Содержание материала

 

ДОКУМЕНТЫ I КОНГРЕССА КОМИНТЕРНА И ИККИ

 

ПЛАТФОРМА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА

Противоречия капиталистической мировой системы, которые были скрыты в ее недрах, проявились с колоссальной силой в одном гигантском взрыве — в империалистической мировой войне.

Капитализм пытался преодолеть свою собственную анархию организацией производства. Вместо многочисленных конкурирующих предпринимателей образовались могущественные союзы капиталистов (синдикаты, картели, тресты); банковский капитал соединился с капиталом промышленным; вся экономическая жизнь попала под власть финансово-капиталистической олигархии, которая на почве этой власти, путем своей организации, достигла исключительного господства. На место свободной конкуренции стала монополия. Отдельный капиталист превратился в капиталиста — члена капиталистических союзов. Безумная анархия стала замещаться организацией.

Но в той же самой мере, в какой анархия капиталистического способа производства замещалась капиталистической организацией в отдельных странах, все более и более обострялись противоречия, конкурентная борьба, анархия мирового хозяйства. Борьба между величайшими организованными разбойничьими государствами с железной необходимостью вела к чудовищной империалистической мировой войне. Жажда прибыли толкала мировой капитал к борьбе за новые рынки сбыта, за новые сферы приложения капитала, за новые источники сырья, за дешевую рабочую силу колониальных рабов. Империалистические государства, которые поделили между собою весь мир, которые превратили многие миллионы африканских, азиатских, австралийских, американских пролетариев и крестьян в рабочий скот, должны были рано или поздно обнаружить в гигантском столкновении действительную анархическую природу капитала. Так возникло величайшее преступление — разбойничья мировая война.

Капитализм пытался также преодолеть свою противоречивую социальную структуру. Буржуазное общество — классовое общество. Капитал великих «цивилизованных» держав хотел затушевать социальные противоречия. За счет ограбленных колониальных народов капитал подкупал своих наемных рабов, создавал общность интересов между эксплуататорами и эксплуатируемыми, интересов, направленных против угнетенных колоний — колониальных народов, желтых, черных, краснокожих; он приковывал европейский и американский рабочий класс к империалистическому «отечеству».

Но тот же самый метод постоянного подкупа, которым создавался патриотизм рабочего класса и его духовное порабощение, превратился благодаря войне в свою собственную противоположность. Физическое истребление, полное порабощение пролетариата, чудовищный гнет, обнищание и вырождение, мировой голод — такова была последняя плата за гражданский мир. Он был взорван. Империалистическая война превратилась в войну гражданскую.

Родилась новая эпоха — эпоха разложения капитализма, его внутреннего распада, эпоха коммунистической революции пролетариата.

Империалистическая система терпит крах. Брожение в колониях, брожение среди малых наций, до этого момента несамостоятельных, восстания пролетариата, победоносные пролетарские революции в некоторых странах, разложение империалистических армий, полная неспособность господствующих классов руководить дальше судьбами народов — такова картина теперешнего положения во всем мире.

Человечеству, вся культура которого подверглась разрушению, угрожает опасность полного уничтожения. Есть лишь одна сила, способная его спасти, и эта сила — пролетариат. Старого капиталистического «порядка» уже нет, он не может более существовать. Конечным результатом существования капиталистического способа производства является хаос. Этот хаос может преодолеть лишь самый большой производительный класс — рабочий класс. Он должен установить действительный порядок — коммунистический порядок. Он должен разрушить господство капитала, сделать невозможными войны, стереть границы между государствами, превратить весь мир в работающее само на себя сообщество, осуществить свободу и братство народов.

Между тем мировой капитал готовится к последнему бою. Под прикрытием Лиги наций15 и пацифистской болтовни делает он последние усилия склеить, стихийно распадающиеся части капиталистической системы и направить свои силы против неудержимо разгорающейся пролетарской революции.

На этот новый чудовищный заговор капиталистического класса пролетариат должен ответить завоеванием политической власти, направить эту власть против своих классовых врагов и использовать в качестве рычага для экономического переустройства общества. Окончательная победа мирового пролетариата будет означать начало настоящей истории освобожденного человечества.

 

ЗАВОЕВАНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ

Завоевание политической власти пролетариатом означает уничтожение политической власти буржуазии. Сильнейшим орудием власти в руках буржуазии является буржуазный государственный аппарат с его капиталистической армией, находящейся под командованием буржуазно-юнкерского офицерства, с его полицией и жандармерией, его тюремщиками и судьями, его попами, чиновниками и т. п. Завоевание политической власти не может свестись лишь к перемене личного состава в министерствах, но должно означать уничтожение враждебного государственного аппарата, сосредоточение в руках пролетариата реальной силы, разоружение буржуазии, контрреволюционного офицерства и белой гвардии и вооружение пролетариата, революционных солдат и Красной рабочей гвардии; смещение всех буржуазных судей и организацию пролетарского суда; уничтожение господства реакционного чиновничества и создание новых

пролетарских органов управления. Победа пролетариата обеспечивается дезорганизацией враждебной и организацией пролетарской власти, она должна означать разрушение буржуазного и создание пролетарского государственного аппарата. Лишь после того как пролетариат победит, окончательно сломив сопротивление буржуазии, лишь тогда он сможет сделать полезными новому порядку своих прежних противников, постепенно привлекая их под своим контролем к работе коммунистического строительства.

 

ДЕМОКРАТИЯ И ДИКТАТУРА

Как и всякое государство, пролетарское государство представляет из себя аппарат принуждения, но этот аппарат направляется теперь против врагов рабочего класса. Его назначение состоит в том, чтобы сломить и сделать невозможным сопротивление эксплуататоров, в безнадежной борьбе пускающих в ход все средства, чтобы потопить революцию в потоках крови. С другой стороны, диктатура пролетариата, официально ставящая этот класс в положение господствующего в обществе, представляет из себя переходное состояние.

По мере того как будет сломлено сопротивление буржуазии, она будет экспроприирована и постепенно превратится в работающий слой общества, исчезнет и диктатура пролетариата, умрет государство, а с ним и деление общества на классы.

Так называемая демократия, т. е. буржуазная демократия, есть не что иное, как затушеванная диктатура буржуазии. Пресловутая всеобщая «воля народа» является такой же фикцией, как и единый народ. На деле существуют классы с противоположными, исключающими друг друга стремлениями. А так как буржуазия представляет из себя незначительное меньшинство, то она пользуется этой фикцией, этой мнимой «народной волей», чтобы под прикрытием этого красивого словца утвердить свое господство над рабочим классом и навязать ему волю своего класса. Наоборот, пролетариат, составляющий огромное большинство населения, совершенно открыто использует классовую мощь своих массовых организаций, своих Советов, чтобы устранить привилегии буржуазии и обеспечить переход к бесклассовому коммунистическому обществу.

Сущность буржуазной демократии состоит в чисто декларативном, формальном признании прав и свобод, недоступных как раз рабочему народу, пролетариату и полупролетарским элементам, ввиду недостатка материальных средств, в то время как буржуазия имеет полную возможность использовать свои материальные средства, свою прессу и организации для лжи и обмана народа. Наоборот, сущность советской системы, этого нового типа государственной власти, состоит в том, что при ней пролетариат получает возможность на деле обеспечить себе свои права и свободу. Советская власть предоставляет народу лучшие дворцы, дома, типографии, запасы бумаги и пр. для его прессы, для его собраний, клубов. Только тогда и делается действительно возможной пролетарская демократия.

Буржуазная демократия с ее парламентской системой лишь на словах предоставляет массам участие в управлении государством. На деле же массы и их организации совершенно устраняются и от действительной власти, и от действительного управления государством. При системе Советов управляют массовые организации, а через них сами массы, поскольку Советы привлекают все более увеличивающееся количество рабочих к управлению государством и только этим путем весь рабочий народ постепенно втягивается в действительную работу по управлению государством. Советская система опирается, таким образом, на массовые организации пролетариата, в лице самих Советов, революционных профессиональных союзов, кооперативов и т. д.

Буржуазная демократия и парламентаризм, благодаря разделению законодательной и исполнительной власти и отсутствию права отзыва депутатов, обостряют разобщенность масс от государства. Наоборот, советская система с ее правом отзыва, соединением законодательной и исполнительной власти и вследствие способности Советов быть работающими коллегиями связывает массы с органами управления. Эта связь облегчается еще и благодаря тому, что при системе Советов выборы происходят не по искусственно созданным территориальным округам, а на основе производственного принципа.

Таким путем советская система обеспечивает возможность действительной, пролетарской демократии для пролетариата и внутри пролетариата, демократии, направленной против буржуазии. При этой системе промышленному пролетариату обеспечивается преимущественное положение в качестве руководящего, лучше организованного и политически наиболее зрелого класса, под гегемонией которого в состоянии постепенно подняться полупролетарские элементы и крестьянская беднота деревни. Эти временные преимущества промышленного пролетариата должны быть использованы для того, чтобы вырвать неимущие мелкобуржуазные массы деревни из-под влияния деревенских кулаков и буржуазии, организовать и привлечь их в качестве сотрудников к делу коммунистического строительства.

 

ЭКСПРОПРИАЦИЯ БУРЖУАЗИИ И СОЦИАЛИЗАЦИЯ ПРОИЗВОДСТВА

Разложение капиталистической системы и капиталистической трудовой дисциплины делает невозможным при данных междуклассовых отношениях восстановление производства на прежнем базисе. Борьба рабочих за повышение заработной платы, даже в случае ее успеха, не приводит к ожидаемому поднятию уровня жизни, потому что рост цен на все продукты потребления неизменно сводит к нулю каждый успех. Жизненные условия рабочих могут быть улучшены лишь тогда, когда не буржуазия, а сам пролетариат будет управлять производством. Энергичная борьба рабочих за увеличение заработной платы во всех странах, в которой ясно отражается их тяжелейшее положение, благодаря своей стихийной мощи и тенденции стать всеобщей, делает невозможным дальнейшее продолжение капиталистического производства. Чтобы поднять производительные силы хозяйства, чтобы как можно скорей сломить сопротивление буржуазии, которая затягивает агонию старого общества и тем самым создает опасность полного разрушения хозяйственной жизни, пролетарская диктатура должна осуществить экспроприацию крупной буржуазии и дворянства и сделать средства производства и транспорта общественной собственностью пролетарского государства.

Коммунизм рождается теперь из развалин капиталистического строя, другого выхода история не дает человечеству. Оппортунисты, выставляющие утопическое требование восстановления капиталистической системы хозяйства, чтобы отодвинуть социализацию, лишь оттягивают разрешение кризиса и создают прямую угрозу полной гибели, в то время как коммунистическая революция является самым лучшим и единственно возможным средством, благодаря которому важнейшая производительная сила общества — пролетариат, а с ним и само общество могут спасти себя.

Пролетарская диктатура отнюдь не ведет за собой какого бы то ни было дележа средств производства и транспорта. Наоборот, ее задачей является еще большая централизация производительных сил и подчинение всего производства единому плану.

В качестве первого шага по пути к социализации всего хозяйства необходимы: социализация аппарата крупных банков, которые руководят теперь промышленностью, овладение всеми хозяйственными государственно-капиталистическими органами путем передачи их пролетарской государственной власти, овладение всеми коммунальными предприятиями, социализация синдицированных и трестированных отраслей производства, равно как и таких отраслей производства, степень концентрации и централизации капитала в которых делают социализацию технически возможной; социализация сельскохозяйственных имений и превращение их в общественно управляемые земледельческие хозяйства.

Что касается более мелких предприятий, то пролетариат, смотря по их величине, должен постепенно объединять их.

При этом нужно особенно подчеркнуть, что мелкая собственность отнюдь не должна экспроприироваться и мелкие владельцы, не эксплуатирующие чужого труда, не должны подвергаться никаким насильственным мерам. Этот слой будет втянут в сферу социалистической организации постепенно примером и практикой, которая покажет преимущества нового строя, который освободит мелкое крестьянство и мелкую буржуазию городов от экономического гнета кулачества и дворянства, от тяжести налогов (особенно в результате аннулирования государственных долгов) и т. д.

Задача пролетарской диктатуры в экономической области может быть выполнена лишь в той мере, в какой пролетариат будет в состоянии создать централизованные органы управления производством и осуществить рабочее управление. При этом он вынужден будет использовать те из своих массовых организаций, которые теснее всего связаны с процессом производства.

