Содержание материала

 

Рабочие кабинеты и комната В. И. Ленина

В Смольном существует мемориальный музей В. И. Ленина. В него входят первый рабочий кабинет Ленина и комната, где он жил. Комната открылась для посетителей 6 ноября 1927 года. В рабочем кабинете музей открыт 21 января 1974 года, в 50-ю годовщину кончины В. И. Ленина.

Первый рабочий кабинет Ленина в Смольном связан с первыми днями его деятельности на посту Председателя Совета Народных Комиссаров. Здесь он работал всего две недели — с 27 октября по 10 ноября 1918 года,— срок чрезвычайно малый по сравнению с масштабами сделанного. За это время были приняты огромной важности декреты Советской власти, отбит первый военный натиск контрреволюции, сделаны первые шаги для преодоления хозяйственной разрухи и доставшегося в наследство от старого мира экономического хаоса, предприняты начальные меры по улучшению бедственного положения трудящихся. И хотя в сравнении с тем, что предстояло осуществить молодому Советскому государству, сделано было немного, рабочие, крестьяне и солдаты убедились, что у большевистской партии и сформированного ею Советского правительства во главе с Лениным слово не расходится с делом.

По мере того как деятельность Совнаркома становилась все более многогранной и аппарат его увеличивался, возникла необходимость подыскать другие, более просторные, удобные помещения и для кабинета Председателя Совнаркома, и для совнаркомовского аппарата.

По заданию В. И. Ленина этим занялся В. Д. Бонч-Бруевич. Еще летом 1917 года, когда Петроградский Совет решил переехать из Таврического дворца в Смольный, с начальницей института княгиней В. В. Голицыной был согласован раздел здания: северная часть его оставалась в распоряжении администрации бывшего института. 1 ноября Бонч-Бруевич официально предложил В. В. Голицыной освободить пустующие помещения третьего этажа, занятые складом мебели, и предоставить их в распоряжение Совнаркома.

После некоторого сопротивления помещения были освобождены. Здесь, на третьем этаже северного (правого) выступа Смольного, и обосновался Совнарком со своим аппаратом.

Угловую комнату с окнами, обращенными на площадь и на подъезд, отвели под кабинет Ленина. Во втором кабинете Ленин работал более трех с половиной месяцев — с 10 ноября 1917 года по 10 марта 1918 года.

Кабинет был разделен дощатой перегородкой, не доходившей до потолка. За перегородкой оборудовали телефонный коммутатор, возле которого всегда дежурил телефонист, выполнявший одновременно и обязанности личного охранника Ленина. Личными телефонистами Ленина в Смольном, а затем и в Кремле работали красногвардейцы Трубочного завода большевики А. П. Половинкин, П. Д. Дмитриев, Н. В. Воробьев, Д. П. Ершов.

К кабинету Ленина примыкала комната секретариата Совнаркома, небольшая комната — приемная секретариата и далее большая комната — приемная Совнаркома.

С первых же дней работы Советского правительства по указанию Ленина было установлено, что каждый посетитель, получивший пропуск в Смольный, мог свободно прийти сюда и заявить о своей просьбе или жалобе. Низкий деревянный барьер разделял приемную на две неравные части. В большую часть приходили посетители, меньшая и была собственно приемной. У двери, рядом с барьером, стояли два красногвардейца, проверявшие документы у тех посетителей, которые после беседы с секретарем по приему направлялись к Бонч-Бруевичу, Горбунову или к Председателю Совнаркома Ленину.

Ленин принимал посетителей у себя в кабинете, а иногда и прямо в приемной секретариата.

По другую сторону малого коридора, идущего вдоль этого крыла Смольного и отделенного от большого коридора деревянной перегородкой с дверью, находились лестница и лифт, аппаратная, где дежурили телеграфисты, комната для докладчиков, Красный зал, где проходили заседания Совнаркома, столовая, кабинет Луначарского, кабинет Сталина.

По лестнице можно было спуститься на второй этаж, где находилась личная комната Ленина и Крупской, и на первый — к выходу на улицу через боковой (северный) подъезд Смольного.

Столовая Совнаркома служила своего рода клубом. По вечерам приходившие сюда наркомы за стаканом чая обсуждали события дня и обменивались мнениями. В столовую заходил и Владимир Ильич выпить чаю и съесть бутерброд (в то время каждому сотруднику Совнаркома полагалось не более двух бутербродов с черным хлебом).

