Содержание материала

 

Функции Советов

Процесс большевизации Советов, укрепления их функций как органов восстания и власти с гигантской силой ускорился во второй половине сентября и в октябре. Полностью завершиться этот процесс мог только в результате победоносного восстания. Однако и восстание не могло бы победить в центре и по всей стране, если бы ему не предшествовал процесс кристаллизации и укрепления функций власти у местных Советов.

Советы в крупных промышленных районах постепенно, шаг за шагом брали на себя разрешение всех вопросов, связанных с производством, культурой, бытом рабочих, охраной порядка, подавлением контрреволюционных выступлений. Дело не только и даже не столько в том, сколько и каких резолюций о переходе власти к Советам было принято на местах. Дело прежде всего в том, как действовали местные Советы, как они укрепляли и расширяли свои функции органов власти.

Для анализа функций Советов, характера и направления их деятельности в нашем распоряжении имеется такой первоклассный источник, как анкеты делегатов-большевиков II Всероссийского съезда Советов. Эти анкеты, заполненные руководителями местных Советов и рядовыми «делегатами съезда 20 — 24 октября, являются наиболее важным материалом для характеристики состояния Советов накануне открытия съезда. Их дополняют материалы мандатной комиссии, списки делегатов съезда с указанием их партийности и каким Советом они делегированы на съезд, список Советов, представленных на съезде, с указанием их позиции по главному вопросу революции — вопросу о власти2.

На территории, где действовали 123 Совета3, около половины из них (55) установили рабочий контроль над производством, 47 вели борьбу с безработицей. Значительное большинство Советов (78) приняли меры против спекуляции, по организации продовольственного снабжения городов. 89 Советов установили прочную связь с рабочими организациями железнодорожного транспорта, почты и телеграфа. Это говорит о том, что наиболее активно Советы вторгались в жизненно важные области народного хозяйства — промышленность, транспорт, связь, организация снабжения продовольствием. В столкновениях с контрреволюцией Советы стали создавать свои вооруженные силы — отряды Красной гвардии.

И хотя больше половины Советов все еще не смогли установить рабочий контроль над производством и принять меры борьбы с хозяйственной разрухой, логика острых классовых столкновений ускоряла развитие Советов как центров революционной борьбы.

Картину нарастания общенационального революционного кризиса в октябре 1917 г. можно также проследить по данным анкет большевистской фракции II съезда.

95 Советов (из 123) отметили локауты и саботаж предпринимателей, 89 районов действия этих Советов были охвачены стачками. В 52 районах были зарегистрированы конфликты между солдатами и офицерами в тыловых гарнизонах 4.

В этих классовых битвах Советы выступали не только как органы борьбы масс против локаутов, саботажа, против контрреволюционного офицерства. Каждый такой конфликт заставлял Советы расширять свои функции органов власти, органов подавления буржуазии.

Совет вторгался во все области жизни рабочих, солдат, крестьян и их отношений с буржуазией, помещиками и командным составом армии, формировал их сознание и вместе с массами, под руководством большевиков все ближе подходил к той границе, за которой уже не могло быть другой власти, кроме Советской.

Яркую картину деятельности Иваново-Вознесенского Совета как органа власти описал Дмитрий Фурманов. «На пленумах Совета, всегда многолюдных, шумных и оригинальных, в течение 6 — 8-часовых заседаний, тянувшихся чаще за полночь, каких-каких только не разбирали мы тогда вопросов: не хватает хлопку на фабрике, угля, железа, тесу, красок — разбираем; где-нибудь кто-нибудь „хапнул», кого-нибудь оскорбили, поколотили, выгнали, наказали самостийно — разбираем; объявился шпион, подмастерья загрубили с рабочими, где-то надумали организовать детский приют, анархисты захватили купеческий дом, крестьяне укокошили помещичью усадьбу — разбираем.

