Содержание материала

 

Глава восьмая

ВЕРНОСТЬ ПРОЛЕТАРСКОМУ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМУ

Нас не должна обманывать теперешняя гробовая тишина в Европе. Европа чревата революцией.

В.И. Ленин

Лето 1914 года... Империализм обрушил на человечество жестокую грабительскую войну, принесшую неисчислимые бедствия и страдания народным массам, смерть — многим миллионам мужчин на фронтах, великое горе и слезы — матерям, женам, старикам, детям в тылу. Война нарастала, как снежная лавина, и стала мировой. Это была война между двумя группами империалистических держав за передел колоний и сфер влияния, за ограбление и порабощение чужих народов. Во главе одной группы (Четверной союз) стоял германский империализм; в нее, кроме Германии, входили Австро-Венгрия, Турция и Болгария. Другую группу (Антанту) возглавляли английские и французские империалисты; в нее входила и царская Россия. Впоследствии в войну на стороне Антанты вступили Япония, Италия, США и другие государства.

Война застала Ленина в Поронине. Проживавшие здесь большевики собрались на квартире Владимира Ильича, чтобы обсудить создавшееся положение. Ленин говорил о необходимости во что бы то ни стало найти новые формы и методы работы партии в условиях военного времени, возможно скорее восстановить порванные войной регулярные связи с Россией. Он высказал убеждение, что начавшаяся война с объективной неизбежностью усилит все противоречия капитализма, усилит классовую борьбу во всех странах, вызовет и обострит общеполитический кризис и тем самым ускорит приближение новой революции в России.

 

Арест В. И. Ленина

25 июля (7 августа) по ложному доносу, обвинявшему Ленина в шпионаже, в его квартире был произведен обыск. Жандармский вахмистр отобрал рукопись Ленина по аграрному вопросу, приняв статистические таблицы за шифрованную запись. Он обязал Ленина явиться на следующий день утром в уездный городок Новый Тарг, где находились военные власти. Было ясно: грозит арест и военный суд. Ленин немедленно предупредил о случившемся товарищей и послал в краковскую полицию телеграмму с протестом против незаконных действии.

По прибытии в Новый Тарг Владимир Ильич был арестован и заключен в тюрьму. Здесь сидело много местных крестьян. Владимир Ильич устроил для них своеобразную юридическую консультацию, помогая им выйти из тюрьмы. Он завоевал у них большое уважение.

Находясь в тюрьме, Владимир Ильич обдумывал задачи и тактику партии большевиков по отношению к начавшейся империалистической войне. На допросе он заявил, что является корреспондентом и сотрудником издающейся в Петербурге газеты «Правда» и в течение 20 лет состоит членом Российской социал-демократической партии.

Появившееся в русских газетах сообщение об аресте Ленина австрийскими властями вызвало большую тревогу у его родных и в большевистских кругах. Эта тревога усиливалась тем, что русские войска были недалеко от Кракова и, в случае их успешного наступления, Ленин легко мог попасть в руки царской полиции.

И действительно, последняя уже приняла свои меры. Департамент полиции сообщил командующему юго-западным фронтом генералу Алексееву, что, по сведениям министерства внутренних дел, в краковской тюрьме может содержаться под стражей В. И. Ульянов, «известный более под фамилией Ленин». В документе говорится далее, что Ленин является выдающимся представителем РСДРП, имеет «за собой долголетнее революционное прошлое.., состоит членом ЦК партии и создателем отдельного течения партии» и разыскивается полицией. Департамент полиции просил командующего «не отказать в распоряжении об аресте» Ленина и препровождении его «в распоряжение Петроградского градоначальства».

Арест Ленина австрийскими властями вызвал протест лучшей части польской общественности. В защиту Владимира Ильича выступили польские социал-демократы Я. С. Ганецкий, С. Ю. Багоцкий, старый народоволец закопанский врач Длуский, известные польские писатели Ян Каспрович, Владислав Оркан и др.

Надежда Константиновна обратилась за помощью к депутатам австрийского парламента Виктору Адлеру и Герману Диаманду, знавшим Ленина как члена Международного социалистического бюро. Нажим на австрийские власти депутатов, поручившихся за Владимира Ильича, подействовал. Обвинение Ленина в шпионаже было настолько вздорным, что сама краковская полиция была вынуждена признать: «Против Ульянова по имеется здесь ничего предосудительного в области шпионажа». Так провалился грязный замысел реакционеров, которые стремились заведомо ложно очернить, оклеветать великого борца за дело рабочего класса и народа.

6 (19) августа Ленина выпустили из тюрьмы, и, не дожидаясь поезда, на крестьянской повозке он направился в Поронин, откуда через неделю вместе с Надеждой Константиновной и Елизаветой Васильевной выехал в Краков. Получив здесь документы на выезд в нейтральную Швейцарию, Ленин вместе с семьей покинул Австро-Венгрию. Большая библиотека, много партийных документов, рукописи Владимира Ильича остались в Кракове и Поронине, о чем он очень сожалел. Лишь много лет спустя удалось разыскать часть этих ценнейших материалов, которые были переданы ЦК ПОРП Центральному Комитету КПСС.

Несколько дней в товарном вагоне добирался Ленин до Вены. Здесь он посетил В. Адлера, который рассказал о разговоре с министром внутренних дел Гейнольдом. Министр спросил: «Уверены ли вы. что Ульянов враг царского правительства?» — «О, да! — ответил Адлер. — Более заклятый враг, чем ваше превосходительство».

23 августа (5 сентября) Ленин с семьей прибыл наконец в Швейцарию и поселился в Берне. Вначале они сняли комнату, а потом переехали в небольшую квартиру (на Дистельвег, 11) в доме с маленьким садиком, расположенном на окраине города, рядом с большим Бремгартенским лесом.

 

Ленинский манифест о войне

Война обострила и обнажила глубоко таившиеся в социалистическом рабочем движении противоречия, продемонстрировала открытую измену большинства вождей социал-демократических партий и II Интернационала рабочему классу, решениям социалистических конгрессов против войны.

Вопреки ясно выраженной воле Интернационала, 4 августа 1914 года социал-демократическая фракция Германии вместе с буржуазно-помещичьим большинством рейхстага голосовала за предоставление кайзеровскому правительству 5-миллиардного военного займа. Так Зюдекум, Шейдеман, Гаазе, Легин, Каутский и другие вожди германской социал-демократии и II Интернационала окончательно сошли с позиций классовой борьбы и пролетарского интернационализма на позиции «гражданского мира» и социал-шовинизма, превратились в послушных холопов германского империализма.

На позицию защиты своих империалистических государств перешло большинство официальных руководителей других социалистических партий. Лидер бельгийских социалистов, председатель Международного социалистического бюро Э. Вандервельде, лидеры французских социалистов Ж. Гед, А. Тома, М. Самба стали министрами в буржуазных, реакционных правительствах своих стран; в Англии но этому же пути пошли Макдональд и Гайндман. В России Плеханов и Аксельрод тоже стали яростными оборонцами. Мартов в начале войны выступил с критикой социал-шовинистской позиции германской и французской социал-демократических партий, но вскоре переметнулся на позицию Каутского. II Интернационал потерпел позорный крах и распался.

В этот момент серьезнейшего кризиса, который переживало мировое рабочее движение, только большевистская партия во главе с Лениным высоко держала знамя пролетарского интернационализма, показывала достойный пример верности социализму и пролетарскому интернационализму, возглавила борьбу рабочего класса России против империализма и империалистической войны. Для Ленина, большевиков резолюции международных социалистических конгрессов о войне не были простыми клочками бумаги, они были руководством к действию.

Сразу же после объявления войны Центральный Комитет большевиков выпустил воззвание к трудящимся России с боевым призывом: «Долой войну! Война войне!» Первым, кто призвал трудящихся всего мира на священную борьбу против зачинщиков и организаторов империалистической бойни и указал им единственно возможный, революционный путь выхода из реакционной войны, был вождь большевистской партии Ленин.

24 — 28 августа (6 — 8 сентября) 1914 года в Берне состоялось совещание местной группы большевиков, на котором Ленин выступил с докладом об отношении большевистской партии к войне. Совещание приняло его тезисы «Задачи революционной социал-демократии в европейской войне» в качестве резолюции «группы социал-демократов». Переписанные от руки в нескольких экземплярах, они были посланы в заграничные секции большевиков и в Петроград. 3(16) октября Ленин получил сообщение: русская часть ЦК, думская большевистская фракция, петербургская и другие партийные организации одобрили его тезисы о войне и присоединились к ним. Партия большевиков заняла в вопросе о войне решительную последовательно- интернационалистскую позицию.

В. И. Ленин переработал принятые в Берне тезисы в манифест. После получения ответа из России было решено выпустить манифест от имени Центрального Комитета РСДРП под названием «Война и российская социал-демократия». В манифесте дана подлинно марксистская оценка начавшейся войны как империалистической, захватнической, грабительской, несправедливой. Война порождена условиями эпохи империализма и возникла в результате неравномерности развития капитализма. изменения соотношения сил империалистических держав. «Захват земель и покорение чужих наций, разорение конкурирующей нации, грабеж ее богатств, отвлечение внимания трудящихся масс от внутренних политических кризисов России, Германии, Англии и других стран, разъединение и националистическое одурачение рабочих и истребление их авангарда в целях ослабления революционного движения пролетариата — таково единственное действительное содержание, значение и смысл современной войны».1

Как указывалось ранее, Ленин, большевики делали все, чтобы не допустить войны. Но «раз война началась, уйти от нее немыслимо. Надо идти и делать свое дело социалиста».2 Ленин выдвинул лозунг: превратить империалистическую войну в войну гражданскую. Революция во время войны и есть гражданская война, указывал он.

В ленинском манифесте ЦК говорилось, что «с точки зрения рабочего класса и трудящихся масс всех народов России наименьшим злом было бы поражение царской монархии». Оно несомненно облегчило бы победу народа над царизмом, что, в свою очередь, позволило бы пролетариату сделать решительные шаги по пути к социалистической революции, к освобождению от капиталистического рабства и империалистических войн. При этом Ленин исходил из того, что лозунг поражения своего империалистического правительства должны проводить не только русские революционеры, но и революционные марксисты всех воюющих государств.

Разъяснению значения этого лозунга Владимир Ильич посвятил свою статью «О поражении своего правительства в империалистской войне». Революционный класс в реакционной войне, писал Владимир Ильич, не может не желать поражения своему правительству, то есть использования затруднений своего правительства и своей буржуазии для их низвержения. Ленин подверг резкой критике лозунг Троцкого: «ни побед, ни поражений». Он показал, что этот лозунг есть не что иное, как перефразировка лозунга «защиты отечества», перенесение вопроса в плоскость войны правительств (правительства должны остаться в старом положении, сохранить свои позиции), а не борьбы угнетенных классов против своего правительства. Сторонники лозунга: «ни побед, ни поражений» на деле отрекаются от самостоятельной пролетарской политики, стоят на точке зрения буржуазии и социал-шовинистов, не верят в возможность интернациональных революционных действий рабочего класса против своих правительств, не хотят помогать развитию таких действий.

Владимир Ильич резко заклеймил особенно позорную роль германской социал-демократии — самой сильной, ведущей партии II Интернационала. Ее переход на позицию поддержки империалистической войны, ее измена революционному марксизму и делу социализма по существу предрешали крах II Интернационала. Эта партия на протяжении длительного времени имела репутацию хранительницы и истолковательницы великого идейного наследия основоположников научного коммунизма, задавала топ в международном социалистическом движении. Социалисты всех стран верили этой партии, во многих случаях равнялись на нее. Подавляющее большинство социалистов даже после голосования германской социал-демократии за военные кредиты не поняло глубины ее падения, ее измены революционному духу марксизма, делу международной пролетарской солидарности.

Изменнической позиции, занятой вождями германской социал-демократии, Ленин противопоставил подлинно интернационалистскую линию депутатов-большевиков в Государственной думе, которые, проводя линию ЦК партии, отказались принимать участие в голосовании военных кредитов, в знак протеста покинули зал заседания Думы и заклеймили политику царизма и европейских правительств как империалистскую. Большевистская партия, говорил Ленин, не побоялась тех жертв и потерь, которые она понесла в связи с выступлениями против войны.

В. И. Ленин обратился с призывом к революционным марксистам создать Третий, подлинно пролетарский Интернационал, свободный от оппортунистов и социал-шовинистов, без решительного разрыва с которыми нельзя осуществить действительное интернациональное воспитание рабочего класса и подготовить его к социалистической революции. В связи с тем что буржуазия, опираясь на законы военного времени, везде перешла к массовым репрессиям в отношении пролетариата, Ленин поставил перед революционными марксистами задачу создать во всех странах подпольные коммунистические организации и развернуть нелегальную агитацию и пропаганду в массах.

В тяжелые дни разгула шовинизма, измены и предательства оппортунистических вождей социал-демократии Ленин был уверен, что великие принципы пролетарского интернационализма в конце концов возьмут верх. Революционные марксисты, преодолевая все препятствия, создадут новый Интернационал.

Надо было срочно напечатать ленинский манифест ЦК большевиков о войне, что в условиях даже «нейтральной» Швейцарии было делом весьма трудным. Чтобы не провалить дело, надо было соблюдать сугубую конспирацию. Были также очень большие трудности с бумагой, типографией, а в кассе ЦК оставалось только 160 франков (около 40 рублей), немногим более — в кассе Комитета заграничных организаций большевиков (КЗО). Но и эти трудности были преодолены.

Заграничное бюро ЦК решило возобновить в Женеве издание Центрального Органа партии — газеты «Социал-Демократ». 19 октября (1 ноября) 1914 года вышел в свет ее очередной, 33 номер, в котором в качестве передовой статьи и был опубликован ленинский манифест ЦК РСДРП о войне. Этот помер «Социал-Демократа», отпечатанный тиражом в 1500 экземпляров, был распространен в большевистских секциях за границей, послан нелегально через Швецию в Россию. Он сыграл громадную роль в деятельности партии во время войны. Питерский рабочий, большевик Тарас Кондратьев, организовывавший нелегальную работу в первом городском районе столицы, в своих воспоминаниях говорит о «грандиозном впечатлении», которое произвел 33 номер «Социал-Демократа» на большевистские организации Петрограда. Это известие, пишет Кондратьев,

полученное в Петрограде в начале ноября, «дало нам новую свежую струю, ободряло и окрыляло нас, зажигало наши сердца непреодолимым желанием двигаться дальше, не останавливаясь ни перед чем. Оно нас укрепило в мысли, что вся наша работа, проделанная нами, была по существу правильная, что мы шли хотя впотьмах, оторванные от партийных центров, но по верному, хотя трудному и тернистому пути. Помню, этот номер мы зачитали до того, что нельзя было уже больше прочесть, невозможно различить буквы от засаленности и ветхости этого номера»3.

Манифест был также напечатан отдельной брошюрой. Большевистская партия и международное революционное рабочее движение получили ясную и действенную программу борьбы против империалистической войны, против царизма и буржуазии, за социалистическую революцию.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 15.

2 Там же, стр. 32.

3 «Красная Летопись», 1922, № 5, стр. 236.

 

Сплочение большевистских сил

 Находясь в Швейцарии, Ленин настойчиво сплачивал большевистские силы Партии приходилось работать в труднейших условиях. Царское правительство обрушилось на большевистские организации и их комитеты с невиданными доселе репрессиями. Оно арестовало и сослало многие тысячи членов нелегальных партийных организаций. Так, более тридцати раз арестовывался во время войны Петербургский комитет. Все большевистские газеты и журналы были закрыты. Не только большинство профсоюзов, но и многие культурно-просветительные общества были разогнаны. Царизм жестоко мстил революционному рабочему классу. Прерванные войной связи Ленина с большевистскими организациями России налаживались с большим трудом, окольными путями. Почта приходила из России в Швейцарию очень редко.

Была большая нужда у Ленина и Крупской и в заработке во время войны. Владимир Ильич сильно похудел, осунулся. «У нас скоро прекращаются все старые источники существования», — писала Н. К. Крупская М. И. Ульяновой 14 декабря 1915 года. В письме А. Г. Шляпникову, написанном в начале октября 1916 года, содержится нелегкое для Ленина, приучившего себя жить очень скромно, признание: «О себе лично скажу, что заработок нужен. Иначе прямо поколевать, ей-ей!! Дороговизна дьявольская, а жить нечем». Он просил нажать на издательства в России, чтобы они оплатили его рукописи и прислали книги для переводов. «Если не наладить этого, то я, ей- ей, не продержусь, это вполне серьезно, вполне, вполне».1

Большевистская фракция IV Государственной думы (А. Е. Бадаев, М. К. Муранов, Г. И. Петровский, Ф. Н. Самойлов, Н. Р. Шагов), решительно выступившая против империалистической войны, в ноябре 1914 года была арестована и в феврале 1915 года предана суду.

