Содержание материала

 

Начало «периода Смольного»

Ленин назвал первый период советского государственного строительства «периодом Смольного». В этот термин Ленин вкладывал совершенно точный смысл. Он имел в виду период становления советского государственного аппарата. Это было время, когда чиновники старых министерств саботировали, а новые органы власти — народные комиссариаты формировались в Смольном, опираясь на помощь Военно-революционного комитета, столичных и местных Советов, массовых организаций трудящихся, Всероссийских съездов рабочих и крестьянских организаций.

Каковы хронологические рамки этого периода? Его нельзя ограничить временем до 15 ноября 1917 г., когда Совнарком принял решение перенести работу народных комиссаров в соответствующие министерства. Впервые на это постановление Совнаркома обратил внимание С. А. Пионтковский1. Однако он не совсем точно изложил постановление, отметив, что СНК решил перенести работу народных комиссариатов в министерства. В действительности же речь шла не о комиссариатах, а о комиссарах. Комиссариаты как новые советские органы должны были оставаться в Смольном. В изложении С. А. Пионтковского оставалось неясным, где должно было находиться Советское правительство. Приведем постановление по протоколу: «Советское Правительство остается в Смольном. Народные Комиссары переносят свою работу в соответствующие министерства, назначая там определенные часы своего присутствия. К вечеру Комиссары собираются в Смольном для совещания и для осуществления контакта с другими демократическими организациями»2.

Как видно из этого документа, «период Смольного» отнюдь не заканчивался 15 ноября: Советское правительство оставалось в Смольном, деятельность народных комиссариатов в контакте с демократическими организациями также должна была проходить в Смольном.

«Период Смольного» — это прежде всего период формирования центральных органов Советской власти и подавления саботажа в министерствах. Этот период соответствует Триумфальному шествию Советской власти — от 25 октября 1917 г. до середины февраля 1918 г.

Народные комиссариаты всю свою работу проводили в Смольном. Так, в Смольном расположились комиссариаты финансов, земледелия, иностранных дел и др. В. Д. Бонч-Бруевич отмечает, что в Смольном создавались в эти первые дни «временные управленческие аппараты... комиссариатов»3. В Смольном формировались основные звенья почти всех народных комиссариатов. Временным же было только их пребывание в Смольном. Саботаж чиновников в министерствах только ускорял процесс создания комиссариатов в Смольном. Нельзя было принимать иностранных послов и дипломатических представителей в саботировавшем МИДе — организовали такой прием в Смольном, в Комиссариате по иностранным делам. Министерство земледелия саботировало реализацию предначертаний ленинского Декрета о земле — в Смольном за это дело взялся Народный комиссариат земледелия. Когда В. Р. Менжинский укрепил в одной из комнат Смольного надпись «Комиссариат финансов»4, то в этом как бы символизировалось, что все народные комиссариаты начинают свою созидательную работу здесь, в штабе социалистической революции.

Именно в это время складывается структура высших органов власти Советского государства, определяются их функции и взаимоотношения ВЦИК и СНК.

Накопив накануне социалистической революции огромный опыт в строительстве Советов как органов восстания и власти (особенно в сентябре — октябре 1917 г.), рабочий класс все же не имел никакого опыта в создании центральных органов власти. Столичные и местные Советы смело брались за решение самых насущных жизненных вопросов — рабочего и жилищного, продовольственного и топливного. Они строили свои вооруженные силы — отряды Красной гвардии, проводили борьбу с контрреволюцией. Но существовавшим в центре органам буржуазно-помещичьей власти — Временному правительству, министерствам, по сути дела, не противостояли центральные советские органы. Избранный на I съезде Советов Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет уже вскоре после своей организации превратился в придаток к правительству Керенского. Не случайно аппарат ВЦИК 1-го созыва не только присоединился к саботажу чиновников, но вместе со своими эсеро-меньшевистскими руководителями превратился в один из центров организации контрреволюционного саботажа. Таким образом, и этот аппарат центрального советского органа не только не мог быть использован при строительстве нового, Советского государства, но и подлежал ликвидации, так как превратился в один из центров саботажа.

II Всероссийский съезд Советов, избрав ВЦИК и СНК, создал этим самым верховный орган власти и ответственное перед этим органом правительство.

