Литературной группы и обещали в той или иной степени поддержать «Искру»36 .

После объезда городов и встреч с деятелями местных социал-демократических групп и комитетов В. И. Ленин 16 июля 1900 г. выехал за границу.

Начались годы первой эмиграции.

За границей В. И. Ленину предстояли переговоры с группой «Освобождение труда» о совместном редактировании газеты «Искра» и научного журнала «Заря». Отношение В. И. Ленина к плехановской группе с исключительной ясностью передает его сентябрьское 1900 г. письмо неустановленному адресату: «Мы представляем из себя самостоятельную литературную группу. Мы хотим остаться самостоятельными. Мы не считаем возможным вести дело без таких сил, как Плеханов и группа «Освобождение труда», но отсюда никто не вправе заключать, что мы теряем хоть частичку нашей самостоятельности»37 . Вместе с тем В. И. Ленин всесторонне оценивал возможности группы «Освобождение труда». Прежде всего он считал, что в этом сотрудничестве редакторство создаваемых органов должна взять Литературная группа, так как «Освобождение труда» в силу своей оторванности от России не в состоянии будет объединить организации, а также и потому, что она не сможет «аккуратно вести черную и тяжелую редакторскую работу»38. Такова была конкретная ленинская платформа, на которой должны были вестись переговоры с группой «Освобождение труда» и которые едва не кончились полным разрывом из-за позиции, занятой Г. В. Плехановым. По этому поводу В. И. Ленин писал: «Это была настоящая драма, целый разрыв с тем, с чем... неразрывно связывал всю свою жизненную работу... Это был самый резкий жизненный урок, обидно-резкий, обидно-грубый»39 . В. И. Ленин тяжело переживал возможность краха задуманного дела. Благодаря его такту и выдержке все же удалось, хотя и с трудом, выработать соглашение с группой «Освобождение труда». 15 августа 1900 г. В. И. Ленин из Женевы выехал в Мюнхен, где обосновалась редакция «Искры» и «Зари».

С приездом В. И. Ленина в Мюнхен началась непосредственная подготовка первого номера «Искры». В конце сентября — начале октября отдельным листком был издан первый программный документ редакции «Искры» — «Заявление редакции «Искры»», написанное В. И. Лениным. В нем констатировалось, что российская социал-демократия переживает «критический момент» своего развития, и намечались пути выхода из создавшегося положения. В. И. Ленин писал, что единственный выход заключается в выработке прочного идейного объединения, исключающего дарящие в российской социал-демократии разноголосицу и путаницу. Он подчеркивал, что это объединение необходимо закрепить партийной программой. И наконец, в «Заявлении» подчеркивалась необходимость создания всеобъемлющей организации, которая способствовала бы расширению и укреплению связей редакции «Искры» с комитетами и группами в России, установлению межорганизационных связей, правильному распределению по всей России «Искры» и «Зари» и другой нелегальной литературы, доставке редакции полных и своевременных сведений и т. д. Эту организацию В. И. Ленин образно назвал «русской социалистической почтой».

Путь к идейному объединению русских социал-демократов лежит через «открытое и всестороннее обсуждение основных принципиальных и тактических вопросов, поднятых современными «экономистами», бернштейнианцами и «критиками»,— говорилось в «Заявлении».— Прежде, чем объединяться, и для того, чтобы объединиться, мы должны сначала решительно и определенно размежеваться»40.

После выпуска «Заявления» В. И. Ленин и другие члены редакции форсированно готовили первый номер «Искры».

В начале декабря В. И. Ленин приехал из Мюнхена в Лейпциг, чтобы окончательно отредактировать первый номер газеты «Искра». Он вел оживленную переписку с П. Б. Аксельродом о ходе работы над номером, делился с ним мыслями о предстоящем тираже «Искры». 11 декабря В. И. Ленин сообщил Аксельроду, что «Искра» и «Заря» выйдут через 1—2 недели. «Дитц,— писал он,— нанял второго наборщика и гонит быстро, торопит нас»41 На другой день после возвращения в Мюнхен — 24 декабря — Владимир Ильич известил Аксельрода: «Сегодня газета должна быть готова»42.

Перед редакцией «Искры» теперь вставала задача доставить отпечатанный тираж газеты в Россию.

Примечания:

1 Датировка событий и писем для России дается по старому стилю, для заграницы — по новому.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 181.

3 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 46, стр. 56.

4 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 46, стр. 55.

5 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 313.

6 Там же, стр. 320.

7 Только за один 1899 г. тираж «Рабочей Мысли» вырос с 500 (№ 1 и 2) до 3000 экз. (№ 4 и 5) (ЦПА ИМЛ, ф. 283, ап. 2н, ед. хр. 29797, л. 9).

