Содержание материала


Связь с национальными республиками и регионами. Образование СССР

В исторических решениях X и XI съездов партии по-марксистски, по-ленински учтены изменения в исторических условиях — перехода от Гражданской войны к мирному строительству, и сделаны соответствующие выводы о партийном и советском строительстве на основе развития внутрипартийной и рабочей демократии и усиления связей между ЦК и местами и мест с Центром.

Съезды указали на опасности и трудности, стоящие перед партией, и потребовали от всех местных партийных организаций крепить единство партии, очищать ее ряды, бороться с упадническими настроениями, с капитулянтами и укреплять идейно и организационно партию и ее местные организации.

Центральный Комитет РКП(б) после XI съезда сосредоточил особое внимание и усилия на организации систематической и более глубокой связи и руководстве окраинными организациями, в особенности партийными организациями национальных областей и республик. Конечно, ЦК и до XI съезда занимался ими; тов. Ленин сам уделял им свое внимание и заботу, занимался ими и его ближайший помощник народный комиссар по национальным делам, член Политбюро тов. Сталин, а также после X съезда и секретарь ЦК тов. Молотов.

Я хорошо знаю по работе в Туркестане, какую партийную, политико-экономическую, военную, организационную помощь оказывали ЦК и лично тов. Ленин большевикам, рабочим, революционным трудящимся массам и органам Советской власти Туркестанской Советской Республики в их самоотверженной, героической борьбе за само существование и становление Советской власти. С ликвидацией блокады Туркестана ЦК РКП(б), Совнарком республики, Ленин усилили свою помощь Туркестанской республике в успешном завершении военной победы, в преодолении хозяйственной разрухи, голода и сплочении народов и наций Туркестана вокруг партии.

Однако трудности, голод и разруху не так легко было ликвидировать, прежде всего потому, что военное сопротивление остатков колчаковско-дутовской белогвардейщины продолжалось. Агенты и военная помощь иностранных империалистов подымали кулацкие, байские, феодальные контрреволюционные националистические силы против Советской власти, организовывая бандитские выступления, в особенности басмачество. В 1920 году центром английской империалистической разведки, ее военных сил стала Бухара с реакционным эмиром во главе. Свергнутый своим революционным народом эмир, его приспешники под руководством агентов империализма организовали новые басмаческие банды в Восточной Бухаре и оживили, активизировали басмачество в Фергане и других районах Туркестана. Басмачи захватывали районы, железнодорожные станции, предприятия, села-кишлаки, разрушая их и грабя население не только русское, но и своих национальностей; они убивали партийно-советских работников, рабочих и их семьи. С басмачами вели борьбу не только красные войска, но и отряды самого коренного населения, особенно рабочих, ядром которых были коммунисты и комсомольцы.

Выезжая на места как член Туркбюро ЦК РКП(б) и член Реввоенсовета Туркестанского фронта, я видел, как героически боролись лучшие сыны народа, рабочего класса и нашей Великой партии. Я видел и крупные недостатки в работе, в том числе в партийной — слабость партийных органов, в том числе областных комитетов, которым в условиях военных действий не удавалось наладить систематические партийные связи с нижестоящими организациями и руководство ими. Видел и то, что, потеряв в этой сложной войне с басмачами немало замечательных коммунистов, в рядах партии наряду с хорошими коммунистами осталось много чуждых партии людей. Естественно, что Туркбюро ЦК, ЦК Компартии Туркестана принимали необходимые меры организационного и пропагандистского характера по усилению партийной работы, очистке партии и вовлечению в нее новых лучших людей рабочего класса. Проведенная после X съезда чистка серьезно оздоровила ряды партийной организации, освободив ее от примазавшихся карьеристов, жуликов, взяточников, бывших царских чиновников, проводивших вместе с бывшими переводчиками из местного населения старую колониальную, угнетательскую практику, — было вычищено более 10 тысяч из имевшихся 40 тысяч членов партии.

После XI съезда ЦК РКП(б), обсудив положение в Компартии Туркестана, решил провести дополнительную чистку, в результате которой было исключено из партии еще 4 тысячи, а всего было вычищено 14 тысяч. Это укрепило партию в Туркестане, и особенно в Бухаре и Хиве, открыло путь к вступлению в ее ряды лучших людей рабочего класса и революционного декханства, в особенности из Союза бедноты.

Героической борьбой нашей славной Красной Армии под руководством Ленина и талантливым командованием тов. Фрунзе ко второй половине 1920 года были разгромлены вражеские силы Семиреченского и Закаспийского фронтов Туркестана. Но оставалось неразгромленным басмачество, особенно вновь вспыхнувшее после революционного свержения эмира Бухарского и хана Хивинского.

ЦК РКП(б) и лично Ленин глубоко понимали, что победа над басмачами требует не только новых военных усилий, но и ряда хозяйственно-экономических, организационно-политических мероприятий, в первую очередь ликвидации имеющихся недостатков и ошибок в работе и в политическом поведении коммунистов по отношению к туземным народам, особенно в деревне. Я помню, как в беседе со мной перед моим отъездом в Туркестан тов. Ленин особенно подчеркивал задачу проникновения Советов и организации их работы по объединению декхан в самых глубинных пунктах — кишлаках и аулах Туркестана.

Для Ленина это был вопрос, связанный со всей программой и тактикой Коминтерна в борьбе народов Востока за свое национальное и социальное освобождение от империализма. Именно опираясь на опыт российской пролетарской революции и, в частности, Туркестана, Ленин развил на II конгрессе Коммунистического Интернационала свое гениальное положение о том, что и там, где еще нет капитализма, а существуют еще докапиталистические отношения, можно и нужно вовлекать отсталые массы крестьянства в систему советских организаций, постепенно переводя эти народы к социализму, минуя капиталистическую стадию развития. Разумеется, подчеркивал всегда Ленин, теоретическая возможность сама по себе не превращается в действительность. Для этого необходимо вести борьбу не только с прямым классовым врагом — империализмом, но и с его прихвостнями — буржуазно-националистическими шовинистами всех мастей, поддерживая истинно революционные освободительные движения, организуя Советы в самом низу и объединяя в них широкие массы трудящихся крестьян и тружеников. Больше того, Ленин — в первую очередь он — особенно видел, что даже среди коммунистов — членов такой революционно-интернационалистской партии, как наша, имеются люди, допускающие колонизаторский, великодержавный подход к местным национальностям, в особенности в Туркестане, а также имеются и националисты из местных национальностей, зараженных буржуазным национализмом, направленным против интернационального единства рабочего класса. Именно поэтому Ленин и ЦК РКП(б) никогда не ограничивались в своем руководстве «чисто» организационными указаниями, а всегда прежде всего ставили вопрос принципиально-политический. В важнейшем решении ЦК, принятом по предложению Ленина 29 июня 1920 года, об основных задачах РКП(б) в Туркестане подчеркнуто, что основными задачами Коммунистической партии и органов Советской власти в Туркестане являются устранение, изжитие, ликвидация тех неправильных отношений, которые создавались десятилетиями между пришлым европейским населением и народами коренных национальностей, населяющих веками Туркестан, сложившихся в результате пятидесятилетней колониальной политики царского правительства в Туркестанском крае, с одновременной постепенной ликвидацией патриархально-феодального наследия, сохранившегося еще глубоко в общественных отношениях местного коренного населения. В этом постановлении ЦК РКП(б) дана программа — план практических мероприятий, обеспечивающих осуществление указанной принципиальной линии партии. Для обеспечения ее выполнения тем же постановлением учреждено, наряду с существовавшей Туркомиссией ВЦИК и СНК, Туркестанское бюро ЦК РКП (б). Немало было сделано этим бюро и ЦК Компартии Туркестана, органами Советской власти Туркреспублики, в частности, по возрождению хлопководства и организации низовых первичных Советов депутатов в кишлаках, аулах, районах и уездах. Было бы, однако, неправильно думать, что решение ЦК было полностью выполнено как по линии Советов, так и по линии партийной работы, которая отставала от потребностей и от общепартийного уровня. Это было особенно опасно в наступившем новом этапе новой экономической политики, принесшей наряду с положительными и много отрицательных явлений, особенно в отношении к нуждам трудящейся бедноты.

