Содержание материала


 

Ленин — представитель РСДРП в Международном социалистическом бюро

Борьбу против оппортунизма, в защиту левых, марксистских элементов вел Ленин и в рамках Международного социалистического бюро3*.

Текст мандата, выданного Ленину, гласил: «Центральный Комитет, в заседании своем *** октября постановил предложить товарищу Ленину взять на себя представительство от Р.С.Д.Р.П. в Международном социалистическом бюро».

25 октября 1905 г. Ленин пишет в адрес

Центрального Комитета: «Дорогие друзья! Только что получил ваше письмо о назначении меня в Международное бюро (жаль, что не назначили Орловского...»12

Ленин всегда был человеком в высшей степени дисциплинированным. Он подчинился решению большинства и, несмотря на свою огромную занятость, включился в работу Международного социалистического бюро, штаб- квартира которого находилась в то время в Брюсселе. Он принимает непосредственное участие в работе МСБ. На его заседаниях при решении важнейших вопросов Ленин последовательно защищает позиции революционного марксизма против ревизионизма справа и «слева»4*.

Наиболее активный период участия Ленина в работе МСБ падает на 1907—1911 годы. Он сам выделяет этот период в письме из Поронина от 25 июля 1914 года, адресованном Янсону или Штицу в Стокгольм. К этим социалистам, с которыми Ленин не был лично знаком, он обращается с просьбой дать конспиративный адрес. «В удостоверение своей личности сообщаю, — пишет он, — что в 1907—1911 гг. я был представителем РСДРП в Межнародном социалистическом бюро. Моя партийная кличка — Ленин, настоящая фамилия - Ульянов. Мой прежний адрес, имеющийся во многих печатных документах Международного социалистического бюро: Oulia- noff. 4. Rue Marie Rose. Paris. (XIV)»13.

О том, с какой ответственностью относился Ленин к своей деятельности в МСБ, мы узнаем из воспоминаний И. Ф. Попова. «На меня — вспоминает он,— были возложены секретарские обязанности, то есть осведомлять Владимира Ильича (как официального представителя партии в Интернационале) о положении дел в Интернационале, о намерениях, о предложениях Исполнительного комитета и влиятельных лидеров крупнейших социалистических партий в тех вопросах, которые прямо или косвенно касались или могли касаться, влияли или могли влиять на сложное положение и на ход ожесточеннейшей фракционной борьбы внутри российской партии... Его руководство было повседневным. Иногда в один и тот же день от него или Надежды Константиновны приходило несколько писем либо телеграмм, открыток. Указания Владимира Ильича были самого разнообразного рода. Иногда это было точнейшее предписание, что и как я должен сказать председателю или секретарю II Интернационала. И тогда требовалось без каких-либо отклонений передать именно данную формулировку; часто в таких случаях Владимир Ильич писал формулировки по-французски. Иногда же указывалась только цель, которую мне надо было добиться, а способы предоставлялось найти сообразно обстоятельствам»14.

Первое после Штутгартского конгресса заседание Международного социалистического бюро состоялось 11 октября 1908 года в Брюсселе. К этой, 10-й по счету сессии МСБ была приурочена международная конференция представителей социалистической прессы, которая открылась в субботу 10 октября в 3 часа дня. В ней участвовал и Ленин15, а вечером того же дня он присутствовал на международном митинге в «Народном доме», где выступали делегаты — австрийские, немецкие, английские, турецкий и болгарский. Речь шла о борьбе пролетариата всех стран за сохранение мира. Митинг закончился единогласным принятием следующей резолюции:

«Международный митинг... подтверждает еще раз энергичное решение всемирного пролетариата отстаивать мир между нациями и бороться изо всех сил против капиталистического милитаризма, разоряющего и угнетающего все народы. Митинг выражает уверенность, что различные национальные отделы рабочего Интернационала будут применять полностью решение, принятое по этому вопросу Международным социалистическим конгрессом в Штутгарте»16.

Участники собрания разошлись под пение «Интернационала».