В статье «Что доказал суд над РСДРФракцией?» Ленин с гордостью писал, что на суде раскрылась невиданная еще в международном социализме картина использования парламентаризма революционной пролетарской партией, картина широкой нелегальной деятельности большевистской партии в массах пролетариата против войны. Царским прокурором на суде были оглашены захваченные у арестованных ленинские тезисы о войне, нелегальные воззвания большевистских групп и комитетов против империалистической войны и в защиту пролетарского интернационализма. Депутаты-большевики за два месяца после начала войны объехали почти всю Россию, устраивали многочисленные рабочие собрания, на которых выносились резолюции против войны в духе ленинского манифеста ЦК РСДРП.

Царское правительство угрожало подсудимым смертной казнью. Не все они выступали на суде с должным мужеством. Ленин осудил, как недопустимое для революционного социал-демократа, поведение Л. Б. Каменева, привлеченного к суду вместе с депутатами-большевиками. Последний заявил, что он не согласен с ЦК по вопросу об отношении к войне, и для подтверждения этого просил суд вызвать для свидетельских показаний меньшевика-оборонца Иорданского. Это было не просто малодушие, а открытое отступничество в важнейшем вопросе от политики большевистской партии. Все пять депутатов-большевиков и другие подсудимые были приговорены к ссылке на поселение в Сибирь.

Но никакие гонения, трудности и лишения не смогли сломить волю большевистской партии, созданной и воспитанной Лениным.

Владимир Ильич с величайшей энергией налаживает партийную работу. Он развертывает кипучую деятельность по сплочению большевистских групп за границей, предпринимает объезд большевистских секций, находившихся в Швейцарии, выступает с рефератами, в которых громит меньшевиков, бундовцев, троцкистов, разъясняет смысл манифеста ЦК РСДРП о войне.

В. И. Ленин вначале не поверил разнесшимся слухам, что Плеханов стал оборонцем. И когда ему стало известно, что прибывший из Парижа в Швейцарию Плеханов уже выступал с рефератом в Женеве и собирается 28 сентября (11 октября) 1914

года выступать в Лозанне, Ленин решил поехать послушать этот реферат. Плеханов действительно развивал оборонческую точку зрения. Хотя присутствовавших на собрании было много, захотел выступить один Ленин. Оказавшись на трибуне рядом с Плехановым, он не подал ему руки. В своем выступлении Владимир Ильич называл Плеханова не товарищем, а докладчиком, что, разумеется, сразу же было подмечено собравшимися. В течение десяти минут, которые были предоставлены Ленину, он успел развить лишь основные мысли манифеста ЦК большевиков о войне и важнейшие доводы против оборончества.

Чтобы дать Ленину возможность развернуть в полной мере всю свою аргументацию, было решено устроить его реферат на тему «Пролетариат и война» в ближайшие же дни и в том же помещении. 1 (14) октября зал в Народном доме Лозанны был битком набит задолго до открытия собрания. Ленин был в боевом, приподнятом настроении. Он раскрыл социальную природу войны, как войны империалистической, грабительской со стороны обеих коалиций. С большим удовлетворением он сообщил, что в России уже вышел листок Петербургского комитета против войны, что такие же листки выпустили и некоторые другие партийные организации. Большевики в России делают то, что должны делать настоящие социалисты во всех странах: критиковать «свое» правительство, разоблачать «свою» буржуазию, ругать «своих» министров, срывать маску с оппортунистов прежде всего «своей» страны. Весь зал слушал оратора с напряженным вниманием. Реферат Владимира Ильича имел громадный успех.

На другой день Ленин приехал в Женеву, где уже был объявлен его реферат на тему «Европейская война и социализм» и где он выступил с таким же большим успехом. Ленин повторил этот реферат в Кларане и Цюрихе, выступил в Берне с критикой доклада Мартова о войне.

Главное внимание Ленина было обращено на развертывание партийной работы в России. Ему удалось восстановить переписку с находившимися в Петрограде членами ЦК, добиться восстановления там Бюро ЦК. Он соединяет в своих руках все нити связей как с партийными организациями в России, так и с отдельными революционерами, борющимися против войны. В Стокгольме обосновался уполномоченный ЦК и ПК А. Г. Шляпников, через которого Ленин поддерживал регулярные связи с Петроградом и Россией.

Бодростью и глубокой верой в революционные силы и способности рабочего класса вести самоотверженную борьбу против войны веет от каждого письма Ленина, посланного в Россию, от каждой его статьи, опубликованной в «Социал-Демократе».

В ноябре 1914 года Ленин писал, что «работа нашей партии теперь стала во 100 раз труднее. И все же мы ее поведем! «Правда» воспитала тысячи сознательных рабочих, из которых вопреки всем трудностям подберется снова коллектив руководителей — русский ЦК партии».2 «Около 40 000 рабочих покупали «Правду», — писал Ленин несколько позднее, — много больше читало ее. Пусть даже впятеро и вдесятеро разобьет их война, тюрьма, Сибирь, каторга. Уничтожить этого слоя нельзя. Он жив. Он проникнут революционностью и антишовинизмом. Он один стоит среди народных масс и в самой глубине их, как проповедник интернационализма трудящихся, эксплуатируемых, угнетенных. Он один устоял в общем развале. Он один ведет полупролетарские слои от социал-шовинизма кадетов, трудовиков, Плеханова, «Нашей Зари» к социализму».3

Деятельность большевиков за границей и в России вызывала бешенство империалистов и их «идейных» прислужников. Не только русская, но и англо-французская буржуазия и «социалистическая» печать развернули клеветническую кампанию против большевиков, обвиняя их в «антипатриотизме», в отсутствии любви к своей родине. Вражеская клевета гневно была отвергнута Лениным. Он опубликовал в «Социал-Демократе» замечательную статью «О национальной гордости великороссов», в которой разъяснил, как надо понимать патриотизм и как сочетать его с интернационализмом. Он писал:

«Чуждо ли нам, великорусским сознательным пролетариям, чувство национальной гордости? Конечно, нет! Мы любим свой язык и свою родину, мы больше всего работаем над тем, чтобы ее трудящиеся массы (т. е. 9/10 ее населения) поднять до сознательной жизни демократов и социалистов. Нам больнее всего видеть и чувствовать, каким насилиям, гнету и издевательствам подвергают нашу прекрасную родину царские палачи, дворяне и капиталисты. Мы гордимся тем, что эти насилия вызывали отпор из нашей среды, из среды великорусов, что эта среда выдвинула Радищева, декабристов, революционеров-разночинцев 70-х годов, что великорусский рабочий класс создал в 1905 году могучую революционную партию масс, что великорусский мужик начал в то же время становиться демократом, начал свергать попа и помещика... Мы полны чувства национальной гордости, ибо великорусская нация тоже создала революционный класс, тоже доказала, что она способна дать человечеству великие образцы борьбы за свободу и за социализм...»4

Истинная защита отечества, учил Ленин, заключается совсем не в том, чтобы, как это делали меньшевики и эсеры, поддерживать царя и буржуазию, ввязавшихся в мировую бойню за захват и ограбление других народов, а в том, чтобы всеми революционными средствами бороться против монархии, помещиков и капиталистов своей страны, этих худших врагов отечества, бороться против грабительской войны. Отстаивая лозунг поражения царского самодержавия в империалистической войне, самоотверженно борясь против реакционного общественного строя и антинародного правительства, угнетавшего десятки национальностей, большевики выступали и как великая интернационалистская и вместе с тем как подлинная патриотическая сила в стране.

Интернационалистские социалистические задачи русских революционных марксистов, разъяснял Ленин, не противоречат правильно понятым национальным интересам трудящегося народа России. «Интерес (не по-холопски понятой) национальной гордости великороссов, — писал он, — совпадает с социалистическим интересом великорусских (и всех иных) пролетариев».

В. И. Ленин призывал марксистов воспитывать рабочий класс в духе пролетарского интернационализма, последовательного демократизма, полнейшего национального равноправия, права всех народов на самоопределение.

14 — 19 февраля (27 февраля — 4 марта) 1915 года Ленин руководит в Берне конференцией заграничных секций РСДРП, на которой выступает с докладом «Война и задачи партии». Приняв по всем основным вопросам повестки дня написанные Лениным резолюции, конференция определила конкретные меры для превращения империалистической войны в войну гражданскую: голосование против военных кредитов и выход представителей социалистических партий из буржуазных министерств; отказ от соглашений с буржуазией; полный разрыв с политикой «национального мира»; создание нелегальной организации повсюду, где правительства и буржуазия, вводя военное положение, отменяют конституционные свободы, затрудняют работу в легальных организациях; поддержка братания солдат воюющих стран; поддержка всякого рода революционных массовых выступлений пролетариата.

Бернская конференция выработала платформу для сплочения всех действительно революционных интернационалистов в международном рабочем движении.

В марте 1915 года умерла Елизавета Васильевна — мать Надежды Константиновны, сопровождавшая Ленина и Крупскую в сибирскую ссылку и эмиграцию. Эта замечательная русская женщина жила интересами дочери и зятя, оказывала большую помощь партии. Она вела домашнее хозяйство семьи, ухаживала за приезжавшими и приходившими к Ленину товарищами, шила нательные панцири (жилеты), в которых пряталась нелегальная литература, писала «скелеты» для нелегальных («химических») писем и т. д. Из Швейцарии ее тянуло в Россию, но незадолго до смерти она сказала, что поедет на родину вместе с зятем и дочерью. Уже будучи в преклонном возрасте, Елизавета Васильевна порвала с религией и завещала похоронить ее без религиозных обрядов (сжечь в крематории). Это желание выполнили. Урну с ее прахом Ленин и Крупская захоронили на Бремгартенском кладбище (имея в виду в дальнейшем перезахоронить на родине) и около могилы посадили дерево5.

Претворяя в жизнь решения Бернской конференции, большевистские организации в России развернули большую нелегальную революционную работу в рабочих центрах, во флоте и армии. Ленин направлял эту деятельность. Как только ему стало известно, что в партийных организациях развернулись споры по злободневным проблемам партийной тактики, он немедленно написал «Несколько тезисов», в которых дал краткие ответы на все коренные вопросы революционного движения и определил конкретные задачи пролетарской партии в России в условиях империалистической войны. Ленин разъяснил, что основными большевистскими лозунгами по-прежнему остаются лозунги: демократическая республика, конфискация помещичьей земли и 8-часовой рабочий день, к которым следует добавить призыв к международной солидарности рабочих в борьбе за социализм, за революционное свержение воюющих правительств, против войны.

Владимир Ильич писал в тезисах, что Советы рабочих депутатов и тому подобные учреждения должны рассматриваться как органы восстания, как органы революционной власти — революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства. Вне связи с восстанием их выдвижение было бы ошибочным.

На вопрос, что бы сделала партия пролетариата, если бы революция поставила ее у власти в теперешней войне, Ленин ответил: «...мы предложили бы мир всем воюющим на условии освобождения колоний и всех зависимых, угнетенных и неполноправных народов»6.

После первых военных успехов царская армия стала терпеть поражения на основных фронтах. Весной 1915 года началось отступление русских войск из Галиции. Вскоре немецкие войска заняли Польшу, часть Прибалтики, Белоруссии. Миллионы беженцев двинулись в глубь России. В связи с неисчислимыми бедствиями, которые несла война в каждую семью трудящихся, ростом дороговизны жизни в народных массах зрело недовольство политикой царизма и наживающейся на войне буржуазии.

Большевики возглавили борьбу рабочего класса, устраивали митинги рабочих и вообще городского населения, вовлекая в движение широкие массы, связывали рост дороговизны с политикой царизма и буржуазии, с войной. Экономические забастовки уже в августе — сентябре 1915 года все более принимают политический характер.

Осенью 1915 года внимание Ленина было приковано к выборам в так называемые «рабочие группы» при Центральном и Петроградском военно-промышленных комитетах. Последние были созданы империалистической буржуазией в целях оказания помощи царизму в ведении войны. Пытаясь подчинить рабочий класс своему влиянию, вожди буржуазии, вкупе с меньшевиками-оборонцами, с одобрения Государственной думы и царя решили ввести в Центральный и Петроградский военно-промышленные комитеты представителей рабочих. По замыслу буржуазии, участие рабочих в этих оборонческих учреждениях придало бы им больше популярности, способствовало бы сглаживанию классовых противоречий. Ленин, большевики, будучи принципиальными противниками империалистической войны, были и против участия рабочих в военно-промышленных комитетах. В результате разъяснительной работы, проведенной большевистскими организациями, лишь незначительная часть рабочих, находившаяся под влиянием меньшевиков и эсеров, приняла участие в выборах рабочих групп названных комитетов.

В. И. Ленин с полным основанием писал в 1915 году в работе «Социализм и война», что пролетариат оказался единственным классом в России, «которому не удалось привить заразы шовинизма». Рабочий класс России не пошел на заключение «классового мира» с буржуазией, не пошел за социал-шовинистами, поддержал политику большевистской партии. Партия до конца исполнила свой долг перед Интернационалом, знамя интернационализма не дрогнуло в ее руках.

Активную деятельность развернули большевики во флоте и армии. Осенью 1915 года Петербургский комитет большевиков установил прочную связь с «Главным коллективом кронштадтской военной организации», объединившим партийные большевистские группы кораблей Балтийского флота. Большевистские комитеты Петрограда, Москвы, Риги, Киева, Харькова и других крупных центров в своих нелегальных листовках, обращенных к войскам, призывали солдат и матросов от имени рабочего класса страны к совместной борьбе против царизма, к братанию с солдатами противника на фронте. Помещичье- буржуазная печать, военные власти стремились вбить клин между армией и рабочим классом, пытаясь свалить вину за поражения царских войск на фронтах на стачки рабочих. Большевики разоблачали эти провокации.

В. И. Ленин придавал работе большевистских организаций в армии громадное значение. Армия, говорил он, вобрала в себя цвет народных сил, в ней сосредоточены миллионные массы крестьян, особенно крестьянской бедноты, а также значительная часть рабочих. Своей неутомимой деятельностью в царской армии большевики ковали боевой союз рабочего класса и крестьянства, готовили массы ко второй революции.

Большевики оказались во всеоружии для борьбы против войны, за свержение империалистического правительства в своей стране потому, что они создали боеспособную организацию, которая смогла возглавить массы в борьбе против империалистической войны и империализма. Ленин с особым удовлетворением отмечал громадную работу нелегального Петербургского комитета большевиков во время войны. «Для России и для всего Интернационала это — поистине образец социал-демократической работы во время реакционной войны, при самых трудных условиях».

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 302.

2 В. И. Ленин. Соч., т. 40, стр. 37.

3 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 175.

4 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 107-108.

5 В июле 1969 года урна с прахом Е. В. Крупской была доставлена из Швейцарии в Ленинград и захоронена на Новодевичьем кладбище рядом с могилой ее мужа К. И. Крупского, отца Надежды Константиновны,

6 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 50.

 

В. И. Ленин собирает интернационалистские силы

Руководимая Лениным большевистская партия явилась той ведущей силой которая способна была вскрыть и разоблачить до конца любые махинации социал-шовинистов, центристов и иных оппортунистов партий развалившегося II Интернационала. Только партия большевиков могла выступить инициатором сплочения под знаменем революционного марксизма всех левосоциалистических групп в международном рабочем движении, взять на себя роль организующей силы в создании нового, освобожденного от оппортунизма, пролетарского Интернационала. С неиссякаемой энергией и настойчивостью Ленин с первых же недель войны стал создавать твердое ядро этого нового, подлинно боевого революционного объединения всемирного пролетариата.

Боевые призывы Ленина к борьбе против империалистической воины, к разрыву с социал-предателями вначале не получили широкой поддержки в международном рабочем движении. Но это ничуть не обескуражило вождя большевиков. Ленин развернул беспощадную борьбу против откровенных оппортунистов и особенно против скрытых оппортунистов — каутскианцев. «Оппортунисты — зло явное. — писал он в октябре 1914 года. — «Центр» немецкий с Каутским во главе — зло прикрытое, дипломатически подкрашенное, засоряющее глаза, ум и совесть рабочих, опасное всего более. Наша задача теперь — безусловная и открытая борьба с оппортунизмом международным и с его прикрывателями (Каутский). Это мы и будем делать в Центральном Органе... Это — международная задача. Лежит она на нас, больше некому. Отступать от нее нельзя».1

Опасность каутскианства Ленин видел прежде всего в том, что это течение, обосновывая «среднюю», центристскую и по существу оппортунистическую линию поведения социалистических партий, выдавало себя перед рабочим классом за «марксистский центр» в Интернационале. Оборонческую позицию в империалистической войне Каутский прикрывал интернационалистскими словечками и ссылками на Маркса, хотя они и относились совсем к другой эпохе, к другим по своему характеру войнам.