Заседания Совнаркома проводились почти ежедневно и начинались вечером, после окончания рабочего дня в наркоматах. Некоторые затягивались далеко за полночь: в повестке дня часто стоял не один десяток вопросов. Почти на всех заседаниях председательствовал Ленин. Под его председательством в Смольном состоялось 80 заседаний Совнаркома и совещаний наркомов.

«Часам к одиннадцати вечера,— вспоминал заместитель председателя ВСНХ А. Ломов,— мы все съезжались на заседания Совета Народных Комиссаров в Смольный, и здесь под председательством Владимира Ильича, большей частью до 4—5, а иногда и 6 часов утра обсуждались основные вопросы хозяйственной жизни страны. Владимир Ильич неизменно председательствовал на этих собраниях — не формально, а беря на себя инициативу при разрешении всех вопросов. Все резолюции обычно либо писались, либо диктовались Владимиром Ильичем».

По отзывам тех, кто работал рядом с Владимиром Ильичем, на этих заседаниях царила деловая и одновременно товарищеская обстановка. В поисках правильного решения Ленин, уважая мнение других, действовал убеждением.

Уже в первые месяцы работы Советского правительственного аппарата В. И. Ленин требовал от работников, будь то нарком или делопроизводитель, четкости, деловитости и аккуратности в работе. Не упускал из виду и проверки исполнения.

Ленинский стиль работы, который и поныне является эталоном для советских и партийных работников, впервые проявился в полную меру во время работы Ленина в Смольном.

Научный, творческий подход к делу и единство теории и практики, неразрывная связь с массами и теоретическое обобщение их опыта, коллективность руководства и личная ответственность за порученное дело, тщательный подбор, расстановка кадров и проверка исполнения, деловитость, требовательность и внимательное отношение к нуждам и запросам трудящихся и многие другие характерные черты ленинского стиля в работе оказывали огромное воздействие на становление советского государственного аппарата.

После смерти Ленина, в период культа личности Сталина и в годы застоя, утвердился чуждый ленинским принципам и нормам стиль партийной работы. Преодоление этой деформации — одна из задач перестройки.

10 ноября 1917 года, когда Владимир Ильич начал работать во втором кабинете, ему и Надежде Константиновне Крупской была предоставлена жилая комната в Смольном. Кончилась пора скитаний по чужим квартирам.

«Наконец мы поселились с Ильичем в Смольном,— писала позже Крупская.— Нам отвели комнату, где раньше жила какая-то классная дама. Комната с перегородкой, за которой стояла кровать. Ходить надо было через умывальную. В лифте можно было подыматься наверх, где был кабинет Ильича, где он работал».

По свидетельству Бонч-Бруевича, Ленин высказал только одно пожелание, когда его спросили, где бы он хотел поселиться: как можно ближе к месту работы.

Комната небольшая, продолговатая. Справа от входа видим уголок, запечатленный художником И. И. Бродским на известной картине «Ленин в Смольном. 1917 г.»: овальный стол, диван и два мягких кресла в чехлах. Напротив — дамский письменный стол (ранее принадлежал, как и вся остальная мебель, одной из классных дам). На столе — чернильный прибор, телефонный аппарат, настольная лампа. Этими вещами пользовался Ленин. Тут же личные вещи Крупской: футляр для очков, зеркальце. За деревянной, не доходящей до потолка перегородкой,— спальня. Здесь стоят шкаф, две железные кровати и между ними столик.

Обстановка комнаты сохранилась в том виде, в каком была, когда тут жили В. И. Ленин и Н. К. Крупская.

В этой комнате бывали немногие близкие и друзья Владимира Ильича и Надежды Константиновны.

Находясь на высшем государственном посту, будучи руководителем Коммунистической партии и главой Советского правительства, Владимир Ильич Ленин сохранил присущую ему скромность и простоту.

С. Ю. Багоцкий, товарищ В. И. Ленина по эмиграции, посетивший Смольный в конце декабря 1917 года, вспоминал: «С волнением я шел в Смольный к Владимиру Ильичу. Каков он теперь? Как он встретит меня?.. Обстановка в комнате была такая же скромная, как на квартире Владимира Ильича в Кракове и Швейцарии. Владимир Ильич радушно со мной поздоровался. Он был в том же пиджаке, что и в Швейцарии. Внешне он почти не изменился, только сильно похудел и, видимо, был переутомлен... Как всегда, Владимир Ильич уделял внимание каждой мелочи, касающейся товарищей, словно и не лежали у него теперь на плечах огромные, не терпящие отлагательства задачи всероссийского масштаба. Та же простота, та же сердечность.