Идея создания Советского правительства предшествовала самому созданию Совета Народных Комиссаров. Лозунг «Вся власть Советам!» уже в период мирного развития революции предполагал создание Советского правительства из руководящих партий Советов. «...С. Р. Д. есть единственно возможная форма революционного правительства...» — писал В. И. Ленин в Апрельских тезисах5.

В день 25 октября вопрос о создании Советского правительства впервые встал практически. Нужно было найти определенную форму для Советского рабоче-крестьянского правительства.

Пролетарская революция не украшала себя, не одевала своих деятелей в тогу, не устраивала мистерий поклонения Верховному существу, подобно буржуазной революции XVIII в. во Франции. К. Маркс говорил о пролетарской революции, что ей чуждо это украшательство. Однако революция не могла быть безразличной к форме, в которую облекались новые учреждения, новые государственные организации. Речь шла о том, чтобы новое правительство не только по характеру своей политики, но и по способам и формам своей организации обеспечило проведение программы социалистической революции. Новое правительство должно было коренным образом отличаться от всех существовавших ранее правительств России как по существу политики, так и по формам организации. И это различие должно было найти выражение, доступное самым широким массам. Вопрос о формировании и составе Советского правительства дважды обсуждался Центральным Комитетом партии — 24 и 26 октября. Эго подтверждается воспоминаниями В. П. Милютина и А. В. Луначарского. В воспоминаниях «Смольный в великую ночь» А. В. Луначарский писал о «комнатушке Смольного» где в его присутствии «выбирали руководителей обновленной России»6. Обстановка комнаты весьма напоминает такое же описание В. П. Милютина. А. В. Луначарский вспоминает также об обстоятельствах своего назначения: «Это было в день составления первого Совнаркома. Мне сказали, что ЦК партии, подбирая состав правительства, решил поручить мне Народный комиссариат по просвещению. Новость была волнующая, даже пугающая той громадной ответственностью, которая возлагалась на мои плечи»7. Из текста ясно, что А. В. Луначарский участвовал в первом и не присутствовал на втором заседании ЦК, где рассматривался состав СНК.

О заседании 24 октября рассказывает В. П. Милютин8. Центральный Комитет собрался в комнате № 36, на первом этаже Смольного института. «Посреди комнаты — стол, вокруг — несколько стульев, на полу сброшено чье-то пальто... Время от времени стук в дверь: поступают сообщения о ходе событий; вопрос еще не решен — на нашей ли стороне победа или нет; но соотношение сил вполне определилось — перевес на нашей стороне»9. На заседании, по свидетельству В. П. Милютина, рассматривался вопрос о составе и названии нового правительства.

В названии Советского правительства нужно было отразить как его классовый характер, так и состав и формы организации. В. И. Ленин тщательно изучил опыт строительства Советов в 1917 г. и использовал этот опыт при формировании Советского правительства. Об этом свидетельствует ленинский набросок схемы Советского правительства, который был составлен, видимо, между 24 и 25 октября10. Возможно, этот документ был составлен Лениным в ночь на 25 октября, во время заседания ЦК.

В наброске В. И. Ленин наметил: «Немедленное создание... Комиссий народных комиссаров... (м[инист]ры и т[овари]щи м[инист]ра)»11. В этом документе В. И. Ленин дает точное обозначение классового характера нового правительства: рабочее и крестьянское правительство12.

В наброске намечалась такая структура будущего правительства: Комиссия революционного порядка, Комиссия законодательных предположений, Комиссии по отраслям государственной деятельности (в наброске упоминалась только одна — Народного просвещения). Ленин наметил также издание правительственных органов — «Вестник рабочего и крестьянского правительства» и «Собрание узаконений и распоряжений и актов правительства»13.

В резолюции, написанной В. И. Лениным и принятой Петроградским Советом 25 октября, будущее правительство уже называлось «рабочим и крестьянским правительством» и определялась его программа14. Но, видимо, Ленин не удовлетворился этим обозначением. Нужно было соединить то название, которое Ленин наметил в своем наброске («Комиссии народных комиссаров»), с классовой характеристикой правительства, как она определялась в том же наброске и на заседании Петроградского Совета.