«Каутскианство, — писал Ленин, — не случайность, а социальный продукт противоречий II Интернационала, соединения верности марксизму на словах и подчинения оппортунизму на деле».2

Позицию каутскианства, центризма отстаивали Л. Троцкий, Ю. Мартов, Н. Чхеидзе и др. в России, Г. Роланд-Гольст — в Голландии, Р. Гримм — в Швейцарии, Ж. Лонге и А. Прессман — во Франции, Т. Барбони — в Италии, X. Раковский — в Румынии и т. д.

Одновременно с социал-шовинистским и центристским течениями в социалистических партиях существовало третье течение, представленное левыми, интернационалистскими элементами. Ленин с неослабным вниманием следит за позицией каждой левой группы, каждого действительно левого социалистического деятеля. Со многими из них он устанавливает связь, помогает нм своими советами, терпеливо по-товарищески отмечает их ошибки в ряде вопросов, разъясняет, почему и как надо вести борьбу с оппортунизмом, добивается сближения с ними.

В ноябре 1914 года манифест ЦК о войне в сокращенном виде был опубликован в швейцарской газете «La Sentmelle» («Часовой»), Тогда же Ленин направил этот важнейший документ в Международное социалистическое бюро и во французские, немецкие, английские и шведские социал-демократические газеты.

В. И. Ленин всячески приветствовал позицию Итальянской социалистической партии, которая не вступила в первый период войны на путь шовинизма, осудила предательское поведение германской социал-демократии, исключила из своих рядов группу социал-шовинистов, ренегатов (Муссолини и др.). Эта позиция находила поддержку громадного большинства рабочего класса Италии. При непосредственной помощи Ленина, принимавшего активное участие в социалистическом движении Швейцарии, там складывалось левосоциалистическое ядро.

27 сентября 1914 года в Лугано (Швейцария) состоялась совместная конференция итальянских и швейцарских социалистов, на которой, по просьбе Ленина, обсуждались его тезисы о войне. Ряд положений ленинских тезисов вошел в резолюцию конференции. Ее решения, хотя и не были последовательно интернационалистскими и революционно выдержанными. все же представляли первую попытку в деле восстановления международных пролетарских связей.

Против империалистической войны выступили революционные болгарские социалисты («тесняки»), руководимые Димитром Благоевым, и сербские социал-демократы. Когда Ленин узнал, что в Сербской скупщине социал-демократические депутаты голосовали против военных кредитов, он публично заявил, что сербская социал-демократия исполнила свой пролетарский интернациональный долг. Вскоре Ленин установил непосредственную связь с болгарскими и сербскими революционными социал-демократами, помогая нм занять последовательно интернационалистскую линию.

Развернулась активная переписка Ленина с левыми голландскими социалистами Д. Вайнконом. А. Паннекуком и др., создавшими группу вокруг газеты «De Tribune» («Трибуна»), Через А. М. Коллонтай и А. Г. Шляпникова Ленин связался с руководителями левых социалистов Норвегии и Швеции. В период войны шведские левые социалисты были довольно сильным течением. Они имели три ежедневные газеты и 13 депутатских мест в шведском парламенте.

В. И. Ленин радовался, что руководитель левого крыла американской социалистической партии Юджин Дебс развил энергичную деятельность против империалистической бойни, выступил с проповедью гражданской войны за социализм. Американское правительство приговорило этого замечательного борца против войны к 10 годам тюремного заключения.

Особенно внимательно Владимир Ильич следил за возникновением и развитием левой оппозиции в германской социал-демократии. Он ликовал, когда ему стало известно, что против войны решительно выступили революционные социалисты Германии — группа «Интернационал», принявшая позднее название «Союз Спартака», во главе с К. Либкнехтом, Р. Люксембург, К. Цеткин, Ф. Мерингом, Ю. Мархлевским, Л. Иогихесом (Тышка), В. Пиком. Ленин ставил в пример всем интернационалистам поведение Карла Либкнехта, голосовавшего в рейхстаге против военных кредитов.

В. И. Ленин очень хорошо понимал, что силы левых на Западе еще чрезвычайно малы, голоса их против шовинизма, за интернационализм звучат еще слабо, разрозненно, не всегда уверенно. Но он не унывал. «Не беда, что нас единицы, с нами будут миллионы», — говорил он товарищам. Он твердо верил в неизбежную победу пролетарского интернационализма в международном рабочем движении.

14 февраля 1915 года в Лондоне была созвана конференция социалистов стран Антанты (Англия, Франция, Бельгия, Россия). Большевики не были приглашены на нее. Однако Ленин подготовил проект декларации ЦК большевиков, которую поручено было огласить на конференции представителю большевиков в Международном социалистическом бюро М. М. Литвинову. В ней выставлялось требование, чтобы министры-социалисты немедленно вышли из буржуазных правительств Бельгии и Франции, чтобы социалисты Антанты отказались от лозунга «гражданского мира», от голосования за военные кредиты, от поддержки русского царизма. Председатель конференции не дал Литвинову возможности прочесть декларацию до конца. Литвинов передал ее в президиум и в знак протеста покинул заседание, заявив, что большевики считают для себя невозможным участие в социал-шовинистской конференции.

В конце марта 1915 года в Берне состоялась Международная женская социалистическая конференция, а в начале апреля — Международная социалистическая конференция молодежи, на которых большевики внесли свои проекты резолюций. Одна из них, внесенная на женской конференции, была написана Лениным, другая, оглашенная на юношеской конференции, была подготовлена по его указаниям. Хотя эти резолюции не были приняты конференциями, они все же сыграли определенную роль в борьбе большевиков за овладение умонастроениями тех женщин и молодежи, которые стремились найти правильный выход из империалистической войны.

В своем воззвании женская конференция призвала трудящихся женщин подняться над окровавленными границами, подать друг другу руку через горы трупов, моря крови и слез. Мозолистые руки рабочих и крестьян, привыкшие трудиться, говорилось в воззвании, необходимо соединить в неразрывную цепь международной солидарности. Воззвание широко распространялось в разных странах.

Избранное на юношеской конференции Международное социалистическое бюро молодежи стало издавать журнал «Jugend-Internationale» («Интернационал Молодежи»). Ленин оказывал этому объединению и его печатному органу всяческую помощь. Он принял активное участие в журнале, поместив в нем ряд статей.

Обсуждения, происходившие в печати, на собраниях, во время рефератов Ленина, в переписке и беседах с левыми социалистами разных стран, а также на женской и юношеской социалистических конференциях, показали Ленину, что левые на Западе еще в значительной мере находятся в идейном плену у центристов по коренным вопросам войны, мира, революции и социализма. Он понимал, что без решительной борьбы с каутскианской фальсификацией марксизма, без большой разъяснительной работы среди левых не могло быть и речи об их сплочении на базе теории и тактики революционного марксизма.

Каутский и другие ревизионисты II Интернационала ссылались на новейшие процессы в развитии капитализма, которые будто делают коренные положения «Капитала» Маркса «устаревшими». Необходимо было не только отстоять революционный марксизм от новых покушений ревизионистов, но и развить его дальше на основе теоретического анализа новой практики общественного развития и нового опыта классовой борьбы пролетариата. «Величайшее в мире освободительное движение угнетенного класса, самого революционного в истории класса, — писал Ленин, — невозможно без революционной теории. Ее нельзя выдумать, она вырастает из совокупности революционного опыта и революционной мысли всех стран света. И такая теория выросла со 2-ой половины XIX века. Она называется марксизмом. Нельзя быть социалистом, нельзя быть революционным социал-демократом, не участвуя по мере сил в разработке и применении этой теории, а в наши дни в беспощадной борьбе против уродования ее Плехановым, Каутским и К0».3

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 13.

2 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 324.

3 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 1.

 

«Философские тетради» В. И. Ленина

В годы первой мировой войны, сознавая обострение глубочайших противоречий капитализма и переломный характер исторического момента, Ленин разрабатывает и развивает дальше все стороны революционного марксизма: учение о социалистической революции, экономическую теорию, философию в их неразрывном единстве. Громадное внимание Ленин уделил разработке материалистической диалектики, которую он считал живой душой, «коренным теоретическим основанием» марксизма, алгеброй пролетарской революции. Только опираясь на нее, можно было дать глубокий марксистский анализ основных черт и противоречий империализма, раскрыть империалистическую сущность первой мировой войны, обосновать стратегию и тактику борьбы пролетариата, разоблачить оппортунизм и социал-шовинизм лидеров II Интернационала, а также догматизм и сектантство в революционном социалистическом движении.

Задача состояла не только в том, чтобы отстоять чистоту марксистской диалектики, разоблачить попытки ревизионистов заменить ее вульгарным эволюционизмом, софистикой и эклектикой, но и в том, чтобы в связи с новыми историческими условиями, новым опытом освободительного движения, новыми данными естествознания продолжить разработку материалистической диалектики как науки, как важнейшего орудия познания и революционного изменения мира.

В 1914 — 1915 годах Ленин вновь изучает произведения Аристотеля, Гегеля, Фейербаха и других философов, а также труды по проблемам естествознания, перечитывает произведения основоположников научного коммунизма. Многочисленные выписки, конспекты с комментариями и замечаниями Ленина, его самостоятельные фрагменты и другие материалы этих исследований составили основное содержание изданного впоследствии труда под названием «Философские тетради».

В. И. Ленин намеревался написать специальный труд по материалистической диалектике, но это намерение ему, к сожалению, осуществить не удалось. Однако, несмотря на незавершенность, «Философские тетради» являются органическим продолжением главного философского труда Ленина «Материализм и эмпириокритицизм», представляют собой новый крупный шаг в творческом развитии философии марксизма. Обе эти работы составляют основу ленинского этапа в философии.

В «Философских тетрадях» Ленин рассмотрел широкий круг философских проблем, уделив особенное внимание вопросам марксистской диалектики.

Центральное место в «Философских тетрадях» занимают конспекты книг Гегеля «Наука логики», «Лекции по истории философии» и «Лекции по философии истории». Тщательное изучение диалектического метода Гегеля, его сопоставление с диалектикой Маркса и Энгельса в свете нового исторического и научного опыта человечества, потребностей практики классовой борьбы пролетариата позволили Ленину развить идею Гегеля и Маркса о совпадении диалектики, логики и теории познания. Эта идея является важнейшей принципиальной идеей в ленинской трактовке материалистической диалектики как науки. «Если Marx не оставил «Логики» (с большой буквы), то он оставил логику «Капитала», и это, — подчеркивал Ленин, — следовало бы сугубо использовать по данному вопросу. В «Капитале» применена к одной науке логика, диалектика и теория познания [не надо 3-х слов: это одно и то же] материализма, взявшего все ценное у Гегеля и двинувшего сне ценное вперед»1.

Владимир Ильич показал, что вывод о совпадении диалектики. логики и теории познания является закономерным результатом развития всей истории философии.

В. И. Ленин раскрыл многообразие черт, сторон, элементов и категорий диалектики, как самого глубокого учения о развитии. Диалектика чужда схематизму и догматизму; выражая наиболее общие законы всякого развития, она требует конкретного анализа реальной действительности с ее неисчерпаемым богатством форм.

В «Философских тетрадях» впервые в истории марксизма сформулировано и обосновано важнейшее положение о том, что сутью, ядром диалектики является учение о единстве противоположностей. «Вкратце диалектику можно определить, как учение о единстве противоположностей. Этим будет схвачено ядро диалектики...»2 Ленин обогатил и конкретизировал марксистскую диалектику путем анализа и обобщения новых типов и видов противоречий эпохи империализма, новых видов превращения противоположностей друг в друга, переходов, переливов одних явлений в другие.

Борьба противоположностей, возникновение и разрешение противоречий, указывал Ленин, есть источник развития материального мира, условие прогресса общества. Он решительно выступал против стремления оппортунистических лидеров II Интернационала «очистить» жизнь от противоречий и борьбы. Исходя из того, что главным в диалектике является учение о развитии путем борьбы противоречивых сил и тенденций, борьбы старого и нового, Ленин подчеркнул, как основной вывод диалектики, — положение о неодолимости нового, прогрессивного, неизбежность его победы над старым, отжившим, реакционным. Он разъяснял, что отрицание старого новым надо понимать, исходя из существа материалистической диалектики, которая выступает против голого отрицания, ведущего к перерыву в развитии, к нарушению связи между старым и новым. Марксистская диалектика понимает «отрицание как момент связи, как момент развития, с удержанием положительного». Без этого невозможен прогресс в природе, в обществе и в познании.

В «Философских тетрадях» всесторонне развивается и обосновывается мысль об активном творческом отношении человека к окружающему миру, о его способности изменять мир в соответствии со своими потребностями и интересами, об огромном влиянии человеческого сознания на преобразующую, целенаправленную деятельность людей. Мир, говорится в «Философских тетрадях», не удовлетворяет человека, и человек своим действием решает изменить его.

«Философские тетради» содержат анализ гносеологических корней идеализма, имеющий принципиальное значение для борьбы против реакционной буржуазной философии и философского ревизионизма. В тетрадях сформулированы важные положения по проблемам исторического материализма.

Философские конспекты, фрагменты, заметки Владимира Ильича указывают пути дальнейшего развития диалектического и исторического материализма, научной истории философии. «Продолжение дела Гегеля и Маркса, — писал Ленин, — должно состоять в диалектической обработке истории человеческой мысли, науки и техники».3

Все важнейшие произведения Ленина, написанные в годы первой мировой войны, — «Империализм, как высшая стадия капитализма», «Социализм и война», «О лозунге Соединенных Штатов Европы», «О брошюре Юниуса», «Социалистическая революция и право наций на самоопределение», «Государство и революция» и другие — неразрывно связаны с «Философскими тетрадями».

Поразительная глубина, боевой материалистический дух, связь с жизнью, с политикой пролетарской партии характеризуют ленинский анализ материалистической диалектики, как философской науки. Мастерское применение марксистского диалектического метода к анализу новой исторической эпохи явилось основой новых ленинских открытий, вооруживших пролетариат марксистской теорией империализма, правильной и ясной теорией социалистической революции, учением о государстве, мудрой, научно обоснованной стратегией и тактикой революционного преобразования общества.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 29, стр. 301.

2 Там же, стр. 203.

3 В. И. Ленин. Соч., т. 29, стр. 131.

 

Против социал-шовинизма

В 1915 году Ленин написал ряд важных работ: «Крах II Интернационала», «Оппортунизм и крах II Интернационала», «Социализм и война», «О поражении своего правительства в империалистской войне», «О лозунге Соединенных Штатов Европы». В 1916 году он создал классический труд «Империализм, как высшая стадия капитализма», написал замечательные статьи «Империализм и раскол социализма», «Военная программа пролетарской революции», «О лозунге «разоружения»», важнейшие работы по национальному вопросу. Один только перечень этих работ говорит об огромном размахе кипучей деятельности Ленина. В этих произведениях он рассмотрел большой круг вопросов, дал всестороннее и глубокое обоснование революционной марксистской линии, резко противопоставив ее оппортунистической позиции II Интернационала.

Вскрывая причины позорного поведения большинства вождей европейской социал-демократии, Ленин показал, что крах II Интернационала есть крах оппортунизма, который возник и развивался в эпоху так называемого «мирного» развития капитализма и получил в последние годы перед войной фактическое господство в Интернационале. Отрицание острой классовой борьбы в капиталистическом обществе и необходимости диктатуры пролетариата, социалистической революции, подмена ее буржуазным реформизмом и пропагандой сотрудничества классов в капиталистическом обществе, проповедь буржуазного национализма, преклонение перед буржуазным парламентаризмом и буржуазной легальностью, отказ от поддержки революционных действий пролетариата против «своей» буржуазии — такова сущность социал-шовинизма и оппортунизма, таковы основные идеи, лежащие в основании оппортунистической политики.

Экономическую основу оппортунизма и социал-шовинизма Ленин видел в том, что империалистическая буржуазия подкупает «рабочих вождей», подкармливает рабочую аристократию, создает известное привилегированное положение для части рабочих с целью отвлечь их от революционной борьбы против империализма. «Созрел целый общественный слой парламентариев, журналистов, чиновников рабочего движения, привилегированных служащих и некоторых прослоек пролетариата, который сросся со своей национальной буржуазией и которого вполне сумела оцепить и «приспособить» эта буржуазия».1 Этот слой обуржуазившихся рабочих, или рабочей аристократии, составляет главную опору II Интернационала.

