Содержание материала

 

5. Организация Советов. Политика пролетарского государства.

Советы появились впервые в революционные дни 1905 года. Они возникли сами собою в гуще тех фабрик и заводов, где рабочие стремились найти лучшую форму для классового выявления своих требований. Советы встретили непосредственную поддержку со стороны меньшевиков. Ленин, вопреки всем инсинуациям и злостным измышлениям, не возражал против Советов с принципиальной точки зрения. Он критиковал не систему Советов, а лишь взгляды меньшевиков на эту систему. Он полагал, что директивы Советам должна давать партия;  поэтому он впоследствии выступил против известного направления германских левых (Отто Рюле и др.), которое доходило даже до отрицания необходимости партии; Ленин, наоборот, утверждал, что диктатура пролетариата может быть проведена в жизнь лишь при содействии наиболее передовой его части, т.-е. революционной партии.

При Керенском меньшевики сохранили Советы, как органы рабочего контроля, именно только как контрольные органы, наряду с правительством, состоявшим из представителей различных партий. Ленин энергично боролся за автономию Советов. «Вся власть Советам!» — таков был лозунг, который большевистская партия неизменно распространяла и пропагандировала до октябрьской революции.

Советы возникли без какой-либо конституции и просуществовали так с весны 1917 года до лета 1918 года. Меньшевики считали Советы наиболее совершенной и удобной формой организации классовой борьбы, но не организации государственной власти. Таково было мнение Аксельрода и Мартова, к которому впоследствии примкнули Каутский и Отто Бауер.

Советы составляют одновременно парламент и рабочее правительство.

«Если парламентский режим», — пишет Троцкий, — «даже в эпоху «мирного» устойчивого развития был довольно грубым счетчиком настроений в стране, а в эпоху революционной бури совершенно утратил способность поспевать за ходом борьбы и развитием политического сознания, то советский режим, несравненно ближе, органичнее и теснее связанный с трудящимся большинством народа, главное свое значение полагает не в том, чтобы статически отражать большинство, а в том, чтобы динамически формировать его1».

Самая характерная черта Советской власти заключается в том, что организация масс является постоянной и единственной основой всей правительственной власти. Именно эти массы, которые даже в наиболее демократических буржуазных республиках, пользуясь якобы полным равноправием, «на деле, — говоря словами Ленина, при помощи разных средств и ухищрений устранялись от участия в политической жизни и от использования демократических прав и свобод, ныне привлекаются к постоянному, беспрепятственному и при этом решающему участию в демократическом управлении государство»2.

Советская власть стремится осуществить действительное равенство всех социально-полезных граждан. Она построена так, что приближает аппарат государственного управления к трудящимся массам. В советской организации государства власть законодательная и исполнительная объединены. Всероссийский Съезд Советов, в состав которого входят депутаты от всех местных Советов, рассматривает все государственные дела и избирает Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет, собирающийся каждые три месяца и созываемый в случае чрезвычайных обстоятельств ранее указанного срока. Губернские, уездные и волостные Советы рассматривают и решают вопросы местного характера. В. Ц. И. К. назначает Совет Народных Комиссаров, который управляет государством под постоянным контролем В. Ц. И. К. Территориальное деление на избирательные участки заменено делением на трудовые единицы, каковыми являются предприятия, фабрики, заводы и государственные учреждения.

«Советская организация государства приноровлена к тому, чтобы пролетариат, как класс наиболее сплоченный под влиянием капитализма и наиболее сознательный, занял руководящую роль в государстве. Опыт всех революций, всех движений угнетенных классов, опыт социалистического мирового движения учит нас, что только пролетариату дано соединить воедино рассеянные и отсталые слой трудящегося и эксплоатируемого населения и повести его за собой.

«Только советская организация государства может разрушить — сразу и окончательно — старый, т.-е. буржуазно-чиновничий и судейский аппарат, который продолжал существовать и должен был продолжать существовать при капитализме даже в самых демократических республиках, и который фактически служил самым большим препятствием для рабочих и трудящихся масс при осуществлении ими демократизма. Парижская Коммуна сделала на этом пути первый всемирно - исторический шаг, а Советская власть — второй»3.

