Содержание материала

НАЛИВКИН Леонид Александрович,

кандидат исторических наук, научный сотрудник Государственного мемориального музея обороны и блокады Ленинграда, член-корреспондент Академии военно-исторических наук, член Петровской академии наук и искусств

СОЛОВЬЁВА Зинаида Петровна,

заведующая научно-экспозиционным отделом Санкт-Петербургского музея Хлеба, член Петровской академии наук и искусств

У ИСТОКОВ ГОЭЛРО: «ПЕТРОТОК» И «УТКИНА ЗАВОДЬ»

В 1920 году, на VIII Всероссийском съезде Советов был утверждён план электрификации молодой Советской республики — ГОЭЛРО. У истоков его выполнения стали, в частности, «Петроток» и ГЭС «Уткина заводь».

Декретом Совета Народных Комиссаров от 16 декабря 1917 г. электростанции Петрограда были конфискованы и переданы Петроградскому Совету рабочих и солдатских депутатов. Однако эти станции не могли обеспечить даже минимальных потребностей восстанавливаемой промышленности города и нуждались в коренной перестройке. За такую нелёгкую задачу взялись соратники В.И. Ленина — петроградские большевики-энергетики: Г.М. Кржижановский, С.Я. Аллилуев, Л.Б. Красин и другие. К этой работе они привлекли многих передовых рабочих и инженеров.

9 марта 1922 года было создано Объединённое управление государственными электрическими станциями Петроградского района («Петроток»). В него вошли всего 4 станции, общей мощностью 60 тыс. киловатт. Затем одна за другой начали вступать в строй новые «фабрики электричества»: станция «Уткина заводь», Волховская ГЭС, Нижнесвирская ГЭС, Дубровская ГРЭС, ГЭС № 7.

Энергетическая система нашего города — старейшая в стране. Её коллектив выполнил ряд важных задач в развитии отечественной энергетики, в решении актуальных научных проблем, создании новых типов оборудования, в подготовке научных, инженерных и рабочих кадров для энергетики страны.

С первых дней после Октября 1917 года в нашей стране было решено приступить к максимальному использованию для нужд энергетики местных видов топлива, и в первую очередь — торфа. В марте 1921  года были изданы декреты за подписью В.И. Ленина: «О разработке торфяного топлива» и «О создании Главного торфяного комитета». И именно петроградцы построили первую в стране электростанцию на торфе в Уткиной заводи.

В книге «План электрификации РСФСР», изданной в Москве в 1920 году, есть такой пункт: «3. Сооружается на Неве в Уткиной заводи достройкой и расширением до 60 тыс. квт станция ... с приспособлением снабжения её торфяным топливом с болот района Ириновской железной дороги».

Сооружение станции в том месте, где от Невы отходил в сторону довольно длинный и глубокий канал, началось ещё в 1912 году.

Именно тогда Городской Думе удалось по сходной цене купить участок земли, на котором стоял большой кирпичный завод. Строительство в Уткиной заводи выторговали себе бельгийские предприниматели (технический руководитель Отто Багнер). Весной 1913 года на правом берегу развернулись работы, но дело продвигалось медленно. За полтора года бельгийцы не успели даже возвести саму коробку — здание для будущей электростанции. Лишь поставили неподалёку жилой дом. Вспыхнувшая Первая мировая война вынудила законсервировать едва начатые работы, которые и возобновились в 1920 году.

Строительство электростанции стало предметом самого пристального внимания и забот Советского правительства и лично В.И. Ленина. В ленинской деловой переписке 1921 года встречаются упоминания об Уткиной заводи, о значении электростанции для города на Неве. На IX Всероссийском съезде Советов 23 декабря 1921 года, знакомя делегатов со скромными пока ещё успехами в области электрификации страны, Владимир Ильич, в частности, говорил: «Если в 1921 г. мы опоздали с открытием одной крупной электрической станции (он имел в виду Каширскую ГРЭС — авт.), то в начале 1922 г. их будет две: Каширская в Подмосковье и «Уткина заводь» под Питером».

За границей было заказано необходимое оборудование, а на строительной площадке полным ходом шло возведение основного и вспомогательных корпусов, прокладывались железнодорожные подъездные пути для доставки торфа.

Площадка строительства находилась на безлюдном правом берегу Невы, в болотистой местности, где основной транспортной магистралью была река Нева. В болотах было видимо-невидимо дикой утки, что и послужило причиной названия местности — Уткина заводь. Даже у маленькой речки, впадающей здесь в Неву, было странное имя — Утка.

Нескольким тысячам рабочих-строителей, вооружённых лишь лопатами и тачками, в условиях экономической разрухи, голода предстояло выполнить огромную, буквально титаническую работу, и они её выполнили.

