Содержание материала

Казань и Самара.

(1887 — 1893)

 

Телеграмма начальника Казанского губернского жандармского управления в департамент полиции от 4 декабря 1887 г. 3351 1)

Сегодня сходка студентов и ветеринаров; в университете оскорблен действием студентом Алексеевым инспектор университета; 90 возвратили билеты; к четырем часам толпа разошлась без участия полиции. Ветеринары подали петицию; руководителей полагаю арестовать.

Полковник Гангардт.

1) ДП, III, 1887 Г., д. № 662, ч. I, Л. 44.

 

Телеграмма казанского губернатора в департамент полиции от 4 декабря 1887 г. 1)

Студенты университета и ветеринарного института, в 12 часов дня, устроили сходку в здании университета, причем студент 1 курса юридического факультета Константин Александров Алексеев нанес оскорбление действием инспектору Потапову. Войска хотя были приготовлены, но участия не принимали. Студенты оставили здание университета в 4 часа вследствие убеждений ректора, но 99 возвратили билеты. Студенты ветеринарного института подали директору петицию. Следствие производится.

1) ДП, III, 1887 г., Д. № 662, ч. I, л. 45.

 

Из списка студентов, исключенных из Казанского университета за участие в сходке 4 декабря 1887 г. 1)

40. Ульянов Владимир, скрытный, невнимательный и даже невежливый, что очень поражало ввиду того, что он при окончании курса в гимназии получил золотую медаль. Еще за два дня до сходки подал повод подозревать его в подготовлении чего-то нехорошего: проводил время в курильной, беседуя с Зегрждой, Ладыгиным и другими, уходил домой и снова возвращался, принося по просьбе других что-то с собой и вообще о чем-то шушукаясь; 4-го декабря бросился в актовый зал в первой партии, и вместе с Полянским первыми неслись по коридору 2-го этажа. Ввиду исключительных обстоятельств, в которых находиться семья Ульянова, такое отношение его на сходке дало повод инспекции считать его вполне способным к различного рода противозаконным и даже преступным демонстрациям1).

1) Архив Казанского университета. Опубл. во II Ленинском сборнике, стр. 441 — 442.

 

Донесение начальника казанского губернского жандармского управления в департамент полиции от 4 декабря 1887 г. № 1441 1)

Сего 4 декабря, в 12 часов дня, студенты Казанского ветеринарного института: 1 курса Константин Антонов Выгорницкий, 2 курса Александр Егоров Скворцов, 3 курса Николай Александров Мотовилов, и того же курса Иван Иванов Воскресенский, находясь во главе толпы своих товарищей, подали г. директору института петицию по предметам, не относящимся собственно до этого учебного заведения, но в которой требовались отмена существующего университетского устава, признание за студентами права устраивать свои вспомогательные кассы, студенческие кухмистерские и т. п.2), затем, не производя беспорядков в здании ветеринарного института, участвовавшие в подаче петиции и все бывшие при этом студенты, с Выгорницким во главе, направились к императорскому казанскому университету, где тем временем студенты оного в количестве 150 — 200 человек, собравшись толпой, окружили с угрозами инспектора студентов г. Потапова, который, отступая перед напором студентов, выражавших ему различные порицания, вошел в свою канцелярию, куда за ним проникли и студенты, некоторых бывший впереди студент 1 курса юридического факультета Константин Александров Алексеев, сын обер-офицера, уроженец Уфимской губернии, нанес г. Потапову, без всякого повода, оскорбление действием, ударив его по лицу, а затем кто-то из толпы, но, кто именно, осталось пока невыясненным, покушался нанести г. Потапову удар стулом, причем помощник инспектора г. Войцехович, отклонивший удар, получил ушиб руки. Прибывший затем ректор университета г. Кремлев, при участии некоторых профессоров, обратился с увещанием к студентам, производившим беспорядки, требуя, чтобы студенты прекратили оные и разошлись; увещания ректора продолжались около 3 часов, причем студенты, с своей стороны, требовали удаления инспектора г. Потапова, отмены университетского устава, разрешения устраивать вспомогательные кассы и кухмистерские, возвращения исключенных за последние годы студентов и привлечения к ответственности должностных лиц, содействовавших этому исключению и, наконец, чтобы настоящий их поступок остался безнаказанным, но все-таки к 4 часам пополудни, не производя иных насильственных действий и особых беспорядков, студенты разошлись, так что не представилось необходимости прибегать к содействию воинской команды, которая в составе одного батальона 7 пехотного Ревельского полка находилась в готовности во дворе соседнего с университетом здания казанского городского полицейского управления. При этом из числа производивших беспорядок студентов университета 90 человек тут же представили ректору свои входные билеты, заявив о нежелании оставаться долее в университете, прочие же участники беспорядка, присоединившись к этому заявлению, объяснили, что входные билеты их будут также представлены ими. Равным образом, без особых понудительных мер, разошлись к тому же времени и пришедшие к университету студенты Казанского ветеринарного института, которые во время беспорядка, не принимая в нем активного участия, находились на улице, подле здания университета, чем и ограничились для выражения своего сочувствия студентам оного. В самом же ветеринарном институте не произошло иного беспорядка, кроме подачи вышеупомянутой петиции, подписавшие которую и вообще обратившие на себя внимание своим поведением 17 студентов ветеринарного института, в представляемом списке поименованные3), по постановлению совета института, сего же числа из оного исключены, причем Выгорницкий, Скворцов и Мотовилов будут, по распоряжению г. казанского губернатора, арестованы впредь до отправления их на родину; остальным же, равным образом, предложено будет выехать из г. Казани также, как и студентам университета, которые будут подвергнуты исключению, каковую меру г. попечитель казанского учебного округа предполагает применить к большинству участников произведенного беспорядка, из которых против вышеупомянутого студента Константина Алексеева возбуждено судебное, преследование. По распоряжению г. попечителя учебного округа Казанский университет временно закрыт до окончательного водворения спокойствия среди студентов, из которых сторонниками беспорядков было только меньшинство, причем и из этого меньшинства многие действовали под давлением товарищей.

Донося об изложенном, долгом считаю присовокупить, что во время вышеописанного беспорядка в Казанском университете среди студентов циркулировало составленное и отгектографированное неизвестными лицами воззвание, экземпляр которого при сем представляется4).

Полковник Гангардт.

1)  ДП, III, 1887 Г., д. № 662, ч. I, л. 171.

2) Петицию см. ниже стр. 60.