В области распределения пролетарская диктатура должна осуществить замену торговли правильным распределением продуктов; из необходимых для этой цели мероприятий нужно упомянуть: социализацию крупных торговых предприятий, передачу в руки пролетариата всех буржуазногосударственных, а также муниципальных органов распределения, контроль над крупными кооперативными объединениями, организационный аппарат которых еще будет иметь крупное хозяйственное значение в переходный период, постепенную централизацию всех этих органов и превращение их в единое целое для рационального распределения продуктов.

Как в области производства, так и в области распределения должны быть использованы все квалифицированные техники и специалисты, после того как будет сломлено их сопротивление в политической области и они будут в состоянии служить не капиталу, а новой системе производства.

Пролетариат не намерен их угнетать,— наоборот, только он впервые даст им возможность развить самую энергичную творческую деятельность. Пролетарская диктатура заменит разделение физического и умственного труда, свойственное капитализму, объединением, того и другого и этим соединит труд и науку.

Вместе с экспроприацией фабрик, рудников, имений и т. д. пролетариат должен также положить конец эксплуатации населения со стороны капиталистических домовладельцев, передать большие дома в руки местных рабочих Советов, переселить рабочее население в буржуазные квартиры и т. д.

В ходе этого огромного переворота Советская власть, с одной стороны, должна неуклонно строить огромный аппарат управления во все более централизованной форме, с другой стороны, должна привлекать к непосредственной работе управления все большие и большие слои трудового народа.

 

ПУТЬ К ПОБЕДЕ

Революционная эпоха требует от пролетариата применения таких средств борьбы, которые концентрируют всю его энергию, а именно: методов массовой борьбы с ее логическим концом — прямым столкновением в открытом бою с буржуазной государственной машиной. Этой цели должны быть подчинены все другие средства, вроде, например, революционного использования буржуазного парламентаризма.

Необходимым предварительным условием такой победоносной борьбы является разрыв не только с прямыми лакеями капитала и палачами коммунистической революции, в каковой роли выступают правые социал-демократы, но и разрыв с «центром» (каутскианцы), который покидает в критических! момент пролетариат и заигрывает с его открытыми врагами.

С другой стороны, необходимо осуществить блок с такими элементами революционного рабочего движения, которые, несмотря на то что раньше не состояли в социалистической партии, теперь стали в общем и целом на почву пролетарской диктатуры в форме Советов, как, например, соответствующие элементы синдикализма.

Рост революционного движения во всех странах, опасность удушения этой революции со стороны союза капиталистических государств, попытки социал-предательских партий объединиться (образование желтого «Интернационала» в Берне), чтобы лакейски служить вильсоновской Лиге, наконец, абсолютная необходимость координировать пролетарские выступления — все это ведет неизбежно к основанию действительно революционного и действительно пролетарского, Коммунистического Интернационала.

Интернационал, который окажется способен подчинить так называемые национальные интересы интересам интернациональной революции, осуществит тем взаимную помощь со стороны пролетариата различных стран, а без экономической и других видов взаимной поддержки пролетариат не в состоянии построить новое общество. С другой стороны, в противоположность желтому социал-патриотическому Интернационалу, Интернационал коммунистического пролетариата будет поддерживать эксплуатируемые народы колоний в их борьбе с империализмом, чтобы способствовать окончательному краху системы мирового империализма.

Преступники капитализма утверждали в начале мировой войны, что все они защищают лишь свое отечество. Но скоро германский империализм выявил свою звериную натуру рядом кровавых деяний в России, на Украине, в Финляндии. Теперь, в свою очередь, разоблачают себя даже перед самыми отсталыми слоями населения державы Антанты16, оказавшиеся мировыми грабителями и убийцами пролетариата. В согласии с немецкой буржуазией и социал-патриотами, с лицемерными фразами о мире на устах пытаются они подавить при помощи танков и тупых варварских колониальных войск революцию европейского пролетариата. Неописуемо жесток белый террор буржуазных каннибалов. Бесчисленны жертвы рабочего класса — он потерял лучших своих борцов — Либкнехта, Люксембург.

Пролетариат должен защищаться, защищаться во что бы то ни стало! Коммунистический Интернационал зовет весь мировой пролетариат к этой последней борьбе. Оружие против оружия! Сила против силы!

Долой империалистический заговор капитала!

Да здравствует международная республика пролетарских Советов! Принято 4 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1, сверенному с текстом книги «Manifest, Richtlinien, Веschelusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben bes Exekutivkomitees dis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ О КОНСТИТУИРОВАНИИ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА

Интернациональная Коммунистическая Конференция постановляет конституироваться как Третий Интернационал и принять наименование Коммунистического Интернационала. Соотношение голосов остается без изменения. За всеми партиями, организациями и группами сохраняется право в течение 8 месяцев заявить в окончательной форме о своем вступлении в Третий Интернационал.

Принято 4 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1

 

ЗАЯВЛЕНИЕ УЧАСТНИКОВ ЦИММЕРВАЛЬДСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ НА КОНГРЕССЕ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА В МОСКВЕ

Циммервальдская и Кинтальская конференции имели значение в то время, когда необходимо было объединить все те пролетарские элементы, которые готовы были, в той или иной форме, протестовать против империалистской бойни. Но в состав Циммервальдского объединения вошли, наравне с вполне определенными коммунистическими элементами, также элементы «центра», пацифистские и колеблющиеся элементы. Элементы «центра», как это показала Бернская конференция, объединяются теперь с социал-патриотами для борьбы с революционным пролетариатом и используют, таким образом, Циммервальд в интересах реакции.

В то же самое время коммунистическое течение в целом ряде стран окрепло, и борьба с элементами из «центра», препятствующими развитию социальной революции, стала теперь важнейшей задачей революционного пролетариата.

Циммервальдское объединение изжило себя. Все, что было в Циммервальдском объединении действительно революционного, переходит и примыкает к Коммунистическому Интернационалу.

Нижеподписавшиеся участники Циммервальда заявляют, что они рассматривают Циммервальдскую организацию ликвидированной и предлагают Бюро Циммервальдской конференции передать все его документы Исполнительному Комитету III Интернационала.

X. Раковский, Н. Ленин, Г. Зиновьев, Л. Троцкий, Ф. Платтен

Принято 4 марта 1919 г.

Печатается по тексту книги «Коммунистический Интернационал в документах 1919—1932», М., 1933, сверенному с текстом книги «Manifest, Richtlinien, Beschlusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutivkomitees bis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ О ЦИММЕРВАЛЬДСКОМ ОБЪЕДИНЕНИИ

Заслушав доклад секретаря Циммервальдской Интернациональной социалистической комиссии тов. Балабановой и заявление участников Циммервальдского объединения тт. Ваковского, Платтена, Ленина, Троцкого и Зиновьева, I конгресс Коммунистического Интернационала постановляет:

Циммервальдское объединение считать ликвидированным.

Принято 4 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1

 

РЕЗОЛЮЦИЯ ОБ ОТНОШЕНИИ К «СОЦИАЛИСТИЧЕСКИМ» ТЕЧЕНИЯМ И К БЕРНСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ

I

Уже в 1907 г. на Международном социалистическом конгрессе в Штутгарте 17, когда II Интернационал коснулся вопроса о колониальной политике и империалистических войнах, обнаружилось, что большинство II Интернационала и его вождей в данных вопросах стоит гораздо ближе к взглядам буржуазии, чем к коммунистической точке зрения Маркса и Энгельса.

Тем не менее Штутгартский конгресс принял следующую поправку, предложенную представителями революционного крыла, В. Лениным и Розой Люксембург:

«В случае, если война все же разразится, они должны активно выступить за скорейшее окончание ее и стремиться всеми средствами к тому, чтобы использовать вызванный войной экономический и политический кризис для возбуждения народных масс и ускорить падение капиталистического классового господства».

На Базельском конгрессе в ноябре 1912 г.18, созванном во время Балканской войны19, II Интернационал заявил:

«Пусть буржуазные правительства не забывают.., что франко-прусская война вызвала революционное восстание Коммуны и что русско-японская война привела в движение революционные силы России... Пролетарии считают преступлением стрелять друг в друга ради прибылей капиталистов, ради честолюбия династий, ради выполнения тайных дипломатических договоров».

* * *

Еще в конце июля и в начале августа 1914 г., за 24 часа до начала мировой войны, ответственные органы и учреждения II Интернационала продолжали осуждать надвигающуюся войну как величайшее преступление буржуазии.

Относящиеся к указанным дням заявления руководящих партий II Интернационала являются самым красноречивым обвинительным актом против вождей II Интернационала.

* * *

С первым же выстрелом, раздавшимся на полях империалистической бойни, главные партии II Интернационала предали рабочий класс и перешли, прикрываясь «обороной отечества», на сторону «своей» буржуазии. Шейдеман и Эберт в Германии, Тома и Ренодель во Франции, Гендерсон и Гайндман в Англии, Вандервельде и Де-Брукер в Бельгии, Реннер и Пернерсторфер в Австрии, Плеханов и Рубанович в России, Брантинг и его партия в Швеции20, Гомперс с единомышленниками в Америке, Муссолини и К0 в Италии призвали пролетариат заключить «гражданский мир» с буржуазией «своей» страны, отказаться от войны с войной и таким образом превратить пролетариат в пушечное мясо для империалистов.

Это был момент окончательного банкротства и гибели II Интернационала.

* * *

Буржуазия наиболее богатых стран получила возможность, благодаря общему ходу экономического развития, путем мелких подачек из своих гигантских прибылей, подкупить и соблазнить верхи рабочего класса — рабочую аристократию. Мелкобуржуазные «попутчики» социализма хлынули в ряды официальных социал-демократических партий и постепенно изменили курс их политики в сторону буржуазии.

Из руководителей мирного, парламентского рабочего движения, вождей профессиональных союзов, секретарей, редакторов и служащих социал-демократии образовалась целая каста рабочей бюрократии, обладавшая собственными своекорыстными групповыми интересами и ставшая в действительности враждебной социализму.

Благодаря всем этим обстоятельствам официальная социал-демократия выродилась в антисоциалистическую и шовинистскую партию.

Уже в лоне II Интернационала обнаружились три основных течения. В течение войны еще до начала пролетарской революции в Европе очертания этих трех направлений обрисовались с полнейшей ясностью:

1) Социал-шовинистское течение (направление «большинства»), типичнейшими представителями которого являются германские социал-демократы, разделяющие в настоящее время власть с буржуазией и сделавшиеся убийцами вождей Коммунистического Интернационала Карла Либкнехта и Розы Люксембург.

Социал-шовинисты в настоящее время показали себя заведомыми классовыми врагами пролетариата. Они следуют программе «ликвидации» войны, подсказанной им буржуазией: переложение львиной доли налогов на трудящиеся массы, неприкосновенность частной собственности, оставление армии в руках буржуазии, роспуск всюду образующихся Советов рабочих депутатов, оставление политической власти в руках буржуазии,— словом, буржуазная «демократия» против социализма.

Какие острые формы ни принимала до сих пор борьба коммунистов против «социал-демократов большинства», рабочим все же еще не вполне ясна та опасность, которая угрожает международному пролетариату со стороны этих предателей.

Открыть глаза всем трудящимся на иудино дело социал-шовинистов и вооруженной рукой обезвредить эту контрреволюционную партию — в этом одна из важнейших задач международной пролетарской революции.

2) Течение «центра» (социал-пацифисты, каутскианцы, независимые). Это течение стало складываться еще до войны, главным образом в Германии.

В начале войны «центр» почти всюду совпадал в основных чертах с социал-шовинистами. Теоретический вождь «центра» Каутский выступил в защиту политики, которой следуют немецкие и французские социал-шовинисты. Интернационал будто бы является лишь «инструментом мирного времени». «Борьба за мир», «классовая борьба во время мира» — таков пароль Каутского.

С начала войны «центр» настаивает на «единении» с социал-шовинистами. После убийства Либкнехта и Розы Люксембург «центр» продолжает проповедовать то же самое «единство», т. е. единство рабочих коммунистов с убийцами коммунистических вождей Либкнехта и Люксембург.

Уже в начале войны «центр» (Каутский, Виктор Адлер, Турати, Макдональд) начал проповедовать «взаимную амнистию», которая должна была распространиться на вождей социалистических партий Германии и Австрии, с одной стороны, и Франции и Англии — с другой. «Центр» проповедует эту амнистию и ныне, по» окончании войны, и препятствует таким образом выяснению рабочими причин крушения II Интернационала.

