Содержание материала

ПРЕДИСЛОВИЕ

30 августа 1918 г. на заводе Михельсона в Москве эсерка Каплан трижды стреляла в В. И. Ленина. Эти выстрелы, нацеленные в самое сердце революции, были, как показано в предлагаемой читателям книге, не отдельным террористическим актом, не покушением фанатика-одиночки, а продуманной и тщательно подготовленной партией правых эсеров антисоветской, контрреволюционной акцией.

Первые две попытки покушения на жизнь вождя партии и страны, в январе и марте 1918 г., не удались, но 30 августа Ильич был тяжело ранен. Покушение 30 августа — кульминация контрреволюционной деятельности правых эсеров.

Судебный процесс над членами руководящих органов партии правых эсеров, состоявшийся в 1922 г., раскрывает многие детали подготовки и осуществления покушения на В. И. Ленина, показывает связь этого террористического акта с общей контрреволюционной деятельностью партии социалистов-революционеров. Наряду с ликвидацией эсеровского антисоветского подполья он нанес сокрушительный удар по престижу партии социалистов-революционеров, заставил многих ее рядовых членов порвать с ней. Материалы процесса широко использованы в настоящем издании.

Применение эсерами тактики террора в условиях Советской власти свидетельствовало об их явном переходе в лагерь контрреволюции, о полном отрыве от масс. Выстрелы в вождя пролетарской революции, как и другие террористические акции, ускорили бесславный конец партии эсеров. Трудящиеся нашей страны недвусмысленно заявили, что безоговорочно верят Советской власти, что идут за большевиками.

Идеологи антикоммунизма лживо утверждают, будто характерной чертой политики Советской власти сразу же после победы революции был террор в отношении ее врагов. Жизнь убедительно опровергает их измышления. Победивший пролетариат и его партия вовсе не ставили своей целью уничтожение политических противников. В. И. Ленин неоднократно указывал, что насилие не наш идеал, что мы стремились к соглашению, но нас заставили применить террор1.

Известно, что сразу после победы Великого Октября буржуазия, поддержанная лидерами мелкобуржуазных партий, организовала мятеж юнкеров, двинула на Петроград войска Керенского и Краснова. Советская власть, разбив мятежников, проявила к ним чрезвычайную гуманность. Московский военно-революционный комитет сделал все, чтобы предотвратить расправу возмущенного народа с арестованными юнкерами. Обвинения против них разбирали следственные комиссии, созданные из представителей ВРК, районных революционных штабов и нейтральных групп. Большинство юнкеров были освобождены.

«После революции 25 октября (7 ноября) 1917 г...— отмечал В. И. Ленин в 1919 г.,— о терроре не было и речи. Мы освободили не только многих министров Керенского, но и воевавшего против нас Краснова. Лишь после того, как эксплуататоры, т. е. капиталисты, стали развертывать свое сопротивление, мы начали систематически подавлять его, вплоть до террора»2. Этот факт вынуждены признать даже некоторые из наших идейных противников.

Однако красный террор по своим масштабам не идет ни в какое сравнение с белым террором контрреволюции. Белогвардейцы только за последние 7 месяцев 1918 г. и только на территории 13 губерний расстреляли 22 780 человек2. В то же время с июня 1918 до февраля 1919 г. в 23 губерниях по приговорам ЧК было расстреляно в 4 раза меньше контрреволюционеров и уголовников. Как видим, революционный красный террор применялся весьма ограниченно, к тому же очень короткое время, и был лишь вынужденным ответом на контрреволюционный террор. 2 сентября 1918 г. состоялось решение ВЦИК, а 5 сентября Совет Народных Комиссаров принял декрет «О красном терроре». В нем подчеркивалось, что в условиях, когда получили широкое распространение террористические акты против деятелей партии и Советского государства, применение красного террора против врагов революции является необходимостью.

Книга «Выстрел в сердце революции» отражает позорный путь эсеров, как правых, так и левых. Вехи этого пути — три покушения на В. И. Ленина, убийство В. Володарского, М. С. Урицкого и других деятелей партии большевиков, убийство германского посла Мирбаха и контрреволюционный мятеж левых эсеров в июле 1918 г.

Глубокая оценка позиции левых эсеров дана в беседе В. И. Ленина с сотрудником «Известий ВЦИК» 7 июля 1918 г., на следующий день после мятежа. Вот как звучат эти ленинские слова, приведенные в книге: «Преступный террористический акт и мятеж совершенно и полностью открыли глаза широких масс народа на то, в какую бездну влечет народную Советскую Россию преступная тактика левоэсеровских авантюристов...

И если кто радовался выступлению левых эсеров и злорадно потирал руки, то только белогвардейцы и прислужники империалистской буржуазии. А рабочие и крестьянские массы еще сильнее, еще ближе сроднились в эти дни с партией коммунистов-большевиков, истинной выразительницей воли народных масс»3.

Вот эта-то теснейшая связь трудящихся с партией большевиков, с ее вождем В. И. Лениным — лейтмотив книги «Выстрел в сердце революции». В центре повествования—образ Ленина, вдохновителя и организатора трудящихся, постоянно находившегося в гуще рабочих и красноармейских масс. Даже 30 августа, когда в условиях участившихся террористических актов МК партии предложил В. И. Ленину не выступать в этот день на митингах, Ильич ответил, что именно в такое время, когда «положение в стране серьезно, задачи стоят сложные и решать их надо вместе с массами, надо советоваться с массами». И выступал в тот день на нескольких митингах, неустанно разъясняя сложившуюся обстановку, отвечая на многочисленные вопросы рабочих.

Материалы, включенные в книгу, передают тревожную обстановку после покушения, когда вся страна жила надеждой на выздоровление Владимира Ильича. Множество телеграмм от рабочих, красноармейских и революционных крестьянских организаций с выражением горячего сочувствия поступало в те дни со всех концов России. И, как свидетельствует биографическая хроника В. И. Ленина за 31 августа 1918 г., узнав об этих телеграммах, Ильич заметил, что «сочувствие рабочего класса на него действует благотворнее, чем все лекарства и консилиумы врачей»4.

Вместе с тем материалы, вошедшие в книгу, показывают, что весть о покушении на Владимира Ильича не вызвала замешательства в рядах пролетариата. Наоборот, он еще теснее сплотился вокруг большевистской партии и ее вождя, готовый к решительной борьбе с контрреволюцией.

Ленин должен жит! Ленин будет жить! Нельзя убить дело революции, которому Владимир Ильич отдал всю свою жизнь! — эта мысль владела умами рабочих и крестьян России. И сердце революции, которое пытались остановить эсеровские террористы, продолжало биться.

Трудящиеся массы России, ведомые ленинской партией, отстояли завоевания революции, наголову разгромили ее врагов и с именем В. И. Ленина пошли историческим путем созидания нового общества.

Примечания:

1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. т. 37, с. 218, 222.

2 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 39, с. 113—114.

3 См.: Спирин Л. М. Классы и партии в гражданской войне в России. М., 1968, с. 211, 216.

4 Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 36, с. 518, 519.