Содержание материала

 

3. Предвыборная работа политических партий

Партия большевиков, державшая курс на вооруженное восстание, не забывала и о предвыборной работе.184 Непосредственное руководство ею во всероссийском масштабе практически перешло и Секретариат ЦК партии, так как Комиссия ЦК по выборам в Учредительное собрание, образованная в августе,185 постепенно ограничила свои функции общим надзором и составлением списка кандидатур ЦК в Учредительное собрание. Кроме того, роль всероссийского органа, к указаниям и обращениям которого прислушивались местные организации, выполняла Центральная комиссия при ПК РСДРП (б), в составе которой, помимо члена ПК, были по одному представителю ЦК РСДРП (б), профсоюзов и фабзавкомов.186

Ознакомление с многочисленными письмами Секретариата ЦК, подписанными Я. М. Свердловым и Е. Д. Стасовой, позволяет установить, что местные партийные организации нацеливались на скорейшее выдвижение окружных списков кандидатур в Учредительное собрание и проведение в связи с этим губернских партийных конференций, организацию сборов денежных средств в фонд ЦК, изучение настроений избирателей, усиление агитационной работы.187 ЦК партии помогал местным организациям отправкой своих инструкторов и агитаторов, предоставлением литературы.188 В Петрограде при земляческих объединениях в сентябре были организованы курсы агитаторов.189 Большое значение для развития предвыборной агитации среди крестьян имело налаживание выпуска газет «Деревенская беднота» и «Деревенская правда».

Однако возможности, которыми располагал ЦК, были ограниченны. В основном это объяснялось сосредоточением сил на решении иных задач (подготовка вооруженного восстания, II Всероссийского съезда Советов и др.). Поэтому Секретариат ЦК был вынужден отклонять просьбы об отправке инструкторов и агитаторов в некоторые губернии. Более того, местным организациям, например Томской, напоминали о желательности «стягивать некоторых работников в распоряжение ЦК».190 Серьезным тормозом являлась острая нехватка денежных средств. К концу сентября в фонд ЦК, создававшийся для ведения предвыборной кампании, поступило немногим более 6800 руб.191 На такие средства, конечно, было очень трудно налаживать выпуск литературы, отправлять инструкторов и т. п.

Такого же рода трудности испытывали и многие местные организации. К тому же следует учитывать, что правительственные органы препятствовали большевистским организациям развертывать предвыборную работу (закрывали газеты, ограничивали допуск революционной литературы в деревню и на фронт, преследовали ряд деятелей партии, и прежде всего В. И. Ленина). По сведениям Московского областного бюро РСДРП (б), к октябрю правительственные органы закрыли около 20 большевистских газет.192 Особенно много препятствий чинилось большевистским организациям отдаленных фронтов (Юго-Западного, Румынского, Кавказского). Вот что говорилось, например, в воззвании Бюро военных организаций РСДРП (б) Юго-Западного фронта: «Корниловские контрреволюционные приказы, запрещающие все, при условии чего можно организоваться, работать, не отменены. Нам нельзя собираться, говорить то, что является существом нашей жизни, не рискуя попасть под „революционный» суд... Поэтому все организации на фронте только начинаются; они слабы, без средств, и кампанию выборов в Учредительное собрание своими силами и средствами в широком масштабе провести не могут».193

Широкому развертыванию предвыборной работы кое-где препятствовали настроения той части партийных работников, которые, не учитывая сложности обстановки, считали созыв Учредительного собрания излишним, а подготовку к выборам — напрасной тратой сил. В связи с этим член ЦК РСДРП (б) Н. А. Скрынник 9 октября на заседании III конференции петроградских большевиков обратил особое внимание на необходимость «бороться с психологией [тех работников], которые теперь, под влиянием политических событий, не склонны к внимательному отношению к выборам».194 А член Московского областного бюро И. С. Кизильштейн в докладе на заседании Бюро 28 сентября разъяснял: «Ставя в порядок дня восстание, наша партия тем не менее должна готовиться к выборам в Учредительное собрание так, как если бы новой революции не произошло».195 Но, разумеется, несмотря на призывы, иногда содержавшие элемент своеобразной «педагогики», курс партии на вооруженное восстание не мог не наложить отпечатка на характер всей предвыборной работы. А. А. Масленников, выступавший с докладом на Самарской городской конференции РСДРП (б) 3 октября, по-видимому, точно отражал мнение большинства партийных работников, когда говорил, что для партии предвыборная кампания «в узком смысле этого слова» — отнюдь не главное, что политической сутью ее должна являться «борьба за власть».196

Что же именно намечалось к проведению в жизнь решениями большевистских конференций и собраний? Основными запланированными мерами являлись: создание предвыборных комиссий, сборы денежных средств, организация краткосрочных (пятидневных или недельных) агитаторских курсов, выпуск листовок и брошюр, образование в городах земляческих объединений из рабочих и солдат, связанных с деревней.197 Не везде и не все намеченное удавалось осуществлять. Но из ряда местных организаций поступали оптимистические сообщения. «К проведению выборов в Учредительное собрание уже ведется подготовка: образованы партийные краткосрочные агитаторские курсы. В данный момент имеется 17 постоянных агитаторов», — докладывал представитель Владимирской организации.198 А вот что сообщали в ЦК РСДРП (б) из Эстляндии: «В настоящее время наша партия ведет довольно широкую агитацию по выборам в Учредительное собрание. Распространяются в сельских местностях наши платформы. Главная цель — ознакомить широкие круги населения с нашими требованиями».199

В начале октября Петроградская, Московская и некоторые другие организации многое сделали для обеспечения проверки списков избирателей. «Рабочий путь» регулярно публиковал обращения Центральной избирательной комиссии при ЦК РСДРП (б), призывавший всех членов партии и сочувствовавших ей являться на избирательные участки для проверки списков.200 Кроме того, Комиссия выпустила специальную листовку, в которой говорилось: «Ни один голос рабочего и солдата не должен пропасть. Все рабочие организации, независимо от их характера и партийности, кровно заинтересованы в полноте и точности списков. Товарищи, проверяйте внесение в избирательные списки ваших членов. Отправляйтесь с вашими списками в избирательные комиссии и производите проверку. Созывайте общие собрания в организациях, заводах и т. д. и спрашивайте товарищей, не внесенных в списки».201 В Москве большевики организовали выявление тех, кто не был внесен в списки, не только путем опроса рабочих на заводах, но и при помощи обходов домов и квартир.202

Особой и весьма ответственной частью работы всей партии было выдвижение списков кандидатур в члены Учредительного собрания. В начале сентября Комиссия ЦК по выборам в Учредительное собрание (напомним, что она была создана в августе), не располагая почти никакими сведениями о списках партийных кандидатур в избирательных округах, составила список кандидатур Центрального Комитета. 13 сентября ЦК заслушал сообщение Комиссии и постановил отложить утверждение списка «до более полного собрания ЦК». Однако эта причина, видимо, была не главной. Судя по краткой протокольной записи, члены ЦК остались неудовлетворены малой осведомленностью Комиссии о положении на местах. Были необходимы сведения о количестве депутатов Учредительного собрания, избираемых в каждом округе, о шансах большевистских кандидатур в различных округах. Комиссия получила указание представить ЦК соответствующий доклад.203

Через Секретариат ЦК с местными организациями завязалась оживленная переписка.204 Времени оставалось совсем немного — по положению о выборах в Учредительное собрание списки кандидатур полагалось представить в окружные избирательные комиссии не позднее чем за месяц до дня выборов, т. е. 13 октября. Между тем многие местные организации большевиков задерживались с составлением своих списков. Поэтому ЦК РСДРП (б) пришлось 23 сентября рассматривать и утверждать список кандидатур ЦК,205 вероятно, все еще не располагая достаточно полной информацией партийной Комиссии по выборам в Учредительное собрание. Следует отметить, что этот список кандидатур ЦК составлялся и утверждался без участия В. И. Ленина, находившегося в Финляндии.

28 сентября «Рабочий путь» опубликовал список 40 кандидатур ЦК, из которых 25 кандидатур объявлялись официальными, обязательными для местных партийных организаций, а 15 — рекомендуемыми. В списке обязательных кандидатур, возглавленном фамилией В. И. Ленина, значились А. С. Бубнов, Ф. Э. Дзержинский, А. М. Коллонтай, Н. Н. Крестинский, Ю. Ларин, А. В. Луначарский, В. П. Ногин, М. Н. Покровский, И. В. Сталин, С. Г. Шаумян и ряд других кандидатур. Рекомендуемыми объявлялись А. Е. Бадаев, Н. В. Крыленко, С. А. Лозовский, М. С. Ольминский, Я. М. Свердлов и др.206 30 сентября «Рабочий путь», выполняя решение ЦК от 29 сентября,207 поместил на своих страницах список 26 кандидатур с указанием округов, в которых они должны были возглавлять окружные партийные списки.208 В местные партийные организации из Секретариата ЦК незамедлительно пошли письма и телеграммы с указаниями относительно выдвижения обязательных кандидатур ЦК.209

Опубликованный список кандидатур вызвал критические замечания со стороны В. И. Ленина, опасавшегося проявлений карьеризма, недисциплинированности и политической нестойкости со стороны некоторых членов будущей большевистской фракции Учредительного собрания. Вождь партии считал необходимым пересмотр и исправление списка, с тем, чтобы в нем было больше представителей рабочих, способных тесно связаться с крестьянскими депутатами «в крестьянском Учредительном собрании», и меньше «ораторов и литераторов», а главное, малоиспытанных и недавно примкнувших к партии лиц.210 Замечания В. И. Ленина нашли поддержку у партийных работников. Так, I конференция Петроградской окружной организации РСДРП (б) 1 октября приняла решение, что лица, имеющие партийный стаж менее одного года, не могут быть кандидатами в члены Учредительного собрания.211 На III общегородской конференции большевиков Петрограда И. А. Рахья, критикуя список кандидатур ЦК, отметил, что в списке «много журналистов и мало рабочих».212

Учтя критику со стороны В. И. Ленина, ЦК РСДРП (б) при составлении нового, расширенного списка рекомендуемых кандидатур— в списке значилось 118 лиц — включил в него большую группу профессиональных революционеров из рабочих (К. Е. Ворошилова, С. П. Воскова, Н. А. Жиделева, М. И. Калинина, А.В. Шотмана и др.).213 А на пересоставление уже опубликованного и разосланного списка обязательных кандидатур времени практически не оставалось. Кроме того, в ЦК, по-видимому, пришли к мнению, что выдвижение 25 обязательных кандидатур не окажет существенного влияния на социальный состав (будущей фракции Учредительного собрания, но обеспечит вхождение в нее ряда широко известных партийных деятелей, а также специалистов в области экономики, права, истории. Значительное большинство «проходящих» мест в окружных списках партийных кандидатур все-таки оставалось бы за представителями местных организаций. Поэтому в ходе текущей работы по окончательному согласованию и заполнению первых номеров окружных списков были произведены только некоторые изменения. Например, Секретариат ЦК 9 октября телеграфировал Оренбургской партийной организации о необходимости исключения из списка недавнего меньшевика Ю. Ларина,214 против кандидатуры которого В. И. Ленин возражал особенно настоятельно.215

В целом, несмотря на ошибки при подборе отдельных кандидатур, ЦК РСДРП (б) придерживался ленинских критериев формирования сплоченной, боеспособной, революционной по целям борьбы парламентской фракции. «Рабочий путь» разъяснял, что будущая большевистская фракция Учредительного собрании должна быть полностью подчинена ЦК партии, что каждый кандидат обязан принять на себя официальное обязательство быть ответственным перед партией.216 В статье, опубликованной газетой «Солдат», говорилось о необходимости подбора кандидатур по их идейной убежденности и преданности делу рабочего класса. «В высшей степени важно, — указывала газета, — чтобы было побольше кандидатов, связанных с самой широкой солдатско-крестьянской массой: наши члены Учредительного собрания должны связать нас не только с солдатской массой, с армией, но через посредство армии с той массой крестьянского люда, который и является тем самым беднейшим крестьянством, в союзе с которым революционный рабочий класс только и может одержать победу в Учредительном собрании и, главное, вне его».217