3) Список исключенных студентов ветеринарного института имеется в этом же деле (л. 174), а список исключенных студентов университета, среди которых значится и В. И. Ульянов, см. II Ленинский сборник, стр. 439 — 440.

4) Воззвание см. ниже, стр. 58.

 

Донесение казанского губернатора министру внутренних дел от 6 декабря 1887 г. №1014 1)

Ввиду студенческих беспорядков в г. Москве я своевременно сделал должное распоряжение о принятии надлежащих мер к предотвращению противозаконных сборищ студентов Казанского университета и портерных, кухмистерских и других частных домах, где, по обыкновению, у них бывают предварительные суждения. Кроме сего на всех пунктах, удобных для сборищ, был усилен полицейский пост, а командующему войсками казанского военного округа было сообщено о сделании распоряжений, чтобы на всякий случай был в готовности один из расположенных в Казани баталионов; при этом учебное начальство обязалось при первых признаках намерения студентов совершить беспорядок в здании университета тотчас же дать знать полицмейстеру.

4 числа сего декабря, в 12 часов дня, получил я известие, что вовремя лекций несколько из студентов, отворив двери аудитории, закричали: «На сходку». Это был, видимо, условный знак, вследствие которого большая часть молодежи бросилась в актовый зал, а меньшинство, и преимущественно студенты высших курсов, чтобы не быть участниками незаконных действий, удалились из университета. Беспорядок был произведен в присутствии инспектора и прочих членов инспекции, и, когда инспектор Потапов начал уговаривать студентов, чтобы они разошлись, студент 1 курса юридического факультета Константин Александров Алексеев, уроженец Златоустовского уезда и поступивший в Казанский университет 11 августа сего года из уфимской гимназии, нанес удар рукою по лицу инспектора.

В то же время, то есть в 12 часов дня, и в ветеринарном институте собралось до 60 человек студентов с целью произвести беспорядок, но, вследствие убеждений директора, особых беспорядков не произвели, а ограничились подачей через студента Скворцова петиции, при сем представляемой в копии. После чего всей гурьбой отправились в университет и там присоединились к волновавшимся студентам.

Получив извещение о сказанных беспорядках и опасаясь главным образом столкновений простого народа, относящегося весьма недружелюбно к волнующейся молодежи, я тотчас же потребовал войска в полицейское здание, находившееся вблизи университета. Более трех часов университетское начальство убеждало студентов разойтись, и только в 4 часа пополудни волнующаяся молодежь вышла небольшими группами из университетского здания. К этому времени собравшаяся толпа народа по увещанию полиции разошлась, и на улице никаких беспорядков не было; но во время волнений студентов удалось полиции отобрать несколько экземпляров воззваний, один экземпляр которого при сем прилагается2). Виновники составления сего воззвания еще не разысканы, но дознание производится. Оставляя залу университета, 99 студентов возвратили инспекции имеемые ими билеты на право слушания лекций. Ныне попечитель учебного округа отношением за № 617 уведомил, что из лиц, участвовавших в беспорядках, исключено из университета пока 39 человек, а директор ветеринарного института сообщил, что из института исключено 17 студентов. Исключенным присланы списки, и о высылке их из Казани сделано уже надлежащее распоряжение.

Доводя о сем до сведения вашего сиятельства, долгам считаю почтительнейше доложить, что с сего числа чтение лекций в университете временно приостановлено, в институте же эти лекции были прекращены ранее ввиду производимых поверочных экзаменов; мера надзора за студентами мною усилена, и через полицейских чинов охраняются входы в здание университета и института, причем имеется наблюдение, дабы не было сделано каких-либо неблаговидных поступков противу попечителя, к которому студенты относятся недружелюбно.

 Губернатор Андреевский.
Управляющий канцеляриею Орлов.

1) ДП, III, 1887 г., д. № 662, ч. I, л. 180.

2) См. ниже

 

Листовка казанских студентов1)

Товарищи!

Тяжким бременем лег новый университетский устав2). Вас, питомцев дорогой «alma mater» вас, представителей молодой интеллигентной мысли, он отдал во власть шпионствующей инспекции, он сузил и низвел на «нет» значение профессорской коллегии, сделал из них учителей-чиновников, он ограничил доступ в университеты сыновьям бедных отцов, увеличив взнос за право слушания лекций, установив тяжелые условия при получении стипендий и т. д. Но это еще не все: циркуляр министерства народного просвещения от 18 июня 1887 г. лишил ваших юных братьев возможности получать даже гимназическое образование. Наконец, в событиях московских 23, 24, 25 ноября текущего года, когда лилась кровь наших товарищей (2 студента было убито), когда нагайки свистали над головами их, в этих событиях нанесено было позорное оскорбление всей русской интеллигентной молодежи. Казанские студенты! Неужели мы не встанем на защиту попранных прав наших университетов, неужели мы не выразим нашего протеста пред разыгравшейся во всю ширь реакцией? Мы верим в казанское студенчество и мы зовем его на открытый протест в стенах университета!3)

1) ДП, III, 1887 г., д. № 662, ч. I, л. 175-6. Воспроизводится с гектографированного оригинала.

1) Речь идет о реакционном уставе 1884 г., введенном при министре народного просвещения Делянове. Этим уставом от поступающих в университет требовалось представление свидетельства о безукоризненном поведении от местной полиции, в зданиях университета безусловно было запрещено устройство студенческих читален, столовых, концертов и др. публичных собраний, участие студентов в каких бы то ни было общественных кружках и т. д.

3) В одном из перлюстрированных департаментом полиции писем очевидец об университетских событиях в Москве 1887 г. пишет:

«В воскресенье в 22 с. м. [ноября 1887 г.] в зале дворянского собрания был студенческий концерт. Во время антракта между первым и вторым отделением, в то время, когда публика начала возвращаться на места, студент 3 курса юридического факультета Синявский приближается сзади к инспектору и окликает его по имени и отчеству. «Что вам угодно?», оборачивается к нему инспектор. «Вот что мне угодно от лица всех студентов!», отвечает студент, да влепил ему такую оплеуху, что тот еле на ногах удержался. Инспектора (Брызгалова), бледного, как смерть, вывели из зала. На поднявшийся в зале гвалт Синявский бросившимся к нему совершенно спокойно сказал: «К чему этот шум, ведь я не удираю. Сидите и слушайте музыку, а я с полицейскими пойду себе, куда мне нужно». Он вышел, его повезли и т. д. Брызгалов — чрезвычайно серьезный, несимпатичный, между студентами и даже в обществе недолюбливаемый человек.

