Содержание материала

Евгений Евтушенко

ИЗ ПОЭМЫ "БРАТСКАЯ ГЭС"

Проселками и селеньями, с горестями, боленьями
Идут ходоки к Ленину, идут ходоки к Ленину.
Метели вокруг свищут. Голодные волки рыщут.
Но правду крестьяне ищут, столетьями правду ищут.
Столькие их поколения, емелек и стенек видевшие,
Шли, как они, к Ленину, но не дошли, не выдюжили.
Идут ходоки, зальделые, все, что наказано, шепчут.
Шаг за себя делают. Шаг - за всех недошедших…
А где-то в Москве Ленин, пришедший с разинской Волги,
На телеграфной ленте их видит сквозь все сводки.
Воет метель, завывает. Мороз ходоков корежит,
И Ленин себя забывает - о них он забыть не может.
Он знает, что все идеи - только пустые «измы»,
Если забыты на деле русские слезные избы.
А ночью ему не спится под штопаным одеялом.
Метель ворожит: «Не сбыться великим твоим идеалам!»
Как заговор, вьется поземка. В небе за облака
Месяц, как беспризорник, прячется от ЧК.
«Не сбыться! - скрежещет разруха. - Я все проглочу бесследно!»
«Не сбыться! - как старая шлюха, неправда гнусит. - Я бессмертна!»
«В грязь!» - оскалился голод.
«В грязь!» - визжат спекулянты.
«В грязь!» - деникинцев гогот.
«В грязь!» - шепоток Антанты.
Липкие, подлые, хитрые, всякая разная мразь
Ржут, верещат, хихикают: «В грязь! В грязь! В грязь!»
Метель панихиду выводит, но вновь - над матерью-Волгой
Идет он просто Володей и дышит простором, волей.
Волга дышит смолисто, Волга ему протяжно:
«Что, гимназист из Симбирска, тяжко быть Лениным, тяжко?!»
Не спится ему, не спится. Но сквозь разруху, метели
Он видит живые лица, словно лицо идеи.
И за советом к селеньям, к горестям и боленьям
Идет ходоком Ленин, идет ходоком Ленин...

Многие страны я видел. Твердо в одном разобрался:
Ждет нас всеобщая гибель или всеобщее братство.
В минуты самые страшные верую, как в искупленье:
Все человечество страждущее объединит Ленин.
Сквозь войны, сквозь преступления,
Но все-таки без отступления,
Идет человечество к Ленину,
Идет человечество к Ленину...