Это был прежний Владимир Ильич, которого совершенно не изменили ни власть, ни торжество его долголетних мечтаний и труда».

В бытовом отношении жизнь В. И. Ленина в Смольном в первое время была не устроена. Сам Владимир Ильич и Надежда Константиновна, отдававшие все силы и все свое время работе, не придавали этому значения. Особенно плохо было организовано питание, которое в то голодное время вообще было трудно наладить.

Главная забота о Ленине лежала на С. П. Желтышеве. В прошлом крестьянин Уфимской губернии, в 1917 году он был солдатом пулеметной команды, охранявшей Смольный. Владимира Ильича он очень любил и, по свидетельству Надежды Константиновны, готов был за него идти в огонь и воду. Желтышев приносил Владимиру Ильичу из совнаркомовской столовой обед, хлеб — то, что полагалось по пайку.

Младшая сестра Ленина Мария Ильинична, жившая в семье старшей сестры Анны Ильиничны, иногда привозила кое-что из провизии. Но все же питание Владимира Ильича было и неупорядоченным и скудным. Одна из уборщиц столовой в Смольном рассказывала позже, что как-то зашла в столовую и видит: Владимир Ильич взял кусок черного хлеба и кусочек селедки и ест. Увидя уборщицу, улыбнулся смущенно и сказал: «Очень чего-то есть захотелось».

Для ведения хозяйства в квартире Ленина пригласили мать А. В. Шотмана, питерского рабочего, делегата II съезда РСДРП, связного ЦК в июле— октябре 1917 года. Она внесла в его быт ту упорядоченность и домашность, которых так не хватало Владимиру Ильичу в ту пору.

Работал Ленин в Смольном неимоверно много.

Не случайно в интервью Ленина корреспонденту шведской газеты «Фолькетс дагблад политикен» от 2 февраля 1918 года сообщалось: «В заключение на вопрос корреспондента о здоровье Ленин ответил, что чувствует себя прекрасно, несмотря на огромное бремя работы, которое почти не оставляет ему времени для сна.

„У меня есть только одна мечта,— сказал он,— отдохнуть хотя бы полчаса"».

Н. К. Крупская вспоминала: «Это была не просто напряженная работа — это была работа, поглощающая все силы, натягивающая нервы до последней крайности; приходилось преодолевать чрезвычайные трудности, вести самую отчаянную борьбу с близкими по работе товарищами. И немудрено, что, придя поздно ночью за перегородку комнаты, в которой мы с ним жили в Смольном, Ильич все никак не мог заснуть, опять вставал и шел кому-то звонить, давать какие-то неотложные распоряжения, а заснув наконец, во сне продолжал говорить о делах...»

Как никто другой, Надежда Константиновна понимала тяжесть и ответственность исполинской работы, которая лежала на плечах Ленина. Жена, соратница и друг, она как умела старалась помочь ему.

По словам Клары Цеткин, Надежда Константиновна была ободряющей, критикующей и самостоятельной сотрудницей Ленина, которой он поверял свои мысли и планы, оценки социальных явлений, характеристики друзей и врагов.

Широко образованная, с богатым революционным опытом «первая леди России», как ее называли за границей, отличалась исключительной простотой и скромностью, высокой требовательностью к себе и чутким отношением к другим.

Заботясь о Владимире Ильиче, Надежда Константиновна делала все, чтобы при малейшей возможности обеспечить ему хотя бы кратковременный отдых. Иногда ей удавалось уговорить его пойти поздно вечером или ночью погулять около Смольного.

Настоящего длительного отдыха Ленин не мог себе позволить. И все же в конце декабря 1917 года по настоянию сотрудников согласился поехать на несколько дней за город: его воодушевило то, что за это время он сможет успеть написать задуманную работу, до которой в Смольном руки не доходили.

А. М. Коллонтай, как народный комиссар государственного призрения, предложила в качестве места отдыха отдельный домик в санатории «Халила» на берегу озера Халила-Ярви (ныне Краснофлотское) на Карельском перешейке. 23 декабря Совнарком принял решение о предоставлении В. И. Ленину отпуска для отдыха на 3—5 дней.