Не было вопроса, который прошел бы, минуя Совет; все стекалось сюда»5. Эти функции Иваново-Вознесенского Совета нашли свое лаконическое и точное отражение в анкете его делегата: «Никакой власти, кроме Совета и городского самоуправления, в городе нет. В городском самоуправлении из 102 человек — 58 большевиков. Совет как высшая инстанция»6.

Чем сильнее было влияние большевиков в Совете, тем более определенно выступали функции Совета как органа власти. В Гельсингфорсе, где была сильная большевистская организация, Совет пользовался огромным влиянием на солдат и матросов и мог издавать строжайшие наказы, которым подчинялись. Так писал в своей анкете делегат Гельсингфорсского Совета 7. «Существует следственная комиссия, — говорилось в той же анкете, — и секция охраны народной свободы, пользующиеся большим авторитетом. Последняя выполняет функции городских комиссариатов» 8.

Особенно болезненно воспринимала буржуазия и ее органы власти факты выполнения Советами функций охраны порядка, так как это сопровождалось усилением вооруженных сил Совета, а также факты прямого вмешательства Советов в отношения между рабочими и предпринимателями, справедливо усматривая в этом покушение на самые основы буржуазного государства.

В Орехове-Зуеве Временный революционный комитет в начале сентября ввел вооруженных рабочих и солдат в местное отделение Акционерного банка Рябушинского для контроля над его операциями. Комитет запретил выдавать на руки отдельным лицам свыше тысячи рублей. В ответ на это Рябушинский закрыл отделение банка в Орехове-Зуеве.

В ряде случаев Советы устанавливали контроль над распространением буржуазной печати. Так, Совет Собинской мануфактуры (Владимирская губ.) запретил в сентябре 1917 г. ввоз в город буржуазных газет и торговлю ими. Что же касается подписчиков этих газет, то они могли получать газеты только спустя месяц со дня их выхода в свет9.

19 октября 1917 г. Московский Совет принял постановление, в котором призывал профсоюзы осуществлять на заводах и фабриках постановления Совета явочным порядком; капиталисты, прекращавшие производство на своих предприятиях, подлежали аресту органами Совета10.

Процесс вырастания новых органов власти был в то же время процессом ликвидации ряда важных функций буржуазно-помещичьей власти на местах.

Прежде всего были ограничены или совсем подавлены репрессивные функции значительной части старого аппарата на местах. Делегат Острогожского Совета р., с. и к. д. записал в анкете: «Командный состав, подняв голову, начал применять насилие над всяким свободным мнением, арестовывая и сажая... благодаря энергичному вмешательству Совета это право удалось вырвать у командного состава»11. В некоторых случаях Совет, не будучи в силах ликвидировать старые органы власти, пока они не были ликвидированы в центре, назначал на руководящие посты в этих органах своих представителей. Представитель Ижевского Совета р., с. и к. д. отметил в анкете, что начальник милиции «выбирается и сменяется только Советом»12. Там же, в Ижевске, Совет провел конфискацию продовольственных товаров у спекулянтов, подчинил себе почту, телеграф, оказал поддержку солдатам, которые сменили начальника гарнизона. Делегат от Гусь-Хрустального констатировал в анкете: «Фактически власть в руках Советов, правительственные чиновники подотчетны Советам»13. Делегат от Ярославского Совета р. и с. д. отмечал, что Советом устранен начальник гарнизона и расформирован ударный батальон. Пост начальника гарнизона был замещен кандидатом, выдвинутым Советом солдатских депутатов14.

Укрепление и рост Советов как органов власти ограничивали действия репрессивных органов Временного правительства и обеспечивали реальность свободы печати, слова, собраний. Это обстоятельство отмечали делегаты многих Советов в анкетах ко II съезду. На вопрос, были ли попытки ограничения демократических свобод, представитель Николаевского Совета р., с. и к. д. отвечал: «Не было, ибо Совет являлся высшей организацией в городе»15. Делегат Томского Совета р. и с. д. отмечал: «Если Совет воспротивится, ни одно постановление какого-либо учреждения не пройдет в жизнь»16. Как видно из анкеты, Томский Совет активно боролся с саботажем на копях Михельсона и других предприятиях, организовал учет и распределение товаров в городе, создал транспортный комитет с участием железнодорожников. Все конфликты разрешались Советом.