Весь следующий день, воскресенье 11 октября, был посвящен заседанию Международного социалистического бюро. Всего на повестке дня стояло восемь вопросов. Ленин выступал по первому и по седьмому. Первым стоял вопрос о допущении английской «Рабочей партии» (лейбористской партии) в Интернационал.

Высказываясь за допущение в Интернационал «Рабочей партии», Ленин в то же время подчеркивал, что эта партия зависит от либералов, не ведет самостоятельной классовой политики, не является социалистической. Однако оппортунистические тенденции лидеров лейборизма не могут служить причиной для того, чтобы закрыть двери пролетарского Интернационала перед миллионами английских рабочих, поддерживавших лейбористскую партию. «...Социализм, — указывал Ленин в статье «Заседание Международного социалистического бюро», — становится в этой стране опять массовым движением... этого могут не видеть только слепые люди. Интернационал поступил бы безусловно неправильно, если бы не выразил прямо и решительно своего полнейшего сочувствия этому громадному шагу вперед массового рабочего движения в Англии...» И Ленин вновь подчеркивает момент, который был решающим ib его отношении и к российскому, и к международному рабочему движению: «Когда есть объективные условия, задерживающие рост политической сознательности и классовой самостоятельности пролетарских масс, надо уметь терпеливо, выдержанно работать рука об руку с ними, не делая уступок в своих принципах, но и не отказываясь от деятельности в гуще пролетарских масс»17.

Отмечая массовый характер лейбористской партии и ее широкие связи с рабочим классом, Ленин в то же время не счел возможным замалчивать тот факт, что она не стояла — сознательно и твердо — на позициях классовой борьбы. В связи с этим он подверг критике последнюю часть резолюции Каутского, в которой говорилось: «...Международное бюро объявляет, что английская «Рабочая партия» допускается на международные социалистические конгрессы, так как она, не признавая прямо... пролетарской классовой борьбы, ведет ее, тем не менее, на деле и становится на почву се самой своей организацией, которая независима от буржуазных партий» 18.

Ленин выступил против этой формулировки. Он сказал, что она неправильна, ибо на деле «Рабочая партия» не является действительно независимой от либералов и не ведет вполне самостоятельной классовой политики. По резолюции же Каутского выходит, будто Интернационал ручается за то, что лейбористская партия на деле ведет последовательную классовую борьбу.

Ленин предложил сформулировать заключительную часть резолюции следующим образом: «...она («Рабочая партия») представляет собой первый шаг действительно пролетарских организаций Англии к сознательной классовой политике и к социалистической рабочей партии» 19.

Большинством голосов МСБ отвергло поправку Ленина. Была утверждена резолюция Каутского, делающая уступку реформистским лидерам лейбористской партии.

Доводы К. Каутского и В. Адлера не убедили Ленина. 26 октября 1908 года он посылает секретарю МСБ Гюисмансу текст своей поправки к резолюции Каутского и просит напечатать ее в официальном отчете об этом заседании МСБ20. А три дня спустя в газете «Пролетарий» публикуется статья, где подробно излагается содержание выступлений на заседании МСБ по вопросу о приеме во II Интернационал лейбористов. Статья Ленина так и называется: «Заседание Международного социалистического бюро».

Объясняя, почему он продолжает настаивать на своей формулировке, Ленин пишет: «...именно такая формулировка заставила бы сотни тысяч английских рабочих, безусловно уважающих решения Интернационала, но не ставших еще вполне социалистами, задуматься лишний раз над тем, почему их признают сделавшими только первый шаг, и каковы должны быть дальнейшие шаги по этому пути». Таким образом, Ленин разъясняет (в данном случае, обращаясь к читателям «Пролетария») большое воспитательное значение, какое имела бы резолюция, если бы она была принята в его формулировке.

Исключительно важное принципиальное значение имело и имеет сегодня для международного коммунистического движения и следующее замечание Ленина: «В моей формулировке нет и тени претензии на то, чтобы Интернационал брался решать конкретные и детальные вопросы национального рабочего движения, брался определять, когда именно и какие именно дальнейшие шаги сделать необходимо»21.