В конце сентября ЦК РСДРП (б) особенно настоятельно требовал от местных партийных организаций скорейшей присылки окружных списков с рядом сведений о помещенных в них кандидатурах (возраст, занятие, партийный стаж, подвергался ли кандидат преследованиям за принадлежность к партии).218 Кроме того, каждому кандидату вменялось в обязанность заполнять специальную анкету, писать автобиографию, а также давать расписку в готовности снять свою кандидатуру по требованию местной партийной организации или ЦК, оставаться после избрания в Учредительное собрание членом РСДРП (б), подчиняясь всем постановлениям большевистской фракции.219 Как видно из переписки Секретариата ЦК с местными организациями, в ЦК внимательно изучали присланные списки кандидатур по округам. Иногда утверждение списка сопровождалось оговорками относительно необходимости замены той или иной кандидатуры.220 Но оперативное и в то же время тщательное изучение всех окружных списков в ЦК было вряд ли выполнимым делом. Поэтому Центральный Комитет предоставил право утверждать кандидатуры местных организаций и руководящим органам областных объединений — Московскому областному бюро, Областному комитету РСДРП (б)Донецкого бассейна и Криворожского района, Областному комитету Юго-Западного края, Северо-Западному комитету РСДРП (б).221

Разногласия с местными организациями возникали весьма редко. Например, Ставропольский комитет РСДРП (б) просил ЦК не настаивать на включении в окружной список кандидатур И. В. Сталина и С. Г. Шаумяна ввиду малоизвестности их проэсеровски настроенному крестьянству губернии. На первые два места в списке комитет поставил фамилии местных партийных работников.222 Московский комитет РСДРП (б) 2 октября постановил послать письмо в ЦК с возражением против требования выдвигать кандидатуры ЦК обязательно на первые места в списке. Одновременно МК единогласно решил, чтобы кандидатура В. И. Ленина, которая, согласно первоначальным наметкам ЦК, не выдвигалась в Московском (столичном) округе, возглавила местный список.223 Последнее решение встретило поддержку ЦК, и кандидатура Ленина была занесена в список, утвержденный Московской организацией большевиков.224

Напомним, что по постановлению VI съезда РСДРП (б) блоки могли заключаться лишь с партиями, на деле стоявшими на почве интернационализма, и беспартийными организациями, полностью принимавшими платформу большевиков. Поэтому, когда работники большевистской организации Румынского фронта договорились с меньшевиками о составлении общего списка кандидатур, ЦК РСДРП (б) на заседании 10 октября, заслушав сообщение Я. М. Свердлова, осудил позицию армейских большевиков.225 12 октября Секретариат ЦК отправил Одесскому комитету РСДРП (б) письмо и телеграмму с требованием вмешаться в ход дела и обеспечить составление самостоятельного списка по Румынскому фронту,226 что и было исполнено.227 Но ошибка вологодских большевиков, заключивших блок с меньшевиками вопреки противодействию Сухонской группы РСДРП (б), так и осталась неисправленной.228

Что касается блоков, допускавшихся VI съездом партии, то здесь примером, заслуживающим упоминания в первую очередь, является выдвижение списка кандидатур ЦК, Военной организации, ПК большевиков совместно с Комитетом социал-демократии Польши и Литвы и ЦК социал-демократии Латвии.229 В Эстляндском округе большевики блокировались с Союзом безземельных и малоземельных крестьян, в Екатеринославском — с Бахмутским Советом крестьянских депутатов, в Воронежском и Уфимском — с группами интернационалистов.230 Впрочем, примеров таких соглашений было очень немного, вряд ли более десятка. Все они, как и отмеченные выше ошибки работников большевистской организации Румынского фронта и Вологодской губернии, не меняли общей картины. Большевики шли на выборы в Учредительное собрание сплоченными идейно и организационно как никакая другая партия, не проявляя стремления к погоне за голосами избирателей при помощи предвыборных блоков.

К сожалению, нам не удалось точно определить количество округов, в которых партия революционного пролетариата выдвинула списки кандидатур. В европейской части страны списки большевиков не были заявлены лишь в Бессарабском и Олонецком округах. На Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке и севере большевистские списки отсутствовали в Тобольском, Уральском и, по-видимому, Камчатском и Якутском округах. Все остальные «пробелы» приходились на среднеазиатские округа, где большевистские организации в сентябре—октябре 1917 г. были весьма малочисленны.231 Всего округов, в которых не фигурировали списки большевистских кандидатур, насчитывалось не более 14 (из 73), причем в некоторых этих округах выборы в Учредительное собрание так и не состоялись.

Меньшевики, как отмечалось в предыдущей главе, начали заниматься непосредственно предвыборной работой уже в июле— августе. Практически результаты ее были невелики, и в начале сентября ЦК партии меньшевиков решил принять радикальные меры. 4 сентября вместо инертно действовавшей Комиссии по подготовке к выборам в Учредительное собрание ЦК создал Центральный избирательный комитет в составе 18 человек, среди которых было 11 членов ЦК (К. Ермолаев, Б. Горев, В. Крохмаль, Р. Абрамович и др.). Комитет стартовал резво. Уже 6 сентября он выделил из своего состава бюро, создал 4 комиссии (литературно-агитационную, организационную, юридическую и финансовую), наметил план работы.232 Не замедлили приступить к делу и комиссии, среди которых ведущая роль принадлежала литературно-агитационной. На нужды предвыборной кампании к концу октября меньшевики собрали 105 тыс. рублей.233 Эта сумма была почти в 10 раз меньше запланированной, но все же она позволяла развернуть издательскую деятельность. В. дополнение к 4 агитационным листовкам, изданным в августе, меньшевики выпустили еще 13 листовок («Кто такие меньшевики», «Чего будут добиваться социал-демократы в Учредительном собрании», «Почему я не голосую за большевиков», «Ни одного рабочего голоса эсерам», «Как кадеты хотят распорядиться землей» и др.). Кроме того, издавались агитационные брошюры, готовились к выпуску три образца «художественно раскрашенных» плакатов (по 20 тыс. экземпляров каждый). Часть литературы отправлялась бесплатно. Всего на места было разослано более 327 тыс. листовок и около 20 тыс. брошюр.234 Развертывалась и устная агитация. Например, в Петрограде уже в сентябре были организованы митинги и прочитаны лекции (среди лекторов были Н. С. Чхеидзе, Ф. И. Дан): «Социал-демократы в Учредительном собрании», «Учредительное собрание, его задачи и подготовка к нему».235 Здесь же в начале октября открылись трехнедельные курсы агитаторов, куда было зачислено 40 слушателей.236

Довольно активно взялась за дело московская организация меньшевиков. В октябре ее орган газета «Вперед!» почти ежедневно публиковала агитационные статьи («Социал-демократия и крестьянство», «Солдат, за кем пойдешь ты на выборах?» и т. п.).237 Местный партийный избирательный комитет, обращаясь к членам РСДРП, вменял им следующие обязанности: 1) делать денежные взносы в избирательный фонд; 2) вести устную агитацию за список меньшевистских кандидатур в Учредительное собрание; 3) распространять предвыборную литературу; 4) извещать комитет о всех митингах и заботиться о присутствии на них меньшевистских ораторов; 5) распространять газету «Вперед!»; 6) следить, чтобы каждый избиратель получил бюллетень со списком меньшевистских кандидатур. В связи с этим особая ответственность возлагалась на меньшевиков, состоявших в домовых комитетах.238

Оживилась меньшевистская агитация и в некоторых провинциальных городах, чему способствовало проведение районных, губернских и областных конференций. К концу сентября было проведено около 40 таких конференций, положивших начало созданию губернских организаций.239 Но эта активность — речь идет не только о местных, но и о центральных организациях меньшевиков — была внешней, не приносившей сколько-нибудь ощутимых результатов. В целом партия меньшевиков переживала развал, что не позволяло проводить в жизнь многие решения. Призывы и указания Центрального избирательного комитета и губернских комитетов чаще всего оставались гласом вопиющего в пустыне. Отправляемые на места газеты и предвыборная литература в ряде организаций оставались без применения. Например, в Твери меньшевистские работники Совета рабочих депутатов, жаловавшиеся на «усталость и апатию», даже не распечатывали пачки с воззваниями и газетами, поступавшими из Петрограда и Москвы.240 Недаром газета «Вперед!» жаловалась, что за месяц до выборов в Учредительное собрание «нет еще налицо той политической массовой агитации и организации наших сил на почве, которая только и оправдывает название избирательной кампании».241

Развал и разброд, царившие в меньшевистских рядах, рельефно обнаружились при составлении списков кандидатур в Учредительное собрание. Ожесточенные распри вспыхивали почти на каждой губернской и городской конференции, причем предметом полемики бывали не только местные, но и обязательные кандидатуры ЦК.242 Характерное и многозначительное положение возникло в столице.

Комитет петроградской организации меньшевиков, руководящее положение в котором занимали интернационалисты, воспротивился требованию ЦК, чтобы во главе списка кандидатур в Петрограде стояла фамилия центриста Н. С. Чхеидзе.243 Городская конференция пошла еще дальше, решив, что список должен состоять только из кандидатур меньшевиков-интернационалистов (Ю. О. Мартов, О. А. Ерманский, Ф. Я. Кон и др.) и Бунда (И. И. Фрейман).244 В ответ представители правых меньшевиков решили выдвинуть самостоятельный список меньшевиков-оборонцев (А. Н. Потресов, К. А. Гвоздев, П. П. Маслов и др).245 А если учесть, что организация «Единство», которая, впрочем, для ЦК партии уже давно стала отрезанным ломтем, тоже зарегистрировала свой список (В. И. Засулич, Л. И. Аксельрод и др.),246 то в столице избирателям предстояло получить три конкурирующих списка одной партии.