В. И. Ленин вскрыл и источник, из которого буржуазия черпала средства для подкупа некоторой части рабочих. Это — монопольно высокие прибыли, получаемые империалистами прежде всего за счет эксплуатации и грабежа колоний, чужих наций. В статье «Империализм и раскол социализма» он писал: «Горстка богатых стран — их всего четыре, если говорить о самостоятельном и действительно гигантски-крупном, «современном» богатстве: Англия, Франция, Соединенные Штаты и Германия — эта горстка развила монополии в необъятных размерах, получает сверхприбыль в количестве сотен миллионов, если не миллиардов, «едет на спине» сотен и сотен миллионов населения других стран...»2 Создание за счет этих сверхприбылей «буржуазных рабочих партий» Ленин считал неизбежным и типичным явлением для всех империалистических стран. В свою очередь, эти партии «работают вместе с империалистской буржуазией как раз в направлении создания империалистской Европы на плечах Азии и Африки...»3

Читая в наши дни ленинские строки, написанные более полувека тому назад, миллионы людей во всем мире задают вопрос: а разве реакционные правые вожди социалистических партий и в наше время не делают то же самое?

В. И. Ленин неопровержимо доказал, что большую силу оппортунистам и шовинистам в годы империалистической войны дал именно их союз с буржуазией, с правительствами и генеральными штабами. Раньше, до войны, этот союз был тайным. Теперь, во время войны, он стал открытым.

Каутский оправдывал измену социализму соображением о неприятных «практических последствиях» революционной тактики: правительство-де прихлопнет легальные рабочие организации, захватит их кассы, арестует их вождей. Нас арестовали бы, если бы мы не голосовали 4 августа за военные кредиты, — трусливо заявил на рабочем собрании в Берлине один из социал-демократических депутатов. А рабочие кричали ему в ответ: «Ну, что же тут было бы дурного?» Одобрив поведение берлинских рабочих, Ленин указывал, что если нет другого сигнала для подъема революционного настроения рабочих масс и призыва к революционным действиям, то арест депутата за смелую речь сыграл бы в этом полезную роль.

На долю Ленина выпала главная тяжесть разоблачения предательских действий оппортунистов, их маневров и позорных сделок с буржуазией. Это вызывало особую ненависть к нему со стороны его политических врагов. В 1916 году он писал И. Ф. Арманд:

«Вот она, судьба моя. Одна боевая кампания за другой — против политических глупостей, пошлостей, оппортунизма и т. д.

Это с 1893 года. И ненависть пошляков из-за этого. Ну, а я все же не променял бы сей судьбы на «мир» с пошляками».4

Владимир Ильич никогда не был в разладе со своей кристально чистой совестью и последовательной партийной принципиальностью революционера-коммуниста.

С огромной силой подчеркивал Ленин необходимость не только идейно, но и организационно порвать с оппортунистами. «Вся борьба нашей партии (и рабочего движения в Европе вообще), — писал Ленин, — должна быть направлена против оппортунизма. Это — не течение, не направление; это (оппортунизм) теперь стало организованным орудием буржуазии внутри рабочего движения».5 Борьба против империализма, не связанная неразрывно с борьбой против оппортунизма, есть пустая фраза или обман, говорил Ленин. Он призывал левых Германии и других стран через головы оппортунистических вождей создать новый тип организации и борьбы — подлинно революционные партии рабочего класса.

В. И. Ленин писал, что русские интернационалисты, большевики не претендуют на то, чтобы вмешиваться во внутренние дела своих товарищей левых. «Мы понимаем, — указывал он, — что только они сами вполне компетентны определить свои способы борьбы против оппортунистов, считаясь с условиями времени и места. Мы считаем только своим правом и своим долгом высказать откровенно свое мнение о положении дел».6 Свои взаимоотношения с левыми группами других стран Ленин, большевики строили на основе равноправия и принципов пролетарского интернационализма.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 233.

2 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. ПЗ.

3 Там же, стр. 168.

4 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 340.

5 Там же, стр. 105 — 106.

6 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 338.

 

Ленин о войнах эпохи империализма

Обманывая рабочих, оппортунистические вожди социал-демократии перепевали на «марксистский» лад лицемерные заявления своих правительств и утверждения буржуазной печати, будто война ведется из-за защиты свободы и существования наций. Социал-шовинисты каждой из воюющих стран пытались доказать, что именно их страна и ее союзники ведут справедливую войну. Центристы во главе с Каутским признавали одинаковое право социалистов во всех воюющих державах «защищать отечество». Это была, говорил Ленин, самая отвратительная защита империализма, стремление обосновать «право» рабочих воюющих стран убивать друг друга «во имя защиты отечества», во имя обогащения империалистов на воине.

И открытые социал-шовинисты и каутскианцы яростно травили революционных интернационалистов в своих странах, стараясь внести в их ряды сумятицу, колебания, неуверенность, пытаясь изолировать их от большевиков. Левые нейтральных и ряда других стран признавали империалистический характер войны, заявляли о своей верности классовой борьбе пролетариата, но не понимали необходимости превращения империалистической войны в войну гражданскую, не имели ясности в вопросе об основных типах войн, порождаемых эпохой империализма.

В. И. Ленин вовремя пришел левым социалистам на помощь. В брошюре «Социализм и война» и других своих работах он внес полную ясность в вопрос о войнах с точки зрения подлинного марксизма, развил дальше марксистское учение о войнах и отношении социалистов к ним.

Социалисты, писал Ленин, всегда осуждали войны между народами, как варварское и зверское дело. Но поскольку войны на протяжении многих веков заполняют собой историю общества, марксисты обязаны тщательно изучать и вскрывать глубокие причины, порождающие войны, выяснять их характер и намечать пути борьбы рабочего класса и всех трудящихся против империалистических войн.

В своих научных трудах Ленин дал ответ на вопрос, как следует определять характер той или иной войны. Он доказал, что война есть продолжение политики иными средствами. Какова политика государств и господствующих классов в мирное время, такова и проводимая ими война.

В эпоху империализма, учил Ленин, основными типами войн являются:

1) несправедливые, империалистические войны, имеющие целью захват и порабощение чужих стран и народов, подавление социалистических, демократических, национально-освободительных движений, разгром социалистических государств. С такого рода войнами необходимо вести решительную борьбу всеми средствами, вплоть до революции и свержения империалистических правительств;

2) справедливые войны, имеющие целью освобождение трудящихся от феодального и капиталистического гнета, избавление колоний и зависимых стран от ига империализма, защиту самостоятельного национального существования от посягательств империалистических держав, защиту социалистического государства от нападения империалистов. Эти воины трудящиеся должны всячески поддерживать.

Некоторые из левых социалистов Запада считали, что марксисты вообще должны быть в эпоху империализма против защиты отечества. При этом они ссылались на провозглашенное в «Манифесте Коммунистической партии» положение Маркса и Энгельса: «Рабочие не имеют отечества». Ленин выступил против такого вульгаризаторского, неисторического подхода к марксизму.

«Весь дух марксизма, вся его система, — учил Ленин, — требует, чтобы каждое положение рассматривать лишь (а) исторически; (б) лишь в связи с другими; (в) лишь в связи с конкретным опытом истории»1.

Это означает, что вопрос о защите отечества пролетариат должен решать с учетом конкретной исторической обстановки и его прежде всего интересует — какой класс и с какой целью провозглашает лозунг «защиты отечества». Когда развертывается национально-освободительное движение и необходимо отстоять национальную независимость страны — лозунг защиты отечества выдвигается как самая жизненная задача народа. В этих условиях рабочий класс первым встает на защиту свободы и независимости своей страны. История показывает, что именно рабочий класс является подлинно патриотическим классом. Признание защиты отечества в национально- освободительных войнах и, разумеется, в войнах социалистических государств против империализма, учил Ленин, вполне соответствует сути и духу марксизма.

Другое дело, когда идет империалистическая война. В этой войне, разъяснял Владимир Ильич, социалисты должны выступать против защиты отечества, «ибо (1) империализм есть канун социализма; (2) империалистская война есть воина воров за добычу; (3) в обеих коалициях есть передовой пролетариат; (4) в обеих назрела социалистическая революция. Только поэтому мы против «защиты отечества», только поэтому!!».2 Такая постановка вопроса отвечает интересам всего международного пролетариата, говорил Ленин.

Национальные интересы не противоречат интернациональным интересам рабочего класса, наоборот, только правильное понимание своих интернациональных задач дает возможность рабочему классу решить и национальные интересы. Останавливаясь на вопросе о значении общности коренных интернациональных задач рабочих всех стран, Ленин подчеркивал: «…интернациональное единство рабочих важнее национального».3 Только на путях прочного, все расширяющегося и углубляющегося единства рабочий класс, трудящиеся могут добиться осуществления своей заветной цели — мира и социализма.

В. И. Ленин отмечал, что социализму, как общественному строю, присуще стремление к уничтожению войн, к прочному миру на земле. «Окончание войн, мир между народами, прекращение грабежей и насилий — именно наш идеал»,4 — писал он в 1915 году. Марксисты в отличие от буржуазных пацифистов понимают «неизбежную связь войн с борьбой классов внутри страны» и вытекающую отсюда «невозможность уничтожить войны без уничтожения классов и создания социализма».

Обосновывая тезис о неизбежности войн при империализме, Ленин опирался на следующие факты. Во-первых, империализм по своей природе является источником вопи. Пока существует империализм, сохраняется экономическая основа агрессивных войн, опасность их возникновения. Во-вторых, пока империализм является единственной, безраздельно господствующей системой в мире, вопрос о войне и мире решается империалистической, финансово-промышленной олигархией и притом в глубокой тайне от народов. Рабочий класс и другие миролюбивые силы из-за разобщенности и слабости не могут предотвратить развязывание империалистами захватнических и других преступных войн.

С тех пор как были сформулированы Лениным эти важные теоретические положения, произошли события всемирно-исторического значения, изменившие коренным образом соотношение политических, экономических и военных сил в пользу лагеря мира, демократии и социализма. Из нового соотношения сил КПСС сделала смелый, ленинский по своему духу, вывод о возможности в современный период предотвращения новой мировой войны. Однако это не значит, что угроза такой войны полностью устранена. Силы агрессин и милитаризма хотя и потеснены, но не обезврежены. Не допустить, чтобы угроза новой мировой войны стала реальностью — кровное дело всех народов. Агрессивной политике империализма СССР противопоставляет политику активной защиты мира и укрепления международной безопасности.

Во время первой мировой войны в пацифистских и социал-реформистских кругах Европы и Америки сравнительно широкое распространение получил лозунг «разоружения», который социал-пацифисты и каутскианцы противопоставляли тогда большевистскому лозунгу о превращении империалистической войны в войну гражданскую. В таких условиях Ленин, естественно, не мог поддерживать лозунг разоружения, поскольку он ослаблял борьбу рабочего класса против международного империализма и борьбу революционной социал-демократии против оппортунизма.

Однако из этого отнюдь не следует, что Владимир Ильич был против требования разоружения в принципе, всегда и при всех условиях. Для него характерна конкретно-историческая постановка вопроса о разоружении. До первой мировой войны при участии Ленина международные социалистические конгрессы — Штутгартский (1907) и Копенгагенский (1910) — разработали и приняли резолюции, которые обязывали социалистов всех стран вести борьбу против милитаризма, требовать от своих правительств сокращения вооружений, мирного урегулирования всех возникающих между государствами конфликтов.

В. И. Ленин разъяснял, что в принципе социализм за разоружение. «Разоружение есть идеал социализма. В социалистическом обществе не будет войн, следовательно, осуществится разоружение»5 — говорил он. Мир, разоружение и социализм внутренне связаны и неотделимы друг от друга.

Ради этих величайших гуманных целей Ленин и сплачивал интернационалистские элементы в годы империалистической войны, вел решительную борьбу с шовинизмом, звал рабочий класс, трудящиеся массы к социалистической революции, к установлению ими своей власти. Осуществление социалистической революции, разъяснял он, связано с известными жертвами, но эти жертвы — капля в море по сравнению с морями крови, которые проливаются человечеством в империалистических войнах.

Сложившаяся в период империалистической войны объективная обстановка открывала перед рабочим классом только два пути. Ленин писал: «...или мы дадим себя убивать в интересах империалистской буржуазии или же мы будем систематически подготовлять большинство эксплуатируемых и самих себя к тому, чтобы ценой меньших жертв захватить банки, экспроприировать буржуазию, чтобы положить, вообще, конец и дороговизне и войнам».6

Общественное развитие в период империалистической войны пошло по второму пути, по пути социалистической революции. В обстановке империалистической войны правильным был лозунг не разоружения, а вооруженной борьбы рабочих и всех трудящихся против империализма, т. е. лозунг превращения империалистической войны в гражданскую.

Но Ленин предвидел, что после победы социалистической революции в одной или нескольких странах перед победившим пролетариатом возникнет необходимость в постановке перед человечеством вопроса о разоружении. И действительно, после победы Великой Октябрьской социалистической революции на Генуэзской международной конференции в 1922 году советская делегация по инициативе Ленина выступила с предложением о всеобщем сокращении вооружений и полном запрещении оружия массового уничтожения.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 329.

2 Там же, стр. 371.

3 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 321.

4 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 304.

5 В. М. Ленин. Соч., т. 30, стр. 152.

6 Там же, стр. 223.

 

«Империализм как высшая стадия капитализма»

В начале 1916 года Владимир Ильич приступил к работе над книгой об империализме для только что основанного легального петроградского издательства «Парус». Интересы революционной борьбы рабочего класса требовали анализа экономической и политической сущности империализма. Без этого невозможно было правильное руководство революционным движением.

Еще задолго до войны Ленин отмечал в различных своих работах новые явления в развитии капитализма. А в первых своих произведениях, написанных во время войны, и в частности в резолюции «О характере войны» Бернской конференции заграничных секций РСДРП (начало марта 1915 г.), он дает характеристику и политическую оценку империализма. Летом 1916 года Ленин завершил свой классический труд «Империализм, как высшая стадия капитализма», явившийся выдающимся вкладом в сокровищницу творческого марксизма. В нем Ленин дал всестороннее исследование империализма.

Ленинский труд — результат громадной научной работы и напряженного труда. Ленин глубоко изучил огромный фактический материал, характеризовавший развитие общественных отношений в различных странах в эпоху империализма. Он использовал сотни книг, статей, брошюр, статистических сборников, изданных в разных странах и на многих языках по экономике и технике, внутренней и особенно внешней политике, рабочему движению, колониальному и многим другим вопросам. Подготовительные материалы к книге, изданной впоследствии под названием «Тетради но империализму», составляют около 800 книжных страниц.

В предисловии к русскому изданию книги, помеченном 26 апреля 1917 года, Ленин предупреждает читателя, что она писана эзоповским языком, рассчитанным на то, чтобы «пройти» царскую цензуру. Поэтому автор не только был вынужден строжайше ограничить себя исключительно теоретическим — экономическим в особенности — анализом, но и формулировать необходимые замечания относительно политики с большой осторожностью. При переиздании книги на французском и немецком языках в 1920 году Владимир Ильич еще раз отметил данный факт и вместе с тем считал небесполезным для многих коммунистов капиталистических стран убедиться на примере своей книги «в возможности — и необходимости — использовать даже те слабые остатки легальности, которые остаются еще для коммунистов в современной, скажем, Америке...»1.

В своем труде «Империализм, как высшая стадия капитализма» Ленин вновь предстает перед нами как гениальный ученый, добросовестнейший исследователь и величайший революционный борец против империализма. Владимир Ильич проследил развитие мирового капитализма за полвека после выхода в свет «Капитала» К. Маркса. Опираясь на открытые Марксом и Энгельсом законы возникновения, развития и упадка капитализма, он впервые дал глубокий научный анализ экономической и политической сущности империализма, как особой, высшей и последней стадии капитализма, показал неизбежность обострения при империализме всех противоречий, присущих капиталистическому обществу. Ленин характеризует империализм как монополистический и вместе с тем как паразитический, загнивающий, умирающий капитализм, вскрывает условия его гибели, неизбежность и необходимость замены капитализма социализмом.

В книге Ленина дано замечательное по своей научно-теоретической точности и глубине определение сущности империализма: «Империализм есть капитализм на той стадии развития, когда сложилось господство монополий и финансового капитала, приобрел выдающееся значение вывоз капитала, начался раздел мира международными трестами и закончился раздел всей территории земли крупнейшими капиталистическими странами»2.