Глубоко вникая в национальную природу каждого отряда международного рабочего класса, в его исторические особенности и конкретные социально-экономические условия борьбы, Ленин всегда стремился выявить то новое, что появлялось в каждой классовой схватке и составляло сущность классовой борьбы на империалистической стадии капитализма. В то же время Ленин обращает внимание русского пролетариата на общность его целей с международным рабочим движением, на диалектическую связь революционных событий, где бы они ни происходили — в Англии или в далекой Персии.

Вопрос о единстве национального и интернационального, а также другие важнейшие проблемы международного рабочего движения разработаны в многочисленных статьях Ленина, написанных в 1908—1912 годах, и в его выступлениях (в том числе с трибуны Международного социалистического бюро). Рассматривая программные, тактические и организационные вопросы различных социалистических партий (в том числе и лейбористской партии Англии), Владимир Ильич неоднократно подчеркивает и развивает эту мысль: нельзя декретировать сверху, из единого центра всю тактику борьбы в отдельных странах, не считаясь с национальными особенностями5*22.

Мы остановились так подробно именно на этом выступлении Ленина6*, на его отношении к приему лейбористской партии во II Интернационал потому, что оно, быть может, больше, чем другие, показывает самые характерные черты ленинской тактики в борьбе за массы как в России, так и в международном рабочем движении: сочетание идейной принципиальности и гибкости, постоянную заботу Ленина о сплочении всех революционных сил на марксистской основе, призыв учитывать «национально-особенное, национально-специфическое» при решении «единой интернациональной задачи».

В ноябре 1909 года на 11-й сессии МСБ Ленин выступил с речью по вопросу о расколе в социал-демократической рабочей партии Голландии. Лидеры этой партии, Трульстра, Ван Коль, Флиген и другие, отреклись от старой, марксистской программы партии. «Оппортунисты, — писал о них Ленин в статье, посвященной итогам этой сессии МСБ, — предприняли пересмотр старой, марксистской, программы голландской с.-д. партии и выставили, между прочим, такие тезисы этого пересмотра, как... пожелание, чтобы признание программы обязывало членов партии признавать политико-экономические, «но не философские взгляды Маркса»»23.

Они вели политику сближения с либералами, одобряли колониальную экспансию, защищали выдачу субсидий на преподавание религии в школах, поставили своей целью в парламенте борьбу за реформы, противопоставляли парламентскую социал-демократическую фракцию партии.

Ленин в своих выступлениях и статьях неоднократно резко критиковал империалистическую сущность позиции Ван Коля, который приобрел сомнительную известность после оппортунистических выступлений по колониальному вопросу на конгрессе в Штутгарте. Что же касается другого лидера голландских оппортунистов, Трульстра, то Ленин назвал его образцом «продажного, оппортунистического вождя, служащего буржуазии и обманывающего рабочих»24.

Против оппортунизма Ван Коля, Трульстра и их сторонников выступило революционное крыло партии, возглавлявшееся известной писательницей Генриеттой Роланд-Гольст, Германом Гортером, Антони Паннекуком и другими.

Они основали свою газету «Трибуна», но экстренный съезд социал-демократической рабочей партии Голландии в Дэвенте в феврале 1909 года постановил закрыть эту газету. Редакторы «Трибуны» отказались это сделать (кроме Роланд-Гольст, занявшей, по словам Ленина, в этом вопросе, «к сожалению, безнадежную примиренческую позицию»)25 и были исключены из партии.

К И. Ф. Попову, осуществлявшему связь между Лениным и Международным социалистическим бюро, приходит поэт Герман Гортер — лидер голландских левых. «Ленин становится центром, к которому идут за поддержкой самые передовые революционные круги социал-демократии... — вспоминает Попов. — Осенью 1909 года ко мне явился т. Гортер, тогдашний лидер голландских революционных марксистов, чтобы просить у Ленина поддержки в МСБ для небольшой марксистской группы, которая на съезде голландской партии объявлена была раскольничьей. С точки зрения фанатиков единства... этот раскол представлялся скандальной выходкой... «Раскольниам» грозила перспектива быть исключенным из Интернационала» 26.