ЦК партии меньшевиков некоторое время надеялся урегулировать или сгладить этот скандал. Для сохранения хотя бы видимости авторитета ЦК, вероятно, следовало решиться, как предлагали московские меньшевики, на открытое осуждение раскольников и даже исключение их из партии.247 Но у меньшевистского ЦК уже не оставалось ни власти, ни авторитета. «Рабочая газета» предпочла умыть руки, а закулисные попытки урезонить конфликтующие стороны провалились. В конце концов ЦК принял постановление, что «признает представляющими партию в каждом избирательном округе только те списки, которые выставлены официальными органами местных организаций».248

Применительно к Петрограду это означало капитуляцию перед местной организацией, хотя последняя явно нарушила партийную дисциплину, отказавшись включить в свой список предложенные ей кандидатуры ЦК. А что было делать с меньшевиками-оборонцами? Последние, стремясь укрепить свои позиции и погреть руки на разногласиях Центрального комитета с руководством столичной организации, усиленно зазывали в свой список Н. С. Чхеидзе и И. Г. Церетели. Оба меньшевистских лидера обратились за указаниями в ЦК. Там после долгих споров все-таки решили отказаться от услуги правых меньшевиков. Но и никаких санкций против них за выдвижение сепаратного списка не последовало.249 В итоге кандидатуры официальных меньшевистских лидеров в Петрограде оказались «вне игры». Газета «День» назвала это фактическое отстранение ЦК от предвыборной борьбы в столице «случаем, совершенно исключительным в практике политических партий».250

Конкурирующие списки меньшевистских кандидатур появились и в ряде других округов. Меньшевики-интернационалисты и меньшевики-оборонцы «поедали» друг друга не только в столице, но и в Петроградском (губернском) и Харьковском округах.251 Кроме того, левые меньшевики выдвинули самостоятельные списки, противопоставленные общепартийным, т. е. по подбору кандидатур в основном центристским, в Московском (столичном). Нижегородском, Тульском, Самарском, Полтавском, Бессарабском округах, а также в округе Черноморского флота.252 Следовательно, в 10 округах меньшевики выдвинули по нескольку списков, что составляло почти пятую часть округов, в которых партия выдвигала свои кандидатуры.253

Согласно решению августовского («объединительного») съезда, меньшевикам полагалось уклоняться от блоков с другими партиями и организациями. Однако запрет был не слишком строгим. В отдельных случаях Центральный избирательный комитет мог разрешать составление смешанных, межпартийных списков. Сверх того, признавалось желательным так называемое «соединение» списков со всеми «демократическими партиями», до энесов включительно.254 В сентябре—октябре эти послабления получили весьма расширительное толкование. Достаточно отметить, что почти во всех округах, за исключением Екатеринославского, Киевского и Подольского, меньшевики заключили предвыборный блок с Бундом, а в Олонецком округе — с эсерами.255

Центральные органы партии эсеров, немало повозившиеся с подготовкой к выборам еще летом, в сентябре—октябре умножили свои усилия, чему способствовало накопление довольно солидного денежного фонда. Последний образовался не только путем сборов в партийных организациях, но и благодаря помощи «американских друзей» Е. К. Брешко-Брешковской. По ее признаниям, «американские друзья», обретенные еще в начале века, в ответ на просьбу выслать ротационную машину и несколько вагонов бумаги вместо этого «предложили деньги в количестве миллиона долларов, выдавая их по частям». Она охотно приняла это предложение и «тотчас же умножила как издательство партии эсеров, так и число провинциальных газет». Кроме того, эта помощь дала ей возможность «разослать готовой литературы по разным губерниям более чем на 500 тыс. рублей, да отправить на фронт более чем на 100 тыс.».256

Кто же составлял круг этих «американских друзей»? Как вскоре выяснилось, Брешковская получила деньги, причем, вероятно, не один, а два миллиона долларов, от членов делегации Американского Красного Креста, связанного с уоллстритовскими магнатами. Члены делегации (Р. Робинс, У. Б. Томпсон) надеялись, что созданный при их непосредственном участии и возглавленный Брешковской Комитет гражданского просвещения развернет военно-шовинистическую и антибольшевистскую агитацию.257

Брешковская использовала деньги прежде всего в интересах правоэсеровской группы «воленародцев», но кое-что, видимо, перепало и эсеровскому ЦК.

Итак, партия эсеров — во всяком случае ее правоцентристское большинство — не могла жаловаться на отсутствие денежных средств. Этим и объяснялся сравнительно широкий размах печатной пропаганды. Эсеровская Комиссия по Учредительному собранию в сентябре—октябре приступила к выпуску через издательство «Революционная мысль» серии текстовых и цветных «художественных» плакатов, причем для создания последних был организован конкурс и образовано специальное жюри. Плакаты выпускались различного содержания («общие», для деревни, рабочих районов, армии) и формата (для расклейки снаружи и внутри зданий, на столбах, дверях, витринах, а также для рассылки по почте, разбрасывания на митингах, вкладывания в упаковку товаров и пр.). Вдобавок к этому намечался выпуск листовок для «массового распространения в народе» и популярных брошюр («Кому верить?», «Почему нужно голосовать за эсеров?» и др.). Всего предполагалось выпустить до 6 млн экземпляров всех видов агитационной литературы.258

По-видимому, эти планы не были претворены в жизнь полностью. Но все же поток эсеровских печатных агиток оказался значительным. По данным Комиссии по Учредительному собранию, ею было обеспечено издание 560 тыс. «художественных» и 350 тыс. текстовых плакатов.259 К этому следует добавить 686 тыс. листовок, заготовленных комиссией при Петроградском комитете эсеров,260 а также 121 тыс. «художественных» плакатов и 235 тыс. листовок и текстовых плакатов, выпущенных Военной комиссией при ЦК.261 Здесь еще остается неучтенным большое количество агиток, выпущенных местными эсеровскими организациями.

На местах ходом предвыборной кампании, как правило, ведали комиссии, созданные при губернских и многих городских эсеровских организациях. А вот как было поставлено дело на фронте: «Для успешного проведения на фронте предвыборной кампании в Учредительное собрание Военной комиссией была выделена фронтовая комиссия по Учредительному собранию... Ввиду того, что избирательным округом в армии является фронт, комиссией было признано необходимым образовать на каждом фронте Окружное бюро партии эсеров из представителей фракции эсеров фронтового комитета и комитетов партии эсеров каждой армии, входящей в данный фронт. Между этими фронтовыми бюро и Фронтовой центральной комиссией существует постоянная связь: телеграфная — для передачи директив ЦК и личная — для получения предвыборной литературы. В свою очередь эти фронтовые бюро распределяют литературу по отдельным армиям и распределяют между ними агитационно-пропагандистские силы».262

Интенсивному ведению эсеровской агитации в ряде городов и сельских районов способствовало наличие в партии слоя мелкобуржуазной интеллигенции, традиционно симпатизировавшей народническим идеалам и привыкшей оценивать партию эсеров как «хранительницу» этих идеалов. Лишь при содействии сельской интеллигенции эсерам кое-где удавалось вести работу, подобную той, которая имела место в Шенкурском уезде Архангельской губернии: «По всем волостям местными и приезжими эсерами еще задолго до выборов были устроены общественные сходы и собеседования об Учредительном собрании, его значении и за кого голосовать. В Пуйской волости, в селе Долматове, местной организацией эсеров даже был устроен спектакль (была разыграна пьеса, составленная самими актерами-любителями) — „Выборы в Учредительное собрание». Первое действие было посвящено выяснению: для чего нужно населению перед выборами в Учредительное собрание устраивать собрания, что такое политические партии и какие партии в России существуют. Второе действие: чего добивается партия эсеров и чем она разнится от других партий. Третье действие: как будут проходить выборы и почему крестьянам следует голосовать за эсеров. При этом перед зрителями прошла вся трехдневная избирательная процедура, начиная с осмотра и опечатывания урны и кончая подсчетом голосов и составлением протокола... После спектакля, также с агитационной целью, была устроена беспроигрышная лотерея — разыгрывались брошюры социально-политического характера, главным образом эсеровские (350 брошюр и листовок)».263

Однако не следует полагать, будто эсерам повсеместно удавалось вести предвыборную кампанию столь же энергично, будто перед ними не возникало трудных проблем. В промышленных городах, в армии и в сельских районах, расположенных неподалеку от рабочих центров, эсеры не могли по-настоящему «развернуться» вследствие быстро возраставшего большевистского влияния на массы. Немало трудностей возникало из-за непрерывного усиления внутрипартийных распрей. Левые, центристские и правые элементы партии вели предвыборную кампанию, конкурируя между собой и нередко мешая друг другу. Похоже, что часть литературы, поступавшей из Петрограда, на местах браковалась и не пускалась в ход. Очень много сил поглощала борьба, связанная с составлением окружных списков кандидатур в Учредительное собрание.

Как отмечалось в предыдущей главе, эсеровский ЦК и его Комиссия по Учредительному собранию, готовя список обязательных общепартийных кандидатур, в августе натолкнулись на серьезную оппозицию со стороны делегатов VII совета партии. А осенью центральные органы познали строптивость местных организаций. Комиссия по Учредительному собранию жаловалась в своем отчете, что хлопоты о помещении обязательных кандидатур в окружные списки продолжались «до последней минуты». Правда, большинство этих кандидатур в конце концов оказалось пристроенным, но некоторые «видные и нужные» кандидатуры (М. А. Веденяпин, Л. С. Зак, В. Н. Каплан, М. А. Натансон, Н. С. Русанов), сокрушалась комиссия, либо вовсе не попали в окружные списки, либо были помещены в них на «непроходящие» места. На этом осечки не кончались. Ряд обязательных кандидатур, намеченных к выдвижению в нескольких округах, попали только в один из окружных списков.264 В связи с этим особые нарекания вызвали Вологодская, Калужская, Полтавская, Ставропольская и Томская губернские организации, которые не приняли ни единой общепартийной кандидатуры, а также Вятская, Кубанская, Пермская и Тамбовская губернские организации, которые, «несмотря на все увещания», не согласились предоставить общепартийным кандидатурам более одного места.265 Отсюда можно заключить, что ЦК партии эсеров отнюдь не являлся полновластным распорядителем размещения даже собственных кандидатур.

Упомянутые затруднения ЦК, по-видимому, обусловливались прежде всего местническими тенденциями, честолюбивыми, карьеристскими помыслами губернских эсеровских лидеров. Преобладание в той или иной организации представителей одного из внутрипартийных течений (например, левого) в данном случае не имело решающего значения уже потому, что в списке общепартийных кандидатур местные деятели могли облюбовать фамилию соответственно своим идейно-политическим воззрениям. Например, в Калужской и Полтавской организациях, где были сильны левые эсеры, в списке значились местные вожаки этого течения, не пожелавшие потесниться хотя бы ради левоэсеровского старейшины М. А. Натансона.266 А другие упомянутые выше организации, вызвавшие недовольство ЦК и его Комиссии, в целом придерживались «правоверного» центристского направления.

Но при выдвижении в список местных кандидатур и определении «лика» этого списка внутрипартийные идейно-политические раздоры несомненно приобретали большое значение. В связи с этим попытаемся разобраться в принципиальных установках, которых придерживались центристские, левые и правые элементы партии эсеров.

ЦК партии и Комиссия по Учредительному собранию были за то, чтобы списки кандидатур по округам составлялись на основе пропорционального представительства от различных течений и чтобы, как уже отмечалось, все списки возглавлялись общепартийными кандидатурами. Выдвижение параллельных списков, естественно, осуждалось. Здесь эсеровское руководство проявило — по крайней мере формально — жесткость, на которую не осмелились лидеры меньшевиков. 30 сентября ЦК партии эсеров принял следующее постановление: «Все лица, выразившие свое согласие выступить в качестве кандидатов и подавшие заявление о списке кандидатов в Учредительное собрание помимо или рядом с общепартийными списками кандидатов, выставленными от имени местных правомочных организаций, тем самым исключаются из партии».267

Принимая это постановление, ЦК предостерегал главным образом левых эсеров. Но наиболее болезненная внешняя реакция последовала со стороны крайне правых элементов партии. Последние, повсюду составлявшие меньшинство организаций, опасались, что именно они окажутся ущемленными при составлении окружных списков партийных кандидатур. Немалую роль играло и непримиримо враждебное отношение к левому крылу партии, нежелание фигурировать в одном списке с «полубольшевиками». Правоэсеровская «Воля народа», комментируя постановление ЦК, заявляла, что запрет на выдвижение параллельных списков «вполне целесообразен и естествен» лишь «в нормальных условиях партийной жизни». Положение же в партии эсеров «воленародовцы» с полным на то основанием считали ненормальным и потому требовали от ЦК разрешения выдвигать параллельные списки там, где «раскол налицо».268

В щекотливом положении оказались и левые эсеры. Число их сторонников в местных организациях осенью 1917 г. продолжало расти.269 И все-таки, несмотря на публичные хвастливые заявления их лидеров, левые составляли меньшинство партии, которое к тому же не успело выявить свое лицо перед широкими крестьянскими массами — самым многочисленным контингентом избирателей. В деревне, да и во многих провинциальных городах народные массы слабо разбирались во внутриэсеровских партийных градациях. Ведь основным содержанием пропаганды всех эсеров среди крестьянства была социализация земли. Принимая во внимание все это, левые эсеры считали раскол накануне выборов слишком большим риском для себя. Как признавал в своих воспоминаниях И. З. Штейнберг, левые полагали, что наибольший успех на выборах будут иметь общепартийные списки кандидатур, так как для широких масс имело значение «имя партии эсеров».270 Так ради ловли голосов избирателей приносились в жертву политические принципы.