8 ЦПА ИМЛ, ф. 461. on. 1, ед. хр. 20197, л. 1 об.

9 Там же, л. 2 об. 19

10 Цит. по: В. И- Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 168.

11 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 105— 176.

12 Там же, стр. 173.

13 Там же, стр. 176.

14 Сначала ленинская резолюция обсуждалась на предварительном совещании у Лепешинских в селе Ермаковском ж окончательно принята была на квартире больного А. А. Ванеева. Резолюцию надписали: В. И. Ленин, Н. К. Крупская, Е. В. Барамзин, Д. В. Ванеева, Г. М. и 3. П. Кржижановские, В. К. Курчатовский, Ф. В. Ленгник, О. В. и П. Н. Лепешинские, Н. Н. Панин, А. С. Шаповалов и О. А. Энгберг. Впоследствии к манифесту революционных социал-демократов присоединились еще четверо минусинских ссыльных, которые не присутствовали при его обсуждении (М. Д. Ефимов. И. Л. Проминский. А. Ковалевский и А. Чекальский).

15 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 176.

16 Среди ссыльных города Орлова, подписавших протест против «Credo», были Н. 3, Бауман, В. В. Воровский. А. II. Потресов, Ф. И. Дан, К. И. Захарова, В. В. Кожевникова и др.

17 Известно, что «Протест» также был обсужден и принят в Астрахани, Саратове и Харькове (ЦПА ИМЛ, ф. 70, оп. 4, ед. хр. 130, л. 52); М. И. Куличенко. В. И. Ленин и Харьковская большевистская организация (1895—1917 гг.). Харьков, 1963, стр. 26—27.

18 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4.стр. 179— 198.

19 Там же, стр. 191.

20 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 194.

21 Л. Мартов. Записки социал-демократа. М., 1924, стр. 411.

22 О времени создания Литературной группы есть только одно высказывание современника, а именно Л. Мартова, который относит ее возникновение к декабрю 1899 г. Подготовители 7-го тома Полного собрания сочинений В. И. Ленина (примечание 163, стр. 507—508) указывают, что Литературная группа образовалась «по инициативе В. И. Ленина после его возвращения из ссылки в начале 1900 года, с целью создания за границей общерусской нелегальной марксистской газеты». Однако ряд фактов свидетельствует, что она сложилась значительно раньше. Во-первых, письмо В. И. Ленина А. Н. Потресову (апрель 1899 г.) (см. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 46, стр. 22) показывает, что уже в это время В. И. Ленин стремился к установлению более тесного контакта с коллегами для обсуждения насущных вопросов социал-демократического движения. Иными словами, в этом письме можно увидеть предложение А. Н. Потресову более близко и активно включиться в совместную работу. Во-вторых, В. И. Ленин обсудил с А. Н. Потресовым и Ю. О. Цедербаумом будущее местожительство задолго до конца 1899 г. А. И. Елизарова-Ульянова в своих воспоминаниях писала: «Владимир Ильич выбрал еще в Сибири Псков, как более близкий к Петербургу, и согласился относительно этого местожительства с Цедербаумом и Потресовым...» («Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине», т. 1. М., 1956, стр. 48).

А. Н. Потресов в свою очередь свидетельствует, что вопрос о будущем местожительстве решался одновременно с вопросом «нашей будущей идеологической кампании». Он писал: «Срок моей ссылки кончался в половине января 1900 г., и с ним почти совпадал (разница была в каких-нибудь десять дней) и срок ссылки и Мартова, и Ленина. Естественно поэтому, что и в письмах это приближение конца находило свое отражение в планировании как общей линии нашей будущей идеологической кампании, так и нашего предварительного оговора. Нужно было наметить место и время встречи, где мы бы могли договориться, не стесняемые «недреманным оком» почтовой цензуры. Условлено было, что мы оба поселимся в Пскове... Сюда же в Псков ожидался в первую очередь приезд к нам Мартова» («Социал-демократическое движение в России. Материалы», т. 1. М.—Л., 1928, стр. 346—347).

Точно указать, когда был избран Псков и когда происходили предварительные переговоры, мы не имеем возможности, но приблизительно дату определить нетрудно. 27 июня 1899 г. В. И. Ленин писал А. Н. Потресову: «Мой срок кончается 29.1.1900. Только бы не прибавили срока — величайшее несчастье, постигающее нередко ссыльных в Восточной Сибири. Мечтаю о Панове. А Вы о чем?» (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 46, стр. 32). Таким образом, к 20-м числам июня 1899 г. вопрос о местожительстве после ссылки был окончательно решен. И, судя по воспоминаниям А. И. Елизаровой-Ульяновой и А. Н. Потресова, он был решен с согласия А. Н. Потресова и Ю. О. Цедербаума. Что этот вопрос разрешался именно в это время, подтверждает также письмо Н. К. Крупской М. А. Ульяновой. 20 июня 1899 г. она писала: «Так как до отъезда осталось только 7 месяцев, то разговоры у нас часто вертятся на возвращении в Россию...» (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 55, стр. 411).