В августе 1921 года тов. Ленин пишет письмо туркестанским коммунистам, в котором особенно подчеркивает и требует от них усиления внимания и заботы к нуждам трудящихся, бедноты, особенно коренных национальностей. На этом новом этапе ЦК РКП(б) вновь дает принципиально-политическое и практическое направление коммунистам Туркестана.

В письме ЦК (январь 1921 года), написанном тов. Сталиным и одобренном Лениным, ЦК РКП(б) писал, что линия намеченной и проводимой национальной политики в Туркестане ни в какой степени не изменяется так называемым «новым курсом» экономической политики. ЦК подчеркивал в своем письме, что глубоко ошибочными и совершенно поверхностными являются выводы тех товарищей, которые считают, что проведение новой экономической политики в Туркестане должно повести к пересмотру земельной политики Советской власти, к пересмотру Семиреченской земельной реформы, возвратившей киргизскому населению захваченные у него земли. Эти выводы, заявляет ЦК, суть старое колонизаторство под новым флагом, совершенно ложное, приписывающее Советской власти готовность вернуть киргизов в кабалу фермеру-кулаку. Это важнейшее указание ЦК РКП(б) лежало в основе той борьбы, которую проводило Туркбюро ЦК РКП(б), переименованное потом в Средне-Азиатское бюро в Туркестане, исправляя ошибки, допускавшиеся и некоторыми членами Туркбюро (Томским, Петерсом и Сафаровым) в сторону перегибов, задевавших и середняцкие элементы русского крестьянства. Давая отпор великодержавному колонизаторскому уклону, ЦК РКП(б) в указанном письме дает указания о борьбе с местным национал-уклонизмом, пытавшимся прикрыться новой экономической политикой. В письме ЦК было указано, что проведение новой экономической политики в Туркестане совершенно не означает предоставления свободного действия туземному торговому и денежному капиталу и «права» экономического закабаления и политического подчинения себе трудящихся масс полупролетариев и пролетариев Туркестана. Новая экономическая политика в Туркестане, пишет ЦК, означает предоставление мелкому земледельцу и ремесленнику большей доли произведенных ими продуктов в свободное их распоряжение, означает большую свободу обмена торгового оборота, точное ограничение налогов, повинностей, взимаемых в пользу Советского государства. Но, пишет ЦК РКП(б), одновременно с мерами по упрочению — расширению рыночного товарооборота советская экономическая политика в Туркестане должна обеспечить осуществление мер поддержки трудового землероба и хлебороба, кустаря, гончара или кожевника и тому подобного против торгового капитала, через экономическую поддержку кооперации трудящихся во всех ее видах. В письме с особой силой подчеркивается, что органы Советской власти должны не только и тем более не формально применяться к законам рынка, а организовывать в кооперацию и экономически помогать мелким производителям, давая им выход, избавляющий их от капиталистической кабалы, найти в них верных союзников партии и пролетариата.

Письмо ЦК не ограничивается этими общими указаниями, а, развивая решения X съезда по национальному вопросу, принятые съездом по докладу тов. Сталина, указывает конкретные хозяйственно-экономические задачи в Туркестане: о восстановлении площади посевов на поливных землях, расширении площади богарных посевов, возрождении и развитии хлопковой культуры, исправлении в первую очередь действующей оросительной, ирригационной системы, восстановлении скотоводства и так далее.

ЦК требует поддержки кустарного производства, оборудования крупных промышленных предприятий, организации товарооборота через посредство кооперативов и так далее.

Это была программа на ряд лет, которая легла в основу всей дальнейшей работы Туркестанской парторганизации, руководящих органов — обкомов, ЦК Компартии Туркестана, Туркбюро, ЦК РКП(б), в работе которого необходимо особо отметить роль тов. Куйбышева В. В. и органов Советской власти; за ее выполнение боролись вся парторганизация Туркестана и передовые люди рабочего класса и революционного декханства.

Однако общая отсталость края, особенно слабость местных кадров, приводила к отставанию парторганизации от общего уровня партийной работы во всей партии. Такое отставание было особенно опасно и вредно на новом этапе после XI съезда. Поэтому ЦК РКП(б), его Секретариат, его аппарат, в первую очередь Организационно-инструкторский отдел, организовали проверку исполнения решений ЦК и резолюций XI съезда партии по областям Туркреспублики. По данным Оргинструкторского отдела ЦК установил состояние партийной работы в пяти областях, входивших в Туркреспублику: Ферганской, Сыр-Дарьинской, Самаркандской, Закаспийской и Семиреченской (Алма-Атинской с центром, называющимся тогда Верный). ЦК РКП(б) объективно, с ударением на недостатки, оценил состояние партийной работы. ЦК указал на неблагоприятные условия работы в каждой из указанных областей, мешавшие ЦК КПТ осуществлять систематическое партийное руководство: непрерывные военные действия в Ферганской области, срывавшие мероприятия ЦК КПТ и обкома по установлению связи с низовыми парторганизациями и руководство ими в Семиреченской области. Кроме этого, были еще и, так сказать, естественные условия оторванности (отсутствие железной дороги, тем более авиации, автомобилей и автомобильных дорог — езда «гужом»). А главное, по всем областям — слабость кадров, а порой почти полное отсутствие мусульманских коммунистических работников, хорошо знакомых с местными условиями и языком узбеков, киргизов и казахов, туркмен и таджиков. В 1922 году ЦК РКП(б) вновь уделил большое внимание этой, одной из крупнейших национальных организаций — Туркестанской. После обследования работы парторганизации Туркестана и проверки исполнения решений XI съезда партии ЦК РКП(б) заслушал доклад Средне-Азиатского бюро, председателем которого был тогда тов. Рудзутак, установил наличие все еще значительного отставания партийной работы в Туркестане. Моя прежняя работа в Туркестане не только не помешала мне как заворгинструктору ЦК объективно критически и самокритически подойти к вскрытию все еще имеющихся недостатков и слабостей, а помогла, вооружила меня лучшим знанием положения в областях Туркестана, чтобы конкретнее помочь ЦК РКП (б) сформулировать, указать на недостатки и наметить задачи по их дальнейшему исправлению.