26 октября Центральный Комитет под председательством В. И. Ленина рассмотрел вопрос о составе Советского правительства15. Это произошло до открытия второго заседания съезда Советов. На заседание ЦК были приглашены представители левых эсеров Б. Д. Камков, В. Б. Спиро и В. А. Карелин, которым предложили принять участие в новом правительстве. Однако левые эсеры тогда отказались войти в правительство. На этом заседании был решен вопрос о форме организации правительства и его названии. Работая в тот же день, 26 октября, над текстом декрета о создании нового правительства, Ленин выработал окончательную формулу, заменив слово «Комиссия» словом «Совет»: «...временное рабочее и крестьянское правительство, которое будет именоваться Советом Народных Комиссаров»16.

В. И. Ленин не только продумал схему построения центральных органов власти, но и наметил их соотношение и дал им точное название. Ясность, простота и вместе с тем точное научное определение были найдены в этом названии. «Совет» обозначал форму организации и происхождение правительства из недр той организации, которая была создана революционным творчеством рабочих, крестьян, солдат. Название «народный комиссариат» находилось в соответствии с марксистско-ленинской теорией слома старого государственного аппарата и создания нового, Советского государства. «Комиссар» в сознании народа противостоял «министру», а название «народный» говорило о направлении политики правительства, избранного на съезде Советов. Обозначение «временное» говорило о том, что правительство создается до принятия конституционных основ Советского государства, которые должно принять Учредительное собрание или верховный советский орган — съезд Советов.

Декрет II Всероссийского съезда Советов об образовании рабочего и крестьянского правительства дает определение структуры и функций нового правительства. Руководство («заведование») отдельными отраслями государственной жизни поручалось комиссиям, возглавляемым народными комиссарами. «Правительственная власть, — говорилось в декрете, — принадлежит коллегии председателей этих комиссий, т. е. Совету Народных Комиссаров»17. Задачи правительства были очерчены в декрете как задачи по реализации программы II съезда Советов, «в тесном единении с массовыми организациями рабочих, работниц, матросов, солдат, крестьян и служащих».

Государственная власть, которая родилась из революционного переворота, не отделяла себя от массовых революционных организаций. Решительно борясь против всяких проявлений синдикализма, против попыток некоторых профсоюзных организаций, присвоить себе функции государственной власти, Совет Народных Комиссаров вместе с тем строил всю свою работу на широком привлечении организаций трудящихся к государственной деятельности.

Всю текущую государственную работу Совнарком проводил через наркоматы. В самом Совнаркоме был очень незначительный аппарат. По данным М. П. Ирошникова, в Управлении делами СНК в петроградский период его деятельности работало от 58 до 65 человек18. Структура аппарата СНК была предельно простой: Управление делами, Секретариат, финансовый отдел, отдел или бюро печати — таковы основные звенья аппарата СНК. Все они имели только вспомогательный, организационный характер.

Важным результатом деятельности СНК в это время является его законодательное творчество по насущным вопросам революции и жизни народа. С 27 октября по 17 ноября СНК принял и опубликовал около 50 важнейших декретов, постановлений и директив. Среди них такие, как Декрет о печати, о порядке утверждения и опубликования законов, об увеличении пенсий рабочим, о сокращении численности армии, расширении прав городских самоуправлений в продовольственном деле, о борьбе с контрреволюцией и спекуляцией, о моратории по векселям и исполнительным листам, об уничтожении сословий и гражданских чинов, о рабочем контроле и др. За это время ВЦИК и СНК приняли ряд государственных актов конституционного характера — Декларацию прав народов России, Наказ о взаимоотношениях ВЦИК и СНК, декрет о праве отзыва делегатов и др.

Был ли у партии большевиков, у Ленина накануне взятия власти план государственной деятельности, план строительства нового государства?

Буржуазные и мелкобуржуазные газеты неоднократно писали еще до Октября, что у большевиков никакого плана нет, что они если и возьмут власть, то неизбежно провалятся, так как не будут знать, что им с этой властью делать. Эти утверждения еще громче зазвучали в статьях и речах лидеров антисоветских партий после Октября. «Большевики плывут по течению», «их несет стихия», «не ведают, что творят», «ведут Россию к гибели» — такие и подобные откровения «украшали» страницы «Речи», «Рабочей газеты», «Дела народа» и других подобных изданий. Нередко кадетские и эсеро-меньшевистские «пророки» ссылались при этом на слова Ленина, что Советы на местах не должны ждать указаний сверху, а действовать по своей инициативе.