7 ноября 1909 года на 11-й сессии МСБ Ленин выступил с речью в защиту голландских марксистов. Раскол, сказал он, является уже совершившимся фактом, с которым нельзя не считаться; даже противники СДП не могут не признать ее социалистической партией. Ленин обратил внимание МСБ на письмо Генриэтты Роланд-Гольст, одной из тех, кто создал газету «Трибуна». Она не решилась пойти на прямой раскол и осталась в одной партии (СДРП) с реформистами. Однако, когда в 1909 году «трибунистам» грозила опасность, Роланд-Гольст прислала письмо в МСБ, где высказалась за прием СДП в Интернационал.

Ленин поддержал проект резолюции П. Зингера, в котором говорилось: новая партия «должна быть допущена на международные социалистические конгрессы, так как она удовлетворяет условиям, которые поставлены уставом Интернационала. Что касается до участия ее делегата в Бюро и до числа ее голосов на конгрессе, то вопрос этот подлежит решению Копенгагенского конгресса, если голландские товарищи не придут сами к улажению этого спора». Резолюция Зингера решала вопрос «в пользу марксистов».

Оппортунистически настроенное большинство членов МСБ отклонило эту резолюцию, приняв большинством в 16 голосов против 11 резолюцию Виктора Адлера — одного из вождей международного оппортунизма. Эта резолюция, разумеется, была против марксистов. Она гласила: «Просьба СДП передается голландской секции. Если соглашения внутри этой секции не последует, тогда предоставляется апелляция к Бюро»27. (Ван Коль и Трульстра, присутствовавшие на заседании, с восторгом встретили проект Адлера: как говорится, пустили щуку в воду...) Ленин писал: «...из текста ясно, что симпатии этой резолюции на стороне оппортунистов», ибо о признании голландских марксистов членами Интернационала там ничего не говорилось.

Оценивая итоги голосования, Ленин согласился с мнением газеты «Leipziger Volkszeitung» — органа левого крыла германской социал-демократии, которая на следующий день после сессии справедливо назвала это решение «достойным сожаления» и выразила мнение, что Копенгагенский конгресс (дата и повестка дня которого были утверждены на той же сессии МСБ) должен пересмотреть это решение7*.

Ленин солидаризируется также с мнением и другой газеты (как он пишет, «того же направления»), а именно газеты «Bremer Burgerzeitung» (органа бременских левых социал-демократов), которая назвала Адлера адвокатом «международного оппортунизма, блещущего всеми красками». Ленин называет справедливым мнение газеты, что резолюция Адлера прошла «благодаря поддержке оппортунистической мешанины»8*28.

Вернувшись в Париж, Ленин прочел 21 ноября (4 декабря) 1909 года на собрании Второй Парижской группы содействия РСДРП доклад об этом заседании МСБ, коснувшись также тех вопросов, которые были намечены к обсуждению на предстоявшем в 1910 году в Копенгагене VIII конгрессе9*29

Еще одним примером борьбы Ленина в поддержку левых элементов социал-демократии является его выступление на сессии МСБ осенью 1911 года в Цюрихе. На этот раз Ленин выступил в защиту Розы Люксембург против оппортунизма лидеров германских социал-демократов.

Эта пламенная революционерка была одним из самых страстных борцов против оппортунизма в немецком и международном рабочем движении. С самого начала выступала она против ревизионизма Бернштейна. Именно она осенью 1899 года на партийном собрании в Лейпциге потребовала исключить Бернштейна из СДПГ. Будучи одним из основателей и руководителей социал-демократической партии Польши, Роза Люксембург участвовала в первой русской революции 1905—1907 года (в Варшаве); в 1907 году на V (Лондонском) съезде РСДРП она поддерживала тактическую линию большевиков.

На Штутгартском конгрессе II Интернационала в 1907 году, сделавшем крупный шаг вперед в борьбе против оппортунизма в международном рабочем движении, Ленин предложил именно Розе Люксембург одно из двух мест, предоставленных представителям России в подкомиссии для выработки проекта резолюции о милитаризме. Это символизировало единство взглядов российских и польских социал-демократов в вопросе об опасности империалистической войны.