Советская или пролетарская демократия является переходной стадией от буржуазной демократии к полному исчезновению государства. Уже на первых порах существования Советской власти были приняты некоторые меры для борьбы с контр-революцией. Так, были лишены избирательного права нетрудовые элементы, те, «которые держат наемных рабочих с целью прибыли», контрреволюционеры, заговорщики и т. и.

Каждый член Совета Рабочих, Крестьянских, Красноармейских и Казачьих Депутатов Р. С. Ф. С. Р. может быть отозван во всякое время: это значит, что он может быть лишен своего мандата непосредственно самими избирателями. Сделать это не трудно, так как каждая фабрика, каждый завод, каждая деревня избирает своих депутатов. Таким образом, Совет никогда не теряет внутренней связи с избирателями, и члены Советов являются истинными представителями народа. Советы, это — настоящая демократия, воплощение подлинного демократизма, отрицание которого характеризует капиталистические демократии.

Ленин следующим образом определяет социалистический характер советского демократизма: 1) избирателями являются трудящиеся массы, которых раньше эксплоатировали; 2) бюрократический формализм и ограничения при выборах сводятся к нулю: массы сами определяют порядок выборов, назначают их сроки и сохраняют полное право отзыва избранных ими депутатов; 3) Советы представляют «наилучшую массовую организацию авангарда трудящихся», который может руководить самыми широкими массами эксплоатируемых и взять в свои руки их политическое воспитание. Таким образом, каждый гражданин учится управлять государством.

До некоторой степени мелко-буржуазная стихия налагает свой отпечаток и на Советы. Эта стихия «при всякой пролетарской революции в той или иной мере неизбежно себя проявит, а в нашей революции, в силу мелко - буржуазного характера страны, ее отсталости и последствий реакционной войны, проявляется особенно сильно»4. Наконец, следует бороться против стремления превратить членов Советов в парламентариев или бюрократов.

«Целью нашей является бесплатное выполнение государственных обязанностей каждым трудящимся, по отбытии 8-часового «урока» производительной работы; переход к этому особенно труден, но только в этом переходе залог окончательного упрочения социализма. Новизна и трудность перемены вызывает, естественно, обилие шагов, делаемых, так сказать, ощупью, обилие ошибок, колебания, — без этого никакого резкого движения вперед быть не может. Вся оригинальность переживаемого положения, с точки зрения многих, желающих считаться социалистами, состоит в том, что люди привыкли абстрактно противополагать капитализм социализму, а между тем и другим глубокомысленно ставили слово «скачок». (Некоторые, вспоминая обрывки прочитанного у Энгельса, добавляли еще более глубокомысленно: «скачок из царства необходимости в царство свободы»)5.

Хорошим революционером и превосходным марксистом является не тог, кто ограничивается только знанием марксистского учения и марксистской программы, а тот, кто «в любой момент умеет найти особое звено цепи», кто знает порядок расположения этих звеньев, их форму и способ их скрепления и кто умеет отличать их друг от друга. Необходимо с чувством самой глубокой симпатии оказывать величайшую поддержку периодическим конференциям советских избирателей и их депутатов, на которых обсуждается и контролируется деятельность местных советских органов управления.

«Нет ничего глупее, как превращение Советов в нечто застывшее и самодовлеющее. Чем решительнее мы должны стоять теперь за беспощадно твердую власть, за диктатуру отдельных лиц для определенных процессов работы, в определенные моменты чисто-исполнительских функций, тем разнообразнее должны быть формы и способы контроля снизу, чтобы парализовать всякую тень возможности извращения Советской власти, чтобы вырывать повторно и неустанно сорную траву бюрократизма»6.

Часто случается, что Ленин намекает на какую-нибудь бюрократическую ошибку или упущение Советской власти и, улыбаясь со свойственным ему прямодушием, заявляет: «Мы — отличные революционеры, но весьма плохие организаторы». Он преувеличивает недостатки советского управления, чтобы возбудить инициативу служащих и ответственных работников государственных учреждений. Все свое внимание он уделяет рациональной организации Р. С. Ф. С. Р. по хорошо обдуманному, логически-стройному плану, подвергающемуся, в зависимости от обстоятельств, дальнейшим изменениям.