Для того, чтобы выразить сочувствие поступку Синявского, показать, что это было общее дело, а не индивидуальная, личная, месть, студенты на следующий день затеяли сходку. Каким-то путем проведала об этом полиция и осадила ворота. Сходка была отложена на следующий день. Вчера я в 12 ч. подхожу к университету (сходка была назначена в час на университетском дворе) и вижу такое зрелище: масса (до 2 000) студентов стоит перед зданием и воротами и перебранивается с приставами и полицейскими, которые заперли ворота и стерегут находящихся за воротами во дворе человек 500 студентов. Через несколько минут приходят к тем (во дворе) педели и под предлогом, что ректор хочет с ними говорить, зовут их в актовую залу. Студенты пошли. Пришедши туда, они однако узнали, что это была хитрая заманка и больше ничего: ректор за ними присылать и не думал, их заманили, а затем заперли. Лишь только об этой проделке узнали на улице, волнение между студентами увеличилось еще более. Приезжает Юрковский (обер-полицмейстер, «сиятельство») и начинает убеждать студентов расходиться по домам. Ему отвечают, что это сделают не раньше, чем выпустят тех. Тут пошли перекоры да переговоры — вдруг, донцы, доблестное воинство донских казаков, с 3-саженными пиками да с фунтовыми нагайками! Что дальше произошло, описать трудно. Солдаты, студенты, народ, полицейские — все это смешалось в один клубок. Били нас и казаки с нагайками, били и мясники с Охотного ряда — опора отечества и престола, прибежавшие на помощь казакам; били по голове, по лицу, словом — куда попало. Пытавшихся обороняться сажали на извозчиков и увозили. Я в это время стоял непосредственно возле Юрковского и таким образом остался цел. Из других, кто не успел во-время убежать (студенты, впрочем, не бежали, бежала толпа), мало осталось кто теперь не ходит с повязанной головой. Запертых в актовом зале под вечер выпустили, отобрав сначала у них билеты и арестовав тех, кого принимали за зачинщиков (говорят, до 100 чел.), остальным запретили являться в университет «впредь до особого распоряжения». Сегодня повторилась вчерашняя история, в меньшем только виде. Собравшихся студентов было лишь около 500 — 600 человек. Когда появились казаки, они пошли к клинике на Рождественке, казаки за ними, они обратно в университет, казаки за ними, пока, наконец, не разогнали их. Завтра соберутся, вероятно, опять; собираются подписи на петиции удалить Брызгалова, и судить снисходительно Синявского, поступок которого был выражением недовольства всех до последнего студентов» (ДП, III, 1887 г., д. № 662, ч. I, л. 63).

 

Петиция, поданная казанскими студентами ректору университета 4 декабря 1887 г. 1)

Собрало нас сюда ничто иное, как сознание невозможности всех условий, в которые поставлена русская жизнь вообще и студенческая в частности, а также желание обратить внимание общества на эти условия и представить правительству нижеследующие требования. Мы пришли к заключению, что реформы наивозможно ближайшего будущего по отношению к университетам должны быть следующие:

а) Для всех российских университетов устав должен быть один и тот же.

b) Университетом должна заведывать коллегия профессоров совершенно самостоятельно.

c) Никакого контроля со стороны университета над частною жизнью студентов не должно быть.

d) Студентам должно быть предоставлено право сходок для обсуждения дел, касающихся студенчества, а также право коллективной подачи петиций.

e) Право иметь свои библиотеки, читальни, кассы взаимопомощи, кухмистерские и управлять ими через своих выборных.

f) Должен быть гласный студенческий суд, решения которого профессорская коллегия не может игнорировать.

q) Студенты получают право распределять стипендии и пособия по усмотрению выборных от студентов лиц.

II. Уничтожение сословности и всякого рода препятствий, затрудняющих доступ в учебные заведения (например, высокая плата, форма и т. п.).

III. Справедливость требует, чтобы все наши товарищи всех университетов, исключенные за студенческие волнения, были приняты вновь.

IV. Для удовлетворения возмущенного нашего и общественного мнения, необходимо, чтобы были наказаны те лица, по приказанию или недосмотру которых были совершены в 20-х числах прошедшего месяца зверские насилия над нашими товарищами, московскими студентами, и даже убийства, официально скрываемые.

Казанские студенты.

1) Воспроизводится с оригинала напечатанной на гектографе листовки, сохранившейся в деле ДП, III, 1887 г., д. № 741, л. 4-а — 4-б, в конверте, адресованном Н. М. Пушкову, в Алатырь, Симбирской губернии, с датой на почтовом штемпеле Казани «6 декабря 1887 г.». Листовка была переслана Симбирским ГЖУ в департамент  полиции при отношении 17 декабря 1887 г. с указанием, что адресат — Н. М. Пушков, бывш. студент Казанского университета, учитель математики в Алатырской прогимназии.

 

Телеграмма тов. министра внутренних дел Шебеко казанскому губернатору 4 декабря 1887 г. № 319361)

Благоволите исключенных студентов немедленно выслать из города.

За министра Шебеко.

1) ДП, III, 1887 г., д. № 662, ч. I, л. 47.

Телеграмма казанского губернатора тов. министра внутренних дел 14 декабря 1887 г. № 13581 1)

Все исключенные студенты университета и ветеринарного института высланы из Казани, уволенные уезжают.

Губернатор Андреевский.

1) ДП, III, 1887 Г., Д. № 662, Ч. I, Л. 112.

 

Донесение начальника Казанского губернского жандармского управления в департамент полиции от 29 декабря 1887 г. № 16501)

Вследствие предписания департамента от 19 декабря за № 3428/7852) имею честь донести следующее.