Из анкет видно, что многие местные Советы, так же как и Томский Совет, контролировали в той или иной форме деятельность местных органов Временного правительства. Иногда это достигалось путем назначения в эти органы комиссара Совета, в других случаях Совет рассматривал все постановления и приказы местной администрации Временного правительства и разрешал к действию только те из них, которые не противоречили интересам трудящихся масс17.

Однако далеко не везде Советы укреплялись как органы власти. «Развиться настоящим образом, развернуть полностью свои задатки и способности Советы могут, только взяв всю государственную власть, ибо иначе им нечего делать, иначе они либо простые зародыши (а слишком долго зародышем быть нельзя), либо игрушки», — писал В. И. Ленин 18.

В тех случаях, когда во главе Советов стояли меньшевики и эсеры, а Советы проводили соглашательскую политику, их авторитет резко падал. Рабочие и солдаты вели борьбу за перевыборы таких Советов. Делегат от Екатеринославского Совета р. и с. д. отметил в анкете: «Авторитет Совета падал до половины октября вследствие соглашательской политики его большинства» 19. Упадок авторитета особенно проявлялся в верхушечных организациях, которые продолжали оставаться в руках эсеров и меньшевиков. Об Областном комитете Совета Донецкого бассейна и Криворожья делегат-большевик записал: «Соглашательская политика эсеровски-меньшевистского большинства понизила авторитет областного комитета в рабочих массах. Отношение областного комитета к органам власти — пассивное»20. Делегат от Областного комитета отмечал также слабую его роль в экономической борьбе рабочих.

Конечно, Областной комитет Донбасса и Криворожья не отражал состояния местных Советов этого района, таких, как Луганский, Юзовский и др. Но это в еще большей степени оттеняет то обстоятельство, что даже в одном и том же районе Советы, находившиеся под руководством большевиков, росли, крепли, расширяли свои функции органов власти, в то время как Советы, сохранившие эсеро-меньшевистское руководство, чахли, теряли свой авторитет и силу.

Представитель Ржевского Совета р., с. и к. д. отметил, что «Совет благодаря соглашателям был бессилен бороться с высшим командным составом» 21. В Севастополе в Совете военных и рабочих депутатов до начала октября из 457 депутатов 350 принадлежали к партии эсеров. Совет проводил линию Временного правительства, но солдатские митинги неоднократно выносили Совету недоверие22. В начале октября состоялись перевыборы. Эсеры потеряли почти половину мест (правда, появилась группа украинских эсеров в составе 50 человек). Количество большевиков выросло с 14 до 60 депутатов. Однако и после перевыборов руководство Севастопольским Советом оставалось в руках эсеров, которые дали делегатам на II съезд Советов туманный наказ требовать «реорганизации власти»23.

Основой для революционного роста Советов и укрепления их функций как органов восстания и власти являлось объединение Советов рабочих, крестьян, солдат, матросов, казаков. Количество таких объединенных Советов на II съезде резко возросло по сравнению с I съездом Советов.

Общая тенденция развития Советов достаточно ясна (табл. 1). Если на I Всероссийском съезде Советов было 248 объединенных Советов, то на II съезде их количество возросло до 314. II съезд Советов, проходивший под руководством большевиков, был значительно более представительным, чем I съезд Советов.