В 1922 году Центральный Комитет РКП(б) уделял большое внимание закавказским партийным организациям — Грузинской, Азербайджанской и Армянской.

Закавказские парторганизации, в основе своей идеологически и организационно здоровые, успешно преодолевали трудности, недостатки, ошибки и шатания в собственной среде. Эти ошибки особенно проявились в среде большевиков после прихода к власти, когда возникла необходимость определить линию руководства государственным строительством. Именно в этот период особенно ярко проявился так называемый национал-уклонизм внутри партии, скатывавшийся тогда уже на путь меньшевизма, муссаватизма и дашнакцутюнства, а позднее на путь троцкизма (а в дальнейшем развитии некоторые скатились даже на путь фашизма). Мертвый меньшевизм, который в Грузии был в свое время силен, хватал живого. Мертвые меньшевики тащили за собой, в частности в национальном вопросе, живых национал-уклонистов. Их питательным источником были многочисленные мелкобуржуазные, чуждые партии непролетарские элементы, которые были в составе коммунистических партий. ЦК РКП(б) и Закавказский краевой комитет, занимаясь вопросами укрепления парторганизаций Грузии, Азербайджана и Армении, обратили в первую очередь свое внимание на вопрос о составе парторганизаций. В Грузии, например, из 18 тысяч членов партии было всего 13 % рабочих, остальные — служащие, крестьяне и ремесленники. Поэтому была поставлена задача сокращения парторганизации процентов на 30 за счет непролетарских элементов с одновременным увеличением количества вновь принимаемых рабочих. По проведенной чистке членов компартии Грузии во второй половине 1921-го и первой половине 1922 года было вычищено четыре с лишним тысячи человек, а во второй половине 1922 года и первой четверти 1923 года еще 6 с лишним тысяч. В марте 1923 года Компартия Грузии имела около 11 тысяч членов, в том числе рабочих было уже 17 с лишним процентов. Ленин считал необходимым, учитывая условия хозяйственной разрухи и капиталистического окружения, образовать федерацию закавказских республик. В одном из писем Ленин требовал вдумчивого, неторопливого подхода к этому делу, требующего нескольких недель, а после учета мнения тов. Сталина и нескольких месяцев подготовки. В конце 1921 года Закавказское бюро ЦК с участием командированного ЦК РКП(б) представителя ЦК тов. Молотова приняло постановление об организации Федерации закавказских республик. Против этого в 1922 году развернули кампанию национал-уклонисты. Даже после обсуждения вопроса на Пленуме ЦК РКП(б), отвергнувшего все их предложения, подтвердив необходимость создания федерации, они не остановили своей борьбы. Надо подчеркнуть, что их фактически тогда уже поддерживал Троцкий, и это их подбадривало в их подрывной работе. Они противопоставили ЦК Грузинской компартии Заккрайкому и даже кратковременно добились большинства в ЦК Грузии. Это большинство было недолговечным. Уже в марте на съезде Компартии Грузии это большинство было провалено: за его линию голосовало немногим более 10 % делегатов — громадное большинство съезда по-ленински поддержало Закавказский краевой комитет.

ЦК РКП(б) в течение почти всего 1922 года занимался вопросами Закавказья, в особенности Грузии. Кроме Молотова, в Грузию выезжала комиссия ЦК в составе товарищей Дзержинского, Мануильского и Мицкевича-Капсукаса. По ее докладу и предложению ЦК одобрил линию Заккрайкома, предложив ЦК Грузии точно выполнить директивы и решения Заккрайкома. На съезд Грузинской компартии ЦК вновь командировал членов ЦК товарищей Куйбышева и Каменева, которые установили, что прежний состав ЦК Компартии Грузии допустил серьезные национал-уклонистские, антиинтернационалистские ошибки не только в коренном вопросе о Федерации закавказских республик, но и в других крупных принципиально-политических вопросах, особенно в вопросе о борьбе с остатками меньшевизма, проведения аграрной революции в деревне. Пленум ЦК РКП(б), обсудив положение, признал необходимым обратиться с письмом к коммунистам Закавказья, в котором значительное место занимало освещение положения в Грузии. В этом письме Центральный Комитет указывал, что основным организационным лозунгом нашей партии в переживаемый момент является единство партии. В особенности, писал ЦК, это единство необходимо в Закавказье, перед лицом грозящей опасности империалистического вторжения. ЦК указывал, что Закавказье, являясь крестьянской страной, в которой отсутствуют широкие пролетарские массы, кроме Баку, требует от компартий особого внимания и осторожности к элементам, зараженным националистическими пережитками мелкобуржуазных масс. В то же время нужно проявлять активность в деле вовлечения широких масс в общее русло советского строительства. Ошибки в этом деле могут повлечь за собой отрыв мелкобуржуазных, крестьянских и интеллигентских слоев от Советской власти. Ошибки могут бросить их в Азербайджане в сторону панисламизма и пантюркизма, а в Грузии и Армении — в сторону Антанты. ЦК с особой силой подчеркнул, что борьба за укрепление национального мира и братской солидарности трудящихся Закавказья является по-прежнему важнейшей задачей коммунистических партий и их руководящих работников. ЦК подчеркнул необходимость прекращения групповой борьбы, склок, а тем более принципиально-политической борьбы, разрушающей единство партийных рядов, предупредив о применении к группировкам и фракционерам предусмотренного решениями X и XI съездов исключения из партии. Столь же подробно ЦК рассматривал и состояние парторганизаций в Азербайджане и в Армении. В результате усилий ЦК РКП(б), Заккрайкома, вновь избранного ЦК Грузинской компартии и громадного большинства грузинских большевиков Компартия Грузии успешно преодолела сопротивление остатков контрреволюционного меньшевизма, укрепила Советскую власть в Грузии, и как истинные марксистско-ленинские интернационалисты вместе с другими республиками Закавказья создали Закавказскую федерацию, активно участвуя в создании единого Союза социалистических республик.

На Украине борьба за Украинскую Советскую Социалистическую Республику получила наибольшую остроту, потому что иностранные империалисты — немецкие и антантовские, русские белогвардейцы-деникинцы опирались на коварного врага народа украинского — на националистически настроенную кулацко-буржуазную Раду, на петлюровщину. Петлюровщина была коварна, лицемерна и продажна. Оперируя лозунгами независимости и национальными правами украинского народа, она на деле с самого начала поставила провозглашенную ими «незалежну Украшу» в полную зависимость от империалистических стран — вначале немцев, а потом Антанты. Маскируясь под «друзей народа» и даже назвав свою власть «Украинская Рада», то есть Совет, они громили истинные Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Будучи кулацко-буржуазной властью, они выступали против аграрной революции, защищали помещиков от крестьянской бедноты и капиталистов от рабочих, выступая единым фронтом с буржуазными националистами других наций — еврейским сионизмом, польским шовинизмом и прочими.