«Центр» отправил своих представителей в Берн, на международную конференцию социал-предателей, и облегчил, таким образом, обман рабочих шейдеманами и реноделями.

Безусловно необходимо отколоть от «центра» наиболее революционные элементы. Это достижимо лишь путем беспощадной критики и разоблачения вождей «центра». Организационный разрыв с «центром» является решительной исторической необходимостью. Задача коммунистов каждой отдельной страны заключается в том, чтобы определить момент этого разрыва в зависимости от стадии развития, достигнутой движением.

3) Коммунисты. Во II Интернационале, где направление это защищало коммунистическо-марксистские взгляды на войну и на задачи пролетариата (в Штутгарте в 1907 г.: резолюция Ленина — Люксембург), оно оставалось в меньшинстве.

«Леворадикальная» группа (позднейшие спартаковцы) 21 в Германии, партия большевиков в России, «трибунисты» в Голландии22, группа молодых в Швеции23 и левое крыло Интернационала молодежи24 в целом ряде стран образовали первое ядро нового Интернационала.

Оставаясь верным интересам пролетариата, направление это провозгласило с начала войны лозунг: «Превращение империалистической войны в войну гражданскую».

Это направление ныне сорганизовалось в III Интернационал.

II

Бернская социалистическая конференция в феврале 1919 г. была попыткой гальванизировать труп II Интернационала.

Состав Бернской конференции с очевидностью показывает, что всемирный революционный пролетариат не имеет ничего общего с этой конференцией.

Победоносный пролетариат России, героический пролетариат Германии, итальянский пролетариат, коммунистическая часть рабочего класса Австрии и Венгрии, пролетариат Швейцарии, рабочий класс Болгарии, Румынии, Сербии, левые рабочие партии Швеции, Норвегии, Финляндии, украинский, латышский, польский пролетариат, лучшая часть организованного пролетариата Англии, интернационалистическая молодежь и женский Интернационал 25 демонстративно отказались от участия в Бернской конференции социал-патриотов.

Те из участников Бернской конференции, которые еще сохранили известный контакт с истинным рабочим движением нашего времени, образовали оппозиционную группу, которая выступила против политики социал-патриотов, по крайней мере в главном вопросе: оценка русской революции. Заявление французского товарища Лорио 26, бичующего большинство Бернской конференции, как приспешников буржуазии, является истинным мнением классово сознательных рабочих всего мира.

В так называемом «вопросе о виновниках» войны Бернская конференция все время вращалась в рамках буржуазной идеологии. Германские и французские социал-патриоты забрасывали друг друга теми же обвинениями, которые бросают друг другу германские и французские буржуа. Бернская конференция разменивалась на мелочи, обсуждая тот или иной шаг буржуазных министров до войны, и не хотела сознаться, что главным виновником войны является капитализм, финансовый капитал обеих коалиций и их социал-патриотические лакеи. Социал-патриоты бернского большинства хотели найти главного виновника войны. Им надо было только посмотреть в зеркало, и они увидели бы некоторых из главных виновников войны.

То, что Бернская конференция заявила по поводу вопроса о территориях, полно двусмысленностей 27. Эта двусмысленность как раз на руку буржуазии. Реакционнейший представитель империалистической буржуазии г. Клемансо признал заслуги Бернской социал-патриотической конференции перед империалистической реакцией, приняв делегацию Бернской конференции и предложив ей принять участие во всех соответствующих комиссиях Парижской империалистической конференции28.

В колониальном вопросе ясно обнаружилось, что Бернская конференция плывет по руслу либерально-буржуазной колониальной политики, оправдывающей эксплуатацию и порабощение колоний империалистической буржуазией и лишь пытающейся прикрыть ее гуманно-филантропическими фразами. Германские социал-патриоты потребовали, чтобы немецкие колонии продолжали принадлежать германскому государству, т. е. чтобы указанные колонии продолжали эксплуатироваться германским капиталом. Разногласия, проявившиеся по этому поводу, доказывают, что социал-патриоты Антанты стоят, в сущности, на рабовладельческой точке зрения и рассматривают дальнейшее порабощение французских и английских колоний отечественным капиталом как нечто само собою разумеющееся. Этим Бернская конференция показала, что она основательно позабыла лозунг: «Вон из колоний!».

При обсуждении вопроса о «Лиге наций» Бернская конференция показала, что она пошла по стопам тех буржуазных элементов, которые не брезгают ничем, чтобы задушить пролетарскую революцию. Вместо того чтобы разоблачить деяния межсоюзнической конференции в Париже, как разбойничьей шайки, Бернская конференция оказала ей поддержку, унизившись до уровня орудия в руках ее.

Раболепная позиция конференции, предоставившей решение вопроса о законах, касающихся охраны труда, Парижской конференции буржуазных правительств, показывает, что социал-патриоты сознательно высказались за сохранение капиталистического наемного рабства и готовы бросить рабочему классу только подачку в виде ничтожных реформ.

Инспирированные политикой буржуазии попытки заставить Бернскую конференцию принять постановление, которым II Интернационал прикрыл бы вооруженное вмешательство в русские дела, потерпели крушение лишь благодаря стараниям оппозиции. В этой победе бернской оппозиции над явно шовинистическими элементами мы видим косвенное доказательство того, что пролетариат Западной Европы симпатизирует русской пролетарской революции и готов бороться против империалистической буржуазии.

Страх, проявляемый этими лакеями буржуазии перед неизбежным распространением Советов рабочих депутатов, обнаруживается в их трусливом стремлении уклониться от рассмотрения этих явлений всемирно- исторического значения.

Советы рабочих депутатов — это важнейшее явление со времени Парижской Коммуны. Тем, что Бернская конференция игнорировала этот вопрос, она открыто проявила свое духовное убожество, свое теоретическое банкротство.

Конгресс Коммунистического Интернационала считает тот «Интернационал», который пытается воскресить Бернская конференция, желтым Интернационалом штрейкбрехеров, являющимся лишь орудием в руках буржуазии.

Конгресс призывает рабочих всех стран начать самую решительную борьбу против желтого Интернационала и предостеречь широкие массы народа от этого «Интернационала» лжи и обмана.

Принято 6 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1. сверенному с текстом книги «Manifest, Richtlinien, Beschlusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutivkomilees bis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920.

 

МАНИФЕСТ КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА К ПРОЛЕТАРИЯМ ВСЕГО МИРА

Семьдесят два года тому назад коммунистическая партия возвестила миру свою программу в виде «Манифеста» 29, написанного величайшими провозвестниками пролетарской революции Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом. Уже в ту пору коммунизм, едва выступивший на арену борьбы, был окружен травлей, ложью, ненавистью и преследованиями имущих классов, которые справедливо предчувствовали в нем своего смертельного врага. За три четверти столетия развитие коммунизма шло сложными путями: наряду с бурями подъема знало периоды упадка, наряду с успехами — жестокие поражения. Но в основе своей движение шло по пути, предуказанному «Манифестом Коммунистической партии». Эпоха последней решительной борьбы наступила позже, чем ожидали и надеялись апостолы социальной революции. Но она наступила. Мы, коммунисты, представители революционного пролетариата разных стран Европы, Америки и Азии, собравшиеся в Советской Москве, чувствуем и сознаем себя преемниками и вершителями дела, программа которого была возвещена 72 года тому назад. Наша задача состоит в том, чтобы обобщить революционный опыт рабочего класса, очистить движение от разлагающей примеси оппортунизма и социал-патриотизма, объединить усилия всех истинно революционных партий мирового пролетариата и тем облегчить и ускорить победу коммунистической революции во всем мире.

* * *

Теперь, когда Европа покрыта обломками и кучами дымящихся развалин, гнуснейшие поджигатели заняты розысками виновников войны. За ними тянутся их слуги — профессора, парламентарии, журналисты, социал-патриоты и прочие политические сутенеры буржуазии.

В течение долгого ряда лет социализм предсказывал неизбежность империалистической войны, видел ее причину в ненасытном собственническом своекорыстии имущих классов обоих главных лагерей и всех вообще капиталистических стран. За два года до взрыва ответственные социалистические вожди всех стран на Базельском конгрессе обличали империализм как виновника грядущей войны и угрожали буржуазии обрушить на ее голову социалистическую революцию как пролетарское возмездие за преступления милитаризма. Теперь, после опыта пяти лет, после того, как история, обнаружив хищные аппетиты Германии, раскрывает не менее преступные действия держав Антанты, государственные социалисты стран Антанты, вслед за своими правительствами, продолжают открывать виновника войны в низвергнутом германском кайзере 30. Более того, германские социал-патриоты, которые объявили в августе 1914 г. дипломатическую «Белую книгу» Гогенцоллерна31 священнейшим евангелием народов, ныне вместе с социалистами стран Антанты с подлой угодливостью обвиняют свергнутую германскую монархию, которой они ранее рабски служили, как главного виновника войны. Таким путем они надеются заставить забыть свою собственную вину и одновременно заслужить благоволение победителей. Но наряду с ролью низвергнутых династий — Романовых, Гогенцоллернов и Габсбургов и капиталистических клик этих стран — роль правящих классов Франции, Англии, Италии, Соединенных Штатов выступает во всей своей неизмеримой преступности в свете развернувшихся событий и дипломатических разоблачений.

Английская дипломатия до самого момента взрыва войны не снимала с себя таинственного забрала. Правительство Сити опасалось ясно обнаружить свое намерение выступить в войне на стороне стран Антанты, чтобы не запугать правительство Берлина и не заставить его отказаться от войны. В Лондоне хотели войны. Поэтому держали себя так, что в Берлине и Вене надеялись на нейтралитет Англии, в то время как в Париже и Петрограде твердо рассчитывали на ее вмешательство.

Подготовленная ходом развития в течение десятилетий война была спущена с цепей при прямой и сознательной провокации Великобритании. Правительство последней рассчитывало при этом оказывать поддержку России и Франции лишь настолько, чтобы, истощая их, истощить Германию, своего смертельного врага. Но могущество немецкой военщины оказалось слишком грозным и потребовало не показного, а действительного вмешательства Англии в войну. Роль «смеющегося третьего», на которую по старой традиции претендовала Великобритания, выпала на долю Соединенных Штатов.

Правительство Вашингтона тем легче примирилось с английской блокадой, которая ограничивала возможности спекуляции американской биржи на европейской крови, что страны Антанты щедрыми барышами возместили американской буржуазии нарушение «международного права». Огромный военный перевес Германии побудил, однако, и правительство Вашингтона выйти из состояния фиктивного нейтралитета. Соединенные Штаты взяли на себя по отношению к Европе в целом ту роль, которую в прошлых войнах играла, а в последней пыталась сыграть Англия по отношению к континенту, а именно — ослаблять один лагерь при помощи другого, вмешиваясь в военные операции лишь настолько, чтобы обеспечить за собой все выгоды положения. Ставка Вильсона, согласно методам американской лотереи, была невелика, но она была последней и тем обеспечила за ним выигрыш.

Противоречия капиталистического строя предстали в результате войны перед человечеством в виде животных мук голода, холода, эпидемических болезней, нравственного одичания. Этим безапелляционно разрешается академический спор в социализме по поводу теории обнищания и постепенного перехода от капитализма к социализму. Статистики и педанты, сторонники теории притупления противоречий, выуживали в течение десятилетий изо всех уголков мира действительные и мнимые факты, свидетельствующие о повышении благополучия отдельных групп и категорий рабочего класса. Теория обнищания масс считалась погребенной под презрительный свист евнухов буржуазной кафедры и мандаринов социалистического оппортунизма. Ныне это обнищание, уже не социальное только, а физиологическое и биологическое, стоит перед нами во всей своей потрясающей действительности.

Катастрофа империалистической войны смела начисто все завоевания профессиональной и парламентской борьбы. А между тем эта война в такой же мере выросла из внутренних тенденций капитализма, как и те экономические сделки и парламентские компромиссы, которые она погребла в крови и грязи.

Финансовый капитал, ввергший человечество в пучину войны, сам потерпел катастрофическое изменение в этой войне. Зависимость денежных знаков от материальной основы производства оказалась окончательно нарушенной. Все более теряя свое значение средства и регулятора капиталистического товарообмена, бумажные деньги превратились в оружие реквизиции, захвата, вообще военно-экономического насилия.