Капитал стал интернациональным и монополистическим. Движущим мотивом и определяющей целью процесса производства при монополистическом капитализме является не просто прибыль, а сверхприбыль. Как показал Ленин, монополистическая форма капиталистической собственности характеризуется концентрацией в руках монополий подавляющей части общественного производства, решающей массы средств производства. источников сырья, средств транспорта и связи, а также концентрацией квалифицированных рабочих и инженерных кадров, сосредоточением в руках крупных монополий научно- технических открытий и изобретений. Все это открывает для монополий возможность, внедряя в производство новую технику и технологию, присваивать сверхприбыль не только за счет усиления эксплуатации трудящихся на своих предприятиях, но также путем присвоения прибавочной стоимости, создаваемой на немонополизированных предприятиях как данной страны, так и других стран, особенно колоний.

Чрезвычайно важным для характеристики новой, империалистической фазы развития капитализма является положение Ленина о том, что на этой стадии по всем линиям усиливаются реакция и духовное обнищание. Монополистический капитал устанавливает свою диктатуру над обществом, подавляя не только рабочее, но и демократическое освободительное движение, ликвидируя и без того урезанные буржуазно-демократические права и свободы. Особенно обостряется национальный гнет и усиливается стремление монополий к аннексиям, то есть к насильственному присоединению «чужих» народов, нарушениям национальной независимости, суверенности народов.

Господство монополий, разъяснял Ленин, означает резкое усиление эксплуатации рабочего класса и обострение противоречий между трудом и капиталом — противоречий, ведущих к пролетарской революции. Оно вызывает не только ухудшение положения рабочего класса, но и разорение основной массы крестьянства и городской мелкой буржуазии. «Гнет немногих монополистов над остальным населением, — указывал Владимир Ильич, — становится во сто раз тяжелее, ощутительнее, невыносимее» и ведет к росту народного недовольства, что создает объективные условия для упрочения союза рабочего класса и непролетарских трудящихся масс. Этот союз является основной силой в борьбе против империалистической буржуазии.

Вместе с тем порабощение всех наций мира горсткой «великих держав», резкое усиление колониального гнета, жестокая эксплуатация сотен миллионов населения колониальных и зависимых стран неизбежно вызывают рост национально-освободительного движения, способствуют созданию единого фронта борьбы пролетариата капиталистических стран и народов колоний и зависимых стран против империализма.

На основе научного анализа противоречий капитализма на его последней стадии Ленин пришел к выводу, что империализм есть канун социалистической революции. Революционный переход к социализму стал жизненной необходимостью.

Владимир Ильич показал, что за время войны империализм сделал новый шаг вперед в усилении концентрации финансового капитала, в перерастании монополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм. Это означает резкое усиление непосредственного вмешательства государства в экономику, в процесс капиталистического производства в интересах финансовой олигархии. В ее интересах буржуазное государство проводит разного рода регулирующие мероприятия, осуществляет милитаризацию народного хозяйства и т. д.

Идеологи государственного монополистического капитализма, а вслед за ними правые социалисты и ревизионисты провозгласили наступление эры «планируемого», «бескризисного» капитализма, характеризующегося «динамичным равновесием» и «социальной гармонией». Они утверждают, будто государственно-монополистический капитализм уже не является капитализмом. В своем труде «Государство и революция» Ленин показал полную несостоятельность этих утверждений. «Самой распространенной ошибкой, — писал он, — является буржуазно-реформистское утверждение, будто монополистический или государственно-монополистический капитализм уже не есть капитализм, уже может быть назван «государственным социализмом» и тому подобное... «Близость» такого капитализма к социализму должна быть для действительных представителей пролетариата доводом за близость, легкость, осуществимость, неотложность социалистической революции, а вовсе не доводом за то, чтобы терпимо относиться к отрицанию этой революции и к подкрашиванью капитализма, чем занимаются все реформисты»3.

Государственно-монополистический капитализм еще больше усиливает материальные предпосылки для революционного перехода к социализму. Гигантское развитие производительных сил и обобществление производства в условиях монополистического капитализма вступило в непримиримое противоречие с капиталистическими производственными отношениями. Эти отношения, как отмечал Ленин, составляют «оболочку, которая уже не соответствует содержанию, которая неизбежно должна загнивать, если искусственно оттягивать ее устранение, — которая может оставаться в гниющем состоянии сравнительно долгое (на худой конец, если излечение от оппортунистического

нарыва затянется) время, но которая все же неизбежно будет устранена»4.

В. И. Ленин доказал, что империализм держится главным образом благодаря поддержке его оппортунистами и вызванному ими расколу рабочего класса. Вместе с тем при империализме действует тенденция усиления борьбы масс против гнета монополистического капитализма.

В статье «Империализм и раскол социализма» (1916) он писал: «С одной стороны, тенденция буржуазии и оппортунистов превратить горстку богатейших, привилегированных наций в «вечных» паразитов на теле остального человечества, «почить на лаврах» эксплуатации негров, индийцев и пр., держа их в подчинении при помощи снабженного великолепной истребительной техникой новейшего милитаризма. С другой стороны, тенденция масс, угнетаемых сильнее прежнего и несущих все муки империалистских войн, скинуть с себя это иго, ниспровергнуть буржуазию. В борьбе между этими двумя тенденциями неизбежно будет развертываться теперь история рабочего движения».5

Исторический опыт целиком подтвердил эту, открытую Лениным, закономерность общественного развития в эпоху империализма.

В труде Ленина показана полная научная несостоятельность и раскрыта реформистская сущность каутскианской теории «ультраимпериализма», пытавшейся обелить капитализм. Ленин опроверг тезис Каутского о том, будто создание международных монополистических союзов ведет к ослаблению противоречий внутри мировой системы капитализма, к устранению кризисов и войн в жизни общества. Высмеивая эту глупую побасенку Каутского, Ленин заметил: «Разве интернациональные картели, которые кажутся Каутскому зародышами «ультра- империализма»... не показывают нам примера раздела и передела мира, перехода от мирного раздела к немирному и обратно?»

В. И. Ленин предвидел возможность интернационального объединения монополистического капитала не только в виде международных монополий, но и в форме соглашений целых государств. «В этом смысле, — писал он, — возможны и Соединенные Штаты Европы, как соглашение европейских капиталистов... о чем? Только о том, как бы сообща давить социализм в Европе, сообща охранять награбленные колонии».

Эти тенденции ныне проявляются в создании военных блоков, которые нацелены против мировой системы социализма и международного рабочего движения, против молодых государств Азии и Африки, против других стран, стремящихся освободиться от империалистической кабалы.

Гениальный ленинский анализ основных закономерностей капитализма на его последней стадии подтвержден реальной действительностью современного капитализма. Попытки капитализма использовать рост государственно-монополистических форм, межгосударственную хозяйственную интеграцию, достижения научно-технической революции в целях укрепления классового господства в своих странах не ведут к его стабилизации как общественной системы. Общий кризис капитализма продолжает углубляться.

Ленинский труд «Империализм, как высшая стадия капитализма» является исключительно важным творческим вкладом в экономическую теорию марксизма, острым боевым оружием в борьбе против новейших буржуазных и социал-реформистских «теорий» «народного капитализма», общества «всеобщего благоденствия», «индустриального общества», «конвергенции», «интегрального общества», «постиндустриального общества», «технотронной эры» и др. В основе всех этих мифов, проповедуемых буржуазными идеологами, лежит идея, будто развитие индустрии в условиях современной научно-технической революции ведет к стиранию коренной противоположности между социализмом и капитализмом.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 303.

2 Там же, стр. 387.

3 В. И. Ленин. Соч., т. 33, стр. 68

4 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 425.

5 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 175.

 

Ленинская теория социалистической революции

Всесторонний анализ нового этапа мировой истории позволил Ленину определить огромные возможности революционного движения в эпоху империализма. Опираясь на свои исследования по империализму, Владимир Ильич развивает дальше марксистское учение о социалистической революции, ее содержании, движущих силах, условиях и формах развития в новую историческую эпоху. Он доказал, что война ускорила нарастание предпосылок революции и мировая капиталистическая система в целом уже созрела для перехода к социализму.

Как известно, Энгельс в работе «Принципы коммунизма» (1847) дал отрицательный ответ на вопрос о возможности осуществления социалистической революции в одной стране. Исходя из того, что мировой рынок, крупная промышленность уравняли «общественное развитие во всех цивилизованных странах», Энгельс сделал вывод: «...Коммунистическая революция... произойдет одновременно во всех цивилизованных странах, т. е., по крайней мере, в Англии, Америке, Франции и Германии». Впоследствии Маркс и Энгельс, анализируя объективные и субъективные предпосылки пролетарской революции в различных капиталистических странах, степень зрелости капиталистической системы в целом для перехода к социализму, конкретизировали и уточняли свои взгляды на перспективы и ход социалистической революции. Однако вопроса о возможности победы социализма в одной стране Маркс и Энгельс не ставили и не могли ставить в условиях домонополистического капитализм...

Beликая заслуга Ленина состоит в том, что он, творчески развивая учение Маркса и Энгельса в новых исторических условиях, в эпоху империализма и пролетарских революции пришел к важнейшему выводу — о возможности победы социализма первоначально в немногих странах, или даже в одной стране, причем не обязательно в стране высокоразвитой в экономическом отношении. Этот вывод Ленин сделал на основе открытого им закона неравномерности экономического и политического развития капитализма в эпоху империализма, неизбежно ведущего к разновременности вызревания социалистических революций в различных странах. Свой вывод Ленин впервые сформулировал в статье «О лозунге Соединенных Штатов Европы», написанной в августе 1915 года.

«Неравномерность экономического и политического развития, — писал он в этой статье, — есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны, экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая к себе угнетенные классы других стран»1.

Из этих положений Ленина вытекает, что он уже в 1915 году ясно представлял грядущий раскол мира на две противоположные системы: социализм и капитализм в результате победы социалистической революции первоначально в одной или нескольких странах.

В другой статье «Военная программа пролетарской революции», написанной в сентябре 1916 года, Владимир Ильич развивает и глубоко обосновывает свой вывод о перспективах социалистической революции в эпоху империализма и условиях ее победы.

«Развитие капитализма совершается в высшей степени неравномерно в различных странах. Иначе и не может быть при товарном производстве. Отсюда непреложный вывод: социализм не может победить одновременно во всех странах. Он победил первоначально в одной или нескольких странах, а остальные в течение некоторого времени останутся буржуазными или добуржуазными».2

В. И. Ленин указывал при этом, что победивший пролетариат должен быть готовым к отражению военных нападений мирового империализма на социалистическое государство. «В этих случаях, — писал он, — война с нашей стороны была бы законной и справедливой».

Учение Ленина о возможности победы социализма первоначально в одной стране или нескольких странах, представляющее собой образец творческого развития революционного марксизма, явилось величайшим открытием в марксистской науке.

В. И. Ленин разоблачил антимарксистскую сущность взглядов Троцкого, отрицавшего возможность победы социалистической революции первоначально в одной стране. Ленин подверг также критике Пятакова, который определял социалистическую революцию как «объединенное действие пролетариев всех стран».

Ленинское учение о возможности победы социализма первоначально в одной стране или нескольких странах явилось путеводной звездой для рабочего класса в его борьбе за диктатуру пролетариата и социализм. Оно открывало рабочему классу и марксистским партиям каждой страны возможность проявления инициативы в революционном низвержении буржуазии в своих странах.

В произведениях «Поражение России и революционный кризис», «Несколько тезисов», «О двух линиях революции» и других Владимир Ильич развивает сформулированную им ранее идею о перерастании буржуазно-демократической резолюции в социалистическую, указывает на актуальность и новые конкретно-исторические условия ее осуществления. «Довести до конца буржуазную революцию в России, чтобы разжечь пролетарскую революцию на Западе, — так ставилась задача пролетариата в 1905 году. В 1915 вторая половина этой задачи стала настолько насущной, что она на очередь становится одновременно с первой. Возникло новое политическое деление в России на почве новых, более высоких, более развитых, более переплетенных международных отношений».3

«Империалистская война, — писал далее Ленин, — связала революционный кризис в России, кризис на почве буржуазно-демократической революции, с растущим кризисом пролетарской, социалистической революции на Западе. Эта связь настолько непосредственна, что никакое отдельное решение революционных задач в той или иной стране невозможно: буржуазно-демократическая революция в России теперь уже не только пролог, а неразрывная составная часть социалистической революции на Западе»4.

Основной задачей ближайшего этапа революции в России является борьба за установление революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства и использование ее для перехода к социалистической революции.

Выясняя соотношение классовых сил в предстоящей революции, Владимир Ильич в статье «О двух линиях в революции») вскрывает порочность теории перманентной революции Троцкого, отрицавшего революционную роль крестьянства на том основании, что крестьянство-де расслоилось и его возможная революционная роль после 1905 года все время убывала. Разумеется, отмечал Ленин, расслоение крестьянства усилило классовую борьбу внутри него, приблизило сельский пролетариат к городскому. Но возрос, усилился и обострился и антагонизм между крестьянством и помещиками. «Это такая очевидная истина, что даже тысячи фраз в десятках парижских статей Троцкого не «опровергнут» ее. Троцкий на деле помогает либеральным рабочим политикам России, которые под «отрицанием» роли крестьянства понимают нежелание поднимать крестьян на революцию!»5

В годы империалистической войны Ленин продолжал разрабатывать учение о революционной ситуации, имеющее огромное значение для практической деятельности марксистских партий. Для того чтобы произошла народная революция, недостаточно желания какой-либо партии. Народные массы поднимаются на борьбу под влиянием глубоких причин, порождаемых объективными условиями их жизни. Сам капитализм создает условия, вызывающие неизбежность революционных выступлений масс, и в ходе своего развития побуждает их к борьбе. Ленин указывал, что революцию нельзя «сделать», она вырастает из объективно назревших кризисов, называемых революционными ситуациями.

«Для марксиста не подлежит сомнению, что революция невозможна без революционной ситуации, причем не всякая революционная ситуация приводит к революции. Каковы, вообще говоря, признаки революционной ситуации? Мы наверное не ошибемся, если укажем следующие три главные

признака: 1) Невозможность для господствующих классов сохранить в неизмененном виде свое господство; тот или иной кризис «верхов», кризис политики господствующего класса, создающий трещину, в которую прорывается недовольство и возмущение угнетенных классов. Для наступления революции обычно бывает недостаточно, чтобы «низы не хотели», а требуется еще, чтобы «верхи не могли» жить по-старому. 2) Обострение, выше обычного, нужды и бедствий угнетенных классов. 3) Значительное повышение, в силу указанных причин, активности масс, в «мирную» эпоху дающих себя грабить спокойно, а в бурные времена привлекаемых, как всей обстановкой кризиса, так и самими «верхами», к самостоятельному историческому выступлению.

Без этих объективных изменений, независимых от воли не только отдельных групп и партий, но и отдельных классов, революция — по общему правилу — невозможна. Совокупность этих объективных перемен и называется революционной ситуацией».6

Для того чтобы революционная ситуация превратилась в революцию, необходимо, указывал далее Ленин, чтобы к перечисленным выше объективным факторам присоединился субъективный: способность и готовность революционного класса на массовые революционные выступления, достаточно сильные, чтобы свергнуть старую власть и установить свою власть. Ленин считал, что сочетание, совпадение объективных и субъективных предпосылок революции определяется конкретными историческими условиями данной страны и что революция не может быть принесена в ту или иную страну «извне».

Основную обязанность марксистов в годы империалистической войны Ленин видел в том, чтобы вскрывать перед массами наличие революционной ситуации, будить классовое сознание и боевую решимость пролетариата, помогать ему переходить к активным революционным действиям и создавать соответствующие организации. Долг марксистской партии — всячески помогать развитию революционных движений, уже начинающихся на почве возникшей революционной ситуации, крепить союз рабочего класса, как гегемона революции, с самыми широкими массами трудящихся, и, прежде всего, с основным его союзником — крестьянством. Руководство революционной борьбой рабочего класса со стороны его марксистской партии Ленин считал решающим условием победы социалистической революции.

Социалистическую революцию в той или иной стране Ленин всегда рассматривал как составную часть мировой социалистической революции. Исходя из этого, он считал святой обязанностью всех марксистских партий и групп укреплять единство и сплоченность мирового революционного социалистического движения, руководствоваться всегда и везде великим принципом пролетарского интернационализма.

Таковы важнейшие положения ленинской теории социалистической революции. На основе этой теории и тактики Ленин, большевики развертывали всю свою деятельность в России и сплачивали левых на Западе.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 354.

2 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 133.

3 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 27.

4 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 27.

5 Там же, стр. 81.

6 В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 218 — 219.