Многие проблемы строительства разрешались непосредственно в Совете Труда и Обороны при непосредственном участии В.И. Ленина. Свою глубокую признательность Владимиру Ильичу за постоянное внимание и помощь питерские энергетики выразили в официальном приглашении от 2 октября 1922 года: «В.И. Ленину. Строительство государственной районной электрической станции «Уткина заводь» просит Вас пожаловать на открытие станции, имеющее состояться в 1 час октября 8 дня 1922 года. Адрес: Петроград, Правый берег р. Невы, № 202-204».

Первая очередь «Уткиной заводи» вступила в строй 8 октября 1922 года. На митинге в честь пуска электростанции над трибуной висел плакат: «”Уткина заводь” — первая победа питерского пролетариата на фронте электрификации страны».

Пуск первого турбогенератора электростанции мощностью 10 тыс. киловатт широко отмечался в печати и происходил в присутствии делегаций Москвы и Петрограда. 8 октября 1922 года газета «Петроградская правда» на первой странице писала: «Сегодня петроградский пролетариат пускает в ход «Уткину заводь» и этим ставит первые шаги в деле электрификации Советской России».

Решением Исполкома Петрогубсовета станция получила имя «Красный Октябрь». А 5 ноября 1922 года «Петроградская правда» отмечала: «Самая же замечательная победа послеоктябрьского новаторства рабочего класса — это электрификация. Недавно была открыта электрическая станция «Уткина заводь», переименованная в станцию «Красный Октябрь». Идут полным ходом работы на р. Волхове. Это работа для будущего, фундамент будущего освобождения питерской промышленности от топливной зависимости, от иностранцев».

В октябре 1926 года состоялся пуск второй турбины мощностью

тысяч киловатт. А уже в декабре 1926 года Совет Труда и Обороны принял решение о строительстве второй очереди электростанции и установке дополнительно двух турбогенераторов по 45 тысяч киловатт.

Проектантами при строительстве второй очереди было принято оригинальное решение главного корпуса — по типу «бабочки». Две котельные (по три котла в каждой) располагались параллельно машинному залу, примыкая к нему с севера и юга. Это сокращало длину паропроводов, упрощало схему и обеспечивало намного большую надёжность.

Строительство второй очереди началось в 1927 году. Первый турбогенератор мощностью 45,5 тыс. квт был пущен в 1929 году, и уже в 1930-м мощность электростанции достигла 110 тыс. квт и она стала одной из крупнейших в Советском Союзе по единичной мощности агрегатов, а из торфяных — второй по мощности в мире после Шатурской.

18 июня 1929 года, незадолго до окончания монтажа первой 45- тысячной турбины, станцию посетил Максим Горький. Он долго лазал по лесам, любовался громадой нового машинного зала, беседовал со строителями. А потом в статье «Рабочий класс должен воспитать своих мастеров культуры» так передал свои впечатления: «В Ленинграде я видел символическую «пристроечку» — к электростанции в 20 тысяч сил пристраивается другая, в 90 тысяч. ... Станция в 20 тысяч сил вызывает впечатление ребёнка, которого ведёт за собой взрослый человек».

Первая турбина второй очереди вступила в строй 14 августа 1929 года, вторая — 11 февраля 1930 года.

Немаловажный факт: если первая очередь электростанции состояла из двух турбин мощностью по 10 тыс. киловатт и восьми кот

лов для сжигания кускового торфа, то на второй очереди электростанции было установлено две турбины мощностью по 45,5 тыс. киловатт и всего шести котлов для сжигания кускового торфа.

В марте 1930 года газеты сообщали, что «Красный Октябрь» является крупнейшей торфяной электростанцией в СССР, с мощностью 110 тысяч киловатт, что было равно удвоенному Волховстрою.

Целый ряд проблем, возникших перед развивающейся энергетикой, находил своё решение в процессе эксплуатации электростанции «Красный Октябрь», работавшей на низкосортном ириновском кусковом торфе. В.И. Ленин подчёркивал, что одной из важнейших проблем было освоение рационального сжигания местных низкосортных видов топлива для получения электрической энергии с наименьшими затратами на добычу и перевоз горючего. И именно здесь, на «Красном Октябре», впервые в мире была решена проблема сжигания кускового торфа под крупными котлоагрегатами, в топках системы ленинградского профессора Т.Ф. Макарьева.

Богатый опыт, полученный на «Красном Октябре», строители и эксплуатационники использовали затем при сооружении Дубровской и других электростанций. Нелишне добавить: строители «Красного Октября» составили костяк коллектива Дубровки и обеспечили её пуск.

У самой воды на правом берегу Невы возвышается огромное здание, чем-то напоминающее многотрубный океанский корабль. Теперь это уже не просто электростанция, а теплоцентраль. С 40метровой высоты хорошо видны все объекты, которые питает ТЭЦ. Крыша — словно гигантская бабочка с распростёртыми крыльями, а внизу — низкое небольшое здание с тремя трубами. Это — сохранившаяся первая очередь ГЭС.