Перерождение бумажных денег отражает общий смертельный кризис капиталистического товарообмена. Если свободная конкуренция как регулятор производства и распределения вытеснена была в главных областях хозяйства системой трестов и монополий еще в десятилетия, предшествовавшие войне, то ходом войны регулирующе-направляющая роль оказалась вырванной из рук экономических объединений и непосредственно переданной в руки военно-государственной власти. Распределение сырых материалов, использование бакинской или румынской нефти, донецкого угля, украинского хлеба, судьба германских паровозов, вагонов, автомобилей, обеспечение голодающей Европы хлебом и мясом — все эти основные вопросы экономической жизни мира регулируются не свободной конкуренцией и не комбинациями национальных и международных трестов и консорциумов, а непосредственным применением военного насилия, в интересах его дальнейшего сохранения. Если полное подчинение государственной власти финансовому капиталу привело человечество к империалистической бойне, то через эту бойню финансовый капитал до конца милитаризировал не только государство, но и себя самого, и уже не способен выполнять свои основные экономические функции иначе, как посредством железа и крови.

Оппортунисты, которые до мировой войны призывали рабочих к умеренности во имя постепенного перехода к социализму, которые во время войны требовали классового смирения во имя гражданского мира и защиты отечества, снова требуют от пролетариата самоотречения — на этот раз в целях преодоления ужасающих последствий войны. Если бы эта проповедь могла быть воспринята рабочими массами, капиталистическое развитие восстановилось бы на костях нескольких поколений в новых, еще более концентрированных и чудовищных формах с новой перспективой неизбежной мировой войны. К счастью для человечества, это невозможно.

Огосударствление экономической жизни, против которого так протестовал капиталистический либерализм, стало совершившимся фактом. От этого факта назад — не только к свободной конкуренции, но и к господству трестов, синдикатов и других экономических спрутов — возврата уже нет. Вопрос состоит только в том, кто дальше будет носителем огосударствленного производства: империалистическое государство или государство победоносного пролетариата.

Другими словами: станет ли все трудящееся человечество крепостным данником победоносной мировой клики, которая под фирмой Лиги наций, при помощи «интернациональной» армии и «интернационального» флота, будет грабить и душить одних, подкармливать других, везде и всюду налагая оковы на пролетариат — с единственной целью поддержать свое собственное господство? Или же рабочий класс Европы и передовых стран других частей света сам овладеет расстроенным, разрушенным хозяйством, чтобы обеспечить его возрождение на социалистических началах?

Сократить эпоху переживаемого кризиса возможно только мерами пролетарской диктатуры, которая не озирается на прошлое, не считается ни с наследственными привилегиями, ни с правами собственности, исходит из потребностей спасения голодающих масс, мобилизует в этих целях все средства и силы, вводит всеобщую трудовую повинность, устанавливает режим трудовой дисциплины, чтобы таким путем в течение нескольких лет не только залечить зияющие раны, нанесенные войной, но и поднять человечество на новую, еще небывалую высоту.

* * *

Национальное государство, давшее могущественный толчок капиталистическому развитию, стало слишком тесно для развития производительных сил. Тем более шатким оказалось положение мелких государств, вкрапленных между большими державами Европы и других частей света. Эти мелкие государства, возникшие в разное время, как обрезки больших, как разменная монета при оплате разных услуг, как стратегические буфера, имеют свои династии, свои правящие клики, свои империалистические притязания, свои дипломатические плутни. Их призрачная независимость держалась до войны на том же, на чем держалось равновесие Европы: на непрерывном антагонизме двух империалистических лагерей. Война это равновесие нарушила. Дав сперва громадный перевес Германии, она заставила мелкие государства искать свое спасение в великодушии германского милитаризма. После того как Германия оказалась разбитой, буржуазия мелких государств, совместно со своими патриотическими «социалистами», повернулась навстречу победоносному империализму союзников и в лицемерных пунктах вильсоновской программы стала искать гарантии своего дальнейшего самостоятельного существования. Вместе с тем, число мелких государств возросло: из состава Австро-Венгерской монархии, из частей царской империи выделились новые государства, которые, едва родившись, уже вцепляются друг другу в горло из-за государственных границ. Союзные империалисты тем временем подготовляют комбинации мелких держав, старых и новых, чтобы связать их круговой порукой взаимной ненависти и общего бессилия.

Подавляя и насилуя мелкие и слабые народы, обрекая их на голод и унижение, империалисты Антанты совершенно так же, как некоторое время тому назад империалисты центральных держав, не перестают говорить о праве наций на самоопределение, которое ныне окончательно растоптано в Европе и во всех остальных частях света.

Обеспечить малым народам возможность свободного существования может только пролетарская революция, которая освободит производительные силы всех стран из тисков национальных государств, объединив народы в теснейшем хозяйственном сотрудничестве на основе общего хозяйственного плана, и даст возможность самому слабому и малочисленному народу свободно и независимо управлять делами своей национальной культуры, без всякого ущерба для объединенного и централизованного европейского и мирового хозяйства.

Последняя война, которая явилась в значительной мере войной из-за колоний, была в то же время войной при помощи колоний. В небывалых ранее размерах население колоний было вовлечено в европейскую войну. Индийцы, негры, арабы, мальгаши сражались на территории Европы — во имя чего? — во имя своего права и дальше оставаться рабами Англии и Франции. Никогда еще картина бесчестия капиталистического господства в колониях не была более бесстыдна, никогда проблема колониального рабства не была поставлена с такой остротой, как теперь.

Отсюда ряд открытых восстаний и революционное брожение во всех колониях. В самой Европе Ирландия напоминала в кровавых уличных боях 32, что она все еще остается и чувствует себя порабощенной страной. На Мадагаскаре 33, в Аннаме 34 и других местах войска буржуазной республики не раз усмиряли за время войны восстания колониальных рабов. В Индии революционное движение не прекращалось ни на один день и за последнее время привело к могущественнейшей В Азии забастовке рабочих, на которую великобританское правительство ответило действиями бронеавтомобилей в Бомбее 35.

Таким образом, колониальный вопрос поставлен во весь рост не только на картах дипломатического конгресса в Париже, но и в самих колониях. Программа Вильсона имеет своей задачей, в лучшем случае, изменить этикетку колониального рабства. Освобождение колоний мыслимо только вместе с освобождением рабочего класса метрополий. Рабочие и крестьяне не только Аннама, Алжира, Бенгалии, но и Персии и Армении, получат возможность самостоятельного существования лишь в тот час, когда рабочие Англии и Франции, низвергнув Ллойд Джорджа и Клемансо, возьмут в свои руки государственную власть. В более развитых колониях борьба уже сейчас идет не только под знаменем национального освобождения, но сразу принимает более или менее ярко выраженный социальный характер. Если капиталистическая Европа насильственно вовлекала самые отсталые части света в водоворот капиталистических отношений, то Европа социалистическая придет освобожденным колониям на помощь своей техникой, своей организацией, своим идейным влиянием, чтобы облегчить их переход к планомерно организованному социалистическому хозяйству.

Колониальные рабы Африки и Азии! Час пролетарской диктатуры в Европе пробьет для вас как час вашего освобождения.

Весь буржуазный мир обвиняет коммунистов в уничтожении свободы и политической демократии. Эта неправда. Приходя к власти, пролетариат только обнаруживает полную невозможность применения методов буржуазной демократии и создает условия и формы новой, более высокой, рабочей демократии. Весь ход капиталистического развития, особенно в последнюю империалистическую эпоху, подрывал политическую демократию не только тем, что расчленял нации на два непримиримо враждебных класса, но и тем, что обрекал на экономическое прозябание и политическое бессилие многочисленные мелкобуржуазные и полупролетарские слои, а также наиболее обездоленные низы самого пролетариата.

Рабочий класс тех стран, где историческое развитие дало ему эту возможность, использовал режим политической демократии для своей организации против капитала. То же самое будет происходить и дальше в тех странах, где не созрели еще условия для рабочей революции. Но широкие промежуточные слои не только в деревнях, но и в городах, удерживаются капитализмом далеко позади, отставая от исторического развития на целые эпохи.

Баварский и баденский крестьянин, не видящий ничего дальше своей сельской колокольни, французский мелкий винодел, разоряемый крупнокапиталистической фальсификацией вина, мелкий американский фермер, обираемый и обманываемый банкирами и депутатами — все эти отброшенные капитализмом от большой дороги развития социальные слои на бумаге призваны режимом политической демократии к управлению государством. Но на деле во всех основных вопросах, определяющих судьбу народов, финансовая олигархия выносит свои решения за спиной парламентской демократии. Так было прежде в вопросе о войне, так теперь происходит в вопросе о мире. Поскольку финансовая олигархия еще дает себе труд освящать свои насильнические действия парламентскими голосованиями, в распоряжении буржуазного государства для достижения необходимых результатов оказываются все средства лжи, демагогии, травли, клеветы, подкупа, террора, унаследованные от прошлых веков классового рабства и помноженные на все чудеса капиталистической техники.

Требовать от пролетариата, чтобы он в последней схватке, не на жизнь, а на смерть, с капиталом благочестиво соблюдал требования политической демократии — то же самое, что требовать от человека, защищающего свою жизнь и существование против разбойников, чтобы он соблюдал искусственные и условные правила французской борьбы, установленные его врагом и этим врагом не соблюдаемые.

В царстве разрушения, где не только средства производства и транспорта, но и учреждения политической демократии представляют собой груды окровавленных обломков, пролетариат вынужден создавать свой собственный аппарат, служащий прежде всего для сохранения внутренней связи самого рабочего класса и обеспечивающий возможность его революционного вмешательства в дальнейшее развитие человечества. Этим аппаратом являются рабочие Советы. Старые партии, старые организации профессиональных союзов оказались в лице своих руководящих верхов неспособными не только разрешить, но и понять задачи, которые ставит новая эпоха. Пролетариат создал новый тип организации, широкой, охватывающей рабочие массы независимо от профессии и от достигнутого уровня политического развития, аппарат гибкий, способный непрестанно обновляться, расширяться, вовлекать в свою сферу все новые и новые слои, открывать свои двери для близких пролетариату трудящихся слоев города и деревни. Эта незаменимая организация самоуправления рабочего класса, его борьбы, а в дальнейшем и завоевания им государственной власти испытана на опыте в разных странах и составляет величайшее достижение и мощное орудие пролетариата в нашу эпоху.

 

В.И.Ленин выступает с докладом о международном положении на заседании II конгресса Коминтерна. Петроград, 19 июля 1920 г.

 

Во всех странах, где трудящиеся массы живут сознательной жизнью, строятся ныне и будут строиться Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Укреплять Советы, поднимать их авторитет, противопоставлять их государственному аппарату буржуазии — такова сейчас важнейшая задача классово сознательных и честных рабочих всех стран. Через посредство Советов рабочий класс способен спасти себя от разложения, которое вносят в его среду адские муки войны, голода, насилие имущих и предательство бывших вождей. Через посредство Советов рабочий класс вернее и легче всего может прийти к власти во всех странах, где Советы сосредоточат вокруг себя большинство трудящихся. Через посредство Советов завоевавший власть рабочий класс будет управлять всеми областями экономической и культурной жизни страны, как это уже происходит в настоящее время в России.

Крушение империалистического государства, от царистского до самого «демократического», идет одновременно с крушением империалистической военной системы. Многомиллионные армии, мобилизованные империализмом, могли держаться лишь до тех пор, пока пролетариат покорно шел под ярмом буржуазии. Развал национального единства означает неизбежный развал армии. Так произошло сперва в России, затем в Австро-Венгрии и Германии. Того же следует ожидать и в других империалистических странах. Восстание крестьянина против помещика, рабочего против капиталиста, обоих против монархической или «демократической» бюрократии неизбежно влечет за собою восстание солдат против командиров, а в дальнейшем — острый раскол между пролетарскими и буржуазными элементами армии. Империалистическая война, противопоставлявшая нацию нации, перешла и переходит в гражданскую войну, противопоставляющую класс классу.

Вопли буржуазного мира против гражданской войны и красного террора представляют собою самое чудовищное лицемерие, какое знала история политической борьбы. Гражданской войны не было бы, если бы клики эксплуататоров, приведшие человечество на край гибели, не сопротивлялись каждому шагу вперед трудящихся масс, не организовывали заговоров и убийств и не призывали вооруженной помощи извне для удержания или восстановления своих грабительских привилегий.

Гражданская война навязывается рабочему классу его смертельными врагами. Рабочий класс должен отвечать на удар ударом, если он не намерен отказываться от себя, от своей будущности, которая есть будущность всего человечества.