 

На Циммервальдской и Кинтальской конференциях

После смерти Елизаветы Васильевны Надежда Константиновна снова заболела. Пришлось ехать в горы, в начале июня 1915 года Ленин и Крупская переехали из Берна в глухую горную деревушку Зёренберг, где сняли дешевый пансион в гостинице «Мариенталь» и прожили в нем все лето. Здесь, как и всюду, Ленин продолжал свою кипучую теоретическую и организационно-практическую деятельность. Кипы книг из бернской и цюрихской библиотек заполнили стол и подоконники его комнаты. В Зёренберге Ленин написал уже упоминавшиеся выше произведения «Крах II Интернационала», «Социализм и война» и ряд других. Вставали, вспоминала Надежда Константиновна, рано, и до обеда, который бывал, как и во всей Швейцарии, в 12 часов, каждый занимался в своем углу в саду. После обеда иногда уходили, вместе с находившейся в Зёренберге Инессой Арманд, в горы. Во время прогулок набирали букеты альпийских роз, много ягод, грибов.

Находясь в Зёренберге, Ленин развернул энергичную подготовительную работу к международной конференции социалистов-интернационалистов. Необходимость созыва конференции левых назрела в связи с ростом международного рабочего движения. К лету 1915 года вызванные войной последствия — гибель миллионов людей, расстройство промышленной жизни и т. д. — стали все сильнее ощущаться народными массами. Факты братания на фронтах, стачки и демонстрации трудящихся в ряде стран свидетельствовали о начавшемся революционном пробуждении масс. Смелее стали действовать и левые социалисты в различных странах. Нужно было во что бы то ни стало сплотить левых интернационалистов на основе революционной тактики. Ленин ведет обширную личную переписку с левыми социалистами разных стран, добивается, чтобы между ними было больше сплоченности и единодушия. Он предложил им выработать еще до конференции совместную декларацию.

Первая международная социалистическая конференция состоялась 23 — 26 августа (5 — 8 сентября) 1915 года в швейцарской деревушке Циммервальд; для участия в ней прибыло 38 делегатов от 11 стран. За два дня до начала конференции Ленин в Берне встретился сначала с русскими и польскими делегатами, а 22 августа (4 сентября) он провел частное совещание всех прибывших на конференцию левых, на котором выступил с докладом о характере мировой войны и о тактике революционных интернационалистов.

В. И. Ленин принял активное участие в конференции: выступал с речами, вел переписку с делегатами во время заседаний, беседовал с ними в перерывах, убеждая в необходимости вести решительную борьбу с социал-шовинизмом. На конференции он организовал Циммервальдскую левую из 8 человек. В ходе конференции развернулась острая идейная борьба между сплоченной группой интернационалистов, революционных марксистов во главе с Лениным и каутскианцами или колеблющимися в сторону каутскианства, составлявшими правый фланг конференции во главе с немецким социал-демократом Ледебуром.

Левые внесли на конференции свой проект резолюции о войне и задачах социал-демократов и проект манифеста. Ледебур и швейцарский социал-демократ Р. Гримм заявили, что, выдвигая в своих проектах манифеста и резолюции конкретные требования революционных действий, левые раскрывают перед противником тактические мероприятия революционной социал-демократии. И к тому же в воюющих странах люди, подписавшие эти документы, могут подвергнуться репрессиям.

Решительно и резко выступил Ленин против этих каутскианских утверждений: «...я отрицаю, что нельзя упоминать о средствах борьбы. Это имело место во все революционные периоды. Необходимо доводить средства до сведения масс, с тем чтобы они могли быть растолкованы и обсуждены. Мы в России всегда действовали таким образом».1 Ревизионисты, говорил Ленин, не верят, что мы находимся накануне революционной эпохи. «Мы, те, кто верит в это, должны действовать иначе. Нельзя делать революцию, не объясняя революционной тактики. Именно это было наихудшим свойством Второго Интернационала... Дело обстоит так: или действительно революционная борьба или только пустая болтовня».2

Одним из первых делегатов, выступавших в общей дискуссии на Циммервальдской конференции, был представитель болгарских социалистов — «тесняков» Васил Коларов. Он поделился опытом работы своей партии во время Балканской войны, подробно осветил историю солдатских волнений во время этой воины. Ленин слушал выступление Коларова с огромным вниманием. Он видел в болгарском опыте новое подтверждение практической осуществимости предложений большевиков о работе в войсках. Большинство конференции отклонило проекты левых. Но благодаря настойчивости Ленина и других левых в принятом манифесте удалось провести ряд основных положении революционного марксизма.

Манифест заканчивался словами:

«Никогда раньше в мировой истории не было более настоятельной, более высокой, более благородной задачи, выполнение которой должно явиться нашим общим делом. Нет таких жертв, нет таких тягот, которые были бы слишком велики для достижения этой цели: мира между народами.

Рабочие и работницы! Матери и отцы! Вдовы и сироты! Раненые и искалеченные! Ко всем вам, кто страдает от войны и через войну, ко всем вам мы взываем:

Через границы, через дымящиеся поля битв, через разрушенные города и деревни —

Пролетарии всех стран, объединяйтесь!»

Однако манифест страдал непоследовательностью и недоговоренностью. В нем отсутствует положение о том, что империализм есть канун социалистической революции, не дано объяснения причин краха II Интернационала, необходимости разрыва с оппортунизмом и т. д.

В. И. Ленин считал правильным все же подписать манифест. Он руководствовался при этом важным принципом тактики революционного марксизма — не допускать сектантства. Ленин писал: «Было бы сектантством отказываться сделать этот шаг вперед вместе с меньшинством немцев, французов, шведов, норвежцев, швейцарцев, когда мы сохраняем полную свободу и полную возможность критиковать непоследовательность и добиваться большего. Было бы плохой военной тактикой отказаться идти вместе с растущим международным движением протеста против социал-шовинизма из-за того, что это движение медленно, что оно делает «только» один шаг вперед...»3

В. И. Ленин назвал Циммервальдскую конференцию первым шагом в развитии интернационального движения против войны. На этой конференции левые организовали бюро своей группы. И в этой группе до конца последовательную позицию по вопросу о войне, мире и революции занимали большевики во главе с Лениным.

Цпммервальдская конференция, длившаяся четыре дня, закончилась. Делегаты захватили с собой и провезли через границы не только манифест, но и написанные Лениным, или при его участии, документы Цнммервальдской левой, а также брошюру «Социализм и война». В приложении к этой книге были помещены манифест ЦК РСДРП о войне, резолюции Бернской конференции заграничных секций большевиков и резолюция по национальному вопросу Поронинского совещания ЦК РСДРП с партийными работниками. Ленинские произведения оказали большое влияние на дальнейшее развитие левосоциалистического движения в Европе и США.

Напряженная борьба Ленина с каутскианцами на конференции, нервозная обстановка се работы отняли много сил у Ленина. Он переутомился. Понадобилось несколько дней ходьбы по горам и отдыха, чтобы он мог вновь приступить к активной работе. В начале октября 1915 года Ленин и Крупская вернулись из Зёренберга в Берн.

В. И. Ленин продолжает вести большую работу по укреплению связей с левосоциалистическими группами. В ноябре 1915 года он получил из Америки листок «Лиги социалистической пропаганды». Ознакомившись с ним и охарактеризовав Лигу как интернационалистскую, с программой, явно клонящейся влево, Ленин послал ей письмо и документы Циммервальдской левой. Он горячо приветствует обращение Лиги к членам социалистической партии, ее призыв бороться за новый Интернационал, за подлинный революционный социализм, против оппортунизма, в особенности против социал-оборончества.

Вместе с тем Ленин счел своим долгом сказать американским левым, что имеется ряд вопросов, по которым большевики расходятся с их программой. Так, американские левые выступили против принципа централизма в построении пролетарской партии на том основании, что он якобы несовместим с внутрипартийной демократией. Мы, писал Ленин по этому поводу, всегда защищаем в нашей печати внутрипартийную демократию, но вместе с тем мы никогда не высказываемся против централизма в партии. Мы за демократический централизм.

В феврале 1916 года Ленин направил французским интернационалистам письмо, в котором указал на их непоследовательность в борьбе с оппортунистами, на боязнь раскола с ними. Налицо, отмечал он, две противоположные тактики и политики рабочего класса по отношению к войне, которые нельзя примирить. Вместе с тем Ленин предупреждает французских левых против опасности анархо-синдикализма и выражает уверенность, что они научатся вести в новых условиях революционную работу в массах. «Я верю в французский революционный пролетариат», — писал Ленин. Он просил французских товарищей выпустить отдельным листком полный перевод своего письма. Оно было издано в 1916 году и сыграло важную роль в объединении левых во Франции.

С аналогичными письмами Владимир Ильич обращался к левым социалистам Норвегии, Швеции, Голландии, Англии и других стран Европы. Ленинская товарищеская критика левых по принципиальным вопросам программы, тактики и организации пролетарской партии была серьезной помощью интернационалистским группам различных стран во время войны, способствовала их идейно-политическому единству на основе революционного марксизма и пролетарского интернационализма.

В январе 1916 года Ленин принимает живейшее участие в организации журнала «Vorbote» («Предвестник») — органа Циммервальдской левой группы, издававшегося на немецком языке. В этом журнале он опубликовал свою статью «Оппортунизм и крах II Интернационала» и тезисы «Социалистическая революция и право наций на самоопределение».

10 или 11 февраля Ленин и Крупская переехали из Берна в Цюрих. Они поселились в одной из наиболее старых частей города, недалеко от центра (Spiegelgasse, 14 й), в семье сапожника Каммерера. Это была малоудобная квартира. Во дворе дома находилась колбасная фабрика, распространявшая неприятный запах. Окно комнаты можно было открывать только поздно вечером. За те же деньги предлагались гораздо лучшие комнаты, но Ленин и Крупская дорожили хозяевами. Квартира была «интернациональной»: в двух комнатах жили хозяева, в одной — жена немецкого солдата с детьми, в другой — итальянец, в третьей — австрийские актеры, в четвертой — русские — Ленин и Крупская. После того как однажды около газовой плиты собрались все женщины и госпожа Каммерер воскликнула: «Солдатам нужно обратить оружие против своих правительств!» — Ленин и слышать не хотел о том, чтобы менять комнату. В этом доме он прожил почти до самого отъезда в Петроград, то есть до апреля 1917 года. Решением Цюрихского муниципального совета на фасаде дома, под окнами комнаты, где жил Ленин, установлена мемориальная доска с надписью: «Здесь с 21 февраля 1916 года по 2 апреля 1917 года жил ЛЕНИН, вождь русской революции».

В Цюрихе Ленин развернул энергичную подготовку ко второй международной социалистической конференции. Конференция состоялась в апреле 1916 года в швейцарской деревушке Кинталь. На ней присутствовал 41 делегат от 8 стран. Циммервальдская левая на этой конференции насчитывала уже 12 человек и действовала более сплоченно и дружно, собирая по ряду вопросов до 19 голосов.

Изменения в международной обстановке, происшедшие за период от первой, Циммервальдской конференции, нарастание недовольства трудящихся масс войной сказались на ходе Кинтальской конференции, на поведении ее делегаций. С исключительным интересом Ленин слушал выступления немецких делегатов, которые твердо заявили, что если война затянется до осени, то в Германии крупные революционные события неминуемы.

Острая дискуссия развернулась на конференции вокруг предложении ЦК большевиков, особенно по вопросу об отношении к Международному социалистическому бюро. Ленин убеждал делегатов, что это Бюро является агентурой англо-французских социал-шовинистов. Социалистам-интернационалистам нельзя держаться за это Бюро. Надо смотреть вперед, а не назад. Обращаясь к центристски настроенным делегатам конференции, Ленин заявил: «Люди, с которыми Вы хотите воссоздать Интернационал, мертвы, они больше не существуют не буквально, а политически»4. Раскол со II Интернационалом необходим, неизбежен, он уже в ряде стран стал фактом. И только на этом пути можно спасти честь пролетарского социализма, революционного интернационализма.

Группа Циммервальдской левой одобрила предложения Ленина. Под натиском левых, возглавляемых Лениным, правые делегаты вынуждены были поддержать проект компромиссной резолюции, в которой давалась резкая критика МСБ. Проект требовал смещения Исполнительного комитета МСБ и исключения из партии министров-социалистов. Однако в резолюции конференции не только не было положения о немедленном разрыве с МСБ и создании нового Интернационала, а, наоборот, предоставлялось право национальным секциям, входящим в Циммервальдское объединение, требовать от своего имени созыва Международного социалистического бюро.

Вторым важным моментом работы Кинтальской конференции было обсуждение тактики пролетариата по вопросу о мире. В центре дискуссии оказались предложения ЦК большевиков, в которых проблема демократического мира поставлена в прямую связь с проблемой социалистической революции. Предложения большевиков были поддержаны левыми других стран.

Конференция приняла обращение «К разоряемым и умерщвляемым народам». В нем содержится призыв к рабочим городов и деревень не верить обманным фразам империалистических правительств и их прессе, будто «войну надо продолжать, чтобы сделать ее последней».

«Никогда, — говорится в обращении, — война не убивала войны. Наоборот. Она пробуждает желание возмездия, насилие порождает насилие.

Таким образом, после каждой жертвы ваши мучители будут требовать от вас новых жертв, и из этого заколдованного круга не могут вывести вас и буржуазные пацифисты.

Существует одно лишь единственное средство помешать будущим войнам: это завоевание политической власти и отмена капиталистической собственности рабочим классом.

«Прочный мир» будет плодом победы социализма».

Конференция закончила свою работу поздно ночью 30 апреля. Ленин и все другие делегаты конференции встретили зарю первомайского праздника 1916 года в Бернских Альпах.

Возвратившись в Цюрих, Ленин спешит сообщить в Россию, что ЦК готовит обстоятельное письмо об итогах Кинтальской конференции, которое будет разослано большевистским организациям в России и за границей. А пока Ленин сообщает россиянам: «В общем принят манифест — шаг вперед... Принята резолюция с критикой пацифизма и резолюция о Международном Социалистическом Бюро с резкой критикой его. В общем, это все же, несмотря на тьму недостатков, шаг к разрыву с социал-патриотами»5.

Кинтальская конференция не приняла призывов большевиков о превращении империалистической войны в войну гражданскую, о поражении в войне «своих» империалистических правительств, о создании III Интернационала. Но она способствовала дальнейшему сплочению интернационалистов на идейной основе марксизма-ленинизма.

В своей книге «Сын народа» Морис Торез, батрачивший в 1916 году в департаменте Крез, писал, что он тогда впервые узнал о Циммервальдской и Кинтальской конференциях, о позиции Ленина и большевиков. Узнал он об этом от своего хозяина, революционно настроенного старого каменщика Менаже. «Он рассказывал мне, — вспоминает Торез, — о Циммервальде и Кинтале — деревушках, затерянных в горах Швейцарии: оттуда в 1915 и 1916 годах впервые сквозь едкий дым сражений донеслись голоса небольшой когорты подлинных социалистов, во главе которых стоял Ленин и большевики, верные идее пролетарского интернационализма и революции»6.

В годы войны пропагандистом революционных идеи Циммервальдской и Кинтальской конференций стал виднейший марксист Италии Грамши. От Грамши о воззваниях циммервальдской и кинтальской левой узнал Н. Тольятти. «Вместе с Грамши он начал знакомиться с теорией и практической деятельностью русских большевиков»7.

Животворное влияние ленинских идей в годы империалистической воины испытали и многие другие социалисты-интернационалисты. Впоследствии из них образовались в различных странах коммунистические партии, из которых под руководством Ленина был создан Коммунистический Интернационал.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 54, стр. 374 — 373.

2 Там же, стр. 375.

3 В. И. Ленин. Соч., т, 27, стр. 41 — 42.

4 В. И. Ленин. Соч., т. 54, стр. 377. 304

5 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 222.

6 М. Торез. Сын народа. М, 1960, стр. 32-33.

7 М. и М. Феррара. Беседуя с Тольятти. М, 1954, стр. 32.

 

Дискуссия о праве наций на самоопределение

В годы войны Ленин очень много занимался национально-колониальным вопросом. Империалистическая война и вся обстановка эпохи империализма сделали его одним из животрепещущих вопросов социалистической революции. Особенно насущным и актуальным при империализме стал вопрос о праве наций на самоопределение. В 1915 — 1916 годах развернулась международная дискуссия о самоопределении наций, в которой приняли участие, кроме большевиков, немецкие, голландские и польские социалисты.