Утром следующего дня Владимир Ильич, Надежда Константиновна и Мария Ильинична сели в общий вагон второго класса на Финляндском вокзале. Незаметно для остальной публики их сопровождали два красногвардейца и комиссар Финляндской железной дороги Э. А. Рахья.

На вокзал приехала проводить отъезжающих и А. М. Коллонтай. «Владимир Ильич был в своем поношенном осеннем пальто, в котором он приехал из-за границы, и в фетровой шляпе, хотя был уже сильный мороз,— вспоминала Александра Михайловна.— Вслед за мной в вагон вошел товарищ, который нес три меховые шубы и меховую шапку с наушниками. «Это вы наденете,— сказала я Владимиру Ильичу,— когда вам придется ехать на санях в открытом поле, где, конечно, будет очень холодно. От станции до санатория очень далеко. Эти шубы,— добавила я,— взяты со склада Наркомата».— «Это и видно»,— сказал Владимир Ильич, отворачивая полу одной из шуб. На ней были нашиты номера склада и инвентаря. «Это вы для того, чтобы мы шубы сохранили и не забыли? Казенное добро учет любит. Так и следует».

Эти шубы, действительно, очень пригодились в дороге. Они были возвращены Александре Михайловне сразу же по приезде Ленина из «Халилы» вместе с его благодарственной запиской.

Хотя поездка была недолгой, но и она предоставила Ленину материал для наблюдений и размышлений. Он увидел глубокий смысл в эпизоде, который ему довелось наблюдать в вагоне. Об этом он упомянул потом в докладе на III Всероссийском съезде Советов:

«Я позволю себе рассказать один происшедший со мной случай. Дело было в вагоне Финляндской железной дороги, где мне пришлось слышать разговор между несколькими финнами и одной старушкой. Я не мог принимать участия в разговоре, так Э А Рахья как не знал финского языка, но ко мне обратился один финн и сказал: «Знаете, какую оригинальную вещь сказала эта старуха? Она сказала: теперь не надо бояться человека с ружьем. Когда я была в лесу, мне встретился человек с ружьем, и вместо того, а )а чтобы отнять от меня мой хворост, он еще прибавил мне».

Когда я это услыхал, я сказал себе: пускай сотни газет, как бы они там ни назывались — социалистические, почти-социалистические и пр., пускай сотни чрезвычайно громких голосов кричат нам: «диктаторы», «насильники» и т. п. слова. Мы знаем, что в народных массах поднимается теперь другой голос; они говорят себе: теперь не надо бояться человека с ружьем, потому что он защищает трудящихся и будет беспощаден в подавлении господства эксплуататоров».

Санаторий «Халила» (ныне «Сосновый бор») расположен в живописной местности, окружен сосновыми лесами. Владимир Ильич, Надежда Константиновна и Мария Ильинична жили в пустовавшем тогда Мариинском отделении санатория — небольшом удобном доме, расположенном среди парка.

Связным В. И. Ленина снова был Э. А. Рахья. Он вспоминал: «В Халиле я опять выполнял при Ильиче обязанности связиста — доставлял и отправлял ленинскую корреспонденцию».

В. И. Ленин прожил здесь четыре дня.

Надежда Константиновна в своих воспоминаниях нарисовала ту обстановку, в которой они жили в санатории. «Финская специфическая белая какая-то чистота, занавески на окнах напоминали Ильичу его гельсингфорсское конспиративное житье в Финляндии в период 1907 и в 1917 годах перед Октябрем, когда он писал там книгу «Государство и революция». Отдых как-то не выходил, Ильич даже говорил иногда вполголоса, как в прежние времена, когда приходилось скрываться, и хоть гуляли мы каждый день, но без настоящего аппетита; думал Ильич о делах и все больше писал».

В первый день своего пребывания в «Халила» В. И. Ленин составил набросок «Из дневника публициста (темы для разработки)». В этом наброске 57 тем, и первая из них — «Теперь не надо бояться человека с ружьем».

В. И. Ленина волновали такие вопросы, как организация по-новому экономической жизни страны, положение рабочих, пробуждение их инициативы и самодеятельности, учет и контроль, демократия и диктатура пролетариата, выход из империалистической войны и другие.

Тут же, в «Халила», Ленин приступил к реализации этого плана. Он написал статьи «Запуганные крахом старого и борющиеся за новое», «Как организовать соревнование?», «Проект декрета о потребительных коммунах».