Никогда не вызывая искусственно гражданской войны, коммунистические партии стремятся сократить по возможности ее длительность, когда она с железной необходимостью возникает, уменьшить число ее жертв и прежде всего обеспечить победу за пролетариатом. Отсюда вытекает необходимость своевременного разоружения буржуазии, вооружения рабочих, создания коммунистической армии, как защитницы власти пролетариата и неприкосновенности его социалистического строительства. Такова Красная Армия Советской России, которая возникла и существует как оплот завоеваний рабочего класса от всяких нападений изнутри и извне. Советская армия неотделима от Советского государства.

Сознавая всемирно-исторический характер своих задач, передовые рабочие уже с первых шагов организованного социалистического движения стремились к его международному объединению. Начало ему было положено в 1864 г. в Лондоне, в I Интернационале36. Франко-прусская война37, из которой выросла Германия Гогенцоллернов, подкосила I Интернационал, дав в то же время толчок развитию национальных рабочих партий. Уже в 1889 г. эти партии объединяются на съезде в Париже и создают организацию II Интернационала. Но центр тяжести рабочего движения лежал в этот период целиком на национальной почве, в рамках национальных государств, на основе национальной промышленности, в области национального парламентаризма. Десятилетия организационной и реформаторской работы создали целое поколение вождей, которые на словах признавали в большинстве своем программу социальной революции, но на деле отреклись от нее, погрязли в реформизме, в покорном приспособлении к буржуазному государству. Оппортунистический характер руководящих партий II Интернационала вскрылся до конца и привел к величайшему в мировой истории краху в момент, когда ход исторических событий потребовал от партий рабочего класса революционных методов борьбы. Если война 1870 г. нанесла удар I Интернационалу, обнаружив, что за его социально-революционной программой нет еще сплоченной силы масс, то война 1914 г. убила II Интернационал, обнаружив, что над сплоченными рабочими массами стоят партии, превратившиеся в подчиненные органы буржуазного государства.

* * *

Это относится не только к социал-патриотам, ныне явно и открыто перешедшим в лагерь буржуазии, ставшим ее излюбленными уполномоченными и доверенными лицами, наиболее надежными палачами рабочего класса, но и к расплывчатому, неустойчивому течению социалистического центра, которое пытается восстановить II Интернационал, т. е. ограниченность, оппортунизм, революционное бессилие его руководящих верхов. Независимая партия в Германии, нынешнее большинство Французской социалистической партии38, группа меньшевиков в России, Независимая рабочая партия Англии 39 и другие подобные им группы фактически пытаются заполнить собой то место, какое до войны занимали старые официальные партии II Интернационала, выступая по-прежнему с идеями компромисса и соглашения, парализуя всеми способами энергию пролетариата, затягивая кризис и тем усугубляя бедствия Европы. Борьба с социалистическим центром является необходимым условием успеха борьбы с империализмом.

Отметая прочь половинчатость, ложь и гниль изживших себя официальных социалистических партий, мы, коммунисты, объединенные в III Интернационале, сознаем себя прямыми продолжателями героических усилий и мученичества длинного ряда революционных поколений от Бабёфа до Карла Либкнехта и Розы Люксембург.

Если I Интернационал предвосхищал будущее развитие и намечал его пути, если II Интернационал собирал и организовывал миллионы пролетариев, то III Интернационал является Интернационалом открытого массового действия, Интернационалом, революционного осуществления, Интернационалом дела.

Социалистическая критика достаточно бичевала буржуазный миропорядок. Задача международной коммунистической партии состоит в том, чтобы опрокинуть его и воздвигнуть на его месте здание социалистического строя. Мы призываем рабочих и работниц всех стран к объединению под коммунистическим знаменем, которое уже является знаменем первых великих побед.

Пролетарии всех стран! В борьбе против империалистического варварства, против монархии, против привилегированных сословий, против буржуазного государства и буржуазной собственности, против всех видов и форм классового или национального гнета — объединяйтесь!

Под знаменем рабочих Советов, революционной борьбы за власть и диктатуру пролетариата, под знаменем III Интернационала, пролетарии всех стран, соединяйтесь!

Принято 6 марта 1919 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1919, № 1, сверенному с текстом книги «Manifest, Pdchilinien, Beschliisse des Ersien Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutivkomitees bis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920

 

РЕЗОЛЮЦИЯ О БЕЛОМ ТЕРРОРЕ

Капиталистическая система была с самого своего возникновения системой грабежа, массового убийства. Ужасы первоначального накопления, колониальная политика, которая наряду с библией, сифилисом и водкой несла также и беспощадное истребление целых племен и народов; нищета, голодная смерть, истощение и преждевременная гибель сотен миллионов порабощенных пролетариев; кровавая расправа с рабочим классом, когда он поднимался против своих угнетателей; наконец, громадная чудовищная бойня, которая превратила мировое производство в производство миллионов человеческих трупов,— такова картина капиталистического строя.

С начала войны господствующие классы, которые перебили и перерезали на полях сражения более десяти миллионов человек и в несколько раз больше искалечили,— установили внутри своих стран режим кровавой диктатуры. Царское правительство стреляло и вешало рабочих, устраивало еврейские погромы, истребляло все живое в стране; австрийская монархия топила в крови возмущение украинских и чешских крестьян и рабочих, английская буржуазия бесчеловечно вырезала лучших представителей ирландского народа; германский империализм свирепствовал внутри страны, и первыми жертвами этого чудовища были революционные матросы 40; во Франции расстреливали русских солдат, не желавших защищать интересы французских банкиров 41; в Америке буржуазия линчевала интернационалистов, присуждала сотни лучших представителей пролетариата к двадцатилетней каторге, расстреливала рабочих за стачки.

Когда империалистическая война стала превращаться в войну гражданскую и перед господствующими классами, перед этими величайшими преступниками, каких только знала человеческая история, встала смертельная опасность гибели всего их кровавого режима, еще бешенее сделалась их жестокость.

В борьбе за сохранение капиталистического строя буржуазия прибегает к неслыханным приемам, перед которыми бледнеют все жестокости средневековья, инквизиции, колониального грабежа.

Вся реакционная роль класса буржуазия, который, стоя у края своей могилы, физически, истребляет теперь самую важную производительную силу человеческого общества — пролетариат, вскрылась здесь во всей своей отвратительной наготе.

Русские генералы — это живое воплощение царского режима, при прямой или косвенной поддержке социал-изменников, расстреливали и расстреливают рабочих массами; во время господства социалистов-революционеров и меньшевиков тысячи рабочих и крестьян наполняли тюрьмы, генералы истребляли за непослушание целые полки. Теперь Краснов и Деникин, пользующиеся благосклонным содействием держав Антанты, перебили и перевешали десятки тысяч рабочих, расстреливая «каждого десятого», оставляя висеть трупы по три дня на виселицах для устрашения тех, кто остался в живых; на Урале и в Поволжье чехословацко-белогвардейские банды отрубали руки и ноги пленным, топили их в Волге, закапывали живыми в землю; в Сибири царские генералы убили тысячи коммунистов, уничтожили бесчисленное множество рабочих и крестьян.

Германские и австрийские буржуа и социал-предатели своим белым террором обнаружили полностью свою каннибальскую природу: на Украине они вешали на передвижных железных виселицах ограбленных ими рабочих и крестьян, коммунистов, своих собственных земляков, наших, австрийских и немецких товарищей. В Финляндии, этой стране буржуазного демократизма, они помогли финским буржуа истребить 12—14 тысяч пролетариев и замучили насмерть в тюрьмах больше 15 тысяч; в Гельсингфорсе они погнали женщин и детей, как свою защиту, под пулеметный огонь. Благодаря их поддержке стали возможны кровавые оргии финских белогвардейцев и шведских приспешников против побежденного финского пролетариата. В Таммерфорсе с их помощью заставили женщин и детей, приговоренных к смертной казни, рыть себе могилы. В Выборге убили сотни финских и русских мужчин, женщин и детей.

У себя дома германские буржуа и германские социал-демократы кровавым подавлением рабочего коммунистического восстания, зверским убийством Либкнехта и Люксембург, убийством и уничтожением рабочих- спартаковцев проявили крайнюю степень реакционного бешенства. Массовый и индивидуальный (Курт Эйсиер) белый террор — вот знамя, под которым идет буржуазия.

Та же картина наблюдается и в других странах. В демократической Швейцарии все готово к казням рабочих, если они посмеют нарушить капиталистический закон. В Америке каторга, электрический стул и суд Линча являются самыми излюбленными символами демократии и свободы. В Венгрии и в Англии, в Чехии и в Польше — всюду одно и то же. Ни перед чем не останавливаются буржуазные убийцы. Разжигая для укрепления своего господства шовинизм, они (например, украинская буржуазная демократия, руководимая меньшевиком Петлюрой, польская во главе с социал-патриотом Пилсудским и т. д.) устраивают чудовищные еврейские погромы, далеко превзошедшие погромы, подстраивавшиеся царскими полицейскими. И если польская реакционная и «социалистическая» сволочь убила представителей русского Красного Креста 42, то это капля в море злодейств и преступлений гибнущего буржуазного каннибализма.

«Лига наций», долженствующая, согласно заявлениям своих творцов, принести мир, идет кровавой войной на пролетариев всех стран. Державы Антанты, спасая свое господство, руками чернокожих войск прокладывают путь невиданно свирепому белому террору.

Первый конгресс Коммунистического Интернационала, клеймя проклятием капиталистических убийц и их социал-демократических помощников, призывает рабочих всех стран напрячь все свои силы, чтобы покончить навсегда с системой убийства и грабежа, свергнув власть капиталистического режима.

Принято 6 марта 1919 г

Печатается по тексту книги «Коммунистический Интернационал в документах 1919—1932», М., 1933, сверенному с текстом книги «Manifest Richtlinien, Beschlusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutivkomitees bis гит Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920

 

РЕЗОЛЮЦИЯ О ПРИВЛЕЧЕНИИ РАБОТНИЦ К БОРЬБЕ ЗА СОЦИАЛИЗМ

Конгресс Коммунистического Интернационала констатирует, что успешное выполнение всех стоящих перед ним задач, а также окончательная победа мирового пролетариата и полное уничтожение капиталистического строя могут быть обеспечены лишь тесно объединенной, совместной борьбой мужчин и женщин рабочего класса.

Усиленно возрастающее применение женского труда во всех отраслях народного хозяйства, тот факт, что не менее половины всех ценностей мира производится руками женщин, с другой стороны, общепризнанная важная роль, которую пролетарские женщины играют в создании нового, коммунистического общественного строя, в особенности при переходе к коммунистическому быту, при преобразовании семьи и введении социалистического общественного воспитания детей, задача которого подготовлять для Советских республик работоспособных, проникнутых духом солидарности граждан,— все это делает настоятельной задачей всех примкнувших к Коммунистическому Интернационалу партий выступить со всей силою и энергией для привлечения пролетарских женщин к партии и использовать все средства для воспитания работниц в духе новых общественных форм и коммунистической этики в социальной и семейной жизни.

Диктатура пролетариата может быть осуществлена и сохранена лишь при энергичном и активном участии женщин рабочего класса.

Принято 6 марта 1919 г.

Печатается по тексту книги «Первый конгресс Коминтерна. Март 1919 г.», М.. 1933, сверенному чс текстом книги «Manifest, Richtlinien, Beschlusse des Erslen Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exehutivkomitees bis turn Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920

 

К РАБОЧИМ ВСЕХ СТРАН

Первый конгресс III Интернационала, собравшийся 5 марта 1919 г. в Кремле, выражает свои чувства благодарности и восхищения русскому революционному пролетариату и его руководящей партии — Коммунистической партии большевиков.

Великая революция, вернувшая социалистическое учение, которое оппортунисты извращали в течение столь долгого времени, к его первоисточнику — марксизму, те сверхчеловеческие усилия, которые применяются уже в продолжение почти полутора лет, чтобы создать на месте старого буржуазного мира новый, коммунистический общественный строй как в области моральной и интеллектуальной культуры, так и в области материальной коллективной или частной — политической, экономической или социальной жизни, помощь, которую русская революция все время оказывала рабочим всех стран в их борьбе против милитаристских и деспотических правительств,— все это должно вызвать всеобщее воодушевление и одобрение рабочего класса всех стран.

В деле создания нового общества на основах труда и равенства достигнуты уже огромные успехи: вся крупная промышленность стала общественным достоянием, управляемым в целом Высшим Советом Народного Хозяйства 43, и отдельные части его находятся в ведении рабочих комитетов. Издан Кодекс законов о труде 44, в котором нашел свое осуществление ряд преобразований, превосходящих старую программу-минимум социал-демократической партии 45. Суды, университеты, больницы, дворцы, короче говоря — все общественные учреждения, фактически перешли уже в руки народа. В различных других областях жизни освобождение пролетариата не только началось, оно уже осуществлено.