В Петрограде окончательное утверждение окружного списка кандидатур состоялось 8 октября на VIII городской конференции эсеров. Левые эсеры, имея на своей стороне большинство делегатов, могли бы включить в список только своих сторонников. Но они решились лишь на исправление прежнего списка, подготовленного VI конференцией. В новый (позднее несколько уточненный) список партии эсеров по Петроградскому (столичному) округу в порядке очередности вошли представитель центристов (В. М. Чернов), представитель левых, Г. И. Шрейдер (центрист), М. А. Спиридонова (левая), И. И. Мильчик (центрист), А. К. Болдырев (примыкал к левым), А. А. Шрейдер (левый) и др.271 Это был действительно общепартийный, а не левоэсеровский список кандидатур, и центристы, демонстративно отказавшиеся голосовать на конференции,272 не имели оснований чувствовать себя всерьез обделенными. Эсеровскому ЦК ничего не оставалось, как признать этот список официальным.

Примерно так же поступили и харьковские левые эсеры, преобладавшие в местной организации. Выдвинутый в харьковском округе список (№ 5) представлял собой конгломерат из кандидатур центристов, левых и украинских эсеров. При этом общепартийные кандидатуры центристов (В, М. Чернов и Н. В. Святицкий) стояли в списке соответственно на первом и третьем местах. Глава губернской организации эсеров В. М. Качинский был очень дипломатичен, когда охарактеризовал этот список следующими словами: «Список № 5 является официальным списком партии с.-р. и в то же время — левым. В этом списке нет так называемых „правых», ярых оборонцев. Здесь все кандидатуры — интернационалисты, хотя, конечно, не все они одинаково левые».273

Образ действия петроградских и харьковских левоэсеровских деятелей наиболее точно соответствовал установкам их центральных органов. Недалеко отошли от этих осторожных установок и херсонские левые эсеры, которые, подобно их харьковским коллегам, блокировались с украинскими эсерами.274 В Казанском и Псковском округах левые, заполонив почти весь список, однако, предоставили центристам право выдвинуть свою кандидатуру на первое место.275 Зато Уфимская организация эсеров оставила центристам лишь четвертое место, а Калужская — не оставила ни одного. Тем не менее эсеровские списки во всех названных округах официально считались общепартийными, «выдвинутыми от имени местных правомочных организаций», и поэтому не отвергались Центральным комитетом.276

Но в губернских организациях, в которых левые не обладали достаточным влиянием или, тем более, находились в явном меньшинстве, центристские элементы с ними не церемонились. Только в Рязанском округе список был составлен на равноправных началах (из 6 первых кандидатур 3 примыкали к левым), а в других округах представителям левых эсеров оставляли либо ничтожно мало мест, либо вовсе закрывали дорогу к спискам, в которых преобладали кандидатуры центристов.277

Борьба в местных организациях, в которую, поддерживая центристов, вмешивался ЦК партии и его Комиссия по Учредительному собранию, кое-где становилась настолько острой и непримиримой, что вызывала открытый раскол. Так появились самостоятельные, противопоставленные официальным, признанным ЦК спискам кандидатур, левоэсеровские списки в Воронежском (в блоке с украинскими эсерами и группой польской «Девицы»), Вятском (Ижевская организация эсеров-максималистов, вскоре примкнувшая к левым эсерам), Енисейском, Приамурском, Тобольском278 и Балтийско-флотском округах.279 Правые эсеры («воленародовцы») со своей стороны выдвинули сепаратные, конкурирующие списки в Казанском, Пермском (в блоке с энесами и кооператорами), Петроградском (столичном), Симбирском, Харьковском округах и на Западном фронте.280

Все эти междоусобицы, конечно, не способствовали повышению шансов партии эсеров на выборах в Учредительное собрание. Но в то же время было одно очень важное обстоятельство, которое создавало предпосылки для удачной жатвы голосов избирателей в деревне — заключение блоков с Советами крестьянских депутатов. Такие блоки были оформлены в подавляющем большинстве округов европейской части страны. Эсеры не чурались блоков и с другими партиями. Например, в ряде западных и юго-западных округов заключались предвыборные соглашения с Социалистической еврейской рабочей партией (СЕРП).281 Следует также учитывать, что на выборах готовились выступать не только русские, но и украинские (в 8 украинских округах), мусульманские (в Казанском, Уфимском и Симбирском округах), чувашские эсеры (в Казанском и Самарском округах).282 А это сулило дополнительное привлечение голосов из числа националистически настроенных мелкобуржуазных элементов.

Активизировала подготовку к выборам и партия кадетов. Ее центральная агитационная комиссия принимала меры к развертыванию работы не только в районах, территориально примыкавших к Москве и Петрограду, но и на окраинах страны. Комиссия опубликовала обращение к членам партии и «сочувствовавшим» ей адвокатам, преподавателям высших учебных заведений, школьным учителям и студентам с просьбой организовать в 13 северных губерниях и в Сибири краткосрочные курсы и отдельные лекции, посвященные вопросам государственного права, организации местного самоуправления, способам решения земельного вопроса, «разъяснению» программ политических партий. Комиссия подчеркивала, что необходимо «сейчас же развить возможно полную агитационную деятельность в связи с предстоящими выборами в Учредительное собрание».283

Предпринимались попытки внедриться в деревню. В докладе о способах ведения предвыборной агитации, заслушанном и одобренном на московской губернской конференции кадетов 22 сентября, говорилось о вероятности разочарования крестьян в эсеровских лозунгах и возникновения в связи со этим «самых благоприятных» возможностей для кадетов. Докладчик (Н. В. Малолетенков) призывал делать упор не на печатной, а на устной агитации, на «живом слове», широко используя сельскую интеллигенцию, организуя в уездах краткосрочные курсы. «Устанавливая местную агентуру, — говорил докладчик, — не надо настаивать на записи в члены партии, в особенности нужно быть осторожными в этом отношении с крестьянами». Однако объявлялось желательным приглашение беспартийных на заседания комитетов, повсеместное устройство «помещений с вывеской» и постоянным дежурством для выдачи справок.284

Впрочем, придавая особое значение «живому слову», кадеты не забывали и о печатной агитации. На той же конференции в Москве было решено просить бюро губернского комитета «озаботиться о напечатании для Московской губернии агитационных воззваний и плакатов в количестве не менее 200 тыс. экземпляров».285 Но здесь кадетов беспокоило следующее: не окажут ли типографские рабочие противодействие выпуску кадетской литературы? Поэтому А. С. Изгоев в статье «К избирательной кампании» просил «нашу молодежь» изучать типографское дело, учиться набирать и печатать партийные издания. Необходимо, писал автор статьи, приобретать небольшие печатные станки, шапирографы, мимиографы и даже «старинные гектографы».286 Как видим, буржуазные деятели были очень предусмотрительны. Но на деле «старинные гектографы» не потребовались. Располагая активной поддержкой владельцев типографий, денежными средствами и бумагой, кадеты обеспечивали массовый выпуск брошюр, листовок, плакатов, среди которых было немало цветных.

Главная буржуазная партия была куда сплоченней, чем меньшевики и эсеры. Поэтому выдвижение списков кандидатур по избирательным округам для кадетов не составляло серьезных затруднений. В первых числах октября эти списки были официально зарегистрированы примерно в 50 округах.287

Все же у кадетов были поводы для размышлений и колебаний. Как проводить в жизнь указания IX съезда партии о заключении предвыборных блоков? Кадетам хотелось «собрать и объединить» вокруг себя все «государственно мыслящие элементы», в том числе тех «адептов социализма», которые «путем горького опыта пришли к отрицанию отечественного издания социалистической революции».288 Под этими «адептами» имелись в виду энесы, эсеровские «воленародовцы», плехановцы из организации «Единство» и пр. Но задача создания такого предвыборного блока оказалась нереальной, так как даже энесы опасались шага, который привел бы к растворению среди кадетов.289 Поэтому последние уже после выдвижения списков кандидатур обращались к энесам, плехановцам и прочим «социалистам», стоявшим за «спасение государственного порядка» — разумеется, буржуазного порядка, — с призывом, суть которого сводилась к следующему: «Вы, „добропорядочные социалисты", не решаетесь на официально оформленный союз с кадетами. Но будьте реалистами и признайте, что вы представляете маловлиятельные группы, не способные получить в Учредительном собрании собственное представительство. Учитывая это, отбросьте формальности, не дробите силы и голосуйте на выборах за кадетские списки кандидатур, ибо в „лагере государственного порядка" только кадеты представляют сплоченную и внушительную силу». В этом духе высказывалась, в частности, газета московских кадетов «Русские ведомости».290

Возникали затруднения и на пути к соглашению с предпринимательскими организациями. С одной стороны, сами кадеты желали предстать перед массами в виде некой «надклассовой» партии, не являющейся выразительницей интересов капитала. С другой стороны, часть представителей российской финансовой и торгово-промышленной буржуазии не очень-то полагалась на кадетов. Мнение этой части буржуазии, вероятно, довольно точно было выражено в статье «Выступление торгово-промышленных кругов на выборах в Учредительное собрание», опубликованной газетой «Коммерческий телеграф». Автор статьи (Я. Б. Диманштейн) утверждал, что в России «в сущности» нет политических партий «в западноевропейском смысле слова» и что те партии, которые числились существующими, якобы «совершенно не отражали действительного соотношения сил в стране». Партия кадетов, по мнению автора, объединяла «лишь интеллигентные слои и совершенно не проникла в толщу народных масс». Более того, и кадеты якобы являлись «собственно не партией, а кружком более или менее мыслящих лиц, со своей печатью кружковщины, т. е. с несомненным доктринерством и отсутствием приспособленности к разрешению конкретных политических задач». Отсюда следовал вывод: буржуазия должна выступать на выборах в Учредительное собрание как самостоятельная сила.291

Но были и очень серьезные факторы, которые способствовали влечению кадетов и предпринимательских организаций к предвыборному союзу. Представители буржуазии, эти «люди крупного торгового расчета, привыкшие и к вопросам политики подходить строго деловым образом, с недоверием к словам, с уменьем брать быка за рога»,292 могли относиться к интеллигентам свысока, третировать их за недостаток деловитости и склонность к политической трескотне и доктринерству. Однако «люди крупного торгового расчета» не могли все-таки не сознавать, что кадеты явились партией, выражавшей классовые интересы буржуазии. Не случайно же членами партии кадетов состояли такие виднейшие предприниматели, как Н. Н. Кутлер и М. М. Федоров. Показательно и то, что еще на I Всероссийском торгово-промышленном съезде (март 1917 г.) один из ораторов, выражавший мнение большинства, говорил о невыгодности для буржуазии публично подчеркивать свои классовые интересы и о целесообразности поддерживать на выборах в Учредительное собрание деятелей, «которые по духу своему по крайней мере стоят за интересы буржуазных классов, т. е. за интересы сохранения существующего строя».293 Что касается кадетов, то их стремление к предвыборному союзу с предпринимателями стимулировалось не только сознаванием классового родства, но и такой сугубо меркантильной целью, как получение финансовой поддержки.