Если сопоставить объем этих работ и время, затраченное на их написание, становится ясно, что работал Ленин во время своего «отдыха» очень интенсивно.

Основная мысль работы «Как организовать соревнование?»: простые рабочие и беднейшие крестьяне должны браться самостоятельно за строительство социалистического общества. «Одна из самых главных задач теперь, если не самая главная, развить как можно шире этот самостоятельный почин рабочих и всех вообще трудящихся и эксплуатируемых в деле творческой организационной работы».

Ленин считал, что необходимо искать среди рабочих и крестьян способных людей и растить из них талантливых организаторов строительства социалистического общества. Победа социалистической революции создала условия для проявления предприимчивости, соревнования, смелого почина. Организаторская работа по силам рядовому рабочему и крестьянину, обладающему грамотностью, знанием людей, практическим опытом. «Таких талантов,— разъяснял Ленин,— в рабочем классе и в крестьянстве непочатой еще родник и богатейший родник».

Он считал, что следует организовать соревнование практиков-организаторов из рабочих и крестьян друг с другом в деле учета и контроля производства и распределения продуктов. Борьба с голодом, с безработицей, повышение производительности труда, обеспечение бедноты хорошим жильем, улучшение положения детей в бедных семьях, борьба против жуликов, тунеядцев и саботажников — «вот на какой работе должны практически выделяться и выдвигаться наверх, в дело общегосударственного управления, организаторские таланты. Их много в народе. Они только придавлены. Им надо помочь развернуться. Они и только они, при поддержке масс, смогут спасти Россию и спасти дело социализма».

В «Халила» Ленин получал из Петрограда доклады о положении в стране, и главным образом о шедших тогда мирных переговорах с Германией.

Здесь же Ленин беседовал с приезжавшими к нему большевиками — членами Учредительного собрания — относительно тактической линии партии в связи с предстоявшим 5 января 1918 года открытием Учредительного собрания.

28 декабря В. И. Ленин вернулся в Петроград и снова приступил к работе в Смольном.

Новый, 1918 год В. И. Ленин и Н. К. Крупская встречали не в Смольном, а на Выборгской стороне, с рабочими.

Выборгский райком РСДРП (б), районный Совет и штаб Красной гвардии устроили новогодний вечер для актива и рабочих-красногвардейцев Выборгской стороны, отправлявшихся на фронт. Вечер проходил в Михайловском училище (Симбирская улица, дом 22,— теперь улица Комсомола, номер дома прежний). Тепло встреченный собравшимися, Владимир Ильич произнес напутственную речь отъезжающим красногвардейцам.

Крупская вспоминала, как радостно встретили Владимира Ильича рабочие. Он поднялся на сцену, возбужденный, в приподнятом настроении. Просто, без громких фраз и лозунгов, он говорил о том, о чем так неустанно думал последнее время: как должны рабочие по-новому организовать через Советы всю свою жизнь, как рабочие, едущие на фронт, должны вести там работу среди солдат. Когда Ленин кончил, ему устроили овацию. Потом в зале начались танцы.

Ленин и Крупская вместе с рабочими попили чаю, побеседовали и, чтобы никого не отвлекать, незаметно ушли. У Владимира Ильича сохранилось очень хорошее воспоминание об этом вечере.

А на следующий день на Ленина было совершено покушение. На Симеоновском мосту через Фонтанку (ныне мост имени Белинского) контрреволюционеры-террористы обстреляли автомобиль, в котором В. И. Ленин вместе с сестрой М. И. Ульяновой и секретарем социал-демократической партии Швейцарии Ф. Платтеном возвращались в Смольный из Михайловского манежа, где Владимир Ильич выступал перед первым отрядом новой, Рабоче-Крестьянской Армии, отправлявшимся на Западный фронт. Платтен, заслонивший собой Ленина, был ранен в руку. Кузов машины и переднее стекло оказались в нескольких местах пробиты пулями.

Как показало следствие, член террористической группы проник в манеж, но, увидев, как приветствуют Ленина красноармейцы, увидев доброе, улыбающееся лицо Владимира Ильича, его глаза, горящие любовью к собравшимся здесь людям, не нашел в себе силы выстрелить в него. Был осуществлен второй вариант заранее разработанного злодейского плана — обстрел машины Ленина на мосту. К счастью, шофер Т. М. Гороховик сумел сманеврировать и, свернув машину в боковую улицу, вывел ее из-под обстрела.