Революция распространяет свое освободительное и преобразующее влияние и на деревню; недостаточно было отдать всю землю крестьянам и освободить их от духовного и материального гнета деревенских кулаков — эти реформы были уже проведены в ноябре 1917 г. и в марте 1918 г.46; теперь энергично приступлено к эксплуатации освобожденной земли и к организации ее обработки на коммунистических началах как в сельских общинах, так и в крупных государственных имениях, в которых властью применяются все последние изобретения агрономической науки и таким образом дается плодотворный пример образцовой обработки земель.

Конечная цель всех этих реформ в том, чтобы увеличить производительность труда и вместе с тем благосостояние народа.

Однако не вина советского строя и большевизма, если эта цель до сих пор еще не достигнута, если население центра России страдает от голода и от все возрастающего недостатка готовых продуктов. Ибо, напротив того, только советский строй и большевизм оказались в силах коренным образом покончить с состоянием анархии и хаоса, вызванным Керенским и буржуазной демократией; лишь они дали стране возможность до сих нор сохранить свою экономическую жизнь.

Ответственность за кризис падает исключительно на внутренних и внешних врагов Советской власти, ибо путем саботажа, заговоров и военных интервенций они принудили Россию обратить большую часть своих сил, жизненных источников и средств на создание новой армии.

Несмотря на свое горячее желание мира, весь русский народ мужественно осознал и признал эту необходимость. Всем известно, как необычайно успешно Советская власть сумела выполнить эту огромную задачу. Если обвинять большевизм, то лучший способ убедиться, лежит ли на нем вина или нет, заключался бы в том, чтобы державы Антанты перестали вынуждать Советскую власть к самообороне.

Для этого они не только должны перестать посылать вооруженные отряды в Россию и оккупировать её гавани, но должны также отказаться от всякого воздействия изнутри, должны перестать поддерживать деньгами, оружием и техническими средствами контрреволюционные банды, которые без помощи Антанты скоро распались бы сами собою.

Тогда солдаты Красной Армии могли бы вернуться к своим семьям и лучшие работники, преданные организаторы, испытанные инженеры оказались бы в распоряжении Советской власти. Их деятельность в области мирного хозяйственного труда скоро привела бы к весьма существенным результатам.

Не следует, однако, упускать из виду, что молодая русская промышленность никогда не обходилась без помощи внешних сил. Антанта парализует организацию новой хозяйственной жизни тем, что запрещает иностранным специалистам, фактически стоявшим во главе русской промышленности, вернуться обратно в Россию. Она препятствует восстановлению и содержанию фабрик, транспорту сырья и топлива, она разрушает промышленность и подвергает народ последствиям безработицы — тем, что не допускает ввоза в Россию машин, вагонов и локомотивов. Отсутствие транспорта делает невозможным снабжение городов жизненными припасами. Даже урожаю грозит опасность, так как крестьяне больше не получают необходимых сельскохозяйственных орудий и инструментов, которые получались все из-за границы.

Советская республика неоднократно официально выражала свое желание пользоваться и в будущем помощью иностранной промышленности и специалистов; она заявила о своей готовности дорого оплачивать их услуги, необходимые в настоящее время для преуспевания экономической жизни России. Однако Антанта, отказавшись даже ответить на эти предложения, проводит строгую блокаду путем угроз и насилия, применяемых к России и даже к центральным европейским державам и нейтральным  странам.

Рабочие массы всех стран должны потребовать от своих правительств искреннего отказа от всякой прямой или косвенной интервенции в дела Советской России. Чтобы придать этим требованиям определенную форму, конгресс III Интернационала предлагает всем народам следующую программу действий.

Честь, независимость, самые элементарные интересы пролетариев всех стран требуют, чтобы они немедленно действовали и применили бы все (в случае необходимости — и революционные) средства для проведения следующих требований:

1. Невмешательство Антанты во внутренние дела Советской России.

2. Немедленное отозвание всех находящихся в настоящее время в России европейских и азиатских войск союзников.

3. Отказ от всякой прямой или косвенной политики вмешательства, в форме ли провокации или материальной и моральной поддержки русских контрреволюционеров или русских реакционных разбойничьих банд.

4. Аннулирование договоров, которые уже заключены и имеют в виду вмешательство данного государства, русских контрреволюционеров или соседней с Россией страны во внутренние дела Советской республики; немедленное возвращение в свои страны дипломатических и военных миссий, которые правительства Антанты делегировали на север и юг России, в Румынию, Польшу, Финляндию, Чехию с целью провоцирования борьбы против Советской республики.

5. Признание Советской власти, которая после 18-месячного существования более прочна и популярна, чем когда-либо.

6. Возобновление дипломатических сношений, под чем также подразумевается делегирование официального представителя (социалиста) в Россию и признание русского представителя за границей.

7. Допущение делегатов Советского правительства в качестве представителей (и единственных представителей^ русского народа на мирном конгрессе. Европейский мир, который будет рассмотрен и заключен без участия России, окажется в высшей степени непрочным. Было бы гнусно и смешно допустить на конгресс, при отсутствии большевиков или наряду с ними, в качестве представителен всей России или ее части тех фигляров, которые стоят во главе разных областных правительств, искусственно созданных союзниками, существующих лишь благодаря поддержке Антанты и которые, впрочем, представляют едва ли не одни лишь личные стремления и интересы.

8. Снятие экономической блокады, которая скоро может ввергнуть Россию в состояние хозяйственной разрухи и голода.

9. Возобновление торговых сношений и заключение торгового договора.

10. Делегирование в Россию нескольких сотен или даже тысяч организаторов, инженеров, инструкторов и опытных рабочих, в особенности металлистов, для оказания юной социалистической республике реальной помощи в экономической области, прежде всего — в осуществлении важнейшей задачи: в восстановлении подвижного состава, железных дорог и организации транспорта.

Принято 6 марта 1919 г.

Печатается по тексту книги «Первый конгресс Коминтерна. Март 1919 г.», М., 1933, сверенному с текстом книги «Manifest, Richtlinien, Beschlusse des Ersten Kongresses. Aufrufe und offene Schreiben des Exekutiohomitees bis zum Zweiten Kongrefi». Hamburg, 1920

 

КО ВСЕМ РАБОЧИМ ГЕРМАНИИ, ЦЕНТРАЛЬНОМУ КОМИТЕТУ ГЕРМАНСКОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ И ЦЕНТРАЛЬНОМУ КОМИТЕТУ НЕЗАВИСИМОЙ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ 47

ОТ ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО КОМИТЕТА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ИНТЕРНАЦИОНАЛА

 

ПО ПОВОДУ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ЛЕЙПЦИГСКОГО СЪЕЗДА НЕЗАВИСИМЫХ О III ИНТЕРНАЦИОНАЛЕ

На последнем съезде U. S. Р. (Независимой социал-демократической партии) 48 было вынесено решение о том, чтобы обратиться к Коммунистическому Интернационалу и другим социально-революционным организациям с предложением объединиться в одной общей международной организации. Исполнительный Комитет III, Коммунистического Интернационала считает своим долгом поставить этот вопрос перед лицом всех революционных рабочих. Исполнительный Комитет полагает, что только открытое обсуждение этого вопроса перед лицом всех широких масс рабочих, а не закулисная сделка поможет объединению всех действительно революционных элементов международной армии пролетариата. Нижеследующее является поэтому ответом на письмо Криспина от 15 декабря, доставленное Исполнительному Комитету III Интернационала и напечатанное в «Freiheit» от 2/1 — 20 р.

 

I. РАБОЧИЕ - «НЕЗАВИСИМЫЕ» И ИХ ВОЖДИ В РЕВОЛЮЦИИ

Коммунистический Интернационал хорошо сознает, что рабочие, входящие в партию «независимых», настроены совсем иначе, чем правая часть их вождей. Из этого мы исходим во всей нашей оценке положения в U. S. Р. Коммунистический. Интернационал рассматривает лейпцигское постановление U. S. Р. как поворот в политической линии этой партии, сделанный под давлением той части германского рабочего класса, которая организована партией. Эта часть рабочего класса на всем опыте революции все больше и больше становится на точку зрения пролетарской диктатуры и массовой борьбы за эту диктатуру под общим знаменем Коммунистического Интернационала. Этому в высокой степени препятствуют оппортунистические партийные правые верхи, которые склонны признавать все, что угодно на словах, но которые всячески тормозят действительное развитие революции. Эти оппортунистические «Zentrumsleute» во время империалистской войны удерживали пролетариат от всяких активных массовых выступлений, поддерживали предательскую линию защиты буржуазного «отечества», отрицали необходимость нелегальной организации, в ужасе отступали перед мыслью о гражданской войне. С началом революции они вошли в общее правительство с открытыми изменниками рабочего класса — шейдемановцами, санкционировали подлую высылку берлинского посольства российского пролетариата, поддерживали политику разрыва дипломатических отношений с Советской Республикой49. Правые вожди «независимых» с самого начала Германской революции 50 проповедовали Германии ориентацию на Антанту, всеми силами сопротивляясь союзу Германии с Советской Россией. Правые вожди «независимых» систематически сеяли среди трудящихся Германии мелкобуржуазные иллюзии на счет сущности «вильсонизма». Правые вожди «независимых» превозносили Вильсона, рисуя его защитником справедливого мира, представителем «демократии» и т. д. Благодаря тактике этих правых вождей, оказалась в полной целости государственная машина вильгельмовской империи, которая лишь прикрыла себя республиканским флагом.

В решительные моменты борьбы с палачами рабочего класса — Носке и К0 — правые вожди «независимцев» вели «примирительную» линию бесчестных маклеров, расслабили революционную волю рабочих, разлагали боевое единство пролетариата и тем способствовали его поражению.

Сперва они отрицали диктатуру Советов вообще и стояли целиком на точке зрения буржуазных демократов. Потом они стали проповедовать мешанину (проект Гильфердинга) из Советов и Учредительного собрания. До сих пор они колеблются еще между тем и другим, когда речь идет о действии. Их литературные представители (Каутский), объединяясь в одних издательствах с буржуазными пацифистами, «демократами» и откровенными служителями Биржи и Банка, не находят лучшего занятия, чем подбирать грязные сплетни российских и иных контрреволюционеров о русской революции. Такая же из ряда вон выходящая вздорная и бесчестная клевета, как мнимая «социализация женщин» в России, придуманная генералами и шпионами Антанты, находит себе место в книге Каутского. Последнее произведение этого писателя «Терроризм и коммунизм» выходит в том же издательстве, что и сборник подложных, изобретенных в Америке, документов о «продажности» большевиков немецкому генеральному штабу.

Достаточно этих примеров, чтобы показать истинную физиономию ряда правых вождей U. S. Г. Рабочие, организованные в эту партию, должны понять, что без полного разрыва с такими правыми вождями рабочая партия не может облегчать развитие пролетарской революции.

Теперь совершенно уже выяснилось, что революция в Германии идет таким мучительным путем потому, что шейдемановцам удалось разоружить парод, что начало революции не привело к соединению Германии и Советской России, что сохранился старый аппарат власти. Громадная доля вины и ответственности за это падает на правых вождей U. S. Г.

Для выпрямления линии необходимо понимание всех ошибок и их исправление. В этом, в первую голову, состоит задача рабочих—«независимых», которые должны выпрямить партийную линию, хотя бы и через голову некоторых своих вождей.

 

II. ОСНОВНЫЕ ОШИБКИ U. S. Р. И ПАРТИЙ ЦЕНТРА ВООБЩЕ

Идеология вождей U.S.Г. не есть явление специфически-германское. На такой же точке зрения стоят лонготисты во Франции 51, I. L. Г. в Англии, в Америке Социалистическая партия (A. S. Г.) 52 и другие. Их характерной особенностью является постоянное колебание между открытым социал-предательством типа Носке и линией революционного пролетариата, т. е. коммунизмом. Эти ошибки мы излагаем в нижеследующих пунктах:

1) Диктатура пролетариата означает свержение буржуазии одним классом, пролетариатом, и притом именно его революционным авангардом. Требовать, чтобы предварительно этот авангард приобрел себе большинство народа путем голосования в буржуазные парламенты, в буржуазные учредилки и пр., т. е. путем голосования при существовании наемного рабства, при существовании эксплуататоров, под их гнетом, при существовании частной собственности на средства производства; требовать этого или предполагать это — значит на деле совершенно покидать точку зрения диктатуры пролетариата и переходить фактически на точку зрения буржуазной демократии.