Несмотря на неоднократно заявленную волю Советского правительства РСФСР во главе с Лениным к признанию украинского государства, к миру с ним, при его отказе, конечно, от союза с Деникиным, с помещиками и капиталистами, петлюровская Рада выступила войной против российских советских народов.

Великая заслуга большевиков Украины состоит прежде всего в том, что они под руководством Ленина и ЦК РКП(б) сумели разоблачить перед украинским трудовым народом украинских националистов. Разумеется, что Ленинскую позицию в национальном вопросе большевики Украины, как и в Закавказья, завоевали в острой и принципиальной борьбе с немалым количеством уклонистов внутри партии, извращавших Ленинскую национальную политику. Были в Коммунистической партии большевиков Украины и общеоппозиционные группировки и по всем другим вопросам политики и организационного строительства — троцкисты, «Рабочая оппозиция», «Демократический централизм» и прочие отрыжки меньшевистского оппортунизма, выступившие еще в профсоюзной дискуссии против Ленинской линии и имевшие своих представителей, порой в солидном количестве, на съездах и конференциях КП(б) Украины, на которые ЦК РКП(б) посылал своих представителей для борьбы с ними и правильного направления путей КП(б)У. Одним из ведущих представителей ЦК РКП(б) был член Политбюро тов. Сталин И. В. Но к X, особенно к XI съезду РКП(б) Ленинцы в украинской партийной организации успешно разбили эти оппозиционные группы, завоевав прочное большинство, стоявшее на позициях Ленинизма.

Это укрепило и организационно партийные организации Украины, поэтому ЦК РКП после XI съезда не приходилось принимать экстраординарных организационных мероприятий.

В этот период обстановка работы на селе все еще оставалась сложной. В ряде уездов на селе оперировали бандитские шайки, хотя в большинстве уже выродившиеся в чисто уголовные. На основе новой экономической политики усиливался процесс дифференциации, укрепления позиции кулака и рост его попыток легального врастания в Советы и в Советский аппарат, ослабляя позиции партии и ее опоры — бедноты (незаможних крестьян). В этих условиях ЦК РКП(б) и ЦК КП(б) Украины поставили задачей парторганизации укреплять политическую власть Советов в деревне, не допуская проникновения кулаков и богатеев в Советы; активно содействовать поднятию, развитию и качественному улучшению сельского хозяйства на основе НЭПа, подготовлять его к постепенному переходу к более высоким кооперативно-колхозным формам обработки и пользования землей; всемерно улучшая быт и поднимая культуру села, сохранять и укреплять комитеты бедноты — комнезамы, памятуя, что сельскохозяйственные пролетарии и комнезамы, укрепляя союз со средним крестьянством, будут в дальнейшем главной опорой партии в борьбе с нарастающим кулачеством. По работе в рабочих районах Украины — обстановка также была нелегкой: промышленность Украины не была еще восстановлена и находилась в тяжелом состоянии; остро складывались вопросы своевременной выплаты и без того пониженной заработной платы. Из-за финансовых затруднений задолженность хозорганов рабочим была большая, можно сказать, громадная, вследствие этого материальное положение рабочих и коммунистов было тяжелым. От партработников, от всех коммунистов требовалась исключительная стойкость, выдержка и самоотверженность для ведения партийной, агитационно-пропагандистской, организаторской, профсоюзной работы в массах, да и в укреплении и поддержании духа внутри самой парторганизации, тем более что и в рядах коммунистов были нестойкие товарищи, поддававшиеся упадничеству, были и оппозиционные оппортунисты, сеявшие панику капитулянтства. Поэтому была поставлена задача усиленной подготовки кадров, подбирая стойких товарищей для направления их в рабочие производственные ячейки. Одновременно, не дожидаясь окончания их подготовки, подобрать марксистски грамотных товарищей и прикреплять их к производственным ячейкам.

Между Закавказьем и Украиной лежит крупный и важный край — Юго-Восточный, или, как теперь его называют, Северо-Кавказский. Ввиду его сложности и важности ЦК РКП(б) учредил там Юго-Восточное, а потом Северо-Кавказское бюро ЦК РКП(б) с центром в Ростове-на-Дону. Это краевое бюро объединяло губернские парторганизации: Донскую, Ставропольскую, Кубано-Черноморскую, Терскую и ряд таких национальных областей и автономных республик, как Дагестанская, Кабардино-Балкарская, Северо-Осетинская, Чеченская, Ингушская, Карачаевская. После XI съезда партии ЦК РКП(б) заслушал доклад Юго-Восточного бюро ЦК тов. Ворошилова К. Е. (тов. Микоян стал руководителем бюро несколько позже). Прежде всего был обсужден вопрос о самом существовании Юго-Восточного бюро ЦК, так как группа делегатов XI съезда, а позднее и другие товарищи из некоторых губерний Северного Кавказа поставили вопрос о ненужности краевого центра на Северном Кавказе. Помню, когда тов. Сталин, а также тов. Молотов вызвали меня и спросили мнение Организационно-инструкторского отдела ЦК по этому вопросу. После краткого изучения вопроса я твердо ответил, что считаю это требование местных губернских товарищей неприемлемым; товарищи Сталин и Молотов поддержали мое замечание, что у некоторых товарищей это является проявлением известного местничества, нежелания иметь непосредственного представителя ЦК РКП(б) по конкретной проверке исполнения решений съезда и ЦК.

Дальнейшее изучение края и разработка необходимых мер, произведенные аппаратом ЦК и рассмотренные Оргбюро ЦК, полностью подтвердили правильность указанного решения ЦК.

При всех недостатках, которые приходилось отмечать в работе Юго-Восточного бюро, особенно в первый период, его сохранение и работа полностью себя оправдали. Известно, какая жестокая гражданская война происходила в этом крае, какое сопротивление Советской власти оказало контрреволюционное казачество — корниловцы, калединцы, красновцы, деникинцы (были, конечно, и революционные казаки, но их было меньшинство) и какие разрушения хозяйства края были результатом белобандитства, активно поддержанного иностранными империалистическими интервентами. Неурожай 1921 года еще более подорвал хозяйство края и нормальную жизнь края. В 1921 году и зимой 1922 года все еще действовали разные бело-зеленые банды, главным образом из части коренного казачества; осложняло положение и наличие различных враждующих между собой племен разных малых национальностей — все это при наличии малочисленного пролетариата создавало и усугубляло трудные условия работы партийных организаций.

