Содержание материала


1905 год. Пронизывающе-холодный вечер декабря. Лежу в своей комнатушке сильно больной. Температурит... Легкий стук. Энергичным шагом входит Вера Слуцкая (в ноябре 1917 года она погибла под Питером от казачьей шрапнели).

— Идемте со мной. Крайне важное дело.

—     Болен.

—     Надо идти.

...В центре города, вблизи Невского — редакция «Новой жизни». Несколько человек в небольшой комнате у стола. В кресле перед ним — Ленин:

—   Восстание в Москве ширится. Рабочие побеждают. Николаевская дорога бастует, хотят поставить военных железнодорожников. Нельзя допустить посылки войск из Питера. Надо поддержать Москву.

Кто-то предлагает:

—     Нужно подорвать пути, задержать эшелоны.

Ильич:

—     Правильно. Это надо сделать. Но этого недостаточно.

Новый голос:

—     Устроим революционную улицу. Соберем, что есть вооруженного, захватим определенный квартал. Забаррикадируемся. Оттянем на себя силы.

—     Нет,— говорит Ильич,— это — тактика отчаянья. Нужно не терять связи с массами. Этим не помешаем посылке войск. Не успеем упрочиться, как разобьют... Но что скажут наши военные?

Тов. Ногин и я сообщаем: матросы разоружены, в Петропавловке связи недостаточны, но дезорганизовать возможно; гвардейцы пойдут за начальством. Армейцы, железнодорожный батальон и саперы настроены хорошо.

Ильич:

—     А пойдут они на отказ заменять бастующих?

Ногин уверенно:

—     Да!

Решено. Железнодорожный батальон и саперы должны начать,— захватить склады оружия на Охте (здесь они стоят), передать оружие организованным рабочим, что будут двинуты с митингов. Укрепиться на Выборгской стороне, связь держать с Финляндией. Я, как бывший офицер, должен принять командование. Начало — рано утром.

Прошла ночь,— утро. Никто не пришел, как было условлено, за мной. После узнал,— солдаты отказались выступить.

У великой могилы М., 1924. С. 291