После беспорядков 4 декабря, согласно отношения г. попечители учебного округа, по распоряжению г. казанского губернатора, были заключены под стражу, впредь до отправления на родину, исключенные из университета студенты, причем они продовольствовались на счет казанского полицмейстера, и кроме того, родные, знакомые и товарищи, приходя на свидания с арестованными или для переговоров об отъезде последних, приносили в полицейское управление в значительном количестве съестные припасы, теплые вещи и деньги. Затем, снабженные всем необходимым, отправлялись в путь, сопровождаемые до черты города одним полицейским чиновником; при этом случалось, что отъезжавших провожали товарищи студенты, размещенные в нескольких экипажах, и один раз, действительно, подобный поезд следовал по главной улице г. Казани (Воскресенской), обращая на себя внимание, в особенности учащейся молодежи, имеющей обыкновение по праздничным дням разгуливать по упомянутой выше улице; общее внимание было возбуждено еще более эксцентричным поступком двух принадлежащих к лучшему казанскому обществу дам — вдовы богатого землевладельца Софьи Михайловны Чемезовой и дворянки Софьи Николаевны Глушиной, которые, накупив целый куль разных закусок и вин, бросили его в сани проезжавших студентов, которые затем раскланивались со всеми гуляющими, благодаря за сочувствие, а некоторые даже бросали гектографированные листки, начинающиеся «Прощай, Казань, прощай университет», а гулявшие на улице учащиеся аплодировали отъезжавшим 3).

Вообще, нельзя не сознаться, что казанское общество отнеслось  сочувственно к студентам, благодаря слухам, распускаемым многими лицами, о несоответствующих будто бы здравомыслящему человеку действиях г. попечителя учебного округа и бестактности и недобросовестности студенческой инспекции, которая, по словам этих лиц, явилась главною виновницею беспорядков 4 декабря. К довершению всего, г. попечитель учебного округа своими решительными распоряжениями возбудил к себе неприязненные отношения многих влиятельных лиц в губернии и в особенности ректора казанского университета г. Кремлева, на стороне которого стоит большинство профессоров; из них, как на наиболее выдающихся по своим крайне либеральным убеждениям, я могу указать на Щербакова, Васильева, Штукенберга и Преображенского. Эти лица, кроме Штукенберга, 4 декабря на сходке, по удалении ректором инспекции, обращались к студентам с речами, но содержание этих речей осталось неизвестным. Затем 5 декабря в совете университета г. Щербаков, не будучи никем уполномоченным, обратился с благодарственною за прекращение сходки речью к ректору Кремлеву, на что последний ответил: «К сожалению, мой образ действий не одобряется начальством».

В настоящее время г. попечитель предоставил правлению университета наложить, по усмотрению, дисциплинарные взыскания на менее виновных студентов, вследствие чего члены правления гг. Кремлев, Щербаков и Васильев настаивали на том, чтобы каждый студент обвинялся в присутствии правления и виновного самим инспектором. Таким образом последний ставился бы в самое неудобное положение, находясь вынужденным входить в пререкания с обвиняемыми, чем последние еще более озлоблялись бы против инспекции. Признавая подобный образ действий правления несоответствующим, г. попечитель приостановил деятельность по изложенному вопросу правления университета и просил г. министра народного просвещения отстранить от должностей г. Кремлева и декана медицинского факультета г. Щербакова.

Ко всему вышесказанному считаю необходимым присовокупить, что в настоящее время многие исключенные студенты, — судя по слухам, побуждаемые г. Щербаковым, — представляют удостоверения разных лиц, а в том числе и квартирных хозяек, о том, что эти студенты не были на сходке 4 декабря, а потому они не подлежат никакому наказанию; подобные удостоверения носятся исключенными из дома в дом, как доказательства несправедливости действий инспекции и высшего учебного начальства вообще, ввиду чего казанское общество все более и более проникается сочувствием к студентам, как к лицам, невинно пострадавшим лишь благодаря жестокости и лицемерию инспекции университета, которая, по моему мнению, была в высшей степени сдержанна в своих обвинениях по событию 4 декабря, где, как известно департаменту из показания Алексеева, г. инспектор Потапов был оскорблен действием не одним Алексеевым, а вся толпа студентов выталкивала его из залы, имея в руках ножки и ручки от сломанных студентами кресел.

Профессор Штукенберг, заведующий естественным факультетом, давшим наибольший процент участников беспорядков, еще раньше навлекал на себя подозрения в сомнительной политической благонадежности, выразившейся в деле о студенческой библиотеке Рейнгардта, закрытой по высочайшему повелению в 1883 г., каковое дело возбуждено по предписанию департамента полиции от 27 апреля 1883 г за № 954.

Профессор же Васильев, как мне известно негласным путем находится в сношениях с эмигрантами в Лондоне и состоит в дружеских сношениях с крайне подозрительным в политическом отношении г. Анненским, заведующим казанским земским статистическим бюро, а ныне занимающим такую же должность в Нижнем Новгороде, причем, по моим сведениям, возле названного Анненского группируются все неблагонадежные элементы, удаленные из Казани.

Что же касается до сборов денег, теплых вещей и даже съестных припасов в пользу отъезжавших из Казани исключенных студентов, то этим, главным образом, занималась жена осматривающего оружие в войсках казанского военного округа полковника Семянина — Наталья Александровна, при участии вышеупомянутых Глушилиной и Чемезовой и дочери местного купца девицы Алевтины Семеновой Пчелиной, два брата которой были исключены из университета за участие в беспорядках 4-го сего декабря, а ранее были замечены как деятельные сторонники казанского землячества4).

Полковник Гангардт.

1) ДП, III, 1887 Г., Д. № 735, ЛЛ. 5 — 8.

2) В этом «предписании» департамент полиции предлагал «доставить подробные сведения как о профессорах, так и о тех лицах, кои обратили внимание сочувственным отношением к студенческим беспорядкам», лл. 2 — 3 в том же деле.

3) См. ниже стр. 63.

4) «Землячество» — основная организационная ячейка, объединявшая в своих рядах студентов одной области или губернии. Делегаты от землячеств составляли «союзный совет», направляющий всю общественную работу студенчества.

 

Листовка исключенных казанских студентов1)