Во второй половине 1922 года положение несколько улучшается — хороший урожай и его реализация улучшили настроение крестьян и трудового казачества, уменьшился, а в ряде районов ликвидирован бандитизм, улучшилось и материальное положение — снабжение рабочих городов.

Как и Дагестанской парторганизации, Краевое бюро и ЦК РКП(б) оказывали помощь всем организациям национальных областей и республик: Кабардино-Балкарской, Северо-Осетинской, Карачаевской, Чечено-Ингушской, Калмыцкой, — которые испытывали значительные трудности в строительстве своих национальных очагов культуры, государственности и хозяйства. Надо сказать, что их представители были хотя и менее активны, чем дагестанцы, но проявляли настойчивость в отстаивании своих интересов, вплоть до драк между собой, которые Крайбюро ЦК приходилось разбирать и улаживать. Приезжали они в Москву, бывали в ЦК на приемах у секретарей ЦК, в том числе у товарищей Сталина, Молотова, и в первую очередь попадали в Оргинструкторский отдел — к его заведующему тов. Кагановичу. В ЦК РКП(б) они встречали и критику, и помощь, и внимание, и заботу как равноправные члены Великой семьи освобожденных народов Советской республики.

ЦК усиленно занимался и так называемыми нацменами, то есть теми национальными меньшинствами, которые в силу сложившихся исторических условий, временных или длительных, не были объединены единой территорией и государственным объединением, а были разбросаны по всем губерниям, областям и республикам. Это были евреи, поляки, татары, мордвины, чуваши и другие, а также временно лишившиеся своих территорий: латыши, литовцы и эстонцы, интересы которых необходимо было обеспечить, помогая им обустраиваться в бытовом, хозяйственном и культурно-политическом отношении. На местах еще со времен Наркомнаца, когда наркомом был тов. Сталин, были образованы специальные отделы в ряде губисполкомов, были соответствующие работники и в парторганизациях. В ЦК были национальные секции, у них были свои органы печати на своих языках, кадры организаторов и пропагандистов и тому подобное.

ЦК устанавливал недостатки в работе среди нацменьшинств, указывал на них местным организациям и требовал усиления работы среди национальных меньшинств. Не было ни одного периодического отчета ЦК, в котором бы не освещалась практика проведения национальной политики, в том числе и по работе среди нацменьшинств.

Каждый работник национальной республики, области, округа или секции, приезжая в Москву, мог прийти в свой ЦК партии и всегда получал достойный прием, совет и помощь у Секретариата ЦК и лично Генерального секретаря ЦК тов. Сталина, а также секретарей ЦК товарищей Молотова, Куйбышева, Андреева, когда он стал секретарем, в Организационно-инструкторском отделе ЦК, и без фальшивой скромности скажу, и мне, как его заведующему, приходилось им уделять не просто внимание, но и практические усилия для продвижения, решения их вопросов.

Одним из крупнейших промышленных центров страны был Урал. Урал был в то же время и серьезным земледельческим районом, поэтому ЦК придавал большое значение Уральской парторганизации. После XI съезда ЦК счел нужным укрепить Уральское бюро ЦК и ввел в него товарищей Голощекина, Харитонова, Бела Куна, Ломова и других.

Известно, какую большую героическую роль сыграли рабочие и коммунисты Урала в борьбе за Советскую власть в войне с Колчаком и затем как резервуар и боевой тыл в борьбе с Деникиным. К концу Гражданской войны при переходе к новой экономической политике промышленность была в тяжелом состоянии, да и сельское хозяйство было разорено. К тому еще прибавлялись беспрерывные конфликты в земельных отношениях, особенно на границе с Башкирией, принимавшие зачастую характер острой национальной вражды. В 1922 году политического бандитизма на Урале не было, но был распространен уголовный бандитизм, подгоняемый отчасти голодом. Вследствие всего этого настроение в деревне все еще было неустойчиво, его подогревали эсеры, используя кулаков и остатки колчаковцев.

Хотя и здесь работа антисоветских партий меньшевиков и эсеров в первый период не всюду встречала активное противодействие, однако в промышленных центрах рабочие занимали твердые позиции поддержки партии и Советской власти.

В 1922 году принципиальных антипартийных группировок и острой борьбы не проявлялось. С мая и «мясниковщина» в Пермской организации себя перестала проявлять. Можно сказать, что организации Урала окрепли, но в ряде мест отрицательные явления в партийной жизни, в связи с НЭПом, продолжались. Это находило свое выражение в непонимании частью коммунистов смысла НЭПа и даже у части несогласие с новой экономической политикой: в поисках путей и средств личного обеспечения, вызываемых отчасти тяжелым материальным положением, в тяготении к личному хозяйству, в том числе к домику, корове и тому подобное, чем заражены были отчасти и некоторые уездные и даже губернские работники, не говоря уже о крестьянских коммунистах, значительная часть которых была увлечена развитием и укреплением своего хозяйства. В тесной связи с этим имело место местничество, недружелюбное отношение к приезжим работникам и известная замкнутость засидевшегося ядра местных работников.

Отмечено развитие пьянства среди части руководящих работников Челябинской и Тюменской организаций.

Роста парторганизаций на Урале почти не было, выходы из партии хотя и сократились в последнее время, но все еще продолжались, уходили не только крестьяне, но и некоторые рабочие коммунисты (даже в Екатеринбургском уезде за январь — июнь 1922 года вышло 217 человек).

ЦК обратил свое особое внимание на важнейшее звено в цепи уральских парторганизаций — на крупнейшую Екатеринбургскую губернскую организацию.

Оргбюро ЦК вынесло соответствующее постановление по усилению работы в низовых организациях — ячейках. Для организационного обеспечения его выполнения признали необходимым заменить секретаря Екатеринбургского губкома новым, более сильным партработником.

Что касается самого Уралбюро, то ЦК рекомендовал созвать Уральское областное партийное совещание в Екатеринбурге и командировал на это совещание в качестве представителей ЦК РКП(б) секретаря ЦК тов. Андреева А. А. и заведующего Оргинструкторским отделом ЦК тов. Кагановича Л. М.

В более сложных условиях протекала работа партии на Дальнем Востоке. Затянувшаяся японская оккупация Хабаровского края и Приморской области заставила парторганизацию работать в этих областях нелегально, героически борясь за восстановление Советской власти на всем Дальнем Востоке. В процессе борьбы парторганизация поддерживала связь с Советской Россией — с ЦК РКП(б), руководствуясь его указаниями и осуществляя руководство коммунистами, осуществлявшими власть в правительстве Дальневосточной республики. 1922 год принес нам большой успех и победу на Дальнем Востоке — занятие 14 февраля народной армией Хабаровска обеспечило дальнейший полный разгром белогвардейских банд. Япония, учитывая это и упрочившееся международное положение Советской республики, вынуждена была начать переговоры об эвакуации своих войск с Дальнего Востока и освобождении русской территории от оккупации. Как обычно, Япония затягивала переговоры, и дошло даже до временного их перерыва. Но когда народная Красная Армия героически окончательно разгромила белые банды и вода подошла к горлу оккупационных войск, Япония вынуждена была уйти восвояси — войска народной армии ДВР заняли Владивосток. Владивосток, как гордо и радостно заявил Великий Ленин, стал нашинским!