Именно так поступают правые вожди немецких «независимцев» и французских лонгетистов. Повторяя фразы мелкобуржуазных демократов о большинстве «народа» (обманутого буржуазией и придавленного капиталом), эти партии объективно стоят еще на стороне буржуазии.

2) Диктатура пролетариата означает сознание необходимости подавить насилием сопротивление эксплуататоров, готовность, умение, решимость сделать это. А так как буржуазия, даже самая республиканская и демократическая (иапр., в Германии, в Швейцарии, в Америке), систематически прибегает к погромам, к линчеванию, к убийству, к военному насилию, к террору против коммунистов и на деле против всяких революционных шагов пролетариата, то при этих условиях отрекаться от насилия, от террора — значит превращаться в плаксивого мелкого буржуа, значит сеять реакционные мещанские иллюзии о социальном мире, значит — говоря конкретно — трусить рубаки-офицера.

Ибо преступнейшая и реакционнейшая империалистская война 1914 — 1918 годов воспитала во всех странах и выдвинула на авансцену политики во всех, даже самых демократических республиках, именно десятки и десятки тысяч реакционных офицеров, готовящих террор и осуществляющих террор в пользу буржуазии, в пользу капитала, против пролетариата.

Речи некоторых вождей «независимых» на Лейпцигском съезде по вопросу о «моральной недопустимости» террора со стороны рабочих, по отношению к белогвардейским палачам пролетариата показывают, что эти вожди насквозь проникнуты мелкобуржуазными взглядами.

Поэтому то отношение к террору, которое проявляют на деле в парламентских речах, в газетных статьях, во всей агитации и пропаганде правые вожди немецких «независимцев» и французских лонгетистов, есть фактический переход на позицию мелкобуржуазной демократии, есть развращение революционного сознания рабочих.

3) То же относится к гражданской войне. После империалистской войны, перед лицом реакционных генералов и офицеров, применяющих террор против пролетариата, перед лицом того факта, что новые империалистские войны уже готовятся теперешней политикой всех буржуазных государств — и не только готовятся сознательно, но и вытекают с объективной неизбежностью изо всей их политики,— при таких условиях, в такой обстановке оплакивать гражданскую войну против эксплуататоров, осуждать ее, бояться ее — это означает становиться на деле реакционером.

Это значит бояться победы рабочих, которая может стоить десятков тысяч жертв, и наверняка допускать новую бойню империалистов, которая стоила вчера и будет стоить завтра миллионов жертв.

Это значит поощрять фактически реакционные и насильнические замашки, замыслы и приготовления буржуазных генералов и буржуазных офицеров.

Именно так реакционна на деле слащавая, мелкобуржуазная сентиментальная позиция правых вождей немецких «независимцев» и французских лонгетистов в вопросе о гражданской войне. Закрывают глаза на происки белой гвардии, подготовку ее буржуазией, создание ее буржуазией и лицемерно, фарисейски (или трусливо) отворачиваются от работы по созданию красной гвардии, красной армии пролетариев, способной подавить сопротивление эксплуататоров.

4) Диктатура пролетариата и Советская власть означают ясное сознание необходимости разбить, сломать вдребезги буржуазный (хотя бы и республикански-демократический) государственный аппарат, суды, бюрократию, гражданскую и военную, и т. д.

Ни сознания этой истины, ни повседневной агитации в ее пользу правые вожди немецких «независимцев» и французских лонгетистов не обнаруживают. Хуже того, они ведут всю агитацию в противоположном духе.

5) Всякая революция, в отличие от реформы, означает кризис, и весьма глубокий кризис, как политический, так и экономический, сама по себе. Это — независимо от кризиса, созданного войной.

Задача революционной партии пролетариата — разъяснять рабочим и крестьянам, что надо иметь мужество смело встретить этот кризис и найти в революционных мерах источник силы для преодоления этого кризиса. Только преодолевая величайшие кризисы с революционным энтузиазмом, с революционной энергией, с революционной готовностью на самые тяжелые жертвы, пролетариат может победить эксплуататоров и окончательно избавить человечество от войны, от гнета капитала, от наемного рабства.

Иного выхода нет, ибо реформистское отношение к капитализму породило вчера (и неизбежно породит завтра) империалистическую бойню миллионов людей и всякие кризисы без конца.

Этой основной мысли, без которой диктатура пролетариата есть пустая фраза, «независимцы» и лонгетисты не понимают, в своей пропаганде и агитации ее не обнаруживают, не разъясняют массам.

Наоборот, они всячески запугивают пролетариат теми трудностями, которые влечет за собой пролетарская революция. Объективно же, только на основе пролетарской диктатуры и мыслимо возрождение хозяйства, ибо на капиталистическом базисе возможно сейчас лишь постоянное и все глубже идущее разложение. Своей мещанской трусостью вожди U. S. Р. лишь затягивают и без того мучительный процесс и увеличивают тем самым бедствия пролетариата.

6) Советская система есть разрушение той буржуазной лжи, которая называет «свободой печати» свободу подкупа печати, свободу покупки газет богачами, капиталистами, свободу для капиталистов скупать сотни газет и тем подделывать так называемое «общественное мнение».

Этой истины немецкие «независимцы», равно как и их заграничные коллеги, не сознают, не проводят ее, не агитируют ежедневно за уничтожение революционным путем того порабощения прессы капиталом, которое буржуазная демократия ложно называет свободой печати.

Не ведя такой агитации, «независимцы» лишь на словах признают Советскую власть («Lippenbekennt-niss»), а на деле остаются всецело подавленными предрассудком буржуазной демократии.

Экспроприации типографий и складов, запасов бумаги, этого главного разъяснить не умеют, ибо сами не понимают.

То же относится к свободе собраний (эта свобода есть ложь, пока богачи владеют лучшими зданиями или покупают общественные здания), к вооружению народа, к свободе совести — (свободе для капитала покупать и подкупать целые церковные организации для одурманения масс религиозным опиумом) и ко всем прочим буржуазно-демократическим свободам.

7) Диктатура пролетариата означает умение, готовность, решимость привлечь на свою сторону (на сторону революционного авангарда пролетариата) всю массу трудящихся и эксплуатируемых мерами революционными, ценой экспроприации эксплуататоров.

Этого в повседневной агитации немецких «независимцев» (в «Фрейхейт», например) нет. Нет этого и у лонгетистов.

В частности, особенно необходима такая агитация для деревенских пролетариев, а равно мелких крестьян (крестьян, не употребляющих наемного труда, крестьян, мало продающих хлеба или не продающих его). Этим слоям населения надо ежедневно, просто, популярно объяснять конкретнейшим образом, что пролетариат, овладев государственной властью, даст им, за счет экспроприированных помещиков, немедленное улучшение их положения. Даст им избавление от гнета крупных землевладельцев, даст им, как целому, крупные имения, избавление от долгов и так далее и тому подобное. То же и городской непролетарской или не вполне пролетарской трудящейся массе.

Такой агитации «независимцы» не ведут.

8) Диктатура пролетариата предполагает и означает ясное сознание той истины, что пролетариат, в силу своего объективного, экономического положения во всяком капиталистическом обществе, правильно выражает интересы всей массы трудящихся и эксплуатируемых, всех полупролетариев (т. е. частично живущих продажей рабочей силы), мелких крестьян и тому подобное.

Эти слои населения идут за буржуазными и мелкобуржуазными (в том числе «социалистическими» партиями II Интернационала) не в силу свободного волеизъявления, как думает мелкобуржуазная демократия, а в силу прямого обмана их буржуазией, в силу гнета над ними капитала, в силу самообмана мелкобуржуазных вождей.

Эти слои населения (полупролетариев и мелких крестьян) пролетариат привлечет на свою сторону, сможет привлечь на свою сторону лишь после своей победы, лишь после завоевания государственной власти, то есть после того, как он свергнет буржуазию, освободит этим всех трудящихся от гнета капитала и покажет им на практике, какие блага (блага свободы от эксплуататоров) дает пролетарская государственная власть.

Этой мысли, составляющей основу и суть идеи диктатуры пролетариата, немецкие «независимцы» и французские лонгетисты не понимают, не внедряют ее в массы, не пропагандируют ежедневно.

9) «Независимцы», правое крыло и лонгетисты не ведут агитации в войске (за вступление в войско в целях подготовки его перехода на сторону рабочих против буржуазии). Они не создают организаций для этого.

Они не отвечают на насилие буржуазии, на бесконечные нарушения ею «законности» (как во время империалистской войны, так и после ее окончания) систематической пропагандой нелегальных организаций и созданием их.

Без соединения легальной работы с нелегальной, легальных организаций с нелегальными не может быть и речи о действительно революционной партии пролетариата ни в Германии, ни в Швеции, ни в Англии, ни во Франции, ни в Америке.

10) Основной вопрос социалистической революции — экспроприацию эксплуататоров— правые вожди «независимцев» ставят под названием «социализирование» и ставят реформистски, а не революционно. Слово «социализирование» затушевывает необходимость конфискации, вызываемую невыносимым гнетом империалистских долгов и обнищания рабочих, затушевывает сопротивление эксплуататоров и необходимость революционных мер пролетариата для его подавления. Эта попытка сеет неизбежно реформистские иллюзии, совсем не соответствующие диктатуре пролетариата.

11) Исполком Коммунистического Интернационала находит не только несправедливым, но и принципиально недопустимым, что Независимая партия Германии, фактически перенимающая основные идеи германских спартаковцев и перенимающая их идеи слишком медленно, непоследовательно и неполно, ни словом не говорит в решениях своего съезда о слиянии с Коммунистической партией Германии (Союзом спартаковцев). Единство революционного пролетариата требует такого слияния, а признавать диктатуру пролетариата и Советскую власть на деле нельзя без фактических, серьезных, добросовестных шагов к тому, чтобы авангард пролетариата данной страны, доказавший долгой и трудной борьбой (как против оппортунистов, так и против синдикалистов и якобы левых полуанархистов) свою способность вести рабочие массы к такой диктатуре, был всеми сознан, рабочими поддерживаем, его авторитет подкрепляем, его завоеванная традиция заботливо охраняема и развиваема. Союз спартаковцев в Германии, основанный такими вождями, как Роза Люксембург и Карл Либкнехт, есть именно такой получивший международное значение авангард, и пытаться обойти его, как делают «независимцы» в Германии, невозможно.

Итак, вожди Независимой партии Германии заведомо не выражают мнения рабочих масс этой партии, стоя гораздо правее их. С таким злом, причинившим неслыханные бедствия пролетариату в эпоху 1879 —1919 гг., мириться нельзя, ибо это зло прикрывается расхождением слова с делом.

Таким образом, в общем и целом вся пропаганда, вся агитация, вся организация правых «независимцев» и лонгетистов более мещански-демократическая, чем революционно-пролетарская — пацифистская, а не социально-революционная.

В силу этого «признание» диктатуры пролетариата и Советской власти остается у них лишь словесным.

 

III. U. S. Р. И ИНТЕРНАЦИОНАЛ

Ту же самую трусливо-мещанскую политику ведут правые вожди U. S. Р. и по отношению к вопросам международного объединения пролетариата.

1) «Независимцы» и лонгетисты не углубляют, не развивают в массах сознание гнилости и гибельности того реформизма, который фактически преобладал во II Интернационале (1889—1914) и погубил его, а затемняют это сознание, затушевывают болезнь, не вскрывают, не разоблачают ее. Величайшей всемирно-исторической важности вопрос о крахе Второго Интернационала, причинах этого краха, основных ошибках и преступлениях его, его роли в качестве подсобной конторы при «Лиге наций» U. S. Р. даже не ставит; тем самым она прикрывает эти преступления и затемняет классовое сознание пролетарских масс.

2) «Независимцы» и лонгетисты не понимают и не разъясняют массам, что империалистические сверхприбыли передовых стран позволили им (и позволяют теперь) подкупать верхушки пролетариата, бросать ему крохи сверхприбыли (получаемой от колоний и от финансовой эксплуатации слабых стран), создавать привилегированный слой обученных рабочих и т. п.