Переговоры между кадетскими деятелями и руководителями предпринимательских организаций приняли затяжной характер. Легче всего была достигнута договоренность с Советом съездов средней и мелкой промышленности, который согласился поддерживать списки кадетских кандидатур и в связи с этим пригласил П. Н. Милюкова, А. И. Шингарева и других кадетских лидеров прочитать «целый ряд лекций».294 В ответ на это кадеты обязались включить в свой кандидатский список по Петроградской губернии фамилию представителя Совета съездов И. В. Титова, предоставив ему третье место в списке.295

Было достигнуто и частичное соглашение со Всероссийским торгово-промышленным союзом, который постановил не выдвигать собственного списка в Петрограде, удовлетворившись готовностью кадетов поставить в своем списке на третье место кандидатуру представителя Союза Н. Н. Кутлера.296 Совместные списки кадетов и Всероссийского торгово-промышленного союза намечались также в Нижегородском, Пензенском и Владимирском округах.297 Но затяжка переговоров и негативная позиция ряда местных предпринимательских организаций помешали заключению тесного общероссийского блока. Поэтому 10 октября руководство Торгово-промышленного союза направило во все местные торгово-промышленные и биржевые комитеты телеграмму с предложением, «где это еще возможно, составить собственные списки кандидатов и войти в соглашение с местными политическими партиями о соединении списков. Там же, где время для составления [собственных списков] уже упущено, Союз рекомендует голосовать за список партии народной свободы, как наиболее близкой по направлению к Союзу и объединяемым им общественным кругам».298

Так обнаруживались все новые свидетельства подлинной классовой принадлежности партии кадетов, единения ее с российской контрреволюционной буржуазией, единения, которое подмачивало репутацию партии «народной свободы» среди некоторых ее сторонников из числа интеллигенции, но зато вело к существенному пополнению партийной кассы. По-видимому, самый солидный куш был выделен Всероссийским торгово-промышленным союзом. По сообщению «Биржевого курьера», Союз получил от петроградских коммерческих банков 2.5 млн рублей, предназначенных «для агитации по объединению торгово-промышленного класса в политическом и профессиональном отношении вокруг Торгово-промышленного союза». Для заведывания этой суммой при Союзе была образована комиссия, которая решила в первую очередь выделить 500 тыс. рублей на предвыборную кампанию в Учредительное собрание. «Из этой суммы 300 тыс. рублей передаются торгово-промышленным союзом партии кадетов, кандидатов которой Союз поддерживал при недавних выборах в Предпарламент. В случае необходимости ассигнование это может быть увеличено».299

Такова была подготовка к выборам со стороны основных политических партий. Остальные партии, союзы, организации и группы — все они были мелкобуржуазными или буржуазно-помещичьими — не могли претендовать на сколько-нибудь существенную роль в масштабе страны. Среди этих объединений наибольшим политическим весом, пожалуй, обладали энесы, выдвинувшие свои кандидатские списки в 33 округах.300 Среди прочих находились маловлиятельные всероссийские политические партии (прогрессисты, радикал-демократы) и национальные партии и союзы (украинские, еврейские, грузинские и др.), классовые организации городской и сельской буржуазии (различные торгово-промышленные группы, земельные собственники, домовладельцы и пр.), формально беспартийные союзы (кооператоры, лиги равноправия женщин), религиозные объединения (православные, старообрядческие, мусульманские и др.) и политически аморфные обывательские группы (квартиронаниматели, «граждане» какого-нибудь уездного городка). По неполным данным Всевыборы, только кандидатских списков националистов различных оттенков насчитывалось 68.301 Поэтому в округах избирателям предстояло получить в среднем по 15 списков-бюллетеней. Были и своего рода «рекорды». Например, в Самарском округе было заявлено 95 (!) списков, в Волынском — 30, в Вятском — 27.302

В связи с этим возникала угроза дробления голосов избирателей и нарушений установленных правил со стороны органов, ведавших производством выборов. «Предвидится большая опасность злоупотреблений при рассылке списков, — замечала газета «День». — Избирательные записки будут доставляться избирателям через волостные, поселковые и городские управы, и так соблазнительно легко вместо, скажем, 20 вручить 15, а то и 10 записок. И в массе случаев такая невинная шутка, как задержание записок неугодных партий и групп, будет совершенно незаметна для малосведущего избирателя. Поди там разбирайся, все ли получены записки, когда и так семья в 5—6 взрослых душ получит их столько, что хоть оклеивай хату».303

Политическая окраска заявленных списков была очень разнообразной. В предвыборную борьбу вступили практически все силы — от пролетарских революционеров, представляемых партией большевиков, до крайне правых, неочерносотенных элементов, укрывавшихся за вывеской таких обществ и организаций, как «За веру и порядок», «Православно-народная партия», «Духовные и миряне». Но при всем этом классово-политические силы страны в конечном счете, как отмечал В. И. Ленин, составили три основные группы: партию пролетариата (большевики), партии мелкобуржуазной демократии (эсеры, меньшевики и примыкавшие к ним), партии буржуазии и помещиков (кадеты и пр.).304 Между этими основными группами партий и шла борьба за привлечение на свою сторону населения страны.

Подготовка к выборам в Учредительное собрание несомненно имела существенное общеполитическое значение. Однако же при всем этом решение коренного вопроса революции — вопроса о государственной власти — уже летом практически не зависело от Учредительного собрания. А осенью, особенно во второй половине октября, когда политическая атмосфера достигла высшего накала, когда классовые силы еще более поляризировались, будущее «всенародное» Учредительное собрание утратило даже призрачные шансы стать «хозяином земли русской». Оценивая сложившуюся обстановку, В. И. Ленин еще в сентябре писал: «Середины нет. Опыт показал, что середины нет. Либо вся власть Советам... либо корниловщина».305

Хорошо известно, что после исторического заседания ЦК РСДРП (б) 10 октября партия большевиков ускоренными темпами готовила вооруженное восстание с целью свержения Временного правительства и установления власти Советов. Известно и то, что Временное правительство, со своей стороны, разрабатывало планы и пыталось собрать реальные силы для разгрома революции. Главным политическим штабом лагеря контрреволюционеров оставалась партия кадетов, позицию которых четко сформулировала газета «Русские ведомости» в статье, написанной накануне восстания в Петрограде: «Пора слов, пора декларативных заявлений и словесных увещаний давно прошла. Надо взяться за дело. Власть должна вспомнить о том, что она — власть, и за словами о ликвидации партий, посягающих на волю народа, должна последовать и ликвидация на деле. Большевики — явные враги родины, и этим должно руководствоваться по отношению к ним Временное правительство».306 Но не следовало сбрасывать со счета и крайне правые элементы, которые не утрачивали своего «лица» и, не веря в способность Временного правительства и кадетов «взяться за дело» решительно и энергично, вынашивали собственные замыслы. Требования установить в стране «железную» военную диктатуру звучали небывало громко и категорично.307 Характерно, что, хотя крайне правые и выдвигали списки своих кандидатур в Учредительное собрание, реверансы в сторону последнего прекратились. Напротив, такие газеты, как «Утро России», предрекали неминуемую гибель Учредительного собрания в «ближайшие сроки».308

О поляризации сил и близости решающего столкновения давали знать не только программы действий политических партий, не только обострявшиеся классовые бои в городе и деревне, но и другие признаки. Одним из них было еще более заметное, чем в предыдущие месяцы, равнодушие масс к судьбе Учредительного собрания. Правда, на митингах, особенно на солдатских и рабочих, в октябре одобрялись резолюции, предложенные представителями некоторых партий (в том числе партии большевиков), с требованием созыва Учредительного собрания в назначенный срок.309 Поступали известия и о «стихийном» интересе солдат к предстоявшим выборам и созыву Учредительного собрания. Так, в сводке сведений штаба Главнокомандующего Западным фронтом о настроении солдат (сводка была подписана 24 октября) отмечалось, что в 15-м армейском корпусе «выборы в Учредительное собрание возбуждают к себе в массах настолько большой интерес, что все беседы касаются только этого вопроса. Увлечение выборами отражается на успешности занятий [по боевой подготовке] и работ».310 Но такого рода известия (не являлось ли, впрочем, такое «увлечение выборами» одним из способов уклонения от опостылевшей солдатской службы?) тонули в потоке сообщений об «апатии».

Октябрьские номера газет наперебой толковали о полном или- почти полном отсутствии интереса к будущему Учредительному собранию со стороны различных слоев населения, и прежде всего со стороны крестьян.311 Вот несколько характерных сообщений: «Целые уезды относятся к предстоящим выборам безразлично и равнодушно. Некоторые села не только равнодушно, но даже отрицательно настроены по отношению к выборам»;312 «Что главным образом составляет интерес нынешней деревни? Прежде всего — не Учредительное собрание. В селах о нем не только не думают, но даже и плохо знают. Приходится много говорить, пока крестьяне и казаки усвоят, о чем идет речь. Да и в городах, даже среди интеллигенции, не очень-то озабочены выборами».313 «Подготовительная работа к выборам в Учредительное собрание в Киевской губернии протекает с большими шероховатостями. Местами крестьяне отказываются от выборов. В селах Хотовицах, Бышеве, Дымере говорят, что не надо Учредительного собрания, хотим жить по-старому... В селе Пески крестьяне потребовали, чтобы председатель избирательной комиссии порвал избирательные списки».314 Отметим, что такие известия чаще всего появлялись на страницах эсеро-меньшевистской прессы, отнюдь не заинтересованной в подрыве авторитета будущего Учредительного собрания.

Но, может быть, газетчики сгущали краски ради того, чтобы придать большую убедительность призывам бороться с абсентеизмом? Не похоже, ибо сообщения, исходившие от местных органов власти, общественно-политических организаций и агитаторов, обычно давали примерно такую же картину настроений масс.315 «Что касается населения, — писал инструктор ЦИК Советов из Тверской губернии, — то оно в своей массе совершенно безразлично относится к предстоящим выборам, чем обескураживает и горячие головы».316 «Население как избирательными списками, так и самим Учредительным собранием заинтересовано мало, — сообщал инструктор из другой губернии (по-видимому, Архангельской). — Избирательные списки население обозревать не обозревает и ни одного случая жалоб [на пропуски в списках] не было... Мне приходилось выступать везде и всюду. Собрания бывают малолюдные, а в некоторых случаях и совершенно лекцию читать некому. Женщины обыкновенно на собраниях не бывают. Впечатление у меня создалось такое, что население значения Учредительному собранию придает мало».317

Еще менее «проучредиловским» было настроение народных масс в Петрограде. На заседании Междурайонного совещания районных Советов Петрограда, состоявшемся в начале октября, представитель Выборгского района отметил, что среди рабочих «нет интереса к вопросам по Учредительному собранию». О «полном абсентеизме» говорили и делегаты других районов, как рабочих (Петергофский), так и интеллигентско-буржуазных (1-й Городской) по составу населения. Одно из доказательств равнодушия к будущему Учредительному собранию представители районных Советов справедливо видели в том, что население очень редко обращалось за справками о своем участии в выборах, не являлось, несмотря на все приглашения и объявления, проверять занесение в списки избирателей. Например, в Петергофском районе, где числилось 56 тыс. избирателей, никто не обращался за какими-либо справками, а для проверки списков пришел всего-навсего 81 человек.318 Газета «День», располагавшая сведениями о положении в 63 избирательных участках (из 197), сообщила, что в большинстве участков проверило списки менее 1% избирателей.319 «У нас отмечается поразительная безучастность к предстоящим выборам», — сокрушалась эсеровская газета «Дело народа», имея в виду не только рабочих, но и интеллигенцию.320

В Москве избиратели, особенно рабочие, были поактивнее. По сведениям газет, незадолго До истечения срока проверки списков у помещений избирательных участков возникали очереди.321 Но в конце концов выяснилось, что и в Москве массовый избиратель не слишком интересовался предстоящим голосованием — из 1 110 299 избирателей322 явились для проверки списков только 50808,323 т. е. около 4%.

Мелкобуржуазная и буржуазная пресса объясняла такое отношение к предстоявшим выборам «апатией», «усталостью» и «аполитичностью» большинства населения страны и в связи с этим рассуждала об «упадке революции».324 В. И. Ленин на это отвечал: «Есть признаки роста апатии и равнодушия. Это понятно. Это означает не упадок революции, как кричат кадеты и их подголоски, а упадок веры в резолюции и в выборы. Массы в революции требуют от руководящих партий дела, а не слов, победы в борьбе, а не разговоров».325 Это был один из самых веских аргументов в пользу подготовки и проведения вооруженного восстания, перехода всей власти в руки Советов.