Источником слабости некоторых Советов было раздельное существование в отдельных районах рабочих, солдатских и крестьянских Советов. На I съезде таких Советов было 41 (13,5%), на II — 88 (21,8%). Здесь сказывалась политика эсеров и меньшевиков, которые выступали против объединения Советов. Следует учесть, что обособленные крестьянские Советы совсем не были представлены на I съезде. На II съезде их было 20. Это были главным образом губернские Советы крестьянских депутатов. Однако было бы неправильно предполагать, что на II Всероссийском съезде Советов были представлены только рабочие и солдатские Советы. В. И. Ленин в воззвании «Рабочим, солдатам и крестьянам!», написанном в день открытия съезда, отмечал, что на съезде «представлено громадное большинство Советов. На съезде присутствует и ряд делегатов от крестьянских Советов»24. Подпись под воззванием гласит: «Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Делегаты от крестьянских Советов»25.

Отчет о заседаниях II съезда Советов получил название: «Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов совместно с представителями уездных и губернских Советов крестьянских депутатов».

Таблица 1

Социальная структура Советов, представленных на I и II Всероссийских съездах Советов*

Съезд

Всего Советов

Из них

р. с. и к. д.

р. и с. д.

р. д.

с. д.

к. д.

не выяснено

I

1 305

75

173

24

17

-

16

II

1 402

119

195

46

22

20

-

 

* Составлено по: Первый Всероссийский съезд Советов р. и с. д. М.; Л., 1930. Т. 1. С. XXVII — XXVIII; Второй Всероссийский съезд Советов р. и с. д. М.; Л., 1928. С. 113 — 153.

В исторической и правовой литературе широко приняты данные, подсчитанные В. Аверьевым в его статье «Советы перед Октябрьской социалистической революцией» (Сов. государство и право. 1941. № 1. С. 26). В таблице, составленной В. Аверьевым, четырнадцать рубрик. Отдельные рубрики даны для Советов рабочих, солдатских и батрацких депутатов, Советов рабочих, солдатских и безземельных депутатов, Советов рабочих, солдатских, крестьянских и казачьих депутатов, Советов рабочих, солдатских и казачьих депутатов. В нашей таблице все эти Советы даны в рубрике Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов; Советы матросских депутатов — в рубрике Советы солдатских депутатов.

 

Мнение о том, что на II съезде крестьянство почти не было представлено, усердно распространялось эсерами и проникло в советскую историческую науку. В действительности в состав 34,5% всех Советов, представленных на съезде, входили представители крестьянства. Если при этом учесть, что в 336 Советов из 402 входили представители солдат, т. е. те же крестьяне, причем наиболее активная и сознательная их часть, то станет ясным, что представительство крестьян на съезде было достаточно широким, хотя и не в той мере, как это нужно было в интересах дальнейшего укрепления союза рабочего класса и беднейшего крестьянства.

Что же представляли собой Советы, включавшие крестьянских депутатов, и крестьянские Советы, пославшие делегатов на II Всероссийский съезд? Объединенные Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов составляли 29,6% всех Советов, представленных на съезде. Отдельных Советов крестьянских депутатов было 4,9%.

Наиболее интересны для нас объединенные Советы р., с. и к. д., так как таких Советов было больше всего в той группе Советов, куда входили крестьянские делегаты.

Возьмем Совет р., с. и к. д. Староконстантиновского уезда Волынской губ. Состав этого Совета достаточно ясно говорит о его характере. Среди депутатов Совета было 98 большевиков, 15 эсеров и 24 меньшевика. В уезде насчитывалось около 200 тыс. крестьян и более 10 тыс. солдат. Среди солдат и крестьян Совет пользовался значительным авторитетом. Совет действовал как орган власти. Он ввел твердые цены на товары первой необходимости и передал часть помещичьей земли крестьянам26. Однако этот же Совет послал на II съезд своего представителя только от солдатской секции, крестьянская секция в выборах не участвовала. Анкета не дает объяснения этому факту. Можно предположить, что такая позиция крестьянской секции была результатом директивы эсеровского ЦИК крестьянских Советов о неучастии во II Всероссийском съезде Советов.

Объединенные Советы р., с. и к. д. играли значительную роль в руководстве аграрным движением и всей борьбой крестьянства против помещиков. Под влиянием большевистских Советов крестьянское движение принимало организованный и целеустремленный характер.