Когда вернулись в Смольный, Ф. Платтен упрекнул Ленина, что он подвергает себя опасности, часто выступая на митингах. В. И. Ленин в ответ сказал, что пока ни один большевик в России не может уклониться от опасности.

В тот же день Ленин встретился с членом Всероссийского исполнительного комитета железнодорожных депутатов О. А. Пятницким, и когда Пятницкий высказал опасение, что выступление Ленина на предстоящем железнодорожном съезде небезопасно, Владимир Ильич сказал, что все равно на митингах и съездах он выступать будет, значит, можно выступить и на железнодорожном съезде.

И действительно, только в январе — марте 1918 года Ленин выступил вне Смольного на различных съездах и собраниях одиннадцать раз. Выдержка и мужество не изменяли ему никогда даже перед лицом очевидной опасности.

А опасно было даже в самом Смольном. Внешняя и внутренняя охрана Смольного входила в обязанности комендантской части ВРК, руководимой Ф. Э. Дзержинским. Еще 22 октября 1917 года ВРК принял решение заменить старую охрану новой и включить в ее состав команду пулеметчиков и отряд латышских стрелков. 24 октября к ним присоединили сводный отряд красногвардейцев и роту Литовского полка. Эти меры были направлены на усиление внешней охраны штаба революции от возможного нападения контрреволюционных воинских частей.

После победы восстания появилась необходимость организовать внутреннюю охрану резиденции Советского правительства, навести порядок в выдаче пропусков.

По поручению ВРК группа сотрудников Управления делами во главе с Н. П. Горбуновым проверила состояние охраны Смольного. В справке, составленной не позднее 2 ноября 1917 года, отмечалось, что охрана Смольного организована неудовлетворительно. В ту часть здания, которая оставалась в ведении института, а также в подвальный этаж, где жили 138 человек бывшей институтской прислуги, беспрепятственно мог проникнуть кто угодно. В Смольный ежедневно проходили без пропуска несколько сот человек. Пропускной системы по существу не было.

2 ноября ВРК на утреннем и ночном заседаниях наметил меры по усилению внутренней охраны Смольного. Комендантом Смольного был утвержден большевик П. Д. Мальков, матрос с крейсера «Диана», активный участник трех революций, член Центробалта (после переезда правительства в Москву стал комендантом Кремля). Решено было выселить из Смольного всех посторонних, улучшить охрану третьего этажа и с этой целью ранее не охраняемые боковые входы забить наглухо, пропуска выдавать сроком на один месяц.

Однако эти меры не были полностью осуществлены, и 29 ноября по инициативе Я. М. Свердлова ВРК поручил Ф. Ф. Раскольникову и К. А. Петерсону выработать план охраны Смольного и несение охраны доверил только что прибывшей в Петроград сводной роте латышских стрелков. Латышские стрелки охраняли резиденцию Советского правительства вплоть до отъезда в Москву.

Чтобы снять опасность захвата немцами революционной столицы Республики, 26 февраля 1918 года Совнарком принял постановление об эвакуации правительства и правительственных учреждений из Петрограда в Москву. Проект постановления написал В. И. Ленин.

Окончательное решение о перенесении столицы Советской республики в Москву было принято IV Чрезвычайным Всероссийским съездом Советов в марте 1918 года.

Дата отъезда правительства в Москву держалась в строжайшей тайне. Чтобы дезориентировать антисоветское подполье, Бонч-Бруевич, руководивший подготовкой переезда, дал в газету «Известия» 10 марта извещение, что Совет Народных Комиссаров предполагает выехать в Москву в понедельник, 11 марта вечером.

На Московском вокзале открыто готовили два поезда. Одновременно на Цветочной площадке — железнодорожной ветке одного из заводов,— расположенной за Московской заставой, тайно формировался состав №4001.

Утром 10 марта работники Совнаркома получили секретные пакеты с извещением, что отъезд состоится 10 марта, ровно в 10 часов вечера, с Цветочной площадки.

В десятом часу вечера 10 марта автомобиль, в который сели В. И. Ленин, Н. К. Крупская, М. И. Ульянова и В. Д. Бонч-Бруевич, выехал из ворот Смольного. Бонч-Бруевич вспоминал, что, сев в автомобиль, Владимир Ильич тихо сказал: «Заканчивается петроградский период деятельности нашей центральной власти. Что-то скажет нам московский?»