В декабре 1915 года — феврале 1916 года Ленин написал тезисы «Социалистическая революция и право наций на самоопределение», которые были одобрены ЦК большевиков и разосланы большевистским секциям за границей и левым на Западе. Эти тезисы явились новой программной декларацией большевиков по национально-колониальному вопросу. Национальный вопрос в этой декларации рассматривается как неотъемлемая составная часть вопроса о социалистической революции, о ее резервах и союзниках, о прямой поддержке пролетарской революцией борьбы колониальных народов и вообще угнетенных наций против империализма.

Летом 1916 года Ленин написал свои знаменитые статьи «О брошюре Юниуса» и «Итоги дискуссии о самоопределении». Первая из этих работ написана в связи с выходом в свет брошюры Р. Люксембург (Юниус, по-латыни младший, — ее псевдоним) «Кризис социал-демократии». В своих статьях Владимир Ильич подвел итоги международной дискуссии по национальному вопросу, подверг критике ошибочные взгляды Р. Люксембург. Л. Паннекука и других, сводившиеся к отказу от требования права нации на самоопределение в эпоху империализма, и дал глубокое обоснование теории и тактики революционных марксистов в национальном вопросе в эпоху империализма и пролетарских революций.

В. И. Ленин указывал на необходимость различать три главные группы (типы) стран. Первая группа — это высокоразвитые капиталистические страны Западной Европы и Соединенные Штаты Америки. Каждая из этих «великих» наций угнетает другие нации в колониях и внутри страны. Задача пролетариата господствующих буржуазных наций — отстаивать право на свободу отделения как для колоний, так и для угнетенных наций внутри самих «великих» держав. Пролетариат этих стран должен бороться с великодержавным шовинизмом своей нации.

Вторая группа стран — это Восток Европы: Австрия, Балканы и особенно Россия, где в XX веке развились буржуазно-демократические национальные движения и обострилась национальная борьба. Задачи пролетариата этих стран как в деле завершения их буржуазно-демократических преобразований, так и в социалистической революции не могут быть выполнены без последовательного отстаивания права наций на самоопределение. Важнейшее значение имеет здесь задача объединения, слияния классовой борьбы рабочего класса и трудящихся угнетающих и угнетенных наций против общего врага — помещиков и буржуазии.

Третья группа стран — это полуколониальные страны: Китай, Персия, Турция и все колонии, насчитывающие вместе до миллиарда населения. Эти страны находятся накануне великих буржуазно-демократических движений, восстаний против империализма. Марксистские партии и группы должны требовать немедленного освобождения колоний, самым решительным образом поддерживать наиболее революционные элементы буржуазно-демократических, национально-освободительных движений в этих странах, всячески помогать им в борьбе против угнетающих их империалистических держав.

Ныне обстановка в мире коренным образом изменилась. Появилась и набирает силы новая группа стран — стран социализма, составляющих мировую систему социализма. Резко возросло число стран, освободившихся от колониализма. Иной стала их группировка, а в ряде случаев и социальная ориентация. Но остается незыблемым сам ленинский глубоко научный конкретно-исторический подход к решению одного из сложнейших вопросов идеологической и политической борьбы.

В ленинских статьях разъясняется, каким должно быть интернациональное воспитание рабочего класса в нациях больших, угнетающих, и в нациях малых, угнетаемых. Оно не может проводиться одинаково, ибо их действительное положение с точки зрения национального вопроса неодинаково. Экономически разница между ними та, что часть рабочего класса в угнетающих странах пользуется крохами сверхприбыли, получаемой буржуазией от эксплуатации рабочих, трудящихся угнетенных наций. «Рабочие угнетающей нации до известной степени участники своей буржуазии в деле ограбления ею рабочих (и массы населения) угнетенной нации»1. Политически разница та, что рабочие угнетающих наций занимают в целом ряде областей общественной жизни привилегированное положение по сравнению с рабочими угнетенной нации. Наконец, рабочие угнетающих наций воспитываются при капитализме буржуазией в духе пренебрежения к рабочим угнетенных наций.

Поэтому Ленин считал, что центр тяжести интернационального воспитания пролетариата угнетающих стран должен быть перенесен на отстаивание права колоний и угнетенных наций на отделение. Социалисты же угнетенных наций должны отстаивать и проводить в жизнь единство рабочих, всех трудящихся угнетенной нации с рабочими угнетающей нации. Без этого невозможно отстоять самостоятельную политику пролетариата и его классовую солидарность с пролетариатом других стран. Социалисты наций угнетенных во всех случаях должны бороться против мелконациональной узости, эгоизма, замкнутости и обособленности.

В. И. Ленин разъяснял, что задача интернационального воспитания трудящихся сохранит свое громадное значение и после победы пролетарской революции. Пролетариат не сделается святым и застрахованным от ошибок и слабостей только оттого, что он совершит социальную революцию. «Национальные антипатии так быстро не исчезнут; ненависть — и вполне законная — у нации угнетаемой к угнетающей останется на время; она испарится лишь после победы социализма и после окончательного установления вполне демократического отношения между нациями».2

В. И. Ленин подверг всесторонней и острой критике ошибочные взгляды польских, голландских и немецких левых социалистов, а также группы Бухарина — Пятакова, выступавших против права наций на самоопределение, так как это право, как они полагали, при империализме невозможно. Разумеется, разъяснял Ленин, самоопределение наций при империализме осуществимо только с громадными трудностями. Но что отсюда вытекает? Отнюдь не отказ революционных социалистов от немедленной и самой решительной борьбы за это требование — такой отказ был бы лишь на руку буржуазии и реакции — а, как раз наоборот, необходимость подымать угнетаемые народы против всякого национального и колониального гнета, за полное осуществление права наций на политическое самоопределение.

Владимир Ильич высказывал убеждение, что победа рабочего класса хотя бы в одной из империалистических держав и тем более революции в ряде стран создадут особенно благоприятные условия для развития и успеха национально-освободительных войн и восстаний, для завоевания независимости угнетенными империализмом народами3.

Исключительно важное значение и ныне имеет ленинское указание о том, что завоевание той или иной угнетенной нацией политической независимости при империализме еще ничуть не означает, что она приобретает и экономическую независимость. «Финансовый капитал — такая крупная, можно сказать, решающая сила во всех экономических и во всех международных отношениях, что он способен подчинять себе и в действительности подчиняет даже государства, пользующиеся полнейшей политической независимостью...»4 Угнетенные империализмом народы, учил Ленин, должны добиваться не только политической, но и экономической независимости. Но колониальные и полуколониальные, малые и слабые народы не могут рассчитывать на получение действительной экономической помощи от империалистических держав. Наоборот, под видом оказания «экономической помощи» колонизаторы стремятся еще больше закабалить эти народы.

В. И. Ленин считал, что только социализм откроет эру подлинного освобождения угнетенных народов. Он выдвинул программное положение о том, что рабочий класс развитых капиталистических стран, придя к власти, не только осуществит на деле право всех колониальных и зависимых народов на самоопределение вплоть до отделения, но и приложит все усилия, чтобы сблизиться с отсталыми народами Азии и Африки, вставшими на путь самостоятельного развития, окажет им бескорыстную помощь, поможет нм «перейти к употреблению машин, к облегчению труда, к демократии, к социализму»5.

Гениальное предвидение Ленина полностью оправдалось. Империализм подвергается ныне все большему напору. «Главное состоит в том, что борьба за национальное освобождение во многих странах стала практически перерастать в борьбу против эксплуататорских отношений как феодальных, так и капиталистических. Передовым отрядом современного национально-освободительного движения являются страны, вставшие на некапиталистический путь развития, то есть взявшие курс на строительство в перспективе социалистического общества».6

Противники самоопределения наций утверждали, что лозунг «национального государства» утратил свое значение для эпохи империализма. Конечно, разъяснял Ленин, исторически это старый лозунг. Но на Востоке, в колониях с их миллиардным населением, возникли в эпоху империализма новые буржуазно-демократические национальные движения и освободительные войны. Даже в Западной Европе, писал Владимир Ильич, нельзя считать невозможными национальные войны, например, со стороны маленьких национально-угнетенных или аннексированных государств против империалистических держав. При известных условиях он допускал возможность превращения империалистической войны в «великую национальную войну в Европе».7

В своих произведениях периода первой мировой войны Владимир Ильич высказал ряд важных положений по вопросу о перспективах развития наций в условиях строительства социалистического общества и перехода от социализма к коммунизму. Он не согласился с точкой зрения польских товарищей, сторонников Р. Люксембург, а также группы Бухарина — Пятакова, которые отрицали применимость права наций на самоопределение к социалистическому обществу на том основании, что, поскольку социализм создает экономическую базу для уничтожения национального гнета, постольку исчезает почва для права наций на самоопределение, для национальных отношений вообще, для политических задач в этой области.

Владимир Ильич показал ошибочность рассуждений польских левых социалистов о том, что нации в социалистическом обществе будут иметь только характер «культурной и языковой единицы» и что территориальное деление, поскольку оно останется, будет определяться лишь потребностями производства.

Критикуя эти рассуждения. Владимир Ильич подчеркнул, что их авторы исходят из того, что при социализме не будет государства. В действительности же государство при социализме и в период перехода от социализма к коммунизму сохранится и, естественно, будет существовать необходимость определения его границ. Отсюда сохраняет важное значение и вопрос о национальных отношениях. «Социализм, — указывал Владимир Ильич. — организуя производство без классового гнета, обеспечивая благосостояние всем членам государства, тем самым дает полный простор «симпатиям» населения и именно в силу этого облегчает и гигантски ускоряет сближение и слияние наций»8. Необходимым условием такого развития национальных отношений является проведение социалистическим государством правильной национальной политики — обеспечения полного равноправия всех народов, развития их экономики и культуры, братской взаимопомощи социалистических наций.

Таковы некоторые важные принципиальные положения по национально-колониальному вопросу, разработанные Лениным в годы первой мировой воины и вошедшие в золотой фонд теории и политики научного коммунизма.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 107.

2 Там же, стр. 51.

3 См. В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 52 — 53.

4 В. И. Ленин. Соч., т. 27, стр. 379.

5 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 120.

6 Материалы XXIV съезда КПСС. М., 1971, стр. 194.

7 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 6.

8 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 21.

 

О сочетании борьбы за демократию и за социализм

Лето 1916 года Ленин и Крупская провели в местечке Флумс, недалеко от Цюриха, в доме отдыха «Чудивизе», куда они переехали в связи с обострением болезни Надежды Константиновны. Дом отдыха был высокогорным, что было важно для лечения, и вместе с тем дешевым, вероятно самым дешевым во всей Швейцарии, что было также важно для Ленина и Крупской, так как они во время войны очень нуждались. Их нужда особенно обострилась во второй половине 1916 года.

Когда время и погода позволяли, Ленин и Крупская бродили по горным тропам. В этот период, как вспоминала впоследствии Надежда Константиновна, Владимир Ильич много рассказывал ей о волновавших его вопросах, особенно о роли демократии в развитии классовой борьбы пролетариата в условиях империализма. В горах Ленин и Крупская пробыли до конца августа. В начале сентября 1916 года они были в Цюрихе и поселились у прежних хозяев.

В это время многие из левых социалистов, выступавших против права наций на самоопределение, стали отвергать необходимость борьбы за демократию при империализме. Раз империализм есть отрицание демократии, значит, говорили они, демократия «неосуществима» при империализме, ни к чему разговоры о демократических правах и о республике. Борьба за демократию отвлекает рабочих от борьбы за социализм, так «архиреволюционно» рассуждали левые, взгляды которых разделяла группа Пятакова — Бухарина, поддержанная Радеком. Ленин решительно выступил против этих взглядов, назвав их «империалистическим экономизмом», то есть такой же уродливой карикатурой на марксизм, какой был «экономизм» 1894 — 1902 годов. Он характеризовал «империалистический экономизм» как яркое проявление догматизма и сектантства в международном социалистическом движении.

В своих статьях «О рождающемся направлении «империалистического экономизма»», «Ответ П. Киевскому (Ю. Пятакову)», «О карикатуре на марксизм и об «империалистическом экономизме»», написанных осенью 1916 года, Ленин обстоятельно разъяснял, что, хотя в области политической империализм и означает резкий поворот от демократии к реакции, стремится ликвидировать демократические свободы и учреждения, он в то же время неизбежно порождает и усиливает демократические стремления в массах. Для пролетариата и трудящихся масс вообще не безразлично, в каком государстве они живут. Чем демократичнее государственный строй, тем легче пролетариату вести широкую, открытую, организованную и сплоченную борьбу против капитализма и буржуазии.

Социалистический пролетариат должен стать во главе народных масс, отстаивающих свои свободы и права, должен использовать все и всякие демократические учреждения и движения в целях подготовки своей победы над буржуазией. В единый мировой революционный процесс, подрывающий и разрушающий империализм и всевластие монополий, вливаются социалистические революции, национально-освободительные антиимпериалистические движения, народно-демократические революции, широкие крестьянские движения, различные общедемократические (студенческие и прочие) движения. «Думать, что мыслима социальная революция без восстаний маленьких наций в колониях и в Европе, без революционных взрывов части мелкой буржуазии со всеми ее предрассудками, без движения несознательных пролетарских и полупролетарских масс против помещичьего, церковного, монархического, национального и т. п. гнета, — думать так, — писал Ленин, — значит отрекаться от социальной революции... Кто ждет «чистой» социальной революции, тот никогда ее не дождется. Тот революционер на словах, не понимающий действительной революции»1.

Подчеркивая важность борьбы за демократические требования, Владимир Ильич в то же время подверг критике ошибочное утверждение Зиновьева, будто осуществление требований программы-минимум «в сумме дают переход к принципиально иному общественному строю». Думать так, писал Ленин, значит принципиально перейти на позицию реформизма и покинуть точку зрения социалистической революции. «Программа-минимум есть такая программа, которая принципиально совместима с капитализмом, не выходит из его рамок»2. Для перехода к социализму необходимо осуществить социалистическую революцию и диктатуру пролетариата. Но рабочий класс не может совершить социалистическую революцию, если он не подготовляется к ней всесторонней, последовательной и революционной борьбой за демократию. Борьба за демократию — составная часть борьбы за социализм. «Надо уметь соединить борьбу за демократию и борьбу за социалистическую революцию, подчиняя первую второй. В этом вся трудность; в этом вся суть», — писал Ленин в декабре 1916 года.

Владимир Ильич резко критиковал Зиновьева не только за его отход от революционного марксизма в ряде теоретических вопросов, но и за непоследовательное, примиренческое отношение к группе Бухарина — Пятакова — Бош, за его беспринципность. Говоря о поведении Зиновьева, Владимир Ильич писал в 1916 году: «Это уже не только колебания, это такие колебания в кубе, которые превращаются в нечто гораздо худшее ».3

В статьях, написанных в 1916 году, Ленин последовательно отстаивает и развивает важнейший принцип революционного марксизма: установление диктатуры пролетариата есть общая объективная закономерность развития всех стран, переходящих от капитализма к социализму. «...Тот не социалист, кто ждет осуществления социализма помимо социальной революции и диктатуры пролетариата».4

В. И. Ленин выдвинул и обосновал гениальное положение о многообразии путей перехода различных наций к диктатуре рабочего класса и к социализму, получившее блестящее подтверждение в общественной жизни ряда стран после второй мировой воины. «Все нации придут к социализму, это неизбежно, — писал он, — но все придут не совсем одинаково, каждая внесет своеобразие в ту или иную форму демократии, в ту или иную разновидность диктатуры пролетариата, в тот или иной темп социалистических преобразований разных сторон общественной жизни»5.

В. И. Ленин подверг резкой критике полуанархические взгляды Бухарина, согласно которым государство необходимо «взорвать», так как пролетариат якобы враждебен всякой государственности. Ленин показал, что Бухарин извратил учение марксизма о государстве. В отличие от анархистов, марксисты стоят за использование государства и его учреждений в борьбе за освобождение рабочего класса, а главное выступают за «слом» старой, буржуазной государственной машины в ходе пролетарской революции, за создание пролетарского государства (диктатуры пролетариата). Для революционного марксизма характерно «признание государства вплоть до перерастания победившего социализма в полный коммунизм».6

В конце 1916 — начале 1917 года Ленин специально изучал труды К. Маркса и Ф. Энгельса по вопросу о государстве, сделал из них многочисленные выписки, написал к ним важные комментарии, показал прежде всего, что в этом вопросе оппортунисты II Интернационала открыто отреклись от взглядов основоположников научного коммунизма.

Перечитав в то время еще раз произведение Ф. Энгельса «К жилищному вопросу», Ленин писал И. Арманд, что никаких нападок на Маркса и Энгельса он выносить спокойно не может. «Нет, это — настоящие люди! У них надо учиться. С этой почвы мы не должны сходить. С этой почвы сошли и социал-шовинисты и каутскианцы».7 Владимир Ильич бережно собрал свои материалы в «тетрадке в синем переплете» под названием «Марксизм о государстве». Впоследствии на основе этих материалов он написал свой гениальный труд «Государство и революция».