В качестве Председателя Совета Народных Комиссаров, Ленин; является главою Советского правительства. Своим ближайшим сотрудникам он не предписывает никакой отвлеченной программы, а выясняет мнения других, выслушивает советы и охотно подчиняется воле большинства. Будучи Председателем Совнаркома и членом Политбюро Центрального Комитета Партии он постоянно находится в курсе всех крупных и мелких дел Советского государства.

Более пяти лет он беспрерывно выполнял эту гигантскую работу, состоявшую не только в том, чтобы дать государству конституцию, подавить контр-революцию и при необычайно трудных условиях снабжать обширную страну продовольствием, но и в том, чтобы, одновременно, подготовить страну к социализму, к коммунизму.

Он вел жестокую, беспощадную борьбу с буржуазией, с мелкой буржуазией, с коварными фальсификаторами марксизма, но он боролся также против того направления, которое хотело заставить государственную машину двигаться с чрезмерной скоростью. Таким образом, он пришел к выводам, выраженным в следующих формулах: «Необходимо лавировать»; «мы переживаем переходный период»; «необходимо восстановить производство»; «Коммунизм, это — Советская власть плюс электрификация».

С удивительным тактом объединяет он все то, что может быть полезным для пропаганды и для организации страны. Взять, например, мысль об электрификации, на которую его навел один из старейших членов партии, инженер Кржижановский. На вопрос: что такое коммунизм? Ленин с математической точностью отвечает: Коммунизм = Р. С. Ф. С.Р. + электрификация. Вся суть последней заключается в том, чтобы восстановить промышленность и сельское хозяйство в России, после того, как она избавится от внешних врагов. Каждая крестьянская изба будет освещена электричеством, и каждый крестьянин будет обрабатывать землю современными механическими орудиями, приводимыми в движение электричеством. По всей необъятной площади России раскинется огромная сеть электрических станций. Для наглядности и поощрения Ленин не остановился бы перед тем, чтобы заявить, что «один техник равен десяти коммунистам». Еще раньше он рекомендовал использование лиц, обладающих особыми познаниями (так называемых «спецов»), для всяких специальных работ, конечно, под строжайшим контролем. Он призывает всех членов партии усвоить культурные достижения капитализма, т.-е. изучить науки и технику капиталистической цивилизации и извлечь из них пользу для всего рабочего и крестьянского населения России.

Как вождь партии, как глава правительства и неуклонно правоверный марксист, Ленин не колеблется повернуть колесо истории в совершенно ином направлении, если на пути появляется непредвиденное препятствие, если дорога заводит в тупик, или она загромождена, или теряется в дебрях. Курьезно то, что Ленина упрекают в «оппортунизме» как раз те, которые сами зашли дальше всех других в своих оппортунистических устремлениях. Когда Ленин накануне октябрьской революции разложил фронт и армию, ему поставили это в вину, как тяжкое преступление. Но стоило только Советскому правительству сорганизовать Красную армию, как стали вопить о красном милитаризме и о большевистском империализме. После того, как Ленин и его товарищи совершили государственный переворот и издали первые революционные декреты, а затем создали из Советов государственный аппарат, реформисты стали кричать об анархии, о преступлении против демократии и сравнивали большевистскую партию с разбойничьей шайкой. Но едва Ленин заговорил о новой экономической, политике и о продналоге, как те же самые цензоры, те же самые Катоны начали обвинять его в оппортунизме. Некоторые противники Ленина — эс-эры и друзья Милюкова, которые уже давно перестали распространять свои плаксивые воззвания в пользу Учредительного Собрания, — провозгласили даже такой лозунг: «Советы без большевиков!».