Ленин действительно говорил это. Но не желающие слышать не услышали, что в этих словах звучала глубочайшая вера Ленина в творческие возможности масс, а отнюдь не отказ от единого, сверху рекомендуемого плана строительства нового государства. Законодательное творчество высших советских органов шло в русле той программы, которую Ленин разработал еще накануне Октября в своих трудах «Грозящая катастрофа и как с ней бороться», «Удержат ли большевики государственную власть?», «Государство и революция» и других программных документах большевизма.

С самого начала создания Советского правительства комиссии по заведованию отдельными отраслями государственной жизни были задуманы как основа нового центрального государственного аппарата. Но это не означало немедленного уничтожения старых министерств. Напротив, интересы революции, народа требовали продолжения бесперебойной работы почти всех министерств, особенно таких, как финансов, продовольствия, путей сообщения, почт и телеграфа. Даже такие министерства, как юстиции, военное, просвещения, которые в той или иной степени участвовали в подавлении или затемнении сознания народных масс, не могли быть сразу, одним приемом ликвидированы. Такие функции этих органов старой власти, как, например, управление транспортом, связью, снабжение многомиллионной армии на фронте, материальное обеспечение сети школ, не могли быть сразу изъяты из ведения старых органов. Ломка старого государственного аппарата должна была пройти через ряд стадий, и первой из них являлась стадия подчинения старого аппарата новой, Советской власти. Перед народными комиссарами, избранными в первый состав Совнаркома, стояла двойная задача — строить новый центральный аппарат и подчинять себе старый аппарат, постепенно ликвидируя его.

Необходимо было овладеть связями старого аппарата, отобрать ту часть чиновничества, которую можно было использовать. Министерства, не выполнявшие функций непосредственного подавления масс, должны были продолжать свою работу под контролем народных комиссаров. В обращении наркома просвещения А. В. Луначарского к гражданам России отмечалось, что «текущие дела должны идти пока своим чередом через Министерство народного просвещения»19.

Вот почему народные комиссары в первые месяцы выступали и как комиссары по соответствующему министерству, и как руководители вновь создаваемых наркоматов. Особенно это относится к наркомам просвещения, финансов, внутренних дел, военных дел, почт и телеграфа.

В. Р. Менжинский 30 октября 1917 г. подписал постановление об открытии банков как заместитель народного комиссара по Министерству финансов. Так же он подписывает ряд декретов в ноябре 1917 г. Однако тогда же, в ноябре 1917 г., В. Р. Менжинский подписывает некоторые декреты как «комиссар по делам финансов»20. Н. П. Авилов 3 ноября подписал декрет как народный комиссар почт и телеграфов, 12 ноября — как народный комиссар по Министерству почт и телеграфов21. В коллегиях новых органов, народных комиссариатов, иногда выделяли одного из членов коллегии для управления старым министерством22. В некоторых случаях ядро нового комиссариата создавалось при комиссаре по министерству. 16 ноября Совет Народных Комиссаров, как уже указывалось, назначил Г. И. Петровского комиссаром по Министерству внутренних дел, а большую группу работников Военно-революционного комитета — в коллегию при народном комиссаре по Министерству внутренних дел23. Таким образом, здесь ядро нового комиссариата создавалось сразу же, параллельно со «взятием», т. е. с ломкой, старого министерства.

В этих на первый взгляд формальных признаках мы усматриваем отражение двух сторон единого процесса — ломки старого государственного аппарата и созидания нового.

Когда проводились мероприятия по использованию или ломке старого аппарата, на первый план выступал народный комиссар по соответствующему министерству. Когда речь шла о формировании нового аппарата, народный комиссар не упоминал министерства, а выступал как глава наркомата. Конечно, не всегда это различие четко проводилось, не всегда его можно обнаружить, по само существование в одном лице комиссара по старому министерству и народного комиссара — руководителя нового комиссариата говорило о единстве процессов ломки и созидания. В декабре 1917 г. народные комиссары все реже и реже выступали как комиссары по министерствам, что свидетельствовало об успешном подавлении саботажа, о ломке старых министерств и укреплении наркоматов24.