Прощай, Казань!.. Прощай, университет!.. Недалеко еще то время, когда мы въезжали сюда, полные веры и любви к университету и его жизни, мы думали, что здесь, в храме науки, мы найдем те знания, опираясь на которые, мы могли бы войти в жизнь борцами за счастье и благо нашей измученной родины! Мы страстно искали этих знаний!.. Но с чем же столкнулись мы здесь?.. Навстречу нам шла та «наука для науки», которую так яростно защищали некоторые из господ профессоров на сходке 4 декабря, та наука, благодаря которой, говорили они, мы, студенты, могли бы спокойно и бесстрастно смотреть на гнет и страдание дорогой родины... Вместе с тем нас охватило и деморализующее влияние инспекций и клики ее шпионов, клевретов... Жутко и холодно стало нам... Мы не пошли за нашими учителями... Наша молодая кровь, наше молодое сердце заставило искать выхода... Мы сгруппировались в землячество, твердо веруя, что здесь, в товарищеском кругу, мы поддержим друг друга, здесь мы найдем также и выход нашим страстным стремлениям к развитию в нас убеждений и взглядов, твердых и честных, читая и беседуя друг с другом... Но и этого нам не дали!.. Нам запретили организоваться в землячества, грозя исключением!.. С каждым днем гнет нового устава чувствовался все жестче и жестче... Начались исключения из университета. На весь этот гнет мы сдержанно отвечали мирными протестами в дни нашего университетского акта; кроме того мы письменно обращались ко всем профессорам, приглашав притти к нам на помощь в борьбе с гнетом нового университетского устава... В ответ  — ни слова! Наконец, вышли в свет известные циркуляры, закрывшие доступ в гимназии, а тем самым и в университет неимущей молодежи, детям тружеников, бедняков, детям крестьян, мещан и т. д. Все это страшно возмутило нас... Наступившие ноябрьские события в Москве, факты нахальной и зверской расправы с нашими товарищами, студентами Московского университета, нанесли нам, как студентам, кровное оскорбление... Мы должны были протестовать, и наш протест вылился в активную форму — сходку... За наш протест нас исключают из университета и изгоняют из Казани!!!

Мы уезжаем из Казани с глубокой верой в правду нашего дела!..

Жмем руки тем, кто любит нас!!!

Искреннее спасибо за сочувствие и материальную поддержку многих членов казанского общества!!!

1) ДП, III, 1887 г., д. № 741, л. 30. Воспроизводится с гектографированного оригинала. Опубликована в очерке Ф. Раскольникова «Ленин-студент», «Молодая гвардия»1933 г., № 9, ст. 105.

 

Донесение начальника Казанского губернского жандармского управления в департамент полиции от 8 февраля 1888 г. № 2531)

Имею честь представить при сем в департамент полиции «алфавитный список» на исключенного из числа студентов императорского казанского университета за участие, в студенческих беспорядках 4 декабря 1887 года Владимира. Ильина Ульянова, подчиненного ныне, на основании п. 3 циркуляра г. министра внутренних дел от 9 апреля 1882 года за № 1365, негласному надзору полиции2).

Подполковник Матушевский.

1) ДП, V, 1567 г., д. № 7189, ч. I, л. 31. В подлиннике дата года отсутствует, но имеется входящий № от 15 февраля 1888 г.

2) Этот циркуляр имел задачей «обеспечить возможность более удобного собирания сведений о поднадзорных, к нему было приложено: «положение о негласном полицейском надзоре», утвержденное мин. вн. дел 1 марта 1882 г., и установленные формы донесений: лит. А. к § 7 — «алфавитный список» поднадзорного; лит. Б, к § 8 — «извещение» в случае отъезда поднадзорного; лит. В, к § 12 — полугодовые «сведения» о поднадзорном (ДП, III, 1882 г., д. № 101, лл. 61 — 66).

 

Лит. А

Алфавитный список лиц, состоящих под негласным надзором в Казанской губернии1)

№ дела

Имя, отчество, фамилия, сословие и лета от роду.

Семейное положение.

Имущественное обеспечение.

Место постоянного жительства.

Обстоятельства прошедшей жизни поднадзорного и настоящее его занятие.

Год, число и № распоряжения департамента государственной полиции, по которому учрежден надзор.

Время выбытия из района жанд. управл. или прекращения надзора.

 

Владимир Ильин Ульянов, дворянин, 18 лет.

Отец умер, мать Мария Александровна Ульянова 60 лет. Дочери: Анна, девица, 22 лет; Ольга, 16 лет; Мария, 9 лет. Сыновья: Владимир, 18 лет, и Дмитрий 13 л.

Пенсия отца в 1200 р.

Деревня Кокушкино, Черемшевской волости, Лаишевского уезда.

До сих пор учился дома и в гимназии в г. Симбирске. Пробыл 3 месяца в Казанском университете, откуда исключен за участие в студенческих беспорядках 4 декабря 1887 года. В настоящее время занимается продолжением своего образования.

Негласный надзор учрежден на основании п. 3 циркуляра г. министра внутренних дел от 9 апреля 1882 г.

 

 

И. д. начальника управления подполковник Матушевский.

1) ДП, V, 1887 Г., Д. № 7189, Ч. 1, Л. 32.

 

Отношение департамента полиции в Донское областное жандармское управление от 3 апреля 1888 г. № 942/2741).

Из производящейся в департаменте полиции переписки усматривается, что в конце минувшего года в г. Казани образовался кружок крайне вредного направления, к которому принадлежали брат Натана Богораза, исключенный из Таганрогской гимназии, Лазарь Богораз (по крещении Сергей Губкин), брат казненного Александра Ульянова — студент Казанского университета Владимир Ульянов, студент Казанского ветеринарного института Константин Выгорницкий (близкий знакомый казненного Андреюшкина), Александр Скворцов, Иван Воскресенский и др. Кружок этот, при посредстве студента С.-Петербургского университета, уроженца г. Таганрога Василия Зелененко, поддерживал сношения с петербургскими кружками противоправительственного направления.

Из числа упомянутых лиц Скворцов и Воскресенский, по исключении их из института, в начале сего года поселились вместе с Богоразом в г. Таганроге, где некоторое время находился и Зелененко, возвратившийся затем в С.-Петербург.

Из препровождаемой при сем совершенно доверительно выписки из письма Губкина (Богораза) усматривается, что он находится где-то близ Ростова на Дону, состоя в непосредственных сношениях с народом. Скворцов же (Шпак) остается в Таганроге вместе с Иваном (вероятно, Воскресенским), а также с Дмитрием и Борисом — личностями, не известными департаменту.

Придавая особое значение указанному кружку, департамент полиции покорнейше просит выяснить состав членов оного и установить за деятельностью и сношениями их тщательное наблюдение. О месте пребывания же Богораза, равно и личности «Ив. Пет.», под руководством коего он состоит, и проживающих в Таганроге Дмитрия, Бориса и Ивана сообщить департаменту подробные сведения, причем присовокупить указания о месте жительства, имени, отчестве и фамилии дяди Богораза, на имя коего он предлагает Зелененко адресовать свою корреспонденцию.

Директор П. Дурново.

1) ДП, III, 1886 г., д. № 151, л. 118.

 

Из справки департамента полиции1)

В 1887 и 1888 годах из Казанского университета разновременно уволено и исключено 102 чел.

Из означенного числа воспрещено жительство в Казани 41 чел.