Народное собрание ДВР 14 ноября 1922 года распустило себя и правительство, создав Революционный комитет (ревком) для организации органов Советской власти на Дальнем Востоке. Народное собрание заявило о полном признании Конституции и всех законов РСФСР, распространило их на всю территорию Дальнего Востока и объявило о полном своем присоединении к Российской Федеративной Советской Социалистической Республике. Таким образом, границы РСФСР передвинулись и вновь подошли к берегам Великого Тихого океана, за исключением Сахалина, который теперь тоже дожидался своего часа освобождения, чтобы стать советским. Под руководством Дальневосточной большевистской организации рабочие, крестьянское и трудящееся население с энтузиазмом начало создавать Советы и организовывать органы Советской власти. Дальбюро ЦК РКП(б) развернуло свою деятельность в Хабаровской и Приморской областях и осенью 1922 года уже руководило Прибайкальской, Забайкальской, Амурской, Приамурской, Хабаровской и Приморской областными организациями партии, а также парторганизациями полосы отчуждения КВЖД. Перед Дальбюро ЦК стояли новые большие задачи. ЦК послал туда ответственного инструктора ЦК тов. Кубяка (который потом, через некоторое время, был нами выдвинут и назначен секретарем Дальбюро ЦК РКП(б).

Тов. Кубяк как инструктор ЦК помог самому Дальбюро прежде всего точно учесть членов партии и ячейки, объединяющие их. Конечно, перед организацией, приступившей с таким запозданием к организации Советской власти, к большой работе по сплочению коммунистов, стояли большие и трудные задачи. Помню, как мы осторожно, бережно, я бы сказал, с душевной мягкостью подходили в ЦК, в Оргинструкторском отделе к критике недостатков, давая им советы и оказывая Дальбюро и всем организациям всяческую помощь, в первую очередь кадрами, хорошими партийными и советскими работниками. По указанию секретарей ЦК товарищей Сталина и Молотова Оргинструкторский и Учетно-распределительный отделы подбирали таких работников, которые не только сами могли бы работать, но умели бы учить местных работников, которых надо выдвигать и подготовлять. Конечно, в первый период были прорехи в дисциплине, неисполнительность, но главным была недостаточность воспитания партийного, марксистско-ленинского и практически делового.

Должен сказать, что Дальний Восток и его партийные организации были и оставались всегда на протяжении длительного периода предметом особой душевной заботы нашего Центрального Комитета и Советского правительства.

В наш обзор и оценку не входят наши славные столицы — Москва и Петроград, потому что отношение ЦК и связи с этими столичными организациями строились не на единовременных обследованиях или их отдельных докладах, а на повседневной политической и организационной связи ЦК и руководстве ими.

Еще не написана могучая музыкальная «оратория» о том, как шли большевики Москвы и Петрограда в глубины России для ее социалистической перестройки. Но она живет в сердцах народа, пролетариата, который от души говорит: слава большевикам Москвы, Петрограда и других промышленных центров страны, которые по зову ЦК, по зову Ленина уезжали в самые далекие, глубинные районы на борьбу с белыми агентами империализма, с саботажниками, спекулянтами, купцами, кулаками, со всеми классовыми врагами социализма, — за успешное, правильное партийное и советское строительство, за диктатуру пролетариата, за построение социализма во всей Великой России — Советском Союзе вплоть до самых отсталых его уголков!

В течение 1921 года укрепились связи Москвы как центра РСФСР с независимыми республиками и с автономными республиками и областями.

Связь с органами РСФСР в области хозяйства и культуры вместо эпизодической становилась все более и более систематической и не только в автономных, но и в независимых республиках. Это еще не были отношения союзные — работа шла в рамках договоров; но уже в период 1921 года и частью в 1922 году (до решения съезда) Правительство РСФСР все больше и больше играло роль общефедеративного — общесоюзного центра, так как это вызывалось хозяйственной необходимостью. Для того чтобы укреплять договорные отношения, приходилось заключать дополнительные договоры, принимать отдельные решения, регулирующие отношения органов РСФСР с органами независимых республик. При ВЦИК и СНК РСФСР были учреждены полномочные представители договорных республик, которые представляли республику при решении всех дел и вопросов, возникающих между ВЦИКом и ЦИК соответствующей республики.

В июне 1921 года было принято решение о введении в СТО и Госплан представителей независимых республик. По согласованию с правительствами республик ВЦИК принимал отдельные важные законодательные акты, например о распространении на все республики закона о трудовом землепользовании и другие. Народный комиссариат по национальным делам кропотливо, усиленно и настойчиво работал над постепенным организационно-хозяйственным сближением республик и областей и укреплением связей и подлинном сближении с договорными республиками. Наркомнац, согласно решению ВЦИК и СНК, имел своих представителей в договорных республиках, которые являлись вместе с тем, по соглашению с Наркоминделом, советниками представительства РСФСР в соответствующей договорной республике.

Наркомнац направлял всю свою работу на сближение народов Советских республик, руководствуясь указаниями Ленина о том, что нельзя осуществить сразу добровольный союз наций, что до него надо дойти, «доработаться с величайшей терпеливостью и осторожностью, чтобы не испортить дело, чтобы не вызвать недоверия, чтобы дать изжить недоверие, оставленное веками гнета помещиков и капиталистов, частной собственностью и вражды из-за ее разделов и переделов».

Особенно ярко сказалось укрепившееся доверие наций и Независимых республик к РСФСР в связи с Генуэзской конференцией и наступлением империалистов на дипломатическом фронте. Все республики поручили делегации РСФСР защищать их интересы на Генуэзской конференции. Кроме отдельных официальных актов, на совещании полномочных представителей всех восьми советских республик в Москве — Украинской, Белорусской, Грузинской, Азербайджанской, Армянской, Бухарской, Хорезмской и ДВР — был подписан протокол о передаче представительства на Генуэзской конференции РСФСР. От имени РСФСР тов. Калинин заявил, что он с удовлетворением принимает поручение союзных и братских республик и что Правительство Российской Республики примет все меры, чтобы интересы всех республик были в должной мере защищены на конференции.

Все это, вместе взятое, подвело вплотную к переходу Советской государственности на новую, более высокую ступень — объединения в единое федеративное союзное государство.

Это новое объединительное движение шло снизу в самих рабоче-крестьянских массах, их Советах, во всех республиках. Можно сказать, что оно особенно развернулось с вопроса об объединении трех республик — Грузинской, Азербайджанской и Армянской в единую Закавказскую федерацию.