Б начале января 1908 года Владимир Ильич и Надежда Константиновна по дороге в Женеву остановились в Берлине. Они посетили Розу Люксембург; разговор в тот вечер между ними носил особо дружеский характер. В память об этой встрече Ленин в мае 1909 года послал Розе свою только что вышедшую книгу «Материализм и эмпириокритицизм»30.

Роза Люксембург была талантливейшим публицистом. Ее статья «Революционное похмелье», напечатанная в газете «Пролетарий» (8)21 апреля 1909 года, очень понравилась Ленину. Она была направлена против отзовистов и ультиматистов в РСДРП. «Ваша статья... — писал ей Ленин, — всем очень нравится: жаль только, что Вы так редко выступаете по-русски, предпочитаете богатую социал-демократическую партию немцев бедной социал-демократической партии россиян»31.

Когда начал выходить в Москве журнал «Мысль», Ленин передал через поляков просьбу Розе Люксембург написать что-нибудь для этого журнала на любую тему (теоретическую или публицистическую)32. А несколько месяцев спустя ученики школы в Лонжюмо приглашают ее читать лекции. «Уважаемые товарищи, отвечает им Роза Люксембург. — Благодарю вас за приглашение преподавать в Вашей партийной школе. С большим удовольствием я бы последовала этому приглашению, н0 к сожалению, здешняя партийная работа не позволяет мне решительно удалиться на несколько недель из Германии. Выборная кампания началась уже со стороны нашей партии со всей энергией, и мне приходится каждый месяц уделять пару недель на разъезды по агитации, — не говоря уже о письменной работе на месте. Ввиду этого приходится leider10* отказаться. Желаю Вашему предприятию искреннего успеха, с товарищеским приветом. Rosa Luxemburg» 33.

Письмо было написано по-русски и отправлено 9 июня 1911 года.

Во время выборной кампании в рейхстаг в 1911 году, о которой упоминается в этом письме, произошел следующий инцидент. Герман Молькенбур, генеральный секретарь Германской социал-демократической партии, заявил, что социал-демократы перед январскими (1912 года) выборами в рейхстаг не должны «выпячивать» борьбу против милитаризма и колониальной политики немецкой империалистической буржуазии, так как это может-де повредить социал-демократической партии на выборах. Правление партии опасалось, как бы антимилитаристская борьба не лишила партию голосов мелкой буржуазии. Правление не желало развертывания массового движения. Надо сказать, что Молькенбур с 1911 по 1924 год был председателем социал-демократической фракции рейхстага. Это был типичный оппортунист. И бесстрашная Роза Люксембург опубликовала в печати письмо Молькенбура, чтобы разоблачить его34.

Руководящая верхушка СДПГ обвинила Розу в «предательстве» и передала дело в Международное социалистическое бюро. Было объявлено экстренное заседание МСБ. Происходило оно в Цюрихском «Народном доме» 10—И (23—24) сентября 1911 года. Ленин, прибыв на заседание, энергично выступил в защиту Розы Люксембург. Он был единственным ее защитником35.

Травлю ее он рассматривал как поход против всей революционной социал-демократии в целом. Очень высоко ценивший Розу Люксембург, Ленин вместе с тем критиковал ее, когда она ошибалась, и тем самым помогал ей занять правильную позицию. Он критиковал теоретические ошибки Р. Люксембург по ряду вопросов (о роди партии, об империализме, о национально-колониальном и крестьянском вопросах, о перманентной революции и др.). «Но, — писал Ленин,— несмотря на эти свои ошибки, она была и остается орлом; и не только память о ней будет всегда ценна для коммунистов всего мира, но ее биография и полное собрание ее сочинений... будут полезнейшим уроком для воспитания многих поколений коммунистов всего мира». И Ленин презрительно и гневно добавляет в адрес тех, кто травил Розу Люксембург: «А на заднем дворе рабочего движения, среди навозных куч, куры вроде Павла Леви, Шейдемана, Каутского и всей этой братий, разумеется, будут особенно восторгаться ошибками великой коммунистки. Каждому свое»36

Ленинская критика имела огромное теоретическое и практическое значение не только для самой Розы Люксембург, но и для всех левых социал-демократов. Она способствовала сплочению левых элементов II Интернационала на основе марксизма.