Вновь разрешено жительство в Казани 12 чел.

Кроме вышеназванных лиц нижеследующие студенты Казанского университета обращались с ходатайством:

1. ……………………………………….

2. Ладыгин Василий, Ульянов Владимир и Шаровский Александр  просили о разрешении им жить в Казани и университетских городах для поступления в университет, но, ввиду неблагоприятных сведений об этих лицах, департамент полиции признал их ходатайства преждевременными.

1) ДП, III, 1888 г., д. № 471, л. 12. Без даты.

 

Список студентов Казанского университета, исключенных и уволенных из оного в минувшем 1887 и текущем 1888 гг. за участие в беспорядках и политическую неблагонадежность, с указанием последующих распоряжений1)

 

Имя, отчество, фамилия.

Предмет ходатайств.

Распоряжение департамента по ходатайствам.

…..

………….

……….

24. Ульянов Владимир.

В 1888 г. мать Ульянова неоднократно ходатайствовала о разрешения принять вновь сына Владимира в какой-либо университет2).

Ходатайство  признано преждевременным.

В сентябре 1888 г. Ульянов ходатайствовал о разрешении уехать за границу для окончания образования.

Отклонено.

 

1) То же дело, л. 16. Заголовок подлинника.

2) В делах департамента полиции сохранилось два прошения М. А. Ульяновой на имя директора департамента полиции от 9 мая и 15 июля 1888 г. (ДП, III, 1887 г., д. № 662, ч. 2, лл. 95, 133.

 

Литер В.

Сведения о лицах, состоящих под негласным надзором полиции с 1 июля 1888 г. по 1 января 1889 г. по Казанской губернии1)

 

№№ по пор.

Имя, отчество, фамилия и сословие.

Время учреждения надзора.

Сущность сведений, полученных при наблюдении.

Время прибытия в район другого и какого именно жандармского управления или же прекращение надзора.

55

……..

Ульянов, Владимир Ильин, бывший студент Казанского университета.

…..

27 декабря 1887 года.

….

Ни в чем замечен не был.

…..

Дер. Кокушкино, Черемышевской волости, Лаишевского уезда, Казанской губ.

 

Начальник Казанского губернского жандармского управления полковник Гангардт.

1) ДП, III, 1889 г., д. №. 74, ч. 25, л. 2. — Заголовок подлинника.

 

Отношение директора департамента полиции на имя казанского губернатора от 16 сентября 1888 г. № 24801)

М.Г.

Николай Ефимович,

Бывший студент Казанского университета Владимир Ульянов обратился к господину министру внутренних дел с ходатайством о разрешении ему выезда за границу для поступления в один из иностранных университетов.

Не находя с своей стороны возможным удовлетворить ходатайство Ульянова, имею честь покорнейше просить ваше превосходительство заграничного паспорта ему не выдавать и приказать объявить ему, что департамент полиции находит выезд его за границу преждевременным.

Вместе с тем покорнейше прошу ваше превосходительство, в случае выезда означенного Ульянова из Казани, уведомить департамент, куда именно он выехал, и сообщить непосредственно от себя подлежащему губернатору о невыдаче ему паспорта.

Примите, м. г., уверение и т. д. [Дурново].

1) ДП, III, 1888 Г., Д. № 222, Л. 15.

 

Из донесения начальника Казанского губернского жандармского управления в департамент полиции от 3 ноября 1888 г- № 16291)

Вследствие предписания от 15 прошлого октября месяца за № 2779/49312) имею честь донести департаменту полиции, что из числя, упомянутых в донесении моем от 27 сентября сего года за № 14003) в г. Казани проживают и по настоящее время следующие лица: Николай Семенов Купревич... Александр Александрович Тычинский... Кроме вышеупомянутых лиц в г. Казани проживают бывшие студенты Казанского университета: Владимир Ильич Ульянов, недавно прибывший в Казань, где проживает в квартире матери своей без определенных занятий...

1) ДП, III, 1887 г., д. № 602, ч. 2, л. 170. Воспроизводится с отпуска.

2) В этом предписании департамент полиции затребовал сведения о лицах, группировавшихся в г. Казани вокруг С. Г. Сомова (в том же деле, л. 13). О казанском кружке С. Г. Сомова М. Горький пишет: «Я познакомился с ним [Сомовым] в Казани, где он организовал довольно обширный кружок молодежи; после переезда Сомова в Нижний во главе кружка встал его талантливый ученик Федосеев, вскоре «провалившийся» вместе со всем кружком» («Былое», 1921 г., № 16).

3) По поводу кружка лиц, группировавшихся вокруг С. Г. Сомова (в том же деле, л. 10).

 

Донесение казанского губернатора министру внутренних дел от 13 мая 1889 г. № 14251)

Проживающий в г. Казани бывший студент императорского Казанского университета, состоящий под негласным надзором полиции, дворянин Владимир Ульянов поданным прошением ходатайствует о разрешении ему выдать заграничный паспорт на выезд за границу для лечения, причем представил медицинское свидетельство о своей болезни.

Представляя о вышеизложенном на благоусмотрение вашего высокопревосходительства и прилагая медицинское свидетельство о болезни Ульянова, долгом считаю присовокупить, что дворянин Ульянов в сентябре месяце 1888 года ходатайствовал в министерстве внутренних дел о разрешении ему выезда за границу для поступления в один из иностранных университетов и 16 сентября, за № 2480 2), директор департамента полиции сообщил предместнику моему для объявления Ульянову, что департамент полиции находит выезд его за границу преждевременным. Из доставленных же казанским полицмейстером сведений видно, что сказанный Ульянов есть родной брат состоящей под гласным надзором полиции Анны Ульяновой, за время проживания в Казани хотя к делам политического характера не привлекался, но аттестуется личностью вредного направления в политическом отношении

Губернатор Полторацкий3)

1) ДП, III, 1898 Г., д. № 6, Ч. 950. Л. 12.

2) См. выше стр. 67.

3) На отношении резолюция: «Я полагал бы отклонить, так как может ехать на Кавказ (Ессентуки, № 17)».

 

 Литер В.

Совершенно секретно.

Сведения о лицах, состоявших под негласным надзором полиции с 1 января 1889 года по 1 июля 1889 года по Казанской губернии1)

 

№ № по пор.

Имя, отчество, фамилия и сословие.

Время учреждения надзора.

Сущность сведений, полученных при наблюдении.

Время выбытия в район другого и какого именно жандармского управления или же прекращения надзора.