 

Примечания:

1 КПСС в борьбе за победу Великой Октябрьской социалистической революции. Сборник документов. М., 1957, стр. 135; Протоколы ЦК РСДРП (б). Август 1917—февраль 1918. М., 1958, стр. 38; К истории борьбы московских большевиков за победу Октябрьской революции. — «Исторический архив», 1955, № 5, стр. 57.

2 См. тексты резолюций: Революционное движение в России в августе 1917 г. Разгром корниловского мятежа. Документы и материалы. М., 1959, стр. 488, 501, 505, 528, 542 и др.; «Солдат», 1917, 2, 7, 10 сентября, №№ 17, 21, 23 и др.

3 «Рабочий путь», 1917, 3 сентября, № 1.

4 Тактика большевиков в период корниловского мятежа и его ликвидации подробно исследовалась советскими историками (см.: История КПСС. Т. 3, кн. 1. М., 1967, стр. 209—226; Н. Я. Иванов. Корниловщина и ее разгром. Л., 1965; Октябрьское вооруженное восстание. Семнадцатый год в Петрограде. Кн. 2. Л., 1967, стр. 138—184, и другие работы). Это избавляет нас от необходимости рассматривать те аспекты проблемы, которые имеют лишь косвенное отношение к нашей теме.

5 «Рабочий путь», 1917, 6 сентября, № 3.

6 См.: В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 121.

7 Там же, стр. 134, 135.

8 Там же, стр. 135.

9 Там же, стр. 237.

10 Там же, стр. 200.

11 Там же, стр. 208.

12 Там же, стр. 136.

13 Там же, стр. 219.

14 Там же, стр. 228.

15 Там же, стр. 208.

16 Там же, стр. 209.

17 Там же, стр. 259.

18 Там же, стр. 240, 280, 325, 339, 343, 402 и др.

19 Там же, стр. 240, 285, 403, 405.

20 Там же, стр. 266.

21 Там же, стр. 345.

22 Там же, стр. 266.

23 Там же, стр. 344—346.

24 Победа Октябрьской социалистической революции в Нижегородской губернии. Сборник документов. Горький, 1957, стр. 283.

25 См.: Протоколы ЦК РСДРП (б), стр. 87—92.

26 «Социал-демократ», 1917, 28 сентября, № 169.

27 Победа Октябрьской социалистической революции в Нижегородской губернии, стр. 283.

28 На этих выборах, состоявшихся 24 сентября, большевики получили 51% голосов (Л. В. Музылева. Новые данные о выборах в районные думы Москвы в 1917 г. — «Вопросы истории КПСС», 1971, № 8, стр. 114).

29 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 278, 393.

30 «Рабочий путь», 1917, 30 сентября, № 24.

31 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 392.

32 См.: Протоколы ЦК РСДРП (б), стр. 86—92.

33 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 403, 405.

34 См.: «Рабочий путь», 1917, 24, 30 сентября, 3, 5, 8, 9 октября, №№ 19, 24, 26, 28, 31, 32 и др.

35 В. И: Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 375.

36 См.: Протоколы ЦК РСДРП (б), стр. 88—92.

37 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 403.

38 Там же, стр. 37.

39 «Новая жизнь», 1917, 29 сентября, № 140.

40 См.: Н. В. Рубан. Октябрьская революция и крах меньшевизма. М., 1968, стр. 283-285.

41 «Известия ЦИК и Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов» (в дальнейшем: «Известия ЦИК»), 1917, 16 сентября, № 172; «Вперед!», 1917, 3 октября, № 172; «Учредительное собрание», 1917, 18 октября, № 1, и др.

42 «Рабочая газета», 1917, 6 октября, № 179.

43 Там же, 3, 6, 8 сентября, №№ 151, 153, 155,

44 Там же, 23 сентября, № 168.

45 «Речь», 1917, 7 сентября, № 210.

46 См.: «Рабочая газета», 1917, 13, 23 сентября, №№ 159, 168.

47 «Вперед!», 1917, 6 сентября, № 151.

48 «Рабочая газета», 1917, 22, 29 сентября, 20 октября, №№ 167, 173, 191 и др.; «Вперед!», 1917, 4, 5, 20 октября, №№ 173, 174, 187 и др.

49 «Речь», 1917, 5 сентября, № 208.

50 «Рабочая газета», 1917, 5 сентября, № 152.

51 Там же, 6 октября, № 179.

52 Там же, 2, 19 сентября, №№ 150, 164; «Свободная жизнь», 1917, 7 сентября, № 5; «Новая жизнь», 1917, 12, 16, 30 сентября, №№ 125, 129, 141; «Искра», 1917, 26 сентября, № 1.

53 «Новая жизнь», 1917, 30 сентября, 8, 11 октября, №№ 141, 148, 150.

54 Там же, 1, 18 октября, №№ 142, 156.

55 «Искра», 1917, 21 октября, № 5.

56 «Новая жизнь», 1917, 1, 10, 15, 21, 25 октября, №№ 142, 149, 154, 162, 166; «Искра», 1917, 3, 17, 21 октября, №№ 2, 4, 5.

57 «День», 1917, 27 сентября, № 174.

58 «Единство», 1917, 5 октября, № 156.

59 «День», 1917, 10 сентября, № 160.

60 Там же, 22, 23 сентября, 170, 171.

61 «Дело народа», 1917, 20 сентября, № 159.

62 Там же, 8 октября, № 175.

63 Там же, 2, 3, 14, 15, 23, 24 сентября, №№ 144, 145, 154, 155, 162, 163 и др.; «Земля и воля», 1917, 6 сентября, № 135; «Земля и воля» (Москва), 1917, 8, 10 сентября, №№ 133, 134.

64 «Дело народа», 1917, 5 сентября, № 146.

65 Там же, 23 сентября, № 162; «Земля и воля» (Москва), 1917, 27 сентября, № 147.

66 «Дело народа», 1917, 6 октября, № 173.

67 Там же.

68 «Труд», 1917, 24 октября, № 175.

69 «Дело народа», 1917, 2 сентября, № 144.

70 «Земля и воля», 1917, 6 сентября, № 135.

71 «Земля и воля» (Москва), 1917, 27 сентября, № 147.

72 «Дело народа», 1917, 30 сентября, № 168.

73 «Известия ЦИК», 1917, 25, 26 октября, №№ 206, 207.

74 «Знамя труда», 1917, 14 сентября, № 19; «Наш путь», 1917, № 2, стр. 7.

75 «Знамя труда», 1917, 14 сентября, № 19.

76 Там же, 16 сентября, № 20.

77 Там же, 24 сентября, № 27.

78 Там же, 20 сентября, № 23.

79 Там же, 21 сентября, № 24.

80 Там же, 1, 13, 15 октября, №№ 33, 43, 45.

81 И. Штейнберг. От Февраля по Октябрь 1917 г. Берлин—Милан, б. г., стр. 123.

82 См.: «Воля народа», 1917, 2, 3, 14—16, 24, 27 сентября, 4 октября, №№ 108, 109, 118-120, 127, 129, 135 и др.

83 «Речь», 1917, 20 сентября, 12 октября, №№ 221, 240.

84 «Русские ведомости», 1917, 3, 13 октября, №№ 225, 234.

85 Там же, 3, 14 октября, №№ 225, 235 и др.; «Земля», 1917, 30 сентября, № 85.

86 «Русские ведомости», 1917, 13 октября, № 234.

87 Там же, 15 октября, № 236.

88 «Речь», 1917, 5—7, 14, 20 сентября, №№ 208—210, 216, 221 и др.; «Русские ведомости», 1917, 7, 21 сентября, №№ 205, 215.

89 «Русские ведомости», 1917, 6 октября, № 228.

90 «Новая Русь», 1917, 17, 19, 21, 22 сентября, №№ 7, 8, 10, 11 и др.

91 «Новая жизнь», 1917, 4 октября, № 144.

92 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 402.

93 См.: «Вестник Временного правительства», 1917, 28 сентября, № 163; «Известия ЦИК», 1917, 8 октября, № 192.

94 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 402.

95 Там же, стр. 325, 339, 343.

96 ЦГАОР, ф. 6978 (ЦИК Советов 1-го созыва), on. I, д. 1018, л. 60.

97 «Вестник Временного правительства», 1917, 3 сентября, № 145.

98 Революционное движение в России в сентябре 1917 г. Общенациональный кризис. Документы и материалы. М., 1961, стр. 234.

99 Там же, стр. 234—236.

100 «Самоуправление», 1917, № 13, стлб. 39.

101 П. Н. Абрамов. Волостные земства. — «Исторические записки», 1961, т. 69, стр. 28.

102 «Известия Всероссийского Совета крестьянских депутатов», 1917, 23 сентября, № 118.

103 ЦГАОР, ф. 13 (Всероссийская по делам о выборах в Учредительное собрание комиссия), on. 1, д. 88, лл. 23, 30, 53, 03, 71, 91, 92, 109, 115, 119 и др.; д. 105, л. 13; д. 196, л. 4; д. 234, лл. 3, 5; д. 235, лл. 21, 25 об.

104 ЦГАОР, ф. 6978, on. 1, д. 1018, л. 31.

105 Там же, л. 47.

106 Там же, лл. 71, 73, 85, 89, 102, 111 и др.

107 ЦГАОР, ф. 13, on. 1, д. 88, лл. 99—101, 109; д. 92, лл. 36 об., 38; д. 196, л. 86; д. 234, лл. 7, 10; д. 432, л. 24.

108 Там же, д. 432, л. 25.

109 Там же, д. 88, лл. 2—6.

110 Там же, д. 188, л. 45; д. 196, л. 4.

111 «Вестник Временного правительства», 1917, 17, 19, 26 сентября, №№ 155, 156, 162.

112 ЦГАОР, ф. 13, on. 1, д. 12, л. 8.

113 Там же, д. 283, л. 3; «Известия Всевыборы», 1917, № 2, стлб. 16; № 9, стлб. 14; № 13, стлб. 13; «День», 1917, 13 октября, № 188; «Социал-демократ», 1917, 14 октября, № 183. В Баку попытка провести перепись окончилась неудачей («Известия Всевыборы», 1917, № 9, стлб. 11).

114 «Известия Всевыборы», 1917, № 3—4, стлб. 42; ЦГАОР, ф. 13, on. 1, д. 178, л. 23; д. 196, лл. 9, 30; д. 408, л. 56.

115 ЦГАОР, ф. 13, on. 1, д. 305, лл. 103, 146.

116 «Вестник Временного правительства», 1917, 17 сентября, № 155. Согласно инструкции, шары полагалось опускать в ящики с наклеенными на них списками кандидатов в Учредительное собрание.

117 «Вестник Временного правительства», 1917, 1 октября, № 166.

118 Там же, 11 октября, № 174.

119 «Известия Всевыборы», 1917, № 10, стлб. 14.

120 ЦГАОР, ф. 14 (Особое совещание для изготовления проекта положения о выборах в Учредительное собрание), он. 1, д. 21, л. 80 об.

121 ЦГАОР, ф. 13, он. 1, д. 7, л. 75а.

122 «Пролетарий Поволжья», 1917, 24 октября, № 121.

123 ЦГАОР, ф. 474 (Юридическое совещание при Временном правительстве), он. 1, д. 3, лл. 195—196.

124 Там же, д. 28, л. 3.

125 См.: Революционное движение в России после свержения самодержавия. Документы и материалы. М., 1957, стр. 419.

126 ЦГАОР, ф. 474, on. 1, д. 28, л. 3.

127 ЦГАОР, ф. 13, on. 1, д. 29, лл. 2-3.

128 ЦГАОР, ф. 474, on. 1, д. 24, л. 1.