Дело в том, что развитие русской революции достигло такой ступени, что Ленин вынужден был заявить о необходимости временного экономического отступления. Подобно тому, как капиталистические правительства прибегают к государственному социализму, чтобы посредством этой плотины сдержать прорвавшийся поток социализма, точно так же Ленин вводит государственный капитализм, чтобы парализовать и уничтожить влияние мирового капитализма в России. 9 апреля 1921 года он произнес свою знаменитую речь, которая навсегда останется образцом мудрости и политического реализма; при оценке этой речи надо отрешиться от тех ее искажений, к которым прибегают некоторые «коммунисты», приемлющие новую экономическую политику так, как они ее понимают, т.-е. с точки зрения своего собственного материального благополучия.

Равным образом, еще в мае 1918 г., в ответ на возражения группы левых коммунистов, Ленин утверждал, что государственный капитализм был бы шагом вперед по сравнению с теперешним положением дел в Советской республике. «Если бы примерно, через полгода», — писал он, — «у нас установился государственный капитализм, это было бы громадным успехом и вернейшей гарантией того, что через год у нас окончательно упрочится и станет непобедимым социализм. Я воображаю себе, с каким благородным негодованием отшатнется кое-кто от этих слов... Как? В Советской социалистической республике переход к государственному капитализму был бы шагом вперед?.. Это ли не измена социализму?».7

В области хозяйства в советском строе были в то время, по мнению Ленина, элементы и частицы и капитализма, и социализма; в России существовало параллельно пять экономических типов: 1) патриархальное, т.-е. в значительной степени натуральное крестьянское хозяйство; 2) мелкое товарное производство; 3) частнохозяйственный капитализм; 4) государственный капитализм, и 5) социализм. В своей статье Ленин смело заявляет: «Если в Германии революция еще медлит «разродиться», наша задача — учиться государственному капитализму немцев, всеми силами  перенимать его, не жалеть диктаторских приемов для того, чтобы ускорить это перенимание еще больше, чем Петр ускорял перенимание западничества варварской Русью, не останавливаясь перед варварскими средствами борьбы против варварства»8.

В 1921 году Ленин снова возвращается к своей аргументации 1918 года и констатирует, что события подтвердили ее в точности, не считая некоторых незначительных ошибок в исчислении сроков. С другой стороны, окрепла мелко-буржуазная стихия. Гражданская война 1918 — 1919 г.г. еще более усилила разруху в стране, замедлила восстановление ее экономического благосостояния и в значительной мере ослабила пролетариат. Наконец 1920 г. оказался неурожайным, а кризис транспорта и промышленности по различным причинам еще более обострился. Таким образом, положение властно диктовало «немедленные, самые решительные, самые экстренные меры»9. Необходимо было улучшить положение крестьянства и увеличить его производительные силы. Ибо для улучшения положения рабочих нужны, прежде всего, хлеб и топливо. Поэтому улучшение положения крестьян является главным и непременным условием для увеличения посевной площади и урожая хлеба, для усиления заготовки и доставки топлива и т. п.

«Кто не понимает этого», — говорит Ленин, — «кто склонен усматривать в этом выдвигании крестьян на первое место «отречение» или подобие отречения от диктатуры пролетариата, тот просто не вдумывается в дело, отдает себя во власть фразе. Диктатура пролетариата есть руководство политикой со стороны пролетариата. Пролетариат, как руководящий, как господствующий класс, должен уметь направить политику так, чтобы решить в первую голову самую неотложную, самую «больную» задачу. Неотложнее всего теперь меры, способные поднять производительные силы крестьянского хозяйства немедленно. Только через это можно добиться и улучшения положения рабочих и укрепления союза рабочих с крестьянством, укрепления диктатуры пролетариата. Тот пролетариат или представитель пролетариата, который захотел бы не через это пойти к улучшению положения рабочих, оказался бы на деле пособником белогвардейцев и капиталистов. Ибо итти не через это значит: цеховые интересы рабочих поставить выше классовых интересов; значит интересам непосредственной, минутной, частичной выгоды рабочих принести в жертву интересы всего рабочего класса, его диктатуры, его союза с крестьянством против помещиков и капиталистов, его руководящей роли в борьбе за освобождение труда от ига капитала»10.