Автомобиль миновал Шпалерную, Литейный, Загородный, Забалканский, проехав Московские ворота, свернул налево и, сопровождаемый ожидавшими здесь патрульными, прибыл на Цветочную площадку.

Поезд №4001 отправился ровно в 10 часов и некоторое время шел неосвещенным. Свет в вагонах вспыхнул, когда поезд, набирая скорость, вышел на главный путь Петроград — Москва.

После отъезда Советского правительства в Москву Ленин приезжал в Петроград дважды и оба раза посещал Смольный.

12 и 13 марта 1919 года Ленин находился в Петрограде в связи с похоронами М. Т. Елизарова, мужа своей старшей сестры, члена коллегии Наркомата торговли и промышленности. В день приезда он посетил Смольный, где беседовал с петроградскими партийными и советскими работниками.

Во второй раз Ленин посетил Смольный 19 июля 1920 года, о чем уже говорилось выше.

Пребывание В. И. Ленина в Смольном запечатлено на семи фотографиях и одном кинокадре. Шесть фотографий относятся к январю 1918 года. Пять из них сделаны известным фоторепортером М. С. Наппельбаумом по поручению первого советского Государственного издательства (ныне Лениздат).

Фотограф увидел Ленина впервые. «...Меня поразила его простота,— вспоминал он.— Ни малейшей позы, ни одного движения, бьющего на эффект. Невысокого роста, широкоплечий, в люстриновом пиджаке, из нагрудного кармана которого торчало «вечное» перо, быстрый и четкий в движениях, красиво посаженная голова с большим открытым лбом...»

Съемка состоялась не в кабинете Ленина, а, очевидно, в Красном зале, где обычно заседал Совет Народных Комиссаров.

«Пока я возился с аппаратом,— вспоминал он,— товарищ Ленин не прекращал работы. Ежеминутно в конференц-зал прибегали с бумагами, и Владимир Ильич разбирал их, надписывая резолюции своим торопливым почерком... Товарищ Ленин продолжал работать, наклонившись над бумагами. Я воспользовался моментом и сделал съемку».

На двух других снимках, сделанных в этот день Наппельбаумом, Владимир Ильич запечатлен сидящим — в кресле с высокой спинкой и вполоборота за столом. Еще на одном снимке, редко публиковавшемся, Владимир Ильич сидит в естественной позе, с опущенными руками, взгляд направлен вниз, на лице отсвет улыбки.

Особенно удачным оказался снимок в фас. Лицо Ленина сосредоточенно, взгляд пристален. Этим снимком остался доволен и сам Ленин. Именно эта фотография позже была издана в виде открытки. На лицевой стороне ее, внизу, был воспроизведен автограф В. И. Ленина: «В. Ульянов (Ленин) 31 января 1918 г.».

Эту подпись Владимир Ильич поставил на отдельном листке и передал его 31 января работникам Государственного издательства, которые попросили его об этом. На этом же листке ниже Владимир Ильич приписал еще: «Очень благодарю товарища Наппельбаума. Ленин».

Этот снимок был издан большим форматом, как официальный портрет руководителя Советского правительства. За короткое время он получил широкое распространение в виде открыток, листовок, плакатов. Подавляющее большинство ленинских автографов встречается именно на этом портрете, фотооригинал которого сделал Наппельбаум в Смольном.

Наибольший интерес представляет снимок «В. И. Ленин в Смольном на заседании Совета Народных Комиссаров», сделанный неизвестным фотографом 30 января 1918 года. Дату снимка помогла установить Е. К. Кокшарова, работавшая с декабря 1917 года по август 1918 года в аппарате СНК вторым секретарем. Она вела протокол этого заседания.

По свидетельству Кокшаровой, заседание закончилось поздно ночью. Тогда и был сделан снимок. В центре за столом — В. И. Ленин. Вокруг него народные комиссары, члены правительства и работники аппарата Совнаркома. Среди членов правительства и левые эсеры, сотрудничавшие в то время с большевиками. На снимке (слева направо): И. 3. Штейнберг, И. И. Скворцов-Степанов, Б. Д. Камков (Кац), В. Д. Бонч-Бруевич, В. Е. Трутовский, А. Г. Шляпников, П. П. Прошьян, В. И. Ленин, И. В. Сталин, А. М. Коллонтай, П. Е. Дыбенко, Е. К. Кокшарова, Н. И. Подвойский, Н. П. Горбунов, В. И. Невский, А. В. Шотман, Г. В. Чичерин.