Без разоблачения этого зла, без борьбы не только с тред-юнионистской бюрократией, но и со всеми проявлениями цехового мещанства, рабочей аристократии, привилегий верхнего слоя рабочих, без беспощадного изгнания представителей этого духа из революционной партии, без апелляции к низам, к более и более широким массам, к настоящему большинству эксплуатируемых не может быть и речи о диктатуре пролетариата.

3) Нежелание или неумение порвать с верхушками рабочих, зараженными империализмом, обнаруживается у правых «независимцев» и лонгетистов также тем, что они не ведут агитацию за прямую и безусловную поддержку всех восстаний и революционных движений колониальных народов.

При таких условиях осуждение колониальной политики и империализма становится лицемерием или пустым воздыханием тупого мещанина.

4) Выйдя из II Интернационала, осуждая его на словах (напр., в брошюре Криспина), «независимцы» на деле протягивают руку Фридриху Адлеру, члену австрийской партии господ носке и шейдеманов53.

«Независимцы» терпят в своей среде литераторов, сплошь отрицающих все основные понятия диктатуры пролетариата (Каутский и К0).

«Независимцы» участвовали в Бернской и Люцернской конференциях54 желтых социал-демократов. «Независимцы» и после Лейпцигского съезда оставили свой центральный орган «Freiheit» в руках архиправого Гильфердинга, сторонника желтого II Интернационала. Это расхождение слова с делом характеризует всю политику вождей партии «независимцев» в Германии, лонгетистов во Франции. Именно вожди разделяют предрассудки мелкобуржуазной демократии и реформистски развращенных верхушек пролетариата вопреки революционным симпатиям рабочих масс, тяготеющих к Советской системе.

5) Постановляя, под давлением рабочих масс, приступить к переговорам с Коммунистическим Интернационалом, вожди U. S. Р. в то же самое время обращаются к партиям II Интернационала, в том числе к белой маннергеймовской социал-демократии Финляндии 55, называя их социально-революционными и предлагая Коммунистическому Интернационалу объединиться с ними.

Эта беспомощная попытка создать еще какой-то четвертый ублюдочный Интернационал — без ясной программы, без твердой тактики, без видов на будущее, без перспектив, конечно, обречена на погибель. Но она показывает, что правые вожди «независимых» саботируют решение Лейпцигского съезда их собственной партии и не думают об искреннем объединении с авангардом борющегося международного пролетариата.

В связи со всем вышесказанным Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала заявляет:

1) Коммунистический Интернационал представляет в настоящее время крупнейшую силу, которая уже объединила важнейшие, действительно революционные элементы международного пролетарского движения.

В I Учредительном конгрессе Коммунистического Интернационала в Москве (март, 1919 г.) участвовали следующие партии и организации:

1. Коммунистическая партия Германии

2. Коммунистическая партия России

3. Коммунистическая партия Немецкой Австрии

4. Коммунистическая партия Венгрии

5. Шведская левая социал-демократическая партия

6. Норвежская социал-демократическая партия56

7. Швейцарская социал-демократическая партия (оппозиция) 57

8. Американская социалистическая рабочая партия58

9. Балканская революционная федерация59 (Болгарские тесняки60 и Румынская коммунистическая партия) 61

10. Коммунистическая партия Польши

11. Коммунистическая партия Финляндии

12. Коммунистическая партия Украины

13. Коммунистическая партия Латвии

14. Коммунистическая партия Литвы и Белоруссии

15. Коммунистическая партия Эстляндии

16. Армянская коммунистическая партия

17. Коммунистическая партия немецких колоний России.

За 10 месяцев, протекших со времени Учредительного конгресса, в Коммунистический Интернационал поступили следующие сообщения о солидаризации с Коммунистическим Интернационалом.

(Оговариваемся, что нижеприводимые сведения очень неполны. На самом деле к III Интернационалу присоединилось гораздо большее число партий и организаций. В одной Франции десятки местных организаций заявили о присоединении к Коммунистическому Интернационалу. Но получить точные сведения крайне трудно).

19 марта 1919 г. состоялось постановление Комитета Итальянской социалистической партии62 в Милане о вступлении в Коммунистический Интернационал.

8 апреля состоялось постановление съезда Норвежской социал-демократической рабочей партии о ее присоединении к Коммунистическому Интернационалу.

10 мая мы получили сообщение о присоединении шведского социал-демократического союза молодежи к III Интернационалу.

14 июня состоялось постановление конференции Левой шведской социал-демократической партии о присоединении к III Интернационалу.

22 июня получено постановление съезда Болгарской социал-демократической партии тесняков о том же.

20 июля получено постановление Центрального Комитета Польской коммунистической партии о формальном присоединении к III Интернационалу.

Съезд всей Швейцарской социал-демократической партии высказался за вступление в III Интернационал. При референдуме за это высказалось только меньшинство, но очень значительное.

В августе месяце конгресс социалистов Соединенных Штатов принял решение присоединиться к Коммунистическому Интернационалу. В Америке теперь временно две коммунистические партии63 — обе в III Интернационале.

В августе же нами получено сообщение о присоединении Коммунистической партии Восточной Галиции к нашей организации. В сентябре поступили известия о присоединении Социалистической партии Эльзас-Лотарингии к Коммунистическому Интернационалу.

Такие же известия в этом месяце получены от Украинской федерации социалистических партий в Америке и от ряда финских рабочих организаций.

В октябре съезд Итальянской социалистической партии в Болонье громадным большинством подтвердил присоединение итальянской партии к Коммунистическому Интернационалу.

23 октября получено известие о постановлении Британской социалистической партии64 вступить в III Интернационал.

30 октября мы получили известие о том, что баварские независимые решили примкнуть к III Интернационалу.

20 ноября получено известие о присоединении к III Интернационалу части Датской социал-демократической партии65.

В декабре же получено известие о присоединении Богемской, Лотарингской и Мексиканской социалистических партий к нашей организации.

В этом же месяце получено сообщение о том, что в одном из европейских городов состоялся международный съезд рабочей молодежи, на котором были делегаты от 220 ООО членов партии и на котором единогласно постановлено присоединиться к Коммунистическому Интернационалу.

В декабре 1919 г. на съезде испанских социалистов за III Интернационал подано 12 500 голосов, за Второй — 14 000.

На Скандинавском рабочем конгрессе (декабрь 1919 г.) было 268 делегатов от 300 000 рабочих. Коммунистические резолюции принимались единогласно.

В январе 1920 г. получено сообщение о присоединении к Коммунистическому Интернационалу Рабочей партии Шотландии66.

Этого перечисления достаточно, чтобы видеть, что в рядах Коммунистического Интернационала уже сейчас объединен весь авангард борющегося международного пролетариата.

Те рабочие партии, которые искренне хотят бороться за диктатуру пролетариата и Советскую власть, могут и должны присоединиться к тому основному ядру, которое представляет собою III, Коммунистический Интернационал.

2) Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала считает, что в интересах успеха международной пролетарской борьбы нельзя допустить, чтобы под каким бы то ни было предлогом и где бы то ни было создано было еще одно новое международное промежуточное объединение рабочих, которое на деле ни в коем случае не может быть революционным. Раздробление сил международного пролетариата было бы только в интересах капитала и его слуг из числа бывших социалистов.

3) Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала считает крайне желательным вступить в переговоры с каждой из тех партий, которые заявляют о своей готовности окончательно порвать со II Интернационалом. С этой целью Исполнительный Комитет приглашает представителей указанных партий прибыть в Россию, где по постановлению I конгресса Коммунистического Интернационала имеет пребывание исполнительный орган Коммунистического Интернационала. Как ни велики технические препятствия для проезда через границу, прибытие делегатов указанных партий в Россию все же возможно, как это показал опыт.

4) Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала сознает, что в силу сложности отношений и специфических особенностей в развитии революции надлежит строго сообразоваться с этими особенностями. Мы вполне готовы расширять III Интернационал, учитывать опыт пролетарского движения во всех странах, исправлять и пополнять платформу III Интернационала на основании теории марксизма и опыта революционной борьбы во всем мире. Но мы решительно отказываемся от какого бы то ни было сотрудничества с теми правыми вождями «независимцев» и лонгетистов, которые тянут движенце назад в буржуазное болото желтого II Интернационала.

Приветствуя решение Лейпцигского съезда в той его части, которая говорит о разрыве со II Интернационалом, и приглашая делегацию U. S. Р. для переговоров, Исполнительный Комитет выражает твердую уверенность, что растущая революционная сознательность пролетарских масс очистит ряды вождей U. S. Р., толкнет ее в сторону объединения с Германской коммунистической партией и в конце концов организует ее лучшие элементы под общим знаменем Коммунистического Интернационала.

Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала предлагает передовым рабочим Германии обсуждать этот наш ответ на широких пролетарских собраниях и требовать точных и ясных ответов на затронутые в нем вопросы от вождей U. S. Р.

Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала шлет братский привет героическому пролетариату Германии.

Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала

5 февраля 1920 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1920, № 9

 

КО ВСЕМ ЧЛЕНАМ НЕЗАВИСИМОЙ ПАРТИИ ГЕРМАНИИ

15 июля 1920 года, как вам известно, в Москве откроется Второй всемирный конгресс Коммунистического Интернационала (первое торжественное собрание состоится в Петрограде). Сознательные рабочие всего мира живо откликнулись на наш призыв прислать на этот съезд своих представителей. Большинство делегатов — из Англии, Франции, Австрии, Венгрии, Италии, Америки, Швеции, Болгарии, Голландии и других стран — уже приехали в Россию. Другие находятся на пути в Москву. Уже теперь ясно, что наш второй съезд будет поистине всемирным конгрессом передовых рабочих. Съезд подытожит опыт нашей борьбы. Съезд укажет нам, рабочим всего мира, путь дальнейшей борьбы, к голосу съезда прислушаются труженики всего мира.

Товарищи! Неужели вы останетесь в стороне от такого съезда?

Мы говорим вам откровенно: и Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала, и рабочие-коммунисты всех стран будут крайне опечалены, если вы, рабочие, члены USPD не будете вместе с нами на нашем съезде.

Мы знаем, что вы, пролетарии группы USPD, всем сердцем с нами. Мы знаем, что вы рветесь в ряды нашего Международного Товарищества Рабочих, в III Интернационал; тем более недопустимо, чтобы правые вожди вашего ЦК сорвали ваше и наше желание.

Под вашим давлением, под давлением рабочих, Лейпцигский съезд USPD решил выйти из II Интернационала и завязать сношения с III Интернационалом. Но правые вожди вашего ЦК фактически саботировали и саботируют это решение. Они затеяли созыв какой-то еще промежуточной конференции из партий, вышедших из Второго, но еще не вошедших в III Интернационал. От этой безнадежной попытки отказались теперь даже умеренные вожди Французской социалистической партии. Два делегата этой партии, Кашей и Фроссар, прибыли уже в Москву, и мы открыто им скажем, на каких условиях французская партия может быть принята в III Интернационал. Французские рабочие заставляют даже своих умеренных вождей искать сближения с III Интернационалом. Только ваших представителей мы до сих пор не видим в Москве. Мы выступили с открытым письмом к USPD, в котором точно и подробно наметили условия, на которых мы можем принять вашу партию, как и другие партии, которые до сих пор шли за течением «центра». Ваш ЦК даже не напечатал этого письма Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала в Германии. Он держал и держит его под спудом. Он скрывает его от вас. Только коммунисты напечатали его. ЦК USPD в письме от 6 июня за подписью Деймига сообщает нам, что открытое письмо ИККИ до сих пор не напечатано «независимыми» по причине... «недостатка бумаги». Более недостойного довода ваши правые вожди не могли придумать. Это поведение подтверждает, насколько мы были правы, когда говорили, что ваше вхождение в III Интернационал возможно только через голову правых вождей.

Ввиду сказанного, мы предлагаем вам, товарищи: пусть отдельные местные и областные организации USPD, желающие немедленно войти в III Интернационал, немедленно избирают и посылают своих делегатов на наш конгресс, назначенный на 15-е июля. Не ждите больше никого. Не позволяйте сорвать вашу волю. Сумейте быстро сорганизоваться и выполнить свой долг. Рабочие-революционеры, члены USPD, должны быть на всемирном конгрессе Коммунистического Интернационала. Мы ждем вас, товарищи, торопитесь. Обсуждайте наше предложение на всех ваших рабочих собраниях. Опубликуйте его в ваших газетах. Разоблачайте тех, кто срывает вашу волю. Действуйте.

Исполнительный Комитет Коммунистического Интернационала

21 июня 1920 г.

Печатается по тексту журнала «Коммунистический Интернационал», 1920, № 12