129 Там же, лл. 1—12.

130 Временное правительство и Учредительное собрание. — «Красный архив», 1928, т. 3 (28), стр. 112.

131 Там же, стр. 112, 114—115.

132 ЦГАОР, ф. 474, on. 1, д. 24, лл. 14—48.

133 Там же, л. 34.

134 ЦГАОР, ф. 14, on. 1, д. 8, л. 8.

135 Там же, л. 9.

136 Временное правительство и Учредительное собрание, стр. 112.

137 Там же, стр. 115—117.

138 Там же, стр. 117.

139 ЦГАОР, ф. 474, on. 1, д. 4, лл. 153, 154, 157.

140 Там же, л. 154.

141 ЦГАОР, ф. 13, on. 1, д. 29, л. 25.

142 Там же, л. 49.

143 ЦГАОР, ф. 14, on. 1, д. 8, л. 4.

144 В. И. Ленин. Полы. собр. соч., т. 34, стр. 304—305.

145 Текст этого проекта имеется в публикации: Временное правительство и Учредительное собрание, стр. 115—117.

146 ЦГАОР, ф. 14, on. 1, д. 8, лл. 4, 4 об.

147 Там же, л. 2.

148 См.: Временное правительство и Учредительное собрание, стр. 113, 114.

149 Там же, стр. 120.

150 ЦГАОР, ф. 474, он. 1, д. 7, л. 1а.

151 Особая комиссия собиралась на заседания 4 раза (И, 14, 17 и 20 октября). Протоколы заседаний и приложенные к ним документы читатель найдет в публикации «Временное правительство и Учредительное собрание» (стр. 119—141). К рассмотрению этих материалов обращался советский историк Н. Л. Рубинштейн (Н. Л. Рубинштейн. 1) [Предисловие].— В кн.: Временное правительство и Учредительное собрание, стр. 107—110; 2) К истории Учредительного собрания. М.—Л., 1931, стр. 32—34).

152 Временное правительство и Учредительное собрание, стр. 120, 123.

153 Там же, стр. 131.

154 Очередное заседание Особой комиссии, намеченное на вечер 24 октября, было отменено (ЦГАОР, ф. 474, on. 1, д. 7, лл. 43, 44).

155 Временное правительство и Учредительное собрание, стр. 126.

156 Там же, стр. 126, 130.

157 Там же, стр. 128.

158 Там же, стр. 128—129.

159 Там же, стр. 129, 130. Н. Л. Рубинштейн в предисловии к публикации «Временное правительство и Учредительное собрание» (там же, стр. 109) и в книге «К истории Учредительного собрания» (стр. 33), вероятно из-за невнимательности, отметил, будто Особая комиссия признала «нежелательным» конкретизацию социальных прав в основных законах. Между тем текст протокола заседания комиссии свидетельствует о принятии ею иного решения.

160 Временное правительство и Учредительное собрание, стр. 133— 137, 139.

161 Там же, стр. 134, 136, 137.

162 Там же, стр. 133, 136, 140.

163 Там же, стр. 134—136, 138.

164 Там же, стр. 134—137.

165 Там же, стр. 137.

166 Там же.

167 Там же, стр. 138.

168 «Известия Всероссийского Совета крестьянских депутатов», 1917, 5, 6, 9 сентября, 1 октября, №№ 102, 103, 106, 125.

169 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 208.

170 Там же, стр. 209, 211, 212.

171 ЦГАОР, ф. 6978, on. 1, д. 774, л. 63.

172 «Известия ЦИК», 1917, 27 сентября, № 182.

173 Там же.

174 ЦГАОР, ф. 6978, on. 1, д. 774, лл. 9, 61.

175 Районные Советы Петрограда в 1917 г. Т. III. М.—Л.. 1966, стр. 309—311.

176 Там же, т. I, М.—Л., 1964, стр. 43; т. И, М.—Л., 1965, стр. 267; т. III, стр. 118; «Рабочий путь», 1917, 24 сентября, № 19; «Рабочая газета», 1917, 12 октября, № 184; «Известия ЦИК», 1917, 27 сентября, № 182.

177 Районные Советы Петрограда в 1917 г., т. III, стр. 316—317.

178 «Рабочая газета», 1917, 12 октября, № 184.

179 ЛГАОРСС, ф. 9618 (Редакция истории Ленсовета), on. 1, д. 239, л. 7.

180 Районные Советы Петрограда в 1917 г., т. II, стр. 276, 280—282.

181 ЛГАОРСС, ф. 9618, on. 1, д. 239, лл. 20-24.

182 Районные Советы Петрограда в 1917 г., т. III, стр. 322.

183 Там же.

184 Обстоятельный рассказ об этой работе читатель найдет в статье А. С. Динеса «Большевики в предвыборной кампании в Учредительное собрание» (Уч. зап. Саратовск. ун-та, 1956, т. 58, стр. 51—72).

185 Протоколы ЦК РСДРП (б), стр. 13.

186 II и III Петроградские общегородские конференции большевиков в июле и октябре 1917 г. Протоколы и материалы. М.—Л., 1927, стр. 115.

187 См.: Переписка Секретариата ЦК РСДРП (б) с местными партийными организациями. Сборник документов. Т. I. М., 1957, стр. 36, 38—42, 45, 51—52, 54, 61 и др.

188 Там же, стр. 80, 82, 96 и др.; В. В. Аникеев. Деятельность ЦК РСДРП (б) в 1917 г. Хроника событий. М., 1969, стр. 345, 391, 405, 414, 421, 430.

189 «Солдат», 1917, 20 сентября, № 30.

190 Переписка Секретариата ЦК РСДРП (б) с местными партийными организациями, т. I, стр. 54.

191 «Рабочий путь», 1917, 24 сентября, № 19.

192 КПСС в борьбе за победу Великой Октябрьской социалистической революции, стр. 354.

193 Революционное движение в русской армии в 1917 г. Сборник документов. М., 1968, стр. 473—474.

194 II и III Петроградские общегородские конференции большевиков в июле и октябре 1917 г., стр. 116.

195 Из протоколов заседаний Московского областного бюро 1917 года.— «Пролетарская революция», 1928, № 10 (81), стр. 189—190.

196 Революционное движение в России накануне Октябрьского вооруженного восстания. Документы и материалы. М., 1962, стр. 42.

197 Там же, стр. 43, 51, 52; II и III Петроградские общегородские конференции большевиков в июле и октябре 1917 г., стр. 115 —116; Из протоколов заседаний Московского областного бюро в 1917 г., стр. 173—174, 188, 189; КПСС в борьбе за победу Великой Октябрьской социалистической революции, стр. 371—372, 383; Великая Октябрьская социалистическая революция в Белоруссии. Документы и материалы. Т. I. Минск, 1957, стр. 702, 776, 843; Большевистские организации Украины в период подготовки и проведения Великой Октябрьской социалистической революции. Сборник документов и материалов. Киев, 1957, стр. 409, 543, 544, 620; Октябрь в Поволжье. Саратов, 1967, стр. 257; Подготовка и проведение Великой Октябрьской социалистической революции в Башкирии. Сборник документов и материалов. Уфа, 1957, стр. 165; Октябрь в Туле. Сборник документов и материалов. Тула, 1957, стр. 234; Борьба за установление и укрепление Советской власти в Рязанской губернии. Рязань, 1957, стр. 100, и другие сборники документов. См. также: «Социал-демократ», 1917, 30 сентября, № 171; П. Голуб. Партия, армия и революция. М., 1967, стр. 187—188; П. И. Соболева. Октябрьская революция и крах социал-соглашателей. М., 1968, стр. 213—215, и другие работы.

198 Из протоколов заседаний Московского областного бюро в 1917 г., стр. 189.

199 «Рабочий путь», 1917, 26 октября, № 46.

200 Там же, 3, 5, 7, 8 октября, №№ 26, 28, 30, 31.

201 Листовки петроградских большевиков. 1917—1920. Л., 1957, стр. 95.

202 «Социал-демократ», 1917, 5 октября, № 175.

203 Протоколы ЦК РСДРП (б), стр. 48. Можно предположить, что это решение было принято по инициативе Я. М. Свердлова. Недаром возглавлявшийся им Секретариат ЦК уже с 11 сентября стал запрашивать у местных организаций сведения об окружных списках кандидатур и настроении избирателей (см.: Переписка Секретариата ЦК РСДРП (б) с местными партийными организациями, т. I, стр. 36).

204 См.: В. В. Аникеев. Ук. соч., стр. 310—314, 316, 319 и др.

205 Протоколы ЦК РСДРП (б), стр. 67.

206 «Рабочий путь», 1917, 28 сентября, № 22.

207 См.: Протоколы ЦК РСДРП (б), стр. 73.

208 «Рабочий путь», 1917, 30 сентября, № 24. Согласно Положению о выборах в Учредительное собрание, один и тот же кандидат мог быть выдвинут в списках нескольких избирательных округов, но не более чем в пяти. ЦК РСДРП (б), пользуясь этим правом, выдвигал каждую свою обязательную кандидатуру в нескольких округах. Кандидатура В. И. Ленина намечалась для внесения в партийные списки следующих округов: Петроградского (столичный). Петроградского (губернский), Уфимского, Балтийско-флотского, Северного фронта («Рабочий путь», 1917, 30 сентября, 3 октября, №№ 24, 26). X. С. Марат в статье «Рабочие, солдаты и матросы голосуют за Ленина» называет Московский (столичный) округ вместо Уфимского («Вопросы истории КПСС», 1968, № И, стр. 43), хотя источник, на который сослался автор статьи («Рабочий путь», №№ 24, 26), свидетельствует, что сначала решение ЦК было иным.

209 В. В. Аникеев. Ук. соч., стр. 337, 341; ЦПА ИМЛ, ф. 17 (Центральный комитет КПСС), on. 1, д. 74, лл. 24—25.

210 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 344—346.

211 ЛПА, ф. 16 (Петроградский окружной комитет РСДРП (б)), on. 1, д. 2, л. 4.

212 II и III Петроградские общегородские конференции большевиков в июле и октябре 1917 г., стр. 116. В списке кандидатур ЦК, опубликованном 30 сентября, из 41 кандидата только 5 были рабочими (Ф. Г. Партолин. В. И. Ленин, большевики и Учредительное собрание. — «Вопросы истории КПСС», 1969, № 12, стр. 22).

213 «Рабочий путь», 1917, 5 октября, № 28. По подсчетам Н. Л. Рубинштейна, определившего социальное положение 124 кандидатур ЦК, только 46.7% кандидатов были рабочие и крестьяне» (крестьянами, видимо, сочтены 14 солдат и матросов). Трудно согласиться с автором книги, который дал очень суровую оценку этому списку, заявив, что при составлении его на ЦК «сказалось» некое «социал-демократическое наследство». (Н. Рубинштейн. К истории Учредительного собрания, стр. 17,18). Критические замечания В. И. Ленина относились к ранее составленному списку 40 кандидатур.

214 ЦПА НМЛ, ф. 17, on. 1, д. 73, л. 125.

215 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 344, 345.

216 «Рабочий путь», 1917, 29 сентября, № 23.

217 «Солдат», 1917, 2 октября, № 41.

218 «Рабочий путь», 1917, 28 сентября, № 22.

219 Переписка Секретариата ЦК РСДРП (б) с местными партийными организациями, т. I, стр. 101; ЦП А НМЛ, ф. 17, он. 1, д. 74, лл. 49—59, 99— 104. Вот текст одного из обязательств, видимо, написанного по установленной форме: «Я, нижеподписавшийся М. Т. Калачев, обязуюсь: если меня изберут в Учредительное собрание депутатом, быть членом фракции РСДРП (большевиков), подчиняться всем постановлениями фракции, и в случае, [если] я не исполню этих своих обязательств, я должен буду немедленно сложить свои полномочия члена Учредительного собрания» (ЦПА ИМЛ, ф. 17, on. 1, д. 74, л. 62).