Когда Нарвский Совет (Петроградская губ.) находился в руках эсеров и меньшевиков, различные конфликты улаживались уговором «подождать»27. После большевизации Совета он возглавил борьбу за захват помещичьих земель. Совет помог мирно ликвидировать конфликты в среде крестьянства в пользу деревенской бедноты.

В работе «Удержат ли большевики государственную власть?» Ленин отметил, что на совещании губернских Советов крестьянских депутатов 18 сентября, где были представлены Советы 30 губерний, за коалицию с буржуазией выступили Исполнительные комитеты Костромской, Московской, Самарской и Таврической губерний. За коалицию без кадетов высказались представители крестьянских Советов Владимирской, Рязанской и Черноморской губернии. Против коалиции выступили крестьянские Советы 23 губерний. В. И. Ленин сделал из этих данных вывод, что большинство крестьян выступило против коалиции (23 губернии из 30)28.

Что касается названных семи губерний, то Ленин указал на сильный слой в них богатых крестьян и на наличие помещичьего хозяйства капиталистического типа. Ленин тогда поставил задачу: «Было бы интересно собрать более подробные данные по этому вопросу и рассмотреть, нет ли сведений именно о беднейших крестьянах в губерниях с наиболее „богатым“ крестьянством»29.

Некоторые данные по этому вопросу мы находим в документах о крестьянском движении в октябре 1917 г. О позиции крестьянской бедноты мы судим не по резолюциям, а по их действиям в разгоравшейся классовой борьбе в деревне. В письме министра внутренних дел Временного правительства А. М. Никитина военному министру А. И. Верховскому от 19 октября 1917 г. были названы 23 губернии, охваченные, по терминологии министра, «погромным движением», т. е. крестьянскими восстаниями. Кроме того, семь губерний А. М. Никитин отнес к числу угрожаемых30. Среди этих губерний крестьянских восстаний министр назвал Самарскую, Владимирскую, Рязанскую, Таврическую, т. е. губернии, крестьянские «представители» которых голосовали 18 сентября за коалицию. Крестьянство этих губерний выступило с оружием в руках против помещиков, кулаков и Временного правительства.

Из официальных донесений видно, что речь шла о выступлениях главным образом крестьянской бедноты. Товарищ министра внутренних дел В. Гуревич сообщал 7 октября 1917 г. министру земледелия В. Чернову, что особый размах приняли насильственные захваты отрубных и хуторских участков и самовольный передел их крестьянами-общинниками, распашка угодий и уничтожение межевых знаков отрубных владений31. Особенно много сообщений о разгроме крестьянами не только помещичьих, но и кулацких хозяйств было по губерниям Рязанской, Костромской, Московской32, т. е. именно по тем губерниям, о которых писал В. И. Ленин в работе «Удержат ли большевики государственную власть?».

Подлинную позицию крестьянства мы можем выяснить также и из материалов анкет делегатов II Всероссийского съезда Советов. Организующую роль Советов в крестьянской борьбе отмечали делегаты от Владимирской губ., Алтая, Самарской губ. и др. Эсеры и меньшевики своей политикой «обещаний» провоцировали крестьян на разрозненные выступления. Крестьянское движение приобрело организованный характер в тех районах, где было сильно влияние большевистских Советов. Об этом свидетельствовали анкеты делегатов съезда. Аграрные волнения, пишет делегат от Владимирского Совета, «были разрешены мирно и организованно благодаря вмешательству Совета рабочих и солдатских депутатов»33.

Делегат от Николаевского уезда Самарской губ. констатировал: «Взяты земли, живой и мертвый инвентарь. Аграрное движение этим было предупреждено»34. Огромное влияние Советов на крестьянство отмечали делегаты от Владимирской, Воронежской, Минской, Самарской губерний и многие другие. Большую роль сыграл Петроградский Совет к. д., который накануне II съезда направил 800 агитаторов на места35. Многие местные крестьянские Советы предлагали Петроградскому Совету к. д. взять на себя инициативу по созыву съезда крестьянских депутатов36.