Однако было бы ошибочным рассматривать внутреннюю организацию Совнаркома и наркоматов первых месяцев как нечто уже устоявшееся и окончательно оформившееся. Были попытки в ноябре — декабре 1917 г. зафиксировать в государственном акте «внутреннюю конституцию» Совета Народных Комиссаров. На заседании Совнаркома 20 ноября в связи с обсуждением вопроса об организации финансового отдела при СНК встал вопрос об уставе СНК. В наброске проекта постановления было отмечено, что внутренняя конституция Совета Народных Комиссаров предполагает два учреждения — сметную и исполнительную комиссии. ВЦИК предлагалось обсудить соответственные пункты «внутреннего устава» Совета Народных Комиссаров25.

Подготовка этого «внутреннего устава» была поручена П. И. Стучке. Подготовленный им документ был поставлен на обсуждение Совнаркома 30 ноября. Однако в принятом постановлении было записано: «Писаной конституции не устанавливать»26. Из всех вопросов «внутреннего устава» был решен только самый неотложный: «...на заседаниях Совета Народных Комиссаров присутствуют представители тех коллегий (наркоматов), которых касается обсуждаемое дело»27.

В списке наркоматов (комиссий), обозначенных в декрете II Всероссийского съезда Советов о создании Советского правительства, мы видим ряд особенностей, коренным образом отличающих этот состав от министерств Временного правительства.

По военным и морским делам в составе нового правительства II съезд Советов создал комитет, в который вошли три народных комиссара — В. А. Антонов-Овсеенко, Н. В. Крыленко, П. Е. Дыбенко. Таким образом, сразу был зафиксирован курс на объединение функций, ранее принадлежавших военному и морскому министерствам. Создание комитета свидетельствовало также о курсе на демократизацию всего строя жизни армии, т. е. на ломку того старого армейского аппарата, который являлся опорой буржуазии. Об этом же свидетельствовал и состав Комитета по военным и морским делам: работники Военной большевистской организации, прапорщик и матрос, становились во главе всего военного дела.

Впервые в составе правительства создавалась Комиссия по делам национальностей во главе с И. В. Сталиным. Создание такой комиссии свидетельствовало, что национальная политика, политика освобождения угнетенных ранее народов и национально-государственного строительства, будет занимать важное место в деятельности Совета Народных Комиссаров.

По способу своего образования первый Совет Народных Комиссаров отличался не только от всех предшествующих правительств как правительство, созданное Советами, но и от последующих составов СНК тем, что он был избран непосредственно Всероссийским съездом Советов. Последующие съезды избирали ВЦИК, который, в свою очередь, формировал Совет Народных Комиссаров. Такая исключительность в способе образования правительства на II съезде Советов объяснялась условиями революционного переворота, необходимостью немедленно приступить к работе, еще до того, как сконструируется ВЦИК.

Первое заседание СНК состоялось ранним утром 27 октября.

В тот же день состоялось второе заседание Совета Народных Комиссаров28. На этом заседании СНК утвердил Декрет о печати и постановление о созыве Учредительного собрания в назначенный срок. В тот же день В. И. Ленин подписал постановление правительства о расширении прав городских самоуправлений в продовольственном деле29.

Итак, подавление контрреволюционной печати, точное заявление о созыве в срок Учредительного собрания, развязывание инициативы местных организаций в разрешении продовольственного кризиса — таков круг вопросов первого дня законодательной деятельности Совнаркома.

В этот же день, 27 октября, состоялось первое заседание ВЦИК 2-го созыва. Временным председателем ВЦИК был избран Л. Б. Каменев. Было создано пять комиссий, в том числе по организационным вопросам, по подготовке Всероссийского съезда крестьянских Советов и по выработке инструкций эмиссарам ВЦИК, направляемым на места30.

Первые же шаги новых центральных органов Советской власти были сделаны в ожесточенной борьбе с контрреволюцией и мелкобуржуазными капитулянтами.