220 См.: В. В. Аникеев. Ук. соч., стр. 339, 345, 353, 359, 362, 363 и др.

221 Там же, стр. 340, 353, 361, 376.

222 Переписка Секретариата ЦК РСДРП (б) с местными партийными организациями, т. I, стр. 378.

223 Революционное движение в России накануне Октябрьского вооруженного восстания, стр. 26.

224 «Социал-демократ», 1917, 13 октября, № 182.

225 Протоколы ЦК РСДРП (б), стр. 83—84.

226 В. В. Аникеев. Ук. соч., стр. 398.

227 П. И. Соболева. Ук. соч., стр. 213.

228 Там же.

229 «Рабочий путь», 1917, 14 октября, № 36.

230 Всероссийское Учредительное собрание. М.—Л., 1930, стр. 127, 128; «Вперед!» (Уфа), 1917, 6 октября, № 158.

231 ЦГАОР, ф. 13, он. 1, д. 89, л. 310; д. 91, л. 35; д. 151, л. 29; д. 366, л. 16; «Известия Московского Совета рабочих и солдатских депутатов», 1917, 12 декабря, № 228; Л. М. Спирип. Классы и партии в гражданской войне в России. М., 1968, стр. 416—418; Н. В. Святицкий. Итоги выборов во Всероссийское Учредительное собрание. М., 1918, стр. 36.

232 «Рабочая газета», 1917, 8 октября, № 155; «Партийные известия», 1917, № 4—5, стлб. 14; 1918, № 8, стлб. 22, 23.

233 «Партийные известия», 1918, № 8, стлб. 23.

234 Там же, стлб. 22, 23.

235 «Рабочая газета», 1917, 28 сентября, № 172.

236 Там же, 26 сентября, № 170; «Партийные известия», 1918, № 8, стлб. 23.

237 «Вперед!», 1917, 5, 6, 8, 11, 12 октября, №№ 174, 175, 177, 179, 180 и др.

238 Там же, 13 октября, № 181.

239 «Искра», 1917, 26 сентября, № 1.

240 ЦГАОР, ф. 6978, on. 1, д. 1018, л. 3.

241 «Вперед!», 1917, 10 октября, № 178.

242 ЦК меньшевиков наметил 19 обязательных кандидатур: П. Б. Аксельрод, Ю. О. Мартов, Ф. И. Дан, Н. С. Чхеидзе, И. Г. Церетели и др. («Рабочая газета», 1917, 20 октября, № 191).

243 «Искра», 1917, 17 октября, № 4.

244 «Новая жизнь», 1917, 10 октября, № 149.

245 «День», 1917, 12 октября, № 187.

246 «Речь», 1917, 14 октября, № 242.

247 «Вперед!», 1917, 22 октября, № 189.

248 «Рабочая газета», 1917, 12 октября, № 184.

249 Там же, 13, 20 октября, №№ 185, 191; «День», 1917, 7, 12 октября, №№ 183, 187.

250 «День», 1917, 13 октября, № 188.

251 «Партийные известия», 1918, № 8, стлб. 24.

252 «Голос социал-демократа», 1917, № 3—4, стр. 28.

253 Меньшевики баллотировались в 55 округах («Партийные известия», 1918, № 8, стлб. 23).

254 «Рабочая газета», 1917, 23, 27 августа, №№ 141, 144. Партии, заключавшие соглашения о соединении списков, формально выступали на выборах раздельно, но полученные голоса избирателей складывали в общую «копилку», а затем делили депутатские места пропорционально числу полученным каждым списком голосов.

255 «Партийные известия», 1918, № 8, стлб. 23, 24.

256 «Земля и воля» (Москва), 1917, 7 декабря, № 199.

257 Подробно см.: Р. Ш. Ганелин. Россия и США. 1914—1917. Л., 1969, стр. 322—363.

258 «Дело народа», 1917, 10, 11 октября, №№ 176, 177; «Партийные известия», 1917, № 4, стлб. 31.

259 «Партийные известия», 1917, № 4, стлб. 32.

260 Там же.

261 «За народ», 1917, № 1, стр. 99.

262 «Партийные известия», 1017, № 3, стлб. 14.

263 «Известия Всероссийского Совета крестьянских депутатов», 1917, 25 ноября, № 170.

264 Наиболее ходовыми кандидатурами оказались Н. Д. Авксентьев, В. М. Чернов (выдвинуты каждый в 5 округах), А. Ф. Керенский, С. Л. Маслов, М. А. Спиридонова (в 4 округах), А. Р. Гоц (в 3 округах), Е. К. Брешко-Брешковская, М. В. Вишняк, В. М. Зензинов, В. Н. Фигнер, И. И. Фондаминский (в 2 округах).

265 «Партийные известия», 1917, № 4, стлб. 25, 27, 28, 30.

266 Там же, 1918, № 5, стлб. 33, 34, 36.

267 «Дело народа», 1917, 1 октября, № 169.

268 «Воля народа», 1917, 3 октября, № 134.

269 См.: К. В. Гусев. Партия эсеров: от мелкобуржуазного революционаризма к контрреволюции. М., 1975, стр. 152—156.

270 И. Штейнберг. От Февраля по Октябрь 1917 г., стр. 91.

271 «Знамя труда», 1917, 10 октября, № 40; «Дело народа», 1917, 10 октября, № 176.

272 Список кандидатур был одобрен 102 голосами против 1 при 3 воздержавшихся. Не участвовало в голосовании 63 делегата («Знамя труда», 1917, 10 октября, № 40).

273 «Земля и воля» (Харьков), 1917, 21 октября, № 172.

274 В херсонском списке эсеров, возглавлявшемся кандидатурой М. А. Спиридоновой, из 14 первых мест 11 принадлежало левым и украинским эсерам, но все же под №№ 2 и 4 значились фамилии центристов.

275 В Казанском округе официальный список партии эсеров возглавил Г. А. Мартюшин (товарищ председателя Всероссийского Совета крестьянских депутатов, кандидатура VII Совета партии эсеров), а в Псковском — Г. К. Покровский (кандидатура VII Совета партии эсеров).

276 В Полтавском округе русские эсеры, блокировавшиеся с украинскими, тоже выдвинули кандидатуру левого эсера, но она затерялась среди 14 представителей украинцев.

Сведения о списках эсеровских кандидатур в Казанском, Псковском, Калужском, Уфимском и Полтавском округах заимствованы из отчетных данных эсеровской Комиссии по Учредительному собранию (см.: «Партийные известия», 1917, № 4, стлб. 37, 41, 48; 1918, № 5, стлб. 33—36).

277 «Партийные известия», 1917, № 4, стлб. 32—49; 1918, № 5, стлб. 33— 36, 43; Протоколы I съезда партии левых эсеров. [М.], 1918, стр. 7—10, 12.

278 Н. В. Святицкий. Итоги выборов во Всероссийское Учредительное собрание (предисловие). — В кн.: Год русской революции. 1917—1918. М., 1918. стр. 114; ЦГАОР, ф. 13, on. 1, д. 173, л. 33; д. 178, л. 21.

279 В. В. Петраш. Выборы в Учредительное собрание по Балтийскому избирательному округу. — В кн.: Город Ленина в дни Октября и Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. М.—Л., 1964, стр. 69—70.

280 Н. В. Святицкий. Ук. соч., стр. 114.

281 «Партийные известия», 1917, № 4, стлб. 30.

282 Н. В. Святицкий. Ук. соч., стр. 114.

283 «Речь», 1917, 27 сентября, № 227.

284 «Вестник партии народной свободы», 1917, № 23, стлб. 13.

285 Там же.

286 Там же, стлб. 3.

287 По неполным данным, которыми располагал Н. В. Святицкий, кадеты баллотировались в 48 округах (Н. В. Святицкий. Ук. соч., стр. 116).

288 «Русские ведомости», 1917, 3 октября, № 225.

289 См.: «Народное слово», 1917, 1 октября, № 99.

290 См.: «Русские ведомости», 1917, 22 октября, № 242.

291 «Коммерческий телеграф», 1917, 24 октября, № 1294.

292 В. И. Ленин. Полн. coбp. соч., т. 34, стр. 35.

293 I Всероссийский торгово-промышленный съезд в Москве. 19— 22 марта 1917 г. Стенографический отчет и резолюции. М., 1918, стр. 140.

294 «Биржевой курьер», 1917, 7 октября, № 227.

295 Там же, 13 октября, № 231.

296 «Речь», 1917, 30 сентября, № 230.

297 «Коммерческий телеграф», 1917, 22 октября, № 1293.

298 Там же, 11 октября, № 1283.

299 «Биржевой курьер», 1917, 12 октября, № 230.

300 Н. В. Святицкий. Ук. соч., стр. 117.

301 ЦГАОР, ф. 13, on. 1, д. 54, лл. 24, 25.

302 Е. Н. Городецкий. Рождение Советского государства. М., 1965, стр. 434.

303 «День», 1917, 5 октября, № 181.

304 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 2.

305 Там же, т. 34, стр. 205.

306 «Русские ведомости», 1917, 25 октября, № 244.

307 См.: «Новая Русь», 1917, 12 октября, № 27; «Живое слово», 1917, 19 октября, № 119; «Новое время», 1917, 20, 22 октября, №№ 14902, 14904; «Сигнал», 1917, 22 октября, № 1; «Русская воля», 1917, 24 октября, № 252.

308 «Утро России», 1917, 21 октября, № 253.

309 См.: Революционное движение в России накануне Октябрьского вооруженного восстания, стр. 259, 293—294, 329 и др.; Революционное движение в русской армии в 1917 г., стр. 450, 462, 467 и др.

310 Революционное движение в русской армии в 1917 г., стр. 533.

311 «Пролетарий Поволжья», 1917, 8 октября, № 108; «Земля и воля» (Харьков), 1917, 10 октября, № 163; «Интернационал», 1917, 10 октября, № 37; «Вперед!», 1917, 10 октября, № 178; «Известия ЦИК», 1917, 14 октября, № 197; «Знамя труда», 1917, 14 октября, № 44; «Земля и воля» (Москва), 1917, 15 октября, № 163; «Воля народа», 1917, 17 октября, № 146; «День», 1917, 24 октября, № 197; «Новое время», 1917, 25 октября, № 14906, и др.

312 «Дело народа», 1917, 5 октября, № 172.

313 «Народное слово», 1917, 26 октября, № 120.

314 «Земля и воля» (Москва), 1917, 8 октября, № 157.

315 См.: ЦГАОР, ф. 13, он. 1, д. 252, л. 49 об.; ф. 6978, on. 1, д. 1018, дл. 25, 28 и др.; «Известия Всевыборы», 1917, № 10, стлб. 15; № 11, стлб. 16; № 12, стлб. И; № 15, стлб. 31, и др.

316 ЦГАОР, ф. 6978, on. 1, д. 1018, л. 96.

317 Там же, л. 36.

318 «Рабочая газета», 1917, 12 октября, № 184.

319 «День», 1917, 13 октября, № 188.

320 «Дело народа», 1917, 19 октября, № 184.

321 «Русские ведомости», 1917, 12 октября, № 233; «Социал-демократ», 1917, 14 октября, № 183.

322 «День», 1917, 8 октября, № 184.

323 «Русские ведомости», 1917, 13 октября, № 234; «Вперед!», 1917, 14 октября, № 182.

324 «Дело народа», 1917, 27 сентября, № 165; «Известия ЦИК», 1917, 30 сентября, № 185; «День», 1917, 30 сентября, № 177; «Пролетарий Поволжья», 1917, 8 октября, № 108; «Рабочая газета», 1917, 12 октября, № 184; «Петроградский листок», 1917, 12 октября, № 245, и др.

325 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 387.