38

…..

Ульянов, Владимир Ильин, бывший студент Казанского университета.

…..

27 декабря 1887 г.

….

Вел знакомство с подозрительными лицами.

……

3 мая 1889 года выбыл в Самарскую губернию.

 

Начальник Казанского губернского жандармского управления полковник Гангардт.

1) ДП, III, 1889 Г., д. № 74, Ч. 25. Л. 7.

 

Сведения о лицах, состоявших под негласным надзором полиции в Самарской губернии с 1 июля 1889 года по 1 января 1890 года1)

 

№ № по пор.

Имя, отчества, фамилия и сословие.

Время учреждения надзора.

Сущность сведений, добытых наблюдением.

Время выбытия в район другого и какого именно жандармского управления.

17

…..

Владимир Ильин Ульянов, дворянин.

…..

27 декабря 1887 г. в г. Самаре; определенных занятий не имеет.

…..

В политическом отношении сомнителен и требует наблюдения.

…..

 

 

1) ДП, III, 1890 Г., Д. № 74, Ч. 40, Л. 2.

 

Отношение министерства народного просвещения в департамент полиции от 11 ноября 1889 г. № 1889 г. № 18877 1)

Бывший студент Казанского университета Владимир Ульянов обратился в министерство народного просвещения с ходатайством о допущении его к экзамену на степень кандидата юридических наук при каком-либо высшем учебном заведении.

Ввиду сего департамент народного просвещения имеет честь покорнейше просить департамент полиции сообщить имеющиеся в его распоряжении сведения о политической благонадежности Ульянова и заключение по предмету изложенного выше ходатайства.

Вице-директор [подпись].

1) ДП, о. о., 1898 Г., Д. № 6, Ч. 950, Л. 15.

 

Отношение департамента полиции в Казанское губернское жандармское управление от 16 мая 1890 г. № 1961 1)

По встретившейся надобности департамент полиции имеет честь просить ваше высокородие сообщить подробные сведения о деятельности, сношениях и политической благонадежности бывшего студента императорского Казанского университет Владимира Ильича Ульянова как до исключения его в 1887 г. из университета за участие в студенческих беспорядках, так и за последнее время его проживания в Казани.

Директор П. Дурново.

1) ДП. о. о., 1898 г., д. № 6, ч. 950, л. 21. Аналогичное отношение было послано того же числа начальнику Самарского губернского жандармского управления.

 

Донесение Казанского губернского жандармского управления в департамент полиции от 27 мая 1890 г. № 481 1)

Вследствие предписания департамента полиции от 16 мая, за № 19612), имею честь донести, что бывший студент императорского Казанского университета Владимир Ильин Ульянов до исключения его в 1887 году из университета, как выяснилось негласным наблюдением, вел деятельное сношение с прибывшим 31 августа 1887 года в г. Казань из Таганрога Лазарем Богоразом (он же Сергей Губкин), братом казненного политического преступника Натана Богораза, а также вел знакомство с известными департаменту полиции исключенными за участие в студенческих беспорядках 4 декабря 1887 года бывшими студентами Казанского университета Иваном Воскресенским, Константином Выгорницким, Дмитрием Матвеевым, Пантелеймоном Дахно и Сергеем Полянским.

После же беспорядков 7 декабря 1887 года упомянутый Владимир Ульянов из г. Казани выехал в деревню Кокушкино Лаишевского уезда, откуда возвратился снова в г. Казань в начале октября 1888 года, а затем 3-го мая 1889 года из г. Казани выехал в г. Самару, причем за все это время Ульянов в чем-либо предосудительном замечен не был.

Полковник Гангардт.

1) ДП, о. о., 1898 г., д. № 6, ч. 950, л. 22. На донесении резолюции: «Есть ли ответ из Самары?». — «Господин директор изволили приказать объявить матери Ульянова, что сын ее с прошением о принятии в университет должен обратиться к учебному начальству, на запрос которого департаментом будет дан соответственный  отзыв». 

2) См. выше.

 

Донесение Самарского губернского жандармского управления в департамент полиции от 31 мая 1890 г. № 311 1)

Вследствие отношения от 16 мая, за № 1962 2), имею честь довести до сведения департамента полиции, что состоящий под негласным надзором полиции бывший студент Владимир Ульянов за время проживания в г. Самаре определенных занятий не имел, в политическом отношении за ним хотя ничего замечено не было, но он вел знакомство с лицами сомнительной благонадежности.

Подполковник Эшенбах.

1) ДП, о. о., 1898 г., д. № 6, ч. 950, л. 20. На подлиннике резолюции: «Прошу переговорить». — «Господин директор изволил приказать выждать ответ на запрос, посланный в Самару, относительно лиц, которых посещала Израильсон. Делопроизводитель Семякин, 6/VI».

2) См. 4-е примечание на стр. 69.

 

Сведения о лицах, состоящих под негласным надзором полиции в Самарской губернии с I января по I июля 1890 года1).

 

№ № по пор.

Имена, отчества, фамилии и сословие.

Время учреждения надзора.

Сущность сведений, добытых наблюдением.

Время выбытия в район другого и какого именно жандармского управления.

….

50

….

Владимир Ильин Ульянов, бывший студент.

….

27 декабря 1887 г. На хут. Алакаевском, Самарского уезда. Определенных занятий не имеет.

….

Подозрительный в политическом отношении, требует наблюдений.

….

 

 

1) ДП, III, 1890 г., д. № 74, ч. 46, л. 16.

 

Извещение о выезде состоящего под негласным надзором в г. С.-Петербурге Владимира Ильина Ульянова, 21 года1)

Совершенно секретно.

……………………………………………………………………

Ульянов подчинен негласному надзору полиции на основании 3 п. циркуляра г. министра внутренних дел от 1 апреля 1882 года, за № 1365, ввиду исключения его из числа студентов Казанского университета за участие в беспорядках 4 декабря 1887 года.

 

Время выезда, месяц и число.

Место, куда отправляется.

Сведения, обнаруженн. наблюдением при переездах.

11 ноября 1891 г.

В г. Москву, почему настоящее извещение препровождается к господину московскому обер-полицмейстеру.

 

Петербургский градоначальник генерал-лейтенант Грессер.

16 ноября 1891 года. № 11621.

1) Моск. охр. отд., 1889 г., д. № 166, Т. 2, л. 6.

 

ЗАПРОС

СПРАВКА

в адресный стол из [Моск.] охр. отд.