Местные Советы, особенно в промышленных районах страны, выступая как органы власти, опираясь на вооруженную силу Красной гвардии и революционных солдат гарнизона, своей инициативой и натиском на буржуазию ускоряли развитие революции. Однако они были ограничены в своих действиях как существованием местных органов буржуазной власти, так и в особенности наличием центральной власти в руках Временного правительства.

Около половины всех Советов еще не смогли установить рабочий контроль, не принимали мер борьбы с разрухой и спекуляцией и не создали отрядов Красной гвардии. Но и те Советы, которые выполняли важные экономические и политические функции, как органы власти были ограничены в своих действиях. Каждый раз, когда Советы должны были решить важные вопросы, — были ли это вопросы, связанные с работой крупных предприятий, которые управлялись из центра монополистическими объединениями, вопросы борьбы с контрреволюционными организациями, являвшимися частью общего фронта контрреволюции, — местные Советы не могли выступать как полновластные органы диктатуры пролетариата, пока не была сломлена и ликвидирована власть буржуазии и помещиков в центре.

Больше того, такое положение было чревато большими осложнениями: рабочие, солдаты и крестьяне требовали от Советов радикальных действий, решительных мер по реализации основных требований большевистской партии. Эти требования не могли быть осуществлены без свержения Временного правительства. Появлялись апатия и равнодушие, с одной стороны, стремление к неорганизованным, анархистским выступлениям — с другой. О таком положении писал член большевистской фракции Саратовского Совета: «Положение наше чем дальше, тем становилось все затруднительнее. Мы были правящей партией, но мы ничего не могли делать, ибо власти у нас не было. А между тем масса рабочих и солдат становилась все нетерпеливее, она смотрела на нас как на власть и предъявляла к нам свои требования... Чувствовалось, что должен быть какой-то перелом, иначе массы, изверившись в нас, либо предпримут самостоятельное выступление, либо остынут. Скорее можно было ожидать первого»37.

Об этом же свидетельствовали делегаты II съезда Советов в своих анкетах. Так, делегат от Златоустовского Совета, отмечая, что «авторитет Совета на месте полный, вся власть у него», вместе с тем констатировал: «За последнее время стали очень частыми выступления рабочих помимо Совета»38. В этой же анкете отмечалось, что за последнее время «стали скрыто саботироваться постановления Совета и цеховых старост»39. Надеждинский Совет и заводской комитет создали в Богословском горном округе секцию снабжения деревни металлом. Рабочие хотели использовать сотни тысяч пудов брошенного металла для того, чтобы помочь крестьянской бедноте и укрепить свои связи с деревней. Однако все меры Советов и завкома встречали саботаж со стороны заводоуправления, руководимого из Петрограда40. Даже в таком районе, как пролетарский Урал, где Советы были сильны, возбуждение и энергия рабочих били через край, рабочие и солдаты устали от речей и резолюций, требовали действий и, видя, что Совет не в силах решить многие вопросы, выступали помимо Совета или начинали проявлять недовольство и апатию. Такое же положение можно отметить в ряде других мест.

Именно это имел в виду В. И. Ленин, когда писал: «Есть признаки роста апатии и равнодушия. Это понятно. Это означает не упадок революции, как кричат кадеты и их подголоски, а упадок веры в резолюции и в выборы. Массы в революции требуют от руководящих партий дела, а не слов, победы в борьбе, а не разговоров»41.

Так во всех областях жизни народа выявлялась необходимость ликвидации буржуазно-помещичьей власти в центре. Без этого невозможно было осуществление самых насущных требований народных масс, невозможно было развитие организации этих масс — Советов.

Советы Петрограда, Москвы, Кронштадта, Луганска, Иваново-Вознесенска и других пролетарских центров объявили Временное правительство правительством измены народу. Вот, например, что записал Владимирский губернский съезд Советов в своем решении от 16 октября 1917 г.: «Объявить Временное правительство и все партии, его поддерживающие, правительством и партиями измены революции.