Поэтому есть все основания утверждать, что Литературная группа, призванная возглавить эту идеологическую кампанию, возникла именно в то время, т. е. в середине 1899 г. И не случайно, что «Протест 17-ти», написанный В. И. Лениным, в первую очередь был послан Ю. О. Цедербауму и А. Н. Потресову — членам Литературной группы.

23 Н. К. Крупская. Воспоминания о Ленине. М., 1957, стр. 36.

24 Там же, стр. 35—36.

25 К сожалению, по конспиративным условиям В. И. Ленин вынужден был уничтожить доклад. О его содержании мы узнаем из книги «Что делать?», в которой он останавливается на этом факте (см. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 6, стр. 159—160).

26 См. Ленинский сборник IV, стр. 54—55

27 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 325-326.

28 См. Ленинский сборник IV, стр. 58.

29 «Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине», т. 1, стр. 51.

30 Позднее, а именно 8 августа 1902 г., вспоминая эту встречу, В. А. Носков писал В. И. Ленину: «Ваше согласие я передал сводим товарищам, и все мы с радостью приняли Ваш ответ и с тех пор считаем Вас нашим близким товарищем, членом Северного Союза» (ЦПА НМЛ, ф. 24, оп. 21н, ед. хр. 20995, л. 3).

31 См. «Наука и жизнь», 1967. № 5, стр. 3.

32 «Большевики Смоленщины до октября 1917 года». Сборник документов. Смоленск, 1961, стр. 51.

33 В. Розанов. В Смоленске.— «Каторга и ссылка». 1929, № 52, стр. 160—161.

34 ЦПА ИМЛ, кн. внутр. перемещений 4306.

35 Следует оказать, что связи с социал-демократическими организациями устанавливались не только посредством личных контактов членов Литературной группы с местными работниками, но и с помощью конспиративной переписки. Об этом свидетельствует очень интересное письмо, перехваченное и перлюстрированное департаментом полиции. 28 ноября 1900 г. брат Ю. Цедербаума Сергей, живший вместе с ним в Полтаве, писал В. В. Давыдову в Казань: «Сообщите, слышали ли что-нибудь об имеющей издаваться нелегальной газете, если нет, сообщу в следующем подробнее. А пока скажу, что для нее желательно организовать доставку корреспонденций. Поэтому, во-1, если возможно, пришлите таковую из Казани (содержание ее может быть не только о стачках и вообще о рабочем: движении, но заключаться также в описании всех событий, имеющих общественный интерес, например по жизни земства, дум, студенчества, деяний администрации и проч.). Точно так же, если имеете связь с Тулой, Тверью, Ростовом, кап прежде, то дайте адрес... если это надобно, то сообщите, как приехать в эти города, отыскать людей, чтобы с ними столковаться по этому поводу» (Центральный государственный архив Октябрьской революции, высших органов государственной власти и органов государственного управления СССР (далее — ЦГАОР), МОО, 1901 г., д. 1253, л. 28 об.).

36 ЦПА ИМЛ, ф. 24, оп. 21, вд. хр. 43305, л. 2 об.

37 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 46, стр. 42.

38 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 342.

39 Там же, стр. 345.

40 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 357-358

41 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 46, стр. 73.

42 Там же, стр. 74. Вопрос о времени выхода первого номера «Искры» в литературе освещается разноречиво и, по-видимому, нуждается в некотором уточнении. Так, например, в примечании к 36-му тому Сочинений В. И. Ленина (изд. 4, стр. 571) указывается: «Первый, номер «Искры», датированный «декабрем 1900 г.», был набран и сверстан 24 декабря (н. ст.) 1900 года... он задержался печатанием и потому вышел позже». В «Датах жизни и деятельности В. И. Ленина» (см. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 557) выход № 1 «Искры» отнесен к концу декабря 1900 г. В учебнике «История Коммунистической партии Советского Союза» (М., 1962, стр. 47) говорится: «11 декабря 1900 года за границей вышел первый номер «Искры»». Наконец, в книге «Владимир Ильич Ленин. Биография» (М., 1960, стр. 82) сообщается, что «первый номер газеты, датированный декабрем 1900 года, был набран и сверстан к И (24) декабря, но печатание его несколько задержалось, и он вышел в свет в январе 1901 года».

Документы, освещающие историю первого транспорта «Искры» (см. стр. 50—57), переправленного путем латышей, подтверждают, что № 1 «Искры» вышел 24 (И) декабря 1901 г.