адресного стола1)

Ульянов Владимир Ильин, сын действит. стат. советника.

Ульянова Владимира Ильина, сына действ, стат. советника, адреса не оказалось.

За нач. отд. [подпись]

За начальника адрес. стола Соколов.

11 января 1892 года.

11 января 1892 года.

 

1) Там же, л. 5.

 

Университетский диплом В. И. Ленина 1)

ДИПЛОМ.

Предъявитель сего, Владимир Иванов2) Ульянов, вероисповедания православного, родившийся 10 апреля 1870 г., с разрешения г. министра народного просвещения, подвергался испытанию в юридической испытательной комиссии при императорском С.-Петербургском университете в апреле, мае, сентябре, октябре и ноябре месяцах 1891 года.

По представлении сочинения и после письменного ответа, признанных весьма удовлетворительными, оказал на устном испытании следующие успехи: по догме римского права, истории римского права, гражданскому праву и судопроизводству, торговому праву и судопроизводству, уголовному праву и судопроизводству, истории русского права, церковному праву, государственному праву, международному праву, полицейскому праву, политической экономии и статистике, финансовому праву, энциклопедии права и истории философии права — весьма удовлетворительные.

Посему, на основании ст. 81 общею устава императорских российских университетов 23 августа 1884 года, Владимир Ульянов, в заседании юридической испытательной комиссии 15 ноября 1891 г., удостоен диплома  первой степени, со всеми правами и преимуществами, поименованными в ст. 92 устава и в V п. высочайше утвержденного в 23 день августа 1884 года мнения Государственного совета. В удостоверение сего и дан сей диплом Владимиру Ульянову за надлежащею подписью и с приложением печати управления С.-Петербургского учебного округа. Город С.-Петербург. Января 14 дня 1892 года.

Попечитель С.-Петербургского учебного округа М. Капустин.

Председатель юридической испытательной комиссии В. Сергеевич.

Правитель канцелярии [подпись].

№ 334.

 

1) Воспроизводится с копии в деле канцелярии попечителя петербургского учебного округа о выдаче дипломов лицам, выдержавшим испытания в юридической Испытательной комиссии при Петерб. университете, за 1891 г., л. 398 (ЛОЦИА).

2) Так в подлиннике.

 

Отношение департамента полиции на имя самарского губернатора от 8 июня 1892 г. № 292411)

Департамент полиции имеет честь покорнейше просить ваше превосходительство не отказать в зависящем распоряжении об объявлении помощнику присяжного поверенного Владимиру Ильичу Ульянову, проживающему в доме Рытикова на углу Почтовой и Сокольничьей улиц, что соответствующий о нем отзыв будет дан лишь на запрос надлежащего судебного начальства2).

И. д. директора Сабуров.

1) ДП, о. о., 1898 г., Д. № 6, Ч. 950, Л. 24.

1) В том же деле имеется подлинное прошение В. И. Ленина о допущении, его к адвокатской практике, опубликовано в «Красной летописи» 1924 г., № 1 (10).

 

Отношение председателя Самарского окружного суда в департамент  полиции от 18 июня 1892 г. № 15561)

Присяжным поверенным заведуемого мной суда Андреем Николаевым Хардиным в январе 1892 года принят в свои помощники дворянин Владимир Ильин Ульянов, о чем Хардин и довел до сведения окружного суда представлением от 1 января 1892 года (по входящему реестру № 556/119), которое, в силу 354-й статьи учреждения судебных установлений, и принято судом к сведению. 29 февраля 1892 года Ульянов обратился в суд с прошением о выдаче ему свидетельства на право быть поверенным, но как при означенном представлении Хардина не было приложено удостоверения подлежащих властей о благонадежности Ульянова, а было лишь представлено свидетельство от испытательной комиссии, при С.-Петербургском университете от 22 ноября 1891 года за № 205, о том, что Ульянов, прослушав курс по юридическому факультету, признан, по испытанию, имеющим право на диплом первой степени, то мной и было объявлено Ульянову о невозможности получить просимое им свидетельство без представления им надлежащего удостоверения о его благонадежности. По поводу этого Ульянов подал мне 11 июня 1892 года (по входящему реестру № 8749/2233) прошение, в коем, ходатайствуя о сношении с департаментом полиции по вопросу о неимении препятствий к выдаче ему просимого свидетельства, указывает, вместе с тем, на препятствия, ввиду коих он лишен возможности представить сам удостоверение о его благонадежности.

Сообщая о вышеизложенном в департамент государственной полиции (с приложением засвидетельствованной копии с вышеозначенного прошения Ульянова от 11 июня 1892 года), имею честь покорнейше просить не оставить меня уведомлением: не имеется ли препятствий к выдаче Ульянову свидетельства на право хождения, в качестве поверенного, по судебным делам2).

Председатель Анненков.

1) ДП, о. о., 1898 г., д. № 6, ч. 950, л. 25.

2) На подлиннике резолюция: «Оставить Ульянова под негласным надзором и уведомить о неимении препятствий к выдаче свидетельства на право хождения по делам. 2 июня». Департамент полиции отношением от 4 июля 1892 г. за № 3371 уведомил председателя Самарского окружного суда, «что к выдаче дворянину Владимиру Ильину Ульянову свидетельства на право ходатайства по делам препятствий со стороны департамента не встречается». (См. «Красная летопись» 1924 г., № 1 (10).

 

Донесение самарского полицмейстера московскому обер-полицмейстеру от 27 августа 1893 г. № 208 1)

Состоящий под негласным надзором полиции бывший студент Владимир, Ильин Ульянов выбыл из г. Самары в Москву.

О чем имею честь донести вашему превосходительству и покорнейше просить распоряжения об учреждении за Ульяновым негласного надзора полиции.

Полицмейстер Агатицкий.

1)  Моск. охр. отд., 1889 г., д. № 166, т. 2, л. 123.

 

Донесение начальника Самарского губернского жандармского управления в департамент полиции от 1 сентября 1893 г. № 5391)

Состоящий под негласным надзором полиции в г. Самаре:

Фамилия — Ульянов.

Имя — Владимир.

Отчество — Ильин.

Звание — бывший студент.

Выбыл — 17 августа 1893 г. в г. Москву.

О выезде сообщено начальнику Московского губернского жандармского управления.

№ 539. 1 сентября 1893 г.

Начальник управления полковник Попов.

1) ДП, о. о., 1898 г., Д. № 6, Ч. 950, Л. 176.