Улучшить положение крестьян оказалось возможным лишь благодаря коренному изменению продовольственной политики. Таким мероприятием явилась замена разверстки продналогом, причем, разрешалась свободная продажа излишков хлеба, оставшихся после уплаты этого налога. Вызванный войной, разрухой и крайней нищетой «военный коммунизм» не мог быть «отвечающей хозяйственным задачам пролетариата политикой». Правильная экономическая политика пролетариата в мелко-крестьянской стране заключается в том, чтобы получать от крестьян хлеб в обмен на необходимые им изделия промышленности.

Относительная свобода торговли вызывает возрождение мелкой буржуазии и капитализма. «Это несомненно. Закрывать глаза на это смешно. Этот возрождающийся капитализм необходимо направить в русло государственного капитализма; с экономической точки зрения это вполне возможно. Диктатура пролетариата и государственный капитализм вполне могут уживаться друг с другом; самым простым для Советской власти способом направить развитие капитализма в русло государственного капитализма является система «концессий». Насаждая государственный капитализм в виде концессий, Советская власть «усиливает крупное производство против мелкого, передовое против отсталого, машинное против ручного, увеличивает количество продуктов крупной индустрии в своих руках (долевое отчисление), усиливает государственно-упорядоченные экономические отношения в противовес мелко-буржуазно-анархическим. В меру и осторожно проведенная концессионная политика, несомненно, поможет нам улучшить быстро (до известной, небольшой степени) состояние производства, положение рабочих и крестьян, — конечно, ценой известных жертв, отдачи капиталисту десятков и десятков миллионов пудов ценнейших продуктов. Определение той меры и тех условий, при которых концессии выгодны и не опасны нам, зависит от соотношения сил, решается борьбой, ибо концессия тоже есть вид борьбы, продолжение классовой борьбы в иной форме, а никоим образом не замена классовой борьбы классовым миром. Способы борьбы покажет практика»11.

Наконец, Ленин убеждает коммунистов учиться у буржуазных спецов, у крупных и мелких капиталистиков, и торговать. Необходимо использовать их знания, подобно тому, как в свое время были использованы знания военных спецов. «Сделай лучше, чем сделали рядом буржуазные спецы; сумей добиться и так и этак подъема земледелия, подъема промышленности, развития оборота земледелия с промышленностью. Не скупись платить за «науку»: за науку платить дорого не жалко, лишь бы ученье шло толком!»12.

Привить пролетарской школе технику высоко-развитого капитализма — таково великое правило политического реализма, которому учит нас Ленин, правило, которое он черпает из своих серьезнейших наблюдений, постоянно обогащаемого опыта и деятельной, разумной и непоколебимой преданности делу пролетариата.

Эту глубокую мудрость и этот добросовестный мощный реализм мы находим в основе всей политики Советского правительства, которое заботится не только о русском пролетариате, но и о трудящихся всего мира, об отсталых племенах и о порабощенных империализмом народах.

Примечания:

1 Л. Троцкий. «Терроризм и коммунизм». Петроград. 1920, стр. 44.

2 Н. Ленин. «Тезисы о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата». Собр. сочин., т. XVI, стр. 44.

3 Н. Ленин. «Тезисы о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата». Собр. сочин., т. XVI, стр. 45.

4 Н. Ленин. «Об очередных задачах Советской власти». Собр. сочни., т. ХV, стр. 221.

5 Н. Ленин. «Об очередных задачах Советской власти». Собр. сочни., стр. 221 и след.

6 Там же, стр. 223 — 224.

7 Н. Ленин. «О «левом» ребячестве и мелкобуржуазности». Собр. соч., т. ХV, стр. 263.

8 Н. Ленин. «О «левом» ребячестве и мелкобуржуазности». Собр. сочин., т. XV, стр. 268.

9 Н. Ленин. «О продовольственном налоге». Т. XVIII, ч. I, стр. 212.

10 Н. Ленин. «О продовольственном налоге», Собран. сочин., т. XVIII,. стр. 213.

11 Н. Ленин. «О продовольственном налоге». Собр. сочин., т. XVIII, стр. 217 — 218.

12 Там же, стр. 235.