В связи с тем, что в Европе возникла революционная ситуация и капиталисты, боясь революции, стали делать попытки заключить империалистический мир, все социал-шовинисты и каутскианцы стали социал-пацифистами, утешая народы возможностью получения демократического мира из рук империалистических правительств. Вскоре после Кинтальской конференции вся циммервальдская правая скатилась в крупнейших странах Европы — во Франции, Германии, Италии — к социал-пацифизму, отвергнутому на конференции. На почве социал-пацифизма правые циммервальдисты вступили в открытый союз с социал-шовинистами и реформистами, направленный против революционных интернационалистов — сторонников Циммервальдской левой. На сторону социал-патриотов своей страны перешел и председатель конференций в Циммервальде и Кинтале и избранной на этих конференциях Интернациональной социалистической комиссии (ИСК), один из руководителей социалистической партии Швейцарии Р. Гримм. Свой переход в лагерь швейцарских социал-патриотов Гримм прикрывал бранью против социал-патриотов других стран.

В. И. Ленин публично заклеймил переход центристского большинства Циммервальдского объединения к социал-шовинизму, до конца разоблачив подленькую «тактику» Гримма. Указав на то, что «Циммервалъд» явно обанкротился и хорошее слово стало снова служить для прикрытия гнили в европейском социализме, Ленин призвал левых интернационалистов еще активнее вести дело к организации подлинного революционного Интернационала рабочих, к созданию во всех странах пролетарских партий нового типа, способных порвать не только с социал-шовинистами, но и с центристами и возглавить революционную борьбу рабочего класса за социализм.

1 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 54.

2 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 386.

3 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 230.

4 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 152.

5 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 123.

6 Там же, стр. 20.

7 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 378.

 

Февральская революция

Находясь в Швейцарии, Владимир Ильич уделял большое внимание местному рабочему движению, особенно швейцарской социалистической молодежи. Все большевики, в том числе и Ленин, были членами швейцарской социал-демократической партии. Швейцарские рабочие слушали выступления Ленина на своих митингах и собраниях. Он поддерживал непосредственный контакт с Фрицем Платтеном и другими левыми швейцарскими социалистами, неоднократно участвовал в их совещаниях, оказывал им помощь в борьбе против социал-шовинистов и центристов. Владимир Ильич написал специальные тезисы «Задачи левых циммервальдистов в швейцарской с.-д. партии». 22 октября (4 ноября) Ленин произнес приветственную речь от имени ЦК РСДРП на съезде швейцарской социал-демократии в Цюрихе.

9(22) января 1917 года Ленин выступил с докладом о русской революции 1905 года на собрании рабочей молодежи в цюрихском Народном доме. В конце доклада он заявил: «Нас не должна обманывать теперешняя гробовая тишина в Европе. Европа чревата революцией».

Прошло несколько недель после того, как Ленин произнес эти слова, и в России разразилась революция — в феврале 1917 года царское самодержавие было низвергнуто. Революция победила потому, что ее главной движущей силой и гегемоном был рабочий класс, который, восстав против царя с оружием в руках, увлек за собой миллионные массы крестьян, одетых в солдатские шинели. Подлинным вдохновителем и организатором боевого объединения рабочих и крестьян в революции была руководимая Лениным большевистская партия, не знавшая страха в борьбе с царизмом.

О революции в Петрограде Ленин узнал из швейцарских газет 2(15) марта. Его ликованию не было конца. Вместе со всеми большевиками-эмигрантами он бурно разделял восторг но поводу победы рабочих и солдат России, гордясь тем, что именно они первыми начали прорыв фронта мирового империализма. Революция взволновала весь мир. Ленин немедленно приступил к ее оценке и определению новых задач пролетариата и большевистской партии.

3 и 4 (16 и 17) марта Ленин в письмах А. М. Коллонтай, которая находилась в Осло и через которую осуществлялась связь заграничной части ЦК партии с большевиками в России, дает ответ на вопрос, что должны делать большевики в связи с образованием в стране буржуазного Временного правительства и Советов рабочих депутатов. Главное теперь, советовал Ленин, дальнейшее укрепление революционной партии рабочего класса. Было бы величайшим несчастьем, если бы большевики пошли на «единство» с меньшевиками. «Ни за что снова по типу второго Интернационала! Ни за что с Каутским! Непременно более революционная программа и тактика...»1 Сейчас на очереди — расширение работы, организация масс, пробуждение новых слоев для подготовки завоевания власти Советами рабочих депутатов. Добивать реакцию, — ни тени доверия и поддержки новому, буржуазному правительству, подготовка более широкой базы для более высокого этапа революции.

Важное значение для выработки Лениным основ нового политического курса большевистской партии имели его «Письма из далека». В них Владимир Ильич дал ответы на вопросы, вставшие перед рабочим классом, трудящимися России после Февральской революции: о движущих силах, характере и направлении второй русской революции, о государственной власти, о воине и мире, об отношении к буржуазному Временному правительству, о Советах, как новой форме политической организации трудящихся, о переходе от буржуазно-демократического этапа революции к социалистическому и другие.

В «Письмах из далека» сформулированы основы тон программы и тактики, которые Владимир Ильич развернул и обосновал по возвращении в Россию в Апрельских тезисах, в «Письмах о тактике» и других работах.

Примечание:

1 В. И. Ленин. Соч., т. 49, стр. 400.

 

Отъезд Ленина на родину

Сразу же после победы Февральской революции Ленин стремился как можно скорее возвратиться на родину. Но как попасть в Россию, в революционный Петроград? Поскольку все пути сообщения из нейтральной Швейцарии в воюющую Россию находились в руках Англии и Франции, возник план легального проезда Ленина и интернационалистов через Англию; на этот счет прощупывалась почва. И когда стало ясно, что «союзники» России — «демократические» англичане, свободно пропускавшие оборонцев в Россию, не пропустят большевиков — революционных пролетарских интернационалистов, пришлось искать другие пути. «Сон пропал у Ильича с того момента, когда пришли вести о революции, и вот по ночам строились самые невероятные планы. Можно перелететь на аэроплане. Но об этом можно было думать только в ночном полубреду. Стоило это сказать вслух, как ясно становилась неосуществимость, нереальность этого плана. Надо достать паспорт какого-нибудь иностранца из нейтральной страны, лучше всего шведа: швед вызовет меньше всего подозрений. Паспорт шведа можно достать через шведских товарищей, но мешает незнание языка. Может быть, немого? Но легко проговориться. «Заснешь, увидишь во сне меньшевиков и станешь ругаться: сволочи, сволочи! Вот и пропадет вся конспирация», —смеялась я».1

В то время в эмигрантской среде возник план проезда через Германию путем обмена русских политэмигрантов на германских военнопленных. В общих чертах он был выдвинут на частном совещании представителей российских партийных центров в Берне лидером меньшевиков-интернационалистов Мартовым. Но Мартов и его сторонники не решились взяться за его осуществление. Этим планом решил воспользоваться Ленин, который, взвесив все за и все против, принялся за его осуществление. При содействии швейцарских социалистов, и в особенности секретаря Социал-демократической партии Швейцарии Фрица Платтена, удалось получить пропуска на проезд через Германию.

Когда об этом стало известно, среди социал-патриотов антантовского лагеря поднялся невероятный шум. Как это можно ехать через Германию, вступать в сношения с правительством кровожадного кайзера? — кричали они. Ленин с презрением отметал эти лицемерные доводы. Чем же империалистическое правительство «враждебной державы» хуже или лучше империалистического правительства «своей» страны или «союзных держав»? Разве с точки зрения пролетарского интернационализма правильно будет «уступить» английскому и русскому империализму, в интересах этого империализма не охать в Россию, а остаться сложа руки сидеть во время революции за границей? Не лучше ли воспользоваться разрешением на проезд другого правительства и принять участие в революции, в борьбе против войны, против всех империалистических держав? Так убедительно вскрывал Ленин несостоятельность основного довода противников поездки в Россию через Германию.

Конечно, говорил далее Ленин, нас будут травить, на нас будут клеветать, но у нас нет другого пути в Россию. А с клеветой, хотя и трудно, но можно и нужно бороться. Для этого надо практически организовать проезд так, чтобы в наших руках были документы для опровержения всякой клеветы.

В этих целях Ленин организовал дело так, что при отъезде была составлена декларация, подписанная социал-демократами разных стран. «...Мы, нижеподписавшиеся интернационалисты Франции, Швейцарии, Польши, Германии, — говорилось в декларации, — полагаем, что наши русские единомышленники не только вправе, но обязаны воспользоваться представившимся нм случаем проезда в Россию». Выразив полное одобрение образу действий В. И. Ленина и его товарищей, декларацию подписали известные левые социалисты Европы того времени П. Леви (П. Гартштейн) (Германия), А. Гильбо, Ф. Лорио (Франция), Фр. Платтен (Швейцария), М. Вронский (Польша). По приезде Ленина в Стокгольм к декларации присоединили свои подписи левые социалисты А. Г. Хансен (Норвегия), К. Линдхаген, Ф. Стрём, К. Н. Карльсон, К. Чильбум, Т. Нерман (Швеция). Коммюнике о проезде было опубликовано в шведской социалистической газете «Politiken» («Политика»).

Согласно договору, заключенному Платтеном с германскими представителями, пропуск на проезд давался всем эмигрантам, независимо от партийной принадлежности и их отношения к войне.

«Когда пришло письмо из Берна, что переговоры Платтена пришли к благополучному концу, что надо только подписать протокол и можно уже двигаться в Россию, Ильич моментально сорвался: «Поедем с первым поездом». До поезда оставалось два часа. За два часа надо было ликвидировать все наше «хозяйство», расплатиться с хозяйкой, отнести книги в библиотеку, уложиться и пр. «Поезжай один, я приеду завтра». Но Ильич настаивал: «Нет, едем вместе». В течение двух часов все было сделано: уложены книги, уничтожены письма, отобрана необходимая одежда, вещи, ликвидированы все дела. Мы уехали с первым поездом в Берн»,2 — вспоминала Н. К. Крупская.

Незадолго перед этим сапожник Каммерер снял квартиру в новом доме на Кульмаништрассе, 10, где Владимиру Ильичу с женой была отведена хорошая комната. Но жить в ней пришлось лишь пару дней.

Перед отъездом хозяин квартиры пожелал Ленину счастья и сказал:

 — Надо надеяться, что в России Вам не придется так много работать, как здесь, г-н Ульянов!

 — Я думаю, господин Каммерер, мне придется работать в Петербурге еще больше, — ответил Ленин.

Вместе с В. И. Лениным и Н. К. Крупской 27 марта (9 апреля) из Швейцарии выехали 30 эмигрантов, в том числе 19 большевиков (Миха Цхакая, И. Ф. Арманд, Г. А. Усиевич и др.).

Незадолго до отъезда из Швейцарии Ленин подготовил специальную листовку под названием «Товарищам, томящимся в плену», в которой рассказал двум миллионам русских военнопленных в Германии и Австрии о происшедшей в России революции и их задачах в предстоящей там борьбе за социализм. Владимир Ильич обратился также с «Прощальным письмом к швейцарским рабочим». Письмо обсуждалось и было принято 26 марта (8 апреля) на собрании большевиков, отъезжавших в Россию. В письме выражалась глубокая благодарность революционным рабочим Швейцарии, с которыми большевики работали как единомышленники. В нем также были подробно изложены предстоящие всемирно-исторические задачи, выпавшие на долю российского пролетариата.

На германской пограничной станции Готтмадинген русским революционерам был предоставлен вагон, три двери которого были запломбированы, четвертая, задняя дверь оставалась открытой. Ближайшее к ней купе заняли два офицера — уполномоченные германского военного командования. На полу коридора мелом была отмечена граница между российскими революционерами и германскими офицерами. Никто, кроме Фрица Платтена, сопровождавшего группу русских эмигрантов, не имел права переходить эту меловую черту без согласия русских пассажиров.

В Штутгарте к поезду вышел член генеральной комиссии германских профсоюзов В. Янсон. По поручению оппортунистического профсоюзного руководства он попытался вступить в разговор с русскими политическими деятелями. Но он получил решительный отпор от Платтена, действовавшего по указаниям Ленина.

Немецким газетам было строго запрещено сообщать что-либо о проезде русских эмигрантов, пока они не покинут территорию Германии. Немецкие власти боялись, что такие сообщения приведут к манифестациям — к открытому проявлению симпатий населения Германии к русским революционерам.

30 марта (12 апреля) поезд русских политических эмигрантов достиг в Заснице побережья Балтийского моря. Из вагона по трапу пассажиры перебрались на шведский грузовой пароход, который и переправил их через усеянное минами море в шведский городок Треллеборг, где они были встречены польским социал-демократом Я. С. Ганецким и шведским журналистом Отто Гримлундом. Из Треллеборга они уже на поезде прибыли в столицу Швеции — Стокгольм.

В Стокгольме Ленин и его товарищи были радушно и тепло приняты не только большевиками-эмигрантами, но и шведскими левыми социал-демократами. Ленин решил пробыть в Стокгольме всего один день. В тот день он организует здесь Заграничное бюро ЦК РСДРП, участвует в совещании шведских социал-демократов интернационалистов, присутствует на банкете, устроенном шведскими товарищами в честь прибывших эмигрантов, беседует с Ф. Стрёмом о предстоящей социалистической революции в России и перспективах мирового революционного движения, о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата и по другим важным вопросам.

Горячо поблагодарив шведских товарищей за радушную встречу и большое внимание, Ленин и его товарищи выехали 31 марта (13 апреля) из Стокгольма и через два дня были на пограничной станции Торнео. Их неожиданно быстрое появление у порога страны, охваченной революцией, на границе Финляндии, тогда входившей в состав России, обеспокоило агентов Антанты. Не скрывая своей злобы, английские офицеры, хозяйничавшие на шведско-финляндской границе, отвели душу на том, что подвергли Ленина обыску в отдельной комнате.

«Ильич сохранил полное спокойствие, — вспоминает Миха Цхакая. — Заметив разочарование жандармов, когда они, ничего не обнаружив, вынуждены были нас отпустить, Ильич весело расхохотался. Обняв меня, он проговорил:

 — Наши испытания, товарищ Миха, окончились. Мы на своей земле, и мы им покажем, — тут он погрозил кулаком, — что мы достойные хозяева будущего».

Громадную работу провел Ленин в годы первой мировой войны. В это трудное время, когда в связи с изменой социализму II Интернационала мировое рабочее движение переживало тяжелый кризис, Ленин спас и отстоял революционный марксизм, нанес сокрушительные удары по социал-шовинизму и центризму, заложил основы нового, III Интернационала, высоко поднял и понес дальше знамя пролетарского интернационализма, предстал перед всем миром как подлинный учитель и вождь международного пролетариата.

В. И. Ленин дал глубокий научный анализ империализма как последней стадии капиталистического общества, вооружил мировое рабочее движение новой теорией социалистической революции — теорией о возможности победы социализма первоначально в одной или в немногих странах, единственно правильной теорией и тактикой по вопросам войны, мира и революции, национально-колониальному вопросу, о борьбе пролетариата за демократию и реформы в эпоху империализма, о диктатуре пролетариата. Подобно взошедшему солнцу ленинское учение ярким светом озарило путь рабочему классу в его борьбе за победу социалистической революции.

Величайшие по революционной смелости и гениальные по научной глубине и замыслу задачи поставил Ленин перед рабочим классом. Неимоверные трудности стояли на пути их разрешения. Но Ленин был вождем рабочего класса, призванного историей перестроить мир, и он воплотил в себе мощь, силу и организованность этого класса. Он смело повел рабочий класс но трудному и еще не изведанному пути революционной борьбы против всемирного империализма.

Под руководством Ленина большевистская партия с самого начала войны встала на путь последовательного пролетарского интернационализма, заняла непримиримую позицию в отношении «своих» социал-шовинистов и центристов, самоотверженно боролась за превращение воины империалистической в войну против угнетателей и привела рабочих и крестьян России к победе над царизмом, расчистившей путь к социалистической революции.

Беззаветная, напряженная борьба Ленина, большевиков за интересы рабочего класса в условиях империалистической войны служит вдохновляющим примером для коммунистических и рабочих партий, для всего мирового революционного освободительного движения.

Примечание:

1 Воспоминания о В. И. Ленине, т. 1, 1968, стр. 450.

2 Воспоминания о В. И. Ленине, т. 1, 1968, стр. 455.