Считать отныне все Советы Владимирской губернии... на положении открытой и беспощадной борьбы с Временным правительством, а поэтому установить как по отношению ко всем распоряжениям Временного правительства, так и его агентов на местах полную свободу действий, приступая немедленно к регулированию политической, хозяйственной и иной жизни, строго соображаясь с интересами трудовых масс»42.

Правительство Керенского не могло справиться с растущим возмущением народных масс. Попытки применить силу оказались несостоятельными: это достаточно ясно показали события в Калуге, где контрреволюция, опираясь на казаков, пыталась разогнать Совет. На попытки задушить рабочих локаутами, голодом и казачьими плетками рабочие отвечали стачками. Это были стачки особого типа. Они были связаны с захватом предприятий Красной гвардией и установлением полного контроля Советов и военно-революционных комитетов в районах стачек, с организацией охраны заводов и фабрик.

21 октября по призыву большевиков начали стачку 300 тыс. текстильщиков Иваново-Вознесенска, Шуи, Кинешмы, Коврова, Родников и других мест. Стачка охватила 114 предприятий. Всюду были расставлены вооруженные пикеты рабочих, взявшие на себя охрану революционного порядка. Фабрики перешли под полный контроль рабочих. Рабочие требовали ликвидации власти Временного правительства и его агентов на местах и перехода власти в руки Советов как в центре, так и на местах43.

В Донецком бассейне борьба приняла своеобразные формы. Монополистические объединения, хозяева угольной и металлургической промышленности Донбасса стали широко применять локауты, стремясь задушить рабочих безработицей и голодом. К октябрю 1917 г. в Донбассе было закрыто более 200 крупных шахт и рудников. Прекратили работу Юзовский, Дружковский, Константиновский и другие заводы. 150 тыс. шахтеров и металлистов были выброшены на улицу. Буржуазные продовольственные организации прекратили подвоз продуктов, обрекая население Донбасса на голодную смерть. Акционерные компании выделили огромные средства на оплату казачьих карательных отрядов, посылаемых Калединым в Донбасс. С начала октября 1917 г. по приказу Временного правительства в Донбасс стали стягиваться кавалерийские части с фронта. Эсеры и меньшевики поддерживали эту провокационную политику. Доведенные до отчаяния рабочие заявили, что, если войска и казачьи отряды не будут выведены из Донбасса, 10 октября станет днем всеобщей забастовки. В ответ эсеро-меньшевистское Бюро ЦИК обратилось к рабочим с призывом «воздержаться от всяких выступлении» и пообещало прислать... особо уполномоченного Временного правительства и комиссара ЦИК44.

Рабочие отвергли уговоры эсеро-меньшевиков. 10 октября рабочие Макеевки начали забастовку, к которой в ближайшую неделю присоединились шахтеры Боково-Хрусталевского района, Дружковки, Грушевско-Власовского и других районов. Вооруженные рабочие захватывали шахты, рудники, заводы. 21 октября съезд Советов и профсоюзов Донбасса заявил, что считает всеобщую стачку Донецкого и Криворожского бассейнов средством борьбы против преступного содействия Временного правительства угольным королям45. Требования рабочих Донбасса могли быть удовлетворены только в результате вооруженного восстания и установления Советской власти.

Стягивание контрреволюционных войск в Донбасс, окружение казаками Минска, нападение на Калужский Совет В. И. Ленин расценивал как признаки новой корниловщины.

Подготовка второй корниловщины, опасность сепаратного мира в целях удушения пролетарской революции германскими штыками, с одной стороны, рост крестьянских восстаний, усиление народного доверия к большевистской партии, благоприятное международное положение — с другой, — все это выдвигало как самую непосредственную задачу момента установление власти Советов.

Промедление может погубить дело пролетарской революции — эта мысль проходит как лейтмотив в октябрьских письмах Ленина.