Объединение трех закавказских республик диктовалось острой необходимостью быстрейшего восстановления разрушенного хозяйства. Железная дорога была единой для всех республик. Она связывала не только внутренние районы Закавказья, но и черноморские и каспийские порты. Политика буржуазно-националистических правительств с их таможенными барьерами затормозила и без того слабый товарооборот между отдельными частями Закавказья. Более того, решить большие задачи социалистического строительства можно было в то время только федеративным соединением республик.

Ленин особенно интересовался этим вопросом, он прежде всего поставил вопрос о хозяйственном объединении, предлагал также создать единый для всего Закавказья банк. В апреле 1921 года уже было заключено соглашение об объединении под единым управлением железных дорог Закавказья, а в июле 1921 года Кавказское бюро ЦК РКП(б) признало необходимым разработать единый хозяйственный план для всех закавказских республик и заключить хозяйственно-финансовую, торговую и военную конвенцию между закавказскими республиками и РСФСР. Было образовано Закавказское экономическое бюро. Это было серьезным началом соединения всех закавказских республик.

В июле 1921 года тов. Сталин по поручению ЦК и лично Ленина приезжал в Закавказье и оказал компартиям Закавказья неоценимую помощь в укреплении Советской власти, в разработке хозяйственных мероприятий, в частности в объединении хозяйственно-экономических органов, и особенно в подготовке образования Закавказской федерации трех республик. Важное значение имел доклад Сталина на собрании Тифлисской партийной организации 6 июля 1921 года «Об очередных задачах коммунизма в Грузии и Закавказье». «Я помню, — говорил тов. Сталин, — года 1905—1917, когда среди трудящихся Закавказья господствовала братская интернационалистская солидарность, а теперь в результате господства националистов в ядовитой националистической обстановке старые интернациональные узы порвались.

Очередной задачей коммунистов Грузии является беспощадная борьба с национализмом.

Необходимо ликвидировать изолированное существование Грузии, необходимо создать здоровую атмосферу взаимного доверия между народами и достигнуть объединения хозяйственных усилий закавказских республик».

Подчеркивая необходимость создания Закавказской федерации, Сталин в то же время сказал, что это отнюдь не будет означать ликвидацию независимых республик.

Во всех трех республиках развернулась энергичная работа по подготовке проектов практического решения этого вопроса, в первую очередь по линии хозяйственной.

В ноябре 1921 года ЦК РКП(б) командировал в Закавказье секретаря ЦК тов. Молотова для участия в заседании пленума Закавказского бюро ЦК РКП(б) о Закавказской федерации. Этот пленум и краевое совещание руководящего актива высказались за образование федерации — за создание федеративного союза между тремя республиками — Азербайджанской, Грузинской и Армянской.

ЦК РКП (б) принял постановление, написанное Лениным, об образовании федерации закавказских республик. Ленин советовал широко обсудить этот вопрос среди трудящихся, не допуская торопливости.

Десятки партийных собраний, митингов и собраний рабочих в Тифлисе, в деревнях, а также в Баку, Ереване поддержали идею и предложения об организации федерации.

Нельзя, однако, думать, что это прошло без внутренней борьбы, особенно среди верхушки актива. В самом составе ЦК Компартии и Правительства Грузии была довольно влиятельная группа национал-уклонистов, которые выступили против образования Закавказской федерации. Они развернули отчаянную борьбу против объединения, сопровождая свои выступления враждебным национализмом, направленным против других национальностей Закавказья. Они требовали установления кордонов на границах с другими советскими республиками, выступали против проведения землеустройства на основе закона о конфискации у помещиков их земель; выступали они с такими правыми антисоветскими предложениями, как, например, денационализация Батумских нефтяных резервов и сдача их в концессию американцам и т. д. Среди них наиболее выделялся Мдивани, многие потом отошли от национал-уклонизма, например старейший уважаемый большевик Филипп Махарадзе.

Были такие же национал-уклонисты и в Азербайджанской партии. ЦК РКП(б) и лично Ленин неоднократно занимались этими вопросами: вызывали их на заседания в ЦК, разъясняли, увещевали и в то же время резко осуждали.

Следуя указаниям Ленина, ЦК РКП(б) не допускал административного нажима, а проявлял большую выдержку и терпение.

В марте 1922 года Азербайджанская, Грузинская и Армянская Социалистические Республики добровольно объединились в федеративный союз, а затем окончательно во второй половине 1922 года — в единую Закавказскую Федеративную Республику. В середине 1922 года представители Закавказского крайкома РКП(б) выехали в Москву и поставили общий вопрос о необходимости усиления федеративных связей с РСФСР.

Почти одновременно с закавказскими вопрос об образовании союзного государства был поставлен Украинской и Белорусской Советскими Республиками.

В августе 1922 года ЦК РКП(б) создал комиссию для подготовки проекта постановления Пленума ЦК РКП(б) «О взаимоотношениях РСФСР и независимых национальных Советских республик». В комиссию вошли следующие товарищи: Сталин И. В., Молотов В. М., Куйбышев В. В., Орджоникидзе Г. К., Раковский Я. Г., Сокольников Г. Я. и представители республик Агамали-оглы С. А. (Азербайджан), Мясников А. Ф. (Армения), Мдивани П. Т. (Грузия), Петровский Г. И. (Украина), Червяков А. Г.(Белоруссия).

Естественно, что в этой работе комиссии принимали участие и другие секретари ЦК, и заведующие основными отделами ЦК, в том числе Оргинструкторского отдела Каганович.

Первый разработанный Сталиным проект был разослан для обсуждения в ЦК компартий. По этому проекту независимые республики Украина, Белоруссия, Азербайджан, Грузия и Армения вступают в Российскую Федерацию. Хотя права их были больше, чем у обычных автономных республик, и хотя в проекте не говорилось о них как об автономных, но получалось так, что вступали они в РСФСР как автономные республики. Центральные Комитеты Азербайджана и Армении поддерживали этот проект, ЦК Грузии высказался против, ЦК Белоруссии высказался за сохранение договорных отношений, ЦК Компартии Украины не представил своего мнения — не обсуждал вопроса.

После октябрьского Пленума ЦК РКП(б) ЦК КП(б)У полностью присоединился к решениям. Комиссия, собравшаяся 23-24 сентября, заседала под председательством тов. Молотова. Она заслушала сообщение и единогласно (за исключением воздержавшегося представителя Грузии) приняла за основу проект тов. Сталина.

Ленин в это время болел и не мог участвовать в работе комиссии или давать конкретные указания. Составленный и принятый комиссией проект был послан Ленину 25 сентября. Товарищ Ленин, ознакомившись с проектом, написал письмо членам Политбюро, в котором он высказался против этого проекта, против пункта «автономизации» независимых национальных республик. Ленин считал, что вступление республик в РСФСР ставит их в неравноправное положение и урезывает их суверенные права. Вместо этого Ленин предложил образовать новое объединение всех республик — Союз Советских Социалистических Республик, в который войдут все независимые республики, в том числе РСФСР, как равные, с равными правами и обязанностями, как независимые, суверенные государства. Ленин предложил иметь наряду с ВЦИК Союзный Центральный Исполнительный Комитет как федеральный ЦИК.