Посещение В. И. Лениным Смольного 19 июля 1920 года запечатлено на кинопленке и на единственной фотографии. На кинокадре можно видеть торжественную праздничную арку, сооруженную на месте въезда в аллею Смольного с площади Пролетарской Диктатуры. Под арку въезжает открытый автомобиль, на заднем сиденье которого — В. И. Ленин.

В тот же день, но позже, неизвестный фотограф запечатлел момент, когда В. И. Ленин в колонне делегатов Второго конгресса Коминтерна, направляющейся в Таврический дворец, выходит из ворот Смольного.

После переезда правительства в Москву в Смольном остались руководящие партийные и советские органы Петрограда и губернии.

За годы Советской власти проведено благоустройство территории вблизи Смольного. В 1923—1925 годах по проекту выдающихся советских архитекторов В. А. Щуко и В. Г. Гельфрейха перед Смольным был разбит партерный парк. Въезд в парк со стороны площади Пролетарской Диктатуры оформлен двумя симметрично расположенными пятиколонными портиками-павильонами, получившими название пропилеев Смольного.

В ознаменование 10-й годовщины Октября в 1927 году перед входом в Смольный был торжественно открыт памятник В. И. Ленину работы скульптора В. В. Козлова и архитектора В. А. Щуко.

В 1933—1934 годах первоначальный проект парка перед Смольным детально разработали архитектор А. И. Гегелло и садовод Р. Ф. Катцер. Были созданы четыре многоструйных фонтана, разбиты цветники и газоны. По обе стороны от главной аллеи установили бронзовые бюсты Карла Маркса и Фридриха Энгельса, выполненные скульптором С. А. Евсеевым и архитекторами В. А. Щуко и В. Г. Гельфрейхом. Парк приобрел торжественный характер, соответствующий исторической значимости Смольного.

В 1937 году на двух средних пилонах главного портика Смольного по эскизу А. И. Гегелло установили две бронзовые доски с текстом о том, что в 1917 году в Смольном помещался штаб вооруженного восстания, которым руководил В. И. Ленин, и о том, что в Смольном заседал II съезд Советов, создавший Советское правительство во главе с В. И. Лениным.

В годы Великой Отечественной войны Смольный — сердце блокадного Ленинграда. Здесь находились его партийное и советское руководство и Военный совет фронта.

После войны осуществлены грандиозные работы по благоустройству и архитектурному оформлению всего района, примыкающего к Смольному.

Ныне в Смольном размещаются Ленинградские областной и городской комитеты КПСС. Он по-прежнему живет напряженной, кипучей жизнью.

Мемориальный музей В. И. Ленина в Смольном посещает ежегодно около 200 тысяч экскурсантов. Не иссякает поток людей, которые хотят прикоснуться к истории, к истокам Великой Октябрьской социалистической революции.

Значительную часть посетителей музея В. И. Ленина в Смольном составляют зарубежные гости. Здесь побывали видные деятели международного коммунистического и рабочего движения, партийные и правительственные делегации, представители городов-побратимов, профсоюзных, молодежных и других демократических организаций.

С октября 1917 года Советское государство прошло более чем 70-летний путь. На этом пути были и огромные достижения, и крупные просчеты, славные победы и трагические страницы. Отход от ленинских принципов и идеалов социализма сопровождался массовыми политическими репрессиями, в том числе против соратников Ленина и активных участников Октября. Теперь, когда восстанавливаются ленинские принципы руководства страной и партией, когда формируется правильное историческое сознание народа, тысячи и тысячи безвинно пострадавших людей полностью реабилитированы.

Революционная перестройка в нашей стране, формирование нового политического мышления, которые получают все большую поддержку всего мирового сообщества, органично связаны с Великим Октябрем, с теоретическим наследием Ленина, с историческим опытом партии большевиков и Советского государства смольнинского периода. Именно тогда шел интенсивный поиск новой модели развития общества на путях демократизации и социализма, тогда рождалась в практике революционного преобразования общества ленинская концепция социализма.

Как символ первых шагов человечества по пути к новому, гармоничному миру, построенному на основе социальной справедливости и гуманизма, Смольный остается притягательным для всех людей планеты.