Комиссия, возглавляемая Сталиным, согласилась с предложениями Ленина.

В октябре Пленум ЦК рассматривал этот новый проект. Не имея возможности присутствовать на Пленуме из-за болезни, Ленин прислал дополнительные предложения, в частности ввести должности председателей Союзного ЦИКа от всех республик и федераций. Ленин направлял работу Пленума против великодержавного шовинизма и местного национал-уклонизма, который у правых элементов и троцкистов имел место.

6 октября, в день заседания Пленума ЦК, Ленин писал: «Великорусскому шовинизму объявляю войну не на жизнь, а на смерть… Надо абсолютно настоять, чтобы в Союзном ЦИКе председательствовали по очереди русский, украинец, грузин и т. д. Абсолютно!»

Пленум ЦК не только принял все эти предложения Ленина, но и в резолюции осудил проявления великодержавного шовинизма и местного национал-уклонизма.

После Пленума ЦК тов. Сталин вызвал меня — заведующего Оргинструкторским отделом и заведующего агитпропом ЦК — и дал указания о развертывании на местах более глубокой и широкой разъяснительной работы в духе решения Пленума, что особенно важно в связи с подготовкой и проведением съездов Советов республик, а затем союзного съезда Советов.

В течение всего ноября-декабря мы связывались с ЦК нацкомпартий, с губкомами и обкомами, получали от них сообщения о ходе разъяснительной работы, о подъеме объединительного движения. Я, например, связывался не только с Центральными Комитетами национальных компартий, но и с губкомами. Я систематически докладывал Секретариату ЦК и лично товарищам Сталину и Молотову.

Партия не просто разъясняла, но и боролась с национализмом, со всякого рода замаскированными предложениями, опрокидывающими идею Союза ССР. Например, на Украине национал-коммунисты из «боротьбистов» в содружестве с троцкистами (Раковским) усиленно популяризировали идею «конфедерации» с сугубо урезанными правами: все, например, постановления правительства «конфедерации» должны подтверждаться правительствами республик; «конфедерации», как правило, не должны иметь своей армии, единого гражданства, своих законодательных органов и т. д. И вот такой «союз — конфедерацию» подсовывали национал-уклонисты вместо настоящего федеративного союзного государства. Партия, ЦК и местные организации организовали разоблачение этой хитроумной подмены настоящего Союзного государства конфедеративной фикцией.

Национал-уклонисты Башкирии, Татарии требовали ликвидации Российской Федерации с тем, чтобы эти республики отдельно входили в Союз.

Сталин убедительно доказал, что этот путь приведет к роспуску существующих федераций; кроме того, пришлось бы, кроме восьми автономных республик, выделить еще из РСФСР специальный русский ВЦИК и русский Совнарком, что повело бы к большой организационной перетряске, ненужной и вредной.

Одновременно шла организационная работа по подготовке к съезду Советов. Эту работу мы в ЦК проводили совместно с Президиумом ВЦИК.

Усиленно шла подготовка проекта основных пунктов Конституции СССР и декларации по его образованию. Этим руководила комиссия ЦК во главе с тов. Сталиным.

В декабре состоялся Пленум ЦК РКПб, на котором был рассмотрен проект Союзного договора и декларации съезда. Пленум также избрал комиссию для руководства I съездом Советов во главе с тов. Сталиным.

Пленум одобрил проекты и ввиду болезни тов. Ленина утвердил докладчиком на X Всероссийском съезде Советов и I Всесоюзном съезде Советов тов. Сталина.

X Всероссийский съезд единогласно принял проект резолюции об объединении РСФСР, ЗСФСР, УССР и БССР в Союз Советских Социалистических Республик и избрал полномочную делегацию, возложив на нее подписание договора об образовании СССР.

Закрывая Всероссийский съезд Советов, тов. Калинин указал на историческое значение решений съезда об образовании Союзного государства. Взволнованно звучали его слова: «Разве для нас не дорого имя РСФСР? Оно дорого нам. Это имя завоевано в огне военных битв… Я вижу, как над нами развевается красное знамя, с пятью священными буквами РСФСР. И мы, делегаты X съезда Советов, полномочные представители всей Советской Российской Федерации, склоняем это дорогое, овеянное битвами и победами, укрепленное жертвами рабочих и крестьян знамя перед Союзом Советских республик. Мы видим, как уже поднимается новое красное знамя Союза Советских республик. Я вижу, товарищи, стяг этого знамени в руках тов. Ленина. Итак, товарищи, вперед, поднимайте выше это знамя, чтобы его могли видеть все трудящиеся и угнетенные мира».

Вечером 30 декабря 1922 года открылся I съезд Советов СССР. На съезде было более двух тысяч делегатов.

По одному даже внешнему облику делегатов видно было, что здесь съехались не «мирные» парламентарии, а славные бойцы гражданской войны, завершившие ее победно и пожинающие сейчас плоды победы. Преобладали кожухи, шинели, гимнастерки, сапоги, обветренные лица, характерные для людей, только что покинувших окопы, заводы, фабрики и крестьянские поля. Боевое, бурное, темпераментное реагирование во всем ходе съезда по обсуждаемым вопросам показывало, что здесь собрались боевые соратники, завоевавшие своей кровью, своим участием в Октябрьской революции, в гражданской войне с беляками и иностранными интервентами право творить новое могучее государство — Союз Советских Социалистических Республик.

Помню, как торжественно открылся I съезд Советов. С огромным подъемом и воодушевлением съезд избрал почетным председателем Владимира Ильича Ленина.

Доклад тов. Сталина на съезде «Об образовании Союза Советских Социалистических Республик» был кратким. После выступлений делегатов с мест, в том числе ярких речей товарищей Фрунзе, Кирова и других, Всесоюзный съезд Советов принял постановление об утверждении Декларации об образовании СССР.

Насколько демократично было проведение всего этого решения, показывают следующие пункты постановления:

«2. Ввиду чрезвычайной важности принятой Декларации, заключенного Договора и желательности выслушать окончательные мнения всех входящих в Союз республик о тексте настоящего Договора, передать Декларацию и Договор на дополнительное рассмотрение ЦИК Союзных республик с тем, чтобы отзывы Союзных республик были представлены ЦИК Союза ССР к ближайшей очередной его сессии.

3. Поручить ближайшей очередной сессии ЦИК Союза ССР рассмотреть полученные отзывы, утвердить текст Декларации и Союзного договора и немедленно ввести его в действие».

Можно поражаться государственной мудрости съезда Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов, который, принимая под руководством ЦК РКП(б) этот величайшей важности акт, проявляет такую демократичность и осторожность, поручая еще раз в деталях изучить Договор на местах, после чего окончательно ввести его в действие, — и здесь сказались Ленинская школа и мудрость Ленинского ЦК.